Тюльпаны

       Прошло уже несколько столетий с тех пор, как её не стало. Для него же — прошло уже несколько долгих, пустых жизней. Он помнил все — воспоминания о прожитых днях рано или поздно приходили к нему во снах. Обрывки, которые складывались в единую картину.        Он искал её — в каждой из своих жизней. Один раз даже получилось — они встретились на шумных улицах города, и провели вместе незабываемый вечер. Аслан, или же как его зовут в этой его жизни, Лео, навсегда запомнил её лучезарную улыбку, большие карие глаза, в которых отражался свет далеких звёзд.        И в тот раз он тоже не смог её спасти. Аслан опоздал, пришел слишком поздно. Она вновь умерла у него на руках, и он ничего не смог с этим поделать. Лишь смириться, привыкнуть к разъедающей сердце боли. И ждать, надеясь, что в следующий раз все будет иначе.        Он вновь встречает её, уже в двадцать первом веке. В том месте, где когда-то, шесть веков назад, стоял величественный дворец султана. И как тогда, здесь опять цветут тюльпаны — такие же прекрасные, как и она.        Аслан не замечает пышного цветения, и взгляд его прикован только к ней одной. Это она, его драгоценная Лале.        Она любуется тюльпанами — смотрит точно также, как и тогда, шесть веков назад. Проводит рукой по этому пестрому ковру из цветов, и на губах её появляется лучезарная улыбка.        Такая же легкая и очаровательная. Лале. Аслан не мог поверить тому, что это происходит с ним вновь. Что это не очередной сон.        Он подходит к ней ближе, и девушка поднимает на него свои красивые карие глаза. Они на мгновение встречаются взглядами.        Лишь на одно короткое мгновение…        Она легко улыбается ему, а после вновь смотрит на тюльпаны:        — Как красиво, — говорит девушка, и делает небольшую паузу. О чем-то задумывается на мгновение, — Вроде бы обычный тюльпан, а такое чудо! — наконец, произносит она.        Сердце Аслана ускоряет бег, в голове проносятся воспоминания о прошлом, о том, что было шесть веков назад.        Те же слова…        Лале… Нестерпимо хочется дотронуться до её руки, хочется обнять — как и тогда. Но Аслан понимает: нельзя. Пока нельзя.        И он дает самому себе обещание: в этот раз он её не потеряет. В этот раз все будет иначе — история не повторится. Он разрушит то проклятье, что легло на них шесть веков назад. Аслан сделает все возможное и невозможное для этого, и если понадобится, то пойдет против всего мира. Но она будет жить.        — Да… Я тоже так думаю, — тихо произносит он в ответ.