Оставаясь рядом

Влад улыбается, чувствуя, как приятная усталость сжимает его в своих объятьях. Игра выдалась непростой, он сам успел получить несколько небольших ссадин за два тайма. Но в итоге это окупилось. Ведь за то, чтобы поднять чемпионский кубок, многим можно пожертвовать. Он тяжёлый, красивый и блестящий. Тороп сжимает пальцами его за ручки и ощущает тремор в груди. Его первая весомая победа вместе с родным клубом. Щёки уже болят от постоянной улыбки. Ему хочется улыбаться. Впервые за долгое время хочется улыбаться по-настоящему. После тяжёлого года и трудностей, что он пережил, улыбка — лучшая награда. Он окончил школу, впереди экзамены, но это мелочи. Потому что Влад готов. А сегодняшняя победа только придаёт ему сил. Как и приближающийся отпуск, и долгожданный отдых рядом с любимыми. Всё это греет душу, позволяя немного расслабиться. Сегодня заслуженно. Сегодня можно. В раздевалке шум и гам, кто-то из парней специально льёт воду поверх голов и до Влада тоже долетает. Парень смахивает капли с лица, с всё той же улыбкой смотря на команду, которая находится в безумном воодушевление. У каждого горят глаза, словно они выиграли целый мир. И отчасти это правда. Сам же Влад сейчас уже чувствует полную усталость, которая бьёт по вискам. Первая волна радости прошла, оставив после себя только тупую боль в мышцах. А ещё желание вернуться домой, к тому, кто его уже давно ждёт. Илья завалил его по привычке десятками сообщений, которые он писал в то время, когда Влад был ещё на поле. Он любит такое. А Влад жутко любит всё это читать. И вот сейчас он устало валится на скамейку, листая столько милых сообщений. Сердце внутри сжимается от такой нежной любви, что от переизбытка эмоций по лицу катятся несколько слёз. — Неужели от счастья плачешь? — спрашивает Боков, присаживаясь перед Владом на корточки. Взгляд падает на экран телефона, который друг держит в руках. Дане хватает прочитать всего лишь имя отправителя и улыбка сама ползёт по лицу. — О-о, понятно. Первый-первый, я второй, да? — Да. И что? — фыркает Влад, убирая телефон. Он щёлкает по чужому носу, заставляя Даньку замычать недовольно. Тот выглядит таким счастливым, в глазах огонь. Влад на его фоне вовсе как тень. Уставшая и сонная. — А ничего... Я думал, что Илья приедет на стадион. Как Коля или Костя. — Он хотел сначала. Но потом сказал, что останется дома и будет готовить какой-то сюрприз. — А-а, понятно к чему ты клонишь, — Боков щурит взгляд. — Опять сваливаешь в свою крепость? Даже друзей не поддержишь? — Ой, вот не надо. Команда официально собирается завтра в ресторане. Ваш сегодняшний шабаш — это произвол. И я, как человек, узнавший о нём всего полчаса назад, имею полное право не идти на него. — Как много букв, больше трёх букв не понимаю, — смеётся Данил, опираясь руками о чужие коленки, чтобы не свалиться на бок. — Ладно, прикрою тебя. Но чтобы завтра ты и Илья были как штык. А то без вас совсем скучно. Влад только кивает согласно. Завтра он явно будет чувствовать себя лучше. А сегодня ему точно не до вечеринок. Илья пишет ему вновь, когда юноша уже покидает здание ВЭБ-арены и садится в такси. Конечно, можно и на метро доехать до нужного района, но Влад после горячего душа совсем не чувствует ног и ему хочется немного отдохнуть в тишине. К тому же в метро много лишних ушей и глаз, а Илья уж с большой любовью любит отправлять ему голосовые сообщения и видео через мессенджер.

Уж не знаю, понравится ли тебе то, что я сделал. Но надеюсь, что да. И вообще я старался для чемпиона. Хотя если ты не заценишь, то я, честно сказать, пойму. Но только не смей смеяться! Ты же знаешь, моя ранимая душа этого не выдержит.

Влад улыбается, переслушивая голосовое ещё раз, прикрывая глаза. Голос Ильи такой приятный, спокойный. Кажется, что вот он, рядом сидит, рассказывает что-то с придыханием и горящими глазами. Тороп интуитивно прижимается носом к плечу, втягивая запах Ильи, что остался на одежде. Помазун сегодня слишком долго обнимал его в коридоре перед выходом, аромат чужих духов ещё не выветрился. Такси привозит его домой через долгие тридцать минут пробок. Половину этого времени Влад проспал беспокойным сном, видя во снах странных фигуры и очертания. Неудивительно, что он выходит из машины совершенно разбитым. Но свежий воздух отрезвляет голову, и парень медленно бредёт до нужного подъезда. Меньше минуты на лифте и вот он уже на нужной лестничной площадке. Илья открывает ему быстро. Он весь сияет улыбкой, тут же сгребает Влада в объятья, закрывая за ним дверь. Влад пытается вставить пару слов про то, что он только из такси и вообще ему лучше пойти умыться сначала. Но Помазун шипит, обнимает, нежно расцеловывая больные виски, словно чуя, что там болит. — С победой, мой чемпион, — Илья нежно придерживает голову, и целует в губы ласково, очерчивая языком губы и отстраняясь. Влад тянется за ним, но мужчина отстраняется резко, забирая из рук спортивную сумку. — Раздевайся. Нас ждём ужин и тёплая постель. Уверен, ты очень устал. Только сейчас Влад чует, что в квартире пахнет до боли знакомым запахом. Он втягивает его, пытается понять, что это, но не может. Поэтому он быстро раздевается, скидывая вещи в прихожей и топая до кухни, где уже украшен и уставлен тарелками стол. А в центре этого блюдо с ещё горячими пирожками. Парень к ним подлетает, понимая, что запах от них исходит. Пирожки словно из детства. Такие же горячие и на вид очень сладкие. С яблоками, его любимые. Мама часто их ему с братом готовила. — Откуда ты.., — Влад не смеет прикоснуться пока что к тарелке. Всё-таки нужно сходить умыться и переодеться. — Попросил у твоей мамы рецепт, — Илья обнимает его, скользя ладонями по животу и укладывая голову на чужой подбородок. — Мне так хотелось тебя порадовать... Но я боялся, что испорчу всё. — Они пахнут так, словно ты их достал из моего детства. — Главное, чтобы и на вкус были такими же, — Помазун чмокает в плечо и слегка подталкивает Влада к выходу. — Давай, иди умывайся. А я пока наложу нам и шампанское открою. — Шампанское? — Сегодня же праздник. Думаю, что немного можно. Они, правда, выпивают немного. Влад, потому что пьёт редко и не хочет переборщить. Илья, потому что не хочет и ему интереснее за разговором. Только вот из Торопа сейчас собеседник никакой. Поэтому их беседа тянется несколько часов, и они успевают съесть почти всё, что приготовил мужчина. Но оба после этого не испытывают вины. В конце концов, домашние тренировки не отменяли, ещё сгонят лишние килограммы. Но сейчас это как большое поощрение за их тяжёлый сезон и всё, что им пришлось пройти. Спать они укладываются, когда время скользит за двенадцать. И оба засыпают почти сразу, даже не досмотрев и до половины фильма, который включили. Влад первым засыпает, засопев в шею мужчине. Илья нежно чмокает уснувшего мальчишку в лоб и сам укладывается рядом, по привычке сгребая его в объятья. И он сам, уставший, быстро засыпает и через крепкий сон не чувствует, как беспокойно спит Влад. А Влад чувствует себя до боли странно в этом сне. Снова силуэты, окутывающие его, как туман. Он одновременно в пустоте и в помещение. Одновременно вокруг него люди, но он словно один. Чувствует такой страшный холод, который продирает его до костей. Обняв себя, Влад шагает через эту пустоту. Голоса то стихают, то усиливаются. И в итоге ничего не остаётся, кроме как расплывчатого силуэта впереди. Тороп всматривается, узнавая до этого невидимые ему черты лица. И внутри будто обрывается всё, когда он видит в этом силуэте отца. Он улыбается ему, счастливо так, машет рукой. Юноша пытается подойти, но словно бежит на месте. Не двигается, только чувствует, как ноги вязнут словно в болоте. А после он чувствует руки на плечах и голос над самым ухом. Голос шепчет ему о том, как он гордиться своим мальчиком. И как хочет, чтобы он перестал себя терзать. Влад разворачивается резко, но отца снова рядом нет. Он снова далеко. Он снова улыбается сыну и уходит, босиком шагая по темноте. Парень поджимает губы и тянет руки за отцом, но не может достать. Голоса тоже нет. Только стук собственного сердца, который стучит так громко, что Влад просыпается, выныривая из этого сна, дёргаясь на край кровати. Рука Ильи соскальзывает с живота, и Влад скручивается в клубочек, обнимая себя за колени. Ему так давно не снился отец, что сейчас это словно гром среди ясного неба. И вот вроде бы ничего плохого, а слёзы катятся по лицу и он утыкается носом в край подушки, шмыгает тихо, лишь бы не разбудить Илью. Но тот сам просыпается, когда через сон не находит Влада рядом. Он хлопает глазами, пытаясь сфокусировать взгляд. А после, когда замечает в темноте своего мальчика, который вот-вот упадёт с кровати, тут же просыпается. — Влад? — тихо зовёт Илья, чтобы не напугать. А после подбирается ближе и касается плеча. — Малыш, что случилось? — Н-ничего... Я просто... просто, — Тороп запинается через слово. — Я схожу... воды попить. — Эй, — Илья хватает Влада за запястье, чувствуя чужую дрожь. И всё становится понятным. Он ведь знает в чём дело. Поэтому и притягивает Влада к себе, чувствуя, как тот прижимается к нему ближе, пытаясь спрятаться в объятьях. — Ну же, ш-ш-ш... Это всего лишь сон... Маленький, всё хорошо. Я рядом. Влад кивает, проглатывая беззвучную истерику. Илья бережно приподнимает его голову и другой рукой смахивает слезинки, оглаживая светлую кожу совсем нежно. — Отец, да? — вдруг спрашивает Илья. Владу и раньше снились кошмары. Такие, что иногда Влад с вскриками или кашлем просыпался, тут же будя и Илью. Но сны с отцом... особенные. По рассказам они совершенно обычные, даже слишком спокойные. Однако именно после них мальчишка будто в оцепенение. Весь дрожит, слова вымолвить не может и плачет. Это словно ножом по сердцу Ильи. Вот и сейчас Влад кивает, подтверждая догадку мужчины. — Ш-ш-ш, малыш... Всё хорошо, всё закончилось. Они лежат вместе обнявшись до тех пор, пока дрожь не сходит на нет. Влад успокаивается и снова расслабляется в родных руках, которые всегда действовали на него магическим способом. Илья тоже доходит до мысли об этом и вдруг его как будто откатывают холодной водой, когда он думает о том, как Влад боролся с кошмарами, пока Ильи не было дома. — Я... я просто не спал, — честно признаётся Влад, когда Помазун озвучивает свой вопрос. Он приподнимается, и мужчина видит в лунном свете ещё не высохшие до конца мокрые дорожки от слёз на щеках. — Не мог уснуть. Ничего не помогало. Я чувствовал себя в западне... — Ох, Влад, — выдыхает Илья и тоже приподнимается, целуя почти невесомо в переносицу, а после в прикрытые веки. — Прости меня... Мне так жаль. Я должен был об этом подумать, но я совсем забыл. — Главное, что сейчас ты рядом, — выдыхает Влад, улыбаясь и ластясь под ладонь, что оглаживает скулу. — Хочешь, съездим к нему? Ты же не был там на родительский. Влад опускает глаза, чувствуя лёгкий укол совести. У него не получилось уйти в тот день, когда семья собралась навестить отца. Ему пришлось остаться на базе, две тренировки выжали из него все соки, но легче не стало. Может быть, именно это его до сих пор мучает так сильно, что собственный мозг спроецировал переживания во сне. — Не сейчас, — по итогу выдыхает Тороп, комкая одеяло пальцами. — Я съезжу... — Мы съездим, — поправляет Илья. Он прекрасно знает, что лучше в такие моменты его одного не оставлять. — Да... Но не сейчас. Я хочу закончить все дела. И со спокойной душой съездить туда. Илья понимающе кивает. Влад всегда говорил, что головой отдыхает рядом с отцом, молча гостя у него. Но сейчас, когда впереди ещё экзамены, такого не получится. Он не сможет ощутить то спокойствие, которое его всегда накрывало. Мысли будут не там. А какой тогда смысл ехать. — Он же простит меня? — хрипло спрашивает Тороп, опуская голову. Илья прижимает Влада к себе, целуя в светлую макушку и шепча: — Он никогда не был бы на тебя зол. И никогда не обижался. Думаю, что он бы гордился тобой... И тебе стоит думать об этом. Он тобой гордится, Влад. Парень кивает, принимая эти слова. Внутри сердце уже не колотится так быстро. И усталость снова захватывает его в плен. Именно поэтому Помазун вновь укладывает Влада спать, обнимая и укладывая руку на привычное место. Именно это позволяет ему вовремя проснуться, когда юноша пропадает из его поля осязаемости. Тогда он сможет помочь. Да и самому так спокойнее, когда парень рядом спит, прижавшись спиной к груди. Парень снова тихо сопит, на этот раз уже спокойно и плавно. А Илья долго ещё лежит без сна, словно охраняя своего мальчика. Лежит и думает о том, что теперь не посмеет уехать, не зная точно о том в порядке ли Влад. А Владу снится любовь. И тепло. Ему впервые за долгое время по-настоящему хорошо. Он уже улыбается через сон, чувствуя эту окутывающую нежность даже сейчас. Хотя по-другому и быть не могло.