Обращаясь назад

***

      Голова раскалывается, в ушах стоит противный писк, а боль в правой руке будто выворачивает тело наизнанку. Хотя, подождите ка, правильней будет сказать не в правой руке, а в том, что от неё осталось. Наруто открыл глаза и первым, что он почувствовал, так это то, что в его глазах потемнело, вызвав секундное головокружение. Неприятно, но сейчас Узумаки больше беспокоило состояние его без пяти минут друга, соперника, погрузившегося во тьму названного брата или даже больше. Глаза Саске были закрыты, у него отсутствовала левая рука и блондин смог понять, что Учиха жив только благодаря изредка хмуришисям бровям. Это успокаивало, хотя обильное кровотечение обозначало что вот-вот и его жизнь утечёт вместе с алой жидкостью. Наруто выдохнул, хотя сейчас это больше было похоже на предсмертный хрип подумав, что перед смертью даже не сможет поговорить с тем, кого в тайне любил. Да, иногда Узумаки даже завидовал Сакуре, ведь та может в открытую говорить о своей любви к черноволосому. В то время как блондин не мог сделать и намёка, так как считал это неправильным. До ужаса неправильным, но таким маняще приятным ощущением. —Саске...— одними губами прошептал джинчуурики и тот, будто услышав зов открыл ониксовые глаза — Тебе не стоит двигаться, если хочешь поймать последние минуты жизни, — уже громче посоветовал Наруто. Разговор по душам был... крайне непростым. Иногда Саске казалось, что он слишком оголяет свою душу перед Узумаки, но сразу же вспоминал, что, вероятно, после смерти они даже не встретятся и один раз в жизни можно себе такое позволить. —Знаешь, Сайкен мне как-то во время боя с Кагуей говорил о технике, которая переносит в прошлое, для неё не нужна чакра, главное, это наличие чакры или отпечатка чакры всех хвостатых в тех, кто должен будет перенестись... —Можно попробовать, терять нам уже всё равно нечего, — подумав ответил Учиха. С трудом поднимая руки и через силу складывая нужные печати они в унисон проговорили название техники, после чего от двух сильнейших шиноби мира остался лишь обильный кровяной след и ветер, что раздувает запах их сражения.

***

      Прошло около двадцати часов, когда ресницы розоволосой девушки затрепетали. Слёзы уже засохли напоминая о себе лишь чем-то наподобие плёнки на щеках. Какаши взволнованно смотрел на Сакуру, которая, кажется, до сих пор не отошла от последствия гендзюцу наложенного риненганом. Хатаке беспокоило лишь то, что он гендзюцу Мангёку он пролежал намного дольше, значит, на поле боя случилось что-то из-за чего Техника развеялась. —Саске-кун...Наруто...как они? Нам надо им помочь, — сказала Харуно поднимаясь на чуть дрожащие ноги, а пепельноволосый последовал её примеру. Последствие техник учеников Какаши мог видеть даже отсюда и страх за учеников, практически единственных выживших дорогих ему людей, переполнял Хатаке. Он пытался сохранить былую холодность шиноби, но ничего не выходило. Выходили они под вечер, а пришли, когда было светло, вот только, поздно. Сакура упала на колени, при виде большого кровавого пятна, полностью разрушенной Долины Завершения и полного отсутствия намёка на Узумаки или Учиху. Слёзы сами скатывались по щекам девушки, а та даже не осознавала этого. У Какаши была менее эмоциональная реакция, ведь он уже привык видеть смерть дорогих людей, но пару непрошеных слезинок всё-таки сорвались с глаз, намочив маску. Харуно уже хотела спуститься вниз, чтобы достать ДНК Наруто и Саске, с помощью которых можно развеять Цукиёми, но стоило ей только вытереть лицо, как в глазах начало мутнеть, перед тем, как упасть, девушка заметила, что обеспокоенный сенсей тоже начал оседать на землю хватаясь рукой за голову.

Эта реальность перестала существовать, давая шанс героям изменить её.

***

4 года назад

      День распределения один из важнейших в жизни юных шиноби. Каждый из них волнуется в какую команду попадёт и насколько крут будет будущий сенсей. Некоторые представляют у себя в голове крутые миссии, после которых их назначают героями или Хокаге. Некоторые, по типу Хинаты лишь сидят на месте, не особо обращая на себя внимание сверстников. Только лишь один Учиха Саске был сегодня чернее, чем обычно, а один его глаз был прикрыт чёлкой. Девочки с разных уголков класса влюблено вздыхали, с обожанием смотря на черноволосого. По их мнению эта причёска делала Саске более мужественным, но ему не было дела ни до чего. Он сильно нервничал и переживал, хоть по внешнему виду и не скажешь. Учиха слишком хорошо знал своего Узумаки и понимал, что он мог пожертвовать собой, дабы перенести его, Саске, в прошлое. Дверь в класс открывается и в помещение заходит непривычно тихий Наруто. Сердце черноволосого прошибает удар. На блондине не было того вырвиглазного оранжевого костюма и смотрел он точно на Учиху. К слову, об одежде. На голубоглазом была расстёгнутая чёрная кофта с высоким воротником и оранжевыми линиями на рукавах, на спине привычный знак Водоворота, под кофтой футболка оранжевого цвета, а на ногах штаны шиноби, которые не были подвязаны бинтами и обычные сандали шиноби. В классе стояла гробовая тишина, никто не ожидал увидеть демона и неудачника в таком виде. Наруто же никак не отреагировал и прошёл к парте, где сидел Саске. Узумаки улыбнулся, чтобы увидел это только Учиха и черноволосый расслабился портят, что это всё-таки его Усуратонкачи. А когда блондин успел стать его? Это уже не важно. Голубоглазый немного потупил свой взгляд и отвернув голову от шаринганистого взял его за руку, которая покоилась под партой. Это было странно. Странно проявлять такие чувства к Саске, но они привыкнут. Сам Учиха сделал вид, что ничего не заметил и постарался вести себя максимально естественно. Тишина в кабинете быстро рассеялась, все вернулись к своим делам, а Наруто погрузился в подсознание. Там он стоял в окружении девяти хвостатых, хотя на деле, он мог пользоваться только чакрой Исобу и Курамы*, а от остальных биджу у него осталось только их сознание. —Обжимался бы со своим Учихой в другом месте, мерзость, — прокомментировал Курама недовольно размахивая четвёртым хвостом. —А я думаю, это романтично, — возразила Мататаби прикрыв глаза, будто вспоминая о чём-то — Сам то тоже при всех нас обжимался с Шукаку. В эту минуту Наруто подумал, что если бы хвостатые умели краснеть, то Однохвостый и девятихвостый изменили свои окрасы на красный. Нет, Узумаки конечно знал, что эти двое неровно друг к другу дышат, но чтобы настолько... в общем, после угрозы со стороны двух хвостатых скинуть на всех остальных совместную Биджудаму, к этому разговору они так и не возвращались. Из подсознания блондина вытащил сидящий рядом черноволосый. А дело было в том, что в класс заявились две неугомонные бестии, по совместительству соперницы и фанатки Саске. Голубоглазый молил Рикудо, чтобы Сакура просто села на свободное место рядом с Учихой и не разводила комедию, не очень Наруто хочется при всех заявлять о том, что его поведение было лишь "маской", а на самом деле Узумаки гений которого ещё свет не видал. Это было бы как минимум странно и привлекло внимание старейшин. Что касается Какаши....то он просто не сдаст сына Сенсея. —Наруто! Почему это ты сидишь с Саске-куном? — взвизгнула девочка занося кулак для удара. —Да зачем сразу орать, слева есть свободное место, — ответил Наруто, ох, а он уже успел забыть о том, какой невыносимой Харуно была в детстве, успокаивало лишь то, что в будущем их сокомандница станет адекватнее. Сакура громко фыркнула и показательно отвернув голову села слева от Учихи, который, в свою очередь сидел посередине, так что обе реинкарнации продолжали держаться за руки, сидя на последней парте. Совсем скоро должен придти Ирука-сенсей и все они вновь станут Седьмой Командой под руководством Какаши Хатаке.