мемория

- Главное, помни меня, ладно? Руки вокруг пояса сжимаются сильнее. - Всё будет в порядке. Ты только меня... не забудь, и тогда я... обязательно вернусь! Сяо, даже если бы хотел, не смог бы выдавить ни слова в ответ. Попытка стоила бы ему потери последних крупиц самообладания и тяжелых рыданий. Но он не мог позволить себе подобную слабость - он тысячи лет держался "молодцом", и ведь ничто не сломило его. Так чего стоит какой-то маленький человек? Стоит ли этот маленький человек его чувств? Его слёз? - Бе-бе-бе... сентиментальный Сяо! Какая удивительно мерзкая картинка предстала... перед моими глазами, - залился Итэр рваным хихиканьем. Любой другой от подобной речи мог бы и обидеться, но кто Сяо такой, чтобы уметь обижаться? Одного испепеляющего взгляда, в который Сяо вложил всю свою ненависть к подобному поведению Итэра, хватило, чтобы тот замолк и заговорил снова уже более серьезно. - Сяо, важно не то, что сейчас я тебя покину, - твёрдо говорит он. Но, несмотря на металл, сквозящий в его голосе, можно было понять, как он усердно борется за мою жизнь - попытки дышать через нос не всегда успешны, и речь порою прерывается, чтобы через несколько секунд, глубоко вдохнув, Итэр продолжил говорить. - Важно лишь то... что я вернусь, если ты будешь меня помнить. И неважно, сколько раз я умру... или где я окажусь... я все равно найду дорогу к тебе, пока чувствую, что ты помнишь... Понимаешь? Сяо прерывисто вздыхает. Кажется, во влажном от пара воздухе недостаточно кислорода для них двоих. Руины вокруг сверкают под бордовыми лучами закатного солнца - идущий на покой феникс испачкал красками девственно чистое небо. Ну, как сверкают... солнечный свет, заливающий собой каменные стены развалин, резной каменный пол и мраморные колонны, скорее напоминает землю, превратившуюся в море крови поле ярко-красных ветряных астр. Но Сяо любуется не светом солнца. Сяо любуется светом где-то в глубине глаз Путешественника. Они всегда напоминали ему огонь от костра, который горит день и ночь, не потухая даже в бурю, дождь и снег. Где-то на дне всегда теплится огонек, маленький, но уверенный в том, что все к лучшему. Сяо понимал, что Итэр вместе с его сестрой могущественны. Близнецы могли перемещаться между мирами, не разрывая их грань. Близнецы могли использовать любой элемент, стоит им только прикоснуться к статуе нужного элемента. Близнецы обладают своей собственной силой. Силой, неподвластной никому более, кроме них. Силой, что не подвластна ни Виндагнир, ни Каэнри'ах, ни Архонтам. И самое удивительное - они не поддались соблазну этого могущества. Они тратили силы на благо всех уголков Тейвата, в каких могли побывать. Но как и любое живое существо, независимо от того, кто они, все же они были смертны. - Слушай, я... - Итэр закашлялся. Сяо какое-то время слушал тихое бурление крови в его легких и разрывающий горло кашель, прежде чем Итэр снова заговорил. - Я просто хотел сказать... что ты молодец. У Сяо даже нет энергии, чтобы в удивлении приподнять бровь. - Ты такой... такой герой у меня. Трудишься... на чужое благо. И я мог видеть... как ты растешь... и развиваешься. Ты смотришь в будущее... светлым взглядом. Стал замечать хорошие стороны вещей. Стал... ласковее. Я тобой так горжусь. Сяо поджимает губы. - Я не понимаю, - бормочет он, потупляя глаза. Вместо изможденного лица Путешественника, он рассматривает кровь, застывшую на его изодранных перчатках. С каждым тяжело выговариваемым словом ему казалось, будто его руки слабеют и вот-вот не останется сил держать Итэра. - Я думал, я полезен хотя бы как оружие, но я даже не смог тебя спасти. И теперь... теперь я могу только смотреть, как ты умираешь, и... - И ты знаешь... что мне ничего не поможет? - с клокочущим смехом заканчивает за него Итэр. - Сяо, брось это. Разве... ты не видел смертей? - Это не просто смерть... это потеря. - Это не потеря, - Путешественник мягко качает головой. - Это расставание. Временное... Я же вернусь. - А если нет? - голос Сяо срывается на шёпот, и в воздухе повисают несказанное "Если ты не найдешь этот мир? Если ты не переродишься? Если ты не узнаешь меня?". - Какая разница? Потом и посмотрим, - слабо улыбается Итэр. И это ни капельки не уверяет Сяо в том, что все будет хорошо. Сяо нужно вымыться в ближайшем чистом озере, Сяо нужен крепкий мирный сон и Итэр. Сяо готов пожертвовать всем, лишь бы Итэр остался. Но Сяо встречает ласковый взгляд полуприкрытых глаз Путешественника и понимает - плохого иногда не избежать. Путешественник когда-то говорил, что жизнь похожа на полосатую зебру. Белые полосы - хороший период в жизни, черные - плохой. "А суть в том, - задорно улыбается Итэр во все свои зубы, - что без черной полосы не настанет белая. Зебра не будет зеброй без черных полос. Жизнь не мед, чтобы всегда быть сладкой." - Просто помни меня, - Итэр бормочет совсем слабо, - и я однажды вернусь. А если... тебе будет... скучно ждать... Вот тебе задание: подружись... с Анемо Архонтом... и съешь что-нибудь... кроме миндального тофу. Сяо клянется, где-то на дне глаз Путешественника блеснула искра веселья, но она быстро потухла. - Побудь со мной, - просит Итэр. Закрывает глаза и ослабевает в руках Сяо. Таковы были его последние слова. - ...Да, моя любовь. Через много лет холм, где он был похоронен, превращается в поле меморий.