Его надо беречь

Действие таблетки закончилось. Рука сама собой полезла к сервисному поясу, но тут же её одернул. Экономить надо. Обезболивающее, что лежит в одном из карманов, может и закончиться. А его надо беречь. Для чуда, что полетётся следом. - Ты как? - оглянулся назад и посмотрел ученику в глаза. Ох уж эти глаза. Пареньку всего десять лет, но.. Они видели слишком много. Гораздо больше, чем следовало. Не только десятилетнему мальчику. Но и вообще человеку, который планирует к концу своих лет сберечь нормальную психику. М-да, кажется Фостеру это явно не светит. - Нормально. Конечно, нормально. Правду он все равно не скажет. Можно было и не спрашивать. Ох, малыш. Будто я не знаю, насколько тебе плохо сейчас. Но вслух я не сказал ничего. Только кивнул, развернулся и отправился дальше. Надо найти укрытие и отдохнуть там. В горах, куда нас и занесло, этого сделать не сложно, только вот.. Только вот почти все укрытия заняты дикими животными. А выгонять их нет сил. И искать укрытие тоже нет сил. Замкнутый круг какой-то. - Пойдёмте туда, - Фостер указал пальцем на горы, чуть севернее того пути, который я нам наметил. Вместо ответа я только кивнул и направился в указанную сторону. Не знаю, что обо мне подумает парень, но говорить что-то вслух банально не было сил. Хотя, кажется, он всё же немного поник. Надо будет объясниться с ним позже. А сейчас.. А сейчас я едва держусь на ногах. Как я вообще иду.. Хотя, наверное, этому всё-таки поспособствовала очередная закинутая в рот горькая таблетка зеленоватого цвета. Надо просто добраться до укрытия. А там можно будет восстановить магический источник и сделать печать для телепортаций. На скачок без печати мне и подавно не хватит сил. Хах, а ведь если бы тут был кто-то посторонний, он бы обязательно задумался о том, почему я так легко доверился ученику в выборе пути. Тем более вопреки своему собственному выбору. Только вот тут всё просто - я доверяю его интуиции гораздо больше чем своей. Способности этого чуда превосходят способности всех известных мне Судей. Великие звёзды, почему же это дарование доверили обучать именно мне? Всё попытки отвлечь себя размышлениями сошли на нет, когда едва слышные шаги позади меня прекратились. Я тут же подошёл к мальчику, присел возле него на колени, несильно, но цепко, схватив его за тонкие плечи. Паренёк позволил себе опереться о мои руки, расслабился, прикрыв глаза. Я удивился, хотя и не подал виду. Раньше он не позволял себе такого. Всегда выдеял границы. Конечно, мы не так часто оказываемся в подобных ситуациях, но всё же.. Думаю, это приключение станет переломным в наших отношениях. В том или ином смысле. - Ты ж говоришь, что всё нормально? - Учитель, да по сравнению с вами, я чувствую себя просто прекрасно. - Ах, то есть на то, чтобы шутить, у тебя силы есть, да? - усмехнулся я. Но прежде чем, успевший смутиться Фостер что-либо ответил, я полез в один из корманов и выудил оттуда таблетку. Чёрт возьми, последняя. - На, съешь, полегче станет. Паренёк без препирательств взял маленький шарик из моей руки и закинул себе в рот. Немного поморщился. Ох, не переживай. Такими темпами ты быстро привыкнешь к этому вкусу. - Вот, держи, - протянул ему ёмкость с водой, всегда находившуюся на поясе. О да, сервисный пояс - штука хорошая. - Спасибо, - паренёк протянул бутыль мне обратно. Кажется он сделал всего пару глотков. Неужто Фостер и обо мне думает? Внутренне усмехнувшись я тоже сделал пару глотков. Затем вернул сосуд на место. Прикрыл глаза, сделав несколько вдохов и выдохов. Надо собраться. Сейчас главное не дать эмоциям верх. - Давайте сюда, - Фостер указал за скалу, расположившуюся в нескольких метрах южнее от нас. Я только пожал плечами и пошёл вслед за пареньком. Почему-то подумалось, что терять уже особо нечего. Хотя если что-нибудь всё же случится, то этот мир многое потеряет... Многие миры... За которые в ответе я... Ох, за что мне всё это... Погрузиться в раздумия над смыслом жизни я не успел. Мне помешали. Помешала очень-таки хорошая весть - мы вышли к никем не занятой пещере. У входа в пещеру я набрал побольше сухих веток(благо, вокруг их было предостаточно) и разжег небольшой костёр у места, которое показалось мне более менее удобным. Я сел, облокотившись спиной на стену. Наверное надо бы обработать раны, но... Но я слишком устал, чтобы что-либо делать. Устал настолько, что не заметил, что огонь потух уже через пару минут после того, как я его зажёг. Неудивительно, что я не заметил того, что произошло дальше. А именно того, что Фостер зажёг заново костёр. Стянул с меня плащ и рубашку и обработал раны. Затянул порез на ноге. Помог мне лечь поудобнее и накрыл моим же безразмерным плащем. А сам он, зачерпнув остатки магии, открыл моё астральное хранилище. Правда лишь низший уровень. Но этого хватило, чтобы найти пищевые батончики, котелок, целебный чай, медикаменты. Нормальное обезболивающее. Так что через пол часа я уже пришёл в себя. Как раз к этому времени был готов целебный чай. Помогает быстрей восстановить физическое тело и дух. Фостер, немного помешкавшись, всё же уселся у меня на коленях. На что я лишь усмехнулся и пригладил его отросшие растрепавшиеся волосы. - Вас пытали, - первым нарушил тишину паренёк. Ох, ну что я могу тебе на это ответить? - Всё нормально. - Точно? Я прислушался к своим ощущениям. А точно ли всё нормально? Разумеется, нет. Но, пожалуйста, можно я притворюсь, что всё всё-таки хорошо? - Конечно, - выдавил я из себя некое подобие улыбки. Не думаю, что Фостер поверил. По крайней мере, продолжать эту тему он не стал. - Как думаете, что пошло не так? Что? Да всё пошло не так. С самого начала. И это ужасно. И непонятно. Как меня смогли обмануть? Нет, я вовсе не говорю о своём мастерства, просто... Просто обмануть меня физически нереально. - Думаю, напутали что-нибудь с разведкой, - произнес я самый, на мой взгляд, логичный ответ. - А часто такое случается? - Вообще - не очень. То есть никогда. Скорее всего, дело вообще не в этом. И я не знаю в чём. Это пугает. - Но ведь дело не в этом, да? Этот мальчик, что мысли читать умеет? Или мне сейчас очень плохо, и все мысли отображаются на лице? Не знаю. Всё слишком запутанно. А ведь ещё надо печать для перемещения создать. Черт, а я справлюсь? Не думаю. Надо отдохнуть. Поняв, что лемит вопросов-ответов на сегодня себя исчерпал, Фостер лёг рядом, укутавшись в мой плащ и положив голову мне на колени. Невольно я залюбовался им. Совсем детские дерты лица. Жёсткие чёрные волосы, которые мальчик забирает в хвост, сейчас были растрёпаны. Я прошёл по ним пальцами, пытаясь распутать. А потом заплел их в косу, перевязав резинкой, которая теперь всегда была на моем левом запястье. Фостер почему-то всё время их терял. Хотя может, мальчику просто нравится когда я его причесываю. Ох, как же он юн для всего этого. Вскорераздалось тихое посапывание - Фостер уснул. Я же спать не собирался. Надо придумать, как выбраться отсюда. Приготовленные заранее эферы у меня отобрали, а для того, чтобы изготовить новые, нужна энергия. А её нет. Для накопления достаточного количества энергии нужно несколько дней. А ведь за это время может произойти всё что угодно. Значит надо что-нибудь придумать. А что придумать? Не знаю. Кажется, мой мозг слишком устал размышлять и уже не мог больше выдать никаких дельных мыслей. Я бы, скорее всего, даже уснул вскоре, но меня, к сожалению, а может и наоборот, выдернул их полудрёмы Фостер: - Учитель? - Мгм? - Я могу вас попросить рассказать мне какую-нибудь историю? - только сейчас я понял, почему мальчик проснулся. Его глаза были мокрыми, а руки слегка дрожали - плохой сон приснился. Видимо очень плохой. Его реально трясло. Я сделал вид, что ничего не заметил и лишь притянул Фостера к себе, слегка приобняв и получше укутав в свой плащ. А мальчик благодарно уткнулся лицом в мою тунику. - Какую историю? - решил уточнить я, одновременно пытаясь сесть поудобнее. Долгое сиденье на холодном камне давало о себе знать. - Какую-нибудь такую, которую рассказывают младшим ученикам, чтобы они не могли уснуть, - ответил Фостер, когда я наконец сел, скрестив ноги и облокатившись спиной о стену стену пещеры позади нас. - Чтож, - я задумался. У мастеров в самом деле большой запас таких историй. Ученики слушают их, затаив дыхание, а потом спорят, какой же смысл в истории. Говорят, история и правда хороша, если малыши пришли к общему мнению. - Слушай внимательно… Однажды Любовь заметила, что Отвага и Осторожность очень одиноки. Она долго беседовала со своей сестрой-близняшкой Влюблённостью об этом. В итоге они решили пойти к лучшей подруге любви - Судьбе. Судьба выслушала сестёр. Она долго не соглашалась с их идеей свести Отвагу и Осторожность вместе. Судьбе казалось, что они несовместимы. Но она решила всё же им довериться. И вскоре Отвага и Осторожность встретились, а позже полюбили друг друга. В знак доверия эмоции должны снимать маску и показывать любимому свои глаза. Настоящие, а не те, что нарисованы, пусть и очень искуссно, на маске. Осторожность, впервые в жизни опровергнув своё имя, не раздумывая, показала Отваге свои глаза, стянув аккуратную, лёгкую маску. Отвага долго любовалась этими зелёными, как свежие листочки, зрачками и никак не могла оторвать от них взгляд. А потом, словно очнувшись, притянула Осторожность к себе и поцеловала. Они целовались долго, пока в лёгких у обоих ещё был воздух. А когда они наконец разорвали поцелуй и немного отлышались, Осторожность потянулась к тяжёлой на первый взгляд маске Отваги, но та отвернулась. Осторожность была удивлена такому поведению Отваги, но не обиделась. Она лишь шепнула возлюбленному, что всё в порядке, и снова затянула в глубокий поцелуй, подумав мельком о том, что, возможно, стоит поговорить с младшей сестрой Отваги - Дерзостью. Так она и поступила. Дерзость, в пору своей юности, долго отказывалась говорить, но она любила своего старшего брата и хотела ему счастья. Наконец решившись, Дерзость поведала Осторожности такую историю: « Отвага лишь однажды решилась показать кому-то постороннему свои глаза. Поговаривают, что это был Страх. Отвага долго не решалась на это, но однажды, после долгих уговоров, всё же показала Страху своё истинное лицо. И с тех пор его никто больше не видел. С тех пор Страх стал лишь фантазией тех, кто всё ещё верит в его существование. » Поражённая этой историей, Осторожность решила больше не настаивать на том, чтобы возлюбленный показал ей своё лицо. Им ведь и так хорошо живётся. Они счастливы. Но всё же, кое-в-чём Осторожность не смогла себе отказать. Каждую ночь она снимала тяжёлую железную маску Отваги и часами рассматвала её закрытые веки, всё гадая, какого же цвета у Отваги глаза. Но все окружающие понимали, что так не могло длиться вечно. Как жаль, что они оказались правы. Однажды ночью, когда блестящая маска Отваги вновь оказалась на прикраватной тумбочке, Осторожность поняла, какую ошибку совершила. Отвага ещё не успела уснуть, и её глаза были открыты. Прошло всего одно мгновенье, и Осторожность утонула в морской синеве глаз любимого, перестав существовать навсегда, став лишь фантазией тех, кто хотел в неё верить. С тех пор Судьба больше никогда не доверяла Любви и, порой, делала что-либо против её воли. - Оу, - выдавил из себя мальчик, и следующие минут десять молчал, в попытке найти в истории все спрятанные в ней метафоры и сравнения с реальной жизнью. После того, как Фостер несколько раз молча открывал и закрывал рот, в попытке задать вопрос, я сказал: - Фостер, что ты хочешь спросить? - Учитель, - неспеша начал мальчик тщательно подбирая слова, - я, кажется понял, все спрятанные смыслы, но… В чём общая суть? Я усмехнулся, невольно спросив себя, почему рассказал именно эту историю десятилетнему мальчику. Однако на вопрос ответил: - Возможно, в мире обычных людей можно жертвовать чем-то ради своих чувств, но у Старших всё не так. От нас зависит слишком многое, слишком много миров может пострадать из-за неправильного шага. Нельзя, чтобы хоть какое-то твоё действие зависело от эмоций. Прежде всего думай головой. И словно подкрепляя свои слова, я потрепал мальчика по макушке. Тот снова задал вопрос, повернувшись ко мне лицом и заглянув прямо в мои в глаза, которые, по его словам, были цвета сапфира: - А о ком эта история? Я отвёл взгляд. В голове назойливо вертелось одно имя, но я не хотел пускать его в свои мысли. Но Фостер всё равно всё понял. Так что я тут же отмёл мысль о ничего не понимающием в таких делах десятилетнем мальчике. - Ясно, - протянул он, стараясь поверить в то, до чего только что домумался. Его учитель влюблён, но им нельзя быть вместе. Классика. Но на этот раз мальчик не стал задавать вопросов. Не так уж важно, что это за человек, если будет внимательным, то скоро всё равно поймёт. Я, сдерживая ухмылку, смотрел на размышления мальчика, на его крайне задумчивое, ещё полное детской наивности лицо. Думать о том, что будет, когда он наберётся опыта и станет понимать, когда я читаю его мысли, не хотелось. Неожиданно Фостер поднялся: - Я кое-что придумал. Я не стал интересоваться, что именно. Слишком устал. Не хотелось даже думать, мысли застревали где-то на полпути. Так что я просто закрыл глаза и мгновенно погрузился в глубокую медитацию в попытке восстановить физические и духовные силы, полностью доверяя всю ситуацию ученику. Ждать пришлось недолго. Около получаса спустя, моего плеча коснулась детская ладошка, мгновенно возвращая меня в этот мир. Да, вот так вот сильна наша связь с учеником - ему достаточно коснуться меня или что-нибудь сказать, чтобы вывести меня из глубокой медитации, на что порой не способен (и это не преувеличение) атомный взрыв у тебя под ухом. Такой связи могут позавидовать многие пары учитель-ученик. К тому же, Фостер обучается у меня всего пару лет. Так что, да, получается, что этот мальчик дарован мне судьбой. - Учитель смотрите. Энергетическое поле этого места недостаточно сильное, но мы всё равно можем попытаться отправить сигнал о помощи кому-нибудь из ваших знакомых, - чётко проговорил ученик. - Молодец, - я потрепал мальчика по плечу, уже находясь в своих мыслях. Медитация помогла мне, хотя бы частично, вернуть под контроль свои физическое и духовные тела. Дело в том, что не только в парах учитель-ученик образовываются связи. То же самое происходит и с близкими друзьями. Этой связи должно хватить, чтобы объяснить человеку по ту сторону мироздания ситуацию, в которой мы находимся и попросить помощи. Фостер, разумеется знал об этом. Так что, не повременив, спросил: - Сатин или Байден? Мне пришлось задуматься. В любой другой ситуации я бы без колебаний ответил "Сатин", но... Фостер не зря сказал, что поле вокруг нас очень слабое. Его энергии, даже включая энергию, связывающую меня с Сатин, может и не хватить. - Байден, - чётко произнёс я, после нескольких секунд размышлений. Не поднимаясь с места, я обратился к своему магическому источнику, погружаясь в окружающее каждое живое существо энергетическое поле, связывающее его с близкими ему людьми в частности и окружающим миром в целом. Фостер, почувствовав это, отошёл подальше и постарался силой мысли скрыть свое собственное энергетическое поле, дабы не отвлекать меня. Хороший малый. Далеко пойдёт. Если, конечно, я не подведу его. Я заставил себя сосредоточиться. Лишние мысли сейчас ни к чему. Всего через пару минут перед нами появился размытый силуэт парня. Нам нём кристально-белое кимоно, перевязанное чёрным поясом, поверх - серый плащ. Волосы, цвета белее снега, развевались на ветру, что говорило о том, что Байден сейчас не в офисах. - Отлично выглядишь, - не удержался я от комментария, машинально поправляя свою шевелюру. Ох, небось, эти зачесанные набок волосы цвета пшеницы выглядят сейчас просто ужасно и уж точно неподобающе для Старшего мастера. - Ты тоже. По крайней мере, лучше, чем в прошлый раз. Вспомнив о том, из какой передряги Байден вытаскивал нас в прошлый раз, я невольно усмехнулся, но тут же принял серьёзный вид и вкратце рассказал о ситуации. Через пару мгновений Байден оказался рядом, но сам, а не его голографическая копия. Друг крепко, но осторо обнял меня, хотя через пару мгновений уже отстранился и обратился к Фостеру: - Ты вот почему за учителем своим не следишь? Опять вы вляпались в какую-то передрягу непонятную. - А разве не он должен следить за мной? - снова включил ребёнка мой ученик. - Он-то? - Байден сделал вид, что придирчиво меня оглядел, а я же, в свою очередь, отчаянно делал вид, что не слышу, о чём они шепчутся. Мы часто с ними озоруем, когда остаёмся втроём, поэтому Фостер так любит, когда приходит Байден. Я мальчику озорничать не позволяю, но когда на меня смотрят уже две пары щенячих глаз, отказать не могу. - Ты уж извини, но на мой взгляд, ему и за собой присмотреть трудно, а ты хочешь, чтобы он ещё за кого-то нёс ответственность? Фостер, полностью копируя жест Байдена, точь-в-точь как он оглядел меня и только после этого ответил: - Да, вы как всегда правы, Мастер. Возразить мне не дали. Вокруг закрутился знакомый вихрь эфера перемещения, и я всё же потерял сознание. Очнулся я в хорошо знакомой мне комнате. В Астрале места более чем достаточно, так что у каждого Старшего есть неплохие покои. Поэтому неудивительно, что я оказался в гостевой комнате Байдена. По ощущениям, я лежал в кровати, укутанный тёплым одеялом. Я прислушался к своему телу. Если не считать жуткой слабости, словно сковавшей меня по рукам и ногам, всё было в относительном порядке. Из другого конца комнаты слышался смех Фостера и тихий голос Байа. Не удивлюсь, если окажется, что он косплеит кого-то из Старших мастеров Я постарался подняться, но смог лишь с помощью Байдена. - Расслабься, ещё пара часов и будешь как новенький. Эффект эфера Блада так просто не проходит, - хлопнул меня по плечу Бай и, когда я зажмурился то ли от боли, то ли от неожиданности, зачем-то несколько раз погладил место удара. Фостер несколько секунд мялся на месте, но потом всё-таки произнёс: - Учитель, вы голодны? Может, я принесу чего-нибудь с кухни? И, не дождавшись моего кивка, мальчик удалился из комнаты, аккуратно прикрыв за собой дверь. Спустя всего пару мгновений, Байден коснулся своими тонкими длинными пальцами моего подбородока, заставляя повернуть голову на него и подался вперёд, ловя с моих сухих, потрескавшихся губ долгожданный поцелуй, то грубо проводя своим языком по внутренним сторонам щёк, то нежно покусывая и без того изцарапанные губы. Лишь вдоволь наигравшись с моим ртом, Бай отстранился. - Думаешь Фос специально ушёл? Или он слишком маленький, чтобы понять? - спросил он просто потому, что нам обоим требовалось слышать хоть чей-то голос, чтобы не утонуть в движениях рук, которые уже давно вышли за рамки вседозволенного. - Мне почему-то кажется, что не существует ничего такого, что он мог бы не понять в силу возраста, - принял я эстафету, состоящую из совершенно ненужной сейчас болтовни. - Бай-а, - протянул я, когда одежда, став лишней, смешалась в один ком с одеялом, - мне сейчас вообще-то не очень хорошо. - Тогда просто лежи и наслаждайся процессом, - скривил губы в весёлой ухмылке парень. Ох, лучше бы он так не делал. Эта ухмылка - единственное, что не позволяет мне остановиться, потому что она принадлежит только мне и появляется лишь тогда, когда мы наедине. И я поддался этим необходимым для меня ласкам. Хотя, вряд ли у меня был какой-то выбор. В такие моменты - когда по моей коже скользят его идеальные пальцы, когда губы оставляют мягких бабочек по всему телу, когда я, выгибая спину, хвастаюсь за эти белоснежные волосы - я понимаю, что полностью пренадлежу ему. И мне это нравится. Нравится понимать, что от меня хоть иногда ничего не зависит, что я просто могу плыть по течению, отдав себя на хранение этим то грубым, то нежным касания и покусываниям близкого и такого нужного человека. Когда Байден ввёл меня один палец, я инстинктивно подался ему навстречу, требуя большего. - Бай-а… - Ох, как же мне нравится, когда ты меня так называешь. - Б… - Терпение, Рей-а, терпение. -… - Но-но, я же сказал тебе расслабиться, - Байден, не давая мне что-либо сказать, залез пальцами ко мне в рот, другой рукой продолжая растягивать меня уже тремя пальцами. Я повиновался его движениям, послушно вылизывая эти идеальные, божественные фаланги пальцев, обводя языком контуры ногтевых пластин. Когда его руки переместились ко мне на плечи, Бай подался вперёд, входя в меня медленно, сразу на всю длину. - Рей-а. Скажи, тебе это нравится? - спросил Бай, сразу задавая темп, не давая ни себе ни мне привыкнуть к этим ощущениям. - Мгм… - я не смог вымолвить ни слова, и лишь промычал нечто нечленоразлельное, дивясь способности Байдена держать себя под контролем даже в такой момент. - Ну же, Ден, ответь, я хочу слышать твой голос, - деланно по-детски заканючил Бай. - А ты-то сам что думаешь? - спросил я, как только понял, что могу контролировать свой голос. Однако Бай, словно специально, ускорил темп, и я тут же стал резко нуждаться в дополнительной порции кислорода. - Ну же, Рей-а, я хочу услышать, как ты это скажешь, тебе нравится? - от прежней детской наивности не осталось и следа. Байден провел ногтем своего идеального указательного пальца по линии моей челюсти, лишь чудом не оставляя за собой красную ниточку. Черт возьми, он выглядит чертовски сексуально. И я прекрасно знаю, что таким Байдена видел всего один человек, и он прямо сейчас находится под ним. - Нравится, Бай-а… - произнёс я уверенным голосом, но когда дошёл до имени парня, намеренно произнес его с придыханием, чем довёл Байдена до грани. Ещё через пару минут, я кончил вслед за ним. Когда же в комнату зашёл Фостер, неся в руках поднос с чем-то слишком приятно пахнущим, мы с Байденом спокойно переговаривались, пытаясь понять, как произошла утечка информации. То, что произошло около получаса назад останется чем-то, что существует в совсем другой жизни и не касается нас настоящих. Правилами Старших не зря запрещено привязываться к кому-либо, но чувствам ведь не прикажешь, так что Старшие мастера, зачастую, закрывают глаза на отношения между их подчинёнными. Фостер молча поставил поднос на столик у кровати и сел на кресло неподалёку, не присоединяясь к трапезе Старших, ибо проторчал в столовой более часа, попробовав, наверное, штук десять различных десертов. Мальчик взял в руки книгу с какой-то литературой, которую он должен прочитать в ближайшее время, но его глаза лишь бездумно бегали по строчкам, а пальцы изредка перелистывали страницы. Он размышлял. Вопрос о том, чьё имя тогда всплыло в мыслях его учителя отпал, только вот вопросов это всё равно не убавило. Слишком всё сложно. И всё же, спустя какое-то время, Фостер решил сосредоточиться на прекрасном, хоть и не очень понятном творении некой Лебин, надеясь лишь на то, что когда мальчишка вырастет, у него всё будет проще. Так или иначе, он всегда сможет попросить совета у учителя. В этом он не сомневался.