Tokyo nights

— Мой босс скоро узнает, что я не выполнил заказ, — глухо сказал Джонни, уставившись на стоящую перед ним кружку горячего чая, заботливо заваренного Тэном. — У него везде есть поставщики информации, шпионы. Он говорил, что доверяет мне, что ценит за безукоризненно выполненную работу, но чёрт, Тэн... он будет в ярости, когда узнает. Он страшный человек. Всех, кто допустил хотя бы малейшую ошибку, он не прощает. А не выполнить его поручение или приказ— это предательство. И я его предал. Джонни отхлебнул чай и выпрямился на стуле. Они сидели в тесной уютной кухне Тэна. За окном начался дождь, монотонно стучащий по подоконнику и длинными ручейками стекающий по стеклу. Тэн молча сидел напротив и крепко сжимал свою чашку обеими руками. — Я хочу, чтобы ты понимал, что ситуация серьёзная, Тэн, понимал, с чем тебе пришлось столкнуться, — слова давались Джонни с трудом. Он ненавидел Юту, ненавидел обстоятельства, по которым именно его соулмейт оказался тем злополучным свидетелем, ненавидел себя за то, что оказался частью преступной сети Накамото. — Но я сделаю всё, чтобы ускользнуть от него. Чтобы мы могли сбежать. Чтобы защитить тебя. Он посмотрел через стол на Тэна. Тот пригубил чай и отставил чашку, поведя хрупкими плечами, словно от холода. — Они могли отправить и другого наёмника, верно? А отправили тебя. И только поэтому я жив. Я жив благодаря тебе. Таец протянул вперёд руку, мягко касаясь кончиками пальцев ладони Джонни. — Не надо себя ненавидеть, Ёнхо. Ты не виноват, что этот глава якудзы такой жестокий и кровожадный. И ты не виноват в том, что мне не посчастливилось оказаться у него на пути. Так сложились обстоятельства. Но я не жалею о том, что ты мой соулмейт. Как я могу жалеть?.. Его губ коснулась улыбка, полная нежности и тихой грусти. — Мы должны уничтожить эти фото, разве нет? — Конечно, но к сожалению для Юты этого недостаточно. Это дело принципа, он ненавидит, когда ему не подчиняются, когда дела идут не так, как он хочет. Я это хорошо понял за все эти три года. Если бы можно было повернуть время вспять... Джонни никогда бы не связался с кланом Юты. Он легонько сжимал пальцы Тэна и не мог оторвать взгляда от его блестящих лисьих глаз. Он будто всю жизнь был другим человеком и только сейчас наконец проснулся, стал собой. Здесь, рядом с Тэном. Ему стало плевать на все свои прошлые принципы, которые теперь казались просто смешными. А ведь чёртов Чон Джэхён оказался прав. Он встретил соулмейта несмотря на все сомнения, и теперь он больше не хочет быть хладнокровным расчётливым наёмником, живущим всю свою жизнь в одиночестве, никого не подпуская к себе близко. Его место здесь, рядом с его соулмейтом, который доверил ему свою собственную жизнь. Теперь он живёт ради Тэна, его сердце стучит ради Тэна, в его венах кипит желание уберечь Тэна и всегда быть вместе с ним. К чёрту все принципы, к чёрту прошлое, он больше не может сопротивляться своим чувствам. Его губы жадно нашли губы Тэна и впились в них безумным поцелуем. Мягкие губы приоткрылись навстречу и страстно ответили на поцелуй. Пальцы Джонни приподняли Тэна за подбородок, углубляя поцелуй, отчаянно сминая нижнюю, потом верхнюю губу, не в силах насытиться. Он чувствовал, как тонкие руки обхватили его за плечи, как бешено стучит сердце в груди. Губы Тэна такие податливые и мягкие... это сводит с ума. Сводит с ума то, как таец тянется к нему, прижимаясь ближе, гладит по груди, как целует нежно и горячо. К чёрту всё. Джонни крепко сжал талию юноши и отнёс его в комнату, бережно уложив на кровать и нависнув сверху. Глаза Тэна блестели в полумраке комнаты. Джонни положил горячую ладонь на прохладную атласную кожу щеки тайца и несколько мгновений они просто смотрели в глаза, теряясь друг в друге окончательно. Тэн закусил губу, провёл кончиком языка по ряду белоснежных зубов, всё так же не отрывая глаз от Джонни. Не в силах больше сдерживаться, тот накрыл губы соулмейта своими и подкаченными руками подцепив край футболки тайца, стянул её через голову, поспешно отбрасывая в сторону. Взгляд на мгновение задержался на изумрудной метке под ключицей. Какой же он хрупкий и прекрасный, как идеально его талия помещается в больших ладонях наёмника, а сладкие губы будто созданы для поцелуев. Грубоватые пальцы Джонни нежно касались рёбер, сжимали бёдра, губы мокрыми поцелуями покрывали шею, грудь, ключицы и плечи, спускались на впалый живот, исследовали каждый миллиметр тела. Тэн дышал часто и прерывисто, зарываясь пальцами в густые волосы наёмника, откидывая голову назад и не сдерживая тихого стона, когда язык ласкал чувствительную карамельно-медовую кожу на внутренней стороне бёдер. — Ёнхо... — задыхаясь, прошептал он, цепляясь за простыню и выгибаясь навстречу Джонни. Ладонь наёмника скользнула вниз по узкому запястью тайца, накрыла его ладонь, заводя её за голову, придавливая к кровати и крепко сплетая пальцы, вторая рука аккуратно и нежно убрала чёрную прядку с разгорячённого лба. — Я люблю тебя, Тэн. Свет уличных огней пробивался сквозь оконное стекло и бликами скользил по обнажённой гладкой коже Тэна. Дождь негромко барабанил по подоконнику, капли медленно стекали по стеклу и исчезали где-то внизу. Джонни сидел на постели в сумерках маленькой комнаты и ощущал как сильно, размеренно стучит в груди сердце. Он поднялся, стараясь не потревожить сон безмятежно спящего Тэна, нащупал в кармане небрежно висящей на стуле куртки пачку Winston и с наслаждением закурил. Подошёл к окну, глядя как идёт дождь, застилая пеленой улицу. Сделав несколько затяжек, торопливо затушил сигарету о подоконник, подумав о том, что возможно Тэн не любит сигаретный дым. Вернулся на кровать рядом с юношей. Осторожно коснулся спины тайца, вытянувшегося на животе, крепко обхватившего подушку. Большим пальцем погладил выпирающую лопатку. Медленно заскользил кончиками пальцев по проступающим позвонкам. Опустился рядом, по прежнему стараясь не разбудить Тэна, и прижался чуть ближе. Ванильный запах волос приятно кружил голову. Сильными руками обхватил спящего юношу, притянул к своей широкой груди, заключая в объятия, прислушиваясь к его равномерному дыханию. "Как же я жил без тебя?" Губы бережно коснулись лба, подушечки пальцев очертили овал прекрасного лица. Тэн слегка улыбнулся, не просыпаясь, и доверчиво прижался к груди наёмника.