Друзья извращенцы или просто игра

×××

Весенняя пора самая любимая для Хан Джисона. Вы не подумайте, он не сумасшедший, но он любит эту съедающую наступающую жару. Так же сильно, как и посиделки с друзьями за гаражами с бутылкой пива, купленной в страхе быть спаленным, и пачкой смятых сигарет, которые, в принципе, только для понтов. Но он уже не маленький, как и его друзья. Теперь они обычно собираются на хате у Чанбина, который вместо продолжения учёбы после школы пошёл работать и знаете, успешно. Настолько, что теперь мог себе позволить не только одну маленькую квартирку. Друзья разъехались по разным городам и остались лишь самые стойкие. Как упоминалось выше, Чанбин, Джисон и милый Феликс. Точнее, он был милым где-то несколько лет назад. Но по каким-то причинам его улыбка померкла и редко появлялась только лишь усмешка. Скорее всего это было из-за того, что Бан Чан уехал из страны. Феликс был разбит, но держал себя в руках. Как никак, брат не будет нянчиться с ним вечно. На смену пришёл Чанбин и, возможно, уже не как брат. Ходили слухи, что люди видели смеющегося Феликса рядом со старшим, но Джисон никогда этого не видел. Ликс погряз в учёбе, как и Хан, поэтому с того времени они виделись от силы несколько раз. И вот, наконец настал день, когда все могли спокойно встретиться и посидеть. С ещё одним человеком, которого раньше не было в компании. Этот человек появился в жизни Хана на первом курсе, когда вальяжно вошёл в аудиторию и кинул свою сумку на место рядом с Ханом, но был минус, он немного промахнулся, а после извинялся и аккуратно вытирал кровь Хана, текущую из носа. Младший нашёл время познакомить Минхо с друзьями, вот только все вместе они никогда не собирались. Джисон думал, что бывшие друзья остыли к нему, но на удивление это были лишь его тёмные мысли. Они не брали много алкоголя, так как никто из четырёх парней не злоупотреблял им. Всего лишь бутылка коньяка, и то чанбинова. Феликс выглядел как каменная статуя, даже когда Джисон с разбега набросился на него, обвивая всеми конечностями. Зато Ликс запищал, когда Хан начал его целовать в лицо куда попало, и это уже прогресс. Минхо неловко поздоровался. Было напряжённо до того момента, пока половина бутылки была опустошена, а мусор от крекеров валялся по всей гостиной. На телевизоре заканчивался фильм «дэдпул» с прекрасным актёром в главной роли, а Джисон убегал в туалет уже шестой раз за вечер. — Давайте сыграем, — холодным тоном протянул Феликс, в конце хитро ухмыльнувшись. Они с Чанбином сидели в обнимку и Хан мог поспорить, что видел их чмоки в уголок губ и шаловливые руки Бина, находящиеся на внутренней стороне бедра Ликса. — Ну, развеселите нас, — подал голос Ли. — Выбирайте, бутылочку на поцелуи или «правда или действие», только без правды. — Точно не бутылочку, — скривился Хан, — ещё ваши слюни пробовать. Фу, гадость. — Чудесно, начинайте. Они всё ещё сидели на диване, но Феликс неожиданно сел на бёдра Бина, а тот сразу устроил свои руки на худеньком мальчике. — Минхо, давай, ты первый. За всё это время Ли стало намного комфортнее и удобнее, поэтому даже если он придумает что-то глупое, ему не будет неловко. — Любому из вас? Или по очереди? — Любому. Минхо не обдумывая переводит взгляд на сжавшегося Хана, стучащего по полу ногой в нетерпении. Тот, заметив на себе игривый взгляд, вздрагивает и хмурит брови, позже пища: «Почему ты смотришь на меня?!». — Джисон-и, — тянет он и хихикает, — покажи всем нам эгьё. Феликс одобряюще вскрикивает и заставляет смущённого Хана выйти в центр комнаты. — Окей, но при условии! Все мы не можем отказаться от задания, поняли? А то вдруг я выполню, а вы будете увиливать. Все закивали и пристально уставились на парня. С каждым разом он краснел всё больше, поэтому начал дышать чаще. Хан встал спиной к гостям, а потом с маленьким прыжком повернулся, скривил своё лицо, надул щёчки, тыкая в них пальцами, и издал милый, тонкий звук. И наступила тишина, конечно, парни сдерживались, а Хан в прямом смысле сгорал. Он упал на колени и закрыл лицо руками, начиная очень громко ворчать что-то о том, что все они злые и что Минхо придурок. Наступила очередь Джисона. Он бы конечно задал что-нибудь Минхо, но это будет не интересно, если всё будет продолжаться между ними, поэтому: — Хён, рассмеши Ликси, — обращался он к Чанбину, который скривился от прозвища «хён». Феликс вскинул бровь, дерзко смотря на своего парня. Чанбин не стал медлить, притянул младшего к себе за затылок и уткнулся губами в тёплую шею, начиная легонько, но мокро чмокать. Феликс захихикал и стал бить Бина по груди. — Вау… — в один голос произнесли парни, ведь такой младший впервые перед ними. Спокойный, не напряжённый и невероятно милый. Его низкий смех заставлял бегать мурашки по телу. Бин выглядел довольным, переводя свой взгляд на друзей. В один момент он стал что-то шептать Феликсу настолько тихо, что даже прислушиваясь, ничего не было слышно. Блондин кивнул своему парню и также перевёл свой взгляд, уже немного холодный, в глазах которых читался интерес. — Наше желание одно на двоих вам. — Почему? Хэй, так тоже можно было? — Заткнись, — грубо перебил младший, обнимая Бина сильнее. Повисла неловкая тишина, лишь глубокое дыхание этих двоих в обнимку. Они, казалось, были чем-то рады. — Отсосите друг другу… — На наших глазах, — закончил Феликс предложение. Они выглядели так непроницательно, но дышали ещё глубже, обводя своим взглядом тела друзей. — В-вы серьёзно? — потерянно спросил Хо, нервно хрустя пальцами в этой гробовой тишине. — Я что, похож на заику? Да, серьёзно! — резко и грубовато ответил Ликс, но после так широко улыбнулся. Можно было подумать, что он радуется каким-нибудь подаркам, уж никак не этому… — Помнишь, что ты сказал, Хани? Давайте, выполняйте. Минхо со страхом перевёл взгляд на Хана, который покусывал губу и выглядел… потерянно? — Друг другу или всё же кто-то один из нас кому-то? — Вначале голос дрожал у Джисона, но под конец он стал уверенней. — Как хочешь. Джисон переводит робкий взгляд на старшего, и, боже, краснеет. Хан чешет свой затылок и блуждает глазами по комнате. Его нога ещё громче забилась о пол. — Ты серьёзно собираешься сделать это? — Минхо был удивлён, и не сказать, что ему было противно, нет. Это было заманчиво, но перед друзьями… — Н-наверное… Можно я буду… эм… д-делать это, если, конечно, ты не против. Ты можешь отказаться, хён. Знаешь, просто я подумал, что правильнее будет именно так, потому что я с ними знаком давно и уже ничего не стесняюсь, а ты… Честно, можешь- — Хватит мямлить и вставай на колени, — в манере приказа произнёс старший, получая тихий, но красивый выдох из Хана. Феликс сбоку захихикал. Снова. В какой раз за этот день? Минхо взглянул на пару, буквально, прожигающих их взглядом, и немного смутился. Сейчас Джисон на коленях с дрожащими руками. Его друзья, лежащие сбоку от него в обнимку и улыбающиеся. Боже! Это была дикость. Чанбин с Феликсом, видимо, были грёбанными извращенцами. Кстати, блондин успел немного поменять своё положение, сидя на коленях своего парня лицом к лицу, нежели раньше. — Я м-могу…? — Боже, Хани, конечно можешь. Просто сделай это, а потом, если хочешь… Я мог бы… Сбоку Феликс запищал и прикрыл рот, всё ещё не отрывая взгляд. — Твою мать, — сам себе проговорил Мин, опрокинул голову и закрыл лицо руками. Джисон развёл широко ноги друга мягкими маленькими ладошками, направляясь вверх по коленям. Он доходит пальцами до паха, не сильно прикасаясь к нему, из-за чего Минхо резко вздрагивает и пытается свести ноги, но в итоге сдерживается. Его член уже был немного твёрд, скорее всего из-за всей этой ситуации. Чего таить, Хан тоже был твёрд, но намного сильнее. Ведь бёдра старшего — нечто. Они такие твёрдые и мясистые. Чёрт возьми, Хан сходит с ума. Он накрывает ладошкой член через ткань, чувствуя, как ноги старшего немного дрожат. Хан переводит взгляд на Феликса с Чанбином, всё ещё замечая, как на него смотрят. Феликс улыбается, сглатывает ком и кусает губы, невольно подаваясь бёдрами навстречу своего парня. Чанбин крепко держит его за ноги и сам кайфует как и от картины, так и от действий. — Хватит смотреть, я не хочу так сильно и так быстро твердеть, — говорит Ликс, смущая до конца Хана. Звук расстегивающейся ширинки остаётся надолго в его ушах, член друга с каждым разом становится всё твёрже, а бугорок всё больше. Джисон уверен, что просто напросто не выдержит. Боже, это его друг, лучший друг! А у него слюнки текут. Это неправильно, но Хан прямо сейчас вытаскивает возбуждение с большой красной головкой и капелькой предэякулята на кончике. Красив, не поспоришь. Во всех местах, абсолютно. Ликс сбоку громко вздыхает, как и Чанбин после. Тут вообще-то должен Хан вздыхать, а не они. Минхо наконец открывает своё лицо и помогает спустить штаны. Сам садится на край, ближе ко рту Хана. И только от мысли об этом его член болезненно дёргается. У Хана глаза горят, когда перед ним дёргается толстенький член. Он такой ровный и красивый, с жилистыми венками и гладкой кожей. Он был намного больше, чем у самого Джисона, поэтому так в новинку. Он смотрит в глаза друга и в этот же момент накрывает эрекцию, видя, как глаза Хо закатываются, а с губы начинает течь маленькая капелька крови. Руки Минхо сами по себе находят волосы младшего, гладя их и немного оттягивая. Хан проводит рукой несколько раз, пальчиком играясь с головкой. А после наконец приближаясь и тычась носом, мельком касаясь губами, дразня старшего, который то и дело мычит и всё сильнее сжимает волосы в своих руках. — Чёрт возьми, Хани. — Стонет и после получает действия. Хан высовывает язык и лижет от самого основания до уретры, закрывая глаза и наслаждаясь этим глубоким дыханием. Точнее дыханием трёх людей. Он открывает ротик шире и начинает спускаться по члену, вбирая головку в рот и играясь внутри языком на чувствительных местах. Щёки сужаются, а ротик спускается ниже, головка тычется в них, растягивая довольно сильно. Джисон посасывает, когда чувствует, что слюни вытекают, а Минхо сверху впервые громко стонет, после закрывает рот и смотрит на друзей, которые не переставали наблюдать. Джисон с открытыми глазами видит, куда направил взгляд Минхо, и что-то внутри щёлкает. Что-то хочет, чтобы Минхо смотрел только на него. Поэтому он вбирает ещё глубже, начиная более равномерно качать головой туда сюда. — Ах… Блядь, Хани. П-пожалуйста…мгмх… — впервые Минхо выглядел так жалко. Феликс с Чанбином сбоку тоже начали громче стонать, произнося какие-то слова. Хан смотрит и видит их твёрдые члены, трущиеся друг о друга. Чанбин помогает рукой, но их взгляд всё ещё направлен на Хана. И в этот момент Джисона пробивает дрожь, а внизу становится очень тепло и мокро. Его смазка начинает течь с удвоенной силой, а член ныть от боли. Боже. Эти взгляды. Хан хочет всё это. Ему нравится, что за ним наблюдают. Ему нравится, что он возбуждает других. Он мычит, пуская вибрацию по члену и чувствуя усиленную хватку на волосах. Хан вытаскивает эрекцию изо рта, чтобы отдышаться и привести свои слюни в порядок. — Трахни меня в рот, — с желанием говорит он и слышит от Феликса: — Хани! Ах, блядь… Джисон резко схватил свой член и сжал. Он не хотел кончать. Точно не сейчас. У Минхо в какой раз дёргается эрекция и он, теперь не стесняясь, хватается за затылок друга и рывком входит в его открытый рот, начиная поддаваться вверх бёдрами. Он делал всё равномерно и глубоко, из-за чего у Хана начали проявляться слезинки, но никак не от боли. Ему было так хорошо… Спустя некоторое время хлюпанья и стонов, Хан слышит немного другие звуки, взглянув вбок, он замечает, наверное, самую необычную картину в его жизни. Он никогда бы не подумал, что застанет такое где-либо. Феликс грубо прыгал на Бине спиной к его лицу, причём они были повёрнуты к Хану. Они наблюдали, закатывали глаза, стонали и… занимались сексом у Джисона под носом! В другой ситуации Хан начал бы кричать, но сейчас он закрывает глаза и сам сильнее качает головой вместе с толчками и хрипами старшего. Его носик начинает утыкаться в лобок парня, и это, наверное, самое кайфовое в минете. Минхо сверху буквально кричит и дёргается. Слюни в таком беспорядке, что младший готов спорить, что они сейчас стекают по твёрдым бёдрам Хо. Хан стонет сильнее, руку под джинсы засовывает, вытаскивая член и начинает ласкать себя в таком же темпе, как и сосёт возбуждение друга. Шлепки и хлюпанье разносятся по всему помещению, и гортанный стон Минхо говорит о том, что его оргазм накрыл с ног до головы. Его тело начинает дрожать и напрягаться, когда из члена прямо в горло Хана выстреливает тёплая, вязкая сперма. Она была безвкусной и Джисон с лёгкостью проглотил. Наверное поэтому Феликс вскрикнул и также кончил, весь потный и взъерошенный. Он был таким уютным и уставшим, и почему-то Джисон не жалеет, что увидел это. Минхо гладит его по волосам, пока Хан вылизывает весь беспорядок. По стонам было слышно, что и Чанбин закончил когда-то там. У самого Хана в штанах липко и неприятно, ноги ватные не только из-за оргазма, но и из-за неудобного положения. В общем, ситуация не из лучших. Неловко и стыдно. Но… Всегда есть но… Джисон не против повторить. — Хани, ты был великолепен, — говорит Феликс, полуголый обнимая своего друга. И Джисон не кривится, нет. Потому что Феликс удивительно мил и нежен. Чанбин тоже вставляет свои пять копеек, расхваливая и извиняясь за всё, что уже произошло. — Только между нами. Просто всё забудем, ничего не было, — говорил он. А вот Минхо выглядел неловко. Он не знал, что делать, когда другие уже приспособились к обстановке и вернулись к тому, с чего всё начиналось. — И часто у вас так? — спрашивает Хо хриплым голосом. — Впервые, — говорит Хан, а те двое сзади друг другу улыбаются, — но мне понравилось! — а теперь закашлялись, выпучивая глаза и крича: «что?!». — За мной должок, — Минхо проводит рукой по волосам и выглядит так красиво. Джисон всегда знал, что он удивительный, но не настолько же. — За тобой отсос, — хихикает младший, — поехали ко мне. — Давайте тут. Сейчас. Только наоборот, — Феликс загорается и уже говорит не приказным тоном, а скорее возбуждённым и радостным. Минхо захныкал и снова закрыл глаза, на что Хан лишь посмеялся. И возможно они повторили…