Неаккуратный

      Он не верил в любовь. Не верил в судьбу. В свою судьбу. Не верил, что где-то в мире есть его человек. Обратное ему регулярно доказывали новые шрамы, что проявлялись на бледной коже под тихое шипение. И даже в эти моменты он уверял то ли себя, то ли мир вокруг, что нужен его соулмейту кто угодно, но только не Сережа.

***

— Олег, вы идете на поправку. — Вы так думаете? — Вам заметно лучше. — Да.       Сергей осторожно перевязывает рану на плече пациента. Осматривает. Внимательно. Возможно, даже слишком.       Холодные пальцы обводят участок кожи на лопатке. — Новый. У вас не самый аккуратный соулмейт.       Он произносит это вслух почти случайно, скорее для себя. Но собеседник смеется в ответ. — Прямо как вы?       Сергей тушуется, бормочет что-то о глупостях, которые говорит, видимо, еще не совсем пришедший в себя, пациент, прячет руку, на которой красуется свежий пластырь, в карман и уходит.       За закрытой дверью Олег издает разочарованный и почти истеричный смешок. Отмечает про себя, что порой в шутках больше правды, чем кажется.

***

      Разумовский приходит снова на следующий день. На указательном пальце левой руки новый пластырь. Олег почему-то уверен, что рана под ним получена вчерашним вечером. Поздним. Около полуночи. Именно в это время под тихое шипение на предплечье Волкова появился новый шрам.       Сергей же буднично заявляет, что пришел брать кровь для каких-то там анализов. Старательно не глядя в глаза, он протирает противно пахнущим куском ваты палец, распаковывает новенькое лезвие и делает надрез.       Олег, повинуясь внезапной глупой мысли, дергает руку в этот самый момент. Лезвие пропарывает половину пальца.       Разумовский возмущенно шипит и (Олегу ведь не показалось?) морщится, косясь на свое запястье, скрытое под рукавом белого халата. Хочется наплевать на вытекающую кровь, которую молодой врач старается остановить, на обстоятельства, на то, что они вообще-то чужие люди, послать это все к черту, дернуть рыжего доктора на себя и проверить догадку. Уже почти тянется к чужой руке, но останавливает себя. Показалось.

***

      Сергей приходит снова через два дня. С порога, заправляя за ухо рыжую прядь, справляется о самочувствии пациента, говорит, что со дня на день его выпишут. — Доктор.       Разумовский останавливает поток слов и смотрит недоуменно. Неловкая тишина затягивается, и Олег наконец решается сказать: — Мне кажется, вы — мой соулмейт.       Несколько минут Сергей ждет, что собеседник рассмеется и в своей манере скажет, что пошутил, но он смотрит слишком уверенно и твердо. — Что? — Вы не расслышали? — Нет-нет, просто… — Позвольте мне проверить. Просто проверить. Прошу.       Под этим взглядом Сергей сдается. Кивает и находит в кармане лезвие. Новое, он ведь снова за кровью пришел. Протягивает его Волкову. Молча. И ждет. Смотрит пристально, как Олег раскрывает конвертик. Как выдыхает шумно. Как подносит холодную поверхность к ладони.       Сереже страшно. Он же не дурак и не слепой. Видит новые шрамы на чужой коже после того, как поранится сам. Замечает тонкие светлые метки на своих руках каждый раз после очередной сдачи крови на анализ. Знает, что на его ребрах есть огромный шрам, что по форме — точная копия раны на руке Волкова. И конечно он почувствовал, как появился новый, когда Олег выкинул тот фокус.       Он знает, как Олег смотрит на него. И уверен, что взгляды Сергея не укрылись от внимательных карих глаз.       И, черт возьми, как же ему страшно. Страшно, что это просто ряд совпадений. Наваждение, которое рассыплется прахом, стоит только Волкову сделать надрез.

***

      Сквозь тонкий, но глубокий порез просачиваются красные капли. Олег смотрит внимательно, не решаясь сказать ни слова. Но тишину решается прервать Сергей. — Мог и не так глубоко.       Морщится, улыбается. Стягивает с плеч халат, расстегивает манжету рубашки, закатывает рукав и демонстрирует шрам. Маленький, свежий, будто только-только затянувшаяся рана. ***       Слова тут излишни. Они друг друга нашли. Два чужих человека, таких одиноких, столкнувшихся случайно.       Им понадобится много времени, чтобы осознать это, чтобы стать ближе, узнать друг друга и понять. Но одно они поняли точно — им уже никуда друг от друга не деться.