Ненавижу

      Макс вернулся с очередного гран-при. Мотогонки — его страсть. Он, как всегда, выиграл. Хотелось просто отдохнуть, расслаблено вкушая радость победы. Он вошёл в свою комнату и, к его крайнему удивлению, обнаружил своего брата, Брайана, сидящим на его кровати. Хоть они и были двойняшками, все же разительно отличались. Макс был похож на своего отца, платиновый блондин с голубыми глазами, но слишком рассудительный, и Брайан, так похожий на мать, зеленоглазый брюнет, вспыльчивый и импульсивный, редко раздумывающий над своими действиями.       — Что ты забыл в моей комнате? — спросил Макс, с ненавистью глядя на брата.       — А что, это секретный объект? — ехидно поинтересовался брюнет, закуривая.       — Ты ещё и куришь? Кто продал тебе сигареты! — вопросы законодательства и морали не то чтобы сильно волновали Макса, просто он старался их придерживаться.       — Ну, конечно, куда тебе, такому правильному, иметь хоть какое-то представление об этом. Ты вообще ничего не знаешь о жизни, спрятавшись в своём мире мотогонок. У тебя никогда даже девушки не было, — Брайан выдохнул струю дыма в сторону блондина. Макс стремительно подошел вплотную к сидящему парню.       — Да как ты смеешь?! Я, в отличии от тебя, не собираюсь спать с кем попало! — он вытащил сигарету изо рта брата и, бросив её на пол, растоптал кроссовком. — И не вздумай курить в моей комнате!       — А то что? — язвительно поинтересовался брюнет, вставая и оказываясь на расстоянии нескольких сантиметров от брата. — Пожалуешься дяде и тёте? Ну, давай, беги…       Брайан не успел отреагировать на удар в челюсть, который повалил его обратно на кровать. Пока брюнет приходил в себя, Макс подтащил его за руки к изголовью и пристегнул его руки наручниками.       — Ты чего это удумал? Отпусти меня! Быстро! — Брайан уже был в бешенстве.       — Я ничего не скажу взрослым. Я сам тебя накажу! — неприятная довольная ухмылка на лице Макса не сулила брюнету ничего хорошего. Но Брайан ничем себя не выдал. Макс быстро стянул с Брайан джинсы.       — Ты не носишь белья? Хорошо, — Макс облизнулся и посмотрел в область паха брата. — Неужели тебя заводит собственная беспомощность? Судя по всему, да, — и Макс провел указательным пальцем по возбужденному члену брата. Потом он наклонился и достал из нижнего ящика баночку.       — Прости, смазки у меня нет. Поэтому воспользуемся… мазью от ушибов, — улыбка Макса больше напоминала звериный оскал. — Я даже постараюсь не сделать тебе больно. Цени это, — Брайан молчал, но его взгляд вполне мог прожечь в брате дырку.       Макс вставил в него один палец. Было не то чтобы неприятно, даже наоборот приятно; неправильно, ужасно, но приятно. Блондин добавил ещё один палец и стал массировать простату. Но гордость не позволила брюнету застонать, или податься бедрами, или даже просить о большем. Макс расстегнул ширинку на своих джинсах и нанес на свой возбужденный член немного мази. Он не задумывался об ощущениях брата, поэтому одним движением заполнил его. Но всё-таки дал ему время привыкнуть, он ведь не был садистом. Юноша наклонился к лицу брата, к пылающим яростью изумрудным глазам, к стиснутым от такого унижения зубам и поцеловал его. Брайан неожиданно даже для себя расслабился, закрыл глаза и позволил себе ответить на поцелуй со всем своим опытом и страстью. Блондин резко двинул бедрами, отчего брюнет оторвался от губ Макса и застонал. Макс снял с брата наручники и снова припал к его губам, они целовались жадно, страстно, кусая губы друг друга в кровь. Ногти Брайана оставляли кровавые полосы на спине блондина.       — Ненавижу, ненавижу, ненавижу… — выдыхал Макс с каждым толчком вместо стонов.       — Ненавижу, ненавижу, ненавижу… — вторил ему голос брата.