Lilium Enim Princeps

Rex tremendae majestatis,

Qui salvandos salvas gratis,

Sslva me, fons pietatis.

Царь потрясающего величия,

Благосклонно спасающий ищущих спасения,

Спаси меня, источник милосердия.

Mozart — Requiem «Rex tremendae»

***

Церемония воссоединения души и тела началась. В тёмном небе выглядывала луна, освещая всех присутствующих своим светом. Дроу стояли в ожидании появления их короля и принца, не смея мешать затее богов. — Король К’хал и принц Сонхва здесь! Приветствуйте их! Да будет порядок и согласие здесь! Дроу склонили голову, приветствуя короля и принца. Они чтили традиции и уважали мнение шаманов и богов. Сонхва вместе с Хонджуном шёл рука об руку к алтарю. Его светлое одеяние развивалось на ветру, корона показывала о высоком статусе, украшенная красными рубинами и изумрудами, подаренными Хонджуном. Сам же король шёл в кожаных штанах и шкуре медведя, на его голове сияла корона с изумрудами и рубинами, олицетворяя его судьбу и судьбу Сонхва. Они стояли у алтаря перед верным подданным короля, Кроносом. Он стоял в чёрных ритуальных одеждах, держа книгу в левой руке, а бокал с вином — в правой. — Сегодня здесь собрались подданные, приближенные и дорогие жители этого королевства, для подтверждения брака короля К’хал-а и принца Сонхва, — его голос был громким и ясным. — Начнём! — Возлюбленные, принц эльфов Сонхва и король дроу К’хал, вы выслушали советы шаманов и богов, которые напомнили вам о вашем предназначении, любви и супружестве. — Принц Сонхва, король К’хал, имеете ли вы добровольное и искреннее желание соединить узы супружества? — Имеем! Желаем! Согласны! — Имеете ли вы намерения хранить верность друг другу в этой жизни и в последующих? — Имеем! Желаем! Согласны! — Имеете ли вы намерения воспитывать детей, которых вам пошлют боги? — Имеем! Желаем! Согласны! — Боги вас услышали! Испейте и вкусите чашу вина и его вкус, чтобы помнить об этом дне, — Сонхва и Хонджун выпили по половине и передали чашу ему. — Ваш союз скреплен богами! Никому не под силу его разрушить! Да будет проклят тот, кто посмеет разлучить вас или попытаться убить! Hoc loco! Caritas ex pax! — Hoc loco! Caritas ex pax! Отовсюду раздавались крики, приветствуя суженного короля. Они стучали в барабаны, благодарили богов и восхваляли шаманов. Сегодня праздник и он будет продолжаться три дня и три ночи. — А теперь, — громко воскликнул Кронос. — Суженные должны подарить другу другу поцелуй, полный чувств и желаний. Хонджун повернулся к Сонхва, радуясь, что может поцеловать его при всех и показать, кому он принадлежит. Притянув принца за талию, он властно впился в его губы, углубляя поцелуй. Сонхва был смущен, но не ответить не мог. Их поцелуй длился мгновение, а потом раздались счастливые крики. — Да начнётся пир! Все начали веселиться, есть и пить угощения. Сонхва и Хонджун угощались едой и крепким элем. После первой чаши у Сонхва начала кружиться голова, настроение поднималось, а скованность и смущение ушли на задний план. Его лицо стало красным, а игривая улыбка привлекала дроу, заставляя их сердца биться быстрее. Хонджуну это не понравилось. Его супруг смотрел на других дроу в нетрезвом виде, улыбаясь обворожительно. — Сонхва, — понизив голос, сказал дроу. — Тебе уже хватит. Сонхва повернулся к нему, счастливый и красный с огоньком в глазах. Он взял ладонь короля, целуя его костяшки. Такой Сонхва не знал стыда и был тактильным. — Я хочу ещё эля, — улыбаясь, сказал он. — Так хорошо мне не было никогда. — Нам пора, — взяв принца за руку, сказал он. — Пошли. Сонхва не особо соображал или противился этому, позволяя Хонджуну вести себя. Эль был крепким и приятным на вкус, а еда вкусной. — А куда мы идём? — Провести эту ночь вместе, как и все последующие.

***

— Подожди, я, ах.. — Сонхва закусил губу, выгибаясь под Хонджуном. — Я ещё не готов, я.. — Тсс, Хва, — укусив бледное ухо, прошептал дроу. — Я слишком долго ждал тебя. Позволь мне насладиться тобой.. Хонджун настойчиво целовал его, кусая пухлые губы, которые с ума сводили его с первой встречи. Стройное тело дрожало в его сильных руках, прижимаясь ближе. Дроу раздевал его, не прерывая поцелуй. Ему необходимо обладать этим телом, трогать его, целовать его, наслаждаться им. — Сонхва, посмотри на меня, — эльф смотрел на него помутневшим взглядом из-за вина. — я не хочу причинить тебе боль и.. — Сделай это, — перебивая сказал он. — Давай уже. Хонджун не стал медлить и вошёл в Сонхва, крепче обнимая бёдра. — Ай, больно, Хонджун, — из глаз эльфа полились слезы и он пытался отстраниться от дроу. — Отпусти! Отпусти я.. ах! Хонджун нашёл слабое место Сонхва, вбиваясь в него и выбивая стоны из пухлых губ. Боль улетучилась, оставив только наслаждение. Они двигались навстречу друг другу, дарили горячие поцелуи и обнимались. Хонджун был собственником, требуя всего Сонхва и только для себя. — Хонджун, я.. — стоны мешали говорить ему. — я сейчас.. — Сделай это для меня, — их взгляды встретились. — Малыш. Сонхва кончил, вскрикивая имя Хонджуна. Через пару толчков дроу кончил следом за Сонхва. Их сердца бились быстро, а тела сводило судорогой. Наконец-то они стали едины, и духовно, и физически. — Я люблю тебя, малыш Хва. Дроу смотрел нежно на любимого. У них будет много времени, чтобы наслаждаться друг другом. И дроу воспользуется этим сполна. — И я тебя, Джуни. Эльф был измотан, поэтому засыпал. В объятиях любимого ему не страшно. Он готов посвятить свою жизнь ему, но правду о своей семье и своём народе не узнает. Из-за магии его память начала меняться. Для него навсегда родители будут живы. Печально, но это жизнь. Они с Хонджуном предназначенные. Их жизнь связана. Так будет всегда.