Someone Who Cares.

      Спустя несколько дней у меня неожиданно образовался выходной. Паша, которому я должна набивать штурмовика из «Звездных войн», заболел. Я даже сначала не поверила, что у меня абсолютно свободный день. Лёжа утром в постели, я придирчиво проверила всё своё расписание. Для верности решила позвонить Ритке в студию.       — Ри, у меня же сегодня только Пашка должен был быть?       — Да, а что?       — Да заболел он. Попросил перенести. И я лежу и не верю в свой выходной.       — Как круто! Повезло тебе! — заразительно рассмеялась она. — Лежи весь день, как дрова, и никуда не ходи!       — Я вряд ли смогу ничего не делать весь день, ты же меня знаешь.       — Значит, сходи куда-нибудь, развейся, только не занимайся домашней рутиной! Во, в галерею топай, а то достала мне картинки своего Кандинского в телефоне показывать, в которых я ни черта не понимаю, — с этими словами она сбросила вызов.       «А что, хорошая идея! Я давно хотела посмотреть Кандинского в Третьяковке!» — в моей голове промелькнула мысль. Встав с постели, я начала собираться.       Душ. Завтрак. Только сегодня всё это я делала неспешно. За чашкой утреннего кофе я даже доработала несколько эскизов будущих татуировок. Обычно я это делаю прямо перед приходом клиента в студию, в спешке, сейчас я словила абсолютный кайф. Я уже почти захлопнула ежедневник, но страницы перелистнулись, и я увидела черновик для Матвиенко. И у меня моментально появилась мысль, как дополнить этот рисунок. К уже нарисованным двум частям маски я добавила красную полосу посередине и трёх птиц сверху, потом я более качественно проработала тени и пропорции. Интересная идея, не думала, что получится настолько фактурно. Я быстренько сфотографировала готовый эскиз и скинула фотку Серёже в директ. Надо собираться в галерею.       Оказавшись в гардеробе, я внимательно начала разглядывать свою одежду, параллельно устраняя лёгкий беспорядок. Я достала классические спортивные штаны Adidas, чёрные, с тремя белыми полосками по бокам. К ним я подобрала короткий белый топ. Надев всё это, я с интересом рассматривала себя в зеркале. И тут я кинула мимолётный взгляд на полку с обувью. Чёрные лаковые лодочки на высоком каблуке Saint laurent смотрели на меня с немым укором. Я уже и забыла, когда в последний раз надевала каблуки. А конкретно эти туфли я надевала всего один раз. Я колебалась всего секунду. Схватив их с полки, я стянула белые носки с ног и надела туфли на ноги. «Смотрится забавно со спортивками, хотя вроде сейчас так носят», — я вновь покрутилась у зеркала. Я решила, что этот странный образ может уравновесить только жакет «с мужского плеча». Порывшись в вешалках, я нашла подходящий серый.       Пока я неспешно собиралась, мои волосы успели высохнуть. Я не стала ничего придумывать, а просто расчесала их и убрала за ухо. Перед выходом я финально посмотрела в зеркало. Приятно видеть себя отдохнувшей, хоть и немного. Мои карие глаза выглядят не такими уставшими.       Взяв ключи от машины и телефон, я вышла из квартиры. На часах 11 утра, дороги довольно свободные, основная масса людей уже вовсю трудится. Я аккуратно двигалась в сторону галереи, слушая группу Muse со своей флешки. Неожиданно с экрана телефона пропал навигатор, и я увидела, что мне звонит Серёга, да ещё и по facetime.       — Диана, привет! — он мимолётно улыбнулся мне, так как тоже вёл авто.       — Привет! — и я улыбнулась, глядя на дорогу. — Смотрел эскиз?       — Да, я поэтому и звоню, — он кивнул. — Охуенный рисунок! Вот честно! Давай набивать! Я готов хоть завтра! — воодушевлённо произнёс он.       — Я рада, что тебе зашло, — я немного волновалась, как он оценит готовый эскиз, но, как оказалось, совершенно зря. — Даже красная полоса не смутила?       — Не-а, на контрасте смотрится круто!       — Как насчёт следующей недели? — предложила я, припарковавшись около галереи.       — Да, отлично. Мы сегодня заканчиваем съёмки, я буду свободен более-менее.       — Тогда я сегодня вечером посмотрю своё расписание и предложу тебе точное время, окей?       — Да, согласен, — мы попрощались, и я вышла из машины.       Громко стуча каблуками по половицам, я двигалась в сторону зала, где висела картина, ради которой я сюда приехала. Войдя в нужный зал, я замерла практически посередине.       Вот она. Композиция VII. Моя давняя любовь. Огромное полотно размером два на три метра. Идеальная абстракция, в которой каждый найдёт что-то для себя. На картине преобладает красный, олицетворяющий силу и мощь, а также синий — цвет спокойствия. Я же обратила внимание на белый — цвет невинности и чистоты. Я читала довольно много версий того, что хотел сказать нам автор, но для меня это космос. Космический пейзаж, столкновение цветов и форм. Удивительное произведение, которое невозможно повторить. Кандинский обладал своим уникальным почерком, и я рада, что его оценили по достоинству и ценят до сих пор.       — Надеть спортивные штаны в галерею, да ещё и с каблуками – это в вашем стиле, Диана, — прямо за моей спиной раздался знакомый голос. От неожиданности я аж вздрогнула. — Простите, не хотел вас напугать.       — Вы с ума сошли? — вполголоса обратилась я к Попову, повернув голову.       — Нисколько, — так же вполголоса ответил мне он. Я хотела повернуться к нему всем телом, но он положил руку мне на плечо и остановил. — Прошу вас, не отвлекайтесь, я знаю, как долго вы хотели увидеть это творение, — он продолжал мягко говорить мне на ухо.       — Как вы узнали, что я здесь? — я смотрела на Кандинского, но в мыслях теперь был только Арс.       — Ваша подруга и по совместительству администратор довольно разговорчива.       — Я так и знала, — с улыбкой кивнула я. — И что привело вас сюда? Жажда искусства?       — Скорее, жажда увидеть вас. Сегодня крайний день съёмок, после я уезжаю к себе в Питер. А ещё мне показалось, что наша последняя встреча заставила вас грустить, — пояснил Арс. — Кстати, раз уж мы в присутствии Василия Васильевича Кандинского, можно попросить вас?       — О чём?       — Давайте на ты? — с этими словами у меня перед глазами возникла роза. Белая. Пышная. Нежная. Мне тысячу лет не дарили цветов, поэтому улыбка невольно оказалась на моём лице. Таким поход в галерею я себе не представляла точно.       — Мы на шоу «Холостяк»? — я была бы не я, если бы не отпустила шуточку в романтический момент. Это своего рода моя эмоциональная защита. У меня опыта не очень много в таких делах, и от неловкости мои щёки покрылись румянцем, благо Арсений не видел моего лица, иначе, я уверена, отметил бы этот факт колкостью.       — Может и так, — Арс усмехнулся. — Тогда спрошу по-другому. Ты примешь эту розу?       — Ой, даже и не знаю, — я рассмеялась и нервно поправила волосы.       — Я, конечно, не такой великий, как твой любимый художник…       — Но тоже ничего, — я закончила фразу за него и взяла розу из его рук.       — Не смею больше тебя отвлекать, продолжай встречу с… — я почувствовала, что он ищет название полотна.       — Композицией VII, — я продолжала улыбаться и крутить розу пальцами.       — Именно, — подтвердил он. — До встречи, — я услышала, что он зашагал в сторону выхода. Естественно, я повернулась, чтобы посмотреть ему вслед. Его бежевый тренч разлетался в разные стороны, так как был не застёгнут. На ногах красовались узкие джинсы и классические чёрные Converse. Видимо, мой пристальный взгляд сработал: он остановился и повернулся. Наши глаза встретились. Как мне повезло, что на его лице красовались объёмные очки с жёлтыми линзами, иначе я бы опять зацепилась за его голубые глаза.       — Спасибо за розу, Арсений Сергеевич, — я улыбнулась, глядя на него. «Ну и чушь же я сморозила».       — Мы ведь на «ты» перешли? — он наклонил голову на бок.       — Ой, прости, — я помотала головой. — Спасибо за розу… тебе, — я исправила свою же фразу.       — Так лучше, — он слегка улыбнулся уголками губ.       — Ты не опоздаешь на съёмки? — я вспомнила, что разговаривала с Матвиенко часа полтора назад, а он уже ехал сниматься.       — Честно, я уже балансирую на грани опоздания, — он вздохнул.       — Так беги! — я с недоумением посмотрела на него.       — Только если после моего ухода ты не будешь грустить, — он продолжал улыбаться.       — Можешь быть уверен, — кивнула я.       — Тогда до встречи, — он поправил свои очки и продолжил двигаться в сторону выхода, оставив меня плавать в давно забытых ощущениях: приятной взволнованности.       «Что за бред? Мы пересекались всего три раза, а я уже что-то себе напридумывала. Нужно постараться не забивать себе голову... Это будет сложно».