Путь гордого малинового кустика в северной широте.

Тупой роман, тупые сюжетные двигатели! Шан Цинхуа не первый год (не первый десяток лет!) живёт в собственном романе и готов подписаться под любым комментарием Несравненного Огурца. Под некоторыми даже дважды. Вот нахрена он придумал столько проклятий? Он даже не мог припомнить некоторые сюжеты (потому что, честно говоря, творил их под кофеином в пять утра, чтобы не отставать от графика, после чего больше не перечитывал). Поэтому, когда во время маленького путешествия с братцем Огурцом он героически закрыл собой того от нападения какого-то чудовища (то есть не успел убежать), потерял сознание и очнулся уже без дружка в штанах, то именно Шэнь Цинцю пришлось приводить его в чувство, выводить из истерики и напоминать ту экстру со сменой пола. Скажем сразу, Шан Цинхуа слушал с ужасом. Теперь, будучи несколько лет как мужем Мобэй-цзюня, он свои спермотоксикозные фантазии даже не вспоминал. Конкретно эта была о заклинателе, который попал под это проклятье, встретил Бинхе и за десять страниц передумал от проклятья избавляться. Ну, или сперва встретил Бинхе, а потом попал под проклятье. Братец особо не вчитывался. - Из всех экстр эта была самой всратой. Ты хоть понял, что написал латентный даньмэй? - Поверь, я понял. Так что там со снятием, ты не запомнил? - Ну...- он ненадолго задумался, что-то прикидывая. - В общем, па-па-па тут не поможет. Готовься к паре месяцев воздержания. - Месяцев?! Дурья моя голова! - Схватился за оный орган Цинхуа. - Так, ладно, всегда можно выкрутиться. В конце-концов, это не пара лет...а ты не помнишь, что будет, если я сорвусь? - Не сдержишься - залетишь и застрянешь на год. - Припечатал Шэнь Цинцю. - Так что уж постарайся потерпеть. Понимаю, это тяжело, но, думаю, твой демон найдёт выход. Цинхуа тоже так думал. В конце-концов, Мобэй-цзюнь когда-то давно был женщиной и иногда, под настроение, делился историями из прошлой половой жизни. Шан Цинхуа после этих рассказов преисполнялся ревности и похоти, и до следующего дня выпадал из реальности. Зато душу грело осознание, что хотя он минимум четырежды в неделю принимает здоровенный демонический столп, на самом деле он натурал. Да, натурал. А сейчас, походу, переквалифицировался в лесбиянку. Его новое тело от старого отличалось мало. Всего-то чуть увеличились глаза, в штанах стало непривычно пусто и легко, а грудь подросла до примерно первого размера. Вот, честно говоря, сиськи огорчили Цинхуа больше всего. Не ожидал он от них такой подставы. "Идеальная грудь должна полностью помещаться в мужской ладони"? Его грудь Мобэй-цзюнь и одной рукой обхватит. То есть, с одной стороны, приятно, что ничего не мешает идти, не сбивает привычный баланс, не колышется и даже не особо привлекает внимание, позволяя скрывать проклятие, но с другой...если уж и превращаться в девушку, то только в сексуальную, не правда ли? Он ведь совсем недавно победил комплексы! А так Шан Цинхуа даже стыдно предстать пред светлы очи собственного супруга. В последние дни дела вынудили его ночевать на пике, что не мешало Мобэй-цзюню навещать его вечерами, напоминать о времени, впихивать ужин, укладывать спать и, если Шан Цинхуа не отрубался на одном из предыдущих этапов, старательно любить. Так или иначе, просыпался он в объятьях ледяного демона, пусть и не всегда помня, как в них попал. Сегодня обычный ритуал будет нарушен. Конечно, очень не хочется отказывать супругу в сексе целых два...два ведь? Да, два месяца. Но придётся. Когда в дверь без стука и лишних шумов зашёл ледяной демон, Цинхуа вздрогнул сперва от неожиданности, а потом от страха. Хотя и понимал, что бояться нечего, что муж его...её любит и не бросит из-за какого-то дурацкого проклятья. - М-мой Король... - Я уже знаю, - поспешно сообщил супруг и успокаивающе погладил по головке, ероша небрежный пучок. - Встретил Цинцю по пути. Это будут трудные два месяца. - Но ты ведь знаешь какие-нибудь другие способы? Может, будем как обычно? - Можем, но тебе вряд ли понравится. Анальный секс переоценивают, - со знанием дела сообщил Мобэй-цзюнь (некогда Марина). - Во всяком случае, мне тогда не понравилось. Можем попробовать, только предупреждаю: подготовка будет очень долгой, и "как обычно" точно не выйдет. - Да я, в общем-то, догадывался...догадывалась. - Поправился Шан Цинхуа. - Но ведь есть ещё способы. - Разумеется, - согласился демон. - Но сегодня тебе лучше просто лечь спать пораньше. У тебя опять синяки под глазами. - Мой муж так обо мне заботится! - Умилился Цинхуа и по привычке начал раздеваться прямо при Мобэе, но вдруг замер, спустив ханьфу с плеча. - А...мы будем спать вместе? В смысле, рядом. Или не стоит? - Не стоит, но будем. Со мной ты спишь лучше. Против истины не попрёшь, и Шан Цинхуа, привычно оголившись, лёг на кровать и, вспомнив о решении всё-таки снять проклятье, откатился к стене и завернулся в одеяло. Совсем завернулся, чтобы не соприкасаться с мужем кожей и не провоцировать в первую очередь себя. Хмыкнув, Мобэй-цзюнь погасил светильник, лёг рядом и целомудренно прижался спиной к спине. Обычно Цинхуа засыпал в крепких объятьях или вовсе на муже, иногда под, но вот так - никогда. Сегодня он не корпел допоздна над бумагами, потому у тела ещё были силы и желания, и в голову полезли фривольные мысли. Обычно они были весьма кстати, но не сегодня. И не завтра. И даже не через неделю. Шан Цинхуа долго пытался заснуть. Но сон не шёл, зато внизу живота знакомо потеплело. Женское тело возбуждалось почти как мужское, разве что вместо члена ныла сама промежность. Поддавшись искушению, он осторожно дотронулся самыми кончиками пальцев до того, что обыкновенно называл "нефритовыми вратами", "цветком орхидеи" и даже "створками раковин". Он ожидал, что будет приятно, и в кои-то веки угадал. Но больше, чем приятно, ему было интересно, и он так увлёкся изучением нового облика, что в ту ночь так и не подрочил. Не дошли руки. Утром она встала с трудом. Настроение было паршивым: то ли от недосыпа, то ли от неудовлетворения. Скорее, по обеим причинам. Столбики иероглифов сливались в сплошную линию, цифры не складывались, и в какой-то момент Шан Цинхуа поняла, что уже пять минут не может умножить семь на восемь. Разозлившись и расстроившись, она решительно вернулась в спальню, заперла двери и, закрыв окна, решила закончить начатое с ночи. Промучившись с час, она с горечью признала, что не умеет мастурбировать по-женски. Вроде бы всё делала правильно, нашла клитор, и "цветок орхидеи" даже намок, но...не вышло. Сладостное ощущение никак не нарастало, что бы она ни представляла. Надо будет спросить у сестрицы Малины, как правильно достигать сияющего пика в этом теле. Мобэй-цзюнь прибыл вовремя, а то Шан Цинхуа уже исходил вдоль и поперёк весь домик, наделал из неудавшихся отчётов самолётиков и даже поиграл сам с собой в морской бой. При виде прекрасного, как зима, ледяного демона, одетого в неизменно красивые белые одежды, к щекам прилил жар, а нижние одежды показались слишком грубыми для нежных сосков. - Мой Король, как же вы вовремя! Я уже вся извелась...то есть, конечно же, я всё ещё воздерживаюсь, но...в общем, я пыталась подро...то есть, приласкать себя, но у меня совсем ничего не вышло. Вы меня не научите? А я...я вас ртом? - Неловко предложила Шан Цинхуа. - Сядь ко мне на колени. Да, на коленях Мобэй-цзюня сидеть очень удобно. Не слишком мягко, не слишком жёстко - идеально. Шан Цинхуа привычно прикрыла глаза и откинулась на накачанную грудь мужа, млея и глубоко вдыхая аромат малинового масла. Под одежду скользнули чуть тёплые руки и нежно огладили грудь, оказавшуюся вдруг очень чувствительной. Потом Цинхуа узнает, что маленькая женская грудь чувствительнее большой, но в тот момент удовольствие стало настоящим открытием. Потом руки погладили оказавшийся очень нежным живот и наконец скользнули ниже. Кажется, ей что-то объясняли, только она почти всё прослушала. Ей вполне хватило ощущений. Только накрепко в памяти отложилось, что не надо думать о приятном - надо сконцентрироваться на себе, наслаждаться каждым мгновением и ни в коем случае не отвлекаться. Оргазм был...ну, он был действительно отличным. Гораздо лучше, чем мастурбация одной. Да что там - лучше, чем мастурбация ОДНОМУ! Тело омывали волны удовольствия, почти как от нормального секса... Проклятье. Мысли незаметно сползали к одной - как будет ощущаться настоящий секс в женском теле. Шан Цинхуа очень, очень хотелось это узнать. И теперь, кончив от одних только пальцев (и ласкового прикусывания ушка, но это не важно...или важно?), она, конечно, очень быстро заснула, притом не спина к спине, а, как положено, в обнимку с Королём Севера, вот только... На следующий день мысли текли, сменяя одна другую. Шан Цинхуа прикидывала, обдумывала, сомневалась. Ребёнок - это ведь очень важно, не так ли? Но она такая маленькая и хрупкая, сможет ли она в принципе выносить и родить полудемона? Конечно, регулярные соития сделали своё дело, и этот человек не мёрз в руках любимого, быстро отходил от боли и в целом на здоровье не жаловался, но Цинхуа сомневалась, что рожать легче, чем подготавливать себя даже к самому крупному члену. К тому же, беременеть только потому, что не можешь потерпеть два месяца - это охренеть как неправильно! "Да и вообще, Мобэй-цзюню разве нужен ребёнок от человека? То есть, дело не в том, что я человек, вовсе нет, но нужен ли ему полудемон?" - Тревожно думала она, и поспешно напомнила себе же: "Он только физически демон, душой-то он человек! Она человек!" М-да. Ещё одна проблема. А не противно ли ЕЙ будет заниматься любовью с женщиной? Всё-таки Марина, когда рассказывала о своей прежней жизни, ни разу не упоминала любовниц и хоть какие-то интрижки с женщинами. Может, она и сама с нетерпением ждёт возвращения прежнего Шан Цинхуа? - Ты встревожена. Что на этот раз? - Незаметно оказался за её спиной демон, и она ойкнула от неожиданности. - Мой Король! Я...я хотела спросить, только пожалуйста, просто ответьте! - Спрашивай. - Мой Король, вы...ты хочешь ребёнка? - Севшим голосом закончила она. - То есть, если ты не знаешь, или не хочешь, или тебе надо подумать, то я подожду, просто... - Очень хочу. Шан Цинхуа запнулась и ошарашенно уставилась на мужа. На лице того было очень странное выражение не то тоски, не то отчаяния, и она поняла, что зря задала вопрос так резко. - Мой Король, вы правда хотите ребёнка? - На всякий случай уточнила она. - С двадцати двух лет, - уточнил Мобэй-цзюнь. Сердце Шан Цинхуа пропустило удар. Марина погибла в тридцать два и вела активную половую жизнь что в браке, что после развода, но ни с кем из мужчин так и не смогла зачать дитя. За всю их совместную жизнь она лишь однажды, походя поведала об этом старом желании, но даже не посетовала на неподходящий пол Шан Цинхуа. И за эти три дня ни разу не напомнила о своём желании, потому что...очевидно, потому что не хотела принуждать. - Тогда давай его заведём, - решилась заклинательница. - Не глупи. Ты же хотел избавиться от проклятья. - Я и избавлюсь! Потом. Но другого случая может не представиться. Сами Небеса хотят, чтобы я родила тебе наследника, так давай же попробуем. И нет, это не принуждение, я действительно не против. Страшно, правда, до жути, но это ничего, вы ведь мне непременно поможете. Ну, так как? - Ты передумаешь уже к утру, - после небольшой паузы проговорил Мобэй-цзюнь. - Ребёнок не должен быть платой за удовольствие, а ты хочешь просто попробовать в женском теле. Я понимаю. - Я люблю тебя, - прибегла к последнему аргументу девушка, - и ребёнка тоже буду любить. Неужели не веришь? - Я эти женские штучки знаю, сам использовал, - тем не менее, взгляд заметно потеплел. - Ладно, чудо моё, попробуем. - Надо же! Только...эта недостойная сомневается, что её тело вас возбудит, - призналась Шан Цинхуа. - У меня ведь совсем нет груди! - У тебя и раньше её не было. К тому же, к твоему телосложению большая грудь просто не подойдёт. - Но будет ли у меня молоко? - Это не от размера зависит, поверь мне. - Верю, - выдохнула девушка, подползла поближе, забралась на колени и прижалась к накаченной груди. - Так начнём же. Странное было чувство, будто она снова теряет девственность. Глупость, конечно: невинность потеряна с десяток лет назад (кстати, тоже с Мобэй-цзюнем), и теперь ничто не помешает насладиться соитием в полной мере. И даже без подготовки! Это его удачно проклятьем зацепило. А потом их губы соприкоснулись, длинные пальцы вновь обхватили крохотные грудки, и мысли из головы ушли как-то сами собой. От каждого прикосновения и движения языка во рту искры спускались вниз, и безумно хотелось потереться обо что-то, только сил не было. Шан Цинхуа опрокинули на спину (очень и очень бережно, хотя хотелось погрубее), стянули нижние одежды и, очевидно, уставились на главное отличие нового облика от старого (раз уж грудь не удалась). - При смене пола девственность восстанавливается? - Серьёзно уточнил Мобэй-цзюнь. - А я откуда знаю? То есть...не помню. Я мог и не прописать. - Тогда будем надеяться, что нет. Держись за меня и постарайся расслабиться. Шан Цинхуа так и поступила, и солидный нефритовый столп пронзил её тело. Было странное ощущение, как будто что-то внутри рвётся, но боли не было, и только по округлившимся глазам мужа поняла, что надежды не оправдались. - Мне совсем не больно, - поспешно воскликнула она. - Продолжайте, мой Король. И он продолжал. Секс в женском теле - на редкость классная вещь! Ничуть не хуже, чем в мужском. А может, просто с любовником в обоих случаях повезло, но факт есть факт: Шан Цинхуа наверняка слышали на всём пике. Да пусть даже на всём хребте, пусть они знают, как лорду Аньдин классно! Ощущения поразительные, уж тут он при описании угадал - словно нервные окончания со всего тела сконцентрированы внизу, и от каждого движения стимулируются разом. Достичь сияющего пика было совсем не сложно, ведь ни одна посторонняя мысль и так не могла сформироваться в голове. Всё существо было поглощено удовольствием, и после первого оргазма последовал второй. А дальше она ничего не запомнила. Только утром проснулась поздно и от того, что в ней снова двигался налитый кровью орган. Чудесное начало дня. Просто чудесное. Правда, в тот день все дела Шан Цинхуа вела не вставая с постели, потому что ноги отказывались держать, но в остальном секс в женском теле ей очень понравился. И даже если она уже забеременела от ледяного демона...ну, значит, придётся пересмотреть ещё парочку своих представлений о половой жизни. Цинхуа не привыкать.