Дитя для Брока

Броку повезло проспать аж до половины седьмого, пока его не разбудил стук в дверь. Очень настойчивый. Эммс и Серба Брок ждал не раньше восьми, поэтому незваного гостя хотелось послать куда подальше, но мало ли, кто решил к нему нагрянуть. А вдруг нашлись родители ребёнка? Полиции Брок не боялся, да и родителям откуда было бы взяться? Так или иначе, пока “боец” не проснулся, нужно было унять этого дятла, и Брок, тяжело поднявшись после почти бессонной ночи, натянул штаны и пошёл открывать. Каково же было его удивление, когда на пороге он увидел Зимнего. Чисто вымытый, волосы аккуратно собраны в хвост, в гражданской одежде — что-то новенькое. Брок присмотрелся — да и не такой уж он и страшный, этот Зимний, просто угрюмый небритый мужик, вот и всё. По крайней мере, на проходимца с большой дороги или бомжа он не походил. В левой руке он держал автокресло, а в правой прозрачный пакет, набитый детскими шмотками. — Где? — без предисловия спросил Зимний, проходя в дом, Брок понял, что препятствовать танку войти было бы как минимум глупо, поэтому просто посторонился и закрыл дверь. — Где она? — А, так ты знаешь, что это она, — усмехнулся Брок. — Кто сдал? Эммс, Роллинз? — Тебе нужно — я принёс, — ответил Зимний. — Где она? Как назвал? — Она спит, — не ответить Зимнему тоже было нельзя, тот и пытки применить может. — И никак. — Почему? — донимал Зимний. — Да не знаю я, как её назвать! — тихо рявкнул Брок. — На кой хуй ты мне его, её, дал? Где взял? — Нашёл, — коротко ответил Зимний. — Ты ответственный. — Что? — изумился Брок ответу Зимнего. — Ты совсем рехнулся, Ледышка? Что мне теперь делать? И с ней, и вообще? — Декрет. Растить. Ты — папа, — с логикой Зимнего было не поспорить. Брок вздохнул и сел на диван, на котором уже лежал мешок с одеждой. Автокресло стояло рядом на полу. Откуда Зимний узнал, что именно это Броку надо, у того мыслей не было. Грустно взирая в пространство, Брок забрался рукой в мешок и вытащил наугад что-то приятно хлопковое. Глянул — боди. Посмотрел на этикетку — как раз подойдёт ребёнку, даже чуть на вырост. Цвет был приятно салатовый, что ж, хоть не вырвиглазно-розовый, какие были в магазине. Глянув на остальные вещи через прозрачный пластик мешка, Брок убедился, что Зимний припёр не набор принцессы. Вещей было много, аккуратно сложенные, все новые, судя по всему, и разных приглушённых оттенков. О логике Зимнего Брок задумался не сразу, но как задумался, резко подохренел о перспективе одинокого отца-гея, который взял ребёнка из ниоткуда. Ни документов, ни карты прививок, ничего. Что, так и сказать, что нашёл ребёнка на улице и готов о нём заботиться до конца дней своих, если понадобится? — Ладно, Ледышка, легенда хоть есть? — спросил Брок, кладя боди обратно. — Легенда? — удивился Зимний. — Сам придумаешь. Покажи. — Чего тебе показать, чудило? Ребёнка? — изумился Брок, а Зимний просто молча кивнул. — Ладно, пошли. Только тихо, спит пока. — Проснулась, — заверил Зимний, и в этот же момент Брок услышал начинающийся плач. Зимний оказался у кроватки раньше Брока, гораздо раньше, склонился, аккуратно беря “бойца”, и улыбнулся. “Боец” перестала плакать и дёрнула Зимнего за выбившуюся из хвоста прядь волос. Брок застыл, увидя эту картину. Что поражало его больше, он не знал. Зимний никогда не улыбался ТАК. Открыто, нежно, удивительно. Он весь прямо лучился, покачивая малышку на руках, аккуратно уложив на живой локоть. — Я пожрать ей сделаю, — решил Брок, пока ребёнок не заплакал вновь. Отмеряя в бутылочку смесь, Брок не мог думать ни о чём другом, кроме как об этой улыбке, о таком Зимнем. Потому что на базе Ледышка одаривал всех такими улыбочками, что дрожь брала. А тут… Это был словно другой человек, совершенно другой, невозможный в доме Брока, но нет, Брок слышал, как Зимний что-то напевал приятным голосом, да и музыкального слуха у него было не отнять. Всё ещё не веря в этот сюрреалистический бред, Брок поднялся с готовой смесью. Зимний так и стоял рядом с кроваткой, держа ребёнка на руках и продолжал быть таким нежным и ласковым, что Броку захотелось ущипнуть себя, да побольнее, чтобы морок исчез. — Детям нужны ласка и забота, — сказал Зимний своим нормальным, привычным, но не очень приятным голосом. — Раз такой умный, сам и корми, — всучил Брок ему бутылочку, почему-то уверенный, что Зимний откажется. Но нет, тот бутылочку взял и принялся, как заправский папаша, кормить ребёнка. — Малышке нужно имя, — снова заговорил Зимний этим странным, непривычным, приятным голосом, похоже, разговаривая сейчас совсем не с Броком, а потом повернул голову к последнему. Лицо его при этом было как обычно мрачно-решительное. — Придумай ей имя. — Вот сам и называй, чего ты от меня-то хочешь? — зло сказал Брок. — Ты — папа, — просто сказал Зимний. Брок себя папой не ощущал. Ему казалось, что он словно взял щенка на передержку, и скоро этот кошмар закончится. Чем скорее, тем лучше. И проблемы в виде Зимнего с утра пораньше у двери уйдут в небытие. Как хотелось сейчас в поле, косить врага из автомата, бежать, раскидывая гранаты, или обезвреживать минное поле. Что-нибудь такое вот, простое и понятное, привычное. Но нет, Зимний решил, что Броку не хватает, видимо, детей в жизни. Финли ему, что ли, мало? Тот ещё ребёнок. Но нет. — Ледышка, почему ты не отдал ребёнка Эммс? — спросил Брок. — Или Сербу, или тому же Роллинзу? Или вообще не оставил там, где нашёл? Зимний молчал, и Брок на ответ уже и не надеялся. Зимний докормил малышку, подержал её вертикально и положил в кроватку, сунув игрушку. Ещё раз улыбнулся колдовской улыбкой, не предназначенной больше никому, кроме этого странного ребёнка, и отошёл от кроватки. Ничего не произошло. Ни плача, ни других признаков, что ребёнок против. — Внизу поговорим, — сказал он и молча вышел из комнаты. — Ну внизу, так внизу, — сам себе сказал Брок и пошёл за ним. — Ну! — У Эммс карьера, у Серба свои дети, у Роллинза тоже, — очень длинно ответил Зимний. — И… — Зимний наклонил голову, то ли собираясь с мыслями, то ли ещё чего, и продолжил: — Они — твои дети. Им рано детей. — Охуеть, — только и сказал Брок, и пошёл в кухню, чтобы хоть чем-то занять то ли руки, то ли голову. — Кофе? — Да, — кивнул Зимний, устраиваясь на стуле за обеденным столом. — На. Вызубришь. Проверю. На стол легла книга об уходе за детьми до года. Брок охуел, пока не трогая книгу. Большую. Брок надеялся, что с картинками. — Будет сидеть — принесу стульчик, — сказал Зимний. — Еды тоже принесу. Твоё дело — растить. Имя! — Дженнифер! — Брок постарался не вдарить кулаком по столешнице. — Дженнифер Инверно* Рамлоу. Тебя устроит? — Да. Я достану метрику, — заверил Зимний. — Иди, Дженнифер сейчас заплачет. Брок ломанулся наверх, только бы снова не было ночной истерики, а когда спустился с малышкой вниз, там уже никого не было, только стояла на столе недопитая чашка кофе да лежала книга. На часах была половина восьмого. Зимний пробыл у него всего час, а Брок успел не один раз охуеть и до сих пор не выхуеть. — Ну что же, Дженнифер, — Брок серьёзно посмотрел на малышку, — раз Ледышка так хочет, поживём вместе. Брок не сомневался, что какой бы он ни был волшебный командир и нужный Гидре, да и ЩИТу человек, Зимний бы ему просто шею свернул, попробуй избавиться он от Дженнифер. А теперь действительно нужно оформить кучу бумаг. После того, как у Брока окажутся хоть какие-то документы на ребёнка. Одной рукой держа Дженнифер, Брок раскрыл другой книгу на оглавлении, посмотрев, о чём пишут, но читать начать решил с самого начала, с рождения. — Очень интересная чтива, но давай мы тебя вымоем и переоденем, — Брок старался говорить ласково, как это делал Зимний, и сразу перед внутренним взором всплыл улыбающийся Зимний. — А Ледышка-то у нас, похоже, живой. Но говорить кому-нибудь о том, что видел Зимнего таким, Брок не собирался. Это знание, донесённое до окружающих, могло очень сильно повредить и самому Зимнему, и Броку бы прилетело. Теперь нужно было взять отпуск, выгрести всё, что есть и попробовать сесть на больничный. Брок был уверен, что Зимний притащит ему документы о том, что Дженнифер — его, Брока, дочь. Роднее не придумаешь. И вот уже с этим можно было что-то получить. Осталось только, чтобы Серб соорудил ребёнку медкарту, кстати, о Сербе. Сегодня вообще все приходили как-то внезапно. В дверь снова постучали, но уже не так настойчиво, и Брок пошёл открывать, приятно отметив, что Зимний за собой дверь запер. Брок открыл дверь, легко справляясь одной рукой, вспомнилось ранение, после которого приходилось долго беречь руку, наловчился. Неожиданный приятный бонус от ранения. На крыльце оказались Эммс и Серб вместе. — Н-да, неожиданно, — изрёк Серб. — И как её зовут? — Кодовое имя Боец, — усмехнулся Брок, пропуская гостей в дом. — А так Дженнифер. — Есть у русских повесть. Называется “Сын полка”. Это, я так понимаю, дочь полка? — очень спокойно осведомился Серб. — Давай я осмотрю девочку, а ты мне расскажешь, что за пиздец у тебя случился. Эммс, заваришь чаю? — Побуду радушной хозяйкой, — рассмеялась Эммс и удалилась на кухню. Она-то историю уже знала, только, приметив автокресло и мешок одежды, не могла понять, откуда добро. — Ледышка принёс, отдал мне, сегодня приходил, заявил, что я — папа, и мне растить, — вкратце описал ситуацию Брок. — Раз Зимний, значит, да, тебе растить, — меланхолично согласился Серб. — О прививках и родовой карте ты, конечно, не знаешь ничего. Ладно, это не страшно. Не хочешь ДНК по базе пробить, может, найдёшь родственников? — Не думал об этом, — признался Брок. — Я пока охуеваю. — А, ну раз охуеваешь, пока не буду с умными мыслями, — Серб улыбнулся Дженнифер. — Давай, дорогая, тебя осмотрим. У меня, конечно, профиль другой, но я освежил свои знания в педиатрии. И ещё кое в чём. Так что сейчас разберёмся во всём. Серб достал фонендоскоп, согрел в ладонях мембрану и приложил к груди Дженнифер. Той это не очень понравилось, но дело своё он знал, поэтому долго мучить малышку, слушая её сердце и лёгкие, он не стал. Потом повертел маленькое тельце, осматривая всё, что мог, измерил окружность головы и груди, попросив отправить Брока ему на телефон эти данные, а также рост и вес, если он знает. Брок просьбу выполнил. Через десять минут Серб уже и подмыл ребёнка сам, и одел, вручив Эммс, которая как раз принесла чай ему, а Броку кофе. Только сделав глоток чая и убедившись, что Дженнифер не собирается плакать, а вполне себе увлечена Эммс и игрушкой-грызунком, он повернулся к Броку. — На первый взгляд малышка Дженнифер здорова, но истощена и обезвожена. Не так критично, чтобы требовалась госпитализация, — заверил он Брока, уловив волнение в выражении его лица. — Корми по требованию и обязательно пои водой. — А как узнать, когда она будет требовать именно еды, а не чего угодно другого? — Брок плюхнулся на диван, потёр лицо и забрался пальцами в и так растрёпанные волосы. — Серб, что дальше-то? — Тебе какой прогноз? — спросил Серб совершенно серьёзно. — Отпуск тебе дадут, наверное. Тебе нужно недель шесть хотя бы. За это время ты научишься ухаживать за Дженнифер и понимать её. А потом няни, детские сады и прочие заведения для развития детей. Брок, ты один, и работа у тебя не самая простая. А в целом, Зимний тебе голову оторвёт, если сбагришь ребёнка. Раз он тебе её принёс, значит чего-то хочет. Но чего, никто не представляет. — Вот ты меня сейчас обрадовал, а… — Брок снова потёр лицо. — Ладно, Ледышка обещал метрику и, думаю, притащит документы, что это моя дочь. Медкарту мне сделаешь? Со страховкой и отпуском я как-нибудь разберусь. Шесть недель, говоришь. Ладно, потом что-нибудь придумаю. В отставку, к примеру, уйду. — Ага, кто тебя в отставку отпустит, — хохотнула Эммс. — Ты, командир, пойдёшь куда, или уже нет? — Брок, карту я тебе сделаю, не вопрос, — Серб сложил свои инструменты в сумку. — Но как только получишь документы все, беги и проверяй Дженнифер на всё, что скажет врач. Ну и я подкину списочек. — Спасибо, Серб, — искренне поблагодарил Брок. — Тогда я пойду, — Серб поднялся. — Спасибо за чай. — Да не за что, — махнул рукой Брок. — Я сам закрою, — заверил Серб и ушёл, тихо прикрыв за собой входную дверь. — Так какие у тебя планы? — снова спросила Эммс. — У меня — спать, — уверенно сказал Брок. — Три часа, Эммс. Дай мне три часа, ночка была безумной. — Представляю, — Эммс усмехнулась. — Спи спокойно, мы найдём, чем себя развлечь. Брок ушёл к себе наверх, завалился в кровать, но сон не шёл. Задернув шторы, Брок нацепил на глаза повязку и забрался под одеяло, но всё было бесполезно. В голове крутилась масса мыслей. О ребёнке, о Зимнем, о грёбаных документах и отпуске. Он не представлял, что вляпается в такое, думал даже, чтобы Зимнего уложили в его стеклянный гроб лет на десять. И… А что “и”, Брок так и не понял. Неужели он за один неполный день успел привязаться к орущему комочку плоти, которому даже дал свою фамилию? Зачем-то. Но Зимнему нужно было имя, а выдумывать что-то у него просто не хватило времени. Да и сил. Заснуть не получалось никак. Брок весь извертелся, то скидывая с себя одеяло, то натягивая его на уши и обнажая ступни, ворочался целый час, пока не понял, что не уснет. — Блядь! — выругался Брок, скидывая одеяло и снимая повязку с глаз. — На хуй всё. Кофе, кофе и ещё раз кофе. Но для начала Брок решил принять душ, привести себя в порядок, как и каждое нормальное утро. Выпить кофе, сожрать омлет и заняться делами. Он решил, что Эммс, как нянька, подойдёт ему на эти полдня, чтобы немного прийти в себя, собраться с мыслями, раз уж у него теперь ребёнок, за которым надо ухаживать, кормить, гулять с ним и ещё столько всего, что теперь отлично знал Ледышка, но предстояло узнать самому Броку. — Эммс, — позвал Брок, спустившись. — Да, командир, — Эммс вышла без Дженнифер, и Брок был этому очень удивлён, потому что не слышал плача. — Джен играет на диване. Уже минут пять. Её можно оставлять одну на некоторое время. Даже нужно. Дети должны уметь занимать себя сами, как говорила моя мама. Но на руках им тоже очень комфортно. Особенно когда что-то болит. Так что, я домой, или мы пойдём гулять? — Да, Эммс, сходите погуляйте, — Брок чувствовал себя рассеянным, несобранным и вообще с кашей в голове. — Да, командир, тебе точно надо прийти в себя, — Эммс хлопнула его по плечу. — Ну, мы пошли гулять, а ты отдупляйся. — Ага, — и Брок пошёл на кухню варить себе кофе и делать омлет, предоставив Эммс полную свободу действий. Сев за стол он отхлебнул обжигающий кофе и упёрся взглядом в книгу, принесённую Зимним. Открыл, как и планировал, и зачитался, забыв про кофе и омлет. Брок читал, понимая, что да, по этой книге он научится обращаться с Дженнифер правильно. Раз Зимний смог, то и он сможет. Откуда взялось это рвение вдруг обихаживать ещё вчера совершенно чужого ему ребёнка, Брок не знал, но помнил, почему Зимний выбрал его. Потому что Брок ответственный. И он будет ответственным, даже если Зимнего уложат спать. Хоть на десять лет, хоть на двадцать. И если так выйдет, что Дженнифер больше не увидит Зимнего, Брок обязательно ей всё расскажет. Но только лет через двадцать, когда сам уже будет в преклонном возрасте, и про него все забудут. Пока Эммс не было, Брок глотал страницу за страницей, запоминая всё важное, он таки съел свой совсем остывший омлет, не отрываясь от книги. Прочитав первую главу, он многое понял в обращении с ребёнком, хотя Дженнифер было уже три месяца, судя по измерениям. Понял, почему важно следить за её ростом и весом и оставил себе пометку купить детские весы, чтобы не ходить каждый раз к врачу, если что-то покажется ему не так. Ну и ежемесячное посещение педиатра теперь стало обязательным. На целых девять месяцев. Ничего, главное — документы и откормить Дженнифер перед походом к врачу. Иначе точно придётся общаться со службой опеки, а этого Брок допустить не мог. Пока Эммс не было, Брок успел прибрать на кухне, отнести ворох вещей, принесённых Зимним, наверх, в гостевую спальню, пока не решив, где лучше эти вещи держать, потому что своя спальня с такими ночными выкрутасами пока была для Дженнифер противопоказана. Действительно, не набегаешься. Даже автокресло в машину установил, за чем его и застали девочки. — Командир, ты меня на стрельбы отпустишь? — спросила Эммс, закатывая коляску на террасу. — Отпущу, — заверил Брок. — Давай я тебя покормлю и отпущу. — А давай, ты, командир, шикарно готовишь. Я бы за тобой даже приударила, — Эммс рассмеялась, а Брок довольно оскалился. — Не для тебя роза цвела, — всё же ответил он ей. — Ой, розочка наша, — Эммс прямо расхохоталась. — Ты, командир, колючка пустынная. Но любимая. — Тогда играйте, а я пошёл готовить, — сообщил Брок и действительно ушёл на кухню, чтобы заняться приготовлением пищи на пару дней, предполагая, что времени у него на это теперь будет в разы меньше. Да много для чего времени теперь будет меньше, и пора было планировать свою новую жизнь. Папа… Не думал он, что придётся примерить на себя это именование. На прогулке Дженнифер выспалась и теперь была готова играть и общаться, и Брок очень радовался, что хотя бы сейчас он мог свалить это на кого-нибудь другого. И задумывался о приходящей няне, но почему-то отмёл эту мысль. Постоянная няня была ему не нужна. Шесть недель у него будет на общение с Дженнифер — дочкой он её называть побаивался, — а потом он просто приедет с ней на тренировку и познакомит со всеми. Хотя в книге писали, что ребёнку вредно много впечатлений сразу, значит, за шесть недель он познакомит Дженни со своими ребятами поодиночке, чтобы можно было таскать на базу и оставлять с тем, у кого будет свободное время. Брок уже ехидно представлял “радость” некоторых членов своей группы от перспективы общения с младенцем, но что поделаешь, служба есть служба. И да, она бывает очень тяжёлой. Макароны было сварить делом нехитрым, навертеть тефтелей из уже заготовленного фарша тоже, да и томатный соус не занял много времени, зато этого хватит и покормить Эммс, которая, надо отдать ей должное, очень помогла Броку этим утром, и ещё останется на завтра. А потом нужно будет заказать доставку продуктов, да много чего ещё надо будет сделать, но не сейчас. Сегодня он будет сидеть с Дженни и читать книгу, потому что, когда снова явится Зимний, он не сказал. Нет, Брок не боялся Зимнего, тот был очень конкретно сам по себе, Призрак, правильно его называли. Да и не замораживали его уже полгода, только обнуляли примерно раз в месяц. И вот в эти моменты Броку было Зимнего очень жаль. Но помимо этих профилактических обнулений да ещё каких-то процедур, Зимний был сам по себе, иногда прихватывая с собой Страйк, словно в клуб на пьянку с друзьями, разносить что-нибудь очень укреплённое. Массовка ему нужна была редко, а что он делал один, Брок не знал. Да, наверное, кроме самого Пирса, никто не знал. Сказать, что Броку это было не интересно… Интересно, конечно, особенно теперь. Теперь Броку было важно понять Зимнего, чтобы предполагать, что от него ещё можно ждать кроме препирания ранним утром и притаскивания необходимых вещей. И ведь действительно необходимые вещи-то. Броку даже показалось, что дом его напичкан жучками, и он решил это проверить, как только Дженни ляжет спать. Если они есть, то Брок уже спалился с потрохами, но к нему пока никто не пришёл. С другой стороны, Зимний не пришёл бы, будь дом Брока напичкан жучками, в этом Брок был полностью уверен. Но проверить всё равно стоило. Узнать, кто поставил, было практически невозможно, но сам факт всё равно о многом бы сказал. Решив для себя всё это, Брок накормил Эммс, да и сам тоже поел, пока Дженни занималась пакетом, этот шуршащий монстр ей нравился гораздо больше других её двух игрушек, и она занималась им целых двадцать минут, как раз Брок успел поесть. — Бывай, командир, — Эммс хлопнула его плечу на прощание. — Если что, звони Финли, он любит детей. — А он знает, что с ними делать? — недоверчиво спросил Брок. — Понятия не имею, — улыбнулась Эммс. — Удачи. Закрыв за Эммс дверь, Брок вернулся на диван к Дженни, которой уже надоел пакет и она собиралась начать хныкать. — Так, дорогая, — постаравшись говорить ласково, начал Брок, — пишут, с тобой надо разговаривать и держать на руках. Давай попробуем. Прости, детских песенок и стишков я не знаю, поэтому будем разучивать армейские кричалки. Брок декламировал кричалки, потом читал вслух книгу, выданную Зимним, а потом Дженни стала тереть глаза и уши. Брок понял, что сейчас будет рёв, потому что хныканье уже не прекращалось минуты две, и он встал, чтобы поукачивать малышку на руках, пока та не уснёт. Минут через пятнадцать у него всё получилось, но Брок качал Дженни ещё и ещё, пока не стал окончательно уверен, что положить её в кроватку будет безопасно. Действительно, как мину обезвреживать. Судя по книге, Дженни должна была проспать часа три, если повезёт, и она не обкакается, или у неё не заболит живот. Брок на эти три часа рассчитывал. У него был целый дом, который нужно было обшарить. ———————————————— инверно — Зима на итальянском.