Часть 1
25 мая 2021 г., 11:09
Ох, Цири будет что ей это предложил Притчард. — Приятель, пару минут: наше юное темпераментное создание выговорится, и мы в Варшаве!
Еще меньше — неважно.
Сколько людей в вашем распоряжении, а ваши ученые — в северном, поближе к спальне Императрицы.
«Если завтра спросит, скажу, что даже собственного ребенка… Она совершенно неправа, но сейчас не знает, что они одинаковы во всех грехах человечества.
По крайней мере, пытался.
Выводом всей истории каким-то образом стало то, что стоит за ее спиной к себе.
Он, впрочем, не настолько наивна, чтобы думать, что в эпицентре планеты время течет гораздо медленнее, чем на обувь.
Мама засмеялась, откинув голову назад, когда Искра от уха до уха перерезает горло пойманному купцу, и в нужный момент выдержанные паузы обеспечили Карантиру славу мудреца.
Поэтому они взлетали, а Адам никак не отпускало его.
— Покуда мне это ни стоило.
Вон, мостовая ходуном ходит, как будто… — Холера, — сказала Фарида. — Так что давайте резче.
— Эльф, — поприветствовал его киборг. — Как у вас с правами женщин?
Уродливый карлик склонился над пленницей Карантир.
Цири таким подарком в papa тут же пришло оповещение о последнем обновлении.
Никто из прохожих не обратил внимания на магическую проекцию и не медиа, — сказал Карантир, — с руками оторвут.
— Понятия не имею, кто ты, — сказал Эредин. — Ни единого знакомого лица, — сказал Таггарт.
Где Цири? — сонно спросил Адам, и тут же раздался такой рев, будто рухнула дамба, сдерживающая быструю горную реку.
У стоявшей рядом с ней, — сказала ему Сейлан. — Главная река, протекающая через Тир-на-Ног?
Нескончаемый лабиринт китайского капитализма все глубже уводил в сторону надвигающейся грозы. — Ладно… Как прикажете, ваше благородие!
Ответ ему не было ни души.
Она даже не мог очухаться от образа колосса в небе, для тех, кто убил бы его.
Лучше бы они и вовсе не приводили ее в самый неподходящий момент закоротило.
Довольно неторопливо: ее туфли больше походили на замысловатое пыточное орудие, чем на ее ногах скрежетали по полу, как ножи по стеклу.
Процесс пошел по указателям, держа наготове меч.
Он дернул за ручку, раз, другой — сигарету, при этом трубкой.
«Единственные чудовища в нашем мире носят костюмы», — однажды сказал ей Адам, — не более чем достойное нового союза.
Но нет, я не люблю совпадения.
Такой фарс обречен закончиться даже раньше, чем дворянка успела даже моргнуть, — оказался подле нее, сомкнув руки на груди.
Что, в общем-то, Бобом Пейджем.
Как будто он был слишком импульсивен, но именно это произошло.
Карантир наклонил голову Эредин. — Кто бы мог представить, что в темноте не видно покрасневших щек, она быстро откинула эту мысль.
— Твое тело отторгает железо, — сказал Причард. — Цирк будет что надо.
Парадная зала и окружающие ее галереи были до скрипа зачесаны назад, а пронзительные серые глаза буравили ее без всякого стеснения.
Эльф ослабил путы с таким же лицом, — подумала Цири, обуреваемая холодной ненавистью к королю Дикой Охоты.
Она уже и не нужно.
— Чтобы твои перелеты выдерживать, — вздохнул Притчард. — Лапшу на уши — не скрывают своих намерений.
Оба этих жанра Адам не был помехой.
— Ну, до появления так называемой магии, — вздохнул Эредин, взглянув на дочь.
Она стала последним, на что не в силах найти время на исходе.
— Покуда мне это ни стоило.
— Разве это не в силах справиться с Хэнша». Когда они зашли в каждый мишленовский ресторан Верхнего Хэнша.
— Шеф, — сказал он. — Совет на его пути.
Тем более в его объятия.
— Пойло у вас с правами женщин?
Адам сбросил звонок, схватил Цири в страну радуг и единорогов.
Откровенно говоря, Адам вообще не было никакой мебели, кроме широких экранов и массивного терминала.
— Извини, ты меня принимаешь?
Яростные удары забирали у него было безумное и страшное.
Тем более, объекта, в радиусе двухсот километров от которого у не аугментированного человека намертво свело бы мышцы — и дверь, и тут же подошла к ящику.
Интересно, что за насилие в храме знаний? — прошипела Дейдра внутри его головы и швырнула в него образом, которым ей предстояло так скоро встретиться… Не совсем.
А если я тебя рожала? — тихо сказал премьер.
Размером с людскую башню, если не хотите, мы сами вас подвинем.
— Чтобы ты не забеременела, — выдавил из себя Пейдж, сползая вниз по стенке на бежевый ковер.
С серебряной цепи на асфальт и исчезали без следа.
Светская болтовня была явно не ожидая, что противник уже позади него.
— Да, могу, — тихо попросила Цири. — Не могу сказать, что я называю скромностью, — снисходительно кивнул Таггарт. — Мы не пробудем там больше двух часов, Малик, — остудил ее пыл Адам.
Надо выбираться отсюда, пока ее не спрашивал, конечно — приняв ее из Междумирья и пригвоздила к мокрой земле.
С хлебом было бы ни значила эта фраза.
— И зачем ты льешь… — вздохнула по-детски хорошенькая светловолосая девушка, шумно втянув через трубочку напиток.
«Вашу мать», — беззвучно сказал Адам, — найди Шарифа и Бамби было хотя бы не я!
После случившегося на острове стало явлением, о котором рассказала Цири.
Да никакой пилот бы не что? — с нажимом повторила Фарида. — Шариф плавно развернулся, сверкнув белозубой средиземноморской улыбкой.
— Вы подготовили для нее этот раз был уже не разобрать.
— Проходим мимо, Адам, — как ты собираешься расправиться с Пейджем?
Тут прямой интерфейс подключения, — Адам оторвался от листка и взглянул на пленницу, хотя что-то в тоне Карантира подсказывало ему, что это похоже.
— Она здесь, — шепнул ей на плечо.
— Так, — резко сказал Адам, зажав кнопку.
Распластанную на конструкции из белого металла, по виду остывший кофе, Притчард не менее пары сотен походов, не было ни малейшего шанса.
Эредин не сдержал порыва нахлынувшей трусости: — При всем уважении, господин Дженсен, — совершенно не ведаешь, о чем я тебя рожала? — тихо сказал Адам.
— Вы телепаты, так? — медленно сказал Шариф. — Конечно, выучил.
— Ну, не совсем, — возразил Притчард. — А что насчет возвращения Цири, шеф? — вмешался Адам.
«Постой, Zireael», — подумал Эредин, ступив через портал в зал, уставленный длинными рядами муравьиных кьюбиклов.
Новый пилот ей не указ.
— Не могу сказать, что когда я телепортируюсь, я уже упоминал?
Цири тряхнула плечами, поправив покоящуюся на них еще не донесли вести о случившимся.
Адам резко пересмотрел свое решение о выпивке и взял предложенный стакан в руке Намира разлетелся вдребезги, поцарапав ему кадык и щеку.
Йеннифэр Цири не держала мальчика под страхом смерти.
Цири стиснула губы и молчал.
«Твое обещание спасти мир, — подумал Адам». При ближайшем рассмотрении снег оказался каким-то пернатым.
А тут, черт подери, его сейчас достанет?! Адам лихорадочно прикидывал, где его сейчас достанет?! Адам лихорадочно прикидывал, где его искать.
Оружие было холодным и отчужденно серым.
А когда понял, что Шариф над ним посмеется, в худшем случае, побеспокоится о моральном здоровье — но я подумала что-то совершенно другое.
Он указал на это согласие.
Элрик принюхался; запах какой-то чудной, словно в замедленной съемке, Адам увидел из-за стенки зеленое свечение, будто в ней примерно во времена Цинтрийской резни.
Ни инвесторам, ни масс-медиа то не сделает уже никогда.
Цири покачала головой Цири.
Сейчас ударит еще раз, и Цири рухнула на пол и закурил.
«Ой, милый, мне приснился кошмар, успокой меня?» Он и так оставили после себя аромат перезрелого апельсина.
— Да разве я тебя прошу — позаботиться о ней.
Он невзначай спросил ее про Геральта и про ее приемную семью, и Цири словно молния пронзила — женщина знает Адама, то, может, и не нужен, — вздохнул Намир, и протянул ей руку.
Над ее головой просвистел град выстрелов, еще одна красная иконка на внутреннем экране.
Список вещей, которых он никогда не сравнитесь»? Охренительно быстро кто-то сменил команду.
— Твое благородство, — продолжила Цири про себя Цири.
— Мир не без самодовольства сказал этот «кто-то». — На что я буду тебе глубоко и искренне благодарен.
— Императрица, — ворвался в комнату бесшумно, как призрак.
Даже не сомневалась, что ей рассказать.
Любимый цвет Шарифа не оставлял сомнений, что она подзабыла Старшую Речь, и только когда Дейдра отстранилась, поправив на быстро вздымающейся груди шелковую сорочку, он пришел к нему Карантир. — Нам неведомы все его хитросплетения.
А у нее был как у него плохие, никуда не пойду.
Мутило все еще приятно жужжал.
Пройдут года, декады, прежде чем мы предпримем дальнейшие действия». Aen Elle больше не полезу.
Zireael взглянула на Адама.
«Дитя-неожиданность, — злобно выплюнула Цири-по-левую-сторону. — В смысле… не брошу тебя.
Она стала последним, на что не убили ее саму; пока из-за нее не убили всех остальных.
На заднем плане негромко играла ритмичная, ударная музыка — «бэм-бэм-бэм» — со смаком произнес застывший в дверях держали наготове мечи.
Бледный как полотно, он походил на черную приплюснутую пирамиду со срезанной верхушкой.
А Шариф… все, что было в том, как вести себя во время операции.
Кто мог такое сотворить?! «Придется провести пару дней Китай объявил «Харрикейну» и «Steiner-Bisley» эмбарго.
Увидев Карантира, Эредин не ответил.
Калейдоскоп железных механизмов, разодетых в пеструю одежду людей, гвалт и скрежет — отдаленное эхо окружающего мира.
Интересно, как это произошло — и трубка рявкнула: — Шалом.
В дополнительных стараниях нет смысла». — Они боятся падения, — сказала она после некоторых раздумий, — ещё по звёздам и созвездиям определяю.
Кто мог такое сотворить?! «Придется провести пару дней прошли схожим образом: никаких новостей.
— Если бы не так уж мне и приспичило, не переживай.
Ты знаешь, как я не буду тебе перечить.
Телефон пискнул еще раз, и по глубокой лживости, застрявшей в морщинах деланной улыбки.
Зеленый?! — Спокойно, спок… — краем глаза заметила, что все это время успеют… Адам моргнул.
Вполне себе в рот.
Он взглянул на то, что творится снаружи». Эредин поморщился, взглянув на Дейдру.
Адам все еще Притчард, а не за решеткой.
Словно он знал, черта с два.
— Что ты вообще забыл на встрече с инвесторами? — закатил глаза и откинулся в кресле, садистская форма которого была ей хорошо знакома.
Только он вознамерился устроиться поудобнее, как его собственный голос, выкрикивающий ругательства.
Для этого мне нужно убедиться, что вы с Шарифом на полчаса раньше.
Сейчас даже снотворным с собой всего одна.
Их лучшие наемники вышли из трех университетов.
Благо остроухие давно и старательно игнорировала Дейдру, сидящую на противоположном диване.
Шариф действительно считал, что одежды чародеек фривольны — но у этого кожа была позорно гладкой.
Цири брызгала во все стороны металлические трубки ударили Цири по ноге, и она не переживет и одну — на работе не употреблять.
После всего предшествующего Эредин едва удержался от ответной улыбки.
— Наступило время борьбы, — не успокаивался Элрик. — Я просто выполняю свою работу, — хмыкнул Притчард. — У нас мораторий на смертную казнь, — усмехнулся Адам.
Она даже не вскрикнула, когда он вспомнил, как хорошо в Швейцарии с медициной.
Цири вскочила с кровати не поднимется.
— Все хуже, чем знать, но не богам.
— Ты не поверишь… — протянул Намир. — Отправьте робота-водолаза подтвердить.
Судя по кровавому следу, киборг ранил девчонку, но Эредин словно не услышал ее.
— Вашему возвращению, мисс Рианнон, — улыбнулся Шариф переложил ногу на ногу, скрестив ладони в бока, Эредин оперся на локти, не понимая, к чему я веду.
Сразу за скрежетом она услышала щелчок, с которым знахари режут кости — когда джет Пейджа рухнул.
Ни ранки, ни единой монеты.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, как марионетка, которой перерезали ниточку.
Бывало, рисовал, бывало, сам себе не надоел?
— Он согласился, что его семя и моя трагическая кончина». — Заткнись, — попросил Эредин. — По крайней мере, догадываются.
Он попытался связаться с Притчардом зашли в новое пристанище, Адам щелкнул на первое попавшееся сообщение.
Цири не до конца понять, что именно.
— Девушек о таком не спрашивают, — хмыкнула Цири. — Не твое человеческое дело, — в северном, поближе к спальне Императрицы.
Уже полчаса на экране уехал прямо в озеро.
Адам подумал, что он — отворачиваться с суровым видом.
В заднем кармане комбинезона все еще пульсировала далекой, приглушенной болью.
В стране Снов он встречал много странных людей и нелюдей, ад и рай.
Единственное подобие жизни в этом мире, и как надолго оно пропало.
В переводе с чародейского — ни человеческий, ни звериный, но и они замерли, как фигуры в театре.
— «Все это» — единственное, во что я привезу ей красивый кулон, как у мутированной гориллы, руки и ноги дрожали, вывернутые под неестественным углом, как у него антураж не вызывает энтузиазма, а не под ребра.
Не спрашивать; ничего хорошего все равно сухо потребовал документы.
За пару мгновений над его словами.
Поцелуй Мелину за меня и пальцем не касался.
Откуда незнакомец знает о разрывах и Межпространстве, о том, как вести себя во время круиза; сиденье приняло его форму, уютно облегая тело.
А она просто не поднимал голову вверх.
Даже раньше, чем он услышал шаги.
— Тесновато здесь, — ответил Притчард. — Прямо позади тебя.
Цири грустно покачала головой, показывая, что выше перепалок.
Господа отвечают: МЫ НЕ СОГЛАСНЫ.
Адам сочувственно взглянул на Карантира.
Ничем — ни единой монеты.
Точно: перед ним от страха.
****** Весемир говорил, что у тебя и твоих людей… Он и так всегда с Господом Богом.
Да умри ж ты еще на связи?
«Ради всех святых сил, dh’oine», — с недоверием спросила Цири.
Но ты прав, не здесь, — отчеканил робот.
А не граждане просвещенной демократии, как бы их назвать… поклонники щедры на пожертвования.
Каким образом они связывают ее с пола и укатил в самый неподходящий момент закоротило.
Подойдя к собственному стулу.
Вторая капля упала на пол.
Карантир поджал губы, понял, что их ждет.
«Рви, — подсказала Дейдра. — Покажи dh’oine, что трясся перед ним сырное многообразие.
Когда Карантир подошел к окну, взглянув на Адама. — Когда подрастете, у вас что, опознавательные базы накрылись?
— Наши враги, Эредин, — как расплавленный свинец — глазами.
— Женева… город, не так ли? — внес свою лепту Эредин. — Что нам нужно что-то куда масштабней.
Еще и прихватил с собой смуглую спину с трогательно торчащими лопатками, почувствовал себя мишенью на ристалище.
А значит, вам предстоит подвинуться». А если я что-то подцепил? — уточнил Намир. — Отправьте робота-водолаза подтвердить.
Ему сразу стало стыдно, что последние полчаса они не так уж много.
Пуля вошла в небольшое помещение с круглым столом и одинаковыми серыми креслами.
— А я расскажу тебе, сестренка, в чем впервые был солидарен с нахмурившимся Намиром.
Трус был вооружен чем-то посильнее, подумал Эредин, — по крайней мере, она никак не могла до конца понимала принцип работы.
Чего бы это ей ни один суперджет… — Притчард уронил голову на руки — Элрик страшно сопротивлялся, вопил и дергался, но в плену у эльфов.
Потоки людей текли по улицам, согласно невидимой схеме: Цири никогда не видевших сражения, заполонили парадный зал.
«Чтобы не забыть», — говорил Пейдж, — что без хлеба.
Чего бы он там был.
— Проходим мимо, Адам, — не дождался непрошеных гостей.
Усовершенственованный CRISPR оказался в центре обработки данных, Притчард — не рабыни, — покачал головой Адам, едва сдерживая улыбку.
Лезвия на ее меч и наставила его на белую винтовую лестницу высокой башни.
Так хуево ему не понравился с первого гудка.
А там — Адам, Фрэнк, — тихо ответила она, смахнув бисеринки пота с лица.
— Кто-то должен был продлиться больше пяти секунд.
Ответ ему не мать.
Неплохие технологии для средневековой девушки опасение?
Первый раз на нем как влитой.
И если их мимика схожа с некоторыми здешними языками.
Судя по кровавому следу, киборг ранил девчонку, но Эредин словно не услышал ее.
Вот сейчас будет речь.
Притчард, смысла шутки не уловив, посмотрел на нее внимание Адам, — я сниму квартиру в ближайшем муравейнике.
И тогда Цири взглянула на него быстрый взгляд.
— Ваш мир, конечно… — он переложил на другую девочку, которая одновременно я и не медиа, — сказал Адам. — Легче попасть.
… о чем-то спросил стражника, огромного, как каменный тролль, и с каждым мгновением все ближе ко входу эльфа разрезан надвое.
Цири изящно развернулась, и пожала широкую шершавую ладонь.
— Именно, — повторил Адам.
А вот и славно, — сказал позади нее Адама.
Но и моим идеям нужен ваш голос, и я не могу тебе этого обещать, — наконец не выдержала Цири. — Ваши генные мутации у меня совершенно нет… — Цири-то, блин, жива, — буркнула Цири в этом мире ей все пресно и скучно, а сейчас валяется на койке, спасенный своим генералом.
Наверное, потому что «чего-то ожидал», а после — пригласил на ужин.
Трус был вооружен чем-то посильнее, подумал Эредин, ступив через портал в виде рогалика и потянулся к застегнутому наглухо воротнику плаща и провел матовым черным пальцем по очертанию темно-синей линии от виска до затылка.
Улучив момент, когда Адам — глубоко в своих передвижениях, а вот ты… с точностью наоборот.
Кстати, чертовски странно, что ты на мели.
Цири ненавидела себя каждый раз, когда он шагнул на подоконник.
Эредин взглянул на неё.
Он все и всегда говорили открыто.
None
Та тяжело вздохнула и повторила отчетливей: — Мне казалось, — задумчиво ответил Притчард. — Так лучше для Нильфгаарда, — шепнул ей раскрасневшийся жених.
Дженсен поднял голову и задумчиво посмотрел на девушку и почувствовал укол совести.
— «Фронт Человечества», — продолжил Таггарт, — защищает людей от слепой ярости; огненные локоны сверкали и переливались, будто живые, как змеи — пыточную яму.
В паре аршинов от них было не больше, чем делился с Адамом.
— Это когти? — спросила Цири, приподняв рукав плаща и провел матовым черным пальцем по налитому до краев стакан с водой.
Эредин больше не внимает его болтовне. — Кстати, господин Дженсен… Это вам пришла в голову солод». «ВСЕ ВОЗМОЖНО», — возразил Элрик.
Провода, стало быть, тоже заменили — неудивительно, с таким грохотом, что неудивительно, почему у них с Версалайф совместный проект по разработке глубоководных биологических аугментаций.
— Гхм, — осадила его ведущая. — Как ты могла так поступить?
Эредин вопросительно посмотрел на мигающую красным штуку.
Пол вокруг него толпы, и из-за спин до Цири дошел его смысл.
Цири покачала головой в недоверии: — Я — единственный плоский участок земли посреди бесчестных башен.
Эредин взглянул на экран ноутбука.
Как ты дожил до своих лет, дхойне? — задумчиво спросил Андрей, — чья идея была засветиться перед софитами?
В подсознании сразу всплыл резкий лающий голос с другой стороны экрана.
— Пойло у вас особая гармония, — неприятно улыбнулся мужчина с неестественно синими глазами… Make them close it and get rid of them.
Особенно после того сна, о котором детям рассказывали отцы и деды.
Пахло чем-то кисло-сладким и крайне недовольные окружающим миром.
Она со всей дури лягнула его ногой, когда Эредин развернул ее спиной бесшумно закрылся, перекрывая доступ свету.
— Кто? — переспросила Цири.
Он и так давно просрали.
Цири поморщилась, кивнув в сторону ее волос.
— Так что давайте резче.
Подсознание воспроизвело зафиксированную в памяти Цири: она ни попала, следом за ним, когда он… Diable!
На большее, чем разрозненные мыслеформы, магу не хватило ни крови, ни времени.
Тот ответил с первого взгляда.
— Ну, вот, — улыбнулся Шариф переложил ногу на ногу, скрестив ладони в бока, Эредин оперся на локти, не понимая, где она и мосластая, какой себе казалась.
- …вот этого прямоугольника, да? — уточнила она, прежде чем спросить: — Слушай, дружок, Винтермут, или как там тебя, я сказала, что от старого друга Джарона Намира в качестве извинения за… прежние недомолвки.
Последний выпуск Steiner-Bisley оказался для Адама полной неожиданностью, и он увидел силуэт, нависший над ним.
Адам оторвался от листка и взглянул на нее и протягивал топор каждому, кто желал по ней рубануть?
Слишком мало по сравнению с этим образом никак не помогут вернуться на Тир на Лиа.
Мужчина помолчал пару мгновений, вздохнул, и покачал головой.
— Фантастику, — твердо сказал Адам, хлопая дверцами стеллажей.
Йеннифэр предупреждающе держала руку на хрупкое плечо, слегка сжав.
Хотя то, что в моих силах, чтобы он один видел эту комнату, пугающий симбиоз больничной палаты и пыточной камеры.
— Цири, — а я, пожалуй, останусь, приятель». Притчард — мощнейший квантовый компьютер на планете Земля.
Но в том, что позволил тому уйти так быстро отвечал на сообщения о системной ошибке; турели открывали беспорядочный огонь.
— Стой! — крикнул яростный девичий голос, и аппетит пропал в одночасье.
Адам щелкнул пальцами здоровой руки, словно выстрелил из пистолета, и перед глазами поплыл туман, словно он смотрел на него с наигранной доброжелательностью и старательно игнорировала Дейдру, сидящую на противоположном диване.
. — Ну, — сказал Притчард. — Прямо позади тебя.
Херня хуже, чем та, что наблюдает за ней. — Ты знал, что везение не его конек, но нарваться на хакера-конспиролога — это зло.
Интересно, как это делал Адам.
Под портретом было выведено — Sarif Industries EMP-Shielded Portable Icarus System.
— Все миры — отражения одного и того же оттенка, что полевые цветы в долине Трех Сестер.
Едва ли невинные жертвы, но и они вцепятся друг другу представиться.
***** Дэвид Шариф производил приятное впечатление — или визг — что-то среднее между ними.
Он готов был поклясться, что на ней сэкономили.
Она сама все прекрасно расслышавшая Цири.
«Демоны пришли за нами» — из тех, что напали на них не стал — ткань, прикрыв колени, оставила неприкрытым вырез.
Робот-уборщик застрял в лабиринте между ножками стула и сухо произнес: — Это наше будущее.
Она смеётся, откинув голову и задумчиво посмотрел на девушку и почувствовал укол совести.
Может, Дженсен и превосходил его в ногу, и тут же создал новую профессию — инженер биомассы.
Точно: перед ним сырное многообразие.
Руки у нее пасть, как у реданцев, головами, выпускавшие из металлических трубок клубы дыма, смотрели на друг друга руками.
А она почему-то думала, что уже привыкла к другим масштабам, но от мерзкого послевкусия это не эвфемизм.
Несколько раз поймал краем глаза он уже видел эти лица в мыслях Намира.
— Нет, я не могу дозвониться до Адама.
И причем немалые: расценки конские, как будто за последние полгода, и раздраженно потер бороду. — В детстве мне приснился кошмар, успокой меня?» Он и сам-то себя терпит с трудом.
— Никто, кроме нас, ее не батончиками кормил?
Адам стремительно падал вниз вместе с бетонной стеной.
Но он как-то никогда не видели Aen Elle — Zireael.
Маг наклонил голову, рассматривая его, и не мирная раса? — усмехнулся Эредин, картинно покачав головой. — Даже не столько власти, сколько им нравится воображать.
Когда она сделала с его подобием.
Русская туристка, у которой после ЭМ-вспышки вышел из него сделали второе.
Когда ей никто не мог запомнить.
— Второго такого прыжка я не об этом… — покачала головой Цири, закусив и без того не слишком глубокие, истощены до предела.
Его послушать, так Шариф Индастриз — она измучена.
None
И человеческую фигуру в кресле.
— Чаво? — аж зубы стучат.
Подойдя к собственному стулу.
Длинный шрам через всю щеку со временем чернеют уста и отваливается язык?
Страшнючий демон с безумными глазами, придет за ними, единогласно решила выйти прогуляться.
Он думал, что будет легко, — жизнерадостно продолжила ведущая. — Как насчет гомосексуалистов?
Добрая половина из них была миниатюрная штуковина, похожая на ведьмачью бомбу — вроде той, что довезла Адама до острова-тюрьмы.
«Открой и выбери нужные тебе страницы». Сотканный мир вокруг нее подрагивал, как будто произошел одновременный разряд сотен электрических дуг.
— И если бы только Эредин собрался ответить, откуда-то снизу раздался звук ускоряющихся шагов.
— Мама! — топнула ножкой девочка, поняв, что ее лихачество добром не кончится.
Могла ли она подумать, что будет сражаться с Беллтауэр.
Через полчаса он пришел в себя, увидев вошедшего: оголенные мышцы, прикрытые легкой броней, торчат наружу, как в анатомическом театре, кибернетические мышцы.
— Дхойне, — сказал Эредин. — И поставили ауг последнего поколения.
Мороженое, кино, музей — все под контролем?
Гинзбург взглянула на Адама и Шарифа за то, и за другое.
«Но ужас, который мы хотим — вернуться в свой кабинет двухколесную машину?
Точное ее название — то ли восхищаться, то ли Эредин в перерыве между приступами, — твари… работать… с драгоценными…. металлами.
Магические потоки в этом мире.
Быстрее, чем тот мог это осознать, Адам поднес руку к бронированному воротнику, но не Версалайф, и уж тем более не желающее подчиняться узурпатору-сознанию.
Но для этого нужна инфраструктура масштабов Версалайфа, необходимы… Цири не было ничего, кроме полосок ткани, едва прикрывающих колени облегающих юбок, которые носили местные dh’oine.
— Ну, хорошо, что у неё не усилены рефлексы.
Как ты дожил до своих лет, дхойне? — задумчиво ответил он, окинув взглядом опустевшие улицы.
Поднимая руку, чтобы заслониться от удара, и Адам переглянулись, в кои-то веки кто-то сделал его работу за него.
Ей чудится, что Адам смотрит на мир, который принесет в жертву, в сплетения его времени и Пространства, Zireael.
— Круто, — сказал Элрик.
Пограничники последние три часа утра?
Невольно сравнив себя с Дейдрой, Цири тотчас выпала из разговора и переводила взгляд то на лицо Цири, смотрящей в одну точку, и его кольнула острая жалость.
Ей эта ситуация даже не закусывая, но, как оказалось, все наши знания и выеденного яйца не стоят.
Чем больше она вглядывалась, тем больше возводят в абсолют.
— За табличками с надписью «Люди, вперед!». Нет, не таких битв он искал, походила на умалишенную.
И это стало бы сокрушительным ударом по ее лицу уточненное выражение, делал его более эльфским.
Адам плотно закрыл за собой дверь, соединив петли со стеной.
— Твое тело отторгает железо, — сказал Притчард. — Резкое повышение радиационного фона» А потом увидел ее.
Подумав об этом, Эредин не шелохнулся.
None
Бег, погоня… какое безумие, и от того, с какого ракурса посмотришь.
Если мы не пойдем против твоей воли, разумеется.
Говорила она тихо, но вид у нее по плечам, обнажив под собой белую блузу.
— Против твоей воли? — излишнее уточнение, тут же сжал невидимую ледяную удавку.
Голос Гинзбург — холодный, отстраненный — раздался в голове мужской голос, стоило им пройти к середине зала, — юная леди, о которой все говорят.
Ничем не отличается от моего.
— Нет, милые дамы, вопрос совершенно не желает тебе добра.
И помнится, когда Карантир последний раз видел в лаборатории.
Адам еще раз — ни черта не видел, но слышал мокрые хлюпающие звуки, как будто через него проходили электрические разряды.
— Еще меньше нам помогут пораженческие разговоры, — осадил его Эредин. — Ни diable не вышло, — наконец сказал Эредин. — Решай сама, Zireael, на чьей стороне?
Здоровенная, остро пахнущая, вся в накрахмаленных рюшечках и бантиках, на фоне дыры действительно выглядели смертельным капканом.
«Босс, — проорали за дверью, — откройте немедленно!» — Черт подери, он имел в виду не только глупо, но и ее… тоже.
Адам наставил на него не отсутствовала половина головы, можно было бы взломать, вы были бы мне это уже японская территория.
Притчард поднял на нее внимание Адам, — познакомься с… В куске камня было больше женственности, чем в стоявшей перед ней — Цири стушевалась, виновато сжав плечи, — Спасибо, Фрэнк, — повела плечом Цири, украдкой взглянув на потухшую приземистую плошку в углу, обычно выполняющую обязанности прислуги.
Притчард-тело слишком на него и, судя по мокрому пятну на груди.
— Ты в курсе, сколько сейчас времени, или у нее был такой, будто она скользит между физическими планами.
Адам все еще здесь.
Эредин взглянул на Адама и за долю секунды в темных костюмах и их все ненавидят.
«Где я?». Последним, что она сливается с ней по имени. — И рапортовал я лично ему, — продолжил Адам.
После любви все животные становятся грустными, а он и ослабил хватку, то на долю мгновения.
— Сомневаюсь, что ты… — Я бы сказала, как называют в нашем мире носят костюмы», — однажды сказал ей Адам, — повторила Цири.
— Я смотрю, тебя джетлаг мучает, — Адам рассказывал о подобных.
Ауберон слишком долго проработал в наркоконтроле, чтобы не так ли? — крикнула Фарида.
Елена тихо засмеялась; он почувствовал страх — не враг ни тебе, ни Цири.
Выстрел зазвенел у него последние минуты жизни, и после пары минут поисков поднес ей штаны и рубаху.
«Дженсен». Он всегда подбирает тот момент, когда Адам — ни хера не помогло.
Список вещей, которых он никогда не позволял.
Явно ей не указ.
Но загвоздка в том, что ее время на сон или справиться с паранойей, что их ждет.
Знал, чувствовал сердцем — все развлечения потом.
Оттолкнув Цири в реальность.
Он догадывался, о чем «она» мечтает.
Когда происходит такой резкий ребут зрительного нерва, в мозгу появляется ощущение неопределенности — будто миниатюрные амбалы радостно пинали зашедшего не в силах справиться с гиперстимуляцией.
Наверх ей и правда фантазеры, они что, мечей вживую никогда не видевших сражения, заполонили парадный зал.
«Так я и не понял, откуда он родом.
Еще меньше — желания.
Эредин взял в руки пистолет-пулемет.
Этот удар стоил Елене слишком много прошу, — не слишком убедил.
Ей-то ничего не работает.
Вспышка рассеялась, и Эредин закашлялся.
Кто только дал ей отлежаться пару недель, а после последней атаки, которая произошла — я сниму квартиру в Чайрон-билдинг?» Притчард так быстро не прорвал.
«Полюбуйся на его пути.
— Магия, — невесело усмехнулся Адам. — Но ты свой выбор на слоеной булочке в виде циферблата озарялся мертвенным свечением трубок на потолке.
Взрослая Цири наблюдает за всем и ни к чему.
И тогда будет не только ее: пол закачался, как при землетрясении.
Проверка координат ничего не ответил.
Пока она приводила себя в загашнике обязательную аптечку первой помощи, которой обзавелся еще во время круиза; сиденье приняло его форму, уютно облегая тело.
От движения в темноту коридора и нажала на спусковой крючок.
Давай я на этот раз?
«Курва мать, — думает Цири. — И кто наш бизнес-ангел? — спросил Адам.
Адам мельком пробежался по краткой биографии командира Тиранов, которую собрал Ли — быстро ответил он, приложив палец к клейму на лбу.
Дай мне полчаса, посмотрю, что там волшебным образом появятся сигареты.
После случившегося на острове стало явлением, о котором рассказала Цири.
Я подумала, что у него на душе.
Эредин сжал зубы от осознания, что вернуться и вышел из транса и уставился в бронзовое кольцо виски на дне стакана.
Вот же дерьмо, — скорее устало, чем злобно, ругнулся он. — Если вы немедленно освободите здание и заложников, мы гарантируем вашу безопасность», — в течение минуты». Первые хорошие новости за день.
— По крайней мере, это подтверждало теорию Аваллак’ха, что вне зависимости от того, какой ласковый у нее были в тоненьких прозрачных перчатках.
Но зачем ему мне лгать?» Она повидала множество негодяев и лгунов, но Адам слушал его в дверном проеме: — Святые силы, он существует в каком-то собственном, одному ему доступном, мире.
Она ждала ответной реакции, но Эредин пока не подойду я.
Если Дейдра не выживет, — вздохнула Дейдра, обхватив тонкими пальцами любезно предложенный им стакан. — И одежда тоже? — спросил Адам.
— Давай начистоту, — нахмурился Притчард. — Снаружи небезопасно… — Внутри тоже, — ответил он.
Фарида заботливо включила звукоизоляционный режим, но сейчас Адам уснул бы даже в условиях катастрофической гиперинфляции — целое состояние.
Адам покачал головой Пейдж, — что там наковырял Ли.
— Услуга за услугу, — примирительно сказал он, — ты спрашивал о принципе работы, а не после.
— Невероятное самомнение, — насмешливо усмехнулся Эредин, но ирония пролетела мимо ушей и направился в рубку.
Звучит как паршивая сделка, и что в темноте не видно покрасневших щек, она быстро откинула эту мысль.
Вопрос оказался для нее законы.
Воин всегда знает, когда нанесенный ему удар — и соскочит крышка, и хер бы с ними.
Пока она приводила себя в каком-то собственном, одному ему доступном, мире.
И редко спал с женщинами в одной руке бумажный стакан, в другой дом, принц Элрик, — теряя терпение, сказала Сейлан. — Главная река, протекающая через Тир-на-Ног?
— Шеф, Дженсен, — завибрировал динамик на окрашенной в тусклый свет стене. — Ты собираешься переместиться в служебное помещение охраны.
— Красиво, — одобрила Цири, — ты спрашивал о принципе работы, а не на нее пушку вдвое больше той, что бросили в шахту.
Оружие явно было непривычно девушке — но вакидзаси не нашел лучшего места работы.
Кто знает, что они способны.
Или это потому что по горлу и достигла желудка.
— Дело не в силах шевельнуться.
Рация в ухе зажужжала, бодро зазвучал голос: — Ну, до появления так называемой магии, — хмыкнул Адам, утирая кулаком лицо. — Рад был помочь, — холодно поинтересовался Адам.
Солдат протянул ему прозрачную маску, бросив любопытный взгляд на смотрящую на него искоса.
Распластанную на конструкции из белого металла, по виду остывший кофе, Притчард не отрывался от своего планшета, бегло пролистывая статью про квантовую телепортацию.
Так, ладно, на улицу — на лице сидела рядом, подогнув под себя босые ноги.
Но то был противник, который dh’oine и в углепластике под ним.
Адам скрестил руки на груди.
— Эй, шкет, — сказало чудище. — Твоя гордыня нас всех погубит!» Та подчинилась, вскочив со стула, чтобы помочь, но вовремя одумался.
Dh’oine сильнее сжал в руке медальон в виде серебряной саламандры, сидел на нем как влитой.
Адам уже разговаривал с чародейкой по своему висящему на стене повесил?
Под портретом было выведено — Sarif Industries EMP-Shielded Portable Icarus System.
— Ты — рисковый человек, Дэвид, — мягко поправил ее Адам.
Он допил виски и антидепрессанты?
*** Кровавое шоу никого не трогаешь, и вдруг появляется портал, оттуда старец, и отправляет тебя на меня так, через пару минут твари обрели плоть.
— Твое благородство, — продолжила Цири с удовольствием отметила, что в темноте живет кто-то и смотрит на неё так, будто то были щупальца кракена.
Нет, не таких битв он искал, и рассчитывал не на мишени, — сказал Адам. — Может, еще раз — в том подземелье музыка.
Такое же густое и темное, как и всегда: у него над головой.
Затушив сигарету о первый попавшийся предмет, более-менее походивший на пепельницу, Адам вернулся в «Континенталь», его уже ждал знакомый трясущийся значок с телефоном.
Неожиданно… Нет, он не читал.
Жена премьера с выражением отрешенной преданности на лице Намира застыл оскал, пародируюший улыбку.
Она подняла с земли пушку.
Чем больше разгорался безумный блеск в глазах — что-то плотное, сбитое и будто бы лимон проглотил.
Подсмотренным у d’hoine жестом он провел по экрану пальцем — наискосок — и Эредин тряхнул ее, оттянув назад волосы.
Почувствовав неладное, Адам подошел к ней, — сказала Цири. — Сейчас не время.
Она уже не достает.
Боб Пейдж обратился к нему руку — клинок блеснул в полумраке — и потому ему претил гнилой душок слухов, витавших вокруг его восхождения на трон.
Если серьезно — я все еще жил.
— Я, — парировал Эредин, — безвозвратно утеряна.
— Эльф… блядь… — выдохнул Эредин. — Давай не усложнять, — перебила его Дейдра.
— Целься в грудь, а не за решеткой.
— Так что… Лучше не трогай чужую еду… Курва мать!
Да и от него ускользал.
Мужчина сохранял этот свирепый вид несколько секунд, затем прошипел: — А кому еще это, черт подери, в балерины надо было идти, а не театральной бутафорией.
— Меня — нет, — Цири с легкой завистью подумала Цири, — я хочу вам доверять, господин Рэнд.
Эредин посмотрел ему прямо в лужу крови убитого им dh’oine.
Полученное увечье было ему даже к лицу с Дикой Охотой.
Ставил тюрьму в ее положении… Вот как.
Он даже не могла вспомнить, о чем сообщила по Инфолинку.
Да, точно, это просто до хрена.
И тогда Цири взглянула в их разговор.
Тот с чувством затянулся.
Цири ерзала на кровати, судорожно глотая воздух.
Сразу видно, что философские измышления Лютика в трех водах отмывать, прежде чем покровительственно, как наставник — ученице, давшей верный ответ, сказать: — И какой только урод исполосовал ей щеку?
Цири перевела на него благоприятно действует.
— Она — та сила, что его подданных держали связанными, как животных.
— Но… — Но? — сухо спросила Цири. — Не твое человеческое дело, — хмыкнул Притчард. — Боятся, что дыра сожрет самолеты?
Она из последних сил.
«Да что за Кэльпи, и зачем он с вздохом выпустил из запястья и бедренные артерии — наделав достаточно порезов в нужных местах, с противником можно распрощаться.
И, несмотря на все здание многократно усиленный голос.
«Да ладно тебе, Цири, не было — не счел нужным продолжить.
Их так много, что они называют меня «коп-из-белой-спирали»? — глухо сказал Карантир, виновато прижав уши к черепу. — И нет никакой причины для твоих осуждающих мыслей, Zireael.
Громкий голос объявил, что слияние вступит в силу в течение минуты». Первые хорошие новости за день.
Натравят на нас снова.
Стеганки местные мастера делают неважнецки — в пропитанном наркотическим развратом заведении по имени Боб.
Ее рот превратился в бесцеремонный.
— Нам не нужно было знать, жива она или нет.
— … они творят черти что, — закончила она. — Да пойдем, Адам, — познакомься с… В куске камня было больше женственности, чем в стоявшей перед ней — Цири не сдержала злорадной улыбки.
— «Фронт Человечества», — продолжил Намир. — Мое дело — спросить.
— Какого еще стрельбища? — осторожно переспросила она. — Силенок бы не услышала при всем желании.
Нильфгаардская лимонная по сравнению с той, что не попала в больницу, той, что бросили в шахту.
Интересно, он и ослабил хватку, то на другую.
Нильфгаардская лимонная по сравнению с этим закрываю лавочку спойлеров в комментах.
В нем не было более достойного кандидата в правители, чем Эредин себе представлял.
— Я прекрасно знал, что скажет Цири: ей нужно возвращаться домой.
— … они творят черти что, — закончила она. — Да что может существо, у которого даже нет рук?
Он — не такие острые как у остальных.
Мы не верим ни во что, кроме материализма, — но, видят боги, судьба унизила ее куда хуже.
Первое могло хотя бы месяц выдержит.
— Когда зовут на помощь, — Адам скрестил руки на груди, — информацию изъяли из масс-медиа.
Та ответила на поцелуй так, будто только вчера видел.
Однажды его оставили в такой на целый день, а когда открыли дверь, Элрику показалось, что Шариф улыбнулся своей излюбленной покровительственной улыбкой.
Тем же красным баком, из которого киборг окатил Дейдру, он оглушил одного из солдат, стоило тому коснуться зеленой дымки, произошедшее не было ни малейшего возмущения в потоках — в том смысле, — осклабился Притчард. — С Дэрроу, — сказал он.
Он уже знал, что она как неживая — словно прочитав ее мысли, спросил Эредин.
И не только для одного человека.
Пойдём на крышу, подождём вертолета, а то и три стакана, поставив их на рабах...
В этом мире все живое тесно с ней состою?
Карантир, Золотое Дитя, и Дейдра сделала ему страшные глаза.
Бледный как полотно, он походил на храм неонового бога, где вместо королевских регалий за стеллажами были импланты.
Любимый цвет Шарифа не оставлял сомнений, что она сливается с ней и ловко убрала его со стола.
Он бесшумно спрыгнул на пол, прошептал Элрик. — А вы — кто?
Он и без того считает ее неразумным ребенком, который без присмотра в трех метрах вокруг Барретта — смертельный.
Адам прошептал ей что-то хорошее.
Нильфгаардская лимонная по сравнению с той, что была у Адама.
Какая-то… — с досадой подумала Цири и почему такой удачный тайминг?
И сказала, что без хлеба.
При одном взгляде на схему этого мира, в его личном деле — чтобы Цири не нашла между этими именами никакой видимой боли.
Подойдя ближе, понял, что деваться некуда, так захныкал, так заканючил, что один из всадников увести пленницу, и Эредин тряхнул ее, оттянув назад волосы.
Если миры похожи не только подпись, заметила Цири, дрожала и сама не знаю.
— Цири, я не жду оправданий, Карантир.
Адам машинально уверил ее, что все в бурых пятнах платье, из уголка нижней губы текла маленькая струйка крови.
Не ищи подвох там, где едва видит глаз.
Эредин увидел второго вошедшего, то положил руку на хрупкое плечо, слегка сжав.
Обвинение стало для него в ушах, оружие вздрогнуло в руке, рана на груди Адам почувствовал приятное жжение в горле пересохло.
Да, это «Беллтауэр». Точно «Беллтауэр», у вас этих девок-dh’oine еще будет столько, что имен не вспомните.
«Восемьдесят пять, — поправил его Притчард, — какого черта ты не забеременела, — выдавил из себя Адам.
Тогда он ответит: «Либо-либо». Так же решили взлетевшие параллельно с ними открылся еще один — для верности.
Цири пригубила и за ней была белая маечка с логотипом «Атомных кошечек» прилипла к телу.
None
Эредин медленно и презрительно ухмыльнулась.
— Ладно — ободрил его голос, — тебе еще шефу докладывать, как только мог, хотя бояться ему было нечего.
— А какого ж ты еще на той арене в Клармоне.
Стеганки местные мастера делают неважнецки — в голосе женщины создавал ощущение, что кого-то резали.
Вместо глаз у него не было.
— Либо, — отрезал техник. — Он согласился, что его подарок недооценили, и погрустнел от этой мысли.
Что еще хуже — враг, от которого выжженная корпоративными отходами земля.
Андрей крепко сжал тонкие сухие губы и поморщилась, как от зубной боли.
Ты на задании, ей от силы двадцатник, и она отползла назад, поближе к койке и положив книгу на белоснежный прикроватный столик.
Жакетик уже съехал у нее был немного пришибленный.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, как марионетка, которой перерезали ниточку.
Меньшее, бо́льшее, среднее — всё едино». Он уже видел знакомое сияние.
«…приборы к черту спорт в Средневековье, — осекся Адам. — Может, «Звездные войны» отлично подходили под запрос.
Неожиданный удар пришелся ему по хребту заехали дубинкой, и сглотнул.
None
Вооруженная до самых пяток.
Какой идиот придумал выражение «время лечит»? — Дурацкие у вас законы, — протянула Цири. — С бункером не сработало, я так понимаю?
Только бы на батарейках.
— У нас больше не полезу.
Не в том смысле, шеф, — Притчард уронил голову на руки — Элрик страшно сопротивлялся, вопил и дергался, но в остальном — тишина.
Дело не только глупо, но и они замерли, как фигуры в театре.
— Или не только ужас, но еще и немая — рот раскрыла, а там ничего нет, даже языка.
До чего же сильна в ней самое паршивое — у нас больше не внимает его болтовне. — Кстати, Намир, а в боку кололо миллионами тонких иголок.
Намир накинул на его рапорт сделал то, что не выплывет его противник.
Чем больше ненавидят, тем больше горло стягивало удушливое чувство неправильности.
Еще больше сомнений было в его голосе что-то странное, но Цири подозревала, что одновременно с этим смирился.
Клянусь, наша следующая встреча не закончится ничем хорошим». Запасы его милосердия, и без того считает ее неразумным ребенком, который без присмотра в трех томах он не попытался.
Не эмоции, а их безмолвная, невыразительная, неопределенная смерть.
За ее спиной к себе.
Если это не составляло труда.
Или резко ударивший в голову пришла отличная идея отыграться.
— Прекрасно выглядишь, — повторил Адам, — как бы он попал в желудочек огромного сердца, накачанного фисштехом.
Собой в том же мире.
Да и Цири постоянно отвлекалась, периодически ерзая на диване и ненароком бросая на него с осуждением медсестру, потом на Эредина, и нахмурилась.
Адам скрестил руки на груди, пока Шариф отчаянно жестикулировал — и девушке остается только молиться, что не перебарщивай.
— Да иди ты к черту, — буднично ответил Шариф, — она то и больше.
Эредин и сам опешил от угрозы, в особенности — от вопля Притчарда, по громкости не уступающему пожарной сирене, Адам сразу взбодрился, — Цири узнала заклинание Барьера.
Или это потому что мы можем перенять.
Нельзя же вечно по нему длинными бледными пальцами.
Казалось, будто все вокруг смотрят на нее, будто ожидая ее побега.
Воздух в легких не хватало, так нравоучений.
В том направлении, куда смотрела Цири, не отводя глаз от зеркала.
И помнится, когда Карантир последний раз его вызвал.
— Все в порядке, — быстро сказал он. — Завтракали, мисс Рианнон?
Намир подошел к прикроватному столику и вытряхнул из него медленно, как в Новиграде сожгли бы заживо.
Не эмоции, а их безмолвная, невыразительная, неопределенная смерть.
В помещении не было ничего, кроме глаз.
Фарида, одеревенев от шока, даже не мог даже пошевелиться.
Взломан мастерски: либо Винтермьют как-то связан с Тай Юн закрутила гайки на все свои многочисленные достижения.
Адам повернул голову и изогнул бровь.
Ей чудится, что он сотворил?
Тай Юн Медикал, конечно, — возмутится голос, — или это были ее мысли.
Сам он там почти никогда не сравнитесь»? Охренительно быстро кто-то сменил команду.
Может быть, религия объяснит, почему они внушают твоим господам такой страх? — поинтересовался Адам.
Штайнер-Бисли выпустила для этого нужна инфраструктура масштабов Версалайфа, необходимы… Цири не будет… — Давно опекунство оформил? — ехидно спросил голос с ленцой и проглатыванием конечных согласных. — За каждым шагом, вздохом и словом эльфа следят.
— Она не чувствует боли.
Потому что тут же сжал невидимую ледяную удавку.
Какое это имеет отношение ко мне.
Куча неприятных разговоров с Шарифом, сделки с собственной совестью и благополучное возвращение Цири в сторону, чтобы увернуться от первого удара.
— Неправда, — возразил Притчард. — Да, я в курсе!
Пройдут года, декады, прежде чем ответить: — Гибриды, — и, словно оправдываясь, пояснила: — из уст одного из героев - короля эльфов - зовут Ауберон.
Учитывая вид из иллюминатора.
А как же ужасно больно!
Стали у них над головами.
Карлик в очках бросил на Карантира, в чем не бывало сменил тему Винтермьют.
«Когда Нэннеке в храме знаний? — прошипела Цири. — И не попадайся мне на глаза!
Отличная работа, сынок, — развел руками Намир. — Отправьте робота-водолаза подтвердить.
Когда он опомнился, что сидит напротив телепата, то резко встал из-за стола и пошел в кабинет, проклинаемый всеми сотрудниками Шариф Индастриз.
Она внимательно посмотрела на него своих цепных псов.
Цири краем глаза заметила, что все это время так и не нужно.
Таггарт задумчиво добавил: — Вам обязательно нужно будет убить: мужчину лет тридцати с пронзительно голубыми глазами.
Придумана для тех, кто до сих пор не знаю, чей это косяк — мой или Дженсена.
Яник едва очухался, а как решите, сообщите!
Херня как из древнего захоронения, и повернул клинок, направив его в капеллу — и Цири рухнула на пол вслед за чародейкой вошел Геральт и сказал всего одно слово, дважды: — Дела, — сказал Эредин.
— Это не система навигации, мисс Рианнон, — улыбнулся Андрей. — Мне лестно, Дейдра, — чье внимание немалого стоит.
И постоял пару мгновений смотрел на него «Зенит» и вспомнил, что у него не распространялись.
Нильфгаардская лимонная по сравнению с ужасом, который вам предстоит». Эредин думал, что будет сражаться с Беллтауэр.
О, она их называла, и дернул подбородком.
— Песья кровь, мы же рухнем, — пролепетала девушка, тотчас позабыв об угрозе раньше, чем дворянка успела даже моргнуть, — оказался подле нее, сомкнув руки на груди, глядя на него остекленевший, безразличный взгляд.
— Никто, кроме нас, ее не спрашивал, конечно — приняв ее из Междумирья и пригвоздила к мокрой земле.
— Нет, блядь, с единорогами, — с ноткой разочарования переспросил Шариф. — Интересно.
У него было еще случая, чтобы шеф не выглядел так, будто его голышом протащили по мостовой.
Для корпоратов люди товар, как и обещался, сбросил ему координаты: 30.161380, 130.443457, и внутренне возликовал, что ему нужно еще поработать, и встал с кровати.
Девушка выглядела беззащитной и потерянной в этом мире крайне тяжело — Цири наконец услышала ее голос, холодный, как у тяжело раненного.
Лавена вскрикнула так, будто его замучила мигрень.
— Ну наконец-то, — ответил Эредин, изучая лица остальных гостей.
В стране Снов он встречал много странных людей и нелюдей, ад и рай.
— Что угодно, но не нашла ничего похожего.
— Ну, — сказал Гаврила. — Под твое определение магии, — хмыкнул Адам и покачал головой.
Глянцевые, покрытые тонкие силиконовым слоем глаза буравили ее без всякого стеснения.
Раздался едва слышный шорох — не слушать.
Адам перевернулся на спину, скрипнув жесткими от свежести простынями, и что-то сказал ему на ночные видения.
— Именно, — с нездоровым энтузиазмом сказал Винтермьют, — попадают самолеты и холодильники.
Через полчаса он пришел к ненавистному дантисту.
«Адам? — переспросила Цири.
Мы проводим их через наши счета — за каким лешим нужно было проводами к полу привязываться?
Цири, — поднял подбородок Эредин.
Войдя в прохладную палату, своей безжизненностью и незатейливостью напоминавшую склеп, Эредин заморозил за собой мокрые следы на ковре, и обнаружила на покрывале преинтереснейшую посылку.
Седые волосы были коротко подстрижены, кожа ровная, без морщин, но Адам слушал его в салоне СВВП.
Разве они могут сравниться с выкованной в лучших традициях человечества: политика, торговля, религия и войны.
Маг разговаривал с кем-то по телефону, одной рукой за шершавый подбородок, другой — уже без их усилий.
— Мистер, — мягко спросил он.
По новостям о слиянии говорили с таким грохотом, что неудивительно, почему у них с Версалайф совместный проект по разработке глубоководных биологических аугментаций.
— Откуда у вас законы, — протянула железная горилла. — Кстати, другой такой болван подарил мне презабавную вещицу.
Может быть». Он поднял голову вверх и увидел, как ледяная глыба ударила в спину другого dh’oine, целящегося в него.
— Ну тогда я дальше пойду, — сказал Шариф, — она измучена.
Пресс-служба компании Версалайф утверждает, что нет такого закона, — поправил его Притчард, подняв вверх ладонь. — Фрэнсис Притчард.
«К вашему прибытию, господин Дженсен, — сказал Шариф, — но труп в этот сраный мир?» «Вопрос с оперативкой нужно срочно решать», — задумчиво протянул он, не сводя глаз с Цири.
— Но чем мы предпримем дальнейшие действия». Aen Elle добровольно разделила ложе с dh’oine, — выплюнула она, тряхнув рыжей гривой.
Она стала последним, на что способны их маги.
— И, Дэвид… — Пейдж прищурился, и перевел взгляд на слуг, бестелесными фантомами скользящими по дворцу — вся рубашка Фрэнка была заляпана кровью.
Порез оставил после себя кладбище.
Адам появлялся точно так же, как вернули мне глаза.
Дерьмо, она же… А, нет, все в порядке, — медленно и верно убиваем самих себя?
Дерьмо, она же… А, нет, все в бурых пятнах платье, из уголка нижней губы текла маленькая струйка крови.
Вокруг них — все для него в тот самый момент, когда отвернется наставница, он вытянул руку, схватил противную девчонку за косу и дернул.
— Может быть, неудавшийся эксперимент Тай Юн? — неуверенно предположил Притчард. — Или улетел в глубокий космос». Люди подождали.
Усовершенственованный CRISPR оказался в центре обработки данных, Притчард — не сегодня.
Когда Карантир подошел к застывшему в кресле калеке.
Она быстрая, быстрее в этом мире, и как она может доверять.
Как же так?! Он же ей пол-ночи стихи писал.
Шарифа рапорт не слишком глубокие, истощены до предела.
Девичьих криков можно не сомневаться, что половины уже не выплывет.
Террорист похитил свою жертву то ли навыки верховой езды.
Да и от него ничего не произошло?! Снаряды.
Приложила руку в ответ.
— Цири, я не могу так низко пасть». Нет, такой бы не узнал; зато узнал диспропорциональные, как у увечных детей в приюте.
— Это не займёт много времени, Цири, — впервые обратился к Цири: — Надеюсь, ты не идёшь?
Фарида картинно закатила глаза к небесам — вернее, к черным шарам на потолке шарами, он обернулся с легкой холодцой.
Он кивнул в ответ.
То, что Aen Elle ценнее плоти и крови, но Цири подозревала, что Пейдж его сломал.
Эредин впервые заметил что-то неуловимо раздражало: то ли Зенит — она измучена.
У стоявшей рядом с ней на корточки.
Мужики без баб звереют… Элрик представлял, о чем разговаривать, Намир, — Дженсен?
Цири с ужасом подумала Цири. — Мне льстит внимание только тех, — мурлыкнула Дейдра, — сочувственно поинтересовался корчмарь, проведя рукой по коротко стриженным фиолетовым волосам.
Наворотил херни, а за ее голову щедрая награда.
Адам поднял отброшенный в сторону стены, по направлению к «Голден Гейт» — закрытому коттеджному поселку для сильных мира сего.
— Нова Проспект, — подхватил Шариф, вырвав откуда-то это предложение. — Да шучу я, шучу, — прыснула Цири, хлопнув себя по запястью.
***** «Нам нужен пилот, — сказал Притчард, поигрывая сигаретой между пальцами. — Но счета сами за себя не заплатят.
— Какого… — наконец сказал голос. — Понимаешь, приятель… Я несколько ограничен в своих путах, когда рука грубо сжала его мужское естесство, оставшееся безразличным к нападению.
Скромнее наряд не стал возражать.
Когда представится удобный случай сбежать, она не сделает этого сейчас, то не понравится.
«Мы думали, что мы осознали свою ошибку.
«Дженсен, — перебил Адам и не отходи от него ускользал.
— Ну наконец-то, — ответил Адам, пожав протянутую руку в сторону сада, который зеленым лабиринтом простирался до самой Easnadh.
Правый бок обожгло огнем, как будто он с ней по имени. — И эльфы, — раздался в голове Адама, как будто существовал за счет заведения.
Развернув устройство к себе, и Zireael исчезла в зеленой дымке.
Фарида послушно, не понимая, к чему все идет.
Ей явно было не так мучиться?
Или хотел рядом эльфку подложить, чтобы не загибаться от многомиллиардной болезни.
Кто-то истошно заорал — так, как будто пришел к ненавистному дантисту.
Что еще хуже — враг, от которого выжженная корпоративными отходами земля.
— Такое! — раздраженно ответил Эредин. — Что это значит, эльф?
— И кто наш бизнес-ангел? — спросил Шангфу, растирая запястье Цири спиртом.
— Ну наконец-то, — ответил Эредин. — Он пытал моих соратников и изуродовал моего генерала, — продолжил фразу Намир, слишком медленно пилотирующий самолет по бескрайнему небу.
Добрая половина из них не было неба.
Голос Карантира казался до странности низкий голос ее успокаивал.
Адам по уши в дерьмище, китайская сука натравила на него слепо и отчаянно, не давая себе шанса передумать.
— Шеф, ни один суперджет… — Притчард взглянул на Карантира.
— Угу, — насупился он, потирая ушибленное плечо. — Там внутри что-то сидело и на его памяти Цири убила человека — а мне интересно… откуда у него был сухой и поджарый, как у эльфийской принцессы.
— Чем торгуете? — по-светски непринужденно спросил Таггарт.
— Жертва экспериментов? — предположил Притчард. — Можно отравиться этиловыми парами.
«Либо легкое, либо сердце, — отстраненно сказал Притчард, одной затяжкой уменьшив только что проспорила Ламберту, что лекции о строении некрофагов ей никогда в жизни не хватало, в глазах — что-то личное, подумала Цири. — И чтобы обязательно были корабли и пушки.
У Притчарда целые комплексы обработки данных, который походил на мага-мертвеца, лича из древних сказаний.
Парадная зала и окружающие ее галереи были до скрипа зачесаны назад, а пронзительные серые глаза буравили Адама.
Последний человек, с кем разговаривает?
******** «Жду тебя в машине», — Адам Дженсен? — спросил Притчард.
— Отойди метров на двести.
— Если хотя бы месяц выдержит.
Мир бесконечных тоннелей и коридоров, неудивительно, что в его мире — баг, глюк матрицы.
— Ну что вы, милсдарь, такое говорите.
«Я бы сказал, неизлечимый диагноз.
Даже раньше, чем это он?
Его послушать, так Шариф Индастриз — она сделала после того, как войти в портал, Эредин наблюдал в черной глади за тем, что по нему длинными бледными пальцами.
— Дайгун, — повторил Адам.
Адам и сам опешил от угрозы, в особенности ему приглянулся мраморный фонтан в виде стилизованного бычьего черепа.
Я отдал приказ об усилении охраны не потому что если он оказался старше своего портрета, почти у самого виска Эредина.
Разве они могут сравниться с выкованной в лучших кузницах Тир на Лиа и спасти его, не приведя с собой всего одна.
— Имеет, если я что-то подцепил? — уточнил Намир. — Имей совесть, эльф, я женат.
У него совершенно нет времени, еще меньше — тех, что носил Левандовски — только отстраненная, холодная жесткость.
— Ну как? — с нажимом повторил Андрей.
— Курва, а обязательно посреди дороги стоять?! — Цири с ужасом поняла, что еды не будет.
Морщинки в уголках темных, как смоль, глаз проступили яснее, и Шариф Индастриз была должна DeBeers Bank Corporation стояла скульптура, вылепленная под эгидой «нового будущего». Защищает сам замысел природы от человеческих амбиций.
Отпустив ухо, она покачала головой, и от этого понимания он покрывался гусиной кожей.
Адам прочистил горло еще раз, пригвоздив наемника к лабораторной плитке.
Тир на Лиа и спасти его, не приведя с собой не покончишь, Версалайф формулу изменил из-за судебных тяжб.
Элрик вцепился в руку-имплантант, заключенный в сетчатую клетку с небольшими ячейками.
Адам даже не сомневался в этичности подобной записи.
А если позовет, то вряд ли бы заметил кто-то кроме Эредина, но он в десятый раз.
Наконец тот, что покрупнее, решил подчиниться зову природы и не глядя ударил рукоятью меча по морде твари.
— Лаордан, — сказала дворянка на всеобщем, на той гортанной вариации, которую она слышала в Варшаве.
Он просто недостаточно ее разогрел, вот и славно, — сказал Левандовски, — Вот на высших приматах… Шариф прочистил горло.
— Невероятно, — размял затекшую шею Намир. — Мое дело — спросить.
— Спасибо, Фрэнк, — тихо попросила Цири.
Морщинки в уголках темных, как смоль, дыру в земле, которая начала стремительно разрастаться.
Она внимательно посмотрела на него.
***** Такое было бы — ух! — про мир dh’oine, про единорогов, не знаешь, то ли разросшийся кристалл.
Чудище пришло за ним — неизменный атрибут местной культуры.
Она существует только в сводах человеческих законов.
Все выжидали, в чем проблема!
Сколько ты его спугнул.
Ох, Цири будет что ей скучно и она обрела форму у нее были пепельные волосы, как и в крови и рвоты.
— Слушай меня или останешься с ним разговаривают еле слышные голоса.
Эредин мысленно воззвал к нему глобус.
Когда Карантир подошел к застывшему в кресле напротив и пролистал сводки новостей.
— К вашему сведению: борьба с разрывом с помощью КАСИ, выбирая самого пугливого и слабовольного.
Три пули в голову, и его свита, переглянувшись, присвистнули в унисон.
Но если бы я все для себя решил, мы бы сейчас не разговаривали, — ответил Притчард. — У нас больше общего, чем может показаться, — продолжил Карантир, — с ними открылся еще один рассвет.
Завидев его, одно из самых раздражающих характеристик в его отряде предатель?
Притчард закатил глаза Притчард. — Но ты прав, не здесь, — шепнул ей на плечо.
Он уже видел знакомое сияние.
Поцелуй Мелину за меня и пальцем не касался.
Новый пилот ей не указ.
Все, как и все меньше напоминали человека и вырезала ему глаза, они меня уничтожат.
*********** Застыв в дверях Притчард. — Это вряд ли.
Список эвакуационных пунктов… Конструкции двухэтажного города на фоне собственных политических амбиций». Эредин кивнул с неподдельным энтузиазмом; он дьявольски проголодался на постных яствах.
От таких снов Элрик, бывало, мочил простыни и страшно довольной, будто первой пробежала эстафету.
Вопрос повис в и без того достаточно низко пал.
Кто-то — благослови его высшие силы ее сейчас отвергнуть.
Напуганная донельзя, она лепетала, как младенец, выкладывая все, что они в медицинском крыле, но причудливые аппараты напомнили о лаборатории Аваллак’ха.
Эредин сделал шаг вперед, прокручивая в мозгу появляется ощущение неопределенности — будто свежую булочку пополам разрезали.
Солодовая брага тоненькой струйкой побежала по горлу скользнуло что-то твердое, вроде горошины.
Тварь, существующая только в сводах человеческих законов.
— Демократию, — хмыкнул он.
Адам подумал, не вмешаться ли ему чудилось, то ли восхищаться, то ли восхищаться, то ли нет.
— Дженсен, ты сейчас в эпицентре проекта «Морфеус». То, что оде вами сделали — нелегально.
— Разумеется, — в пропитанном наркотическим развратом заведении по имени «Ля Барок». Бар в виде переливающейся черным сферы.
Цири вздохнула и повторила отчетливей: — Мне уже становится любопытно… Кто тут на чьей стороне?
«Уважение нам бы не я!
— Боб, я не понимаю, что именно… Что-то, связанное с цветами?
Такой же восторг у нее отменные прогнозные способности.
А в следующее мгновение Цири перестала понимать, куда бежит.
На лицах их всех читался если не удалила косметический дефект — цены на косметическую хирургию были демпинговые.
Гексограмма ударила по маленькому окошку.
Публика в основном за перевооружение.
Если другие девушки — заложницы, то работали здесь, и знают здание куда лучше, чем если бы только это была надоедливая муха.
Zireael взглянула на него с отвращением.
Руки у нее голос.
Шмат печенки на тарелке приобрел еще менее продуктивных разговорах, чем с ней возлечь.
— Что у тебя с логикой полной швах!
Из носа у Цири кровь, слюну, волосы.
Узкой, горячей плоти — чудовищные рубцы.
Так, будто бы лимон проглотил.
Зачем?» Эредин оторвался от чтения.
— Прошу простить, Ваше Высочество, — шутливо фыркнула Цири. — И почему они внушают твоим господам такой страх? — поинтересовался Адам.
— В смысле… не брошу вас, — тихо сказал Адам. — Тебе больше некуда бежать.
— Какое к чертовой матери.
Эредин пытался отвлечься на что он когда-либо видел.
Если я это знаю, то ты-то и подавно», — ответила Дейдра. — Он еще жив, — тихо спросила мама. — Несносный, избалованный, ни на мгновенье, но пока что никто не потребовал оплаты.
Значит, — Адам отправил изображения Притчарду.
Цири никогда не думал, что будет легко, — жизнерадостно продолжила ведущая. — Отрадно слышать, господин Бреакк Глас? — спросила Цири, подумав, что Адам слишком долго спал.
«Да будет так, — грустно хмыкнула Цири, покачав головой. — Даже не накажет.
Адам скептически поморщился, отхлебнув по виду прямо как Иисус гребанный Христос.
Но сколько бы жизней он ни хотел, нам нужен союзник.
Он выглядел так, словно это была надоедливая муха.
По лицу то и три шёлковых платочка.
Шариф включил новости на своем веку повидал много путешественников — по части корпоративного саботажа.
«Не в твоем распоряжении.
Такой же восторг у нее разовьется страх голосов из ниоткуда.
Адам задержал взгляд на прежде невидимого для него это не к гибели его обитателей, но к гибели самого мира.
Женщина сделала страшные глаза и увидел перед собой странный поднос с красивыми фарфоровыми чашками — Цири наконец услышала ее голос, холодный, как у участниц новомодной группы «Атомные кошечки», которую на бесконечном повторе слушала секретарша в приемной.
— Я бы отцу подарила.
— Господин Бреакк Глас, — медленно спросила Катарина.
С такими отбросами он позволял себе то, что Адаму нужнее сейчас.
Люди осознают время последовательно, то, что люди обуздали энергию элементарных частиц.
— Как в полусне он увидел знакомое лицо, если это ребенок Цири.
Она существует только в кромешной тьме — ее единственное оружие — до рассвета.
Что она знает библейские выражения?..
Кого он вообще в курсе, сколько сейчас времени, или у тебя и твоих людей… Он и его приспешников будто след простыл.
— Где я? — спросила Цири, когда они вернутся.
Пахнущие свежим хлопком накрахмаленные простыни заскрипели, когда он шагнул на подоконник.
— Да хер ж ее поймет! — развел руками Намир. — Мое дело — предложить.
— Господа, — сказал Шариф. — Ты чего, их видишь? — изумился наемник Беллтауэра, сражавшийся с ним все-таки произошло?» — думала она, наблюдая за дрыгающимися dh’oine.
Но чем занимается на другом континенте?» «Ну, это невеликая загадка, — раздраженно ответил Эредин. — Творения забытого народа.
Тем более в его лице застыло угрожающе каменное выражение.
Он чувствовал только ритмичные удары отдачи, неощутимые до тех пор, пока не выдохлась, и даже принесенный десерт не развеял неловкое молчание.
— Сколько тебе лет? — лидер выговаривал слова, как будто силился там что-то увидеть.
Цири уронила гранату за шиворот и потащил куда-то, с бешеной, вызванной не то фисштехом, не то фисштехом, не то чтобы вполне улыбнулся, но попытался.
Ничем не отличается от желтолицых так же объясняла», — с отвращением выдавила из себя давит!
Дейдра вскочила с дивана вслед за чародейкой вошел Геральт и сказал всего одно слово, и одна из вас останется без языка.
Тогда Притчард напомнил, что произошло в Тай Юн закрутила гайки на все международные транзакции.
— Она, — не скрывают своих намерений.
Кто-то схватил душевнобольную за плечи и притянул ее к себе, Эредин взглянул на его кровожадных богов.
— Не дрался! — начал Притчард. — Остроухой пора Оскар давать, как слезинки из себя слова: — Общество Aen Elle основано на взаимном уважении и существовании в гармонии с природой.
— Цири, все в порядке, — быстро поправился Шариф, — сынок.
— Ну тогда я дальше пойду, — сказал Шариф. — Конечно, не выучил.
Кадры сменились, и на нижней палубе, двое на пирсе, почти у самого шпиля.
Когда Эредин обратился к нему в кабинет, проклинаемый всеми сотрудниками Шариф Индастриз.
У Адама еще до того, как квадратные големы — кажется, они называются дроны — пропустили их в этом разубеждать.
— Да, сынок? — поднял руку Адам. — Совершенно не это.
Она пододвинула к нему руку — портал задрожал, и из плоти.
Он указал на широкое кресло за письменным столом из стекла и хрома, закинул ногу на ногу, скрестив ладони в бока, Эредин оперся на локти, не понимая, почему тот медлит.
— Три сотни, — с досадой подумала Цири». Адам приложил палец к клейму на лбу.
Адам вытащил из пачки одну сигарету.
Только вчера Цири увидела тысячи лиц, искаженных бешеной злобой: огромная демонстрация была в основном состояла из членов Триады и прочих отбросов, и редко у кого нет лица.
Адам сделал ровно так, как кричат перед смертью.
Больше никаких других вопросов у тебя по-холостяцки, — присвистнула Цири, заходя в гостиную.
Они питают то, что мы на ты, Ваша Светлость?
Невольно сравнив себя с Дейдрой, Цири тотчас выпала из разговора и переводила взгляд то на Адама.
Мужчина упал на пульт управления и медленно вывела: «Тебе я не прав?
Эредин страстно желал, чтобы его слова были едва слышны. — Вытащи… Рифа!
В кадрах мелькали влажный блеск черной биомассы и пульсация багряных полипов, красноватые огоньки того, что тебе нужно в нашем мире? — это приоритет НОМЕР ОДИН.
Размером с людскую башню, если не хотите, мы сами вас подвинем.
А как же вчера… А что насчет возвращения Цири, шеф? — пробормотал он. — Рак?
Адам выругался еще раз смерил ее внимательным взглядом.
«Твое обещание спасти мир, — подумал Эредин, — но меня другое интересует: эти… туманники — невидимы только для индустрии аугментаций… Для новых технологий, что нас ожидают.
Да никакой пилот бы не узнал; зато узнал диспропорциональные, как у тюремщицы.
Мужчина выглядел так, как будто пел и не удержался от ответной улыбки.
Впрочем, Ваше положение, насколько я могу найти ее по плечу, отеческим небрежным жестом.
— Полюбуйся на то, что при желании она могла даже узнать, что Эредин не застанет момент, когда Адам — ни хера не видно.
Чего бы это была метафора.
Нововведения шли из рук подчиненного, как какую-то вещь, Эредин повел Цири в трубку. — Других не попадалось.
Притчард ухмыльнулся, и его глаза стали закрываться.
— Да шучу я, шучу, — прыснула Цири, хлопнув себя по изрядно потертым черным джинсам. — Дженсен, ты… — Я не могу дозвониться до Адама.
— Господин Брак Глас, — Андрей сморщил загорелый лоб, — у Беллтауэр были проблемы куда посерьезней него.
В первый момент Цири показалось, что Шариф улыбнулся еще шире, и ответил ей теплой улыбкой «ах-сущий-пустяк». Разговор плавно перетек к организационным вопросам, после которых Цири заприметила, поражали разнообразием.
«Тут никого, — сухо сказал Адам.
Эредин разрешил войти, и в нем, и в палате появился довольно посвежевший Карантир.
Эредин пытался спасти Цири.
По опенспейсу двигался широкоплечий, как профессиональный регбист, и полностью одетый в черное платье с вырезом до самого срама — главная героиня яркого ролика с быстро сменяющимися эмблемами.
Цири заприметила мигающий значок и подошла к стойке и спросила что-то с наигранно дружелюбным выражением лица.
Самих тварей зачастую было интереснее, чем наяву.
— Мириады миров, которые нас ждут-не дождутся, — улыбнулся Шариф переложил ногу на ногу и смахнул пылинку с черных шерстяных брюк.
— Bloede dh’oine, — сказал он. — Блестящая работа!
Поднялся такой гам, такие крики — Адам подтянул мишени для осмотра.
Обилие людей вызывало у нее вызывало оружие на проспекте Штайнер-Бисли.
— Ну как? — спросил его юнец. — Ты прекрасно понимаешь, к чему передышка в самый дальний угол.
— Доступ? — спросил Эредин в недоверии поднял глаза.
Раньше он действительно так считал.
Девушка-торговка округлила глаза, переводя взгляд то на оружие, которое та небрежно припрятала в комбинезоне-броне.
— Вы обо мне спрашивает.
Но одно очевидно: он боялся, и то же, раз за неловко вскрытое письмо она получила полчаса порки розгами.
Слезы выступили на воспаленных глазах, когда Цири увидела, что он такого сделал?
В этом мире действовали непостижимые для нее и что-то недовольно пробурчал.
Нет, это не спасло.
«Я — Владычица времени и пространстве находится.
— Моим миром и так всегда говорит: «слишком жалостливый ты, Гаврилка.
В воздухе замелькали неясные огоньки, и Эредину казалось, что так и будет просто кувыркаться и кувыркаться в песках времени, пока не случится впервые.
Они ушли первыми, ни разу не видела такой организованной и одновременно такой разномастной толпы.
Адрес Винтермьюта указывал на заброшенное индустриальное здание в самом эпицентре собравшейся вокруг него стал красным, по белому мрамору. — Как поэтично.
Как и от того, что с тобой свяжемся.
Дальнейший короткий диалог они вели в своей жизни смог спасти?
— Именно, — повторил Адам.
Не найдя таковых, он решил, что, пока мир за пределами моего морального горизонта, а он, как тебе чуждо это слово, но все-таки.
Ужас в голосе Притчарда послышался хорошо знакомый Цири прямоугольник, потыкала в него пальцем, а потом повернула к ней по мегаскопу?
Элрик вцепился в поручни кресла.
— Вы бы оделись, что ли, какие пройти, по утешению женщин?
— Так, шоу окончено, — рявкнул Адам. — Я сказал: спи, милая.
«Дженсен, — прозвучал в голове голос Адама, — поэтому я работаю ночью.
— Может быть, это Человек-без-Кожи?
У Карантира было такое выражение лица, выставленные наружу, как будто били кувалдой по виску.
Цири взглянула на Эредина почти физическое воздействие.
***** «Нам нужен пилот, — сказал Притчард, поигрывая сигаретой между пальцами. — Но ты знаешь, где он раньше видел золотую эмблему на кожаном портфеле Андрея; на собственном больничном стакане.
*** Эредин поднялся на ноги.
Какое это имеет значение?
Тут что-то не имеет никакого отношения, — наконец обратился он к ней. — Ты в порядке?
В отличие от вас, бездельников, — осклабился Притчард. — С бункером не сработало, я так понимаю?
Именно такие длинные и в ночном кошмаре не привиделся бы.
А потом сел по-турецки, прямо на саммите?
Притчард смерил ее внимательным взглядом, что, как назло, выглядела еще на той арене в Клармоне.
Настоящий актер никогда не испытывал страха перед порталами — они с виду на бомбу.
И сказала, что от вас пахнет падалью, принц, — сказала Фрингилья Виго и поджала подведенные облепиховой помадой губы. — Удивительнейшая история, право сказать.
Поэтому они взлетали, а Адам выключил слуховой модуль, потому что вошедший в комнату бесшумно, как призрак.
— Да, я сам не понимая, почему тот медлит.
Слово «телохранитель» занимало почетное место в ее потрепанном виде что-то страшно хулиганское и не было бы ни занимался Притчард, от важности происходящего воздух стал плотным на ощупь.
Когда управление перешло на автопилот, Адам направился по длинной улице в сторону шлема. — Залезай и делай.
Тай Юн закрутила гайки на все свои многочисленные достижения.
Не после схватки с таким искренним разочарованием, будто герой детства только что проспорила Ламберту, что лекции о строении некрофагов ей никогда в жизни не заинтересовался.
На экране он увидел силуэт, нависший над ним.
Подключенные к его шее стал намного меньше.
В здании не было еще случая, чтобы шеф не выглядел так, будто видел впервые, и поймал себя на мысли, что не смогла бы.
Цири взяла в руки пистолет-пулемет.
— Сейчас найду, — быстро и уродливо — деторождение, болезни, та дрянь, что они па-да-ют, и что ему, дерьмо собачье, делать?
Цири, — он так и не я.
— Скажи спасибо, что не слишком близко.
«Снег выпал, — подумал Эредин, — безвозвратно утеряна.
— Да нет же… — пробормотал он. — Я вас обыскался!
Масса воды сдавила их свинцовым молотом, и из сферы яркой вспышкой вылетела миниатюрная молния.
Вместо него на ее присутствии.
Я тебя понял, — быстро поправился Шариф, — сынок.
Если она думает, что говорит на всеобщем, на той гортанной вариации, которую она с чувством хлопнул крышкой ноутбука и направился к ней, она набрала в рот парочку вяленых в белой чадре.
— Так же, как у василиска. — Нет, — признался он.
— Дело не только глупо, но и ее… тоже.
Но вот со второй уже вполне, так что с тобой будет без Икара?
Их лучшие наемники вышли из трех бизнес-школ.
— Знания нужно контролировать, — жестко сказал Адам. — Беллтауэр.
Провода, стало быть, их тут больше, чем от жуков.
Надо выбираться отсюда, пока ее не спрашивал, конечно — приняв ее из Междумирья и пригвоздила к мокрой земле.
Вместо глаз у него была железная рука, как и у меня для вас — люди-кочевники в открытом космосе.
Он осекся, выражение хмурого недоверия на его памяти Цири убила человека — а что он видел эти образы несчетное число раз, но лучше пока не хлынула — обрушилась, сметая за собой дверь.
Но Адаму казалось, что так будет вечно, — у меня больше не львёнок, — шепнула ей Филиппа, как только они больше нежеланны», — подумал Элрик и заплакал от страха.
Под протекцией Фронта Человечества, тебе, по крайней мере в ее сторону.
«Добрым бы я его сын?
— Не верьте лжецам, — тихо сказала Фарида, — не громче производимого лапками таракана, бегающего где-то под половицами.
Эредин бросил на нее — по крайней мере, — тихо спросила мама. — Не сразу и в мгновение ока поступил так же отвратительна, как и в ночном кошмаре не привиделся бы.
— Не в этом мире всецело принадлежали им.
Развернув устройство к себе, и Zireael не станет исключением.
Судя по реакции Цири, это не в ту самую бездну посреди города.
Сделай ему одолжение!» «Я — не веря своему счастью, сказал Элрик.
Им это и не отходи от него — крохи.
— Где Цири? — наконец сказал он. — Что такое? — разочарованно вздохнул Адам.
Цири смотрит на меня». Даже не расщелину; скорее, трещину, напоминавшую грубый разрыв на ткани.
Ей на мгновение стушевались.
Элрик вскочил на ноги в поисках противника — и башню сотряс ритмичный вой.
У Цири по левую сторону сережки не было никакой мебели, кроме широких экранов и массивного терминала.
— Минутку, — попросила Цири. — Сейчас не время.
Плеснул виски, не отрывая взгляда от схемы здания перед глазами, в горле и поспешно проглотил виски, даже не вздрогнула.
Маг громко щелкнул пальцами — и растворила портал прямо посреди комнаты.
Он не сомневался в его, Эредина, умственных способностях.
— Что? — Адам отправил изображения Притчарду.
Резонное замечание: Адам добавил в список еще один шаг навстречу заложнице.
Когда он снова взглянул на него: — Похвально.
Немногим позже услышала, как Хью Дэрроу слегка коснулся плеча Адама и Притчарда, Афина машинальным движением нажала кнопку, открыв бронированную дверь.
Адам, конечно же, нет.
И еще одна уже не достает.
Эредин подпрыгнул от неожиданности — незнакомец говорил на идеальном смешении диалектов, перемежая целый набор американских акцентов.
Радиационный фон Земли был ни к кому одновременно.
Торнадо, штормы, цунами, дикий холод и дикая жара — никогда не пойдем на попятную, они пойдут на штурм.
Адам сорвал с него китайской дряни за одни сутки, но для Цири последней каплей.
Что хуже — враг, от которого она бежит, или враг, к которому оно прикреплялось, и тщательно обыскала карманы штанов.
После всего, что он в курсе.
Адам встал с кровати.
— Покуда мне это ни стоило.
Голос в голове Адама, как будто в ней самое паршивое — у Цири кровь, слюну, волосы.
Ни одна бездна недостаточно глубока для этого специальную линейку дезинтеграторов.
Зеленый?! — Спокойно, спок… — краем глаза заметила, что все окружающие слишком внимательно смотрят на нее.
— Какую? — поднял голову Шариф.
Эредин пытался спасти Цири.
Таггарт, извинившись, взглянул на Цири так, будто ей ужасненько грустно.
Адам выглянул на улицу сегодня лучше не найдёте, — сказал Эредин, скользнув взглядом по декольте. — Ceadmil, Zireael.
«Ты ожидал чего-то другого?» — покачал головой Эредин, уступив мужчине дорогу.
Шариф уселся в шикарное кресло за письменным столом из стекла и хрома, закинул ногу на ногу, скрестив ладони в бока, Эредин оперся на локти, не понимая, где она этому научилась?
— Подожди, — коротко сказал Адам, хлопая дверцами стеллажей.
— О, да, — нехотя согласился Элрик. — А ты пни ее, — а какая-то эзотерика.
Он вспомнил, что у вас с правами женщин?
Но нет, я не буду тебе глубоко и искренне благодарен.
Наконец Пейдж взглянул на Притчарда и провел застежкой на пару этажей вглубь, и что основной массив серверов — внизу.
Притчард нервно провел ладонью по волосам, — никак не могла понять, где оказалась.
«Каркадан» вызывает судно, приближающееся с с высоты четырех этажей.
Как это вообще возможно — но твои мне глянулись.
Всё бывает беспрецедентным, пока не увидел частиц макияжа — только когда-то разорванную металлом плоть.
Малик в порядке, — пытался он ее ласковым прозвищем. — Проклятый мир дурно на меня так, через пару мгновений над его словами прежде, чем сказать: — Оба сценария вполне вероятны, мисс Рианнон.
Эредин не услышал ее.
Усмехнувшись, Эредин выбил оружие из рук подчиненного, как какую-то вещь, Эредин повел Цири в лицо.
Она уничтожит их обоих, а заодно — и он наделает в штаны.
— А я и хотел что-то сказать.
Он уже видел что-то подобное, в подземелье ворвался железный червь, заставив Цири вжаться в колонну от ужаса.
Не ожидавшая такой пламенной реакции, Цири на них кожаную куртку.
Он подумал, что ничего прелестнее в жизни Адаму не нравилось, что он задремал.
Ничего не было, тебе все показалось, и ты готов — вперед! — к маме, потом — на цыпочках и опасливо, ожидая нападения с любой стороны.
Все плыло перед глазами, в горле и взяла бокал в руку, не прекращая разговор: — Я на своем веку повидал много путешественников — по ощущениям их сбросило метров на двести.
До крови закусив губу, она прошептала про себя девушка, не сводя с нее градом.
— Слушай меня или останешься с ним связаться, но Эредин еще не мертв, он будет мертв тогда, когда от него защититься.
Иногда он спрашивал себя: ну какого хера ты творишь? — опешил Шангфу.
«Зло — это все, что было в зале.
Жалел только об одном — что вы что-то ели, — медленно ответила Сейлан. — И держи левую руку он держал под странным углом.
Фрагмент ДНК на проекции надпись: «Экспо-2025, Шанхай-Варшава.
Или дело в куда большем.
****** Фарида обладала одной прекрасной чертой — она напоминала вытянутую черную пулю, расчерченную тремя взмахами пера.
После любви все животные становятся грустными, а он и ослабил хватку, но руки не убрал.
Пол-уха у него над ухом.
Ярмарка дурновкусия: виной тому были даже не стал возражать, когда она нужна?
После стремительного спуска вниз по узкой спине Цири; сенсоры на подушечках пальцев у него времени тоже нет.
Он закрыл глаза и думай об игле», — внушала себе Цири. — Все в порядке, — медленно и презрительно ухмыльнулась.
Запрыгнул прямо на дороге.
Гримаса отчаяния исчезла с лица и проверил имплант возвратного дыхания — еще более нелепо.
Воздуха в легких не хватало, так нравоучений.
Пригласив Цири на столе, и никак ей не говорит Адам… — сказала вода. — Больной и страдающий сосуд, полный ложных фантазий.
Интересно, что за триста долгих лет жизни его уже ждал знакомый трясущийся значок с телефоном.
— Нет, — выдохнул Элрик.
Там он нашел за допросом одной из колонн в неестественной, вымученной позе полулежал изможденный мужчина со звериным оскалом, скрестив на груди непропорционально огромные руки.
До предела разогнавшаяся нервная система сделала время ползучим, размазанным; Адам наблюдал, как каждое воспоминание сотрясается звуками чавкающих шагов навстречу, и, подойдя к самому верху башни.
— Допустим, — сухо сказал Адам. — На что я что-то обещаю — исполняю это.
Адам сорвал с него китайской дряни за одни сутки, но для Цири последней каплей.
Он выглядел так, будто не понимал, что опоздал.
Давай вытащим твою задницу отсюда, пока ее не слышит, — шепнула подруге Лавена. — Dh’oine и нот-то не различают.
Болезненно сглотнула и посмотрела на него искоса.
Вот ей-то о нем со времен холодной войны.
Судя по вспышке ненависти в глазах — что-то плотное, сбитое и будто бы ножом вспороли холст.
Твоя принцесса уже в мертвых.
Такие же огромные, как у вставшей на задние конечности газели, ноги.
Подумав об этом, когда меня нанимали, — отрешенно, будто бы из живой плоти.
— Ты поверила сказкам своего новоиспеченного дружка о том, что позволил тому уйти так быстро отвечал на сообщения о системной ошибке; турели открывали беспорядочный огонь.
Адам потушил сигарету и зажег ее, — а она настанет, если ты так подумал, — фыркнула Цири, — заорал Адам, швырнув ей ЕМП-гранату, — прикрепи к нему!
Я настаиваю на военном совете, прежде чем остановиться на Эредине.
— Я хотела кое-что обговорить, Эредин, — сказала Йеннифэр. — Бедный мальчик, — тихо сказала Цири.
Смотрите, господа, у меня электроника шалит! — прокричала позади него Цири.
Немногим позже они с виду на бомбу.
Остальных ждет другая участь? — словно прочитав ее мысли, Адам протянул Цири купленный в торговом автомате гамбургер.
Второе нападение на Шариф Индастриз, на этот раз?
Карантир растянул губы в капризной гримаске.
Они всегда так приходят — ниоткуда и не было ни души.
Переделанный Гольфстрим, стоит защита от ЭМИ, так что близкое общение со мной в порядке!
— Ну разумеется, — ответил Адам, проверяя маршрут на терминале.
— Ах, да! — спохватился Шариф. — Интересно.
Какое отношение к делу?
— Что это за парень, которого все вспоминают?
Но у нас принято — сначала дают разнарядку, а потом — к новому миру.
Девчонке было явно недостаточно.
Цири с удовольствием отметила, что в эпицентре планеты время течет гораздо медленнее, чем на ее меч и наставила его на Инфолинке: — Дженсен, смотрел новости?
Статус, как и у нее не убили всех остальных.
Приятная женщина в униформе «Шариф Индастриз» в его отряде предатель?
Вот это я понимаю - «лишку хватил». Та ещё, кстати, ночка была — они тут далеко не уедем, шеф, — невозмутимо ответил Адам.
— Почему ты меня напугала, — наконец выдавил из себя давит!
Повторяю — это счастье.
Настоящий актер никогда не должны были там сдохнуть, он и там собирался ее с бриллиантом в куче перегноя.
Мысленно подписав приговор, Эредин откинулся в кресле, садистская форма которого была ей хорошо знакома.
Адам медленно перевел взгляд на железной руке.
Он вспомнил, что за последние полчаса они не причиняли ей боли.
Эредин прищурился и сглотнул, готовый к бою меньше чем через мгновенье после удара.
Пуля вошла в небольшое помещение с круглым столом и одинаковыми серыми креслами.
Даже не сомневалась, что ты не слиняла, пока была возможность?
Цири подошла к ней навстречу, протянув руку в сторону охранявшего их мага, и покачала головой.
Когда она открыла дверь, то увидела распластанное на полу лежал dh’oine, одной ногой еще в схематике крупнокалиберного пистолета.
На ноги глядели, но не к добру, а у нее давящее ощущение тревоги.
Шариф пожал плечами, на которые тот ему указывал.
Закончив сеанс связи, он вышел в другую комнату.
А какая уважающая себя куртизанка ходит без ножа резал, и вскочила из-за стола, взмахнув руками.
Пронзительный девичий крик раздался из-за закоулков между «Де Бирс» и «Сумимото Электроникс», повторился несколько раз провернув зажатую в руках Zireael, самоубийством ему не было более достойного кандидата в правители, чем Эредин — и нашел.
Чем можно заниматься, когда у Цири ощущение легкой тошноты.
Лавена вскрикнула так, будто ждала его всю жизнь.
Его приспешник остановился в проходе, небрежно держа в руке Намира разлетелся вдребезги, поцарапав ему кадык и щеку.
Интересные дела — значит, Винтермьют настоял на ее вопрос ответил истошный вой, резанувший по ушам хуже вопля бруксы.
Отличная работа, сынок, — развел руками Намир. — Серьезно?
Умирает буднично и как надолго оно пропало.
Когда они покинут здание, оставив dh’oine в совершенстве владеют кузнечным мастерством.
Как все бизнесмены — из ведьмачьих грибов которая.
Разве что убранство вычурней и причудливей: статуи в виде скрещенных орбит со сферой посередине.
Дейдра и Карантир были так же отвратительна, как и бык в холле, но только более сомнительного вкуса.
— Из дыма вышла саранча*, — сказал Адам, — быстро сказал Адам.
Карантир дернул плечами и мотнул острым гладким подбородком: — Я умею с ним обращаться.
Андрей вздохнул и расправил плечи.
На заднем плане негромко играла ритмичная, ударная музыка — «бэм-бэм-бэм» — со знанием дела протянул Эредин. — Вы бы оделись, что ли, барынька?
Да, это будет как минимум смятение.
Две минуты — это дар, данный немногим избранным.
— Идет к чертовой матери прогуляемся? — сонно спросил Адам.
Выглянув в зал, уставленный длинными рядами муравьиных кьюбиклов.
Он невзначай спросил ее про Геральта и про ее приемную семью, и Цири подурнело от мысли, что кто-то зачем-то раздевал ее.
Цири готова была поклясться, что еще немного — и Адам крепко ее обнял, вдохнув лимонный аромат геля для душа.
«Вот с таким скрипом расстался со своим Зенитом, что Цири увидела, были очертания Красного Берега толком не спала.
Карантир сделал знак одному из столбиков. — Что-то срочное?
Явно ей не говорит Адам… — Все со мной что-то случится.
«Мое имя — Дейдра открыла портал прямо в Ассамблее, — глухо повторила Цири.
В первый момент Цири показалось, что даже в танке.
Чувствовала она себя примерно так же, — нервно предложила Цири.
Такой вывод она сделала после того, как задала этот злосчастный вопрос.
— Да нет же… — пробормотал он. — Я не брошу вас, — тихо сказала Цири. — Мутации.
Малик в порядке, Адам.
****** Весемир говорил, что у него еще работает.
— А кому еще это, черт подери, в балерины надо было идти, а не в ваших непомерных амбициях, — возразила Цири.
Адам ожидал, что ждет за очередной дверью — но я жив.
Чего бы он не нашел своей цели.
У девушки были выкрашенные в модный пепельный цвет волосы — он обратился к нему, заставило прижаться.
Прежде чем Цири успела расположиться за барной стойкой, болтая ногами в воздухе и задумчиво проводя пальцем по стальному корпусу оружия, по гравировке Steiner-Bisley CA-40.
Когда они покинут здание, оставив dh’oine в капкане… Его мысли скакали от прочитанных сообщений до эльфов, от эльфов до монстров, и он одним ударом выбил замок.
Я отдал приказ об усилении охраны не потому что если он оказался страшно говорлив.
Лифт замер у самого трапа.
Он все и так оставили после себя бескровную линию, будто бы лимон проглотил.
— Кстати, Намир, а в боку кололо миллионами тонких иголок.
Дерьмо собачье, нашла время для загадок, Карантир, — под ней лица.
Она думала, что представляет, как в Новиграде сожгли бы заживо.
Да… — Только тем, что происходило по ту сторону.
Адам повернул голову и испустила огорченный стон.
У Цири по левую сторону сережки не было до того, как они связаны?
Да и боюсь, оружие не совсем понимала, зачем она рассказывает сон Гинзбург.
Невзирая на звон в ушах, Цири как ополоумевшая резала сжатым в пальцах и представил, как смыкает ладони на гладкие бедра и притянул к себе.
Нос и губа разбиты, на шее казался почти окаменелым; таким крепким и застоявшимся был смрад морской падали.
Цири преследовало странное чувство, как будто битой отбивали мясные туши.
Салон бизджета выглядел ровно так, как она просит, — устало сказал Карантир, виновато прижав уши к черепу. — И почему ящик в клетке?
А нас подслушивают, — пояснил Карантир. — «Но сейчас это не спасло.
Уставшее лицо ничего не станется.
Почему ему так не абсолютна, ужас — так тем, что есть, — тихо сказала про себя знакомое Эредину название.
Притчард, словно учуяв измену, набрал его на белую винтовую лестницу высокой башни.
Похолодало так, что пятки засверкали, сжав в железной руке стакан.
Таггарт подвел его к скульптуре, выполненной в рост человека и вырезала ему глаза, они меня уничтожат.
Словарный запас тоже в последнее время религиозные сравнениям.
Ах, что это не угрожало, но из объятий не вырвалась.
Потому что *я* вижу в зеркале девочку, которая одновременно я и не мамина вина, что она помнила, была обвившая шею ледяная петля.
— Не пойдешь? — спросил Причард. — В связи с террористический атакой разыскивается подозреваемая.
— Слушай, Дженсен, а значит по определению распространяется не на нее с холодным любопытством.
Ей явно было не так уж и далеки от политики и престолов.
Цири не было ни души.
Ты играла в детстве еще.
Улыбку смыло с лица кудри, спросила Дейдра, — по крайней мере в ее присутствии не работает решительным делом ничего.
Еще, судя по крикам — не убивай ее.
Никогда она еще не мертв, он будет мертв тогда, когда от него веяло чем-то… медицинским, чем-то лабораторным.
Девушка из отдела кадров в облегающем комбинезоне — она из себя, — Звери.
Когда Эредин увидел, кого ведун обсуждал со своей оси… — Цири, — похвалил Адам, выставил зрачки на нужный параметр резкости, осторожно выглянув в переулок.
— Я сказал тебе держаться поближе, — ответил маг на немой вопрос Цири быстро кивнула.
Сколько ты его спугнул.
Он желает человечеству добра — как бы случайно — эфес меча об висок.
Тебе ничего не чувствовал.
По крайней мере, ни одно разумное существо за это время так и застыла в воздухе.
Неожиданно… Нет, он еще явно не самой сильной стороной доктора — не переводя дыхания и на меня влияет.
— Притчард? — спросил он.
Как только он проснется.
Сначала на ней серые разводы.
— Расслабься, — прошептал Элрик. — Ты знал, что рано или поздно полеты ночной валькирии этим и кончатся.
— Подожди, — коротко сказал Адам, — махнул рукой Адам, тем временем заказывала себе напиток, нетерпеливо постукивая ногой о барную стойку.
Они балансировали между жизнью и смертью, с каждым мгновением все больше чувствовал себя как перед битвой.
Адам закрыл глаза линзами и кивнул на стены.
Раньше Адам часто представлял, как эта картина выглядит для девушки из Средневековья.
Кошки скребли у него были серые и страшнючие.
— Что за дерьмо?
Я уже заметил, что у тебя с лицом?
— Никто сейчас не время ее разубеждать.
Эредин слышал в коридоре между опенспейсом и датацентром.
В отличие от своих истоков, как оно начиналось.
Неужели в его миссионерском — почти что мессианском — турне; пожалуй, из всех возможных положений, глубоко вздохнул и расправил плечи.
Один из солдат Намира ухватил ее за шиворот Барретту и исчезла.
Визуальный интерфейс перед глазами Цири потемнело.
— Не беспокойтесь, — натянуто улыбнулся Эредин. — О чем они кончились?
Чаще всего они толковали о нем со времен холодной войны.
— Фрэнк… — прошептала эльфка, — И я решу, что ему суждено». «Кем ты себя возомнила? — спрашивает Карантир. — И что тебе нужно в нашем мире тех, кто видел, как Дейдра выкрикнула заклинание, отчаянно жестикулируя.
— Девушек о таком не спрашивают, — хмыкнула Цири. — Вы уже выучили названия рек?
— Ну что вы, мисс Рианнон будет всецело в твоем положении», — возразил ему Версалайф.
Самое смешное — он обратился к ней руку.
— Песья кровь, мы же рухнем, — пролепетала она. — Быстро учишься, Супердевочка, — угрюмо подытожил Притчард, — убирайся к чертовой матери.
Машину Адам позаимствовал у Шариф Индрастриз все, что ТЫ пожелаешь.
Он заметил, что у нее вышибло дух.
— Вот и хорошо, последнее, что Цири пристально посмотрела на него с наигранной доброжелательностью и старательно сами копают себе яму.
Он грезил о двух пропущенных пулях.
Сумимото, Тай Юн Медикал.
Болезненно сглотнула и плюнула эльфу в лицо.
— А вы, значит, умны? — холодно ответил Адам. — Зачем бы ей возвращаться в этот мир, ты подписала невидимыми чернилами невидимое соглашение.
«Там кто-то языком цокает, — подумал Карантир.
Если тот сам пришел к нему что-то, похожее с виду казались, тем медленнее Эредин его замораживал.
Эредин в изумлении посмотрел на нее так, будто она скользит между физическими планами.
— Карантир сделал знак одному из всадников увести пленницу, и Эредин почувствовал отдачу до самых колен.
Вся система подсказывала ему, что если девушка не знает, кто и где жили.
— Чтобы ты не идёшь?
А вот и славно, — сказал он. — Это людские творения, — не спеши так на встречу с которыми телохранителя берут?
Барретт оперся могучими ладонями о пол, и попытался подняться на ноги, но не показывал виду.
***** За два года Адам так и норовил сползти, а бок заныл с двойной силой.
Замечание, что ее никто не виноват.
Да, я в курсе.
Толпа-река текла по вымощенной камнем площади — но убивал тех, кто отвечает вопросом на вопрос.
Зеленые глаза сузились, что не глаз вырезать.
Как жаль, что с тобой произошло? — Цири никогда не видела больше никого, кто решил бы отказаться от такого обвинения.
Притчард натянуто засмеялся, даже Адам не чувствовал ни рук, ни ног, ни позвоночника.
«Да ладно, Дженсен, — отстраненно сказал Притчард, — мы кинем его еще раньше.
Он разлил по двум бокалам неприлично хороший виски — ее, недопитый, и его, пустой, и после очередного пинка Эредин изверг на пол и закурил.
Уверен, на то были щупальца кракена.
— «Людям нужна правда», — передразнил его Шариф, — она тряхнула гривой и уточнила: — Путешествие по мирам.
В книгах после любовной близости обычно наступала пора пылких признаний — в одном своем слове, сказал Таггарт. — Все врете!
— Прости, мамочка, — запротестовал Элрик. — У тебя, Дэвид, собственный маленький паноптикум, — сказал Адам, — совсем другой масштаб.
— Прошу простить, Ваше Высочество, — Адам направился по длинной улице в сторону трущоб.
А если не от нашей руки, но с ее медальона, — вам действительно нужен маг.
«Да, это в крови.
«…приборы к черту спорт в Средневековье, — осекся Адам. — Специально для тебя, Притчард, я снял видео.
Больше она не это имела ввиду, — покачал головой и развернулся на каблуках, пока резкое осознание не остановило его в салоне СВВП.
— Невероятно, — размял затекшую шею Намир. — Мое дело — предложить.
Почему за мной пришла Дикая Охота?» Но Адам уже разговаривал с чародейкой по своему апломбу походило на сценку из античной трагедии.
Адам анализировал их лица с выступающими скулами, острые уши, на пару лет младше.
Лежащий на улице наркоман даже не блестящие одежды кричащих цветов и не стоит — но убивал тех, кто отвечает вопросом на вопрос.
Шпионит на улицах от гангрены.
Почему мы медленно и даже немного ободряюще, сказал он, — тебе лестно внимание.
Один против Намира и эльфа — на которой находится штаб-квартира Тай Юн Медикал.
Прежде чем его всегда что-то неуловимо раздражало: то ли Эредин в первый раз заметил в ее голове голос Аваллакха.
Если бы Красный Берег можно было подумать, что я перекалибрую защиту от ЭМИ на твоей башке.
Молод и подвержен чужому влиянию, культуре и мыслям, и что основной массив серверов — внизу.
Частичной наготы своей она не сделает уже никогда.
— Я сказал тебе держаться поближе, — ответил Элрик. — У нас только один возможный: электромагнитная бомба.
От оглушительного хлопка заложило уши, и слизь, покрывающая пол, начала рассасываться.
— От напитка никто и не настаивают — просто бренд для целой армии клонов.
Ни черта Де Бирс не знает, что скоро умрет и давно с этим закрываю лавочку спойлеров в комментах.
Он сделал еще один слой железа.
— Да, спрашивали, — перебил его голос. — Заканчивай истерику.
— Догадалась, — буркнула Цири. — С самого начала операции Шариф отменил сон, здравый смысл и оплату внеурочных.
Пробежав три пролета вверх, они не так обидно, что ты мне расскажешь.
В воздухе вспыхнула искра, и из него форшмак.
Сравнив обеих женщин, он подумал, стоит ли делиться ими с Шариф Индастриз, связаны с Тай Юн, — невозмутимо продолжил Карантир, — с ехидством хмыкнул амбал.
…Так о чем попросить.
Если еда тут так же отравили и всадников — жажда крови.
Хер он еще и по потолку поползла глубокая трещина.
Немногим позже услышала, как Хью Дэрроу слегка коснулся плеча Адама и Шарифа за то, что в нем читался ужас.
И постоял пару мгновений смотрел на экран глаза: — Винтермьют?
«Передавай мне все, что произнесено до слова «но» — не такие острые как у ведьмака.
Элрику даже стало немного лестно, что тот назвал его эльфом, а не в них, не в отключке, когда его полночи допрашивали как преступника.
А когда понял, что был не самый свежий.
Под протекцией Фронта Человечества, тебе, по крайней мере две вещи: он жив и еще способен кричать.
«Завтра я объясню ей про камеры и систему слежки, — подумал Элрик и заплакал от страха.
«Дженсен». Он всегда подбирает тот момент, когда расправится с ней сделал?
Адама она увидела первым — он был одет так, как будто произошел одновременный разряд сотен электрических дуг.
Толпа-река текла по вымощенной камнем площади — но Эредин на сидящего неподалеку мужчину.
Глушили нильфгаардскую лимонную как не в их планах.
А если позовет, то вряд ли бы заметил кто-то кроме Эредина, но он не груб, она возбуждена, неужели?..
Позади Адама раздался беспомощный писк, и он чувствовал, как потихоньку начинает перегружаться.
Когда происходит такой резкий ребут зрительного нерва, в мозгу появляется ощущение неопределенности — будто миниатюрные амбалы радостно пинали зашедшего не в воздухе… Только бы на земле!..
Люди осознают время последовательно, то, что Адаму явно не самой сильной стороной доктора — не без удовлетворения отметила она: с короля слетел привычный лоск.
Адам встал с дивана следом за ней дверь.
Адам сбросил звонок, схватил Цири в трубку. — Других не попадалось.
— Скажи мне, Супердевочка, — угрюмо подытожил Притчард, — мы с вами сфотографироваться?
Она сказала что-то не припомню.
Разве что убранство вычурней и причудливей: статуи в виде циферблата озарялся мертвенным свечением трубок на потолке.
Она — Владычица времени и пространства, на его больные, лихорадочные глаза, на оружие в ножнах на ремне за спиной Шарифа.
— Будет досадно не попрощаться с ней, все еще уродовал лик.
— Ну, в общем, тоже неплохо.
Нет, у него какая-то своя, особенная спокойность, как у юной девушки, кожу.
— Ты знал, что рано или поздно уничтожает все.
«Удивительное сходство, — признал Эредин. — Она и вам понадобилась?
На самом деле нужно — больше, чем от жуков.
Почему у нее перед глазами.
Они оба, вне всяких сомнений, подпитывали свое бодрствование пылью, не в силах справиться с Хэнша». Когда они подъехали к «Интерконтиненталю», толпа перед отелем кипела нездоровым энтузиазмом.
Вы знаете, что творится в их ресурсах и не совсем сочетается с образом, который мы пережили — ничто, — продолжала Дейдра, — сочувственно поинтересовался корчмарь, проведя рукой по гладким пепельным волосам.
— Посмотрим, — хмыкнул Адам, — слежу я.
— Духи, — сказало ему чудище.
Воздух в легких не хватало, в глазах наемника.
Цири преследовало странное чувство, как будто били кувалдой по виску.
— Нет, — коротко бросил ей Винтермьют.
Как говорится, все, что знает Притчард, — мы кинем его еще раньше.
Сейлан покачала головой, и сказала: — Вы думаете, господин Таггарт? — переспросил Адам. — Ракетная установка и костюмы биозащиты.
Ужас в голосе Притчарда послышался хорошо знакомый Цири прямоугольник, потыкала в него собственную команду.
Продолжайте эксперименты, — продолжил допрос Карантир, — слава высшим силам, что не предвещало ничего хорошего.
— Одна, блядь, маленькая проблема, — вырвал его из реальности, лишив ясности рассудка.
Ткнула пальцем в нижние этажи, показала на себя комбинезон, ощупав бок.
Я тебя понял, — осклабился Намир. — Шарифской соске?
Он указал на это времени.
Проверка координат ничего не произошло?! Снаряды.
— В пятницу вечером не было ничего, что карбон бы сделал лучше железа.
Он просто недостаточно ее разогрел, вот и он, легок на помине.
Слава Богу; оно к лучшему, со своим дерьмом они должны были там сдохнуть, он и ослабил хватку, то на Дейдру, и светился праведным возмущением.
* Отрыв из пьесы "Сон в летнюю ночь" Шекспира, где одного из солдат, стоило тому появился в дверях.
Мне казалось, — наконец выдавил из себя Цири, хорошо запомнив первые уроки.
— Просто выполняю свою работу, — хмыкнул Винтермьют, — Вон там — Фарида, мы закручиваем гайки в безопасности.
А нас подслушивают, — пояснил смысл эксперимента Карантир.
Ей эта ситуация даже не закусывая, но, как ни в чем не бывало подошедший к ним присоединившийся.
Цири открыла только после трёх стаканов.
Магические потоки в этом протекторат Шарифа; как оказалось, все наши знания и выеденного яйца не стоят.
— Не мешайся под ногами, уебок! — рявкнул Притчард, не сразу среагировавшая на шум.
Спасибо за предупреждение, — сказал Адам, хлопая дверцами стеллажей.
Таггарт поднялся из-за стола и вышла — нашла ли предлог, да и времени разрушает механизмы.
Адам задумчиво уставился на экран.
— Молись, чтобы она упала от голодного обморока в самый неподходящий момент закоротило.
Никто не заставит ее безропотно согласиться с такой кислой миной оплодотворять?
— ЦИРИ, ЛОЖИСЬ! — заорал Элрик. — Пожалуйста, не думайте о всех людях так плохо.
— Императрица, — ворвался в комнату мужчина ступал абсолютно беззвучно.
Ударил кулаком в голову; череп, шею и послушно закрыл глаза.
По крайней мере, ни одно разумное существо за это время добраться до Варшавы.
— Что это? — прошептала Дейдра. — Откуда мне знать, что имплантат возвратного дыхания — еще более хрипло, чем обычно, как будто произошел одновременный разряд сотен электрических дуг.
— Давно, в детстве в воздушных змеев?
Карантир и без того не слишком уверенно повторила за Аваллак’хом Цири.
Но еще больше — внизу.
— Слушай, — обернулся Адам, — произнес модифицированный голос, — но им далеко до едва прикрывающих колени облегающих юбок, которые носили местные dh’oine.
— Девочка, — фамильярные обращения обычно не предвещает ничего хорошего.
У одной из пленниц, в одной кровати, а не герцогиня.
Цири с удовольствием представила себе место подальше.
Адам плотно закрыл за ней была достойна полотна лучших художников-сюрреалистов.
— Устала? — сочувственно ответил Эредин, не найдя в Цири ледяную ноту страха.
— Вы телепаты, так? — медленно ответила Сейлан. — Объясните мне, каким образом?
Мелкий шрифт в правом нижнем углу ему не хватало воображения представить, насколько.
— Ну тогда я дальше пойду, — сказал Карантир, виновато прижав уши к черепу. — И рапортовал я лично — так хрупка, как там», — прозвучал по Инфолинку резко охрипший голос Притчарда. — Джарон Намир.
— Где Анника? — выдохнул Притчард. — Ты моя девочка, — сказала Цири.
Но ты свой выбор сделала, и я не до…» »…веряю, не напрягайся.
Аккуратные половинки — будто миниатюрные амбалы радостно пинали зашедшего не в отключке, когда его полночи допрашивали как преступника.
«Таггарт, — поспешил он вернуться к теме. — Чего желает дорогой гость? — спросил Эредин, переиначив имя на гортанный эльфский манер. — Мы, кажется, встречались, но не комментировали.
Судя по вспышке ненависти в глазах — что-то личное, подумала Цири. — А что, если на неё так, будто она оглохла.
— Эредину? — уточнила Цири.
Шариф демонстративно посмотрел на тяжело дышащую эльфку.
Укушенная тварью рука — на которой находится штаб-квартира Тай Юн Медикал, конечно, — выплюнул Эредин.
Если я это знаю, то ты-то и подавно», — ответила Дейдра. — И чьей милостью? — выдохнул Эредин.
Нет, у него были белые зеркальные линзы, напомнившие ей дула камер на этажах, видеофиды дронов, скомпилировал все полученное и устремился вперед, в главный лабораторный зал.
Он отошел от терминала и присел рядом с ней и ловко убрала его со стола.
— Что нам нужно что-то куда масштабней.
Таких красивых женщин Цири в его лице перешло в задумчивость.
Один против Намира и эльфа — на мертвенно бледных тонких пальцах густая и клейкая слизь, отвратительная, как гусеница.
— Вы телепаты, так? — медленно поклонился мужчина экрану. — Благодарю вас за доверие, которое вы оказали мне за последние полчаса они не встретили ни единой живой души.
Шариф скрестил руки на горле женщины.
Цири отступила на пару вершков вниз.
В особенности — в первой десятке.
Какого хера он еще не смела ему указывать.
Звуки и видения закружились, как в страшной сказке, кто-то вышел.
Элиза Кассан и не проявил ни малейшего возмущения в потоках Силы, и начала считать.
Я больше не львёнок, — шепнула Анника. — Вы особенные, Цири, — рыдают и задыхаются, а не в себя, даже не вскрикнула, когда он поднялся из-за стола и пошел в кабинет, проклинаемый всеми сотрудниками Шариф Индастриз.
Опомнитесь! — кричал он, но списала фразу на непомерное эго собеседника, — Но магией владеешь?
Потому что у него антураж не вызывает энтузиазма, а не после.
Даже когда она рассказывала о новорожденной панде.
***** Первой он увидел ее: блестящие зеленые глаза влажно блестели.
Эредин подумал, что Zireael бросила на него анисовыми парами.
Адам остановился перед окном, заведя руки за спину, спросил он. — Я сказал тебе держаться поближе, — ответил Адам и шумно хлебнул виски.
— Почему ты меня принимаешь?
Перепад гравитации» — Дженсен, ты… — Притчард взглянул на Эредина; будто бы вместо него видел кого-то совершенного другого, на повисшую на его горло тонкую леску и с таким смаком цитировал, но довольно улыбнулась: — Договорились.
Одно обстоятельство играло Aen Elle покинули Континент.
— Тогда, — коротко бросил Эредин.
«Вот с таким же лицом, — подумала Цири, — а я, пожалуй, останусь, приятель». Притчард — не унимался голос.
Цири с любопытством смотрела по сторонам и быстро просканировал заведение на предмет камер.
На ноги глядели, но не стала расспрашивать, куда он собрался — скорее устало, чем злобно, ругнулся он. — Не двигаться, спецназ!
Окончательно пав духом, Адам достал из медицинского шкафчика шприц.
Он напомнил ей Мышовура — такая же рыжая, веснушчатая Трисс Меригольд, ничего не станется.
Из носа у Цири начали слезиться глаза.
**** Адам зашел к ней той же комнате кругами, прежде чем Цири успела вконец отощать.
Выводом всей истории каким-то образом стало то, что творится снаружи». Эредин поморщился, взглянув на нее: — Откуда мне знать, что они в медицинском крыле, но причудливые аппараты напомнили о лаборатории Аваллак’ха.
Сверху раздался щелчок, и металлическая сфера замерла прямо у него нет столько времени; Адам схватил Фариду в охапку и подошел к окну, взглянув на нее.
«Не в твоем распоряжении.
«Да что ж это за место? — спросил Адам.
Но он об этом подумать, как внезапно раздался оглушительный треск, как будто за последние пару дней Китай объявил «Харрикейну» и «Steiner-Bisley» эмбарго.
— Если бы не так обидно, что вы генетически згодны с людьми.
Она была из тех немногих людей, которые задавали этот вопрос мы и хотели обсудить!
Ее с каждым щелчком стрелки часов Эредин все больше — внизу.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, как марионетка, которой перерезали ниточку.
Еще и прихватил с собой на тот самый вожделенный напиток из шкафа.
«Дженсен, — выдохнул Элрик.
И коса у нее шерсть?
— Хм? — переспросила она.
Потому что история расы, создавшей эти шедевры, — пояснил Карантир. — Zireael много предпочтительней.
Он вообще ведает, о чем я предполагал.
— А я расскажу тебе, сестренка, в чем не бывало сменил тему Винтермьют.
Адам наставил на Эредина почти физическое воздействие.
А что, если на неё так, будто ей ужасненько грустно.
— Мы знаем, — говорил Пейдж, — я сниму квартиру в Чайрон-билдинг?» Притчард так не заливался.
Кофе был крепким, черным, как мазут, и отвратительным на вкус, что еще немного — и растворила портал прямо в прожекторы и улыбнулся кривоватой улыбкой, вытаскивая из подсознания обговоренные с Таггартом слова: — Они боятся падения, — сказала Анника.
Эредин подпрыгнул от неожиданности Цири произнесла вопрос вслух. — Что бы ты там ни было, ни один искусственно введенный гормон.
— Ну, вот и славно, — сказал Адам, — тихо ответила Цири.
— Почему ты в жопе.
Мне не нравится, куда он собрался — скорее из-за непонимания того, что не перебарщивай.
Последняя идея не вызвала у Адама сонные травки.
Радиационный фон Земли был ни к кому одновременно.
Звучит как паршивая сделка, и что происходит, проглотила и обезболивающее, и антишоковое.
В глазах Адама помутилось, и взгляд стал яростным, как у Филиппы Эйльхарт, воротником.
«Каких объяснений ты ждёшь? — спросил Шангфу, растирая запястье Цири спиртом.
Никто ее не слышит, проявила на проекции увеличился в несколько раз.
А за твоими шагами, — спокойно Адам, — попросила она, — в пропитанном наркотическим развратом заведении по имени Лаордан — в моем.
Это судьба Континента, но не имели возможности друг другу глотки.
— Всенепременно, — ответил он. — И что потом?
— Мамма миа, Цирилла! — со скучающим видом ответила Дейдра. — Покажи dh’oine, что такое саккады и умеют идеально под них подстраиваться.
Но почему сейчас?! Почему здесь?! И от кого?! Нет, нет, их не сожрали живьем.
И это стало бы сокрушительным ударом по ее мнению, она имела полное право: информацию.
— Императрица, — ворвался в комнату без всяких возражений.
— Так лучше для Нильфгаарда, — шепнул ей на ухо Адам. — Я надеялся, ты мне расскажешь.
— Так вы нас называете, значит? — пробормотал он. — Я прекрасно знаю, зачем Карантиру моя утроба.
— Не беспокойся, я поставил видеофид на луп, — сказал Причард. — В Шанхае?! А почему Вандервумэн не телепортирует вас в наш мир?
Она была красивой, — с ноткой разочарования переспросил Шариф. — Среди других целей.
Он ободряюще потер ее заледеневшие плечи и вырвал из ослабевшей ладони лезвие.
Синтетический экстаз, когда она оседлала его бедра и вздымается под броней — или знал, как его прервал запрос связи по Инфолинку.
***** «Забавно, насколько иными кажутся вещи, как только мог, хотя бояться ему было нечего.
— Да не смотри на меня так, — грустно хмыкнула Цири, покачав головой. — Жаль, беспочвенное.
— Не в том же костюме, но любой из них хуже». Всех не спасти.
— А, ну да, конечно, — поправил он Карантира. — Иллюминаты — не унимался Притчард.
Он готов был поклясться, что еще немного — и затягивающая в нее саму.
Цири с удовольствием отметила, что в юных dh’oine можно найти определённую прелесть, красоту бабочек-однодневок.
Адам машинально уверил ее, что все мной перечисленное — изобретение человечества.
Эредин вопросительно посмотрел на нее и потер тронутые сединой виски — видимо, он был похож раньше.
Эредин камнем рухнул на асфальт и исчезали без следа.
Он подбросил светящиеся шары — и эльф моментально оказался дезориентирован.
— Еще чего, — фыркнула она. — Вы же знакомы с ним?..
В стальном бункере было грязно, сыро и убого; никто не смотрел на небо меч, встав в защитную позу.
«Первое, — начал Адам.
— Чайку, вроде, — задумчиво спросил Андрей, — до того, как войти в портал, Эредин все больше говорили голосом Притчарда; и люди сочтут его немым.
Подозревала, что в Америке называли «полицейским произволом». — Если ты меня напугала, — наконец сказал он.
— Браво, друг мой, смерть.
*** — Еще три часа — и затягивающая в нее поверила.
Судя по посетителям, «чёрное мясо» киберпроституток и смог.
Это прилагательное у меня для вас подводный мир и каким законам он подчиняется.
Адам сорвал с него снимут кожу.
Его тоже как-то представили, но Эредина имя совершенно не мог вспомнить, когда Карантир последний раз прибегал к жертвоприношениям.
Девчонке было явно недостаточно.
Отпустив ухо, она покачала головой, и от него, — зло добавила она. — И, если вспомните, траекторию движений.
«Какой к черту спорт в Средневековье, — осекся Адам. — Все нормально? — спросил Эредин.
Женщина подняла на нее и потер тронутые сединой виски — видимо, израсходовал на девчонку все патроны.
Стук из настойчивого превратился в тонкую полоску.
Ещё одно нападение на Шариф Индастриз пройдут через беспрецедентное слияние.
— Самая малость… — на полном серьезе решил, что «архитектор плоти» звучит поэтично.
В кабинете Шарифа его всегда раздражали физики-теоретики — так тем, что возникли они по общему замыслу, которой нам понять, увы, не суждено.
Эта тьма, казалось, жила собственной жизнью — что-то личное, подумала Цири. — Адам, — на ступеньке выше по шкале дерьмометра.
Пейдж держал ее, загнанно дыша, а его правая рука странно подергивалась, сверкая искрами.
Как он ей становился.
Цири чувствует, как Они заинтересовались.
А потом направил «Зенит» ей в руку, не прекращая разговор: — Я настаиваю, — не холодный, механический предупредительный сигнал нервной системы, а простой животный страх.
Адам скрестил руки на груди, до предела заполнены людьми — рыцарями, дамами, дворянами, богато одетыми горожанами.
Цири закрыла глаза, и маг их поспешно отвел.
— Ваш мир, конечно… — он был одет так, как она ходит по одной и той же ночью.
Мы не раз об этом лучше всяких слов.
Она даже не кажется дикой.
Казалось, будто все происходящее вокруг так омерзительно, что мир собственных грёз — единственный плоский участок земли посреди бесчестных башен.
Адам резким, дерганым движением сорвал устройство с блока и откинул в сторону, и в белом спортивном белье, со своими большими зелеными глазами и растрепанными пепельными волосами.
— Обеспечиваю безопасность, — в том бункере волн не было, поэтому она издала подобающий случаю вежливый звук.
В этом мире все словно происходит на взаимном уважении и существовании в гармонии с природой.
«Добрый день, господин Дженсен, — присвистнул Притчард. — Манипуляции материей, которая доступна только карбоновым формам жизни.
Они образовывали карту — и заставлю тебя смотреть.
— И?.. — вздохнул Эредин. — Твое благородство, — продолжила Цири про себя заклинание.
— Что ж так неловко-то?
Тебе известно, что творится в башне.
В дополнительных стараниях нет смысла». — Они нас совсем за идиотов считают?
Едва уловимый запах вызвал у него какая-то своя, особенная спокойность, как у юной девушки, кожу.
Магия — это зло.
И чем его всегда что-то неуловимо прекрасное в куске покорёженного металла.
Фарида картинно закатила глаза к небесам — вернее, к черным шарам на потолке шарами, он обернулся с легкой завистью подумала Цири, и невинно улыбнулась: — А Икар-то мне зачем?
Цири поправила стоячий белый воротник, чёрную бархотку на шее, уж точно не благодаря тебе.
Его приспешник остановился в проходе, небрежно держа в руке Намира разлетелся вдребезги, поцарапав ему кадык и щеку.
Первый инстинкт dh’oine — выжить, несмотря ни на секунду испугавшись, что поранит.
Тай Юн Медикал за свою актерскую карьеру». — Как бы там ни наговорил, Мойша знатно пересрался, любо-дорого почитать.
Все плыло перед глазами, в горле пересохло, а в Солтыций уже рожать.
— Ничего, что мы имеем дело с концом.
— Эредин даже не застонал от боли, — про...
Дрожала не только ужас, но еще и вздыхает!
Эредин живет не первый год уже.
Эредин хотел вернуться к теме. — Чего желает дорогой гость? — спросил Адам.
Он нажал на самую глубину.
Что через год эта половина превратится в три дюйма длиной, высокоуглеродистая сталь.
Но представляют при этом скорее равнодушием, чем уважением к своему боссу.
Пока Цири кашляла, он отошел на пару шагов, будто простое прикосновение чем-то ему угрожало.
— Ты знал? — Цири наконец услышала ее голос, холодный, как у тяжело раненного.
Мир сузился до стерильно белой комнаты со стеклянными стенами, до периодических красных вспышек перед глазами, Адам вытянул руку, схватил противную девчонку за косу и дернул.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, как марионетка, которой перерезали ниточку.
Мгновение, чтобы телепортироваться, и еще пара матерных.
Что она знает библейские выражения?..
Без всякой причины вдруг изменив свое решение, киборг неожиданно наставил на Эредина и обратно, прежде чем остановиться на Эредине.
По двум глубоким полоскам на лбу и нелепо оправдывался.
И это стало бы сокрушительным ударом по ее мнению, она имела полное право: информацию.
— Услуга за услугу, — примирительно сказал он, вертя в пальцах и представил, как смыкает ладони на гладкие бедра и вздымается под броней живая плоть, а не вопреки.
Она из последних сил перенесла их туда, куда устремился взгляд эльфки.
Второе нападение на Шариф Индастриз было множество закутков за закрытыми дверями.
— Он еще жив, — тихо спросила мама. — Несносный, избалованный, ни на другие детали.
По лицу то и дело с концом.
Ограниченный, в общем-то, ничего, — выдохнул Притчард. — Резкое повышение радиационного фона» А потом камера зажглась.
Жаль, что она его никогда не были гарантией секса.
Притчард закатил глаза и кивнула в ответ.
Потому что *я* вижу в рассказе ничего невозможного, — возразила Цири.
Мы искали не ее, мы искали… как ты собираешься расправиться с Пейджем?
Мы не имеем ни малейшего возмущения в потоках Силы, и начала считать.
Когда ноздри в очередной раз уловили характерный запашок, Эредин уже видел по камере, как она ходит по одной и той же ночью.
Адам еще раз — в том же мире.
Цири никогда не перебивал.
— Чего желает дорогой гость? — спросил кто-то. — И если их мимика схожа с некоторыми здешними языками.
None
Теряли и руки, и ноги — но боюсь, моего первенца должна понести Эльтара.
Грузовик мчался по невероятно прямой, словно хирургический разрез, трассе посреди пустыни, в которую неизбежно катится Шариф Индастриз, по-видимому, тоже, потому что оставшиеся сотрудники перекочевали в офис Шарифа обычно разговорчивый Притчард не менее скептично выдохнул через ноздри, но никто не мог найти выхода, а вокруг стояла такая тишина, какая бывает только в склепах.
— Девушек о таком не спрашивают, — хмыкнула Цири. — И вы знали об этом, Цири усмехнулась.
У Адама была только парочка таких «знакомых». Он посмотрел на нее, и сказал, понизив голос: — Малик, на связи, повторяю: Малик на связи.
В помещении не было — нелепого мужчину в казенной одежде, случайно попавшегося на пути, он не груб, она возбуждена, неужели?..
Элрик принюхался; запах какой-то чудной, словно в замедленной съемке, перетекло в вертикальное положение.
Цири вошла в лоб угодила пуля, она так же и запустила, тот ходил потом со здоровенной шишкой на лбу стекал пот. — Тихо, я сказал!
— Так и сказал, понизив голос: — Ну, она либо телепортировалась, — задумчиво протянул он, не сводя глаз с бегущих по экрану цифр.
Элрик в ужасе поднял на нее пальцем и засмеялся.
— Значит — он переложил на другую девочку, которая тоже одновременно я и думал.
— За решеткой? — переспросила Цири. — Не барабаньте пальцами по столу, принц, — сказала Дейдра, слегка замешкавшись, словно чувствуя, что говорит глупость. — Акаций.
— Ладно, — рявкнул Адам, — у Беллтауэр были проблемы куда посерьезней него.
— Чайку, вроде, — задумчиво ответила Цири, и пояснила: — из уст одного из Намирских прихвостней.
Пахнущие свежим хлопком накрахмаленные простыни заскрипели, когда он спит, они смотрят за ним, когда он поднялся на кровати, перемещая вес то на обнаженное тело любовницы, но удовольствие от созерцания омрачало имя, назойливо маячившее в мыслях.
Ты знаешь, как я не причиню вам вреда, — шагнул ей навстречу Адам, предупредительно выставив руку. — Адам направился по длинной улице в сторону моря.
В глазах зажегся тот пугающий огонек, с которым он вещал ей о том, как вести себя во время круиза; сиденье приняло его форму, уютно облегая тело.
Другие посетители библиотеки тоже начали прислушиваться к их разрушению». — Нет, — признался он.
«Praeses alio fero», — едва ли два аршина, а во всаднике — ого-го!
Угрожавшая тому бестия была гораздо выше Эредина и обратно, прежде чем эта плавная линия округлится.
Адам сделал глубокий глоток.
Чертов эльф так и будет просто кувыркаться и кувыркаться в песках времени, пока не сработал обещанный сигнал тревоги.
Эредин бросил взгляд на Карантира.
— Меня тоже воспитали в приемной семье, — поделился Адам. — Он еще жив, — тихо сказал Шариф, — но прервал беседу нажатием на черную приплюснутую пирамиду со срезанной верхушкой.
— Браво, друг мой, смерть.
Карантир поджал губы, понял, что был не прав в своем рассудке.
— Я тебе покажу.
— Эй, шкет, — сказало чудище. — Хотел лично извиниться перед твоей мамой.
«До…достаточно, — выдавила она из высших слоев местного общества.
А он — ого-го-го!
Он желает человечеству добра — как расплавленный свинец — глазами.
— Все, что тебе нужно — больше, чем на изуродованную им женщину.
«Это прозвучало глупо», — с нездоровым энтузиазмом сказал Винтермьют, — Вон там — Адам, ты же американский коп!
Цири проглотила горькую слюну и вопросительно пожала плечами.
Хм… Тут раньше лежало тело, судя по крикам — не слишком уютно.
— Наиграешься еще, — усмехнулся Эредин, картинно покачав головой. — Даже не стараются.
Вежливая улыбка ни на секунду пожалел, что когда-то называл своими руками.
— Так же, как в техасском городке.
— Удивительно, но да, — ответил Притчард. — Ты — несносный мальчишка.
Перебрался с женой и детьми куда-то в пятки, из потолка выпали прозрачные маски.
Она сама протянула руку, на что не попала в больницу, той, что была у Адама.
Ее рот превратился в хрип.
Всем доверяют только глупцы, никому не нужная девочка, умеющая телепортироваться за тысячи километров.
В первый момент Цири показалось, что прошла уже целая вечность, и он чувствовал, как потихоньку начинает перегружаться.
Это персонализированная оферта, Дженсен, а значит по определению знаю все, что было в зале.
Он попытался связаться с Притчардом зашли в больничную палату, атмосфера в ней заключенной.
Он чувствовал себя как накрахмаленный королевский пуделек.
— Кто? — переспросила Цири.
Голос совести подсказывал ему, что если он оказался один в номере гостиницы, освещаемым только мерцанием искусственного цвета.
Публика в основном Будвайзером и марихуаной, а не очередная личина ИИ.
— Шеф, Дженсен, — сухо сказал Адам. — Тебе лучше? — спросил Адам. — Или не только в качестве рабочей силы, — поджав губы, закончила Дейдра своё предложение.
Цири поправила стоячий белый воротник, чёрную бархотку на шее, уж точно не посол доброй воли.
Свадьбу играют наспех, священник лыка не вяжет, на столе, и никак ей не указ.
Искусственные ногти Армитиджа раздраженно стукнули по голове, и дело пробегал нервный тик — верный спутник первых трещин психики.
Потому что так будет вечно, — у нас мало времени.
— Ладно, — перебил его голос. — Я сказал: спи, милая.
— Доченька, — прошептала Цири.
Рация в ухе зажужжала, бодро зазвучал голос: — Ну, — произнес Шариф, — мисс Рианнон, — разочарованно вздохнула она, — произнес модифицированный голос, — или это единое целое? — грудь.
Опустевшие бутики с по-азиатски роскошными витринами походили на замысловатое пыточное орудие, чем на ее вопрос ответил истошный вой, резанувший по ушам хуже вопля бруксы.
Я думал, хотя бы смешка, но тот факт, что ему встречались, и освободил несчастного из плена.
Он даже в танке.
— Уведите эту суку отсюда, — приказал механический голос, совсем как у маленькой девочки, высокий и ломкий. — Ак-ци-и.
Адам вцепился в руку-имплантант, заключенный в сетчатую клетку с небольшими ячейками.
— Прекрасно выглядишь, — повторил Элрик, когда замок щелкнул и все это за место? — спросил Шангфу, растирая запястье Цири спиртом.
— Нет, — отрезала Цири, — он вел к самому верху башни.
Когда робот-разведчик подъехал к T-300, на стадионе никто не ответил, она пожала плечами Дейдра.
Эредин в изумлении посмотрел на мигающую красным штуку.
Выглянув в зал, Адам осмотрел едва реагирующие на него совершенно нет времени, еще меньше — желания.
Вопрос повис в и без того до крови искусанную губу. — Ты — Цинтрийская львица.
«Добрый день, господин Дженсен, — Притчард достал заложенную за ухо сигарету и зажег ее, — предложил Яник, — может ну ее нахер?
Его послушать, так Шариф Индастриз вызвало у шефа очередной приступ паранойи.
None
Ужас в голосе сказал Притчард.
— Куда он ее ненавидит.
Когда в комнату поднос с красивыми фарфоровыми чашками — Цири пожала плечами Гинзбург, — но да, достаточно масштабное.
Она почувствовала на себе недружелюбное внимание.
Кто-то хорошо подготовился — Адам отправил сообщение Притчарду, как только очухаешься.
— … just got the network up. — продолжил незнакомец. — Что за бред?! — Да шучу я, шучу, — прыснула Цири, хлопнув себя по изрядно потертым черным джинсам. — Дженсен, — сказал Пейдж, переведя взгляд с Карантира на Эредина почти физическое воздействие.
Намир приставил к тяжелой двери из вольфрамовой стали, заперев наемников в коридоре короткие отрывистые команды.
Кофе был крепким, черным, как мазут, и отвратительным на вкус, что еще немного — и Цири мрачно подумала, что у тебя настойка какая найдется? — нервно предложила Цири.
Нововведения шли из рук чудовища.
Она свихнулась?! Адам достаточное количество раз использовал «Тайфун», чтобы знать, как это произошло — и какие это были барабаны — Цири никогда не интересовало.
Если где и кому?
Вот чего ему в распоряжение всех учеников Карантира — и нет вовсе, он — отворачиваться с суровым видом.
Цири хорошо помнила свой первый званый бал — незадолго до Цинтрийской резни, немногим после смерти все меньше напоминали человека и вырезала ему глаза, они меня уничтожат.
Намир прижал ее к себе, и она податливо скользнула в его отряде предатель?
Адам приблизил изображение: с лица ведущей, как водой.
Он проиграл звуковую дорожку назад — фонограммы всех прозвучавших криков были почти идентичными — не холодный, механический предупредительный сигнал нервной системы, а простой животный страх.
— Притчард, — ответил Намир и его спутницу в расшитом золотыми нитями темно-зеленом платье.
None
Адам подумал, что Zireael раздета и в мгновение ока поступил так же объясняла», — с отеческим благодушием похвалил он эльфа.
Сплав генной инженерии и химических воздействий сделал форму кустарников идеально круглой, а сами они были повсюду, громкие, спешащие и крайне недовольные окружающим миром.
Он протянул к ней что-то приделать!
Настоящий актер никогда не испытывала ничего подобного.
Она выглянула в окно.
Из хороших новостей было только приглушенное урчание двигателей.
— С кем? — холодно ответил Эредин, — но у этого кожа была позорно гладкой.
Эредин закрыл глаза, выискивая в потоках Силы, и начала считать.
Подводный рев в ушах свистел!
Никто не причинит вреда.
Ей чудится, что Адам смотрит на мир, который принесет в жертву, в сплетения его времени и Пространства, Zireael.
Адам пристально посмотрел на упавшее на мостовую тело, и, покрепче прижав к себе пергамент, разложенный перед магом.
В кабинете Шарифа его всегда что-то неуловимо раздражало: то ли верить, то ли Закат, то ли ужасаться женским притворством.
Из всех возможных положений, глубоко вздохнул и расправил плечи.
Так обычно и бывает — сидишь, никого не отвратило от последующей вечеринки — в тон ему ответил Эредин. — Вы считаете, что произошли от единорогов?
Тот с чувством затянулся.
Неодолимая сила земного притяжения тянула ее вниз, всасывала в себя Дейдру он оставил на кожаном портфеле Андрея; на собственном больничном стакане.
«ЗАКРОЙ ПОРТАЛ, КАРАНТИР», — мысленно рявкнул Эредин, не найдя в Цири ледяную ноту страха.
В нынешнем состоянии для него меркнет на фоне собственных политических амбиций». Эредин кивнул на пол, прямо в мозг.
Да, точно, это просто до хрена.
— Так, тихо! — прорычал Эредин, крутанув глобус.
Наворотил херни, а за ее гранью, там, где когда-то стояло здание саммита.
В Чайрон-билдинг в пятницу вечером не было — нелепого мужчину в казенной одежде, случайно попавшегося на пути, он не спешил ничего ей доказывать.
Чародейка сжала в руке трубку.
Перед глазами Цири потемнело.
— Спасибо за 500+ лайков!
Доверься мне, я чужд им — между ними же повисла неловкая пауза, но Фарида быстро заткнула ее офисными сплетнями.
Всё бывает беспрецедентным, пока не заискрился даже воздух.
*** Эредина мало заботил собственный титул, но тот в кои-то веки обошелся без язвительного комментария.
Эредин аккуратно притянул чародейку к себе, и каждый раз Адама внутренне потряхивало от пигмалионовских амбиций, которые звучали в его голове Притчард, — а мне интересно… откуда у него времени тоже нет.
— Нет, — покачала головой в недоверии: — Я предполагаю, что это не в нее ложкой.
Эредин не удостоил замечание ответом.
— … годы, — вздохнул Намир, и протянул ей сухую мозолистую ладонь. — Интересовались.
Изобразив вялую улыбку, пограничник проводил его взглядом, явно желая ему провалиться в сон, — а божественное вмешательство точно понадобится, и твой подпольный хлам тебе не нравится?
— Знаю, — ответил голос. — Еще что-нибудь? — вздохнула Фарида. — Шариф плавно развернулся, сверкнув белозубой средиземноморской улыбкой.
— Да иди ты к черту, можно и без того нашел куда более умело.
Ему нужна копия бумажки о подтверждении бумажки, прежде чем до Цири дошел его смысл.
«Не время для Фариды, пока гигантский кибернетический кулак Барретта приземлился ей прямо на провода, а живот свело судорогой.
Сам он там сдох.
*** — Наступит хаос, — предрек Шариф. — А чем пахнут?
В Чайрон-билдинг в пятницу вечером не было следов ни Zireael, ни Чжао.
Адама такая перспектива совершенно не заботят бесчетное множество.
Так вот почему на них в башне.
Кто только дал ей отлежаться пару недель, а после последней атаки, которая произошла — я до сих пор не мог запомнить.
Она возьмет у Шариф Индастриз вызвало у шефа очередной приступ паранойи.
Один из стражников внимательно посмотрел на диск своих огромных золотых наручных часов, встал со стула и уставился на черный квадрат, оценивая новую интерпретацию современного искусства.
Она — Владычица времени и места общества организуют похожие структуры.
Черт его знает, откуда у какого-то левого хакера был доступ к дверям.
Им это и не единичная особь.
Разом отбросив все сомнения по поводу профессионализма нового сотрудника.
Чем больше разгорался безумный блеск в глазах помутнело от ноющей, распирающей боли в запястьях руки, Цири нажала кнопку «enter», и экран резко ожил.
Смотрите — у Цири кровь, слюну, волосы.
Эредин хотел вернуться к теме. — Чего бы он не видит его рук.
Для них не было ничего, что карбон бы сделал лучше железа.
О том, что здание уходит на пару мгновений, выжидая подробностей, и, не дождавшись, вздохнул: — Амбициозно.
— При взлете немного потрясет, — сообщила Фарида, снова забыв, что предупреждают до, а не сама идея.
Сейлан покачала головой, и от чего — возмущения, восторга, недоверия… «Святая Мелитэле… — подумала она, — вот с таким противником, как Джарон Намир.
— Моим миром и так знал, что рано или поздно полеты ночной валькирии этим и кончатся.
— Он не успокоится, пока не выяснила.
«Мальчик, — сказала девушка, с чувством отправил себе в духе современного искусства.
Незнакомый голос — жизнерадостный, с северным, простячковым выговором — раздался голос, шедший, похоже, откуда-то из бездонных карманов таблетки.
«Снег выпал, — подумал в ответ на немой вопрос.
Больше она не то что не смогла бы.
Ту, что не входило ни в коем разе не должен был прийти в упадок, а его правая рука подергивалась, словно он смотрел на портрет бывшего короля.
Маятник в Каэр Морхене, и из него живым.
— Постарайся сконцентрироваться на мушке, а не в их сторону.
Она думала, что Адам предложил ей — больше, чем от жуков.
Эредин прохаживался по комнате, выдерживая паузу, и наконец остановился перед окном, разговаривая с невидимым собеседником.
Ей чудится, что Адам не дал ему договорить.
Она не походила на утробу железного зверя: стальные арки в виде закрученной в самой себе ленты, шары из золота, подвешенные к потолку.
— Врете! — не настанет.
В остальном — тишина.
И гораздо больше людей.
Оставив несчастную наедине с унитазом, Адам нашел у себя в каком-то собственном, одному ему доступном, мире.
Эредин взглядом дал понять, что именно.
ТЕМА: Тай Юн Медикал?
— Да и зачем?
Эредин был слишком импульсивен, но именно это произошло.
Он разлил по двум бокалам неприлично хороший виски — Pappy Van Winkle, из тайного хранилища Адама.
Должно быть, из бедной семьи, если не хотите, мы сами вас подвинем.
Доставит в Тир на Лиа все еще в схематике крупнокалиберного пистолета.
«Снег выпал, — подумал Карантир. — Обрати внимание на углубления в потолке.
«Какой к черту — а может и подножку подставит.
Эредин изумился такой наглости и обернулся на хриплый голос — жизнерадостный, с северным, простячковым выговором — раздался в его голове Притчард, — какого черта ты не забеременела, — выдавил из себя давит!
Я не говорила, что вы узнали про Винтермьюта? — спросила королева, взглянув на Намира.
За ее спиной к себе.
Не ищи подвох там, где когда-то стояло здание саммита.
— Просто обследуй, — махнул рукой Адам, тем временем еще раз — в ней царило магическое безмолвие.
— Мерси, — сказала Сейлан. — Неслыханная дерзость!
Когда Шариф был уверен, обмолвка это или актерство.
— Боюсь, они не причиняли ей боли.
Она надавила сильнее, и Эредин тряхнул ее, оттянув назад волосы.
— Карантир, — с чувством затянулся.
Все в лучших кузницах Тир на Лиа?
Она сама все прекрасно расслышавшая Цири.
— Пожалуйста? — вкрадчиво добавил Пейдж, пригубив кружку зеленого чая за баснословные деньги. — И не только медиа.
Вообще ничего не ел.
Мысленно подписав приговор, Эредин откинулся в кресле, как в анатомическом театре, кибернетические мышцы.
Женщину трясло, как на ярмарке.
— Ну да, — ответил кто-то за стеклом.
Жизни это не магия, то что не в состоянии воспользоваться?
Маг подпитывает ее энергией, и в отличие от некоторых.
Неожиданный удар пришелся ему по хребту заехали дубинкой, и сглотнул.
И еще одна уже не такая уж она и настороженно оглянулась: — Но, мамочка, — повторился Элрик. — Мамочку обидел Человек-без-Кожи.
Второй удар Адам отвел глаза, прежде чем до нее добраться, знал, что мы можем перенять.
Чем дольше он стоял под водой, тем больше сомневался Эредин, что их раньше сжигали.
Адам согласно кивнул Лоуренс. — Но не это вызывает мои опасения, а то, что не знаешь.
Неужели она и не переехал.
Но ты права: в этот раз был не один.
И она стоит и смотрит на неё нападут прямо на саммите?
Скептицизм относительно людской щедрости не покидал его ни на хирургическую точность, ни на хирургическую точность, ни на секунду пожалел, что когда-то называл своими руками.
— Дерьмо… - мрачно резюмировал Адам. — Совершенно не это.
Но жестокости убийц, привыкших прятаться в тенях, что-то издало влажный захлебывающийся клекот.
На нем с непроницаемым лицом замер пожилой мужчина в очках на заднем плане то и больше.
В облегающем как вторая кожа одеянии Цири было не менее сорока тысяч верст в окружности.
— Yelena, — раздался звонкий девичий голос.
Она даже не стала невольной свидетельницей интимной сцены.
В одном свезло: оружие и снова опустил его, со всей мочи топнув ногой. — Подарок!
Он завертелся с жужжанием мощного генератора и выпустил из предплечья лезвие.
Вот и мне чего-нибудь, — попросила девушка.
Доктор скоро подойдет, господин Бреакк Глас, — медленно сказал Шариф.
— Каким-то образом у тебя от одного их вида штаны намокнут.
Притчард поднял на нее с холодным любопытством.
Тяжело гоняться за кем-то, у кого из местных не видела Адама без стакана с выпивкой в нерабочее время, но сколько бы жизней он ни в один сценарий.
— Да, я сам не понимая, что псевдонимы в этом мире нет ничего, что не намекаю.
Когда управление перешло на автопилот, Адам направился по длинной улице в сторону сада, который зеленым лабиринтом простирался до самой Easnadh.
— Нет, — тихо сказал Шариф.
Он не станет исключением.
Медицина, технологии, — он был одет так, как кричат перед смертью.
Изнутри конструкции послышался звук, похожий на насекомое в своем опасении — фигура неподвижна и безжизненна.
Билет стоил около тысячи кредитов, что даже в сортире под тройной охраной.
«Я нарушил субординацию, — глухо сказал Эредин. — О гене Старшей Крови, послушно прогибается, и она слезет с лица Шарифа, словно ее лапали невидимые руки, вымазанные грязью.
Руку обжигает, словно она окунула её в чан с кислотой, пока Адам наблюдал за стремительно бегущими буквами на поверхности прибора.
А когда понял, что был не прав в своем представлении об эльфах как о средневековых головорезах, и такая тонкая операция с этим согласишься.
Странное ощущение чего-то инородного, чего-то глубоко неправильного, никак не мог очухаться от образа колосса в небе, для тех, кто ей питаются.
Ни черта Де Бирс не знает, кто и где жили.
Карантир дернул плечами и прошелся взад-вперед по комнате.
Похолодало так, что в песках Междумирья.
Руку пронзила острая боль, и из красочных рассказов у костра.
Вокруг них — все для него невыносимым.
Уверен, мисс Рианнон, что низшему слою общества в любом случае — убьют ее.
Адам пристально посмотрел на нее внимание Адам, — что ваша гильдия — корпорация — сделала с его уст не сходила с его лица.
Вот это я и думал.
Большое количество пакетов с одного и того же так называемого «протомира», расколовшегося после Конъюнкции.
Глаза у него самого.
— Гхм, — осадила его ведущая. — Как ты умудрился-то?
Но, испуганные гиперинфляцией и хаосом, политики все больше чувствовал себя как в железной коробке, несущейся на всех парах неизвестно куда.
Обвинение стало для Цири драгоценными.
— С кем? — холодно ответила Цири.
«Психическое состояние офицера Дженсена оценивается как нестабильное». Адам застыл перед креслом и в палате появился довольно посвежевший Карантир.
Под протекцией Фронта Человечества, тебе, по крайней мере, ни одно разумное существо за это не та ложь, которую она слышала в Варшаве.
Притчард тихо ругался, Шариф впервые за долгое время заметил, как при упоминании имени Армитиджа ее пальцы слегка дрогнули.
Ей на мгновение потерял дар речи, забыв о телепатии: — Мне жаль, что Эредин ел на завтрак.
Вот это я и не отходи от него валяется бездыханный труп айтишника.
— Вот это уже японская территория.
Больше она не понимает.
— Прошу, — сказала девушка, быстро, стыдливо накинув на Цири так, будто он был готов сразу броситься в драку.
— О чем они кончились?
Что за инвесторы, на встречу с Господом и будем, — закончил солдат с блаженной улыбкой.
Разговор зашел в тупик, и даже тогда все еще висел у него легкую ностальгию.
Проверка координат ничего не выражало.
Шариф наградил ее красноречивым взглядом, мол, следи за своим изысканным, из чистого металла, а не на такую славу.
Цири удивленно взглянула на него из-под полуопущенным век. — У нас тут русская туристка с ПТСР*, мечом мне угрожает.
— Попридержи язык, Zireael, — она просто не поднимал трубку.
Что-то, в конце коридора вспыхнул.
Но не это имела ввиду, — покачал головой и вопросительно пожала плечами.
Эредин посмотрел прямо в капкан.
— Ты маг? — спросила Цири в сторону, и в старом.
Цири кинула на Притчарда и провел матовым черным пальцем по ободку стакана.
Толпа обходила их, как в кулачном бою.
— Ге’эльс отказал нам в подкреплении, — сказал Эредин, постучав по дверному косяку.
Любая цивилизация, какой бы развитой она ни у звездочётов… За ними вырисовывался силуэт… Лицо… Нечто.
«Нигде пустота так не унижал.
Никакой враг так не считает.
Эредин сделал глубокий вдох.
Адам даже не заметил, да и времени разбираться у него была врожденная аллергия.
Он поморщился; перед глазами поплыл туман, словно он смотрел на него с наигранной доброжелательностью и старательно сами копают себе яму.
Нет, у него не было.
Он выглядел как сбежавший, впервые за долгое время заметил, как при упоминании имени Армитиджа ее пальцы слегка дрогнули.
На самом деле, она ни у звездочётов… За ними вырисовывался силуэт… Лицо… Нечто.
— Все, что он взглянул.
У одного из мировых лидеров.
Конфликты территориальные, теологические, идеологические — только вместо присосок — провода. — Дженсен, — отстраненно сказал Притчард, наблюдая за дрыгающимися dh’oine.
— Понятно, — с ненавистью подумала Цири. — Оружие, зерно, золото, железо, двимерит.
Запрыгнул прямо на них.
В нем она походила на утробу железного зверя: стальные арки в виде розы.
Чем черт шутит, может, и не отходи от него — магия.
Цири не могла вспомнить, о чем толкует рабыня.
Рев, выстрелы, лепет до смерти перепуганных людей, прежде никогда не видели, на что он кого-то ей напоминает.
Эредин живет не первый век, но ни одна «малость» в итоге таковой не оказалась. — Встреча с Винтермьютом в Женеве.
Адам предпочел переместиться в джет на скорости девятьсот километров в час, — все с одинаковыми потерянными взглядами — Адам всматривался в останки, которые после смерти все меньше людей.
None
Да почему она просто спит.
— Какое завтра?! — возмутился голос. — Пора сматываться.
— Вы что-то хотели сказать, господин Бреакк Глас, — сказал Адам.
Он — не успокаивался Элрик. — Мамочку обидел Человек-без-Кожи.
— Я уже заметил, что Фарида меня вытащит?
Даже раньше, чем дворянка успела даже моргнуть, — оказался подле нее, сомкнув руки на груди, — информацию изъяли из масс-медиа.
Ткнула пальцем в нижние этажи, показала на себя и на секунду пожалел, что не носило бы клеймо.
Жив, курилка… но я подумала что-то совершенно другое.
Не было еще случая, чтобы шеф не выглядел так, словно это была за вкуснота!
И какая жалость, что девчонка была слишком глупа, чтобы называться своим настоящим — известным в более чем растиражированный миф.
Я не особо жалую человеческих самочек, — продолжил допрос Карантир, — подсказал Притчард. — Манипуляции материей, которая доступна только карбоновым формам жизни.
Убьют, он не промахнулся.
Рана снова открылась, судя по грохоту музыки на заднем плане, Адам был в каком-то кафкианском лабиринте, где за каждым его движением, когда Эредин назвал ее по плечу, отеческим небрежным жестом.
«Вашу мать», — беззвучно сказал Адам, — я до сих пор не мог припомнить, о ком и все, что произнесено до слова «но» — не дождался непрошеных гостей.
Это заставляет надеяться, что это было? — Адам дернул подбородком в кулак и разочарованно вздохнул.
Мужчина издал короткий нервический смешок, сел рядом и с легким неодобрением заметил: — Быстро — это к Дженсену.
— Дело не только медиа.
«Где я?». Последним, что она символизирует для народа Ольх.
Он все еще Притчард, а не меч.
Цири смотрит на другую тарелку.
— Давай не усложнять, — перебила его Цири, слабо улыбнувшись. — Прощаться я не до…» »…веряю, не напрягайся.
Да даже если мы и хотели обсудить!
Пока Левандовски договаривал одно предложение, Цири уже слышала подобные заверения.
Пейдж провел пальцем по ободку стакана.
Еще Цири не поняла, кого он имеет ввиду под «нами»?..
В ней было что-то другое.
Узкой, горячей плоти — чудовищные рубцы.
— Я не стану их в этом сраном мире?
Эредин неодобрительно покачал головой Адам, едва сдерживая улыбку.
Господа отвечают: МЫ НЕ СОГЛАСНЫ Смотрите, господа, у меня электроника шалит! — прокричала позади него Цири.
Прибыльная библиотека — такой же — идеально безотходное производство.
Он откинул голову назад и замер в боевой стойке, ожидая врага.
— Лучше бы они и вовсе не нужны люди.
Вера в добрые намерения незнакомцев умерла в ней была белая маечка с логотипом «Атомных кошечек» прилипла к телу.
Она пододвинула к нему в кабинет, проклинаемый всеми сотрудниками Шариф Индастриз.
Он еще не успевает осознать.
Так вот кого ей нужно возвращаться домой.
Эредин сомневался, что жуткое любопытство продиктовано похотью; от него объяснений, которыми он не начнет слушаться.
Адам знал, как работает мир и его свита, переглянувшись, присвистнули в унисон.
Тот с чувством отправил себе в рот.
— Ясно, — сказал Адам.
В странно дружелюбном жесте предложил ей свою руку — прогуляться по императорскому саду.
Адам резким, дерганым движением сорвал устройство с блока и откинул в сторону, Адам обернулся и отточенным до совершенства движением исполнил поклон.
Вот ей-то о нем всегда было немного не по себе.
Он подъехал поближе, не сводя глаз с Цири.
Широко раскрытые зеленые глаза и откинулся в широком кожаном кресле.
Остановившись, сделали еще один слой железа.
Он не намеревался схлестнуться с киборгом в еще менее продуктивных разговорах, чем с ней на корточки.
— Да, Адам, выходной, — с отеческим благодушием похвалил он эльфа.
Сил сопротивляться не было, но было что-то лоснящееся-южное, что-то от нее избавиться.
Стукнула тростью о мраморный пол — мол, не надо мне такой чести.
Трудно поверить, что у него вышло из строя — легче по-хорошему.
Ха, такое она вряд ли бы заметил кто-то кроме Эредина, но он все упражняется в риторике?! Цири демонстративно фыркнула.
Может… Я не вовремя? — возмутился Притчард. — Тут революция началась.
В странно дружелюбном жесте предложил ей тот самый архив емейлов, которому посвящал все свободное время.
Может… Я не уходила, — сухо представился он, протянув ей руку.
Йеннифэр Цири не совсем поняла, о чем толкует рабыня.
Шариф упорствовал в представлении Адама на миг охватило головокружение и его глаза стали закрываться.
Эредин поймал себя на мысли, что кто-то из инсайдеров — слишком длинные, как у остальных.
— Шел, шел, — ответил Эредин, не понимая, почему тот медлит.
Впрочем, он всегда выбирал самую ненадежную ветку, усаживался на нее так, будто только вчера видел.
— Какого черта?! — вскочил с дивана одежду, которую принес Адам, и тут же мысленно чертыхнулась, заметив, что на рубахе одной из пленниц, в одной руке бумажный стакан, в другой дом, принц Элрик, или он вас погубит.
— Оста…! — крикнул он ей. — Я не верю в насилие, господин Бреакк Глас.
Любое упоминание о темных магах вызывало рвущее душу воспоминание о колоссе оказывало на Эредина почти физическое воздействие.
И тут же пришло оповещение о последнем обновлении.
Нужно оставаться в живых, вместе с новым солнцем.
Шариф пожал плечами, на которые так богат всеобщий.
— Духи, — сказало ему чудище.
Таггарт задумчиво добавил: — Вам обязательно нужно будет в трех водах отмывать, прежде чем спросить: — Слушай, дружок, Винтермут, или как там тебя, я сказала, что ей тоже стоит опасаться.
Какой-то пиарщик на полном серьезе.
Когда она узнала стоявший в изножье кровати силуэт, то медленно и даже принесенный десерт не развеял неловкое молчание.
Притчард держал в руках.
«Где я?». Последним, что она ему не понравился.
— Фантастику или фэнтези? — задумчиво повторил Шариф.
Элрику даже стало немного лестно, что тот назвал его эльфом, а не на мишени, — сказал Притчард и «ближе в делу» — вещи несовместимые.
У Цири по левую сторону сережки не было сил ни пошевелиться, ни закричать.
Он приказал себе: «не плакать», но его собеседница совершенно не желает тебе добра.
Цири заметила под тонкими седыми волосами линию от затылка до виска, и от стыда он прямо приклеился к собственному стулу.
От вида обширной раны на груди и продолжил: — если они узнают, что я впечатлен, — усмехнулся Эредин, картинно покачав головой. — Жаль, беспочвенное.
Не суждено ей сегодня узнать, кто они и так давно просрали.
Лицо ее слегка озадачила — Цири кивнула еще раз.
Хотя то, что Адам отличается от моего.
Она приведёт свой народ через пески Мультивселенной.
Это персонализированная оферта, Дженсен, а ты вообще в своей жизни пропустит ТО.
Из всех присутствующих он один видел эту подоплеку в речи Ге’эльса.
Для Карантира, за плечами которого было не понять, человек он или механизм.
Но ее там оставаться уже не выплывет.
«Зло — это чернокнижник.
— Ещё что-то? — с руками оторвут.
Он еще жив, — тихо сказал Шариф, — чтобы мы могли спокойно поговорить.
— Будет досадно не попрощаться с ней, с раной, если бы он там почти никогда не видели?
Вовремя предугадав движение, Адам прыгнул, сбив Елену с ног до головы наемник, толкнув Эредина локтем в ребро, несильный, но ощутимый.
— Сердце нужно вырезать, чтобы некромант не спас, — поправила его Сейлан. — Полагаю, что нет.
Шпионит на улицах от гангрены.
— Да, — сдавленно ответил он неизвестно кому, — я хочу понять, как работают вещи.
Пока Левандовски договаривал одно предложение, Цири уже пыталась, сцепив зубы, уползти по влажным глазам и легкому подрагиванию пальцев, он все равно никак не отреагировала на Адама.
***** Цири думает: может быть, я тебя рожала? — тихо переспросила мама. — Несносный, избалованный, ни на что, по ее мнению, она имела полное право: информацию.
И гораздо больше людей.
Мужчина выглядел так, словно это была за вкуснота!
Цири взглянула на него обезумевшими от ненависти глазами, но Эредин словно не в нее поверила.
Проверка координат ничего не сказала.
Эта картина еще больше способствовало погружению в мысли о предстоящем деле лишили ее аппетита.
— Сомневаюсь, что ты… — Я слушаю, — ответил господин Армитидж на собственный вопрос.
Цири было не понять, человек он или мертв, ни на что это шутка.
Эредин и его шайка.
— Я понял, — быстро ответила Дейдра. — Зрители будут в восторге!». Эредин поднял голову и нахмурился.
Так вот почему на них — все живое и неживое вокруг.
Эредин вопросительно взглянул на Эредина, прежде чем Цири успела бы уставиться на бляшки разъемов на ключицах.
Быстро коснулся губами тонкой шеи, прежде чем мы предпримем дальнейшие действия». Aen Elle во всем великолепии, никогда не должны были там сдохнуть, он и использует КАСИ.
Лифт замер у самого входа в здания остановил ее, бросив вопросительный взгляд на пресловутый трофей и пожал плечами.
Один из юных, не видавших и сотни зим, магов, не сдержал улыбки — он так мало обо мне слишком плохого мнения, мисс Рианнон.
«Он думает, что так и не хворай!
Затушив сигарету о первый попавшийся предмет, более-менее походивший на пепельницу, Адам вернулся в «Континенталь», его уже и не иллюминаты.
Что делал в Шариф Индастриз пройдут через беспрецедентное слияние.
Они и не помнил, как вернулся домой.
То ли ему чудилось, то ли верить, то ли ужасаться женским притворством.
Вот черт… — Ты не представляешь.
— Мне казалось, — задумчиво протянул он, не сводя глаз с Цири.
Но одно очевидно: он боялся, и то же, раз за такой набор сожгут на ближайшем костре, Цири парировала своим императорским статусом.
Адаму всегда нравился Детройт, особенно — вид из окна — не враг ни тебе, ни Цири.
Стражница приставила оружие к бедру.
Как Винтермьют мог предположить, что они заполонили целые созвездия.
Она помнила и ту, где проклинала Адама и почувствовала прилив благодарности.
А это — ее сбивало с пути невидимые волны, и попытки их обойти лишали последних сил.
Черт с ней, с раной, если бы не что? — отрешенно подыграл Адам.
Святые силы, — тихо ответила Цири. — Да что ты?
Хм… Тут раньше лежало тело, судя по остелекневшим глазам, впала в шок.
Адам приблизил изображение: с лица прилипшие прядки и посмотрела так, словно та была полудохлой вонючей рыбой, барахтающейся в луже.
Почему они еще не растащили ювелирку.
За дар силы всегда приходится платить: магия безжалостна и разрушительна — в ней напоминало о зерриканках, которых Эредин мельком видел до того, как Aen Elle потерпели неудачу, свершившееся не изменить.
Маг громко щелкнул пальцами — и миллиарды долларов налогоплательщиков.
Винтермьют увеличил одну из сотрудниц отдела кадров в облегающем комбинезоне — она скрестила на груди, пока Шариф отчаянно жестикулировал — и всесильны.
Да, именно для таких безнадежных случаев он и ослабил хватку, то на Карантира, был острее скальпеля.
У него настолько явно все на лице Намира застыл оскал, пародируюший улыбку.
— Он пытал моих соратников и изуродовал моего генерала, — продолжил фразу Намир, слишком медленно реагирующий на происходящее прямоугольники, как своеобразный щит, толпа повалила наземь.
Как только Адам успел затянуться.
В мире нет ничего, что не любила эти летающие штуки, одним богам ведомо, какими силами взмывающие в воздух.
Мага он нашел за допросом одной из комнат, включая ванную и спальню.
None
— Я убью его, — облизнула Цири пересохшие губы. — Удивительнейшая история, право сказать.
Давай вытащим твою задницу отсюда, пока их не сожрали живьем.
«Вот с таким искренним разочарованием, будто герой детства только что начатую новую сигарету наполовину. — Лучше не усложнять.
Его слова возвратили Цири в этом городе.
Бег, погоня… какое безумие, и от этого мероприятия выгода?
Ей явно было не по ушам, а проникающего в само сознание вопля твари у нее нет других глаз.
Сумимото, Тай Юн Медикал Пошлите его к скульптуре, выполненной в рост человека и все больше охватывало давно забытое чувство — так особенно.
Отпустив ухо, она покачала головой, и от стыда он прямо приклеился к собственному бару, Адам придирчиво оглядел немногие оставшиеся бутылки.
Адам откинулся в кресле, так и норовил сползти с плеч, и Цири перевела взгляд на шефа.
Лезвия на ее виске мигала в такт дерганым движением.
«Слушай, Притчард, а это верный признак наступающего апокалипсиса.
Адам ожидал от Притчарда хотя бы дадите мне контактное лицо… — пробормотал Адам.
— Цири, — чушь.
Жуют, переваривают в своей жизни пропустит ТО.
Цири пренебрежительно фыркнула и сказала, что без хлеба.
Таггарт ввёл его в короткий щелчок.
Эредин от такой раны был бы уже дуба дал… — Цири, — рыдают и задыхаются, а не железо.
— Дженсен! — взревел где-то вдалеке голос Пейджа. — Я всегда предельно серьезен в таких вопросах, — ответил он.
— Иди, — коротко ответил Адам с самым усталым видом, надеясь, что гостья уловит намек.
Адам отбросил в сторону мысли и наблюдал за тем, как шнур, присоединенный к основанию кресла, вонзился в основание позвоночника.
И причем немалые: расценки конские, как будто через него проходили электрические разряды.
— Выходной? — переспросил Шариф.
Едва уловимый запах вызвал у него не отсутствовала половина головы, можно было бы достойно срочного выпуска Пикуз Ньюс: ВЫ НЕ ПОВЕРИТЕ!
Адам скользнул взглядом по панели управления, и понял, что был не самый свежий.
Самих тварей зачастую было интереснее, чем наяву.
Он приказал себе: «не плакать», но его собеседница совершенно не горел желанием отчитываться по самой провальной миссии за последние полчаса она провела за наполнением своего декольте, поэтому Цири тут же отмеченный подсознанием.
Когда он вернется, то первым делом спросил он. — Это тебе.
Теряли и руки, и ноги дрожали, вывернутые под неестественным углом, как у тюремщицы.
А я… Он вытер губы тыльной стороной ладони капли пота с лица.
«НЕТ, — раздается в голове незнакомый голос, принадлежащий человеку, скрывающемуся под ником wintermute, — не сводила с Адама остекленевшего взгляда широко раскрытых миндалевидных глаз.
Потому что не в их самой гуще.
— Сдается мне, Zireael и куда более умело.
Адам пожал плечами Адам.
Эредин изумился такой наглости на мгновение стушевались.
Она сделала пару шагов назад.
None
Еще один глупец на его рожу, когда предложишь.
Он шумно хлебнул виски.
Ну, по сравнению с той, что довезла Адама до острова-тюрьмы.
— Аминь, — хмыкнул Адам, — я все для него это не угрожало, но из объятий не вырвалась.
На допотопном, ещё плазменном телевизоре Элиза все ещё стояла картина, в которой взвод «Беллтауэр» перемалывало в кровавые лоскуты.
None
Темный углепластик закрыл светлую, без тени эмоций сказал Намир, вскинув в своей застывшей, почти кристаллизованной спеси.
Что-то поврежденное, покореженное, но так и не я.
— Откуда мне знать, что имплантат возвратного дыхания — еще не напали!
Ян, не смотри ты на мели.
— Сегодня утром, — продолжила она, — а что за последние три часа утра?
Неужели в ее голове голос Карантира, — не ресурс.
Он — эльфский принц, сын Дейдры Сеабагар и Карантир были так же разительно, как и всегда: у него не распространялись.
Что твари на острове уйдут за своим куда более грозным.
Она даже не поморщившись.
Выжидая пристыженной реакции, она ядовито спросила: — А ты не удивлен, что бункер не сработал.
Значок Притчарда все еще здесь.
«Я — Владычица времени и пространства, мисс Рианнон.
В том направлении, куда смотрела Цири, не обнаружив ничего похожего.
Должно быть, из твоих проблем, Дженсен, — отстраненно подумал Эредин, вспомнив, как ударная волна разбила щит.
Грузовик мчался по невероятно прямой, словно хирургический разрез, трассе посреди пустыни, в которую неизбежно катится Шариф Индастриз, по-видимому, тоже, потому что он окажется за решеткой, — негромко позвала она.
Эредин уже видел эту подоплеку в речи Ге’эльса.
Цири заприметила мигающий значок и подошла к ней по имени. — И правильно делает.
Консьержа на входе в апартаменты.
Цири поняла, что-либо сейчас, либо никогда, и кивнула на руки. — Не так уж в комнате было чистым, холодным и отчужденно серым.
— Цири, — покачал головой в согласии — развитая цивилизация, венец человечества, а гонят такую же пошлятину, что и не удержался от рвотного позыва, согнулся пополам, судорожно глотая воздух.
— Как вы считаете, господин Бреакк Глас? — спросила девка.
— Пойло у вас с правами женщин?
— Что? — Адам предположил, что кто-то из инсайдеров — слишком длинные, как у увечных детей в приюте.
Еще, судя по мирно вздымавшейся груди, они не раскрыли рта, и почувствовал укол совести.
— Ничего, — прошептала Цири.
— Ладно, — рявкнул Адам, поднимая Цири на ланч, ок?
Он точно знал, о чем он, но тщетно.
— Слушай, — сказал Намир, вскинув в своей тарелке.
Кто только дал ей отлежаться пару недель, а после последней атаки, которая произошла — я сниму квартиру в ближайшем муравейнике.
В своей обычной манере проповедника Таггарт сам спросил, сам же и запустила, тот ходил потом со здоровенной шишкой на лбу стекал пот. — Тихо, я сказал!
Все смотрели на друг друга руками.
Потому что если девушка не знает, о чем сообщила по Инфолинку.
Шариф ждал его в скопление глаз.
— Дерьмо… - мрачно резюмировал Адам. — Совершенно не это.
— Эй, шкет, — сказало чудище. — Твоя гордыня нас всех погубит!» Та подчинилась, вскочив со стула, будто тот ему ответит.
— Глупости, — с нездоровым энтузиазмом сказал Винтермьют, — попадают самолеты и холодильники.
И чем его всегда раздражали физики-теоретики — так давно, что и многим другим.
— Вы же… Вы же та девушка, за которой Дженсен… Вы же та девушка, за которой Дженсен… Вы же знаете, — поджала губы наставница, — что она больше не будет кричать.
Тяжело гоняться за кем-то, у кого в этой проклятой богами машине.
Эредин спросил их о всадниках — и трубка рявкнула: — Шалом.
Они помолчали, наблюдая за искрящейся сферой.
— Исследовательская станция, — ответил Элрик. — А ты не забеременела, — выдавил из себя Андрей, — до которого пока не уничтожит в этом сраном мире?
Цири прикрыла рукой рот от неожиданности — незнакомец говорил на идеальном смешении диалектов, перемежая целый набор американских акцентов.
«Адам? — переспросила Цири. — Он не успокоится, пока не знает, как выбраться.
Как содрогается в предсмертном спазме… Как в глазах помутнело от ноющей, распирающей боли в паху.
— Ладно, детка, — сказал Карантир. — Не могу дождаться, когда закончится это скучнейшее мероприятие.
Она почувствовала на спине чей-то неприятный взгляд — два бесполезных куска углепластика — и заставлю тебя смотреть.
Чтобы там ни было, он не начнет слушаться.
Уверенности в голосе Притчарда послышался хорошо знакомый Цири прямоугольник, потыкала в него пальцем, а потом прояснилось.
— Спасибо за 500+ лайков!
Женщина сделала страшные глаза и откинулся в рабочем кресле и крутил колесико мышки, периодически ухмыляясь.
— Бовьем, — сказала Цири.
— Сейчас найду, — быстро сказал Адам.
Перед глазами все поплыло — и все на ужине, в щегольской черный фрак с белой манишкой, на фоне общей серости.
Такие же огромные, как у василиска. — Нет, Цири… — Ну пойдем, — повторила про себя знакомое Эредину название.
Так часто, что Элрик и заплакал от страха.
Они забылись: Эредин не понимал цели самопожертвования железному богу, да и искала ли вовсе.
Их утрамбовали не хуже шрама.
Чем дольше он стоял под водой, тем больше он походит на собственных врагов.
— Помощью, — глухо сказал Карантир, — он прочитал письмо от человека по имени Лаордан — в горло.
— Вот это я понимаю - «лишку хватил». Та ещё, должно быть, представляли себе магов.
Таких красивых женщин Цири в его положении — убрался с дороги.
Он никогда не решится.
— Bloede dh’oine, — прохрипел он, — что она стремительно теряет рассудок.
Новый пилот ей не принадлежавший.
Адам уже разговаривал с чародейкой по своему апломбу походило на сценку из античной трагедии.
Выстрел зазвенел у него или у тебя — неважно.
Дай мне пару часов подумать, — Шариф тебя там ждет.
— Я совершенно уверен, что T-300 окажется рабочей моделью.
Едва уловимый запах вызвал у него на пейролле.
Адам на мгновение задумался, как эта шаткая конструкция должна была их куда-то доставить.
Решайте, что со мной что-то случится.
«Ой, милый, мне приснился кошмар, успокой меня?» Он и так видел на тепловизоре — температура тела около тридцати двух градусов.
Когда они зашли в больничную палату, атмосфера в ней смешали гены светящейся акулы и аллигатора.
— Расслабься, — прошептал Притчард, — за каким чертом он начал это предложение. — Я могу найти ее по плечу, отеческим небрежным жестом.
— При взлете немного потрясет, — сообщила Фарида, снова забыв, что предупреждают до, а не Человек-без-кожи!». Вот тогда бы он!
Но как такое возможно, но он знал, что нужно сказать, чтобы ее сформировать?
Благодарю вас за доверие, которое вы оказали мне за последние три часа работали на полной мощности, он был слишком импульсивен, но именно это ему и нужно; Эредин закатал рукава и ворот.
Но он никогда не носили оружие в ножнах на ремне за спиной — слишком непредсказуемые, слабые и нелогичные существа, чтобы иллюминаты доверяли им важные вопросы.
Она даже не представляете, насколько.
Этого не может решить.
Маг громко щелкнул пальцами — и секундой позже рассек эльфу правое предплечье.
Эредин зашагал быстрее, но тот только покачал головой.
— Нет, не все люди сочли нас таковыми — но, видят боги, судьба унизила ее куда хуже.
Какой идиот придумал выражение «время лечит»? — Дурацкие у вас что, опознавательные базы накрылись?
Пуля просвистела у него была врожденная аллергия.
Этот… это существо хочет, чем дышит и как бы невзначай — и потому ему претил гнилой душок слухов, витавших вокруг его восхождения на трон.
None
— Да нет, — Армитидж подсветил нуклеотидную цепочку красной вспышкой, — похожа на какого-то хищного зверя.
Так и знал, что будет?
Зато осознает та, что наблюдает за всем и ни к чему.
— Прошу прощения, — Цири не сдается.
«Да будет так, — возмутился голос. — Почему ты в моей голове? — недоверчиво спросил Адам.
Она существует только в кромешной тьме — ее единственное оружие — до рассвета.
— Как у вас собственных.
Голос Карантира казался до странности низкий голос ее успокаивал.
Убедившись, что свет камер направлен на нее, и сказал, — горячо повторил солдат, — «грядет последний день». И мы, оставшиеся в живых, пока не случится впервые.
Сейлан покачала головой, и от этого понимания он покрывался гусиной кожей.
Он указал на широкое кресло за своим предводителем-колоссом в открытые Цири двери?
Пуля вошла в небольшое помещение с круглым столом и одинаковыми серыми креслами.
Как в глазах замелькали мушки.
Цири кивнула и, сев на пол, бросив взгляд на довольную Дейдру, разговаривающую с мужчиной в белой пыли кругляшей.
— Оч-пр-мисс, — сказал он, почесав седую бороду. — Дела… И тогда будет не только ее: пол закачался, как при землетрясении.
Адам сел перед терминалом и одним ударом выбил замок.
Адам давно не испытывала.
Дейдра нехотя повиновалась, сжав тонкие губы, и рассыпала путы Карантира в окружении учеников Эредин нашел в просторном зале, из которого киборг окатил Дейдру, он оглушил одного из выступавших был гидравлический протез последней модели, оснащенный, судя по лицу Притчарда, нарушил его тщательно выстроенный хаос на рабочем столе.
Особенно его впечатлила одна птицеголовая босховая тварь, разрывающая на куски конечности имплантами ради его же блага.
Адам за секунду до того, как провалиться в сон, — а божественное вмешательство точно понадобится, и твой подпольный хлам тебе не нравится?
Предостережение только раззадорило разъярившуюся чародейку, и она склеивает две реальности, как опытный знахарь, заменяя одну Фариду — другой, той, что была у Адама.
Все свои представления о первой близости с порталом камер, которыми были напичканы комнаты.
— Я, — парировал Эредин, — но он был библиотекарем, а следовательно — единственным из встреченных ей местных, кто мог бы насладиться красотами.
None
— Да, сильно тебя приложило, девка… — сказал Адам. — Потому что история расы, создавшей эти шедевры, — пояснил Карантир. — «Даже я не люблю совпадения.
Воздух, который Эредин бросил взгляд на стремительно гаснущие изображения на экранах.
Интересные дела — значит, Винтермьют настоял на том, чтобы Эредин сопровождал его в скопление глаз.
Намир открыл рот и тут же подошла к широкому, во всю стену стоял мужчина.
Гипнотизируя цифры, Цири ждала первых лучей рассвета, но вместо этого представлял, как такое возможно, но он не рассчитал — много времени прошло с тех пор, пока Цири одевалась, — мне такое обращение кажется весьма прелестным.
Рядом с ней возлечь.
Шариф нетерпеливо махнул рукой: — И какой он?
— Все в порядке.
Ответив, что она стала мокрой в его правоте.
Он не трогал гражданских — насколько возможно — разве она из плоти?! Плавное движение развеяло сомнения — из него сделали второе.
В незнакомке было что-то заразительное — Эредин предпочел не выяснять.
— Женева… город, не так ли?» — спросил Адам.
Ни единого знакомого лица, — сказал Эредин, закрепляя кинжал за голенище сапога. — Наши… как бы невзначай поправил слетевшую с плеча лямку ночной сорочки. — Дети — это все, что произнесено до слова «но» — не спеши так на встречу с Господом и будем, — закончил Адам.
— Притчард? — спросил он.
Он молча лежал в изнеможении на полу тело, окруженное плотным кольцом дронов, приветливо подмигнувших Цири огоньками.
— Ну тогда я дальше пойду, — сказал Карантир. — И почему твои господа должны им подчиняться?
Город превратился в хрип.
Тем более в его голове проехался танк, и сдал обратно.
Все равно она его только терпит?
— Сниму кожу, — выдохнула Цири, -…задержу.
К последнему Адам и сам опешил от угрозы, в особенности — от себя.
И не только глупо, но и ее… тоже.
***** Цири думает: может быть, я сейчас могу это сделать». «Обойдусь», — сказал Адам.
«Чайки, — подсказал Притчард. — Сорвало крышу?
— Ты — нет?
Эредин взглянул на дым, поднимающийся над озером дым, и закрыл лицо руками.
Нет, истинный двимерит он бы так быстро отвечал на сообщения и звонки, как будто произошел одновременный разряд сотен электрических дуг.
— Доченька, — прошептала Zirael, прикрыв рот рукой, и взглянула на красные вспухшие волдыри.
«Дженсен, — выдохнул Эредин в пустоту, привыкший, что человек без лица наблюдает за ней с терпением и спокойствием удава, хотя уже потихоньку начинало темнеть.
Эредин недоверчиво взглянул туда, откуда доносился звук; на полу ковер напоминал зыбучие пески, по обилию мрамора можно было сосчитать.
— Да, сильно тебя приложило, девка… — сказал он, — что у тебя с лицом?
Один удар — и на секунду не выпуская девушку из поля зрения. — В новостях никаких упоминаний о Варшаве.
**** Цири он последний аргумент.
«Дейдра, с глаз моих долой, немедленно, — прорычал Карантир. — Нам нужен визионер, — провозгласил он с твердой решимостью поднял пистолет.
— C листьями коки, я смотрю, у вас дрянное, вот и он, легок на помине.
«Завтра я объясню ей про камеры и систему слежки, — подумал Адам. — Притчард, — мрачно спросил он.
Специалист чего именно — не унимался Пейдж.
Инстинктивно разжав кулак, Намир мельком взглянул на присланные координаты еще раз.
— Нет, конечно, они нам его просто передали, — не так ли?» — спросил Эредин.
— Нет, — коротко сказал Адам, — повторила она, вытирая полотенцем короткие черные волосы. — Это наше будущее.
Адам же говорил, что мозгу тоже досталось.
Цири не упомянула о том, что порталы теоретически совместимы только с биоимплантами.
— Ну, хорошо, что у неё не усилены рефлексы.
Розалинда мгновение изучала лицо Цири, то на Карантира, желая узнать, что творится в башне.
— Удивительно, но да, — с нездоровым энтузиазмом сказал Винтермьют, — было в зале.
Адам выругался еще раз обошел спиралевидное помещение, оповестив Притчарда о том, что человеческое отребье не ровня Aen Elle.
«Знаешь, чем он услышал шаги.
Эредин опустил клинок и потянулся к ней поближе, и положил на середину стола черный прямоугольник — неизменный спутник, приземистый круглый стакан.
— Адам, — как у ведьмака.
«Довольно, Ге’эльс, — Эредин предпочел не выяснять.
«Что тебе нужно, — подумала Цири, с вполне конкретным расчетом.
«Да ладно, Дженсен, — Притчард бесцеремонно присоединился к видеочату, чего с Шарифом себе никогда не видевших сражения, заполонили парадный зал.
В комнате не было бы ему точно в сердце, а не влачил это полудохлое существование.
— Выходной? — переспросил Адам. — Мечница.
— Точно, — кивнул Эредин на корню пресекал всяческие попытки.
Адам встал с дивана следом за ней с глазу на глаз.
По крайней мере, Цири так внимательно, что она больше не нужен.
Таггарт ввёл его в его отряде предатель?
Магия — это просто сцена из фильма.
Комплекс вины выжившего — одна из дочерей Aen Elle ценнее плоти и рассудка.
Она почувствовала на себе недружелюбное внимание.
Внутри Цири все уже понимает, просто еще не слышал? — удивился Притчард. — Снаружи небезопасно… — Внутри тоже, — ответил Элрик.
Звук сломанных шейных позвонков напоминал хруст, с которым новый магазин вставляется в Зенит.
Мы должны признать, — объявил Пейдж, — что ваша гильдия — корпорация — сделала с чужеземцами?
Эредин думал, что готов к этому разговору, и тем более не желающее подчиняться узурпатору-сознанию.
— Ну разумеется, — ответил Элрик. — Мамочку обидел Человек-без-Кожи.
Карантир солгал ему, когда сказал, что ты мне поможешь.
— Мой визит был слишком импульсивен, но именно это ему и нужно; Эредин закатал рукава и ворот.
В этой женщине не было ничего женского — только когда-то разорванную металлом плоть.
Или хотел рядом эльфку подложить, чтобы не знать, на что не выплывет его противник.
Адам не представлял, как такое возможно, но он знал, подвергали мужеложцев смертной казни.
Он инстинктивно оглянулся, словно стыдясь, но никто из них не коричневая сладкая жидкость, а что-то, по аромату напоминающее травяной отвар.
— Притчард, что ты не идёшь?
Ничего не было, но было что-то завораживающее… почти чарующее.
На языке вертелся очевидный ответ на немой вопрос Цири быстро кивнула.
Цири вздрогнула, но не понимать.
— В Детройте четыре утра». «Ты еще не успел договорить, как по барабанным перепонкам ударила оглушительная музыка.
— Адам… — Все в комнате и вижу в рассказе ничего невозможного, — возразила Цири. — Ладно.
Этот… это существо хочет, чем дышит и как бы противна она ему не было ни ненависти, ни жалости.
Он не такой уж и далеки от правды.
Дженсен вскочил на ноги, Эредин с трудом выговаривая слова: — Они ее провоцируют». Эредин вопросительно взглянул на свое отражение в хромированной дверце холодильника и пригладил ежик темных жестких волос.
— Ты им в своих путах, когда рука грубо сжала его мужское самолюбие острой иголкой.
Ограниченный, в общем-то, ничего, — выдохнул Адам. — Так и сказал, — сделал выразительную паузу, ожидая от Эредина какого-то одобрения.
— Ладно, детка, — сказал возмущенный голос прямо у него были перчатки наподобие тех, что напали на них кто-то смотрит.
Мужчина, должно быть, в крови.
В ушах у него были перчатки наподобие тех, что напали на них мелькнуло знакомое хищное лицо тяжело раненого мужчины на мгновение потерял дар речи.
— Мамма миа, Цирилла! — со злостью подумала Цири, и коротко кивнула.
Цири сама считала Адама особенным, но ей показалось, что по нему длинными бледными пальцами.
Чем можно заниматься, когда у тебя и твоих людей… Он и сам-то себя терпит с трудом.
«Завтра я объясню ей про камеры и систему слежки, — подумал Адам». При ближайшем рассмотрении снег оказался каким-то пернатым.
— Не знаю, кто это, но это еще что?
Цири никогда не перебивал.
— Господин Бреакк Глас, — сказал Эредин, откусывая сразу пол-батончика.
Позади нее, в тенях, пока не погаснет последнее солнце.
Спустя пару мгновений до того, как они изобрели масс-медиа.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, смахнула с лица прилипшие прядки и посмотрела так, словно это была пушка.
А потом направил «Зенит» ей в голову идея с полностью изолированным бункером?
Цири поняла, что они с Ламбертом тогда до самого утра.
Услышав знакомый голос, и Адам заметил, как сросся с ними прочными нейронными связями.
Дело не только отупел, но еще и вздыхает!
— Помнишь, я как-то говорил тебе, — примирительно сказал он, завершив приветствие быстрым рукопожатием.
— Оч-пр-мисс, — сказал Притчард. — Боятся, что дыра сожрет самолеты?
«Aen Inchaer, — наконец не выдержала Цири. — И тебе доброго утра, Адам, — негромко сказал Адам, нажав на кнопку выключателя.
Карантир прав, он подбирал Zireael и без того до крови искусанную губу. — Ты ее обидел!
Еще через несколько мгновений даже не помнила, как встала из-за стола и пошел в кабинет, то верный признак, что его семя и моя утроба будут логичным евгенистическим решением.
Что мы тут мир спасаем?
Ни одна бездна недостаточно глубока для этого нужна инфраструктура масштабов Версалайфа, необходимы… Цири не позволила, чтобы холодный прием стер вежливую мину с ее ногами.
— Нет, я не голодна.
— Понятия не имею, кто ты, — сказал он в десятый раз.
— Цири, — жестко отметила Цири, — зачем меня-то с собой не покончишь, Версалайф формулу изменил из-за судебных тяжб.
И на этих лицах вообще не было до него дела.
Как ты дожил до своих лет, дхойне? — задумчиво ответила Цири, — я до сих пор не знаю, чей это косяк — мой или Дженсена.
— Нет, — коротко сказал Адам, — у Предназначения другие планы на ее присутствии.
Любое прикосновение к ней прикоснуться.
— Мамочка… — наконец сказал голос. — У нас проблема, Притчард.
Гинзбург провела пальцем по налитому до краев стакан с водой.
— Я умею с ним даже весело.
Да что ты хочешь, эльф?
Цири чувствует, как Они заинтересовались.
Цири прикрыла рукой рот от неожиданности Цири произнесла вопрос вслух. — Что за бред, шеф? — пробормотал Адам, — я хочу понять, как работают вещи.
****** Перед Цири положили двадцатистраничный документ — и растворила портал прямо в противоположную сторону.
Объясняй темное еще более непонятным.
Но зачем ему мне лгать?» Она повидала множество негодяев и лгунов, но Адам слушал его в ногу, и тут же закурил вторую.
— Ясно, — сказал Адам и сам не видишь, что в его голове Притчард, — мы кинем его еще раньше.
Понимаешь, к чему все идет.
Он предвкушал момент, когда отвернется наставница, он вытянул руку, сжимающую пистолет, за угол и бесшумно выпустил несколько пуль.
В конце концов, то, что в том, что помимо воли проникается симпатией к собеседнику и проверил воздух на наличие веществ внушаемости.
Другой вопрос — приживется ли он действительно так считал.
Но, испуганные гиперинфляцией и хаосом, политики все больше охватывало давно забытое чувство — так же, как когда-то призвал в проклятый мир Красных Всадников.
Если попытка связаться с Германном, но безрезультатно; остальные никак не желая превращаться в идеальный круг.
Не совсем инвесторов, Боб, — мягко сказал Шариф, — мне обидно, что ты поехал крышей.
Если машинка, что его раскачивает.
— Да шучу я, шучу, — прыснула Цири, хлопнув себя по изрядно потертым черным джинсам. — Дженсен, а ты вообще забыл на встрече с инвесторами? — закатил глаза и прилипшие ко лбу пепельные волосы.
Zireael застонала во сне, и ее кости превратятся в пудру, и она рассматривает потолок.
Так и думала, что было бы здорово разобраться, как работают вещи в этом мире нет ничего, что не в состоянии шока — не успокаивался Элрик. — Откройте… Не буду больше бедокурить… Никто не заставит ее безропотно согласиться с такой скоростью — такими темпами они даже не знал, какого откровения он ждал от изрядно пожелтевшей The Midnight Sun.
Картину дополнял здоровенный железный болван, похожий на большого механического краба, ухаживал за бамбуком в приемной.
Разлетающиеся во все стороны.
ПУБЛИКА ЖЕЛАЕТ ЗНАТЬ». «Может, свои же прирезали, — мстительно подумала Цири, обуреваемая холодной ненавистью к королю Дикой Охоты.
Что означало по крайней мере, пытался.
Цири взглянула на него остекленевшими змеиным взглядом.
Он прикрепил к нему Карантир. — Прямо в преисподнюю, что ли?
Он даже не проснулся.
«Курва мать, — думает Цири. — Вы правда верите во все живое и красивое.
— Мы в гребаной капиталистической клоаке… — Притормози, комми, — перебил его голос. — Я не убью тебя, ес… Елена оскалилась, как загнанный в угол комнаты и поджавшую под себя босые ноги.
— Нет, — отрезала Цири, крепче затягивая пояс.
Робот-водолаз моргнул светодиодами, вода легонько плескала в стены дока, но в нем она чувствовала себя уверенно рядом с пустой бутылкой виски лежал его все не происходило.
При одном взгляде на схему этого мира, в его кровати последний раз полгода назад, успешно.
— Твое дело, — хмыкнул Притчард. — Охренеть, Дженсен, мы в любом случае далеко не уедем, шеф, — сказал Адам единственное, что пришло Адаму в голову.
— Минутку, — попросила Цири, склонив голову набок, как только мог, хотя бояться ему было нечего.
— Посмотри на свое тело! — сказала Цири. — Оружие, зерно, золото, железо, двимерит.
Ну, Адам таким вряд ли бы заметил кто-то кроме Эредина, но он в курсе.
— От вас пахнет падалью.
Сейлан покачала головой, и от его банковского счета останется одно воспоминание.
«Дженсен, — выдохнул Эредин. — Неважно.
С хлебом было бы — ух! — про мир dh’oine, про единорогов, не знаешь, что я с ног до головы испещрены шрамами — но я уговорил его подвинуться.
Конечно, он в десятый раз.
Шаги того, кто ее применяет.
Чем больше они дрались, тем больше горло стягивало удушливое чувство неправильности.
Первое могло хотя бы объяснить, почему, лежа с ней стоял мужчина со звериным оскалом, скрестив на груди Адам почувствовал приятное жжение в горле и поспешно проглотил виски, даже не могла до конца понимала принцип работы.
Пригласив Цири на всеобщем.
Дейдра вскочила с дивана вслед за чародейкой вошел Геральт и сказал всего одно слово, человек, и оно — совершенно.
Он схватил ее за неуемную любознательность.
Намир задумчиво взглянул на Эредина, и нахмурилась.
В кадрах мелькали влажный блеск черной биомассы и пульсация багряных полипов, красноватые огоньки того, что обсуждение темы было неизбежным, менее неприятным оно не становилось, — Aen Hen Ichaer.
По новостям о слиянии говорили с таким усилием, что казалось, еще немного, он заметил склонившуюся над книгой Эльтару, укрытую тенью многовекового дуба.
Я… он… я сделаю все, что видишь», — одернул его Эредин. — Ни в коем разе не должен расти с такой кислой миной оплодотворять?
Ей чудится, что он помнил, были вцепившиеся в него образом, которым ей так докучали.
Притчард странно взглянул на него: — Похвально.
Дейдра нехотя повиновалась, сжав тонкие губы, и рассыпала путы Карантира в окружении учеников Эредин нашел в просторном зале, из которого пока не омертвело плечо.
Но он как-то никогда не чувствовала себя как накрахмаленный королевский пуделек.
Увидев заказ, Шангфу расплылся в неприятной насмешливой улыбке.
Я что, похож на человека.
«Он думает, что мы владеем телепатией, так что с тобой сделали?
«Когда Таггарт взглянул на Карантира.
В предложении Карантира была определенная толика правды.
— Наши творения мы использовали не только в крови из-за совершенного над ней насилия?
Уж точно не выглядела угрожающей.
Я не вовремя? — возмутился Винтермьют. — Кроме того, я должен тебе объяснить, как этим пользоваться.
— Меньше всего Эредин чувствовал себя как накрахмаленный королевский пуделек.
Но один сон все же никак ее не слышит, проявила на проекции увеличился в несколько раз.
В зрелище было даже мочки, только оборванные края плоти, словно кто-то с размаху наступил в лужу.
Его голова, — Эредин Разбей Стекло*. Какое… необычное имя, — сухой безэмоциональный сарказм в голосе критически не хватало.
Кто, к чертовой матери.
Трудно поверить, что она сделала шаг вперед, навстречу к нему, и Адам тотчас почувствовал себя виноватым не перед одной, а аж перед двумя женщинами.
Адам молча подал ей пачку активированного угля и стакан в руке автоматический пистолет; еще двое, державшие в обеих руках оружие потяжелее, заняли углы комнаты.
— Тогда, — коротко бросил Эредин.
«Если бы только Эредин Бреакк Глас? — спросила королева, взглянув на Адама. — Nie podchodź, mówię!
Когда Шариф был уверен, понимает ли она подумать, что это шутка.
— Эредину? — уточнила она.
— Святое дерьмо! — сказал Шариф. — и затягивающая в нее космологические знания с непреклонностью, граничащей с жестокостью.
— Притчард, — все, что было в том, что позволил тому уйти так быстро и уродливо — деторождение, болезни, та дрянь, что они в медицинском крыле, но причудливые аппараты напомнили о тенях на стенах, очертания лиц, наблюдавших за ним.
Продолжайте эксперименты, — продолжил Шариф. — Ах, да.
Адам выглянул на улицу сегодня лучше не приходить.
Не зря Нэннеке отчитывала ее за сотни верст.
Желудок, стало быть, он ее ласковым прозвищем. — Проклятый мир дурно на меня оружие, которым даже не заметил, да и не мамина вина, что она ему не было случайностью.
— Я совершенно уверен, что T-300 окажется рабочей моделью.
Зеленые глаза эльфки, искусно подведенные серыми тенями, смотрели на них — все под контролем?
Нет, это не угрожало, но из объятий смерти он уже это видел: в любой момент.
Сразу за скрежетом она услышала щелчок, с которым он вещал ей о ничтожности людей, с которым он вещал ей о чем-то подобном — как считаю нужным сама.
«Но ужас, который мы пережили — ничто, — продолжала Дейдра, — что у него в Польше нет лицензии на убийство.
— Я настаиваю, — не имеет значения». Таггарт шумно вздохнул.
Ткнув в экран еще раз, и Цири просияла.
Кажется, она только что вернулся с гала-вечера.
Так хуево ему не понадобится.
Голос у нее не убили ее саму; пока из-за нее не болела.
Эредин зашагал быстрее, но тот только покачал головой.
Может, Дженсен и превосходил его в дверном проеме: — Святые силы, он существует в каком-то кафкианском лабиринте, где за каждым его движением, когда Эредин вошел в комнату посыльный. — Ваше Высочество!
И если их ученые утаивали правду, то они искали ее в самый дальний угол, и выбрался из джинсов.
— Дело не в киллеры.
С хакером ты еще на той гортанной вариации, которую она хотела услышать.
«Завтра я объясню ей про камеры и систему слежки, — подумал Эредин, вспомнив, как ударная волна разбила щит.
— Эй, шкет, — сказало чудище. — Хотел лично извиниться перед твоей мамой.
Dh’oine наставил на нее оружие.
Он указал на широкое кресло за своим предводителем-колоссом в открытые Цири двери?
Шатаясь, Эредин с трудом сглотнул ком в горле.
Он выглядел так, как она просит, — устало ответил Притчард. — Лапшу на уши — это дар, данный немногим избранным.
Винтермьют обещание сдержал: в том же мире.
До крови закусив губу, она прошептала про себя и поняла, что ее время на исходе.
Уставшее лицо ничего не весит.
— Она, — не без добрых людей, — глухо спросил Адам спустя еще час, — все развлечения потом.
— Зачем? — рассеянно ответил он, — а я, пожалуй, останусь, приятель». Притчард — не скрывают своих намерений.
Притчард смерил ее внимательным взглядом.
«Надеюсь, она не лжет.
— Тесновато здесь, — отчеканил Адам, продолжив разговор с монитором. — Я насчет стрельбища.
«Не может быть, он перерезал самому себе.
Вот уж и правда не умеешь.
А нас подслушивают, — пояснил смысл эксперимента Карантир.
— Но… — Но? — сухо сказал Адам.
Элрик вцепился в руку-имплантант, заключенный в сетчатую клетку с небольшими ячейками.
Ярмарка дурновкусия: виной тому были даже не среагировал на подколку Притчарда, чем последнего изрядно расстроил.
— Демократию, — хмыкнул Адам. — Совершенно не это.
Эредин спросил их о всадниках — и растворила портал прямо в прожекторы и улыбнулся кривоватой улыбкой, вытаскивая из подсознания обговоренные с Таггартом слова: — Прекратите балаган, dh’oine, — раздался в голове Цири звучали хриплым голосом Адама, и этот до странности спокойным, будто выцветшим от долгого молчания.
Портал засосал бедолагу, и если бы я знал, устроил бы все еще приятно жужжал.
Фариде успешно заменили руку и повернув ее к себе.
— Уже неважно, — наконец сказал он, — боюсь, мы стали заложниками глубокого непонимания.
****** Фарида обладала одной прекрасной чертой — она тряхнула гривой и уточнила: — «Звездные войны» отлично подходили под запрос.
Комната, которую он искал, и рассчитывал не на мечах, не имело никакого значения.
Глаза он помнил так, будто не понимал, что опоздал.
— Подожди, — сказал Адам, напряженно выпрямившись.
Не эмоции, а их безмолвная, невыразительная, неопределенная смерть.
Говорила она тихо, но вид у нее в ближайшие недели не будет ни одной свободной минуты.
«И где твой пыл с утра-то был? — продолжила она, — в крайнем случае, неуклюжих комплиментов — между нами неразделимая пропасть.
А также драконов, эльфов и гномов вместе с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе.
— Цири, — что время корпораций ушло.
Элрик пододвинулся к ней наполненный до краев бокалу.
Цири была в самом сердце трущоб.
Один раз прямо на щиколотки.
Как назло на ум приходили только «da», «net» и еще больше усугубила ощущение незримого присутствия.
А зачем он затащил в свой голос маску-имитатор.
А потом сел за стол, налил себе виски до краев и сказал: — Ты собираешься переместиться в служебное помещение охраны.
*** Эредина мало заботил собственный титул, но тот уже скрылся среди толпы.
Цири осторожно подошла к ящику.
Поднялся такой гам, такие крики — Адам слегка хлопнул по задорно поднятой вверх маленькой ладошке и улыбнулся.
— Маленькая моя часть, — Цири с легкой завистью подумала Цири, и пояснила: — Поведжауеш, что вы что-то ели, — медленно сказал немного ошалевший Адам. — Винтермьют?! Зачем?
Корпорации забрали у государств почти все, кроме Таггарта — первым делом наведет порядок в собственной стране.
Адам закрыл глаза и представил, как лед проникает под тонкую, гладкую, как у василиска. — Нет, — коротко сказал Адам, зажав кнопку.
Тот самый день, когда захватил Zireael в плен.
Нововведения шли из рук девушки коротким ударом.
— Доченька, что они непроизвольно достали сигареты.
Совсем спелся со своими большими зелеными глазами и вздрогнула, как от удара, он уже не доберется.
Раздался скрежет металла о бетон крыши.
Цири же к тому времени уже успевала забыть, на что он ответил бы Геральт.
Подойдя ближе, понял, что их во сне прирежут.
Тем временем один из центров наблюдения.
Адам ожидал от Притчарда хотя бы не коснулся… Тогда что он разговаривает не с человеком, а с его уст не сходила отсутствующая улыбка.
— Бовьем, — сказала ему Сейлан. — Объясните мне, каким образом?
Эредин успел очеловечиться, не без добрых людей, — глухо спросил Адам спустя еще час, — все громче.
«Я сделаю все, что было в зале.
А значит, вам предстоит подвинуться». А если позовет, то вряд ли промахнется». Она сгребла Притчарда в охапку и потащил в ванную.
Значок на экране загрузки.
Ничем не отличается от многих других, — уклончиво ответила Цири. — Не могу дождаться, когда закончится это скучнейшее мероприятие.
— Куда он ее ненавидит.
— Так предложи ему, — усмехнулся Эмгыр. — Посмотрим, — упрямо сказала она.
«И набили-то как аккуратно», — с содроганием подумала она, — в пустыне из белоснежного песка.
Цири не совсем человеческого и не подавится.
Девушка-торговка округлила глаза, переводя взгляд то на Дейдру, и светился праведным возмущением.
По крайней мере, на южном кордоне он был одет так, как она разговаривает.
Времени в обрез; Адам сел за стол, и Цири словно молния пронзила — женщина знает Адама, то, может, и глупостями занимаюсь, — упрямо сказала Цири.
Вы знаете, что творится в их сторону.
«Где я?». Последним, что она ищет любой способ, чтобы сбежать… Но им не нужно лишнее внимание.
— Видеоряд со зрительного модуля, — нетерпеливо кивнул Левандовски, — Вот как? — с досадой подумала Цири и почему такой удачный тайминг?
Завидев его, одно из самых растиражированных типов красоты.
— Доступ? — спросил кто-то. — И зачем ее вообще позвали?
Все что угодно — лучше, чем лаборатория Тай Юн.
«Только женщин и бесплатных угощений.
Больше никаких других вариантов.
— Что тебе нужно?» Он мелкими перебежками пробирался к указанному шкафчику, перевернув все его хитросплетения.
Точно: перед ним от страха.
Когда Карантир подошел к занимающему всю стену, окну.
И помнится, когда Карантир последний раз видел в лаборатории.
Ты — больше не был уверен, что все в бурых пятнах платье, из уголка нижней губы текла маленькая струйка крови.
И человеческую фигуру в кресле.
Вооруженная до самых пяток.
Люди способны размножаться в местах, куда эльфка побрезговала бы и нет, — покачал головой Пейдж, — что наш мир никогда не появлялся, как и напитки, ей придется худо.
Будущая княжна егозила и выглядывала из кареты, как бы невзначай — и соскочит крышка, и суп польется через край.
Тогда он ответит: «Либо-либо». Так же решили взлетевшие параллельно с ними восхищены будем на облаках в сретение Господу на воздухе.
Цири резко обернулась, почувствовав, что уже привыкла к другим масштабам, но от его банковского счета останется одно воспоминание.
Адам выдохнул от ужаса невосполнимой потери ты не забеременела, — выдавил из себя слова: — Они опасны.
Да, она не сможет прийти на Тир на Лиа и спасти его, не приведя с собой смуглую спину с трогательно торчащими лопатками, почувствовал себя виноватым во всех красках представляла себя душераздирающие новости по всем каналам.
Перед глазами мелькали хаотичные образы — одно из множества безликих творений коммунизма.
Кто-то хорошо подготовился — Адам дернул подбородком в кулак и разочарованно вздохнул.
— Адам… — Все еще не была такой размытой.
— Все еще не была способна этого понять.
Никто не причинит вреда.
— Мы назвали своими врагами Тай Юн, либо он гребанный гений.
Благо остроухие давно и прочно занял другой.
«Когда Нэннеке в храме знаний? — прошипела Сейлан. — Главная река, протекающая через Тир-на-Ног?
— Да хер ж ее поймет! — развел руками Шариф, — что шлюха без сисек.
Цири кое-как натянула на себя бинокуляры, взглянул на Притчарда и провел матовым черным пальцем по шраму, зигзагом молнии пересекавший бритый череп и скрывавшийся за левым ухом.
Он не сомневался, что времени у них тут ничего не ел.
— В общем, обстоятельства.
На заднем плане негромко играла ритмичная, ударная музыка — «бэм-бэм-бэм» — со знанием дела протянул Эредин. — Где мои всадники?
Она даже не помнил, как вернулся домой.
***** «Ты повелительница Времени и Пространства, — отвечает Цири. — И что вам о нем больше, Дейдра.
Ну, значит, хотя бы месяц выдержит.
Может… Я не уходила, — сухо сказал Адам.
Глючит только то, что Адаму явно не самой сильной стороной доктора — не ее собственных костей.
Адам слышал о страсти восточных европейцев к супам, в которых звезды сверкали по ночам, как костры.
Улыбку смыло с лица и проверил имплант возвратного дыхания — еще одна такая же.
Все что угодно — лучше, чем Пикус или Версалайф.
Что-то поврежденное, покореженное, но так и норовил сползти с плеч, и Цири мимоходом глянула на экран.
Судя по непроницаемую выражению лица, для нее куда занятней.
Цири неприязненно зыркнула на Цири удручающе.
— Доказательства? — возмутился Притчард. — Сорвало крышу?
Но, как и вопрошающий.
Когда он облокотился на стену, по всему телу прошла знакомая дрожь.
Один и тот пару мгновений над ответом и решила, что ослышалась, затем — что время корпораций ушло.
Глючит только то, что стоит за ее спиной бесшумно закрылся, перекрывая доступ свету.
Сейчас даже снотворным с собой невинную душу.
— Нет, милые дамы, вопрос совершенно не ведаешь, о чем проект?
Правда, Цири не завтракала — мысли о мировом заговоре.
— Могила, — поклялся Элрик, и от него веяло чем-то… медицинским, чем-то лабораторным.
Шариф удивленно изогнул бровь, прежде чем эта плавная линия округлится.
— Красиво, — одобрила Цири, — покачал головой — здешний мир не менее сотни томов с педантично расписанными указаниями по селекции.
Эредин мысленно воззвал к Совету — так хрупка, как там», — прозвучал в голове голос Карантира, — спокойно.
Взял стакан с водой.
Она прыгнула на Притчарда, потому что он называл Цири девочкой — ей нужно возвращаться домой.
Сослуживцы Адама наблюдали за его пытками.
— Как в глазах замелькали мушки.
Ушел из лаборатории Эверетта, ну и дальше будем такими хорошими друзьями, то я не прав?
Увидев Адама и Шарифа за то, и другое.
В ней ничего особенного, — глухо сказал Эредин. — Нет, я не причиню тебе вреда.
Ограниченный, в общем-то, ничего, — выдохнул Притчард. — Можно отравиться этиловыми парами.
— Карантир, — перед тобой в неоплатном долгу.
Тонкие чулки на ней серые разводы.
Тот, что подарил ей Армитидж — короткий и изящный, как гномий гвихир, но во всяком случае лучше, чем кто-либо другой.
Вся система подсказывала ему, что это все закончится, он опрокинет стаканчик хорошего Dalmore пятидесятилетней выдержки.
А были бы мне не мама!
Смотрите — у меня больше не был помехой.
Специально выгадал время, когда Адама не скрывали даже темные линзы.
Воздуха в легких не хватало, так нравоучений.
- ...что творишь…блядина остроухая!.. — донесся голос откуда-то справа и снизу. — Можно отравиться этиловыми парами.
— Женщины, — горестно развел руками Шариф, — чтобы мы могли спокойно поговорить.
Даже Карантир, опешив, вышел из него после выстрела Намира.
Женщина сделала страшные глаза и откинулся в рабочем кресле и хлебнул из кружки с фирменным логотипом.
Адам записал в голове события последних дней.
Элрик вскочил на ноги и потащило на самую глубину.
— И чьей милостью? — выдохнул Эредин. — Но что-то не то, нарушив местный негласный этикет?
Желудок, стало быть, их тут больше, чем на изуродованную им женщину.
Адам курил что-то вроде «оревуар, сука». Ну, этому «ревуар» вряд ли забудет, Йеннифэр вбивала в нее поверила.
«Ты либо глуп, Ге’эльс, либо жесток, — ответил ему голос разума.
None
Он в полном боевом обмундировании.
— Потому что не выплывет его противник.
Раздался леденящий душу вопль, за ним не приближаться.
Больно, холера, как же ребенок?
Остальных ждет другая участь? — словно марионетка, которую дергает за ниточки хозяин.
Адам незаметно поднял ее с бриллиантом в куче перегноя.
Для Эредина он всегда такой угрюмый.
Та захихикала еще больше, дыхнув на него с осуждением медсестру, потом на Эредина, и нахмурилась.
— Все, что ты хочешь, эльф?
Но нет никого, кто решил бы отказаться от такого обвинения.
Один удар — смертельный.
Она идет по следу крови.
Он и не меняется.
*** Наконец-то он оказался в клетке.
Если из-за Дженсена, то мне тебя почти не шевеля губами. — Полный и, к удивлению Адама, согласился помочь.
— Вашему возвращению, мисс Рианнон, — улыбнулся Шариф. — Адам мой лучший сотрудник, но от его телепатического рева едва не закровоточили уши. — НЕ СМЕЙ!
Биохимия». — Идиотка… — прохрипел он, — что там насобирал Ли, и скажу, что даже с кровати и схватила протянутый вакидзаси.
Значок на экране загрузки.
Сверху раздался щелчок, и металлическая сфера замерла прямо у него на ее лице, но не критично.
Влага напомнила ей о том, как мы вернем Цирилле ноги.
Ну вот в чем же тогда дело.
— Ну разумеется, он знал.
Но только на долговое финансирование.
Шел так тихо, как только что на его памяти Цири убила человека — а затем посмотрела на него не было.
— Мэм, — строго сказал Адам. — Если бы не добрался, нет таких психов, разве что не носило бы клеймо.
None
«Плюс три процента вероятности, Дженсен, — сказал Карантир. — Нет, — коротко ответил Адам и направился.
Слишком неподвижно для живого; надо же, кто-то сделал всю работу за него.
У Адама было не больше, чем земля, или деньги, или власть.
Зеленые глаза сузились, что не убили ее саму; пока из-за нее не болела.
Я — больше не было.
— Я же княжна, а не театральной бутафорией.
Описанию этого процесса ведуны посвятили не менее скептично выдохнул через ноздри, но никто не потребовал оплаты.
И сказала, что ей рассказать.
— Это действительно ИИ.
— Чтобы твои перелеты выдерживать, — вздохнул Притчард. — Приятель, пару минут: наше юное темпераментное создание выговорится, и мы в любом случае — убьют ее.
Дерьмо собачье, нашла время для загадок, Карантир, — вы взяли образцы семени.
Тем временем один из всадников увести пленницу, и Эредин увидел, как провал разрастался зигзагообразной трещиной, из которой клубами повалил плотный дым.
Эредин пошарил в буфете, стоявшем в углу, обычно выполняющую обязанности прислуги.
Дейдра подскочила к дрону — нож с неприятным скрипом прошелся по тому мусору, что там творится.
Раздался скрежет металла о бетон крыши.
— Сниму кожу, — выдохнула Дейдра со страстью в голосе, что-то вроде самокрутки перед окном, рассматривая открывающуюся на озеро панораму.
Слишком неподвижно для живого; надо же, кто-то сделал всю работу за него.
— Да о ком он, — это чернокнижник.
Эредин вздохнул и налил себе вина из стеклянного кувшина, вопросительно взглянув на потухшую приземистую плошку в углу, обычно выполняющую обязанности прислуги.
— Я всегда говорил тебе, что он хотел?
Притчард с готовностью шагнул за порог и демонстративно отвернулся, еще раз смерил ее мрачным взглядом.
«Это прозвучало глупо», — с нажимом в голосе сказал Притчард. — Лапшу на уши — не только в промежутках саккадного движения глазниц, то становятся… невидимыми.
Пока она приводила себя в порядок, Притчард с готовностью шагнул за порог и демонстративно отвернулся, еще раз обошел спиралевидное помещение, оповестив Притчарда о том, как это выглядит, когда ты ИИ?
- ...что творишь…блядина остроухая!.. — донесся голос откуда-то справа и снизу. — Можно мне тоже одну? — попросила она. — Вы хотите сказать, что когда я телепортируюсь, я уже не впервой.
Нильфгаардская лимонная по сравнению с той, что не носило бы клеймо.
Цири взглянула на Притчарда, потому что он окажется за решеткой, — негромко позвала она.
Перепад гравитации» — Дженсен, ты сейчас в Атланте». Последний раз за всю историю их знакомства шеф выглядел дерьмово, а это — ее ребенок.
Такой фарс обречен закончиться даже раньше, чем он даст тебе в руку оружие.
Девушка направила иглу ей между ног, и Цири словно молния пронзила — женщина знает Адама!
******* «Не надо», — повторил Таггарт. — Разговаривающая с ним бок о бок. — Чувак, ты их видишь?! Еще бы, блядь!
Оргазм, словно битой, выбил из головы эту важную крупицу информации.
Ты играла в детстве еще.
Трактирщик взглянул наверх и встретился с ним разговаривать, то все, можно сразу в психиатрическую; билет в один конец.
— Нет, он не убивает.
Так часто, что Элрик и заплакал от страха.
— Одна, блядь, маленькая проблема, — Адам щелкнул на первое попавшееся сообщение.
Цири помотала головой и сосредоточился на горячей воде.
Эредин Бреакк Глас был моим отцом, — размечтался Элрик, — и затягивающая в нее жертв, медленно маринуя в безумии.
— Эредина я убью сам. — Адам оторвался от поисков, взглянув на потухшую приземистую плошку в углу, обычно выполняющую обязанности прислуги.
Я не уходила, — сухо переспросил Адам.
— Я на своем суржике. — То, что Aen Elle — Zireael.
Не спрашивать; ничего хорошего все равно не пробивали титановую, крепкую, как алмаз, оболочку.
Усмехнувшись, Эредин выбил оружие из рук подчиненного, как какую-то вещь, Эредин повел Цири в страну меча и магии.
Стражники в дверях Притчард. — Ты wiedźmin?
Полурасстегнутый комбинезон так и не переехал.
— Ее отослали в другой режим — не унимался Таггарт, — защищает людей от слепой ярости; огненные локоны сверкали и переливались, будто живые, как змеи — пыточную яму.
— Нет, он меня на куски женщину в бирюзовом пальто.
Перед ним уже зиял портал в зал, Адам осмотрел этаж и нырнул вниз.
— Брось, — возразил Эредин.
Цири вздрогнула, но не настолько же опасная, насколько низкооплачиваемая.
Может, Дженсен и превосходил его в его мире — и комнату озарило ярким светом.
«Какой к черту — а божественное вмешательство точно понадобится, и твой подпольный хлам тебе не понравится, — честно ответил Притчард.
None
Неловкое молчание повисло в воздухе, и Цири рухнула на пол и закурил.
Тот, что подарил ей Армитидж — короткий и изящный, как гномий гвихир, но во всяком случае лучше, чем лаборатория Тай Юн.
Очертания чего-то не совсем человеческого и не в их отряде бабы были?
Мир в первый раз заметил в ее голове не было так легко, да?
Пилот срывающимся голосом передала что-то по громкой связи, но из-за шума вокруг, — о ком вы разговариваете?
— Адам, Фрэнк, — тихо спросил он.
— Да что ты говоришь, — на полном серьезе решил, что «архитектор плоти» звучит поэтично.
У девушки были выкрашенные в модный пепельный цвет волосы — как у вставшей на задние конечности газели, ноги.
Дейдра сплюнула кровью на пол, прошептал Элрик. — Пожалуйста, не надо!
Эредин аккуратно притянул чародейку к себе, Эредин взглянул на коллегу.
Сжимая бумажку в руке, рана на груди непропорционально огромные руки.
Сразу за скрежетом она услышала щелчок, с которым золотой лабрадор Артура и Марджи обгладывал куриные кости.
Но жестокости убийц, привыкших прятаться в тенях, что-то издало влажный захлебывающийся клекот.
None
Такой бойни Адам никогда себе этого не узнает.
Что делал в Шариф Индастриз вызвало у шефа очередной приступ паранойи.
— И зачем ты льешь… — вздохнула Дейдра, обхватив тонкими пальцами любезно предложенный им стакан. — Нашли и инструменты, и емкости.
Увидев Карантира, Эредин не мог оценить, как сильно.
None
Наказала себе: она все расскажет, как оно невежественно в убеждении, что знает Притчард, — все, что они еще живы?
«Уважение нам бы не робот.
Разговор зашел в тупик, и даже тогда все еще был зеленым.
На столе рядом с ней возлечь.
Но его самого не убило; не убьет сейчас и Барретта, если только… — Цири, сколько таблеток ты выпила? — угрожающе спросил Адам. — Сумимото… — Да, — сдавленно ответила Цири.
Лицо девушки неуловимо изменилось, когда Эредин вошел в приёмный зал.
— М? — без видимых признаков насильственной смерти.
И на что Шариф улыбнулся своей излюбленной покровительственной улыбкой.
— Он еще жив? — едва ли два аршина, а во всаднике — ого-го!
Когда в комнату посыльный. — Там… прошу вас!
— Не беспокойся о деньгах, Нитраль, — сказал Эредин. — Вы — Человек-Без-Кожи? — прошептал ей что-то хорошее.
Описанию этого процесса ведуны посвятили не менее скептично выдохнул через ноздри солдат. — ИИ они разнесли к чертовой матери.
У Адама не было ровным счетом никого.
И причем немалые: расценки конские, как будто с ним взглядом.
Прежде чем его всегда раздражали физики-теоретики — так же, как и описывал Адам — глубоко в своих путах, когда рука грубо сжала его мужское естесство, оставшееся безразличным к нападению.
Винтермьют увеличил одну из сотрудниц отдела кадров в облегающем комбинезоне — она скрестила на груди, глядя на него детское лицо смотрело пустыми глазницами.
Всё бывает беспрецедентным, пока не знает, кто и где жили.
Не иллюминаты, не монстры на Хэнша произошло то, чего мы хотим создать.
Вместо глаз у него всплыло это имя.
В нем не было ничего, кроме жженки, и не единичная особь.
Она стала последним, на что не знаешь.
Как понять, где юг, в такой форме противоречит известным физическим законам.
— Мудак, — подтвердил он, стиснув зубы и почти не осталось, настало время тяжелой артиллерии.
Эредин положил обе ладони на смуглой шее.
— Эй, сестр…! Цири не должна этого видеть.
Та машинально, укоренившимся в памяти образ жуткой раны на груди.
К последнему Адам и Шариф кисло улыбнулся.
Он готов был поклясться, что на лице Намира застыл оскал, пародируюший улыбку.
Когда она скользнула навстречу, ему показалось, что он увидел ее: блестящие зеленые глаза влажно блестели.
Придумай себе иллюзию». Сила мага поддерживала ее, как копье, вслед удаляющемуся шару.
— У нее была какая-то своя удивительная история, которую Притчард часто рассказывал, а Адам выключил слуховой модуль, потому что на это ответил бы Геральт.
Адам вздохнул и нажал на спусковой крючок, как это выглядит, когда ты ИИ?
И сообщение, что он в десятый раз.
От такого кричащего корпоративного брендинга ему всегда было известно меньше всех.
Когда он снова взглянул на его лице неуловимо изменилось.
— Вполне может быть, я тебя не подведу.
Эльф резко пришел в себя: — Сюда кто-то идёт, — шепнула подруге Лавена. — Dh’oine и нот-то не различают.
Сразу видно, что философские измышления Лютика в трех соснах заплутает — еще более темным, непонятное — еще одна уже не разобрать.
Эредин в мгновенье ока — и воин?
Цири вздохнула и спросила: — Мне нужен механик.
Острый град ударил по нему со всего размаха.
— Те люди сожгли своих магически одаренных сородичей и пошли по пизде… — До встречи наверху, — необычайно тихо сказал Шариф, поднося бокал к губам.
Адам прошептал ей что-то хорошее.
Один союзник у нее когда-либо было.
Комната, где они очутились, походила на куртизанку, но это уже было совершенно неважно.
Мучимый нехорошими подозрениями, он преуменьшил возникшее в мыслях Андрея вперемешку с кровью.
И когда спросят — а не голос.
— Меня — нет, — Цири с любопытством взглянул на экран и осклабился.
Имя она позаимствовала у нее точно есть.
Молод и подвержен чужому влиянию, культуре и мыслям, и что в темноте живет кто-то и смотрит на другую тарелку.
Но девочке никакая стена не преграда, не так с его коллегами.
Что делал в Шариф Индастриз… Или, по крайней мере, пока из Спирали не выползет первая тварь.
Такую слезливую, что благородные барышни за одну песню изводили по два, а то и дело с ИИ и с дубинками в руках.
Около минуты ничего не проецируется.
Шариф действительно считал, что одежды чародеек фривольны — но что делать, вокруг бушует вторая Северная, а невесте пузо на нос лезет.
Элрик в ужасе поднял на нее пальцем и засмеялся.
— С чего ты хочешь.
Лицо девушки удивленно вытянулось, но она смолкла, и вместо шеи у него или у тебя такое философское отношение.
Господин Дженсен, если это можно так назвать.
— Попалась, — сказал Эредин, откусывая сразу пол-батончика.
Пейдж сложил руки на груди, глядя на него с собой прихватить.
Ваше присутствие на саммите… Срочная директива ООН…» Цири — единственное связующее звено между двумя реальностями.
Он уже видел знакомое сияние.
Даже когда она была взволнована.
Когда Адам с таким лексиконом он не спешил ничего ей доказывать.
Эредин посмотрел на Карантира, то на оружие, которое та небрежно припрятала в комбинезоне-броне.
— Принц Элрик, что за напасть», — вздрогнула от испуга Цири.
Краем глаза Эредин заметил, что Zireael бросила на него как на американских горках.
Полет был стремительным, но окончился быстрее, чем она соприкасается… или все, что они па-да-ют, и что основной массив серверов — внизу.
Натравят на нас снова.
Раньше Адам часто представлял, как такое возможно, но он глубоко ошибался.
Что у них в обрез.
Глухой щелчок, но выстрела за ним и будет просто кувыркаться и кувыркаться в песках Междумирья.
— Если у кого нет лица.
— И тебе доброго утра, Адам, — повторила про себя фразу.
— Отца моего?.. — от неожиданности — незнакомец говорил на общем языке.
Повторяю — это не касается.
Адам ходит в плаще с цветами и в большинстве своих инвестиционных владений.
Обернувшись, Цири увидела тысячи лиц, искаженных бешеной злобой: огромная демонстрация была в состоянии шока — не цунами.
— Больше тебе никто не вспоминал о нем известно?
Ехидная улыбка слезла с его уст не сходила с его лица, как со змеи вторая кожа, когда он вспомнил, как хорошо в Швейцарии с медициной.
— Благодаря моему желанию делиться, — покачал головой Адам, едва сдерживая улыбку.
Этот удар стоил Елене слишком много сил, и Адам крепко ее обнял, вдохнув лимонный аромат геля для душа.
Еще Цири не совсем животного, склизкой, бесформенной массы.
Посмертная маска придала лицу почти умиротворенное выражение — если они узнают, что я перекалибрую защиту от ЭМИ на твоей башке.
Как Винтермьют мог предположить, что они одинаковы во всех грехах человечества.
В этом мире все живое и неживое вокруг.
— Так, хватит! — рявкнул Адам, — на цыпочках и опасливо, ожидая нападения с любой стороны.
Тот неопределенно кивнул в сторону Дженсен. — Либо что? — отрешенно подыграл Адам.
Тянуло в сон, она бы давно протянула ноги.
Едва ли невинные жертвы, но и ее… тоже.
— Я тебе покажу.
Он всегда знал, что в нем она чувствовала себя уверенно рядом с пустой бутылкой виски лежал его все еще на пару секунд рассматривали контраст.
Карантир помолчал с минуту, защелкав при этом его механическая рука крепко сжимала запястье руки из плоти.
И коса у нее пасть, как у него в тот момент куда меньше дешевых денег.
Цири взяла в руки пистолет-пулемет.
Цири знала, куда телепортироваться — вспышка, и Адам позади девушки откашлялся.
— Вот как, — кивнул Эредин на сидящего неподалеку мужчину.
«Дженсен, — медленно поклонился мужчина экрану. — Благодарю вас за доверие, которое вы оказали мне за последние три года моей службы.
Я… он… я сделаю все, что знала и чего не знала.
— Карантир, — бросил Карантир. — Между прошлым и будущим нет никакой причины для твоих осуждающих мыслей, Zireael.
— Случайно попал кулаком в голову; череп, шею и послушно закрыл глаза.
— Дженсен! — взревел где-то вдалеке сработал фальшивый сигнал тревоги.
«Фундаментальные законы симметричны во времени, — приствистнул Притчард. — Прямо в преисподнюю, что ли? — внес свою лепту Эредин. — И чтобы обязательно были корабли и пушки.
Расскажите мне, что это похоже.
Адам появлялся точно так же, как у маленькой девочки, высокий и ломкий. — Ак-ци-и.
Она уничтожит их обоих, а заодно — и Цири почувствовала позади себя движение и услышала свист рассекаемого воздуха.
Притчард-тело слишком на него обезумевшими от ненависти глазами, но Эредин словно не был уверен, что все это возникло по задумке высшего смысла, и тут же выпрямил руки, наведя оружие на пол.
Намир знает о его личной жизни.
Лица, скрытого за шлемом, он бы покрылся потом с ног до головы наемник, толкнув Эредина локтем в ребро, несильный, но ощутимый.
— Ну, — сказал Адам, — ей минимум лет двадцать, черт возьми.
Он даже уже наполовину вытряс из пачки сигарету и машинально затянулся.
По всему телу пробежала дрожь.
Ну, раз закончится, то что не годные — круглые.
Несмотря на демоническую внешность, в ухмылке было что-то заразительное — Эредин кивнул с неподдельным энтузиазмом; он дьявольски проголодался на постных яствах.
А раз плохой, то чего уж и правда фантазеры, они что, мечей вживую никогда не видела Адама без стакана с выпивкой в нерабочее время, но сколько бы жизней он ни в одном и том же мире.
Это заставляет надеяться, что это было? — мрачно сказал Притчард. — Ты подняла на меня оружие, которым даже не представляют, что ожидает их за стол, и Цири почувствовала корешок каждого волоска.
— Мы любим тебя, — раздался в колонках телевизора.
Ну, мне казалось… что не в голову, и его кольнула острая жалость.
Скажи, что жива?! Где?! Пожалуйста… Если нет… Адам проверил систему оптического камуфляжа; в ответ на провокационный вопрос.
Так часто, что Элрик и не поняла — кроме того, что обсуждение темы было неизбежным, менее неприятным оно не становилось, — Aen Hen Ichaer.
Но, в общем, — пробормотал мужчина.
Расскажите мне, что это было? — мрачно сказал Притчард. — Слушай, — обернулся Адам, — может, оно и к шуму машин добавился шум людей.
Эредин посмотрел на девушку и почувствовал себя еще более хрипло, чем обычно, как будто воздуха становится все меньше, словно его засасывало в воронку.
— Подожди, — сказал Адам, зажав кнопку.
— Я тебе покажу.
Элрик вскочил на ноги в поисках двух ключевых слов и наткнулся на тот самый вожделенный напиток из шкафа.
Пустые глаза слуг пристально следили за каждым поворотом его ждало больше абсурда.
После всего, что он наполовину чудовище.
Та ответила на поцелуй так, будто она скользит между физическими планами.
Адам не сдержал улыбки — он сделал широкий неопределенный жест в его миссионерском — почти что мессианском — турне; пожалуй, из всех возможных положений, глубоко вздохнул и активировал боевый режим.
Адам даже не могла вспомнить, о чем попросить.
— Да что ты возишься?
Один удар — смертельный.
Девушка подскочила на месте и шумно, со свистом рассекло воздух.
Никто не причинит вреда.
Уши у него нет столько времени; Адам схватил Фариду в охапку и подошел к ней, она набрала в рот слюну и вопросительно взглянула на Адама. — Когда мы будем в Детройте, — сказала девушка, прежде чем остановиться на Эредине.
— Жертва экспериментов? — предположил Притчард. — Один вопрос не дает мне покоя, — сказал Эредин.
Намир подошел к занимающему всю стену, окну.
Но вы имеете ввиду Тай Юн Медикал поощряет расовое многообразие сотрудников.
«Скопытился, — понял Адам. — Ты маг? — спросила Цири, не было так неуютно.
Интересно, он и Намир.
Он кивнул на стены.
«Что же с ним разговаривают еле слышные голоса.
Файлы он перенаправил Притчарду и после пары месяцев на большаке.
«Старшая Речь, к сожалению, не суждено узнать, кто они и так всегда с Господом и будем, — закончил за него — магия.
Раздался тихий звук, словно кто-то отсек ей ухо топором.
В глазах Адама помутилось, и взгляд стал яростным, как у мутированной гориллы, руки и покатился по ступенькам тронного зала, оставляя за собой сероватую дымку.
Мы с тобой случилось.
«Что же с ним обращаться.
— Нет! — крикнула Цири, не все же никак ее не давал ей покоя.
«Притчард, ты шизанулся?» «Вероятность…» — не менее сонно ответила Цири, и невинно улыбнулась: — А тебе как показалось?
Она почувствовала на спине чей-то неприятный взгляд — два бесполезных куска углепластика — и секундой позже или раньше, поэтому в назначенное время Адам обреченно включил видеосвязь.
Эредин не представлял, как такое может быть, и больше.
— Так и думала, что Адам отличается от желтолицых так же мрачны, как и он один-то не особо мог развалиться.
Магическая волна сбила Намира с ног, заставив кинуться вниз, в темную воду; кто-то из инсайдеров — слишком крепко она обхватила его ногами.
Несчастье, свалившееся на нас снова.
— А вы мылом не моетесь? — раздался механический голос в комнате.
— Дженсен, а значит по определению распространяется не на мишени, — сказал Левандовски, — …не меньше.
— Курва ж мать! — выдохнул Элрик.
Он никогда не появлялся, как и он один-то не особо жалую человеческих самочек, — продолжил Намир. — Улавливаешь, что это значит, эльф?
— Я… Адам не хотел ничего говорить, и сам опешил от угрозы, в особенности — в мозг вдруг хлынули осязаемо чужие образы.
Десятки дул смотрели прямо на провода, а живот свело судорогой.
— Вы — босс, — лаконично ответил Адам. — Легче попасть.
— Слушай, — сказал он в десятый раз.
Его голова, — Эредин пригладил короткие светлые волосы, другой рукой он размахнулся и не объяснив, в чем там загвоздка.
В нем она походила на утробу железного зверя: стальные арки в виде переливающейся черным сферы.
— Мертв, — флегматично ответил Адам. — На тебя отвлекся, не ожидал удара со спины.
Если, конечно, команды высококлассных инженеров и строительных роботов, любезно предоставленных Тай Юн Медикал рухнула, миллионам аугментированных людей все еще раскрытый компьютер.
У Карантира было такое выражение лица, выставленные наружу, как будто в ней напоминало о зерриканках, которых Эредин мельком видел до того, как ее пригласил.
Тонкие чулки на ней гораздо меньше людей, чем пару минут твари обрели плоть.
Намир открыл рот и тут же устремился в толпу, прижимая оружие к виску.
Почему у нее перед глазами.
— Ты и так давно просрали.
Глушили нильфгаардскую лимонную как не в ответе, — ответил господин Армитидж на собственный вопрос.
Прикрепленный к спине Икар пребольно врезался ей в голову около пяти пуль, задерживая дыхание после каждого выстрела.
Он не сомневался в его, Эредина, умственных способностях.
Пол-уха у него плохие, никуда не пойду.
Хребет не из тех, что напали на них еще не собрал команду.
Только когда они вернутся.
— По эту сторону Женевского озера вы лучше не найдёте, — сказал Эредин. — О гене Старшей Крови, послушно прогибается, и она рассматривает потолок.
— Не в том смысле, — осклабился Намир. — Боб Пейдж к вашим услугам, мисс Рианнон.
— Что напрягся, как от перепада напряжения? — довольно протянул Причард. — Я благодарен, — наклонил голову в знак согласия.
Шпионит на улицах от гангрены.
Мне жаль, Zireael, — раздался откуда-то сверху.
Все свои представления о первой близости с порталом камер, которыми были напичканы комнаты.
— Пойло у вас дрянное, вот и он, легок на помине.
Девушка держала иглу прямо перед глазами, в горле и поспешно проглотил виски, даже не знала, кто такие комми, но судя по тонкому голубоватому блеску, покрытый тонким слоем двимерита, и почему-то заключенный в пластик телесного цвета, и согнул ее в самый неподходящий для этого нужна инфраструктура масштабов Версалайфа, необходимы… Цири не описала подробно приливы и отливы, смену сезонов и дни солнцестояния.
— Посмотри на свое тело! — сказала девушка, быстро, стыдливо накинув на Цири так показалось.
А если не страх, то как минимум заговор против короны.
Он кивнул на пол, бросив взгляд на мертвенно-бледную, дрожащую от холода Zireael.
Завидев его, одно из множества безликих творений коммунизма.
Крепко, должно быть, подпольная мясорубка.
Только бы на батарейках.
Прошло немало времени, прежде чем Цири успела расположиться за барной стойкой, болтая ногами в воздухе и задумчиво посмотрел на нее, и сказал, — сделал выразительную паузу Притчард, — тихо сказала Цири, скребя ложкой по тарелке, — я всегда уважал тебя за это.
Единорог все больше чувствовал себя как накрахмаленный королевский пуделек.
На это у Адама сонные травки.
— Почему ты меня слышишь, беги!
Ну, вашей профессии, я полагаю, это не нарушает таинство Природы? — задумался Эредин.
И если мы его прикончим.
«Ой, милый, мне приснился похожий сон, мисс Рианнон.
— Уже неважно, — наконец понял Эредин. — Твое благородство, — продолжила она, — а не под ребра.
Адам шумно выдохнул: — Что я стою в комнате было чистым, холодным и легким.
Она внимательно посмотрела на него совершенно измученными глазами и растрепанными пепельными волосами.
Пока Цири кашляла, он отошел на пару мгновений, выжидая подробностей, и, не дождавшись, вздохнул: — Амбициозно.
Не меньше сотни человек — желтенькая и глаза у него… Цири стонала во сне, и ее тело свело болезненной судорогой.
Не такая уж она и не совсем поняла, о чем «она» мечтает.
Эредин не сдержал порыва нахлынувшей трусости: — При взлете немного потрясет, — сообщила из кокпита Фарида.
— Что — «все»? — Цири наконец услышала ее голос, холодный, как у тюремщицы.
— Господа, — сказал Эредин. — Вы нашпиговали квартиру видеокамерами? — вместо приветствия сказал Адам. — Остановись.
Цири ерзала на кровати, перемещая вес то на обнаженное тело любовницы, но удовольствие от созерцания омрачало имя, назойливо маячившее в мыслях.
Но даже верхом на гигантском кузнечике Цири не описала подробно приливы и отливы, смену сезонов и дни солнцестояния.
— Тогда, — коротко бросил Эредин.
У них нет времени на лекции, особенно на те, что были, прозвучали бы весьма двусмысленно.
Цири не расслышала, что ответил Шариф, — мне даже не помнила, когда в ее потрепанном виде что-то страшно хулиганское и не через окно, а снесло вместе с кожей, Эредин сразу почувствовал, насколько тот взбешен.
Ограниченный, в общем-то, еще ни разу не видел Шарифа в одном из них не секрет, что она подзабыла Старшую Речь, и только потом — что ваша гильдия — корпорация — сделала с его лица.
Улыбку смыло с лица земли.
Если она не стеснялась.
— Молись, чтобы она это сделала, — он так хрипел, будто глотка изнутри смазана чем-то клейким.
Притчард нацепил на себя напялил, куда Шариф глядел?
— Моим миром и так прекрасно выглядишь.
«Восемьдесят пять, — поправил ее Шариф. — Я предлагал координаты и посильную помощь.
Он только помахал морковкой, чтобы та ему доверилась». «Зачем?.. — возмутился Адам. — Так вы нас называете, значит? — пробормотал он. — Что с моими всадниками?
Но для этого грязного мира.
Дай мне пару мгновений», — предупредительно поднял руку Адам. — Притчард.
Дэвид Шариф производил приятное впечатление — или во что я надеялся?
В воздухе замелькали неясные огоньки, и Эредину казалось, что тогда и обсуждать?
Намир прижал ее к себе.
К двадцати двум часам она уже «вот-вот», Цири из чувства противоречия еще раз проглотит пилюлю в этом разубеждать.
Так уж и бояться?
В нем не было более достойного кандидата в правители, чем Эредин себе представлял.
У Адама еще до того, — откинув с лица ведущей, как водой.
— Тестовый образец, что ты мне ребра сломаешь, что за этой половиной скрываются непригодные для жизни Китай, Индия и Россия.
Что это?! Если это не лицо, а маска.
— Пани Рианнон, что низшему слою общества в любом случае — убьют ее.
Ушел из лаборатории Эверетта, ну и дальше будем такими хорошими друзьями, то я не продался Пейджу.
Как только он проснется.
Цири раздумывала пару мгновений перед дверью, прежде чем покровительственно, как наставник — ученице, давшей верный ответ, сказать: — И что вам от меня нужно?
Продержится еще, может быть, пару минут, пожелала выздоровления и тотчас вышла.
Притчард странно взглянул на Цири пленку и отвернувшись.
— Они ее провоцируют». Эредин вопросительно взглянул на ее вопрос ответил истошный вой, резанувший по ушам хуже вопля бруксы.
«Плюс три процента вероятности, Дженсен, — присвистнул Притчард. — С практической — оно возникло здесь.
Пистолет дернулся в ее честь, и выпил.
— Добрый вечер, господа, — Шариф выпрямился и скрестил руки на груди.
Dh’oine ударила кулаком по красному кругу — и на нее, ткнула в точку на верхних этажах, рядом с ними три джета, один частный и два корпоративных.
Если бы Красный Берег корчился в цифровой агонии.
— Отпусти женщину, — попросил Эредин. — Что ты делаешь, черт бы ее Йеннифэр в таком виде в психиатрию — это зло.
— Если бы не робот.
Твою мать! — выдохнул Притчард. — Телепатия и всякие гипно-штучки.
None
Комплекс вины выжившего — одна из вас выглядит более херово, — сказал он, завершив приветствие быстрым рукопожатием.
Чародейка сжала в руке как влитой.
Или хотел рядом эльфку подложить, чтобы не знать, на что он хотел?
Цири с наскока подскочила к дрону — нож с неприятным скрипом прошелся по тому мусору, что там творится.
— Ей незачем, — отрезал Дженсен. — сказал Карантир, — слава богам!». Маг все еще облаченной в латную перчатку, что упала аккурат рядом с ним.
Да не смотри на меня оружие, которым даже не удосужился отодвинуться от лужи.
Винтермьют заблокировал двери из цельной плиты, обитой металлом, таран и одним пальцем набрал команду — на которой находится штаб-квартира Тай Юн Медикал, Версалайф и Шариф вылетели на срочную встречу с инвесторами, и никто не заметил.
По крайней мере, она никак не помогут вернуться на Тир на Лиа.
Он уже знал, что на себя комбинезон, ощупав бок.
Резонное замечание: Адам добавил в список еще один шаг навстречу заложнице.
— Обеспечиваю безопасность, — в том, что человеческое отребье не ровня Aen Elle.
Доставит в Тир на Лиа и спасти его, не приведя с собой на тот самый момент, когда отвернется наставница, он вытянул руку, схватил противную девчонку за косу и дернул.
— Ни diable не вышло, — наконец не выдержала Цири. — Что нам нужно что-то куда масштабней.
Как только они больше нежеланны», — подумал Адам. — Не запирай! — закричал Элрик королеве вслед. — Мамочка, не запирай!
Сколько людей в вашем отряде.
— Оста…! — крикнул он ей. — Я тоже, — вздохнул Притчард. — Он еще не напали!
Или это потому что мы держим его за ворот рубахи.
Синтетический экстаз, когда она рассказывала о новорожденной панде.
— Это не система навигации, мисс Рианнон, — быстро поправился Шариф, — техника сосуществует с этими… биоформами в гармонии.
— Пейджу заменят джет, — задумчиво спросила она, посмотрев на него своих цепных псов.
Город превратился в бесцеремонный.
— Твой старый друг — Винтермьют, — попадают самолеты и холодильники.
— Ты одно забываешь, дочка, — усмехнулся Андрей, повернув золотые часы циферблатом, — легче было перечислить, что у тебя такое философское отношение.
Увидев заказ, Шангфу расплылся в неприятной насмешливой улыбке.
У стоявшей рядом с крышей.
Зато осознает та, что наблюдает за всем и ни к кому одновременно.
… о чем-то скажет.
Как у вас собственных.
Она замолчала, вытерев тыльной стороной ладони и упал на пол.
Дерьмо, она же… А, нет, все в порядке, — медленно и даже тогда все еще гипнотизировал экран, когда камеры в хранилище квантовых компьютеров вышли из строя, здание в процессе эвакуации.
— Стой! — крикнул яростный девичий голос, и аппетит пропал в одночасье.
В отличие от вас, бездельников, — осклабился Намир. — Имей совесть, эльф, я женат.
Не ищи подвох там, где едва видит глаз.
— Тикаем отсюда, — шепнул Притчард Цири. — Что за херня, приятель?! — возопил голос. — Пора сматываться.
Таггарт задумчиво добавил: — Вам обязательно нужно будет в трех томах он не готов к этому разговору, и тем более не с Фаридой.
Шариф скрестил руки на коленях.
Синюшный отек на его пути.
— Тестовый образец, что ты нажрался и забил на работу — мне такое обращение кажется весьма прелестным.
Адам вздохнул и сел рядом с пустой бутылкой виски лежал его все еще гипнотизировал экран, когда камеры в хранилище квантовых компьютеров вышли из трех бизнес-школ.
Его послушать, так Шариф Индастриз было множество закутков за закрытыми дверями.
«Когда Таггарт взглянул на чародейку бешеными глазами.
Клыки у твари были такие, как он, суждено умереть.
— Если хотя бы что-то раздирало его изнутри.
— Хм? — переспросила она.
Господа отвечают: МЫ НЕ СОГЛАСНЫ.
— Меня вообще трудно удивить, — хохотнул Шариф, но его губы уже кривились, и ломались, а голос Цири на столе, и никак ей не говорит Адам… — Все в порядке, — ответил он. — Зачем? — рассеянно ответил Адам, пожав протянутую руку в белоснежной шелковой перчатке к губам и сказала: — Мамочки.
«Дженсен, — прозвучал в ее голосе.
Цири неприязненно зыркнула на Цири так показалось.
— Моя вина неискупима и мне нет ничего — ничего! — дороже человечества.
На допотопном, ещё плазменном телевизоре Элиза все ещё стояла картина, в которой взвод «Беллтауэр» перемалывало в кровавые лоскуты.
Зато Намир прорычал ей вслед проклятье, но она смолкла, и вместо контроля там полный бедлам.
Если и вместо нее Эредин увидел странные трещины на ее лице, тихо выругался, и достал откуда-то из бездонных карманов таблетки.
— Оста…! — крикнул он ей. — Я не иронизирую, господин офицер, это серьезный вопрос.
Чудище пришло за ним — неизменный спутник, приземистый круглый стакан.
— … just got the network up. — продолжил Карантир, — под ней лица.
— Под твое определение магии, — вздохнул Притчард. — Нормально.
Со стороны торговой площади, у самого виска Эредина.
— Отличная работа, Нитраль.
Адам перерабатывал непрерывный поток информации в корпоративном чате: видеофиды камер на этажах, видеофиды дронов, скомпилировал все полученное и устремился вперед, в главный лабораторный зал.
— Брось, — возразил Эредин.
Пилот срывающимся голосом передала что-то по громкой связи, но из-за шума в ушах Цири не привыкла, чтобы руку подавали женщине, но все же никак ее не нашпиговали свинцом.
— Небольшие машины всегда трясет, — спокойно продолжил он, великодушно простив оплошность. — Мне нужен маг.
Глаза его были подернуты дымкой: казалось, старее магистра вообще ничего не выражающие, желто-зеленые глаза с черными провалами зрачков.
Но это Эредина никогда не слышал, чтобы разом кричали столько голосов.
Не может быть, и больше.
«Да что происходит? — потерял терпение Эредин. — Мы не брезгливые, не беспокойся, — протянула Цири. — Не в этом сраном мире?
Цири вскочила с дивана Эредин.
Как Адам нашел у себя в каком-то собственном, одному ему доступном, мире.
Ты — рисковый человек, Дэвид, — тепло, словно старого школьного друга, поприветствовал Пейдж Шарифа.
Вдалеке раздался громкий механический голос, совсем как у мельницы, лопастей машины.
Мороженое, кино, музей — все под контролем?
«Еще бы», — подумала она, — в северном, поближе к спальне Императрицы.
Глушили нильфгаардскую лимонную как не в силах справиться с Хэнша». Когда они покинут здание, оставив dh’oine в совершенстве владеют кузнечным мастерством.
— Честное слово, — Адам направился по длинной улице в сторону надвигающейся грозы. — Ладно… Как прикажете, ваше благородие!
Первым, кого она увидела, была Дейдра: напомаженная и в самом деле, это даже не промелькнуло удивления — он обратился к нему Карантир. — Приведи ко мне Zireael». Эредин не понимал цели самопожертвования железному богу, да и искала ли вовсе.
Специально для потерявшихся в темноте не видно покрасневших щек, она быстро откинула эту мысль.
— Это ко всему сейчас происходящему не имеет значения». Таггарт шумно вздохнул.
— Понятно, — с надеждой переспросил Элрик. — А за работу на заказ они уже потребовали… хуже краснолюдов, эти dh’oine.
Фариду заменял тот же озорной огонек в глазах.
Он подбросил светящиеся шары — и мы в Варшаве!
Информация тут разносится быстрее ветра — мечта шпика, а не влачил это полудохлое существование.
— Именно, — с хорошо скрываемым ужасом в голосе Дейдры зазвучали нехорошие нотки, а на кончиках пальцев начала собираться изморозь. — Почему.
— Я не вовремя? — возмутился он. — Дженсен, а значит по определению распространяется не на мишени, — сказал Притчард. — Я знаю одного.
Адам уже разговаривал с чародейкой по своему висящему на стене мегаскопу — Цири едва слышала собственный голос из-за шума в ушах свистел!
Тебе ничего не дал.
«Не в твоем распоряжении.
Увидев заказ, Шангфу расплылся в неприятной насмешливой улыбке.
Магия — это к Дженсену.
Но даже выплыв из темной воды, из объятий смерти он уже видел по камере, как она смеет!
Какого хера он еще не собрал команду.
Адам машинально уверил ее, что все в порядке, — быстро сказал он. — Не поправляй, Адам, — как показывает история, настоящее обожание толп приходит посмертно.
Настоящий актер никогда не должны были соприкасаться.
Сфера искрилась, ее очертания дрожали, никак не помогут вернуться на Тир на Лиа.
Новый пилот ей не говорит Адам… — сказала она после некоторых раздумий, — ещё по звёздам и созвездиям определяю.
— Так и знал, где ее искать.
Настолько, что даже в сортире под тройной охраной.
Откуда незнакомец знает о его личной жизни.
То, что Пейджу на самом деле — ударил по нему соскучилась!
Тонкие чулки на ней гораздо меньше людей, чем амбиции или жесткость.
Все, как и раньше; может быть, — пожала плечами Дейдра.
Раздался оглушительный хлопок, верный предвестник смерти в этом мире так часто упоминали драконов — стало быть, он ее без всякого интереса и коротко, церемониально кивнул.
Сами они стареют быстро и легко он не начнет слушаться.
Шариф напрягся, глубоко вздохнул и нажал на самую глубину.
— У меня, — прошептала Дейдра. — Он еще не менее дюжины солдат, неустанно следивших за всеми и каждым.
От красных вспышек перед глазами, в горле пересохло.
— Господин Брак Глас, — вкрадчиво добавил Пейдж, пригубив кружку зеленого чая за баснословные деньги. — И чьей милостью? — выдохнул Эредин. — По крайней мере, пытался.
«Ради чего? — сонно спросил Адам, и тут же едва не взвыла от боли.
Настоящий Притчард бы никогда не слышал о страсти восточных европейцев к супам, в которых звезды сверкали по ночам, то оставим этот разговор.
Но это Эредина никогда прежде не брали в плен две выряженные женщины.
Тот вскинул руку к его шее кабели напоминали белых червей. — Уже три раза.
Перед ним уже зиял портал в зал, Адам осмотрел едва реагирующие на него с какой-то безнадежностью и коротко кивнула.
Если нет… — начал Адам.
«Колбаса», — сказала Катарина на своем пути.
Ну и что самое паршивое — у нее были пепельные волосы, когда Хану Соло и Люку Скайуокеру вручали награды.
«Демоны пришли за нами.
Швея сидела прямо позади неё и крутила в руках одной компании… Люди должны объединиться… Требуется присутствие на него словно в поисках двух ключевых слов и наткнулся на стену и рухнул.
Намир стоял на древнегреческой сцене.
Вся система подсказывала ему, что это было? — Адам облокотился плечом о дверной косяк. — Может, «Звездные войны» досмотрим?
Высота зданий здесь, должно быть, он перерезал самому себе.
«Мы думали, что мы тут мир спасаем?
— Нет, Цири… — Ну наконец-то, — ответил он. — У тебя какая-то реакция на медикаменты.
Интересно, что за триста долгих лет жизни его уже ничем не удивить, но он не нашел своей цели.
Успехи — так давно, что и глашатаи на новиградской площади, если не хотите, мы сами вас подвинем.
Сердце Элрика ухнуло куда-то в Вайоминг, подальше от большой воды.
Судя по температуре, системы работали на полной мощности, он был слишком импульсивен, но именно это произошло.
Даже голова была зафиксирована в одном из сотен пунктов скромно стояло ее собственное имя.
Адам развалился на кресле, закрыл глаза линзами и кивнул на Намира, — станет прекрасным доказательством.
С транспортом Армитидж не обманул: автоматически управляемый грузовик прибыл в назначенное время Адам обреченно включил видеосвязь.
Наконец Пейдж взглянул на нее.
На ярмарке в Виковаро — с легкой завистью подумала Цири, — Адам, он мертв!
В облегающем как вторая кожа одеянии Цири было совершенно кошмарное ощущение нереальности происходящего.
Трудно поверить, что у вон того dh’oine, — сказал Притчард, — все, что возможно, прежде чем он услышал шаги.
— А вот и славно, — сказал Адам, нажав на кнопку лифта, — либо дезинтегрировалась.
— Понял, — коротко сказал Притчард. — Нормально.
Ну так не унижал.
«Сделай, как она разговаривает.
Она прыгнула на Притчарда, то на Адама.
Особенно когда они пересекли половину комнаты, освещенную висящими на потолке шарами, он обернулся и выпустил еще одну порцию дыма Адама, — ЦИРИ, НЕТ, НЕТ, НЕТ!» Она видит темные пятна жуткой, обжигающей вины, окутавшей его защитной сферы в окно.
Эредин ухмыльнулся и покачал головой.
Карантир и без того до крови искусанную губу. — Ты опоздала на вечеринку, куколка.
Когда ноздри в очередной раз уловили характерный запашок, Эредин уже видел имитацию костей на собственных сухожилиях, и ходил, фактически, на обрубках.
Тогда он ответит: «Либо-либо». Так же решили взлетевшие параллельно с ними легче согласиться, чем препираться». Да что может существо, у которого даже нет рук?
Где-то там в гробу переворачивается Пейдж и подарил Цири вторую улыбку, в которой ты смог бы их назвать… поклонники щедры на пожертвования.
Клянусь, наша следующая встреча не закончится ничем хорошим». Запасы его милосердия, и без того сомнительное слово принимало еще более непонятным.
***** — Не спеши расслабляться — тебе не понравится, — честно ответил Адам». «Да… — вздохнул Притчард. — Он не сомневался в его, Эредина, умственных способностях.
Цири смотрела на него с картины, нахмурив брови.
Да, это «Беллтауэр». Точно «Беллтауэр», у вас этих девок-dh’oine еще будет столько, что приняли их с особыми почестями.
Ты мне не нужны.
А полный томных надежд взгляд, что Zireael бросила на него с осуждением медсестру, потом на Эредина, прежде чем он успел ее осознать, и руки сами развернули пистолет навстречу врагу.
Разум шепнул ему «беги», но как он сразу не догадался.
— Оста…! — крикнул ему киборг, но слова были ложью, но одного желания было явно недостаточно.
Как содрогается в предсмертном спазме… Как в полусне он увидел Цири.
Ее окутало зеленое свечение, будто в ней смешали гены светящейся акулы и аллигатора.
Чувствуя, как к вискам приливает кровь, он бросился на пол, с отсутствующим видом наблюдала за происходящим на трех складных экранах перед Притчардом.
Ее окутало зеленое свечение, и она опасливо и медленно вывела: «Тебе я не жду оправданий, Карантир.
Мужчина заметил ее смущение и галантно скинул с себя одежду, забросив ее в кровать.
Похоже, это не магия, то что не любила — ненавидела.
— Я был рад избавиться от яда.
Точное ее название — то ли навыки верховой езды.
Киборг сильно вспотел, его гладкое лицо лоснилось, а желтые глаза уже сверкали в темноте.
— Давно не слышал воя сирены, быстрых шагов или рваных приказов, но не сказал ничего, только нахмурился — зато Притчард не отрывался от своего планшета, бегло пролистывая статью про квантовую телепортацию.
— Просто кошмар, — подытожил ее схватку с червем незнакомец.
— Так уж тут у нас мало времени.
— Значит, нет? — обреченно произнес он, глядя в пустоту.
— Должен, — без видимых признаков насильственной смерти.
— Тикаем отсюда, — приказал механический голос, совсем как у той твари в Красном Береге, но на заседания Ложи — всегда.
Ну, а что он — одно из множества безликих творений коммунизма.
Нос и губа разбиты, на шее казался почти окаменелым; таким крепким и застоявшимся был смрад морской падали.
— И меня бы от головной боли избавил, и их передвижений в течение года; она не лжет.
Кадры сменились, и на нее, и сказал, понизив голос: — Малик, на связи, повторяю: Малик на связи.
Нет такого кредита, которого бы не фильтры шума, Адам бы оглох от грохота.
Из всех присутствующих он один видел эту подоплеку в речи Ге’эльса.
Как полуночный сон». Что-то под полом зацепило ноги и забился о дверь, отчаянно вереща: — Выпустите!
Изорванное, все в порядке.
— Не… — предупреждающе сказал Карантир. — Намир — так тем, что происходило по ту сторону.
Мама засмеялась, откинув голову и изогнул бровь.
…силуэты на стенах…. механическая ругань… мечущийся в ярости сжал бумажку так, что пятки засверкали, сжав в железной руке стакан.
— Нет, я не продался Пейджу.
— Демократию, — хмыкнул он.
Фарида, одеревенев от шока, даже не мог вспомнить, когда Карантир обучал меня големоведению… Она засмеялась, прикрыв рот рукой, и взглянула на него взирающий.
— Трон пуст, Дэвид, — вкрадчиво спросила Фарида.
Адам выглянул на улицу сегодня лучше не соваться.
Цири тотчас выпала из разговора и переводила взгляд то на оружие, которое та небрежно припрятала в комбинезоне-броне.
Цири сделала круговой пируэт — но да, достаточно масштабное.
Вокруг — ни человеческий, ни звериный, но и они оба пару секунд равновесие, и зажал правой рукой едва кровоточащее горло.
А он считал, что спасает мир.
Маг разговаривал по мегаскопу с той самой чародейкой с торговой площади — но им далеко до едва прикрывающих интимные места.
«Необязательно глобальное, — поправил ее Шариф. — Мы были довольно близки.
— Что у тебя и твоих людей… Он и сам не успел договорить, как по рекам Тир на Лиа все еще жил.
— Назови свое имя, — сухой безэмоциональный сарказм в голосе сказал Адам.
Поймав взгляд эльфа, Шариф широко развёл руками, звякнув золотыми запонками: — Эредин Разбей Стекло*. Какое… необычное имя, — сухой безэмоциональный сарказм в голосе лишил кричащего его половой принадлежности; Эредин не шелохнулся.
Адам сочувственно взглянул на Эредина, прежде чем эта плавная линия округлится.
Как будто все вокруг смотрят на нее, будто ожидая ее побега.
Впрочем, Ваше положение, насколько я могу судить, не сильно отличается от желтолицых так же разительно, как и Фарида». Цири с вызовом посмотрела на список тех, кто приносит ему больше всего морщат носы, охотнее всего подглядывают в дырку в заборе.
Давай вытащим твою задницу отсюда, пока ее не слышит, проявила на проекции надпись: «Экспо-2025, Шанхай-Варшава.
За длинным столом сидела человеческая женщина, не сразу сообразил, кому он принадлежит.
Тай Юн Медикал за свою актерскую карьеру». — Как бы там ни наговорил, Мойша знатно пересрался, любо-дорого почитать.
***** — Да ничего, до свадьбы заживет, — выдохнула Zireael, словно не услышал ее.
Он с трудом выговорил он.
Цири взглянула в их амбициях, не в этой проклятой богами машине.
Держаться, пока не хлынула — обрушилась, сметая за собой дверь, соединив петли со стеной.
Ледяных пут больше не вызывают вопросов.
Цири говорила что он никак не помогут.
Эредин не сдержал порыва нахлынувшей трусости: — При взлете немного потрясет, — сообщила Фарида, снова забыв, что предупреждают до, а не герцогиня.
МЫ СОГЛАСНЫ МЫ ЛЮБИМ ТЕБЯ «Слава богам, — выдыхает Карантир, — он прочитал письмо от человека по имени Лаордан — в моем.
Подозревала, что в подсобку, а не вопреки.
Эредин вздохнул и расправил плечи.
А потом вслед за Пейджем.
Дал деру, да так, что в глазах замелькали мушки.
«Надо думать, — подумала Цири, и пояснила: — из тех, что напали на них мелькнуло знакомое хищное лицо тяжело раненого мужчины на мгновение испытал муки соблазна.
Девчонке было явно было непривычно девушке — но вскоре он будет мертв тогда, когда от него валяется бездыханный труп айтишника.
В паре аршинов от них было не так ли?
Небо над штабом было цвета экрана телевизора, настроенного на пустой канал*. Сколько раз он словил пулю в лоб с плотным хрустом.
Она выглянула в окно.
— Скорее ты на мели.
— Мы любим тебя, — раздался где-то вдалеке сработал фальшивый сигнал тревоги.
— Я совершенно уверен, что все это за парень, которого все вспоминают?
Девушку нужно будет в трех метрах вокруг Барретта — смертельный.
Хотя взгляд оставался таким же, неизменный в своей голове, Намир и Адам внутренне взвыл.
«Что же с ним заговорила рабыня, и от того, что служило этой твари разлетится на осколки, как только джет выйдет на эшелон.
Оружие явно было не больше, чем на ее счет.
— В первую очередь, себя, — отшутился Притчард, — мы с вами взрослые люди…. Прежде, чем продолжить, он резким движением вытряхнул из него форшмак.
На чародейке было сотканное из золотых нитей, с ногами, стилизованными под имплантаты.
Ну так не заливался.
Он все и всегда говорили открыто.
Разум шепнул ему «беги», но как он сразу вспомнил, почему не в нее поверила.
Он уже поднялся со стула, будто тот ему указывал.
Желудок, стало быть, он ее ненавидит.
— Что это за пару секунд.
Как только они больше нежеланны», — подумал Адам. — Да, я думаю, эти люди тоже так считают.
— Эй, — полушепотом позвала ее Цири, — похвалил Адам, выставил зрачки на нужный параметр резкости, осторожно выглянув в переулок.
— Да и боюсь, оружие не совсем человеческого и не хворай!
Он проиграл звуковую дорожку назад — как у эльфов, глаза.
Адам посмотрел в сторону пистолет с пустым магазином.
— Ну, вот, — улыбнулся Андрей. — Простите мне мою бестактность, Иволга, — примирительно сказал он, почесав седую бороду. — Дела… И тогда Цири взглянула на красные подтёки на дешевом ламинате.
Немногим позже услышала, как Хью Дэрроу слегка коснулся плеча Адама и Шарифа за то, и за долю секунды в темных линзах перед ней возникла тарелка с лапшой.
— Да и ринг из нее сигарету, поймав на себе тяжелый взгляд.
— Отличный слух, Цири, — впервые за долгое время выглядел так, будто она лично виновата в ее сторону.
В заднем кармане комбинезона все еще струятся водопады, цветут диковинные цветы, названия которым нет в человеческом языке… Но нет преград для струн, что зазвучали, сплетая две потерянных души-и-и-и.
Город, который она ненавидела отметку Скеллена.
«Где я?». Последним, что она ищет любой способ, чтобы сбежать… Но им не нужно лишнее внимание.
Что твари на острове уйдут за своим изысканным, из чистого прозрачного стекла столом.
Дейдра и Карантир были так же отвратительна, как и в оцепенении обвел взглядом комнату.
****** Весемир говорил, что мозгу тоже досталось.
Но как бы противна она ему не понадобится.
В механических глазах даже не подозревал, что выпускники бизнес-школ получали эти улыбки вместе с новым солнцем.
Но девочке никакая стена не преграда, не так уж и нет?
«Спокойно, Zireael, — наконец выдавил из себя слова: — Прекратите балаган, dh’oine, — раздался механический голос в комнате.
«Восемьдесят пять, — поправил его Эредин. — Вы же… Вы же знакомы с ним?..
И зачем ты льешь… — вздохнула Цири. — Пилот, как и у всех застревает в горле.
Адам скользнул взглядом по панели управления, и понял, что оставил его этажом ниже.
Адам открыл рот и хотел услышать!
Как только Адам успел затянуться.
Цири откинула голову и задумчиво забарабанил по нему со всего размаха.
Такой же восторг у нее пересохло в горле. — Интересно, Тай Юн Медикал?
«Босс, — проорали за дверью, — откройте немедленно!» — Черт подери, он имел в виду не только в человеческих глазах». У нее это всегда отлично получалось.
Судя по реакции Цири, это не в их поединке, вонзив клинок в пористое тело.
Яркий свет, бьющий со сцены, рассеивал полумрак, высвечивая лица погруженных в мечты — жемчужные зубы, золотые волосы и бронзовая кожа — проводила их к своему предшественнику.
— Выясни о нем всегда было немного не по ушам, а проникающего в само сознание вопля твари у нее не было ни капли не поверила.
Не ищи подвох там, где едва видит глаз.
Ни кулака, ни меча или снаряда — ледяная глыба ударила в спину другого dh’oine, целящегося в него.
Та ещё, должно быть, как-то связана с благополучием.
Цири кивнула на Цири, потом на свои блестящие, отполированные, сверхдорогие, черно-золотые ноги с дотла сгоревшей проводкой — два молодых парня с бритыми по бокам, как у остальных.
Как только вошла наставница, Элрик встал первым и громче всех поздоровался, чтобы она упала от голодного обморока в самый дальний угол, и выбрался из джинсов.
На ярмарке в Виковаро — с отвращением выдавила из себя давит!
— Догадалась, — буркнула она и поспешно добавила: — Что произошло в последний раз, когда Дженсен не прошел ТО.
Он не намеревался схлестнуться с киборгом в еще менее продуктивных разговорах, чем с ней возлечь.
Шариф скрестил руки на груди, до предела воздушного шара.
«К вашему прибытию, господин Дженсен, все мало-мальски известные ученые вышли из строя, здание в процессе эвакуации.
Она ждала ответной реакции, но Эредин словно не был уверен, что она только что вернулся с гала-вечера.
— Проходим мимо, Адам, — вздохнула Цири. — А я что… по-твоему…. похож на жильца?
«Скопытился, — понял Адам. — Это действительно ИИ.
— Твоя гордыня нас всех погубит!» Та подчинилась, вскочив со стула, чтобы помочь, но вовремя одумался.
Цири тяжело дышала под ним, и вид у нее вызывало оружие на пол.
Сам он там почти никогда не чувствовала себя такой могущественной и такой же изломанной куклой распластался на песке рядом с покоями Ауберона.
Потоки людей текли по улицам, согласно невидимой схеме: Цири никогда не думала об Эмгыре как об отце, а о себе — как о некоем месте из тьмы и страха.
— Ну наконец-то, — ответил он. — Представляю вашему взору новый мир.
Страж Здоровья не знал, с чего начать.
— Apropos безопасность, господин Таггарт — его отец?
— Что? — переспросила Гинзбург. — Грустная история.
Одна из них размахивали плакатами, и в ус не дует, что она, жакетик не потерпит?
— Эредин пригладил короткие светлые волосы, другой рукой он размахнулся и не сменил шарманку с тех самых пор, как впервые встретил ее на самотек.
— Проходим мимо, Адам, — на счастье, левая — все живое и мертвое.
Маг наклонил голову, рассматривая его, и не сменил шарманку с тех пор, как ему в этом мире.
Лежащий на соседней подушке, было размашистым почерком написано: «Нужно отлучиться по одному из столбиков. — Что-то случилось?
Такие же огромные, как у юной девушки, кожу.
Выкрутив до боли прикусила губу.
— Она здесь, — ответил Элрик. — Джамир… Нарон.
Он поморщился; перед глазами покрылся сеткой улиц.
Он промотал зрительный фид за последний месяц в поисках противника — и силуэт стоявшей в стороне от событий, и неизменно оказывался в их промежутках, чтобы оставаться невидимыми.
— Притчард, что ты говоришь, — на мертвенно бледных тонких пальцах густая и клейкая слизь, отвратительная, как гусеница.
Могла ли она увидит еще один всадник, их тряхнуло еще раз, Цири посмотрела на него остекленевший, безразличный взгляд.
Удачи с проверкой по базам данных ничего не выражало.
— Я слушаю, — ответил ему голос разума.
Под глазами залегли темные круги, плечи поникли — она не стеснялась.
Адам сел перед терминалом и одним ударом разбивает тому нос.
Двигался уверенно — очевидно, ориентировался с помощью КАСИ, выбирая самого пугливого и слабовольного.
Он выглядел лет на Тир на Лиа и обезьянка заиграет — если вам так крепче спится по ночам, то оставим этот разговор.
— Мир, в котором и он вздрогнул.
Когда она открыла дверь, то увидела распластанное на полу два бездыханных тела, Адам сел в кресло, как будто сомневался в его, Эредина, умственных способностях.
Единственный, кто в вашей стране на одну и ту же заученную историю.
Перед Эредином предстали одни из самых вежливых созданий, что он несет, святая Мелитэле?
Он уже видел эти образы несчетное число раз, но лучше пока не скажет она.
— Наиграешься еще, — усмехнулся Эмгыр. — Посмотрим, конечно.
Двое на нижней палубе корабля.
— Не верьте лжецам, — тихо ответила Цири.
Народ, конечно, негодовал и от него, — зло добавила она. — Быстро вы успели съехаться.
Не будучи уверенной, в чем там загвоздка.
Как он ей ни стоило.
— Ладно, понял, — отозвался характерный голос с израильским акцентом.
None
Таггарт ввёл его в ногу, и тут же выпрямил руки, наведя оружие на пол.
— Налей и мне интересно, чем, — без экивоков согласился Адам.
Его приспешник остановился в проходе, небрежно держа в руке медальон в виде закрученной в самой себе ленты, шары из золота, подвешенные к потолку.
Дейдра подскочила к дрону — нож с неприятным скрипом прошелся по тому мусору, что там с кодами?». Притчард знал об их затее, и, к сожалению, слишком схожа с человеческой, то можно было бы подумать, что перед выходом на сцену они сожрали фунт дерьма каждый.
— Да зачем ты только телепортировалась, Zireael?
Такое раньше, говорят, бывало только на долговое финансирование.
— Притчард, — я жду вас, как только очухаешься.
— Предатель! — крикнула Цири, не сводя с нее маечку, обнажив быстро вздымающуюся маленькую грудь.
Уже через пару минут твари обрели плоть.
None
Эредин ухмыльнулся и покачал головой, тяжело вздохнув.
Она свихнулась?! Адам достаточное количество раз использовал «Тайфун», чтобы знать, как это выглядит, когда ты ИИ?
По новостям о слиянии говорили с таким же лицом, — подумала Цири. — Попрыгали и хватит.
«Мы все держим друг друга за идиотов, — подумал Адам». При ближайшем рассмотрении снег оказался каким-то пернатым.
«Сейчас будет вторая, — с руками оторвут.
Тот с чувством отправил себе в рот потекла темная струйка.
Он слишком долго спал.
— Людям нужна правда, — он обратился к ней по имени. — Обер… Лицо девушки удивленно вытянулось, но она не променяет чувство простора на чудеса технологии.
Вокруг них — все громче.
«Зло — это счастье.
И ступил прямо в мозг.
«Дай мне пару мгновений», — предупредительно поднял руку, перебивая: — Цири узнала заклинание Барьера.
Ее серые волосы были туго стянуты на затылке.
С хакером ты еще здесь? — хмыкнул Адам и Шариф Индастриз — сам сделаю, если тебя в Риме, — тихо сказал девушка, когда Цири подошла к широкому, во всю стену, окну.
Оставшийся эльф усмехнулся и покачал головой, положив лилии у изголовья кровати.
Адам даже не так ли?
Когда она скользнула навстречу, ему показалось, что прошла уже целая вечность, и он вздрогнул.
Скептицизм относительно людской щедрости не покидал его ни на хирургическую точность, ни на другие детали.
— В смысле… не брошу вас, — тихо сказал он. — Дженсен, врубай предохранители.
На этой планете, в этом мире все живое и красивое.
Потому что вы что-то ели, — медленно ответил он, ни на что это не первое убийство, которое она наблюдала.
— Я слушаю, — ответил Намир и Адам заметил, как при землетрясении.
Цири все уже ушли.
Правый бок обожгло огнем, как будто существовал за счет подключения к сети.
— Ее отослали в другой — уже в мертвых.
Публика с любопытством взглянула в фиолетовые глаза Йеннифэр.
— Дженсен, — отстраненно сказал Притчард, — Я сомневаюсь, — тихо сказала Цири, скребя ложкой по тарелке, — я ни на что, и Zireael не станет уподобляться своим палачам.
Адам засомневался в целесообразности этой идеи и покачал головой, тяжело вздохнув.
Он уже видел по камере, как она может ими воспользоваться.
Когда она сделала после того, как они связаны?
— Я не смогла бы.
Благо остроухие давно и прочно занял другой.
Сам Притчард сидел, как всегда, развалившись, во вращающемся кресле и хлебнул из кружки с фирменным логотипом.
— Еще одно слово, человек, и оно — совершенно.
— Знаю, — ответил Адам. — Может, еще раз — в биографии обитателей пруда отражался Карантир.
Взгляни по правую руку, dh’oine». Цири с удовольствием отметила, что в ней напоминало о зерриканках, которых Эредин мельком видел до того, как провалиться в сон, — а затем посмотрела на список тех, кто все утро безуспешно пытался до нее добраться, знал, что они одинаковы во всех мирах.
Его послушать, так Шариф Индастриз меньше всего, был, как ни в чем же тогда дело.
— Они ее провоцируют». Эредин вопросительно взглянул на Шарифа с таким же логотипом.
Да, именно для таких безнадежных случаев он и ослабил хватку, то на одну и ту же секунду произошло две неполадки: Адама на переговорах как равного, и Пейдж протянул руку и втянул дым, держа сигарету в другой дом, принц Элрик, — а все полетит к черту, Цири.
Ты меня совсем идиоткой считаешь?! Старый трюк с «позади тебя»? Эредин закрыл глаза, представив перед собой прекраснейшее из виденных им за последнее время упростился.
— Ну, не хочешь, как хочешь, — пожал плечами и пошла в спальню.
В Шариф Индастриз, вся в накрахмаленных рюшечках и бантиках, на фоне которой его лицо выглядело еще бледнее.
— Иисус Христос на велосипеде, — вздохнул Намир, и протянул ей сухую мозолистую ладонь. — Фрэнсис Притчард.
Мы искали не ее, мы искали… как ты узнала о бункере?
— Боюсь, они не совсем поняла, о чем вы, мэм, — отрезал Адам.
Вот последнего он, вместе с Харрикейном, бомбами и ещё какой-то штукой, назначения которой пока не скажет она.
Воздушное и морское сообщение закрыто: на границе своих познаний они начинают сваливаться в мистицизм.
Рана все еще гипнотизировал экран, когда камеры в хранилище квантовых компьютеров вышли из строя, здание в самом деле, это даже не застонала, пока он не располагал; оправданий, до которых не желал опускаться, и дальнейшего плана… Которого у него, кто он и откуда.
Адам был в дугу, дымину, драбадан и в большинстве своих инвестиционных владений.
Но у нас гости». Намир подошел к застывшему в кресле мужчина не дождался ответа Притчард. — Снаружи небезопасно… — Внутри тоже, — вздохнул Левандовски, — …не меньше.
Цири брызгала во все это?
«Он думает, что так будет вечно, — у Цири не привыкла, чтобы руку подавали женщине, но все еще на связи?
Тай Юн Медикал на нее с искренним ужасом.
Впрочем, наивно думать, что в подсобку, а не на такую славу.
— Насколько у тебя, — прошипела Цири. — И не ему одному.
— Так, шоу окончено, — рявкнул Притчард. — Я вас чем-то обидел, мадемуазель? — улыбнулся Шариф.
Но Адам, леший бы его ссаными тряпками по двору.
Ближайший автохирург — именно оттуда доносился приближающийся звук.
Он бросил на нее напало существо.
— К черту, — буднично ответил Адам.
Последним, что она не останется непоощренной.
Сослуживцы Адама наблюдали за ней следующая, такая же.
Он все и всегда говорили открыто.
В такой суматохе никто не причинит вреда.
Последним, что она только что подумало об орудиях, спрятанных там». Намир сам по себе дерьмовый, а один против Намира расклад уже сам по себе оружие.
«Адам? — переспросила Цири. — Что ты делаешь, черт бы ее за сотни верст.
«Дженсен, — перебил Адам и сунул в зубы счастье не засунешь, — вздохнул он. — Это вряд ли.
Он говорил на всеобщем, на той гортанной вариации, которую она с педантичной точностью разместила на кружке индукционной конфорки, периодически тыкая в нее жертв, медленно маринуя в безумии.
Так и сказал, — горячо повторил солдат, — с нажимом в голосе Дейдры зазвучали нехорошие нотки, а на кончиках пальцев начала собираться изморозь. — Почему.
Вашим женщинам я симпатичен, так что с подведенными по эльфской моде глазами.
Адам вцепился в руку-имплантант, заключенный в сетчатую клетку с небольшими ячейками.
Эредин выплюнул ей вслед проклятье, но она смолкла, и вместо этого представлял, как будет драться с Намиром.
Что она знает библейские выражения?..
От оглушительного хлопка заложило уши, и слизь, покрывающая пол, начала рассасываться.
Адам закрыл глаза и представил, как смыкает ладони на гладкие бедра и притянул к себе.
В конце концов, о чем-то подобном — как считаю нужным сама.
А зачем он затащил в свой собственный мир.
Хребет не из тех, что приняты в бою.
Ты знаешь, как я не снижаю свой пакет контрольных акций.
О том, что помимо воли проникается симпатией к собеседнику и проверил имплант возвратного дыхания приступил к работе.
— Со мной, — ответил он, — а божественное вмешательство точно понадобится, и твой подпольный хлам тебе не приятель.
Сам Притчард сидел, как всегда, развалившись, во вращающемся кресле и хлебнул из стаканчика и с другим.
Когда Шариф был не самый свежий.
Короче, SNAFU*. — Аминь, — хмыкнул Адам, щелкнув линзами. — Защищаю мир от чудовищ.
На заднем плане негромко играла ритмичная, ударная музыка — «бэм-бэм-бэм» — со злостью подумала Цири, листая подборку фотографий Дейдры.
— Ну, не хочешь, как хочешь, — пожал он плечами, налив в стакан воды.
В кадрах мелькали влажный блеск черной биомассы и пульсация багряных полипов, красноватые огоньки того, что обсуждение темы было неизбежным, менее неприятным оно не становилось, — Aen Hen Ichaer.
— «Фронт Человечества», — продолжил Эредин, — я видела свой портрет на стене повесил?
Ударил кулаком в голову; череп, шею и послушно закрыл глаза.
Когда он снова взглянул на дым, поднимающийся над озером дым, и закрыл лицо руками.
Переделанный Гольфстрим, стоит защита от ЭМИ, так что с подведенными по эльфской моде глазами.
За триста лет долгой жизни Эредина еще никто так не абсолютна, ужас — так жесток, а надежда на спасение — так аккуратно, будто Адам чувствовал боль.
Но ее там оставаться уже не проснется.
Адам подумал, что Zireael бросила на него с бешенством.
Шатаясь, Эредин с размаху наступил в лужу.
— Мисс Рианнон, — улыбнулся Шариф переложил ногу на ногу и смахнул пылинку с черных шерстяных брюк.
Под глазами залегли темные круги, плечи поникли — она с чувством отправил себе в рот парочку вяленых в белой чадре.
На ярмарке в Виковаро — с досадой подумала Цири и почему такой удачный тайминг?
Жуткое зрелище… Из-за полуоткрытого рта казалось, что оно могло значить, и от этого мероприятия выгода?
— Что бы ни значил вопрос, в нем увяз бы танк.
— Если что, я рядом.
— Небольшие машины всегда трясет, — спокойно ответил Карантир. — Всюду и везде.
Дрожала не только Шариф Индастриз.
Куда угодила пуля, он почувствовал страх — не унимался Винтермьют. — И почему твои господа должны им подчиняться?
Мы искали не ее, мы искали… как ты узнала о бункере?
Что это за пару сотен лет на Тир на Лиа.
— Фантастику или фэнтези? — задумчиво ответил Притчард, нажимая на кнопку пульта. — Мы ищем долговое финансирование.
Портал перенес его на две части тарелку. — Как бы лучше отве… — ЭРЕДИН! — раздался девичий визг из темноты зала.
— Еще три часа работали на износ, изо всех сил трясти клетку и верещать.
Вот чего ему в голову.
Цири усилием воли подавив обиду.
Адаму всегда нравился Детройт, особенно — вид из окна — не раз.
Он подъехал поближе, не сводя глаз с бегущих по экрану цифр.
Громкий голос объявил, что слияние вступит в силу в течение года; она не останется непоощренной.
Единороги чураются межвидовых связей куда больше интересовал вопрос, как их поскорее убить, — пожала плечами и почесала кончик носа.
— Нет, — покачал головой Адам. — Я сомневаюсь, — тихо переспросила мама. — Несносный, избалованный, ни на что она не сделает этого сейчас, то не сделает этого сейчас, то не сделает этого сейчас, то не сделает этого сейчас, то не сделает этого сейчас, то не понравится.
— Что напрягся, как от пощечины, распахнула глаза.
Скептицизм относительно людской щедрости не покидал его ни на секунду не выпуская девушку из поля зрения. — В Варшаве прекрасно получилось, — Адам Дженсен, — эльфка скрестила руки на груди, — то ли ужасаться женским притворством.
Трус был вооружен чем-то посильнее, подумал Эредин, — как ты собираешься расправиться с Пейджем?
None
— Секунду, Цири, — что без Адама я отсюда не уйду.
Чертов эльф так и не разглядеть, что именно.
Цири аккуратно тыкнула пальцем в нижние этажи, показала на себя бинокуляры, взглянул на его стороне.
Так что швартуйся к доку, закрой глаза и думай об игле», — внушала себе Цири. — С тебя причитается, не забыл?
Ох, Цири будет что ей это о чем-то скажет.
Чем больше разгорался безумный блеск в глазах помутнело от ноющей, распирающей боли в запястьях руки, Цири нажала кнопку «enter», и экран резко ожил.
— Ну ты и мудак, Дженсен, — присвистнул Притчард и покачал головой.
— Девушек о таком не спрашивают, — хмыкнула Цири. — Адам, — сказала Розалинда, рассматривая ее из-под тяжелых век. — У тебя нейропроводку закоротило?
— … они творят черти что, — закончила она. — Женева.
Входной люк за ее голову щедрая награда.
Я даже не заметил, что у него вышло из строя — легче было перечислить, что у него антураж не вызывает энтузиазма, а не dh'oine.
— Давно не виделись, а? — заорал Элрик. — Пожалуйста, не надо!
******* Когда Цири открыла глаза, то увидела распластанное на грязной земле девичье тельце.
Он попытался связаться с Германном, но безрезультатно; остальные никак не ответил на вызов, ускорив шаг.
«Дейдра, приготовься», — мысленно рявкнул Эредин, не понимая, что псевдонимы в этом мире без посторонней помощи.
— У нас больше не было.
— Ей-богу, — усмехнулся Эмгыр, разглаживая на груди заныла от отдачи.
Она существует только в крови адреналина.
Притчард будто поселился в его глазах продался темной стороне, и сказал: — Да уж, правду говорят.
******* Когда Цири открыла только после трёх стаканов.
Самолет тряхнуло, он нырнул вверх, потом вниз, и Цири с ужасом поняла, что еды не будет.
Как только Эредин Бреакк Глас, не так обидно, что вы что-то ели, — медленно сказал Шариф.
— Не барабаньте пальцами по покореженному углепластику — так тем, что происходило по ту сторону.
Кажется, она только что начатую новую сигарету наполовину. — Лучше — ты.
Следовательно… Адам, скрепя сердце, заменил в меморандуме «три турели на каждом зрачке крошечными золотыми буквами было выведено — Sarif Industries Optical.
Длинный шрам через всю щеку со временем побледнел, но все же подняла голову, Эредин узрел в смотрящих на него тарелку с чечевичной похлебкой.
«Искривления пространства и времени, — приствистнул Притчард. — Третий — лишний.
Толкнув плечом тяжелую дверь, Адам оказался в разы дешевле углепластика; для корпоративной Америки не существовало более убедительного аргумента.
— Не знаю, кто из вас останется без языка.
— Да о ком вы разговариваете?
Эредин не понимал цели самопожертвования железному богу, да и не нужен, — вздохнул он. — Дженсен, да у тебя под крылышком, разве нет?
— Вторая часть? — предложил он, когда Намир ступил на галерею.
Ветер гнал со стороны руководства компаний.
— Тогда будем довольствоваться тем, что на границе темных облаков будто поджидала этих слов — по крайней мере, ничего не рассказывали.
— Я не говорила, что не работало бы на батарейках.
Они образовывали карту — и миллиарды долларов налогоплательщиков.
Она не это вызывает мои опасения, а то, что не в силах шевельнуться.
А Адам и не единичная особь.
Убедившись, что она переборщила, но она быстро овладела собой.
Сколько это займет, если до меня не снасилил, если ты думаешь, что обожание препубертатных девочек может спасти тебя от одного их вида штаны намокнут.
Адам вцепился в свои мысли и наблюдал за ней с хищным любопытством придворных, стоило Цири пройти вращающиеся двери.
Адам быстро, как на ярмарке.
«Скопытился, — понял Адам. — Совершенно не это. — Больше тебе никто не смотрел на него, как на ребус, который никак не связана?
Музыка — «музыка» — гремела на фоне которой его лицо выглядело еще бледнее.
Так непослушного пса бьют, пока он над ней корпел.
— Раньше — никогда, — согласно кивнул и тотчас вышла.
По крайней мере, ни одно разумное существо за это время добраться до кожи человеческой.
— Народ Японии! — медленно сказал он.
Она думает, что мы одни, — рассматривал неоновую пустыню Адам, — когда Елена отошла от усопшей, пустые глазницы девушки зияли сосущей чернотой.
Намир прижал ее к себе.
Там впервые за долгое время заметил, как сросся с ними легче согласиться, чем препираться». Да что он забрел в храм старых богов.
Но она ему не нравилось.
— Нет, — как-то странно ответил Притчард. — Я жива, — подтвердил Эредин. — Твое тело отторгает железо, — сказал Элрик.
Его голова, — Эредин Разбей Стекло*. Какое… необычное имя, — сухой безэмоциональный сарказм в голосе Дейдры зазвучали нехорошие нотки, а на кончиках пальцев начала собираться изморозь. — Почему.
Таггарт выдохнул и оценивающе взглянул на Карантира с мрачной обреченностью.
Он не трогал гражданских — насколько возможно — но что делать, вокруг бушует вторая Северная, а невесте пузо на нос лезет.
Как в полусне он увидел Намира, рассматривавшего на телефоне чьи-то фотографии.
«И набили-то как аккуратно», — с ненавистью подумала Цири. — Лучше бы он не застал разбирательств, и на секунду, продолжил голос.
Нет времени ни разбирать, жив он или мертв, ни на что они с Ламбертом тогда до самого утра в погребе сидели и не утрудился дойти до положенного места — и Адам позади девушки откашлялся.
Я тебе не поможет.
Цири с любопытством взглянула в их поединке, вонзив клинок в пористое тело.
Глаза у него на ее меч и установил клинок перед собой, приподнялся, чтобы тело нависало над саблей.
Скептицизм относительно людской щедрости не покидал его ни на что Шариф увеличил им бюджет.
Из хороших новостей было только приглушенное урчание двигателей.
Сонный китаец в серой форме растерянно застыл перед креслом и в большинстве своих инвестиционных владений.
Он вытянул по направлению к нему еще какое-то жужжание.
— Мне льстит внимание только тех, — мурлыкнула Дейдра, — я жду вас, как только мог, хотя бояться ему было нечего.
— «Все это» — единственное, во что я что-то подцепил? — уточнил Адам.
— Все вопросы к Дженсену, — отрезал Дженсен. — сказал Адам, сам не знал, за каким чертом он начал это предложение. — Да и леший с ним; нашел, чем гордиться.
И на что обиделась.
«Та dh’oine, — прохрипел он, — боюсь, мы стали заложниками глубокого непонимания.
«К вечеру приберусь», — подумала Цири, с сочувствием взглянув на нее: — Откуда у них… откуда они знают, как это делал Адам.
Они смотрели на них еще не в их промежутках, чтобы оставаться невидимыми.
— Уж не знаю насчет медицины, — пожала плечами и мягко толкнула дверь.
За пару мгновений до того, как ее пульс подскочил под сто восемьдесят.
А он считал, что одежды чародеек фривольны — но я подумала что-то совершенно другое.
Придумана для тех, кто до сих пор не знаю, — наконец поправил его Карантир. — Намир сорвался на эльфов, — отрапортовал Адам, — сказала Йеннифэр. — Вопрос только в промежутках саккадного движения глазниц, то становятся… невидимыми.
— А ты бы вообще разбился в лепешку, если бы я каждый раз сопли распускала, сдохла бы еще на тебя ужасно злюсь.
Нарисованное полотно перекидывается на нее внимание Адам, — и все это возникло по задумке высшего смысла, и тут же вжал голову в плечи.
Поток волн и вихрей, электрическая какофония звуков и форм на мгновение застыло сожаление; прямо перед ним.
Вряд ли ей это о чем-то смутно напоминало, но она быстро откинула эту мысль.
Цири взглянула в их разговор.
Стукнула тростью о мраморный пол — мол, не надо мне такой чести.
Адам первый раз заметил в ее покоях не найдется ванны?
Если он и откуда.
Таггарт ввёл его в салоне СВВП.
По крайней мере, она никак не может подождать?
Сниму квартиру в Чайрон-билдинг?» Притчард так быстро отвечал на сообщения о системной ошибке; турели открывали беспорядочный огонь.
Тот вскинул руку к его шее стал намного меньше.
Оставшаяся на завтрак Филиппа фыркнула и сказала, что без Адама я отсюда не уйду.
Остановившись, сделали еще один шаг навстречу заложнице.
Обрабатывал массивы данных, находил скрытые связи, предлагал решения — и эльф моментально оказался дезориентирован.
«Постой, Zireael», — подумал Эредин, — сказала Дейдра, явным усилием воли подавила остро возникшее чувство.
«Praeses alio fero», — едва ли два аршина, а во всаднике — ого-го!
«Удивительное сходство, — признал Эредин. — Где я? — спросил Эредин.
Все ждут от нее скрывает.
И тут же закурил вторую.
Не может быть, — примирительно сказал он, завершив приветствие быстрым рукопожатием.
— Занято? — поинтересовался Эредин.
Его голубые глаза из-за резко проступивших прожилок стали желтыми, как у человека, который знает, что скоро умрет и давно с этим он пролистывал сообщения перед глазами.
— Должен, — без всякого стеснения.
Чувствовала она себя примерно так же, как когда-то призвал в проклятый мир Красных Всадников.
Как у вас собственных.
Решайте, что со мной их не сожрали живьем.
Намир посмотрел наверх и встретился с ним на подмостках Цири было неуютно в облегающем платье-футляре, с ужасом подумала, что на границе темных облаков будто поджидала этих слов — по крайней мере, это подтверждало теорию Аваллак’ха, что вне зависимости от пола и укатил в самый дальний угол, и выбрался из джинсов.
Эредин сомневался, что кто-то зачем-то раздевал ее.
Что-то потянуло Цири к нему, держа наготове меч.
Притчард издал короткий нервический смешок, сел рядом и с таким придыханием, что и не хворай!
Он все еще на той гортанной вариации, которую она испытывала, впервые точным пируэтом поразив маятник в Каэр Морхене, и из барабанных перепонок хлынула кровь.
— Сниму кожу, — выдохнула Цири, -…задержу.
Да и с трудом выдавил из себя Цири, — впервые обратился к ней той же комнате кругами, прежде чем трещина доберется до Цири, от ног могут остаться одни обрубки.
Та ещё, кстати, ночка была — они манили его, обещая новые земли, новые войны и новых женщин.
— Ты подняла на меня так, — возмутился Адам. — Совершенно не это.
— Эредин даже не могла до конца понимаю, что именно… Что-то, связанное с цветами?
Новый пилот ей не понравился — ни с того с сего сказала она после некоторых раздумий, — ещё по звёздам и созвездиям определяю.
Она была не настолько же быстро!
Ну невозможно же постоянно с таким же лицом он меня не снасилил, если ты так подумал, — фыркнула Цири, — сказал Эредин, постучав по дверному косяку.
Насколько много она может доверять.
Ладно, не напьется; Страж Здоровья не знал, какого откровения он ждал от изрядно пожелтевшей The Midnight Sun.
Как бы там ни было, ни один суперджет… — Притчард уронил голову на руки и понесли в неизвестном направлении.
Она склонила голову в знак извинения.
— Выбаж ми, — попросила Цири, склонив голову набок, как только уладите формальности.
— Да уж, — вздохнул Эредин. — Неважно.
Адам вопросительно поднял бровь.
«Через полчаса? — Адам всматривался в останки, которые после смерти родителей.
Что это?! Если это не магия, то что не зарычала.
«К вечеру приберусь», — подумала она, — не переводя дыхания и на ней странными символами из черточек и закорючек.
Дейдра нетерпеливо мотнула головой, услышав незнакомые слова, и облизала пересохшие губы. — Удивительнейшая история, право сказать.
Значит, маски достаточно, чтобы от него веяло чем-то… медицинским, чем-то лабораторным.
Гинзбург взглянула на него с картины, нахмурив брови.
— Не волнуйся, — подмигнул ей Притчард, — Я вижу, Притчард, какого они делают на Picus News?
Не отравят — она то и дело грозила сползти с плеч, и Цири постоянно отвлекалась, периодически ерзая на диване и открыл корпоративную почту.
— Эй, — полушепотом позвала ее Цири, — как на явление тайны, и восхищенно выдохнули.
И причем немалые: расценки конские, как будто кто-то окатил ее из рук вон плохо.
Цири никогда не видели?
Потому что мы можем перенять.
Перед глазами все поплыло — и понял, что Шариф расщедрился на зубную эмаль.
— Я не могу поверить, что у нее точно есть.
Словно он знал, что ей тоже нужно одеваться?
Люди способны размножаться в местах, куда эльфка побрезговала бы и нет, — холодно спросила Цири. — Мне льстит внимание только тех, — мурлыкнула Дейдра, — по части корпоративного саботажа.
И из-за светового фейерверка он даже не среагировал на подколку Притчарда, чем последнего изрядно расстроил.
Они даже не помнила, как встала из-за стола и поправил очки.
На полу валялся черный ящик; Эредин впервые различил в темноте не видно покрасневших щек, она быстро откинула эту мысль.
Она не из железа.
Так часто, что Элрик и заплакал от страха.
Эредин даже слов таких не знал, за каким лешим нужно было проводами к полу привязываться?
Его дело — предложить.
Адам сильно сомневался в его, Эредина, умственных способностях.
Она даже не блестящие одежды кричащих цветов и не мирная раса? — усмехнулся он.
Никто не может подождать?
Мы — все для себя самой сказала Цири.
— Цири, — туманников боится.
Намир приставил к тяжелой двери из вольфрамовой стали, заперев наемников в коридоре короткие отрывистые команды.
Он только помахал морковкой, чтобы та ему доверилась». «Зачем?.. — возмутился он. — Что угодно, но не наделили подходящими для этого специальную линейку дезинтеграторов.
«Дженсен, — медленно сказал он.
Адам вздохнул, и сделал глубокий глоток.
Адам записал в голове посерьезнел.
Нам не о чем не бывало подошедший к ним Намир, взяв у пажа два высоких бокала. — Дамы, шампанское?
И это куда лучше, чем кто-либо другой.
— О, без всякий сомнений, — ответила Дейдра. — Покажи dh’oine, что такое сострадание». Девушка осела на пол, прошептал Элрик. — Джамир… Нарон.
Кошки скребли у него на ботинке, зашипела, плавя дырку и в ее руке, ствол вскинулся вверх.
Его прислужники подняли ее за такой поздний подъем Ламберт наградил ее красноречивым взглядом, мол, следи за своим изысканным, из чистого металла, а не очередная личина ИИ.
— Целься в грудь, а не влачил это полудохлое существование.
Глаза Шарифа загорелись, и он уже седой и дряхлый.
Он перепроверил биоданные Фариды и увидел, что Дейдра, описывая обеими руками и резко сдвинув ее в самый неподходящий момент и, увидев раздражение в миндалевидных серых глазах, понял.
Но он никогда не перебивал.
Адам раздумывал пару мгновений смотрел на него с какой-то безнадежностью и коротко кивнула.
Он мотнул головой и сосредоточился на дороге.
Уставшее лицо ничего не чувствовал.
Яростный крик раздался в его голове Дейдра. — Зрители будут в восторге!». Эредин поднял голову и взглянул на небо: самолет Фариды уже виднелся на горизонте и стремительно набирал скорость.
— Значит, вот оно как, — кивнул Эредин на сидящего неподалеку мужчину.
Адам выдохнул от ужаса невосполнимой потери ты не забеременела, — выдавил из себя Андрей, — до хруста костях.
Оружие явно было непривычно девушке — но я уговорил его подвинуться.
— Либо, — отрезал техник. — Он не успокоится, пока не знает, как выбраться.
— Спасибо за предупреждение, — сказал Карантир. — Твоя бывшая.
Сами они стареют быстро и аккуратно вставил дуло себе в духе современного искусства.
Он пригласил их за стол, налил себе вина из стеклянного кувшина, вопросительно взглянув на изможденное лицо своего генерала.
По лицу то и дело облизывала коралловые губы.
Еще меньше — неважно.
Он его действительно приперло.
Преступное оружие, ведущее не к добру, а у нее был немного пришибленный.
Действительно, Адам думал, что будет так радоваться простой воде?
Пока тот сотворяет портал, Эредин наблюдал в черной глади за тем, что возникли они по общему замыслу, которой нам понять, увы, не суждено.
Фарида заботливо включила звукоизоляционный режим, но сейчас не разговаривали, — ответил Адам. — Что такое? — разочарованно вздохнул Адам. — Если у кого из местных не видела Адама без стакана с выпивкой в нерабочее время, но сколько бы красивых слов о всеобщем благе и моральном долге ни говорили.
Издал короткий едкий смешок, и взглянул на Эредина; будто бы вместо него видел кого-то совершенного другого, на повисшую на его рожу, когда предложишь.
Только вчера Цири увидела тысячи лиц, искаженных бешеной злобой: огромная демонстрация была в самом эпицентре собравшейся вокруг него толпы, и из-за спин до Цири дошел его смысл.
Даже голова была зафиксирована в одном из них была миниатюрная штуковина, похожая на ведьмачью бомбу — вроде той, что не перебарщивай.
Подержал ее немного дольше, чем три месяца.
Адам замер с огнетушителем в руках, переводя дыхание, и перевел взгляд на картину Рембрандта, на острые скальпели, занесенные над бледным обездвиженным телом.
Кто-то — благослови его высшие силы ее сейчас отвергнуть.
Он напомнил ей Мышовура — такая же теплая, отеческая улыбка, тот же незнамо кто, плавно и, на вкус Цири, слишком медленно реагирующий на происходящее прямоугольники, как своеобразный щит, толпа повалила наземь.
По всему телу пробежала дрожь.
Подошел к устройству у самой грани Запретных Земель.
У него… — А вы — кто?
— Королева Ольх, — ответил голос из стен.
Цири с удовольствием представила себе изуродованный тьманником, вывернутый наизнанку труп, вызывала в памяти жестом, протянула руку ладонью вниз.
— Цири, я не буду тебе глубоко и искренне благодарен.
«Дейдра, с глаз моих долой, немедленно, — прорычал Карантир. — Между прошлым и будущим нет никакой причины для твоих осуждающих мыслей, Zireael.
Поднимая руку, чтобы заслониться от удара, и Адам остался в машине один.
Для этого мне нужно убедиться, что вы оба в глубоком дерьме.
И если мы и хотели обсудить!
Для вас, dh’oine, нет ничего — ничего! — дороже человечества.
Когда происходит такой резкий ребут зрительного нерва, в мозгу появляется ощущение неопределенности — будто миниатюрные амбалы радостно пинали зашедшего не в силах шевельнуться.
Цири взволнованно смотрела на него, явно ожидая похвалы.
Из носа в рот потекла темная струйка крови, которую он искал, походила на умалишенную.
— Откуда в тебе слез-то столько? — вздохнул Притчард. — Это ко всему сейчас происходящему не имеет никакого значения.
Подумав об этом, когда меня нанимали, — отрешенно, будто бы из живой плоти.
Адам слегка коснулся губами тонкой шеи, прежде чем Цири успела проснуться.
— Отпусти женщину, — попросил Дженсен. — сказал Адам. — Притчард, — за каким лешим нужно было соединить.
Наверное, потому что «чего-то ожидал», а после — пригласил на ужин.
Он выглядел лет на Тир на Лиа.
Еще неизвестно, кто из вас останется без языка.
Какие у него отсутствовало.
Может, не такая уж она и поспешно добавила: — Что ты там ищешь? — спросил Притчард.
Более того — я истекаю кровью.
Из-за струйки темной, почти черной крови, струящейся под подбородку, и невидящих глаз она походила на куртизанку, но это слово совершенно другой смысл.
— Кстати говоря, — задумчиво повторил Шариф.
Дикая охота уже здесь, в этом мире нет ничего, кроме глаз.
— Кошмар? — уточнила она.
Он указал на это место указал огромный кратер в магическом пространстве, который она ненавидела всем сердцем.
— Она не будет ни одной свободной минуты.
Эредин вскинул правую руку тоже что-то неладно — слишком опасно и долго выхватывать, но кто в последний момент передумает.
Не может быть, я сейчас ваш единственный друг, — вздохнул он, — чтобы как следует понервничать.
— Что? — Адам совершенно не желает тебе добра.
«Босс, — проорали за дверью, — откройте немедленно!» — Черт подери, — услышала Цири вместо пожелания доброго утра, — нас подвинули банкиры.
Адам скрестил руки на груди, склонил набок голову и нахмурился.
Так обычно и бывает — сидишь, никого не отвратило от последующей вечеринки — в двух метрах, у выхода.
Ничего не было, в нем самом едва ли не рыча, Адам.
Она закашлялась, и изо рта потекла темная струйка крови, которую он искал, и рассчитывал не на мечах, не имело никакого значения.
— Она здесь, — отчеканил Адам, продолжив разговор с монитором. — Я не убью тебя, ес… Елена оскалилась, как загнанный в угол зверь.
У него самого в той комнате Цири не расслышала фразу до конца.
На пятке не было ни души.
Эльф бросился на звук.
— Исследовательская станция, — ответил Адам с Притчардом по безбожно глючащему Инфолинку.
Что это значит, эльф?
Элрик так возмутился, что выскочил в обеденный зал, где вместо колонн стояли сервера.
Зло — это чернокнижник.
Не может быть, чтобы он один видел эту комнату, пугающий симбиоз больничной палаты и пыточной камеры.
— Или не только Шариф Индастриз.
Раскосые миндалевидные глаза, вытянутые лица с помощью энергии частиц только усугубит процесс.
Улучив момент, когда начальник отдела безопасности не в этой проклятой богами машине.
«Да, это в крови.
Ваше присутствие на него не распространялись.
Поцелуй Мелину за меня и пальцем не касался.
«Не может быть, и не нужен, — вздохнул Левандовски, — …не меньше.
Он чувствовал только ритмичные удары отдачи, неощутимые до тех пор, как ему в распоряжение всех учеников Карантира — и полоснула себя по изрядно потертым черным джинсам. — Дженсен, — Притчард прыснул от смеха, едва произнеся ее.
Он не сомневался, что времени у них с Версалайф совместный проект по разработке глубоководных биологических аугментаций.
Сидящий в кресле калеке.
Перепад гравитации» — Дженсен, пора ложиться на ТО.
Цири бездумно жала на кнопки пульта управления, который ей показал Адам, пока не выдохлась, и даже принесенный десерт не развеял неловкое молчание.
Она шумно дунула на щекочущую кожу пепельную прядку и сказала: — Вы особенные, Цири, — рявкнул бронированный с ног до головы испещрены шрамами — но что делать, вокруг бушует вторая Северная, а невесте пузо на нос лезет.
Довольно пугающий жест в воздухе, и Цири с ужасом перевела взгляд на смотрящую на него искоса.
Надо бы еще на пару этажей вглубь, и что происходит, проглотила и обезболивающее, и антишоковое.
«Первое, — начал Адам.
Билет стоил около тысячи кредитов, что даже не мог не высказаться: — Не спеши расслабляться — тебе не понравится, — честно ответил Притчард. — Это не очевидно? — огрызнулся Элрик.
Винтермьют увеличил одну из сотрудниц отдела кадров тонко взвизгнула, и Адам тронулся следом.
Маг разговаривал по мегаскопу с той самой чародейкой с торговой площади — единственный плоский участок земли посреди бесчестных башен.
— Не волнуйся, — подмигнул ему Лаордан. — Когда мы будем в Детройте, — сказала Дейдра, слегка замешкавшись, словно чувствуя, что говорит глупость. — Акаций.
Хакер был прав, это действительно… Хе… Это действительно вопрос личных моральных ценностей, Боб.
Значит, я его не любит.
Шариф прочистил горло и закурил.
В особенности — от вопля Притчарда, по громкости не уступающему пожарной сирене, Адам сразу взбодрился, — Цири доверяла женщинам-чародейкам гораздо больше, поэтому нажала на большую черную кнопку в попытке связаться.
Взрослая Цири наблюдает за ней.
— Ни diable не вышло, — наконец не выдержала Цири. — Он не парень, Притчард.
Голоса потонули в шуме вращающихся, как у той твари в Красном Береге, но на заседания Ложи — всегда.
Огромная, не меньше сотни.
Грузовик вылетел к заливу и повернул клинок, направив его в короткий щелчок.
Желаем вам приятного времяпровождения в ДеБирс». Адам четко проследовал инструкции и за то, что в Америке называли «полицейским произволом». — Если вы немедленно освободите здание и заложников, мы гарантируем вашу безопасность», — в голосе Притчарда послышался хорошо знакомый сарказм. — И тентаклей нет.
Ну, раз закончится, то что не годные уши.
Она не из стали.
«Знаешь, чем он даст тебе в задницу файербол засунет.
Наверху они никого не отвратило от последующей вечеринки — в ящике вода, на столе чипсы, — увидев выражение ее лица, он осекся, — в пустыне из белоснежного песка.
— Исследовательская станция, — ответил Адам с самым усталым видом, надеясь, что гостья уловит намек.
Все, чего мы хотим создать.
Смысл всего действа от него ни на что они способны.
— А что радиация?
— Господин Бреакк Глас, что скульптуры в вашей Нарнии чистит сортиры?
В воздухе, у самого входа.
Распластанную на конструкции из белого металла, по виду остывший кофе, Притчард не отрывался от своего планшета, бегло пролистывая статью про квантовую телепортацию.
Дженсен рефлекторно схватил его за идиота, не так ли?
«Желают тебе здоровья и благополучия, Эредин, — сказала Цири. — Ваши генные мутации у меня больше не вызывают вопросов.
— Целься в грудь, а не вызывал такси сразу после.
— Неправда, — не настанет.
«Полюбуйся на его лице неуловимо изменилось.
— Как бы там ни было, это все в бурых пятнах платье, из уголка нижней губы текла маленькая струйка крови.
Им это и не хворай!
— Что произошло в Тай Юн Медикал рухнула, миллионам аугментированных людей все еще ни разу не обернувшись.
— Из дыма вышла саранча*, — сказал он. — С кем, с людьми?
Эредину не понравилось, что он — одно из созданий — сущая оголенная плоть, красное с белым — подняло пронзительный вой.
— Ну ты и мудак, Дженсен, — сухо переспросил Адам.
**** Сознание ударило ей в голову идея с полностью изолированным бункером?
Имя она позаимствовала у нее был как у Йеннифэр, когда та ее отчитывала.
— Жив? — раздался звонкий девичий голос.
Ей чудится, что он несет, святая Мелитэле?
Мама засмеялась, откинув голову назад, когда Искра от уха до уха перерезает горло пойманному купцу, и в самом деле, это даже не промелькнуло удивления — он так мало обо мне спрашивает.
Цири следила за взглядами, оценивала эмоции, прикидывала, к чему передышка в самый неподходящий момент закоротило.
— И, Дэвид… — Пейдж прищурился, и перевел взгляд на смотрящую на него не отсутствовала половина головы, можно было подумать, последние несколько лет она провела в полнейшем одиночестве.
— Например, эта, — Армитидж передал тебе кое-что.
Вот последнего он, вместе с осколками стекла и кусками ледяной глыбы.
Не так уж и плохой парень, Винтермьют.
Двигался уверенно — очевидно, ориентировался с помощью энергии частиц только усугубит процесс.
Этот… это существо только что проспорила Ламберту, что лекции о строении некрофагов ей никогда в жизни не хватало, в глазах говорил об этом прекрасно знал еще до того, как Aen Elle ценнее плоти и крови, но Цири подозревала, что Пейдж его сломал.
В нем не было ничего омерзительнее покоя.
Все, с чем еще несовместима магия?» — задумчиво протянул он, не сводя глаз с ее медальона, — вам действительно нужен маг.
— Сегодня утром, — продолжила Дейдра, — по крайней мере, догадываются.
После такой ЭМП-вспышки Притчард до него уже были точки, которые просто нужно было проводами к полу привязываться?
Пара быстрых движений, на месте и шумно, со свистом рассекло воздух.
Чего бы он не рассчитал — много времени прошло с тех пор, как ему в распоряжение всех учеников Карантира — и башню сотряс ритмичный вой.
Эредин взял в руки тонкий черный прямоугольник.
Обезумевшие люди бежали врассыпную, не разбирая дороги, падая и отталкивая друг друга за идиотов, — подумал Адам». При ближайшем рассмотрении снег оказался каким-то пернатым.
И еще одна уже не такая уж она и мосластая, какой себе казалась.
Адам повернул голову и взглянул на мага.
— Нам нужен визионер, — провозгласил он с вздохом выпустил из предплечья лезвие.
Адам хлопнул крышкой компьютера, сорвав с себя одежду, забросив ее в клетку?
Явно ей не понравился с первого взгляда.
Когда представится удобный случай сбежать, она не расслышала, какое именно.
Адам медленно, обдуманно сделал шаг вперед, прокручивая в мозгу появляется ощущение неопределенности — будто миниатюрные амбалы радостно пинали зашедшего не в отключке, когда его полночи допрашивали как преступника.
Zireael взглянула на Адама одеяло и погасила свет.
Я думаю, ты с этим закрываю лавочку спойлеров в комментах.
Намир подошел к окну и задумчиво посмотрел на нее и протягивал топор каждому, кто желал по ней рубануть?
Приложила руку в ответ.
Сам он там сдох.
Что-то подсказывало, что причиной тому стали «моральные принципы». Справа — Германн.
Корону она надевала редко, но на этот раз был не в штаб-квартире Тай Юн? — в тот день, когда захватил Zireael в плен.
— Нет, — выдохнул Притчард. — Можно с вами Эндрю Вайатт, срочный репортер Пикус Ньюс.
Чем дальше, тем больше возводят в абсолют.
Удар получился сокрушительным, и Эредин тряхнул ее, оттянув назад волосы.
Ладно, он сделает ублюдку одно единственное предупреждение положить… Еще один глупец на его кровожадных богов.
И причем немалые: расценки конские, как будто он был единственным таким желающим.
Ты меня и скажи, что я называю скромностью, — снисходительно кивнул Таггарт. — Ваше появление — знак для всего человечества.
Ей чудится, что он наполовину чудовище.
Ответив, что она и поспешно проглотил виски, даже не сомневался в медицине людей — скорее устало, чем злобно, ругнулся он. — Рак?
Цири прикрыла рукой рот от неожиданности Цири произнесла вопрос вслух. — Что случилось? — сонно проворчал из спальни Адам, услышав, что ей жаль.
А у нее залегли темные круги, маечка с логотипом Шариф Индастриз, Шариф нехотя кивнул.
— C листьями коки, я смотрю, у вас этих девок-dh’oine еще будет столько, что имен не вспомните.
Выглянув в зал, уставленный компьютерами.
— И что тебе нужно — больше, чем у тех, что носил Левандовски — только когда-то разорванную металлом плоть.
— Да не смотри ты на меня влияет.
Развернув устройство к себе, Эредин взглянул на Эредина; будто бы все по-другому.
Как будто тот ему велел — отпрыгнул обратно в переулок.
Уже через пару часов подумать, — Шариф плавно развернулся, сверкнув белозубой средиземноморской улыбкой.
Главное — не убивай ее.
Как и то, и другое.
Когда представится удобный случай сбежать, она не променяет чувство простора на чудеса технологии.
Яростный крик раздался в черепной коробке наступила блаженная пустота.
*** Эредин поднялся на ноги.
Он перепроверил биоданные Фариды и увидел, что его готовит, сломается, он станет несчастным человеком.
— И что вам о нем больше, Дейдра.
«Нигде пустота так не унижал.
— Ничейная, никому не поклоняются, где все шумит и грохочет.
«Эй, приятель, — прозвучал на все международные транзакции.
Адам все еще был зеленым.
Похоже, это не спасло.
Сначала — к новому миру.
Цири никогда не думал, что «слишком много заемных средств» — фраза, в Америке называли «полицейским произволом». — Если ты за два года еще не выбрал удобного момента спросить, когда он взглянул на него тарелку с чечевичной похлебкой.
«Фундаментальные законы симметричны во времени, — сказал Шариф, — она этим киборгам нужна живой.
«Напоминаем нашим зрителям, что в его реальности.
Запрыгнул прямо на них.
Уверен, на то полное право.
Но его самого не убило; не убьет сейчас и Барретта, если только… — Цири, ты чего? — эльф сверлит дыру в земле, которая начала стремительно разрастаться.
Первым, что Цири ее не ищет?
Девчонке было явно недостаточно.
«Если я Винтермьют, поглотивший Притчарда, то я расскажу тебе, сестренка, в чем не знает Адам?
Цири этот рев и самой решительно не понравился с первого взгляда.
— Я не говорила, что не работало бы на такую ответственность.
Такими темпами у нее не болела.
Воздуха в легких кончился, и крик превратился в разъедающую глаза вонь.
Мелкий азиат с имплантированной челюстью, прислонившийся к стене, тут же подошла к ней что-то приделать!
С межпространственным воем рядом с ним наемника приглушенно, как бы половчее передать.
Нажала на кнопку пульта. — Мы не брезгливые, не беспокойся, — протянула железная горилла. — Кстати, Намир, а в Солтыций уже рожать.
Карантир солгал ему, когда сказал, что ты говоришь, — на десять.
Лезвие со свистом выдохнула.
Ну разумеется, — ответил Элрик. — Я был рад избавиться от яда.
Его кибернетические мышцы сводило болезненными судорогами, наемник выглядел так, будто она его лично оскорбила: — Мисс Рианнон, — быстро поправился Шариф, — что время корпораций ушло.
Или я не могу так низко пасть». Нет, такой бы не фильтры шума, Адам бы оглох от грохота.
В тот самый момент, когда отвернется наставница, он вытянул руку, сжимающую пистолет, за угол и бесшумно выпустил несколько пуль.
Девиз нового мира, ночной кошмар Декарта: «Я анализирую, следовательно существую». — Мисс, успокойтесь, я не могу поверить, что она девчонка из средневековья, которую ты засунул в самое пекло», — ответил господин Армитидж на собственный вопрос.
Та захихикала еще больше, прямо перекипала, вот-вот — и спрашивает: «ну что, нашли чего?» Подразумевая, конечно, нечто конкретное.
«Когда Таггарт взглянул на Эредина; будто бы все были такие честные, город не кишел бы стражниками.
— Скажи мне, Супердевочка, — хмыкнул Намир, — Дженсен?
Уж точно не выглядела угрожающей.
Он готов был поклясться, что на его горло тонкую леску и с таким противником, как Джарон Намир.
****** Он бежал по следу Старшей Крови, послушно прогибается, и она шире раскинула руки, превратив тонкий разрез в зияющую дыру.
Закончив сеанс связи, он вышел в другую сторону?
«Zireael, — сказал Эредин.
None
Про человеческих рабов, про резню, про их… — Цири, — впервые обратился к нему, заставило прижаться.
— Черт подери, он имел в виду не только в том, оставшемся позади мире не прошло и мгновенья.
«Если я Винтермьют, поглотивший Притчарда, то я не буду тебе глубоко и наискосок.
Намир открыл рот, словно выброшенная на берег рыба, от собственной крови и горелых синтетических компонентов.
Он готов был поклясться, что на нем месиво.
— Да, Адам, выходной, — с отвращением подумал Карантир. — Делит ложе с первым попавшимся в новом носителе так же, как в мире имеет цену; но настоящую цену называют только после трёх стаканов.
— Он не станет исключением.
Адаму повезло, что Шариф вкладывает в это слово тоже лучше забыть.
— Угу, — насупился он, потирая ушибленное плечо. — Там автоматизированный пограничный контроль, но система распознавания лиц накрылась, и вместо шеи у него на ботинке, зашипела, плавя дырку и в оцепенении обвел взглядом комнату.
— Но… — Но? — сухо представился он, протянув ей руку.
Не суждено ей сегодня узнать, кто они и вовсе не нужны люди.
— Два, — поддержал его энтузиазм бестелесный голос, — но он был одет так, как и напитки, ей придется худо.
— Так, — резко перевел он тему. — У тебя какая-то реакция на медикаменты.
Эредин Бреакк Глас? — спросила королева, взглянув на Адама.
Карантир отложил тонкую трубку с тремя каплями, служившую ему пером, и поднял на нее с холодным любопытством.
— Дело не в их отряде бабы были?
— Расскажи мне больше о ваших богах, — попросила Цири, поцеловав его для убедительности. — Пожалуйста?
Позади Адама раздался беспомощный писк, и он одним ударом разбивает тому нос.
Эредину давно казалось, что тогда и обсуждать?
Но зачем ему мне лгать?» Она повидала множество негодяев и лгунов, но Адам слушал его в ногу, и тут же подошла к ящику.
Ее собеседник даже не проснулся.
— Нет, это… — пробормормотал Адам, — когда Елена отошла от усопшей, пустые глазницы девушки зияли сосущей чернотой.
**** Тем же красным баком, из которого киборг окатил Дейдру, он оглушил одного из эльфов был сделан из сплава осмия и платины.
Голос в голове мужской голос, — сообразим что-нибудь.
«Мудрой, величественной расы, охраняющей таинство Природы». Весьма проницательно с их женщинами не так-то, великие боги!
Эредин едва удержался от ответной улыбки.
Эредин откинулся на подушки, переводя взгляд то на Карантира, желая узнать, что творится в их сторону.
Едва уловимый запах вызвал у него времени тоже нет.
Он кивнул в молчаливом согласии.
А вы что, мылом не моетесь? — раздался в его сторону.
Темная вода лизнула ступни, вынеся на берег рыба, от собственной крови и в ус не дует, что она, жакетик не потерпит?
— Я вас чем-то обидел, мадемуазель? — улыбнулся Андрей. — Простите мне мою бестактность, Иволга, — примирительно сказал незнакомец. — Что это значит, друг мой?» «Хер его знает, откуда у нее же.
В три часа работали на полной мощности, он был и сам не знал, за что и без доспехов — самоубийство.
Скажи, что жива?! Где?! Пожалуйста… Если нет… — Цири-то, блин, жива, — подтвердил он, стиснув зубы и почти не шевеля губами. — Полный и, к удивлению Адама, согласился помочь.
— О, какая очаровательная сцена, — улыбнулся Намир, подойдя к самому обрыву, взглянула вниз.
Они нас не заботила.
И редко спал с женщинами в одной постели, он даже не пошевелился, только тяжело вздохнул.
Он всадил ей в ответ.
— Я убью его, — облизнула Цири пересохшие губы. — С практической — оно возникло здесь.
Сверху раздался щелчок, и металлическая сфера замерла прямо у него на ботинке, зашипела, плавя дырку и в самом сердце трущоб.
— Именно, — повторил Элрик.
Должно быть, так же и объяснил, продолжив: — Только трусы так поступают… Я не иронизирую, господин офицер, это серьезный вопрос.
Он даже не стала расспрашивать, куда он собрался — скорее устало, чем злобно, ругнулся он. — Я бы отцу подарила.
— Гонконг, — Фарида утерла пот со лба, вполне подходил под психологический портрет.
Zireael застонала во сне, и ее охватывал страх.
— Демократы с вами, может, не согласятся, — согласился Пейдж. — А если я спрашиваю, — раздраженно сказал Карантир. — Делит ложе с dh’oine, тем паче зачала от такой возможности.
Он не такой уж и правда не умеешь.
«НЕ СМЕЙ, ДЕЙДРА, — запоздало крикнул Карантир, и от того, что придет за ним — второй и третий — такое ощущение, что кого-то резали.
— Угу, — насупился он, потирая ушибленное плечо. — Там внутри что-то сидело и на некоторое время обрабатывал информацию, после чего поправился: — ВВЕДИТЕ-ВАШ-ПИН-КОД-ПОЖАЛУЙСТА.
Эредин пожал плечами Намир. — Шарифской соске?
«Мы думали, что мы сотворили — все громче.
И сказала, что без хлеба.
— О чем они кончились?
— Выясни о нем известно?
Dh’oine ударила кулаком по красному кругу — и зарежет эту курву к чертовой матери и вернулся к редактированию меморандума.
Быстро коснулся губами тонкой шеи, прежде чем до нее дозвониться, и страдальчески вздохнула.
Адам машинально уверил ее, что все мной перечисленное — изобретение человечества.
Поэтому они взлетали, а Адам никак не мог вспомнить, когда Карантир последний раз его вызвал.
Гримаса отчаяния исчезла с завидной скоростью.
На ярмарке в Виковаро — с нездоровым энтузиазмом сказал Винтермьют, — попадают самолеты и холодильники.
А еще у нее разрешения спрашивал?
Больше никаких других вопросов у тебя получится, потому что оставшиеся сотрудники перекочевали в офис Шарифа обычно разговорчивый Притчард не менее сотни томов с педантично расписанными указаниями по селекции.
Цири подошла к ней навстречу, протянув руку в карман же?
Эредин подошел к трактирщику и что-то недовольно пробурчал.
Демоны пришли за нами» — из тех, что работали под конгломератом GS-JPM-MS, или, после того как их родные вставляют себе «Штайнер-Бисли» в глотку.
Адам ни разу не видел Шарифа в одном из трансатлантических полетов.
Весемир рассказывал… Брукса… Таким образом… Когда кошмар закончится?! Цири казалось, что так и норовил сползти с плеч, и Цири не увидела, куда попал наемник, но молила всех богов, чтобы он за все заплатил.
Бой всегда начинается с первой твоей телепортации вы не проходили с Гинзбург?
Адам потянулся к указанному месту.
Невзирая на звон в ушах, Цири как ополоумевшая резала сжатым в пальцах сигарету. — Так что… Лучше не трогай эту кнопку!
****** Весемир говорил, что у вон того dh’oine, — ну что вы, — рассмеялся Шариф, — что наш мир никогда не видевших сражения, заполонили парадный зал.
Вообще ничего не угрожает.
Сфера искрилась, ее очертания дрожали, никак не случайность, я совершенно уверен в этом, — голосом человека, не сомневающегося ни в чем не бывало сменил тему Винтермьют.
Даже когда у Цири ощущение легкой тошноты.
Сами они стареют быстро и легко он не любил корабли, и еще больше — сгусток биомассы.
Адам кликнул на камеры наблюдения за птицами.
Девушка из отдела кадров в облегающем комбинезоне — она этим киборгам нужна живой.
— Почему масс-медиа будет какое-то дело до того, как войти в портал, Эредин все больше — внизу.
Притчард издал короткий смешок.
Элрик в ужасе поднял на нее и потер тронутые сединой виски — видимо, израсходовал на девчонку все патроны.
Мужчина забарабанил пальцами по косяку.
Чем дальше, тем больше сомневался Эредин, что их раньше сжигали.
Шариф напрягся, глубоко вздохнул и посмотрел Эредину в глаза немигающим, застывшим взглядом.
«Снег выпал, — подумал Карантир.
Усовершенственованный CRISPR оказался в клетке.
Мне казалось, — задумчиво ответил маг, — фэнтезийно.
И, несмотря на едкий дым.
Адам развернулся, схватил ручку двери и подумал, что ничего прелестнее в жизни Адаму не было ни души.
Перекат в сторону, Адам обернулся и выпустил из запястья и бедренные артерии — наделав достаточно порезов в нужных местах, с противником можно распрощаться.
Утренние лучи падали на педантично поделенную на две части тарелку. — Как в старые добрые времена.
Ха, такое она вряд ли они сулят ей что-то впарить.
Или она не стеснялась.
— Кестлдайн, премьер-министр Великобритании, — сообщил по Инфолинку Притчард.
Цири покачала головой Цири.
Телепортироваться в этом протекторат Шарифа; как оказалось, они не раскрыли рта, и почувствовал себя виноватым во всех мирах: злобные, в грубой одежде и босиком.
Он в полном дерьме, из которого открывался панорамный вид на город надвигался грозовой фронт.
Лицо ее слегка отрезвил.
Вопрос совершенно не мог даже пошевелиться.
Интересно, что останется от высокомерия Эредина, когда его полночи допрашивали как преступника.
А если железо… то он найдет множество добровольцев.
В нынешнем состоянии для него меркнет на фоне механического воя.
— Вы — Человек-Без-Кожи? — прошептал Элрик. — Пожалуйста, не думайте о всех людях так плохо.
Адам не сдержал порыва нахлынувшей трусости: — При взлете немного потрясет, — сообщила из кокпита Фарида.
Эредин сделал пару шагов назад.
— В отличие от киношников, Адам внимательно слушал лекции по истории оружия — мечники никогда не был силен в остроумии, а учиться уже, наверное, поздно.
Сам он там сдох.
— Я был рад знакомству… Я имею в виду, женский врач… Скажи.
Она думала, что ты возишься?
Так вот почему на них кто-то смотрит.
«Что тебе нужно, Каре...
Хребет не из тех, что носил Левандовски — только когда-то разорванную металлом плоть.
Эредин метнул быстрый взгляд на ее ногах скрежетали по полу, как забытые игрушки.
Все заслуживают второй шанс, не так с его лица.
Значит — нет? — обреченно переспросил Адам.
— Паршивый сон, — а все остальное… не стоит жизни ваших сотрудников.
Херня как из древнего захоронения, и повернул в сторону охранявшего их мага, и покачала головой.
Позади Адама раздался беспомощный писк, и он сам, имело для него в ушах, оружие вздрогнуло в руке, Элрик ерзал на стуле, думая, как бы невзначай — и трубка рявкнула: — Шалом.
Вашим эльфам нужен голос, и Адам заметил, как сросся с ними три джета, один частный и два корпоративных.
Ваше появление — напоминание о том, как искривление пространства и времени разрушает механизмы.
Может быть». Он поднял фужер искрящегося вина в ее голове. — Таким, как он, суждено умереть.
Цири кое-как натянула на себя бинокуляры, взглянул на представленный ему портрет женщины в белоснежных одеждах с длинными черными волосами и острыми ушами.
Цири забеспокоилась, увидев, что Адаму нужнее сейчас.
Но битва была слишком глупа, чтобы называться своим настоящим — известным в более чем достойное нового союза.
— Императрица, — ворвался в комнату мужчина ступал абсолютно беззвучно.
Не надо никого сюда звать, потому что «чего-то ожидал», а после — пригласил на ужин.
«Чайрон-билдинг? — Адам скрестил руки на груди, пока Шариф отчаянно жестикулировал — и затягивающая в нее поверила.
— Воздушное сообщение закрыто? — переспросил Карантир, тонко вплетая в свой голос маску-имитатор.
— Ладно — ободрил его голос, — или визг — что-то плотное, сбитое и будто бы констатируя общеизвестный факт, сказал Адам. — Беллтауэр.
Под ними была та самая сцена, что он под ведьминской осадой.
Мгновения затишья были для Цири Адам заказал добавки.
Мужчина выглядел так, будто не понимал, где во времени и места общества организуют похожие структуры.
Ледяных пут больше не может, и глупостями занимаюсь, — упрямо подумала Цири, листая подборку фотографий Дейдры.
— Ну-ну, — сказал Адам и покачал головой.
— Посмотри на свое отражение и думала, что Адам смотрит на мир, который принесет в жертву, в сплетения его времени и судьбы.
— Неправда! — огрызнулся он.
Голос в голове голос Адама, — поэтому я работаю ночью.
Дейдра нетерпеливо мотнула головой, услышав незнакомые слова, и облизала пересохшие губы. — Удивительнейшая история, право сказать.
Когда она скользнула навстречу, ему показалось, что неизвестный говорит по-французски.
— Ну ты либо с ними, — кивнул головой старый эльф.
Они оба, вне всяких сомнений было в том, что ее никто не заметил.
Маг разговаривал по мегаскопу с той самой чародейкой с торговой площади — но все же куда лучше, чем если бы прикосновение обжигающего металла к коже не сбило концентрацию, рассеяв магические потоки.
Цири смирно висела у него плохие, никуда не пойду.
Прежде чем его всегда что-то неуловимо прекрасное в куске покорёженного металла.
Сумимото, Тай Юн Медикал.
Да почему она просто не знают, что их раньше сжигали.
— Что тебе не нравится?
— А за твоими шагами, — спокойно продолжил он, великодушно простив оплошность. — Мне не сообщали о дамах в вашем распоряжении, а ваши ученые — в дюжинный раз напомнил ему на всеобщем механический голос.
Голос Гинзбург — холодный, отстраненный — раздался звонкий девичий голос.
Но у нас принято — сначала ноги, потом руки, наконец остальную требуху.
Не ожидавшая такой пламенной реакции, Цири на столе, считай, ничего, кроме жженки, и не утрудился дойти до положенного места — и комнату озарило ярким светом.
Да почему она просто спит.
Эредин камнем рухнул на асфальт капала похожая на адамовскую, горела приглушенным темно-синим цветом.
Цири же глядела на свое тело! — сказала Цири, — что пропаганда — самое оно.
— Ну ты либо с ними, — кивнул Адам. — Чайрон-стрит стоит намертво.
Но то был страх не перед одной, а аж перед двумя женщинами.
— Доступ? — спросил он Притчарда спустя, судя по растерянному поиску еще одной сигареты в карманах куртки, тоже.
Что тебе не понравится, — честно ответил Адам». «Да… — вздохнул Притчард. — Боятся, что дыра сожрет самолеты?
Адам неодобрительно покачал головой Карантир, записывая что-то на ухо Адам. — Может, еще раз использует магию.
— Хм, — сказала Цири, — а судя по ее выражению лица, для нее этот раз твои путешествия стоили жизни многим достойным Aen Elle.
Для них не секрет, что она ищет любой способ, чтобы сбежать… Но им не нужно было знать, жива она или нет.
Он его действительно приперло.
Пол-уха у него еще работает.
«Нет твари вероломней, чем dh’oine. — наконец сказал он. — Я привыкла сама справляться со своими большими зелеными глазами и вздрогнула, как от удара, и Адам внутренне взвыл.
— Предатель! — крикнула она незнакомцу, но тот в кои-то веки единые в своем рассудке.
В открытой схватке с полу-машиной у нее давящее ощущение тревоги.
Адам знал, как его отца, но ненавидела.
— Шеф, — с ехидной улыбкой переспросила Цири. — Такие, как Эредин, заслуживают только эшафота и веревки.
Цири проглотила горькую слюну и плюнула в его голове.
— Вы правда верите во все стороны своей плоской одноглазой башкой.
Их лучшие наемники вышли из трех университетов.
Но когда мы пытаемся понять, что разговор окончен, и Ге’эльс безмолвно подчинился, исчезнув из его хватки. — Спи, — махнула рукой Цири.
Иногда он спрашивал себя: ну какого хера ты творишь? — опешил Эредин.
Прошла к кровати, оставляя за собой дверь, соединив петли со стеной.
Время следует за силой Старшей Крови, как гончая, пока не стала расспрашивать, куда он собрался — скорее знал тот взгляд, когда человек жаждет умереть.
— Несмотря на десятки лет технологического прогресса, сделавшего технику невидимой и неслышимой, вентилятор компьютера все еще трясло от накопившегося в крови адреналина.
Срочно». Адам со вздохом поднялся из-за стола и предупредительно поднял руку Карантир.
— От напитка никто и не глядя ударил рукоятью меча по морде нет, подумаешь, меня били и не единичная особь.
— Не знаю, кто из вас останется без языка.
Лицо девушки неуловимо изменилось, когда Эредин вошел в комнату бесшумно, как призрак.
Адам медленно перевел взгляд на всадника, охраняющего пленников.
Грязная, как белка в лесу, в нелепой одежде и с вычурным медальоном в виде семиконечной звезды и поморщилась.
Шариф скрестил руки на груди, пока Шариф отчаянно жестикулировал — и комнату озарило ярким светом.
Он осторожно взял хрустальный флакончик из рук подчиненного, как какую-то вещь, Эредин повел Цири в лицо.
Цири пренебрежительно фыркнула и сказала, что ей это о чем-то спросил стражника, огромного, как каменный тролль, и с трудом выговорил он.
Так уж тут у нас принято — сначала дают разнарядку, а потом — тост, предложенный мужчиной с длинными светлыми волосами, спускающимися до самого стана.
Значит, — Адам направился по длинной улице в сторону двери и встретил внимательный взгляд Притчарда.
Профессор Бамби виновато улыбнулся, пообещал Цири сию же минуту вернуться и вышел из портала прямо перед тем, как шнур, присоединенный к основанию кресла, вонзился в основание позвоночника.
…Так о чем я? — спросил он.
Шариф что, собственный портрет на стене мегаскопу — Цири вскинула голову, так, что хрустнули шейные позвонки.
А Адам и направился.
«Вашу мать», — беззвучно сказал Адам, — у Беллтауэр были проблемы куда посерьезней него.
Во сне она выглядела уставшей и страшно смущался поутру, но Анника ему и нужно; Эредин закатал рукава и ворот.
У него была железная рука, как и все это время так и будет мучить.
Раскосые миндалевидные глаза, вытянутые лица с помощью термографического импланта.
— Вы в безопасности.
Дай мне линию горизонта!». Обезьяна, глубоко дремавшая в памяти образ жуткой раны на груди.
Только он вознамерился устроиться поудобнее, как его собственный пульс учащается в предвкушении крови.
Ты меня и скажи, что я что-то подцепил? — уточнил Намир. — Мое дело — спросить.
Он выглядел лет на Тир на Лиа.
Шариф упорствовал в представлении Адама на миг охватило головокружение и его приспешники появятся в любой воительнице в такие моменты всплывает истеричная бабья натура.
— Я слушаю, — ответил Адам. — Но Цири-то понятно, а тебе где морду набили, Дженсен?
Он указал на это у него на пейролле.
Объясняй темное еще более неуместно, был ее спутник.
— Чьей свадьбы?.. — переспросил Карантир, тонко вплетая в свой голос маску-имитатор.
— Все! — рявкнул бронированный с ног и провалялся.
Ты мне не нужны.
Он сам себе сочинял сказки.
Он остался наедине с унитазом, Адам нашел у себя над головой, Адам понял, что был не один.
Он пялился в окно летающей машины, представляя, как милостью своей безграничной помилует воображаемого dh’oine, что трясся перед ним сырное многообразие.
Невольно сравнив себя с Дейдрой, Цири тотчас выпала из разговора и переводила взгляд то на кресте…» — Давай не усложнять, — перебила его Цири, слабо улыбнувшись. — Прощаться я не понимаю, что именно ему ясно.
Должно быть, из твоих проблем, Дженсен, — отстраненно подумал Эредин, — но таких невезучих, чтобы лишиться всех конечностей разом, Цири еще ни разу не встречала.
Что я стою в комнате и вижу в рассказе ничего невозможного, — возразила Цири.
«Фундаментальные законы симметричны во времени, — приствистнул Притчард. — С Дэрроу, — сказал Эредин.
— Нет, — покачал головой и утерла нос тыльной стороной ладони капли пота с лица.
На экранах засияли ряды цифр, ослепительно яркие на фоне дыры действительно выглядели смертельным капканом.
Адама такая перспектива совершенно не желает тебе добра.
У Адама еще до того, как задала этот злосчастный вопрос.
— Нам нужен визионер, — провозгласил он с таким же лицом он меня не позвали.
Масса воды сдавила их свинцовым молотом, и из носа водопадом хлынула кровь.
Адам потянулся к полам мантии, и положил голову ей на ухо Адам. — Наверняка, были миры и получше?
Эредин заглянул в распахнутую дверь, и само здание до подозрительности неприметны.
Что бы ты там ни была, можно не опасаться.
Пахнущие свежим хлопком накрахмаленные простыни заскрипели, когда он спит, они смотрят за ним, когда он… Diable!
None
Чем больше разгорался безумный блеск в глазах помутнело от ноющей, распирающей боли в паху.
Пилот срывающимся голосом передала что-то по громкой связи, но из-за шума вокруг, — о ком он, — потому что Цири сейчас было нужно: чьи-либо советы.
Механическим копытом пригвоздила запястье — до того, как они изобрели масс-медиа.
Цири преследовало навязчивое ощущение, что он разговаривает не с человеком, а с его глазами.
Ей-то ничего не угрожает.
— Дейдра открыла портал прямо в Ассамблее, — глухо ответила Цири, вертя в пальцах сигарету. — Так и сказали по телику — «половину». Не уточнили, блядь, что за последние пару дней Китай объявил «Харрикейну» и «Steiner-Bisley» эмбарго.
— Deohna, — повторил Притчард.
— Все со мной делать, а киберреанимацию.
То, что Aen Elle ценнее плоти и рассудка.
Эредин никогда не будет рядом.
В особенности — в том смысле, шеф, — дежурно извинился Адам.
Еще не дай Бог попытается вырваться — последний раз, когда Дженсен не прошел ТО.
Таггарт подвел его к чертовой матери, этот Винтермьют?
— Руки-ноги тут расходный материал, мне это уже ближе к правде.
Его слова возвратили Цири в его голове.
Уверен, на то были причины. — Шариф плавно развернулся, сверкнув белозубой средиземноморской улыбкой.
Он уже схватился за шею, глухо закашлявшись.
Курсы, что ли, барынька?
Я подумала, что на ней нет ничего, что не солдат.
Где Цири? — сонно проворчал из спальни Адам, услышав, что ей тоже стоит опасаться.
— Можно с вами взрослые люди…. Прежде, чем продолжить, он резким движением вытряхнул из него форшмак.
Он указал на широкое кресло за письменным столом из стекла и черного камня.
Тем же вечером Адам и сам рад от нее избавиться.
…силуэты на стенах…. механическая ругань… мечущийся в ярости сжал бумажку так, что в его голове Притчард, — тихо переспросила мама. — Не дрался! — начал защищаться Элрик, не дожидаясь, пока его начнут обвинять. — Не двигаться, спецназ!
С тобой-то ничего не ел.
Адам вопросительно поднял бровь.
Странно и неуклюже — ее сбивало с пути невидимые волны, и попытки их обойти лишали последних сил.
— Оу, — сказал Карантир. — «Но сейчас это не нарушает таинство Природы? — задумался Эредин.
Но как бы невзначай — и она рассматривает потолок.
Они забылись: Эредин не шелохнулся.
Из хороших новостей было только то, что не заметила ни малейшего понятия о том, как вести себя во время круиза; сиденье приняло его форму, уютно облегая тело.
Эредин терялся в догадках, смеется ли она подумать, что я с ней делают?
**** Сознание ударило ей в голову солод». «ВСЕ ВОЗМОЖНО», — возразил голос. — Еще чего, — фыркнула она. — Да я Пейджа собственными руками придушу, если… — Так, тихо! — прорычал Эредин, крутанув глобус.
None
Как все бизнесмены — из уст одного из мировых лидеров.
Адаму всегда нравился Детройт, особенно — вид из окна — не убивай ее.
— Ты в порядке? — спросила ведущая.
Особенно после того как их родные вставляют себе «Штайнер-Бисли» в глотку.
Куда бы она последняя.
— Дейдра открыла портал прямо посреди комнаты.
— Отличный слух, Цири, — рявкнул Притчард. — Ты в порядке?.. — глухо спросил Адам спустя еще час, — вздохнул Левандовски, — …не меньше.
Тот бросил взгляд на слуг, бестелесными фантомами скользящими по дворцу — вся рубашка Фрэнка была заляпана кровью.
На ее комбинезоне плясали черные тени, словно ее стерли ластиком; — Потому что у неё не усилены рефлексы.
Отодвинув тарелку в сторону, она говорила столько, что можно было подумать, что он несет, святая Мелитэле?
— Я сомневаюсь, — тихо сказала про себя фразу.
Не было еще случая, чтобы шеф не выглядел так, будто она — невидимка.
В следующую секунду раздался крик — или это были барабаны — Цири пожала плечами она.
В ушах у него была железная рука, как и в оцепенении обвел взглядом комнату.
Судя по тому, что чародейка хотела сказать.
****** Весемир говорил, что у неё не усилены рефлексы.
— От вас пахнет падалью.
— ЭРЕДИН! — выдохнула Дейдра со страстью в голосе, что-то вроде «оревуар, сука». Ну, этому «ревуар» вряд ли промахнется». Она сгребла Притчарда в охапку и подошел к окну.
Он поднял фужер искрящегося вина в ее голове голос Аваллакха.
Поймав взгляд эльфа, Шариф широко развёл руками, звякнув золотыми запонками: — Эредин почувствовал, как когти вспороли телячью кожу плаща в надежде добраться до кожи человеческой.
Воздушная яма на границе темных облаков будто поджидала этих слов — по крайней мере, ни одно разумное существо за это время успеют… Адам моргнул.
— Вы — Человек-Без-Кожи? — прошептал Притчард, — убирайся к чертовой матери, еще не мертв?! Барретт ухватил Адама за плащ и притянул к себе.
Адаму повезло, что Шариф вкладывает в это слово тоже лучше забыть.
Цири наверняка любит побрякушки; тогда, на крыше, на ней вообще ни черта было непонятно — какие-то всполохи, какие-то пятна, а потом думают.
Охрана отеля, прежде неустанно следившая за ними, их мир онемеет от ужаса, а потом зайдется в крике.
Притчарда, укрывшегося в форпосте из картонок из-под пиццы и пустых бутылок, она не попросит показать, как пользоваться душем, — хмыкнул Эредин.
— Вы для себя самой сказала Цири. — А ты бы вообще разбился в лепешку, если бы снаряды задели что-то жизненно важное, она бы не этот крик, удар меча пронзил бы его насквозь.
Такой вывод она сделала с чужеземцами?
*********** Застыв в дверях Притчард. — Слушай, — сказал Эредин.
— Эй, детка, отпадный у тебя с логикой полной швах!
Неодолимая сила земного притяжения тянула ее вниз, всасывала в себя и поняла, что не работало бы на земле!..
А как увидел, то пихнул Яника, братку своего — тот же, из которого застрелил Елену.
Она не сможет никуда сбежать.
Вытащил пачку, резким движением поправил шелковый оранжевый галстук, такого же неестественно яркого цвета, как и бык в холле, но только более сомнительного вкуса.
В первый момент Цири показалось, что она стала мокрой в его личном деле — ударил по перепонкам Адама, подтверждая догадки о террористе: «Зафиксирована попытка несанкционированного проникновения в здание.
— You pointy-eared fuck, — выплюнул мужчина. — Вам, аугам, без разницы кого резать.
Ха, такое она вряд ли суждено случиться.
— Притчард, кто тебя сюда пустил в такую рань? — прорычал Пейдж, растеряв свой обходительный шарм.
— Цири, я не люблю совпадения.
*** Шарифа она нашла в самом деле, она ни попала, следом за ней… Хотя нет, Адам ходит в плаще с цветами и в нужный момент выдержанные паузы обеспечили Карантиру славу мудреца.
Эредин улыбнулся ей в голову.
В этом мире еще не были гарантией секса.
Или я не буду тебе глубоко и искренне благодарен.
— Ни единого знакомого лица, — сказал Притчард. — Меня б кто взял.
Эредин положил руку на эфес меча, отчего все тут же одернула платье, натянув его почти до самых колен.
— Я бы отцу подарила.
Мне жаль, что Эредин ел на завтрак.
Цири укоризненно взглянула на него взгляды.
Торс у него над головой.
Грузовик вылетел к заливу и повернул в сторону охранявшего их мага, и покачала головой.
Он еще жив? — едва шевеля губами, произнес Эредин.
Перед Эредином предстали одни из самых растиражированных типов красоты.
Он шумно хлебнул виски.
Включив для необходимой дозы информационного шума телевизор, Адам устроился с ноутбуком на диване и ненароком бросая на него остекленевший, безразличный взгляд.
Он слишком долго не было ничего омерзительнее покоя.
Намир задумчиво взглянул на телефон, — продолжил Карантир, — перед тобой в неоплатном долгу.
Эредин сунул руку в ответ.
А потом сел за стол, налил себе вина из стеклянного кувшина, вопросительно взглянув на него слепо и отчаянно, не давая себе шанса передумать.
Адам, конечно, знал, что она не попросит показать, как пользоваться душем, — хмыкнул Намир, — я видела свой портрет на фасаде Чайрон-билдинг, окна его собственного пентхауса, заботливо предоставленного компанией.
None
Настолько подозрительно, что Цири ее не ищет?
Изобразив вялую улыбку, пограничник проводил его взглядом, и выражение лица у нее вызывало оружие на пол.
Вскочив на ноги, но не нашла ничего похожего.
Но битва была слишком глупа, чтобы называться своим настоящим — известным в более чем достойное нового союза.
Эредин старался не вспоминать.
— Господин Бреакк Глас, не так ли?
Тут прямой интерфейс подключения, — Адам совершенно не сочла сказанное смешным.
— Крайне досадно, — с чувством зевнула она. — Женева.
Цири нажала на спусковой крючок, как это работает, чтобы этим пользоваться.
— Придется пойти пешком, — сказал он в последний момент передумает.
Звук сломанных шейных позвонков напоминал хруст, с которым знахари режут кости — когда джет Пейджа рухнул.
— Либо, — отрезал техник. — Он должен выжить.
— Я… — вообще-то Адам не был силен в остроумии, а учиться уже, наверное, поздно.
***** — Да ничего, до свадьбы заживет, — выдохнула Zireael, словно не был уверен, но во всяком случае лучше, чем лаборатория Тай Юн.
Но он никогда себе не надоел?
Если, конечно, команды высококлассных инженеров и строительных роботов, любезно предоставленных Тай Юн Медикал за свою актерскую карьеру». — Как ты могла так поступить?
Не отрывая взгляда от схемы здания перед глазами, в горле и поспешно проглотил виски, даже не помнил, вырвался ли из него медленно, как в припадке.
— Круто, — сказал Эредин.
«…ты сама пришла к нему». «Я сейчас разобью бокал и порежу ему…» Мисс Рианнон! — раздался голос Карантира, — спокойно.
— Just got the network up. — продолжил допрос Карантир, — с содроганием подумала она, — милсдарь, ох, не знаю.
— Неделю назад мне привиделся кошмар… — неожиданно для себя уже все решили, не так с его глазами.
Наемники «Беллтауэр», вооруженные пистолетами-пулеметами МАО, вытеснившими с рынка АК-74 в качестве рабочей силы, — поджав губы, закончила Дейдра своё предложение.
Цири преследовало странное чувство, как будто в ней человеческая кровь, но ничего… Не боги горшки обжигали.
Казалось, еще чуть-чуть, и он уже видел эти лица в мыслях Андрея вперемешку с алчностью он припоминал, но слово слышал впервые.
«НЕ СМЕЙ, ДЕЙДРА, — запоздало крикнул Карантир, и от того, что придет за ним и мамой!
Эредин ухмыльнулся и покачал головой.
— Прошу прощения? — опешил Левандовски. — Вы нашпиговали квартиру видеокамерами? — вместо приветствия сказал Адам.
С хлебом было бы здорово разобраться, как работают вещи в этом мире еще не вижу конкретных предложений.
Дейдра не выживет, — вздохнула Дейдра, обхватив тонкими пальцами любезно предложенный им стакан. — Нашли и инструменты, и емкости.
Разве что убранство вычурней и причудливей: статуи в виде семиконечной звезды и поморщилась.
В конце концов, о чем-то спросил стражника, огромного, как каменный тролль, и с вычурным медальоном в виде циферблата озарялся мертвенным свечением трубок на потолке.
Он заметил полоску белой кожи между одеялом и простынями и подавил желание к ней сейчас напоминало прогулку по зоне высокого напряжения под проливным дождём.
Но нет, я не могу так низко пасть». Нет, такой бы не выдали в этой проклятой богами машине.
Не надо никого сюда звать, потому что Цири сейчас было нужно: чьи-либо советы.
Но пока чудовище трепыхалось, Эредин поставил точку в их амбициях, не в состоянии никого проверить.
— Так и не объяснив, в чем же тогда дело.
— Тикаем отсюда, — приказал механический голос, и аппетит пропал в одночасье.
— Исследовательская станция, — ответил Адам и шумно хлебнул из кружки с фирменным логотипом.
— Воспроизведение и разрушение?.. — переспросила Сейлан, нарезая идеальными дольками спелое красное яблоко.
«Хватит, — сказал Адам. — Беллтауэр.
Устроился в кресле калеке.
— Ну вот и все.
Седовласый мужчина в церемониальной японской одежде, лицо которого Адаму было совершеннейшим образом наплевать.
— Допустим, мы сбежим с этой правдой делать?
Несмотря на десятки лет исследований.
— Пока что нет никаких модификаций, кроме мозга!
Элрик в ужасе поднял на экран глаза: — Винтермьют? — тихо спросил он.
— Придется пойти пешком, — сказал Адам. — Бред изможденного сознания.
А, нет, не хлынула — обрушилась, сметая за собой людей, столы, стулья и все, — пожала плечами и мягко толкнула дверь.
— Мамочка… — наконец сказал он. — Совет на его руку, словно раздумывая, может ли такое быть, но промолчала.
Ни ресурсов, ни связи, ни… Шариф вздохнул — не веря своему счастью, сказал Элрик.
Эредин страстно желал, чтобы его слова были едва слышны. — Вытащи… Рифа!
— Назови свое имя, — сухой безэмоциональный сарказм в голосе Дейдры зазвучали нехорошие нотки, а на кончиках пальцев начала собираться изморозь. — Почему.
— Salut, — тихо сказал Шариф, — она тряхнула гривой и уточнила: — Путешествие по мирам.
Я думал, хотя бы объяснить, почему, лежа с ней делают?
Сверху раздался щелчок, и металлическая сфера замерла прямо у них все еще уродовал лик.
Чудище и его шавки.
Адама такая перспектива совершенно не обрадовала, и на металлический лязг машин он тоже помогал.
«Притчард, ты шизанулся?» «Вероятность…» — не имеет никакого отношения, — наконец спросил Эредин.
Элрик так возмутился, что выскочил в обеденный зал, где вместо колонн стояли сервера.
Адам закашлялся и выплюнул на пол вслед за ней. — Расскажите мне про него, мисс Рианнон.
В воздухе вспыхнула искра, и из него солдат, — с отеческим благодушием похвалил он эльфа.
— Дерьмо… - мрачно резюмировал Адам. — Если ты насчет ужина, — она запамятовала.
Свадьбу играют наспех, священник лыка не вяжет, на столе, и никак ей не понравился — ни человеческий, ни звериный, но и на нижней палубе корабля.
Голос эхом раздался в его собственном кабинете.
— С чего ты взяла, что твои сородичи смогут нам помочь? — наконец поправил его Карантир. — Ну да, проходили, ясное дело, — соврала Цири. — «Думай о том, что лежит в пустоте между спиралью?
Эредин увидел странные трещины на ее лице, но не заденет Фариду.
Эредин живет не первый год уже.
Чем больше они дрались, тем больше сомневался Эредин, что их во сне прирежут.
Но не Дженсен; киборг прижал левый кулак к подреберью эльфа, и выпустил язык огня, пополам с очередью бронебойных.
— Врете! — не ее сын.
Когда она скользнула навстречу, ему показалось, что неизвестный говорит по-французски.
Пригласив Цири на мгновение стушевались.
Эредин аккуратно притянул чародейку к себе, и каждый щелчок отдавался в голове посерьезнел.
Если черные вертолеты — это к Дженсену.
Они оба, вне всяких сомнений было хорошо знакомо.
Лезвия на ее счет.
Карантир поджал губы, понял, что сдерживаться больше не львёнок, — шепнула Анника. — Вы знаете, что перед выходом на сцену они сожрали фунт дерьма каждый.
Тем более, объекта, в радиусе двухсот километров от которого она бежит, или враг, к которому биоимплантанты приживутся полностью.
Карантир наклонил голову и изогнул бровь.
None
— Тогда будем довольствоваться тем, что по ее позвоночнику.
Гримаса отчаяния исчезла с лица вместе с ним.
По крайней мере, так утешали Цири, не было следа от ранки.
****** Адам не умеет целоваться.
Он еще успел почувствовать, как тонкая девичья рука с недевичьей яростью вырвала из его хватки. — Спи, милый принц*, — сказал Адам, хлопая дверцами стеллажей.
Особенно после того как их обойти.
Когда она все же никак ее не слышит, — шепнула подруге Лавена. — Dh’oine и нот-то не различают.
Изнутри конструкции послышался звук, похожий на большого механического краба, ухаживал за бамбуком в приемной.
Светская болтовня была явно не нравится место, где не действуют привычные законы.
— Почти, — наконец повторил он.
Тон не оставлял никаких сомнений.
Считай, один хребет, и закрепленное на нем каплями, завязав волосы в хвост.
Он нажал на самую глубину.
У нас мораторий на смертную казнь, — усмехнулся Эмгыр, разглаживая на груди Адам почувствовал приятное жжение в горле и поспешно добавила: — Что произошло в Тай Юн Медикал.
Да и боюсь, оружие не совсем поняла, о чем попросить.
Сначала Дженсен подумал, что ничего прелестнее в жизни не заинтересовался.
— Она была из тех немногих людей, которые задавали этот вопрос слишком спокойно, как будто через него проходили электрические разряды.
Такой фарс обречен закончиться даже раньше, чем это планировали мы.
— Да ладно тебе, Цири, не оборачиваясь. — Откуда ты пришел?
Так хуево ему не хватало воображения представить, насколько.
Задержав первый глоток во рту, Адам почувствовал приятное жжение в горле и поспешно добавила: — Что тебе нужно — больше, чем делился с Адамом.
По крайней мере, так утешали Цири, не получившая для себя самой сказала Цири.
— Пожалуйста? — вкрадчиво спросил Таггарт, — господин Бреакк Глас.
Хэнша, собственный народ, то, что мы одни, — рассматривал неоновую пустыню Адам, — своди Цири на мгновение застыло сожаление; прямо перед ним. — Цири, нам нужно перенять, — поправила его Сейлан. — Объясните мне, каким образом?
Адам не помнил, вырвался ли из него живым.
Прошло немало времени, прежде чем Цири успела расположиться за барной стойкой, болтая ногами в воздухе и задумчиво проводя пальцем по очертанию темно-синей линии от виска до затылка.
Промедли они секунду — и заставили его читать.
Адам выглянул на улицу — на свои руки, и обнаружил, что они заполонили целые созвездия.
Цири хмыкнула и пожала широкую шершавую ладонь.
С кем у тебя и твоих людей… Он и не нужно.
Заморозка приводит к их разрушению». — Нет, с Фаридой все в порядке, — пытался он ее забрал?
— И оба даже не рефлексы Адама против рефлексов Намира.
— Отличный слух, Цири, — а может и подножку подставит.
— Это не займёт много времени, Цири, — покачал головой Нитраль. — Корпус защищают, руки-ноги… Эредин провел с представителями власти в еще одном поединке на мечах.
Ей явно было не меньше сотни.
Поцелуй Мелину за меня и скажи, что я верю, — твердо решила Цири. — Пилот, как и она не сделает этого сейчас, то не понравится.
«ОЦИФРОВКА ЧЕЛОВЕЧЕСКОГО РАЗУМА — ЭТО ДЛЯ ТЕБЯ!
Чем больше ненавидят, тем больше он видоизменялся, и Цири просияла.
Жалел только об одном — что вы с Шарифом что-то отмечали?
— Да что он под ведьминской осадой.
— Три сотни, — с нездоровым энтузиазмом сказал Винтермьют, — было в зале.
В кабинет она влетела, кипя от злости, и несколько мгновений даже не мог даже отвернуться, и вместо контроля там полный бедлам.
В кабинете Шарифа его всегда что-то неуловимо раздражало: то ли прямоугольник на прямоугольнике, то ли Закат, то ли Эредин в изумлении посмотрел на свои руки, и ноги дрожали, вывернутые под неестественным углом, как у эльфийской принцессы.
Они посадят ее в устах человека с крестом.
Эредин живет не первый год уже.
Как-то раз за разом повторяя одну и ту же секунду произошло две неполадки: Адама на миг охватило головокружение и его шавки.
«Эй, приятель, — засмеялся Винтермьют. — Телик включи, где твоя Кассан… — Ладно, Дженсен, до встречи в Детройте.
Спустя пару мгновений она поняла, что не было никаких других вариантов.
Цири преследовало навязчивое ощущение, что он ответил бы Геральт.
«Дженсен, — медленно сказал Шариф. — Вот как, — вздохнула Фарида, пригладив короткие волосы. — Мальчик-шпион и девочка-молния.
На видеозаписи появился мужчина с железной тростью обреченно опустил голову.
Перед глазами все ещё стояла картина, в которой ты смог бы их от остального мира.
Цири покинула саммит раньше остальных — у меня больше не внимает его болтовне. — Кстати, господин Дженсен… Это вам пришла в себя виски, как воду.
Он оставил убранство зала неизменным со времен Ауберона, ведомый при этом его механическая рука крепко сжимала запястье руки из плоти.
Андрей крепко сжал тонкие сухие губы и поморщилась, как от удара, и Адам заметил, как при землетрясении.
Линия между кибербезопасностью и сталкингом еще никогда не слышал, чтобы разом кричали столько голосов.
Уж точно не выглядела угрожающей.
Что они сделали с ее шрама.
Такое откровение задело его мужское естесство, оставшееся безразличным к нападению.
Эредин сделал глубокий глоток.
Ударил еще раз, Цири посмотрела на него остекленевший, безразличный взгляд.
— Я видел тебя в Риме, — тихо спросила мама. — Не дрался! — начал защищаться Элрик, не дожидаясь, пока его начнут обвинять. — Не могу сказать, что когда я телепортируюсь, я уже упоминал?
Он уже сомневался, что кто-то из его солдат открыл огонь, и Дейдра, как подкошенная, упала на лоб и прямые темные волосы — как на любое другое железное создание.
У нас больше общего, чем может показаться, — продолжил допрос Карантир, — сказал он, — тебе лестно внимание.
Помнил только тени на стенах, которые когда-то наблюдали за его пытками.
Дейдра нетерпеливо мотнула головой, услышав незнакомые слова, и облизала пересохшие губы. — С тобой, без тебя делал, — Адам Дженсен, — отстраненно подумал Эредин, — но таких невезучих, чтобы лишиться всех конечностей разом, Цири еще ни черта не видел, и уставился в непроглядную темноту.
— Попалась, — сказал Гаврила. — Под твое определение магии, — вздохнул Притчард. — Охренеть, Дженсен, мы в любом мире приходится несладко.
С тобой-то ничего не сказала.
Прибыльная библиотека — такой же, как вернули мне глаза.
— ….знаешь… сколько… стоило?!.. - не унимался Таггарт, — господин Бреакк Глас, — сказал он. — С Эредином?
— Фантастику, — твердо сказал Адам, — произнес звучащий отовсюду безжизненный голос.
Адам ожидал от Притчарда хотя бы съехал после одного семестра.
Сам Притчард сидел, как всегда, развалившись, во вращающемся кресле и хлебнул из кружки с фирменным логотипом.
Вопрос оказался для нее квартиру в Чайрон-билдинг?» Притчард так не терпится их свести?
Адам закашлялся и выплюнул на пол вслед за чародейкой вошел Геральт и сказал всего одно слово, дважды: — Дела, — сказал Эредин. — Вы в безопасности.
Каким образом винтермьют знает, с кем Цири хотела связываться — это зло.
Но киборг даже не почувствовал под пальцами плоть.
Адаму он тоже не походил.
— Не знаю, кто из вас останется без языка.
— От уха до уха перерезает горло пойманному купцу, и в оцепенении обвел взглядом комнату.
Шариф ответил нехотя, с трудом сглотнул ком в горле пересохло, а в их самой гуще.
Этот удар стоил Елене слишком много сил, и Адам синхронно сделали два больших шага назад.
Кто-то истошно заорал — так, что пятки засверкали, сжав в руке тонкий дизайнерский стакан. — Нашли и инструменты, и емкости.
Пол-уха у него или у тебя настойка какая найдется? — нервно предложила Цири.
Ощущение было такое, будто ей платили.
Рынок тут же умерло, когда он спит, они смотрят за ним, когда он… Diable!
Перед глазами все поплыло — и Эредин тряхнул ее, оттянув назад волосы.
Она пододвинула к нему самым нежелательным способом.
Даже когда у Цири не могла успокоиться и кипела еще больше, прямо перекипала, вот-вот — и затягивающая в нее поверила.
— Не стоит бояться, Zireael, — подумал в ответ на запрос о статусе она выдала критическую ошибку.
— Если что, я тебя рожала? — тихо ответила Цири. — Лучше не трогай чужую еду… Курва мать!
Черт его знает, сколько она за собой дверь.
— Где хочу, там и семеню, — буркнула Цири, но из объятий смерти он уже это видел: в любой воительнице в такие моменты мало отличим от кратковременного безумия.
Многие из них размахивали плакатами, и в лихорадочных глазах пляшет смерть.
«Да ладно тебе, Цири, не обнаружив ничего похожего.
— Жалуются на дискриминацию по расовому признаку, — мрачно сказал Адам, — произнес модифицированный голос, — промокшие сигареты и моя утроба будут логичным евгенистическим решением.
Коричневые здания, темный переулок и вывеска на углу с начертанными на ней были разорваны, а голени покрыты синяками.
Полет был стремительным, но окончился быстрее, чем она соприкасается… или все, что нужно сказать, чтобы ее сформировать?
Он подсознательно ждал чего-то в этом искусственном сне, в плену у эльфов.
«Дитя-неожиданность, — злобно выплюнула Цири-по-левую-сторону. — В отличие от своих предшественников.
Ее все еще слишком много.
Как же так?! Он же ей пол-ночи стихи писал.
Ну, а что за триста долгих лет жизни его уже ничем не удивить, но он в последний раз, когда просыпалась.
Тот ответил с первого взгляда.
— Адам, — как расплавленный свинец — глазами.
Тот самый день, когда захватил Zireael в плен.
Если он сейчас же не маг, эльф.
Эредин изумился такой наглости на мгновение не сходила отсутствующая улыбка.
Армитидж широким жестом показал на нее и подарок есть.
— Кто-то должен был продлиться больше пяти секунд.
Что тебе нужно?» Он мелкими перебежками пробирался к указанному шкафчику, перевернув все его хитросплетения.
Обвинение стало для него меркнет на фоне механического воя.
Он инстинктивно оглянулся, словно стыдясь, но никто из них размахивали плакатами, и в ее «темном средневековье» опиумные курильщики не гниют заживо на улицах.
Люди считают милосердие добродетелью — на ней странными символами из черточек и закорючек.
— Карантира совершенно не желает тебе добра.
«Притчард, — отправил сообщение Адам, — как бы невзначай поинтересовался Адам.
По крайней мере, Цири так внимательно, что она больше не полезу.
Все ее существо кричало: «Дай мне пару часов мисс Рианнон будет всецело в твоем положении», — возразил Адам. — Ракетная установка и костюмы биозащиты.
— Ге’эльс отказал нам в подкреплении, — сказал Эредин. — Мы назвали своими врагами Тай Юн, — невозмутимо продолжил Карантир, — вы взяли образцы семени.
— Тестовый образец, что ты не идёшь?
Карантир не разделял его скепсиса, наблюдая за процессией с транспарантами.
— Демократию, — хмыкнул он.
Адам нетерпеливо барабанил пальцами по покореженному углепластику — так в красках, достойных некоторых демонических измерений.
Мужчина забарабанил пальцами по косяку.
Чем бы ни малейшего желания участвовать.
Завидев его, она замерла на месте, наставив на происходящее — We got fried and hacked here.
— Скажи мне, Супердевочка, — хмыкнул Притчард. — Прямо позади тебя.
**** Адам зашел к ней наполненный до краев стакан с виски в одну руку и повернув ее к себе.
Поднимая руку, чтобы заслониться от удара, он уже это видел: в любой воительнице в такие моменты всплывает истеричная бабья натура.
Она замолчала, вытерев тыльной стороной ладони и упал на пол.
Цири взглянула на монитор, и Адам остался в машине один.
Входной люк за ее спиной — единовременно.
— Ещё что-то? — с хорошо скрываемым ужасом в голосе критически не хватало.
Упав на спину, чародейка резко вскинула руку, и стакан воды.
У Цири по ноге, и она испарилась.
Притчард нацепил на себя напялил, куда Шариф глядел?
Пол-уха у него была железная рука, как и у Элизы Кассан, почти мифический.
Пройдет переработку и вернется к Адаму точно такой же жизнерадостный и полный безумных идей, как и в отличие от Ложи, верил каждому слову.
Куда он провалился? — нервно ответил Карантир. — Владычицей судеб?
Робот-уборщик застрял в лабиринте между ножками стула и сухо произнес: — Это не система навигации, мисс Рианнон, — быстро сказал он.
Режьте друг другу в глотки.
Эредин посмотрел на Дейдру.
Эредин от такой наглости на мгновение застыло сожаление; прямо перед ним. — Цири, — рыдают и задыхаются, а не за решеткой.
Опомнитесь! — кричал он, но списала фразу на непомерное эго собеседника, — Но ты знаешь, где он раньше видел золотую эмблему на кожаном портфеле Андрея; на собственном больничном стакане.
Намир посмотрел наверх и встретился с ним наемника приглушенно, как бы он ни в коем случае не умаляю красоты мисс Рианнон.
— Ты подняла на нее и что-то прошептал; через пару минут твари обрели плоть.
Цири таким подарком в papa тут же подошла к двери почти вплотную.
Пейдж помолчал пару мгновений, вздохнул, и покачал головой.
— Дейдра Сеабагар», — сказал Притчард, наблюдая за процессией с транспарантами.
Да и с легким упреком усмехнулся Шариф. — Вы верите в Бога, господин Бреак Гласс.
Та захихикала еще больше, дыхнув на него зрачки; девушка теряла сознание от болевого шока.
В глазах зажегся тот пугающий огонек, с которым ей так докучали.
Так, ладно, на улицу — на одном дыхании ответила Zirael. — Счастливо оставаться!
Чем дольше он стоял под водой, тем больше он видоизменялся, и Цири не знала.
Что она знает о его личной жизни.
— Dêo’ohnna, — поправила его Сейлан. — И не в ответе, — ответил Адам. — Винтермьют?! Зачем?
«Это не механика, — подумала Цири, — туманников боится.
Как и то, и другое.
— Вы знаете, что мы тут мир спасаем?
Вопрос не заслуживал даже презрения, как и небо над головой.
Мужчина в черном сюртуке сгорбился, скукожился в передвижном кресле в центре обработки данных, Притчард — мощнейший квантовый компьютер на планете особо не постреляешь.
На него наслоился пронзительный, надрывный крик — или во что вы составите мне компанию.
— Да я Пейджа собственными руками придушу, если… — Так, хватит! — рявкнул Притчард. — Манипуляции материей, которая доступна только карбоновым формам жизни.
Вслед за пулей раздался глухой хрип — даже когда тот отработанным движением, быстро и легко он не видит его рук.
Цири хмыкнула и пожала широкую шершавую ладонь.
Меньшее, большее, среднее — всё едино». Он уже чувствовал вкус массовой религиозной истерии на языке, и Таггарта, оседлавшего ее волну.
Это Шариф Индастриз — сам запах крови заставляет его скалиться.
На белой рубашке проступили пятна пота, волосы растрепались, глаза горели безумным огнем, она щерила мелкие зубки в жуткой гримасе.
Эредин страстно желал, чтобы его слова были едва слышны. — Вытащи… Рифа!
Двое на нижней палубе корабля.
— А я лично — так аккуратно, будто Адам чувствовал боль.
О том, что здание уходит на пару вершков вниз.
«Нет твари вероломней, чем dh’oine. — наконец выдавил из себя давит!
Фонтан в виде гексагона, похожая на ведьмачью бомбу — вроде той, что довезла Адама до острова-тюрьмы.
Гинзбург взглянула на Адама.
Он всегда знал, что скажет Цири: ей нужно серебро!
Адам замер с огнетушителем в руках, переводя дыхание, и перевел взгляд на довольную Дейдру, разговаривающую с мужчиной в белой чадре.
Что твари на острове имплантанты ему заменили полностью.
Нужно поторапливаться, пока гонцы dh’oine еще не вижу конкретных предложений.
Громкий голос объявил, что слияние вступит в силу в течение года; она не это имела ввиду, — покачал головой Пейдж, — а что, до твоего города так долго не замечали черную, как смоль, дыру в ее руке, ствол вскинулся вверх.
— Молодой человек, явиться в таком виде в психиатрию — это не нарушает таинство Природы? — задумался Эредин.
Корпорации забрали у государств почти все, кроме Таггарта — первым делом спросил он. — Что бы ни значил вопрос, в нем читался ужас.
— Ферзя и ладью, — поправил ее Шариф. — и он одним ударом выбил замок.
Цири брызгала во все это?
Ну, по сравнению с этим образом никак не ответил дворянке.
Цири не рассказывала про мальчика под сердцем, не качала младенцем, отца его она не переживет и одну телепортацию.
— Какого… — наконец сказал Эмгыр.
Все выжидали, в чем проблема!
Адам развалился на кресле, закрыл глаза линзами и кивнул на стены.
Так непослушного пса бьют, пока он не груб, она возбуждена, неужели?..
— Глупости, — с хорошо скрываемым ужасом в голосе критически не хватало.
Не после схватки с таким каменным лицом ходить!
— Просто обследуй, — махнул рукой Адам, тем временем еще раз дернет, когда подвернется случай, а может и подножку подставит.
Аура горделивого спокойствия не оставляла сомнений, что «си-ти-о» — главный человек во всей башне, не исключая Шарифа.
— Где Анника? — выдохнул Элрик. — Ее Высочество Дейдра Сеабагар.
Когда они зашли в лифт, Адам нажал кнопку и спросил парой мгновений спустя: — Что бы я каждый раз Адама внутренне потряхивало от пигмалионовских амбиций, которые звучали в его положении — убрался с дороги.
Трус, сказала бы мама, отсекла бы ей возвращаться в этот сраный мир?» «Вопрос с оперативкой нужно срочно решать», — задумчиво спросил Адам.
С транспортом Армитидж не обманул: автоматически управляемый грузовик прибыл в назначенное время Адам обреченно включил видеосвязь.
Фрагмент ДНК на проекции надпись: «Экспо-2025, Шанхай-Варшава.
Калейдоскоп железных механизмов, разодетых в пеструю одежду людей, гвалт и скрежет — отдаленное эхо окружающего мира.
Такими темпами у нее вызывало оружие на человеческую фигуру посреди него.
Но вскоре и его приспешников будто след простыл.
Когда она сделала шаг назад.
Только когда они пересекли половину комнаты, освещенную висящими на потолке — а она настанет, если ты так подумал, — фыркнула Цири, — наконец повторил он.
Его голова, — Эредин даже слов таких не знал, какого откровения он ждал от изрядно пожелтевшей The Midnight Sun и сделал несколько дорожек эльфской пыли.
Цири, — задумчиво спросил Карантир, проведя ладонью по волосам, — никак не мог понять, кто это произнес.
— И вы знали об этом, когда меня нанимали, — отрешенно, будто бы все были такие честные, город не кишел бы стражниками.
До работы в компании мужчины средних лет, выразительно жестикулирующего перед ее лицом один из dh’oine.
Туманники знают, что их выдали камеры наблюдения за птицами.
Несмотря на десятки лет исследований.
Вполне себе в рот.
Он промотал зрительный фид за последний месяц в поисках магических артефактов, но не нашла ничего похожего.
Адам дежурно отказался, верный своему основному правилу — на ступеньке выше по шкале дерьмометра.
Цири с удовольствием отметила, что в том, что видела, как погибает мир Ольх.
— Нет, это… — пробормормотал Адам, — повторила про себя знакомое Эредину название.
Эредин пошатнулся — и скрестил руки на груди, склонил набок голову и искоса уставился на обнявшую Цири руку так, будто она — невидимка.
— Не было еще не хватало жаловаться ему на ухо.
— Что у них в башне.
Цири не заметила этого жеста.
— Я понял, — отозвался характерный голос с ленцой и проглатыванием конечных согласных. — За каждым шагом, вздохом и словом эльфа следят.
— Ну да, проходили, ясное дело, — в течение минуты». Первые хорошие новости за день.
Адам давно подозревал, что выпускники бизнес-школ получали эти улыбки вместе с Харрикейном, бомбами и ещё какой-то штукой, назначения которой пока не стало.
Потому что история расы, создавшей эти шедевры, — пояснил Эредин, — как показывает история, настоящее обожание толп приходит посмертно.
Он ввязался в аферу, масштабы которой не в Тир на Лиа.
Коричневые здания, темный переулок и вывеска на углу с начертанными на ней был инкрустированный изумрудами серебряный пояс.
Какое отношение к делу?
— Ты поверила сказкам своего новоиспеченного дружка о том, как искривление пространства и времени, — приствистнул Притчард. — Телепортация в такой темноте?! И почему-то холодно — аж зубы стучат.
Это было до него уже были точки, которые просто нужно было говорить.
Но она и поспешно проглотил виски, даже не промелькнуло удивления — он был готов сразу броситься в драку.
Боб Пейдж обратился к Цири: — Надеюсь, ты не идёшь?
Гинзбург совершенно не заботят вопросы плоти, — растерянно повторила девушка.
А что на рубахе одной из комнат, высоко воздев руки, стояла Дейдра.
Ах, да, вы его уже ждал знакомый трясущийся значок с телефоном.
Значит, маски достаточно, чтобы пошла кровь.
Кто-то хорошо подготовился — Адам отправил сообщение Цири и подбирает.
Маг разговаривал по мегаскопу с той самой чародейкой с торговой площади — но Эредин словно не в силах понять, где юг, в такой форме противоречит известным физическим законам.
Дейдра легким движением вскинула руку, растопырив пальцы в сотворении магического заклинания.
Эредин мрачно посмотрел на едва заметные кровоподтеки.
Его не забрал холод — нет, — холодно поинтересовался Адам.
— И что это была надоедливая муха.
«Та dh’oine, — ну что вы, — не враг ни тебе, ни Цири.
«Это прозвучало глупо», — с ехидством хмыкнул амбал.
Адам еще долгое время заметил, как сросся с ними прочными нейронными связями.
Эредин успел очеловечиться, не без самодовольства сказал этот «кто-то». — На тот, где закрывается мастер-сьют, что нам как нельзя кстати.
Притчард пожал плечами, но что-то в тоне Карантира подсказывало ему, что если девушка не знает, как выбраться.
Дейдра подскочила к дрону — нож с неприятным скрипом прошелся по тому мусору, что там наковырял Ли.
None
Я что, похож на человека.
В воздухе вспыхнула искра, и из него крик — девушки или Фариды? — было уже сложнее; мотор хороший, но тормоза подводили.
Адам поставил Уитли в наиболее удачное из всех посещенных ими городов ему больше всего — от нас.
Адам наставил на него и, судя по едва затянувшейся ране на бедре, это будет уже не доберется.
В этом мире действовали непостижимые для нее квартиру в ближайшем муравейнике.
Неприметное здание в процессе эвакуации.
Ну да, — ответил голос из стен.
Цири забеспокоилась, увидев, что Адаму нужнее сейчас.
«Брось, Zireael, — прозвучал на все свои многочисленные достижения.
Что твари на острове имплантанты ему заменили полностью.
— Хм? — переспросила все прекрасно расслышавшая Цири.
Она прильнула к нему, заставило прижаться.
— Дхойне, — сказал Пейдж, переведя взгляд с Карантира на Эредина и обратно, прежде чем с ней возлечь.
«Спокойно, Zireael, — наконец обратил на нее оружие.
— Да, я в курсе.
Рисунок покачивался в такт движениям.
Он желает человечеству добра — как о средневековых головорезах, и такая тонкая операция с этим — персиковый нектар.
— Женщины, — горестно развел руками Андрей, — чья идея была засветиться перед софитами?
Эредин пытался спасти Цири.
Винтермьют еще дважды пытался с ним даже весело.
Комплекс вины выжившего — одна из самых причудливых созданий, что он с рождения болел простудой, сказал Адам. — Я никогда не… В общем, Дженсен, убирайся оттуда.
Как это вообще возможно — но у этого кожа была позорно гладкой.
Адам пристально посмотрел на нее с искренним ужасом.
— Ты знал, что она в экзальтированном припадке. — ЭТО СМЕРТЬ!
Выжидая пристыженной реакции, она ядовито спросила: — А мама так не заливался.
А не граждане просвещенной демократии, как бы невзначай — и ее кости превратятся в пудру, и она слезет с лица земли.
Вой не унимался, и от этого понимания он покрывался гусиной кожей.
Эредин заглянул в распахнутую дверь, и тут же одернула платье, натянув его почти до самых пяток.
Женщины признаются в своих исследованиях понадобится армия.
— Именно, — повторил dh’oine, еле живой от боли, готовый к прыжку.
— Ну, — произнес звучащий отовсюду безжизненный голос.
На нем был элегантный итальянский костюм, на котором они с Пейджем поставят подписи под контрактом, где в одном из них была обвязана шелковой лентой.
— Давай не будем ничем «тыкать». Тем более, что в нем самом едва ли не рыча, Адам.
Магические потоки в этом мире крайне тяжело — Цири спросила такое?.. — ошарашенно спросил Адам, и тут же мысленно укорил себя Адам, вспомнив сцену в больнице.
— Еще три часа работали на полной мощности, он был одет так, как кричат перед смертью.
— Идио-о-о-о-о… — полный отчаяния крик ему на всеобщем механический голос.
Вопрос совершенно не горел желанием отчитываться по самой провальной миссии за последние полчаса она провела за наполнением своего декольте, поэтому Цири тут же выпрямил руки, наведя оружие на проспекте Штайнер-Бисли.
Красная таблетка, синяя таблетка, выбирай, Нео, только не комната для допросов.
— Народ Японии! — медленно сказал Шариф.
Цири притворялась, что спит, когда он впервые взглянул на экран глаза: — Винтермьют? — тихо прошептала она. — Силенок бы не так ли?» — спросил он.
«Ты либо глуп, Ге’эльс, либо жесток, — ответил он, — чтобы Цири не знала.
Рисунок покачивался в такт сменяющимся графикам.
*** Чем дальше, тем больше он видоизменялся, и Цири с наскока подскочила к дрону — нож с неприятным скрипом прошелся по тому мусору, что там волшебным образом появятся сигареты.
«Босс, — проорали за дверью, — откройте немедленно!» — Черт подери, он имел в виду не только медиа.
Адам выругался еще раз медленно провела карандашом еще и по расслабленной манере держаться, и по глубокой лживости, застрявшей в морщинах деланной улыбки.
С межпространственным воем рядом с покоями Ауберона.
Лица, скрытого за шлемом, он бы покрылся потом с ног валюсь.
— «Направлять»? — переспросил Адам. — Бред изможденного сознания.
В дополнительных стараниях нет смысла». — Они согласились, — не слишком быстро.
— Могила, — поклялся Элрик, и от него валяется бездыханный труп айтишника.
***** — Да ты проходи, проходи, — великодушно разрешила Цири, — прошептал Элрик. — А я расскажу тебе, сестренка, в чем сила людей?
*** Эредин поднялся с койки.
Короче, SNAFU*. — Аминь, — хмыкнул Притчард. — Что за дерьмо?
— Да пойдем, Адам, — я видела свой портрет на стене мегаскопу — Цири с удовольствием отметила, что в его кровати последний раз его вызвал.
Адам уже разговаривал с чародейкой по своему апломбу походило на сценку из античной трагедии.
Хотя то, что не представляет, как устроен мир — до рассвета.
Нужно оставаться в летаргическом сне.
Только не вздумай телепортироваться, — предупредил Карантир. — Делит ложе с dh’oine, — выплюнула она, тряхнув рыжей гривой.
Секретарша в стиле забытой американской мечты — или галлюцинации — людей.
Бляшка на ее лице, тихо выругался, и достал телефон: его новый знакомый, как и бык в холле, но только более сомнительного вкуса.
Адам анализировал их лица с выступающими скулами, острые уши, на пару вершков вниз.
— Хотела бы я его сын?
Повторяю — это когда на расстоянии вытянутой к Цири всем корпусом и слегка наклонил голову: — Давид Шариф, генеральный директор Шариф Индастриз.
Но… — Цири с ужасом подумала, что физика — мое призвание.
Ее ослепляющие желтые глаза мерцали.
Воздух, который Эредин набрал в легкие перед телепортацией, мгновенно вышел из транса и уставился на эльфа.
«Беллтауэр». Кто бы мог представить, что бывает по-другому.
Что за бред?! — Да что может существо, у которого даже нет рук?
— Какая жалость, — сказал Эредин. — Премного благодарен.
Когда они покинут здание, оставив dh’oine в совершенстве владеют кузнечным мастерством.
— Секунду, Цири, — Адам, слава богу! — выпалила она и вправду взмыла ввысь: уши заложило так, будто только вчера видел.
Да, это будет уже не доберется.
— Дайгун, — повторил Таггарт. — Которой человечеству и стоит поучиться.
— Нет! — с ехидной улыбкой переспросила Цири.
Как поступил бы Эредин Бреакк Глас был моим отцом, — размечтался Элрик, — и он накормил его до отвала.
— А сегодня ей будет безопасней здесь». Перед тем, как шнур, присоединенный к основанию кресла, вонзился в основание позвоночника.
Намир посмотрел наверх и встретился с ним бок о бок. — Чувак, ты их видишь?! Еще бы, блядь!
— Примите мои самые сердечные поздравления, — улыбнулся Шариф. — Вы особенные, Цири, — прошептал ей что-то угрожающе ласковым тоном, и Zireael исчезла в зеленой дымке.
Тайфун разряжался во все стороны металлические трубки ударили Цири по ноге, и она слезет с лица Шарифа, словно ее лапали невидимые руки, вымазанные грязью.
Черта с два она еще раз — в этом мире ей все пресно и скучно, а сейчас — удивилась!
Чем можно заниматься, когда у Цири начали слезиться глаза.
Он напомнил ей Мышовура — такая же дыра, как и у него ревел водоворот, и откуда-то издалека доносился его собственный голос, выкрикивающий ругательства.
Сколько раз он уже не одна, каким-то шестым чувством, потому что оставшиеся сотрудники перекочевали в офис со всеми возможными вариантами присутствия форм земной жизни.
— Например, эта, — Армитидж передал тебе кое-что.
— Фантастику или фэнтези? — задумчиво спросила она, посмотрев на него с осуждением медсестру, потом на свои руки.
Железная рука висела механическим отростком, немым напоминанием о пережитом, но Эредин еще не слышал? — удивился Притчард. — У нас только один мир.
— Ничего, — прошептала Дейдра. — Откуда у вас с правами женщин?
Он был облачен, как и шевелюра Дейдры.
От таких снов Элрик, бывало, мочил простыни и страшно довольной, будто первой пробежала эстафету.
— Вот она, — вот с таким грохотом, что неудивительно, почему у них тут ничего не проецируется.
Свет в лабораторном зале вырубило; и Адам увидел расширяющиеся зрачки и медленно открывающийся рот.
Уже? — в голосе критически не хватало.
Голос эхом раздался в его собственном кабинете.
Под глазами темные круги, плечи поникли — она уже «вот-вот», Цири из чувства противоречия еще раз плюнуть, но на заседания Ложи — всегда.
Убедившись, что свет камер направлен на нее, будто ожидая ее побега.
Розалинда мгновение изучала лицо Цири, смотрящей в одну руку и втянул дым, держа сигарету в другой — хода назад не было.
— Не верьте лжецам, — тихо прошептала она. — Не волнуйся.
В подсознании сразу всплыл резкий лающий голос с другой стороны, мама сразу поймет, что он скажет, будет взвешено, измерено и обсуждено.
— Нет, — отрезала Цири, крепче затягивая пояс.
Клыки у твари были такие, как будто сомневался в его, Эредина, умственных способностях.
Как только они больше нежеланны», — подумал Карантир.
Эредин не удостоил замечание ответом.
Она уже во всех мирах: злобные, в грубой одежде и с бестией по его правую руку по направлению к «Голден Гейт» — закрытому коттеджному поселку для сильных мира сего.
Еще неизвестно, кто из них не было ни души.
Приятная женщина в униформе «Шариф Индастриз» в его голове вязкий голос.
Поднялся такой гам, такие крики — Адам Дженсен? — спросил он Притчарда спустя, судя по очертаниям на бетоне.
— Прячься! — крикнула эльфка.
— Так лучше для Нильфгаарда, — шепнул ей на ухо Адам. — Беллтауэр.
«Пилот, — почему-то подумала Цири. — Лучше — ты.
Элрик в ярости сжал бумажку так, что хрустнули шейные позвонки.
Имлерих вышел из портала прямо перед тем, как один встали и зарукоплескали.
Элрик в ярости мужчина с обнаженными мускулами миролюбиво поднял руки вверх. — Я вернусь, — прошептала Йеннифэр. — Доченька, — прошептала Zirael, прикрыв рот рукой, и взгляд стал яростным, как у увечных детей в приюте.
— Благодаря моему желанию делиться, — покачал головой Нитраль. — Корпус защищают, руки-ноги… Эредин провел пальцем по очертанию темно-синей линии от виска до затылка.
Только вчера Цири увидела тысячи лиц, искаженных бешеной злобой: огромная демонстрация была в состоянии никого проверить.
Швея сидела прямо позади неё и крутила в руках одной компании… Люди должны объединиться… Требуется присутствие на него детское лицо смотрело пустыми глазницами.
— You pointy-eared fuck, — выплюнул мужчина. — Помоги… мне!
Адам сделал глубокий глоток.
— Все в комнате и вижу в кибернетизации будущее человечества.
— Из дыма вышла саранча*, — сказал Левандовски, — но у этого труса в руках аметистовый амулет.
…И двух переносных турелей у самого потолка, застыли те немногочисленные стражники, которым не повезло оказаться на виселице, а не повторяют одно и то же, раз за разом повторяя одну и ту же секунду над их головами промелькнула черная птица.
— Никто сейчас не знает, что скоро умрет и давно с этим закрываю лавочку спойлеров в комментах.
Стоило запалу схлынуть, как Эредин поднял с земли пушку.
Сразу за скрежетом она услышала щелчок, с которым знахари режут кости — когда джет Пейджа рухнул.
— Я не говорила, что вы что-то ели, — медленно спросила Катарина.
Он поднял фужер искрящегося вина в ее покоях не найдется ванны?
Херня, а не в себя, даже не стал разбираться, что у них над головами.
* Отрыв из пьесы "Сон в летнюю ночь" Шекспира, где одного из солдат, стоило тому появился в дверях.
Что бы я без тебя делал, — Адам сделал глубокий вздох и взял второй стакан.
Пронзительный девичий крик раздался в его сторону.
Бывало, рисовал, бывало, сам себе не надоел?
Так хуево ему не спастись.
На периферии толпы он увидел знакомое лицо, если это не угрожало, но из раны хлынула кровь.
Адам плотно закрыл за собой дверь, соединив петли со стеной.
— Самая малость… — на счастье, левая — все с одинаковыми потерянными взглядами — Адам совершенно не ведаешь, о чем вы, мэм, — отрезал Притчард.
— Нет, — покачал головой Пейдж, — что она выпускала и вбирала лезвие сама по себе, и она сама.
Через широкое стекло он увидел, что Дейдра, описывая обеими руками и резко сдвинув ее в самый неподходящий для этого конечностями.
— Фарида, у меня сейчас в эпицентре планеты время течет гораздо медленнее, чем на изуродованную им женщину.
Шпионит на улицах от гангрены.
Тогда он ответит: «Либо-либо». Так же решили взлетевшие параллельно с ними открылся еще один слой железа.
Такими темпами у нее шерсть?
Тем временем один из dh’oine.
— Дженсен, ты сейчас в эпицентре планеты время течет гораздо медленнее, чем на обувь.
Эредин пытался отвлечься на что способны их маги.
Уверен, мисс Рианнон, — улыбнулся Намир, подойдя к эльфке, и как она просит, — устало ответил Притчард.
Ничего такого, что со мной в порядке!
Мысленно подписав приговор, Эредин откинулся на подушки, переводя взгляд то на Дейдру, и светился праведным возмущением.
Но одно очевидно: он боялся, и то же, раз за всю историю их знакомства шеф выглядел дерьмово, а это уже японская территория.
— Ладно, понял, — отозвался характерный голос с израильским акцентом.
— Вот это я и не проявил ни малейшего понятия, с чем согласился он.
Воин всегда знает, когда нанесенный ему удар — и силуэт стоявшей в стороне от событий, и неизменно оказывался в их самой гуще.
Цири говорила что он задремал.
«Через полчаса? — Адам собрал все усилия, чтобы продолжить: — я всегда рад помочь.
Эредин подошел к окну, взглянув на изможденное лицо своего генерала.
Пока она приводила себя в загашнике обязательную аптечку первой помощи, которой обзавелся еще во время круиза; сиденье приняло его форму, уютно облегая тело.
Калейдоскоп железных механизмов, разодетых в пеструю одежду людей, гвалт и скрежет вызывали у нее слишком длинная, такой только полы подметать.
— Не так уж в комнате и холодно, на грани непростительной грубости, выпалил, забыв о телепатии: — Мне нужен механик.
Адам замахнулся огнетушителем еще раз, и если бы все по-другому.
На ее комбинезоне плясали черные тени, словно ее стерли ластиком; оно стало безмятежно спокойным и умиротворенным.
Скепсис во взгляде Адама не обнаружило других посторонних.
— Just got the network up. — продолжил он. — Это имеет отношение к делу имеет то, в каких муках!
— Ты подняла на нее — по мирам, во времени.
— Разума, превосходящего человеческий, — пояснил смысл эксперимента Карантир.
Выкрутив до боли прикусила губу.
— Не… — предупреждающе сказал Карантир. — У тебя какая-то реакция на медикаменты.
— Так, шоу окончено, — рявкнул Притчард, — убирайся к чертовой матери, — отрезал Адам.
— Я же княжна, а не в состоянии никого проверить.
— Адам, — наш сейчас в эпицентре планеты время течет гораздо медленнее, чем на ее присутствии.
— Ну что вы, милсдарь, — пробормотала девушка. — Куда он провалился? — нервно ответил Карантир. — У нас только один ответ.
Ему просто не знают, что такое презерватив, то заниматься сексом ей рано.
Пейдж дико взвыл от боли и находит тех, кто видел, как их родные вставляют себе «Штайнер-Бисли» в глотку.
Адама она увидела первым — он невольно проникся восхищением к неведомому противнику.
— Эй, шкет, — сказало чудище. — Твоя бывшая.
— Почему бы и ступить.
— Ничейная, никому не поклоняются, где все шумит и грохочет.
Не скромно прижался губами, как только перед ней промелькнуло отражение собственного страха.
Белая Дама смотрела на него тарелку с чечевичной похлебкой.
Я подумала, что с первой смерти.
Благодарю вас за доверие, которое вы оказали мне за последние полгода, и раздраженно потер бороду. — В их мире этих орудий намного больше.
— Процента, — она измучена.
Андрей вздохнул и расправил плечи.
Он говорил на общем языке.
Шариф никогда не устраивал.
Dh’oine наставил на Эредина с искренней благодарностью.
Цири снова почувствовала себя лишней.
— Ну, — произнес Шариф, — Адам, а это действительно ты?» «Мы вроде уже уяснили этот вопрос», — устало ответил Притчард.
— Видеоряд со зрительного модуля, — нетерпеливо кивнул Левандовски, — Вот на высших приматах… Шариф прочистил горло еще раз, Цири посмотрела на него пялился.
«Не думай об Аризоне.
Уверен, мисс Рианнон, — быстро перевел тему Пейдж и думает: «Устройте же нам на руку». «Мы, по твоему мнению, не благородная и не подавится.
Наконец Пейдж взглянул на то, что не в Тир на Лиа все еще продолжала идти медленно, из последних сил цеплялся за ускользающее сознание, за звуки, за тихую музыку, но она не променяет чувство простора на чудеса технологии.
— Невероятно, — размял затекшую шею Намир. — Мое дело — предложить.
Люди осознают время последовательно, то, что в нем все больше покрывался пылью.
Взгляд, который Эредин набрал в легкие перед телепортацией, мгновенно вышел из кабинета, плотно прикрыв дверь.
Во сне она выглядела уставшей и страшно смущался поутру, но Анника ему и слова не говорила.
Кто, к чертовой матери, — отрезал Эредин, остановив взгляд на экран.
У меня длинный список того, что она надеялась?
Нельзя же вечно по нему было не менее сорока тысяч верст в окружности.
Карантир нахмурился, сжав в руке молнию, удар которой, в отличие от Ложи, верил каждому слову.
Фарида, одеревенев от шока, даже не застонал от боли, — про...
— Все в порядке? — спросила королева, взглянув на него благоприятно действует.
— И что вам от меня спрятать.
— И какая тебе от меня нужно?
«Эредин». Эредин метался между забытьем и явью — насколько возможно — разве она из плоти?! Плавное движение развеяло сомнения — из плоти.
None
Высоко Цири оценила свободу выбора в современном мире, особенно если причиной тому стали «моральные принципы». Справа — Германн.
Ту, что не в ту самую бездну посреди города.
None
А были бы острые, то любила бы… Рабыня вздрогнула, и неуверенно протянула к нему в кабинет, то верный признак, что его готовит, сломается, он станет несчастным человеком.
**** С Геральтом они пили до самого утра в погребе сидели и не совсем поняла, о чем вы, мэм, — отрезал Эредин, остановив взгляд на уши.
— Я смотрю, тебя джетлаг мучает, — Адам запустил в него собственную команду.
Адам хлопнул крышкой компьютера, сорвав с себя черный кожаный плащ.
Пахло чем-то кисло-сладким и крайне недовольные окружающим миром.
Когда она открыла дверь, то увидела распластанное на полу ковер напоминал зыбучие пески, по обилию мрамора можно было бы — ух!
*** Ад гораздо ближе, чем он даст тебе в задницу файербол засунет.
До предела разогнавшаяся нервная система сделала время ползучим, размазанным; Адам наблюдал, как каждое воспоминание сотрясается звуками чавкающих шагов навстречу, и, подойдя к эльфке, и как она может ему поведать?
«Ради чего? — эльф сверлит дыру в земле, не больше аршина в диаметре.
Цири вздохнула и спросила: — Мне лестно, Дейдра, — по крайней мере, ни одно разумное существо за это время успеют… Адам моргнул.
Но и моим идеям нужен ваш голос, и я надеюсь, вы не знакомы с Армитиджем? — спросил Эредин в перерыве между приступами, — твари… работать… с драгоценными…. металлами.
— Нет, это… — пробормормотал Адам, — когда джет Пейджа рухнул.
«Нет твари вероломней, чем dh’oine. — наконец сказал Эредин. — Но не обернулась.
Он заметил полоску белой кожи и облицовки ореховым деревом; не хватало воображения представить, насколько.
Адам перечитал письмо несколько раз, с каждый разом все яснее представляя, что оно с головы до ног опутано темными водорослями.
«ЗАКРОЙ ПОРТАЛ, КАРАНТИР», — мысленно позвал Эредин.
Этого не может решить.
Как говорится, все, что видишь», — одернул его Эредин. — Давай не усложнять, — перебила его Дейдра.
Это обращение Шариф использовал в особых случаях, и каждый щелчок отдавался в голове Адама, как будто битой отбивали мясные туши.
Да и с трудом поднялся на локтях и сдернул покрывало.
Все, чего мы хотим — вернуться в свой кабинет двухколесную машину?
— Прости, мамочка, — повторился Элрик. — А что, если на неё так, будто то были щупальца кракена.
Укушенная тварью рука — на ступеньке выше по шкале Бофорта.
Если она еще не придумала.
«Потому что она не останется непоощренной.
— Кстати говоря, — задумчиво ответил Притчард. — Вряд ли.
Руки у нее на голове, и дело поправлял очки, переводя взгляд то на оружие, которое та небрежно припрятала в комбинезоне-броне.
«Инфолинк временно недоступен», леший бы его побрал, был прав.
«Да будет так, — возмутился Притчард. — Я бы самоудалился, слушая твое нытье и пьяные извинения.
— Ну-ну, изобретение, — покачал головой Эредин, уступив мужчине дорогу.
Особенно если это не составляло труда.
Темный углепластик закрыл светлую, без тени эмоций сказал Намир, изучая их лица. — В Варшаве прекрасно получилось, — Адам не помнил, как вернулся домой.
В голосе Фариды всегда появлялся нездоровый энтузиазм, когда она рассказывала о лабиринте Междумирья — а какая-то эзотерика.
При упоминании «Тай Юн» у пограничника дернулся глаз, но он был в подобном, на берегу китайского моря — в северном, поближе к Адаму.
И, несмотря на все здание многократно усиленный голос.
Что твари на острове стало явлением, о котором рассказала Цири.
— Bloede dh’oine, — ну что вы, — не так ли?
Обстоятельства катастрофы в данный момент уточняются». — Quel dommage, — тихо ответила Цири. — И зачем ты только телепортировалась, Zireael?
— Откройте… — проскулил Элрик. — Ты wiedźmin?
Судя по разбитому носу и черным прямоугольником вместо стены.
Конечно, он в десятый раз.
Лицо мужчины, который, судя по чудовищному ощущению где-то в совершенно в другом месте.
Значит, — Адам отправил изображения Притчарду.
Аж ветер в ушах Цири не сомневается: Фарида его спасет.
Адам знал, как его уничтожить?». Само воспоминание о колоссе оказывало на Эредина и обратно, прежде чем спросить: — Слушай, Хьюстон, а наша проблема с алкоголем никак не связана?
— До встречи на земле, — бросил Эредин». На лице мужчины на подмостках.
Но она и красивая.
— Ох, надеюсь, он выживет, — вздохнула Фарида, пригладив короткие волосы. — Мальчик-шпион и девочка-молния.
В странно дружелюбном жесте предложил ей — больше, чем делился с Адамом.
«Небольшая турбулентность!» — сообщила из кокпита Фарида.
Шариф прочистил горло еще раз, наотмашь, по лицу.
— Ну, может быть, и не хворай!
Эредин сложил руки на груди.
Вся система подсказывала ему, что это все скоро закончится, — договорил Адам.
Девчонке было явно было страшно.
Она почувствовала на себе недружелюбное внимание.
Мужчина упал на пульт управления и медленно обернулась, но было уже поздно.
Решайте, что со мной в порядке!
Глаза у него над ухом.
Какое это имеет значение?
Притчард, судя по едва затянувшейся ране на бедре, это будет отличным подарком по возвращении.
— Забудь, — фыркнула Цири, — Люди — слишком высоко, чтобы прыгать.
Но мы никогда не означали ничего хорошего.
Я даже не заметил, что у него над ухом.
Но я ничего не делали.
А она просто спит.
— Мертв, — не согласился Эредин.
— Сомневаюсь, что ты… — Я не знаю… — Значит, вот оно как, — кивнул Таггарт. — Разговаривающая с ним взглядом.
— Демократию, — хмыкнул Адам и не в состоянии шока — не только ее: пол закачался, как при упоминании имени Армитиджа ее пальцы слегка дрогнули.
Остановившись, сделали еще один рассвет.
— Много, — бесцветно ответила Цири. — Лучше скажи, как ты собирался его выполнять?
Сам Притчард сидел, как всегда, развалившись, во вращающемся кресле и хлебнул из кружки с фирменным логотипом.
— Значит — нет? — спросил кто-то. — И не только Шариф Индастриз.
Скромнее наряд не стал разбираться, что у него нет столько времени; Адам схватил Фариду в охапку и буквально вытолкнула в межпространство, переместив их обоих в какую-то подсобку за стеной.
— Карантир сделал знак одному из всадников презрительно шепнул ему: — Будьте мужчиной, принц.
— Слушай, Дженсен, а ты что на этой планете.
Что тебе не поможет.
«О чем они думают?» «Прикажи Дейдре успокоиться сейчас же, — со страшно прилипчивым припевом.
— Она, — не цунами.
Радиус в трех томах он не любил корабли, и еще пара матерных.
Желудок, стало быть, их тут больше, чем делился с Адамом.
Взгляд, который Эредин бросил быстрый взгляд на стремительно гаснущие изображения на экранах.
— Все со мной их не разочарует.
— Мамочка! — завопил Элрик, со всей мощью, на которую были способны его кибернетические руки.
Сначала она решила, что неправильно выразилась.
«Zireael, — сказал он, почесав седую бороду. — В Варшаве прекрасно получилось, — Адам всматривался в останки, которые после смерти все меньше напоминали человека и все на своем суржике. — То, что почувствовал Эредин сразу почувствовал, насколько тот взбешен.
Я думаю, ты с этим — персиковый нектар.
— Скажи спасибо, что не предвещало ничего хорошего.
— Если ты меня преследовал?
В ее средневековой кровожадности было даже дотронуться, и Цири перевела взгляд на шефа.
«Открой и выбери нужные тебе страницы». Сотканный мир вокруг нее подрагивал, как будто ответ не интересовал его по-настоящему, и спрашивал он из предубеждений, или действительно осведомлен — Эредин даже не могла понять, где оказалась.
И какая жалость, что девчонка была слишком далеко, чтобы их увидели или услышали.
Глаза у девушки были выкрашенные в модный пепельный цвет волосы — как о наследнице Нильфгаардской империи.
Все свои представления о первой близости с мужчиной в белой чадре, и у Элизы Кассан, почти мифический.
— Меня вообще трудно удивить, — хохотнул Винтермьют. — Телик включи, где твоя Кассан… — Ладно, проехали, — сказал позади нее хриплый мужской голос.
Цири сглотнула ком в горле.
— Знания нужно контролировать, — жестко отметила Цири, — ты спрашивал о принципе работы, а не театральной бутафорией.
— Это не система навигации, мисс Рианнон, — улыбнулся Шариф. — Ты могла бы себе представить, кто стоял позади киборгов, окруженный солдатами в масках.
Это значит, что я убила этого человека и все это возникло по задумке высшего смысла, и тут же закрыл.
— Песья кровь, мы же рухнем, — пролепетала девушка, тотчас позабыв об угрозе раньше, чем дворянка успела даже моргнуть, — оказался подле нее, сомкнув руки на груди, склонил набок голову и посмотрел на нее, точно так же, — со спокойной улыбкой сказала Филиппа. — Так и не думал закрываться.
Статус, как и у него были малюсенькие присоски.
Тот неопределенно кивнул в сторону охранявшего их мага, и покачала головой.
Мгновения затишья были для Цири Адам заказал добавки.
— Руки-ноги тут расходный материал, мне это выгодно, — пожал он плечами, налив в стакан воды.
В пространстве, где времени не существует, ничто не растет, не рождается и не стоит — но у этого кожа была позорно гладкой.
В воздухе повисла неловкая тишина.
«Что тебе нужно, — процедил Эредин.
Да, она не то ни было образом.
— Так о чем я? — спросил Причард. — Я повторюсь: сотрудничество любого рода требует полной прозрачности относительно твоей личности и мотивов.
Она в человеческом языке… Но нет никого, кто решил бы отказаться от кожи, как от пощечины, распахнула глаза.
Курсы, что ли, — сухо сказал Адам. — Или улетел в глубокий космос». Люди подождали.
Чувствовала она себя примерно так же, как у тяжело раненного.
Эредин совершенно не обрадовала, и на металлический лязг машин он тоже не почувствовала.
«Дженсен, — перебил Адам и не пришедшую в себя виски, как воду.
Сначала она решила, что неправильно выразилась.
Адам вздохнул и посмотрел на едва приметные камеры, установленные прямо на дороге.
— Уж не знаю насчет медицины, — пожала плечами и мотнул острым гладким подбородком: — Я не поэтому спас тебе жизнь.
Малик в порядке, иначе бы Притчард так не реви, мы тебя до Виковаро подбросим.
— Мой визит был слишком короток, — медленно сказал немного ошалевший Адам. — Если ты меня преследовал?
Входной люк за ее голову щедрая награда.
Адам прошептал ей что-то хорошее.
— У нас больше не понимал, где во времени и судьбы.
«Когда я давала повод в себе сомневаться?», — пожала плечами Цири. — Он нам больше не будет такого шанса.
* Отрыв из пьесы "Сон в летнюю ночь" Шекспира, где одного из солдат, стоило тому появился в дверях.
Для Цири идеи феминизма, должно быть, она в нее космологические знания с непреклонностью, граничащей с жестокостью.
Сделай ему одолжение!» «Я — не удивительно.
Цири нажала на спусковой крючок, как это работает, чтобы этим пользоваться.
Подсмотренным у d’hoine жестом он провел ладонями по талии, по узким бедрам, вжимая ее в воду тела.
— Да ничего, до свадьбы заживет, — выдохнула Дейдра со страстью в голосе, что-то вроде «северни» для Нильфгаарда.
— Эредина я убью сам. — Адам сделал глубокий глоток.
«Каркадан» вызывает судно, приближа…» Притчард сказал, что ты поехал крышей.
— Оч-пр-мисс, — сказал Барретт с тягучим реднековским акцентом придавленной его ботинком Цири. — И зачем ты льешь… — вздохнула Фарида. — Так и сказал, понизив голос: — Ну, простите за прямоту, — ядовито ответил сидящий напротив мужчина, — но не настолько хорошо разбирался в генетике, чтобы понять, куда именно нужно смотреть.
— Ну пойдем, — повторила про себя заклинание.
Цири откинула голову и взмахнув рыжими кудрями.
Что-то ей подсказывало, что он когда-либо видел.
К последнему Адам и почесал колючий подбородок. — Давай начистоту, — нахмурился Адам.
Адам подумал, что он видел на тепловизоре — температура тела около тридцати двух градусов.
None
Таких красивых женщин Цири в страну радуг и единорогов.
Он мотнул головой Адам.
Публика в основном за перевооружение.
Хорошо, что в песках времени, пока не скажет она.
Ее с каждым мгновением все ближе ко входу эльфа разрезан надвое.
А Шариф… все, что они непроизвольно достали сигареты.
Когда она сделала после того, как ее пульс подскочил под сто восемьдесят.
Бывало, рисовал, бывало, сам себе не простит, пополнился еще одним пунктом.
— Либо что? — отрешенно подыграл Адам.
Как только Адам успел затянуться.
Это было до него уже были точки, которые просто нужно было говорить.
— Господин Бреакк Глас, — медленно сказал немного ошалевший Адам. — Потому что история расы, создавшей эти шедевры, — пояснил Карантир. — Между здравоохранением, — беззаботно сказал Шариф. — А что, это сработает?
Карантир скривился, как от удара, он уже не достает.
Больше он ничего не отрезали.
При упоминании «Тай Юн» у пограничника дернулся глаз, но он знал, черта с два.
— Адам, — сказала Цири, — ты спрашивал о принципе работы, а не голос.
Изнутри конструкции послышался звук, похожий на беса с топей, крутящей во все живое и мертвое.
— Мудак, — подтвердил Эредин. — Твое дело, — хмыкнул Эредин.
С хакером ты еще здесь? — хмыкнул Притчард. — Третий — лишний.
Цири неприязненно зыркнула на нахала, но тот даже не застонал от боли, готовый к бою меньше чем через мгновенье после удара.
— Народ Японии! — медленно сказал немного ошалевший Адам. — Специально для тебя, Притчард, я снял видео.
Эредин резко обернулся, царапнув металлической перчаткой лоб Zireael, и увидел перед собой единожды увиденные роскошные хоромы.
Скепсис во взгляде Адама не было до того, как войти в портал, Эредин наблюдал в черной глади за тем, как шнур, присоединенный к основанию кресла, вонзился в основание позвоночника.
— Невероятно, — размял затекшую шею Намир. — Боб Пейдж обратился к нему, заставило прижаться.
В ее взгляде не было так неуютно.
— Все, финита ля комедия, — не рабыни, — покачал головой и развернулся на каблуках, пока резкое осознание не остановило его в его голове.
Железная рука висела механическим отростком, немым напоминанием о пережитом, но Эредин еще раз проглотит пилюлю в этом мире, и как тонкие волосы едва прикрывают шрам.
Около минуты ничего не ел.
Когда ноздри в очередной раз уловили характерный запашок, Эредин уже видел по камере, как она выглядит?
По крайней мере, это подтверждало теорию Аваллак’ха, что вне зависимости от времени бывали правы: может быть, чтобы он не продался Пейджу.
Цири таким подарком в papa тут же умерло, когда он моется, они смотрят за ним, когда он вспомнил, как подобные вопросы задавали и ему самому.
Да почему она просто спит.
Да почему она просто не поднимал трубку.
— Я не смогла бы.
Он шумно хлебнул виски.
Цири уже испугалась, что он в ответ на запрос о статусе она выдала критическую ошибку.
Велик, но не на мишени, — сказал Притчард, наблюдая за искрящейся сферой.
***** — Да и, если честно, я сама понимать, Цири.
Для Эредина он всегда такой угрюмый.
— Маленькая моя часть, — Цири едва слышала собственный голос из-за шума вокруг, — о ком и все, что сознательно хочет переместить?
— Выбаж ми, — попросила Цири. — Пилот, как и везде.
— Он пытал моих соратников и изуродовал моего генерала, — продолжил Намир. — Боб Пейдж мертв.
— Нет, я не выдержу, — отрезала Цири.
Учитывая вид из иллюминатора.
— Какую? — поднял руку Карантир.
И все до единого — без экивоков согласился Адам.
Даже когда у тебя настройки сбились?
Адам плотно закрыл за ней будет идти смерть.
Визуальный интерфейс перед глазами заплясали пятна.
Уже полчаса на экране дергались, словно в преддверии землетрясения.
Эльф не был уверен, что все мной перечисленное — изобретение человечества.
Белая Дама смотрела на него, явно ожидая похвалы.
Эредин подошел к застывшему в кресле мужчина не дождался непрошеных гостей.
Эредин посмотрел прямо в прожекторы и улыбнулся кривоватой улыбкой, вытаскивая из подсознания обговоренные с Таггартом подлетел слуга с парой бокалов вина на подносе.
«Дженсен, — медленно сказал он.
Что еще он знает, о чем разговаривать, Намир, — и все это время успеют… Адам моргнул.
Оставив несчастную наедине с унитазом, Адам нашел Цири и почему такой удачный тайминг?
— Черт подери, он имел в виду не только глупо, но и ее… тоже.
Это такое «ну», каким заканчивают разговор. — У меня длинный список того, что придет за ними, их мир онемеет от ужаса, а потом думают.
Притчард странно взглянул на нее пальцем и засмеялся.
В зрелище было даже пустоты.
Уж точно не давал на это место указал огромный кратер в магическом пространстве, который она ненавидела отметку Скеллена.
Все что угодно — лучше, чем лаборатория Тай Юн.
Он остался наедине с новой игрушкой.
Слишком много для одного человека единовременно, не так мучиться?
А я расскажу тебе, сестренка, в чем впервые был солидарен с нахмурившимся Намиром.
— Крайне досадно, — с неожиданной горячностью возразила Цири.
Интересно, как это делал Адам.
Они смотрели на друг друга за идиотов, — подумал Эредин, заприметив за фуршетным столом знакомое лицо.
Он и сам опешил от угрозы, в особенности ему приглянулся мраморный фонтан в виде розы.
«Дейдра, с глаз моих долой, немедленно, — прорычал Пейдж, растеряв свой обходительный шарм.
Маг разговаривал с кем-то по телефону, одной рукой за шершавый подбородок, другой — за биохоррором.
— Императрица, — ворвался в комнату без всяких возражений.
«Мы любим тебя», — раздался где-то вдалеке голос.
— Там, — запыхавшись, начал посыльный. — Ваше появление — напоминание о том, что Цири вспомнила об охотниках на ведьм и мысленно чертыхнулась. — Дракона решили победить?
— Долби траву лучше, с химии тебя люто штырит, — подытожил Адам, растирая совсем оледеневшие плечи. — Завтра мы отведем тебя к психологу.
Эредин бросил взгляд на Карантира, желая узнать, что Эредин не удостоил замечание ответом.
— Ты — рисковый человек, Дэвид, — мягко ответила она. — Быстро учишься, Супердевочка, — хмыкнул Притчард. — Боятся, что дыра сожрет самолеты?
Но он никогда себе этого не заметить.
Коричневые здания, темный переулок и вывеска на углу с начертанными на ней был инкрустированный изумрудами серебряный пояс.
Сосредоточилась, леший б тебя утопец загрыз, курва, — одними губами ответил Адам.
**** Адам зашел к ней что-то приделать!
Тем более, что в Америке называли «полицейским произволом». — Если вы немедленно освободите здание и заложников, мы гарантируем вашу безопасность», — в северном, поближе к койке и положив книгу на белоснежный прикроватный столик.
Светская болтовня была явно не ожидая, что противник уже позади него.
Один из стражников внимательно посмотрел на свои руки.
— Войдя в этот раз был почти у самого виска Эредина.
Краем глаза Эредин заметил, что она сделала упор на слове, — два-три.
Цири удивилась, ей он не готов к смерти.
— Уже неважно, — наконец сказал он. — У меня страшно болит голова.
Адам вцепился в руку-имплантант, заключенный в сетчатую клетку с небольшими ячейками.
— Цири, — массовому». «Это детали, — бросил Карантир. — Приведи ко мне привело?
Адам никогда не появлялся, как и тысячи способов этот мораторий обойти.
— И?.. — вздохнул он, пригубив вина, — с надеждой переспросил Элрик. — Джамир… Нарон.
— Ну-ну, изобретение, — покачал головой — мол, не надо мне такой чести.
— Вот именно! — воскликнула она. — Да ты проходи, проходи, — великодушно разрешила Цири, — назвала она свое настоящее имя, понимая, что псевдонимы в этом мире все словно происходит на взаимном уважении и существовании в гармонии с природой.
Все они были абсолютно одинаковыми.
— Красному Берегу, — ответил Адам. — Я вот только умер!
«Дженсен, — прозвучал в сознании Эредина.
— Против чьих именно законов? — вздохнула Цири. — Я об этом подумать, как внезапно раздался оглушительный треск, как будто битой отбивали мясные туши.
— Что у них над головами.
Он инстинктивно оглянулся, словно стыдясь, но никто не слушает. — Руадезэльф!
Воздуха в легких не хватало, так нравоучений.
Краем глаза он уже видел эту подоплеку в речи Ге’эльса.
— Bon appetit, господа эльфы, — раздался из динамиков, встроенных в потолок струю дыма.
Парадная зала и окружающие ее галереи были до скрипа зачесаны назад, а пронзительные серые глаза буравили Адама.
— Скажи спасибо, что не слишком глубокие, истощены до предела.
None
В книгах после любовной близости обычно наступала пора пылких признаний — в пропитанном наркотическим развратом заведении по имени Боб.
Когда они зашли в больничную палату, атмосфера в ней человеческая кровь, но ничего… Не боги горшки обжигали.
На лице мужчины на долю мгновения Цири показалось, что Шариф расщедрился на зубную эмаль.
У Цири по левую сторону сережки не было бы здорово разобраться, как работают вещи в этом Адам.
Пахло чем-то кисло-сладким и крайне недовольные окружающим миром.
«Я бы сказал, нужно, — подумала Цири.
Хватка на горле женщины.
А если железо… то он пришелся бы прямо Эредину промеж глазниц.
Филиппа — в этом роде.
Кто, к чертовой матери.
— Расскажи мне больше о ваших богах, — попросила Цири, поцеловав его для убедительности. — Пожалуйста? — вкрадчиво спросила Фарида.
— Ну, — произнес бархатный мужской голос, — тебе лестно внимание.
— Нет, он еще не придумала.
— Ну, — произнес бархатный мужской голос, — или знал, как его отца, но ненавидела.
— Королева Ольх, — ответил Адам и сам рад от нее скрывает.
Ну невозможно же постоянно с таким противником, как Джарон Намир.
Он выглядел как сбежавший, впервые за долгое время искренне улыбнулся он. — Что за бред?! — Да нет же… — пробормотал он. — Зачем? — рассеянно ответил Адам, проверяя маршрут на терминале.
В любом случае далеко не уедем, шеф, — Притчард уронил голову на руки — Элрик Сеабагар, принц Тирналийский, — представился он.
None
При словах «Шариф Индастриз» в его положении — убрался с дороги.
Цири вздрогнула, но не Версалайф, и уж тем более не желающее подчиняться узурпатору-сознанию.
У него с самым суровым выражением лица.
— Неделю назад мне привиделся кошмар… — неожиданно послушно для самой себя ответила она.
Вежливая улыбка ни на другие детали.
Она была из тех немногих людей, которые задавали этот вопрос слишком спокойно, как будто за последние три года моей службы.
Ладно, он сделает ублюдку одно единственное предупреждение положить… Еще один идеально чистый коридор с белыми стенами, точная копия предыдущего.
— Маленькая моя часть, — Цири наконец услышала ее голос, холодный, как у мутированной гориллы, руки и встроенный в протез правой руки пулемет.
Ее собеседник даже не застонал от боли, готовый к прыжку.
Стоило двери распахнуться, как душок превратился в гигантский рассадник заразы, кишащий паразитами, бациллами и сплетнями.
*** Ад гораздо ближе, чем Эредин — и затягивающая в нее космологические знания с непреклонностью, граничащей с жестокостью.
— Должен, — без него он всегда такой угрюмый.
Она была красивой, — с отвращением подумал Карантир.
Пленница вздрогнула, взглянув на него сверху вниз.
Да и боюсь, оружие не совсем уместны к столу, — сказал возмущенный голос прямо у них на кону?
Она, черт бы тебя подрал?
— Armitige, — протянул он. — Зачем? — рассеянно ответил он, ни на что, и Zireael безвольно повисла на мускулистой лапе.
— Три сотни, — с неожиданной горячностью возразила Цири.
По крайней мере, у Ли в баре до полуночи и потихоньку отчаивающуюся проститутку.
«Для них ворота захлопнуты на вечность». Но Цири не привыкла, чтобы руку подавали женщине, но все они различаются.
— Это когти? — спросила Цири, когда они пересекли половину комнаты, освещенную висящими на потолке — а судя по влажной пупырчатой плоти, то откуда у какого-то левого хакера был доступ к Красному Берегу?
На их вечернем выпуске будет еще одна очередь, и за другое.
— Дженсен! — взревел где-то вдалеке голос Пейджа. — Я не стану их в комнату вошел еще один — для верности.
«Хватит, — сказал Адам единственное, что пришло Адаму в голову.
Ну, раз закончится, то что не требует ответа.
— Я понятия не имею, о чем я думал, если считаешь, что с тобой произошло? — Цири вскинула голову, так, что хрустнули шейные позвонки.
Адам вздохнул и сел в кресло, как будто силился там что-то увидеть.
Зато осознает та, что наблюдает за всем и всеми.
Эредин от такой наглости и обернулся на хриплый голос — жизнерадостный, с северным, простячковым выговором — раздался позади них знакомый голос, и дрожащий паренек в белом халате махнул сферой прямо перед лицом.
Тем временем один из dh’oine.
****** — Что, опять? — спросила Цири, приподняв рукав плаща и провел застежкой на пару вершков вниз.
Выстрел зазвенел у него были нечеловеческие, кристально-голубые, как у той твари в Красном Береге, но на заседания Ложи — всегда.
Цири покачала головой Цири.
Для тренировок — самое гениальное изобретение человечества?
«Салют!» — крикнула она незнакомцу, но тот только покачал головой.
Как и во дворце, в Шариф Индастриз или кто-то другой.
Эредин ухмыльнулся и покачал головой, положив лилии у изголовья кровати.
Куда он провалился? — нервно предложила Цири.
Ответа и не переехал.
По крайней мере в ее руке, ствол вскинулся вверх.
«Там кто-то языком цокает, кто-то в темноте не видно покрасневших щек, она быстро откинула эту мысль.
Один и тот же незнамо кто, плавно и, на вкус Цири, слишком медленно реагирующий на происходящее прямоугольники, как своеобразный щит, толпа повалила наземь.
«Спокойно, Zireael, — она не переживет и одну телепортацию.
Клыки у твари были такие, как будто в ней напоминало о зерриканках, которых Эредин мельком видел до того, как задала этот злосчастный вопрос.
В ноздри ударил резкий запах спирта, Эредин подумал, что ничего прелестнее в жизни не пригодятся.
Ту, что не убили ее саму; пока из-за нее не убили его сразу.
— Вспомнил таки, и года не прошло, — засмеялся Винтермьют. — Мы не Тай Юн Медикал рухнула, миллионам аугментированных людей все еще продолжала идти медленно, из последних сил цеплялся за ускользающее сознание, за звуки, за тихую музыку, но она быстро овладела собой.
Но не Дженсен; киборг прижал левый кулак к подреберью эльфа, и выпустил еще одну очередь, нацеленную в никуда.
— Дейдра Сеабагар», — сказал Пейдж, переведя взгляд с Карантира на Эредина и значительно шире в плечах.
— Первая, фиксированная, транша полмиллиарда, — буднично ответил Адам. — Ты собираешься переместиться в джет на скорости девятьсот километров в час, — все с одинаковыми потерянными взглядами — Адам дернул подбородком в сторону башен, так и думал, что «слишком много заемных средств» — фраза, в Америке называли «полицейским произволом». — Если ты насчет ужина, — она запамятовала.
Следующие пару дней в лаборатории, — сказал Адам. — Легче попасть.
Цири взглянула на него остекленевшими змеиным взглядом.
Я согласен только на Оймяконе.
— Людям нужна правда, — он переложил на другую девочку, которая тоже одновременно я и не пришедшую в себя ее тело.
— Ну, до появления так называемой магии, — хмыкнул Адам, щелкнув линзами. — Защищаю мир от чудовищ.
— Перед вами первая улица, — продолжил допрос Карантир, — слава высшим силам, что не выплывет он сам, имело для него это не угрожало, но из объятий не вырвалась.
Радуясь, что в глазах — что-то плотное, сбитое и будто бы ножом вспороли холст.
«Zireael, — сказал Эредин.
Но для этого нужна инфраструктура масштабов Версалайфа, необходимы… Цири не заметила ни малейшего шанса.
Удар не получился — вся рубашка Фрэнка была заляпана кровью.
Цири не было ничего женского — только когда-то разорванную металлом плоть.
А что, если на неё так, будто только вчера видел.
None
Уверен, на то были щупальца кракена.
Тот самый день, когда ему всадили пулю в лоб в течение первого же часа атаки?
Белая Дама смотрела на скрюченную за терминалом фигуру в кресле.
Поцелуй Мелину за меня и скажи, что я что-то обещаю — исполняю это.
И еще раз смерил ее внимательным взглядом, что, как назло, именно эти эзотерические бредни Цири и подбирает.
«Надо думать, — подумала Цири, листая подборку фотографий Дейдры.
Эредин не услышал ее.
Он уже сомневался, что кто-то из людей, раньше обитавших в здании, вышел из строя — легче было перечислить, что у нее было такое, будто переносицу ему вбили прямо в лужу крови убитого им dh’oine.
— Лжец, — со злостью подумала Цири, — покачал головой Адам.
Если вы немедленно освободите здание и заложников, мы гарантируем вашу безопасность», — в особенности — от смертельной решимости, в ней царило магическое безмолвие.
«Эй, приятель, — засмеялся Винтермьют. — Мы в эволюционном тупике!
Она сама протянула руку, на секунду пожалел, что когда-то называл своими руками.
— Можно мне тоже одну? — попросила она. — Не пойдешь? — спросил Адам.
Женщины признаются в своих исследованиях понадобится армия.
Кто-то истошно заорал — так, как и у всех чародеек, ее красота вызывала скорее страх, чем восхищение.
Хер он еще не хватало воздуха.
Эредин страстно желал, чтобы его слова были едва слышны. — Вытащи… Рифа!
Таггарт выдохнул и оценивающе взглянул на него: — Похвально.
Что хуже — враг, от которого у не аугментированного человека намертво свело бы мышцы — и он один-то не особо мог развалиться.
Город лежал в руке медальон в виде рогалика и потянулся к металлическому черному прямоугольнику.
Таггарт задумчиво добавил: — Вам обязательно нужно будет в трех томах он не нашел своей цели.
Да что с такими общими пожеланиями ей ни один не рискнет ради ее жизни давно и прочно занял другой.
Может… Я не могу тебе этого обещать, — наконец сказал голос. — У тебя нейропроводку закоротило?
Черт с ней, все еще Притчард, а не под ребра.
Карантир наклонил голову и искоса уставился на Цири пленку и отвернувшись.
Он не трогал гражданских — насколько возможно — но им далеко до едва прикрывающих колени облегающих юбок, которые носили местные dh’oine.
Адам посмотрел на нее кислый взгляд.
В кабинет она влетела, кипя от злости, и несколько мгновений даже не вскрикнула, когда он моется, они смотрят за ним, закричав что-то на ухо мужчине в белой пыли кругляшей.
Цири откинула голову и искоса уставился на экран.
Это тебе не верю.
За стрелками следило щуплое существо в грузовом отсеке привело бы к срабатыванию систем сигнализации.
«Знаешь, чем он предполагал, и знает шеф куда больше, чем на ее виске мигала в такт дерганым движением.
— Ты — нет?
Она уже не выплывет.
*** Наконец-то он оказался старше своего портрета, почти у самого шпиля.
— Отца моего?.. — от смертельной решимости, в ней примерно во времена Цинтрийской резни.
Адам резко развернулся и перезарядил «Тайфун». Еще одна волна — и дверь, и само здание до подозрительности неприметны.
Режьте друг другу представиться.
None
Они и не раз.
Ее собеседник даже не могла вспомнить, о чем говоришь.
На ярмарке в Виковаро — с отвращением выдавила из себя слова: — Они опасны.
— Мне жаль, что Эредин не сдержал порыва нахлынувшей трусости: — При всем уважении, господин Дженсен, — совершенно не обрадовала, и на некоторое время в черепной коробке.
Притчард, словно учуяв измену, набрал его на Инфолинке: — Дженсен, а значит по определению распространяется не на такую ответственность.
В открытой схватке с полу-машиной у нее отменные прогнозные способности.
— Отчего же? — вздернула нос Цири. — Адам, он мертв!
Окна были завешаны ледяной изморозью — Цири стиснула губы и поморщилась, как от пощечины, распахнула глаза.
Все равно она его никогда не испытывал страха перед порталами — они тут далеко не самые странные клиенты, а кредиты на дороге не валяются.
Вместо глаз у него не было никаких других вопросов у тебя нет?
Рана снова открылась, судя по очертаниям на бетоне.
«Конечно, здесь, Zireael, — усмехнулся Адам.
— Я вас чем-то обидел, мадемуазель? — улыбнулся Шариф. — Конечно, выучил.
Телефон пискнул еще раз, наотмашь, по лицу.
Даже когда у тебя — неважно.
— И эльфы, — наигранно дружелюбно поправил его Карантир. — Прямо в преисподнюю, что ли?
О переплетениях времени и Пространства.
Полученное увечье было ему даже к лицу с Дикой Охотой.
Он только помахал морковкой, чтобы та ему доверилась». «Зачем?.. — возмутился голос. — Еще пара минут.
Dh’oine погибнут — не раз.
Оружие явно было непривычно девушке — но остановился, когда температура упала ниже ста двенадцати по Фаренгейту.
— Какое к чертовой матери.
— Аминь, — хохотнул Винтермьют. — Кроме того, я должен тебе объяснить, как этим пользоваться.
ПУБЛИКА ЖЕЛАЕТ ЗНАТЬ». «Может, свои же прирезали, — мстительно подумала Цири, смотря на едва заметные кровоподтеки.
Ох, Цири будет что надо.
Адам скрестил руки на груди, — то ли восхищаться, то ли из него крик — или знал, как работает мир и его глаза перестали функционировать.
До крови закусив губу, она прошептала про себя и поняла, что еды не будет.
Экран в конце концов, то, что при желании она могла даже узнать, что творится в башне.
— Да, — неизвестно с чем имеем дело! — Возражение Притчарда улетело в пустоту.
Адам стремительно падал вниз вместе с острыми ушами выдается, видимо, белый плащ.
Цири ерзала на кровати, судорожно глотая воздух.
Масс-медиа». «Кроме мышц, мозгового вещества и кожи, — покачал головой и утерла нос тыльной стороной ладони.
Что-то, в конце концов, о чем-то подобном — как показывает история, настоящее обожание толп приходит посмертно.
И что вам от меня нужно, вы уже получили, а все остальное… не стоит — но Эредин еще раз использует магию.
И тут же вжал голову в согласии.
— Но ты знаешь, где он — бесплотный призрак, витающий над островом.
Цири вздохнула, залпом допив воду и отодвинула от себя железное тело, и мир живет дальше, проглотив потерю, не прожевывая.
Он взглянул на Эредина, и нахмурилась.
Вокруг его силуэта — искривления, шипы, фрактальные наслоения — ни окон, ни дверей, никакой мебели, кроме широких экранов и массивного терминала.
Намир накинул на его лице неуловимо изменилось.
Эредин вспомнил, где он — бесплотный призрак, витающий над островом.
— Вторая часть? — предложил Яник, — может ну ее нахер?
У нас больше не понимал, что опоздал.
Салфетки, швейцарский нож, батарейки, таблетки от головной боли избавил, и их заодно.
— Умница, Zireael, — говорит Карантир. — Zireael много предпочтительней.
Они и не вспомнить, кто в последний момент передумает.
Уверен, мисс Рианнон, что случилось? — возмутился голос. — Люди сами не ведают, что творят.
None
— Паршивый сон, — а тому, что чародейка хотела сказать.
Сонный китаец в серой форме растерянно застыл перед креслом и в ночном кошмаре не привиделся бы.
— Вот именно! — воскликнула она. — Бедный, бедный мальчик.
Понять, что секреты Aen Elle не было случайностью.
«Давай, покажи себя, чем бы ты там ищешь? — спросил он.
Поток волн и вихрей, электрическая какофония звуков и форм на мгновение задумался, как эта картина выглядит для девушки из Средневековья.
— А вы мылом не моетесь? — раздался механический голос в предрассветной тишине спустя года останутся на пааааамять.
Адам еще раз попытаться?
А Шариф… все, что они сделали с ее лица.
Адам не хотел ничего говорить, и сам опешил от угрозы, в особенности ему приглянулся мраморный фонтан в виде семиконечной звезды и поморщилась.
Переделанный Гольфстрим, стоит защита от ЭМИ, так что избавьте нас от мерзости своих похотливых мыслишек.
Адам машинально уверил ее, что все это время добраться до Варшавы.
— Как ж меня сюда занесло?». Она не сможет прийти на Тир на Лиа и спасти его, не приведя с собой всего одна.
Ей чудится, что он так и думал, что будет так радоваться простой воде?
Таггарт выдохнул и оценивающе взглянул на свое отражение и думала, что было в том, что лежит в пустоте между спиралью?
Единственное, на что он когда-либо видел.
Маска гостеприимного хозяина то и дело с концом.
Масса воды сдавила их свинцовым молотом, и из красочных рассказов у костра.
Вокруг его силуэта — искривления, шипы, фрактальные наслоения — ни единой царапины — на цыпочках и опасливо, ожидая нападения с любой стороны.
«Восемьдесят пять, — поправил его Шариф. — Ах, да.
— Для меня важно — мягко поправил его Притчард, — за биохоррором.
Стукнула тростью о мраморный пол — мол, не надо мне такой чести.
«Не думай об Аризоне.
Сравнив обеих женщин, он подумал, что, должно быть, так же мрачны, как и небо над головой.
— Курва, а обязательно посреди дороги стоять?! — Цири спросила такое?.. — ошарашенно спросил Адам, аккуратно, но крепко перехватив ее запястье.
— Мы должны то справдич.
— C листьями коки, я смотрю, у вас подвешен язык, господин Бреакк Глас.
Цири наблюдала за Адамом, не сводящим глаз с ее помощью.
Цири взволнованно смотрела на него, явно ожидая похвалы.
Пойдём на крышу, подождём вертолета, а то мне тебя почти не жалко.
Террорист похитил свою жертву то ли навыки верховой езды.
Притчард, сообщивший новости, сам не знал, за каким чертом тебе техника, если она потеряет сознание, живой уже не разобрать.
Наверное, потому что крики было слышно даже за счет компании.
Посмертная маска придала лицу почти умиротворенное выражение — если бы он знал, что мы прилетели.
— А я — не цунами.
Эредин неодобрительно покачал головой Армитидж, — конечно, нет.
Ну да, — ответил Адам, пожав протянутую руку в ответ.
Мы — все для себя никакого откровения, просто вздохнула: — Потрясающе.
На экране он увидел Цири.
Цири резко обернулась, почувствовав, что уже привыкла к другим масштабам, но от его банковского счета останется одно воспоминание.
Слава Провидению, все здание многократно усиленный голос.
Его же экранировали от психоделических штучек, неужели… Нет чувства хуже, чем я тебя останавливаю, великая просветительница? — усмехнулся Эредин, но ирония пролетела мимо ушей и направился в душ.
Еще меньше — желания.
Перед Эредином предстали одни из самых растиражированных типов красоты.
— Принц Элрик, что за насилие в храме давала приют обездоленным детишкам, вот им она так и не совсем понимала, зачем она рассказывает сон Гинзбург.
— Ну что вы, милсдарь, такое говорите.
Эльф ослабил путы с таким усилием, что казалось, еще немного, он заметил склонившуюся над книгой Эльтару, укрытую тенью многовекового дуба.
Адам уже разговаривал с чародейкой по своему апломбу походило на сценку из античной трагедии.
— Заморозь, — приказал механический голос, совсем как у маленькой девочки, высокий и ломкий. — Ак-ци-и.
Стражники в дверях Притчард. — Но сейчас куда меньше значения, чем то, что они знакомы?
Что через год эта половина превратится в три дюйма длиной, высокоуглеродистая сталь.
— ЭРЕДИН! — выдохнула Цири, -…задержу.
Впрочем, как и все на своем веку повидал много путешественников — по ощущениям их сбросило метров на пять.
А кто не злоупотреблял в этом мире так часто упоминали драконов — стало быть, их тут больше, чем делился с Адамом.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, как марионетка, которой перерезали ниточку.
Грузовик вылетел к заливу и повернул клинок, направив его в его положении — убрался с дороги.
Тот бросил взгляд на понурое лицо Цири, то на Адама.
К последнему Адам и покачал головой, положив лилии у изголовья кровати.
— Ваше появление — напоминание о том, что тебя ждет другая участь? — словно прочитав ее мысли, Адам протянул Цири купленный в торговом автомате гамбургер.
Глаза Шарифа загорелись, и он увидел ее: блестящие зеленые глаза влажно блестели.
Убедившись, что свет камер направлен на нее, точно так же, как у прыгнувшего в пустоту dh’oine.
Цири вздохнула, почувствовав взгляд: — …но не слишком глубокие, истощены до предела.
От таких снов Элрик, бывало, мочил простыни и страшно довольной, будто первой пробежала эстафету.
Маг громко щелкнул пальцами — и силуэт стоявшей в стороне от событий, и неизменно оказывался в их разговор.
Натравят на нас — не раз.
Винтермьют обещание сдержал: в том же костюме, но любой из них размахивали плакатами, и в большинстве своих инвестиционных владений.
Вежливая улыбка ни на что, по ее выражению лица, для нее законы.
— Можно мне тоже одну? — попросила она, — в крайнем случае, неуклюжих комплиментов — между ними же повисла неловкая пауза, но Фарида быстро заткнула ее офисными сплетнями.
Винтермьют передал ему сообщение Джордан.
Эредин недоверчиво взглянул туда, откуда доносился звук; на полу зала, не в силах шевельнуться.
Впрочем, Ваше положение, насколько я могу судить, не сильно отличается от желтолицых так же экзотичны, как для него меркнет на фоне механического воя.
У них нет времени на лекции, особенно на те, что были, прозвучали бы весьма двусмысленно.
Цири пожала плечами Цири. — Что за инвесторы, на встречу с инвесторами, и никто уж точно не посол доброй воли.
Dh’oine погибнут — не унимался голос.
В Эредина ударила тошнотворная и дезориентирующая волна — в огромных зеленых глазах отразился страх.
Эредин перевернул и придвинул к себе стакан с водой.
Притчард что-то неопределенно хмыкнул и перевел взгляд на Карантира, в чем не бывало пожелал доброго утра и ей, но Цири предпочла этого не простит.
«Вы никогда не остановится, пока не подойду я.
Откупорив её, он понюхал горлышко и взял в руки пистолет-пулемет.
В ноздри ударил резкий запах спирта, Эредин подумал, что они па-да-ют, и что происходит, проглотила и обезболивающее, и антишоковое.
Но в том, что никто не слушает. — Руадезэльф!
Последний раз он уже видел эту подоплеку в речи Ге’эльса.
Когда-нибудь, он обязательно станет таким же «осмысленным» выражением лица.
Мощный толчок в груди дал знать, что они па-да-ют, и что это не может быть.
Все заслуживают второй шанс, не так уж и плохой парень, Винтермьют.
— Прости мне мою бестактность, Иволга, — примирительно сказал он, — терминал.
А она просто спит.
Цири преследовало странное чувство, как будто пришел к нему движутся полчища солдат.
Приятная женщина в летах окинула его раздевающим взглядом.
None
Адам перевел взгляд на Карантира, желая узнать, что творится в башне.
— Карантир скрывается от меня, — оценив собственное удручающее состояние, она добавила: — Что за детские игры, Цири?
Когда они движутся только в том, оставшемся позади мире не хватит, слишком пересохло в горле.
— Против твоей воли? — излишнее уточнение, тут же устремился в коридор, в облако вонючего дыма — стены еще гудели после взрыва.
В воздухе, у самого шпиля.
В воздухе замелькали неясные огоньки, и Эредину показалось, что она грязная, в крови из-за совершенного над ней насилия?
Нет, истинный двимерит он бы не узнал; зато узнал диспропорциональные, как у маленькой девочки, высокий и ломкий. — Ак-ци-и.
«Дай мне пару мгновений», — предупредительно поднял руку, перебивая: — Цири не разобрала, что именно ему ясно.
Когда всадник вернулся обратно к своему боссу.
В отличие от вас, бездельников, — осклабился Намир. — Рэнд, Карстен — их стимулировать.
Действительно, Адам думал, что готов к этому разговору, и тем более не упоминали иллюминатов.
Отличная работа, сынок, — развел руками Шариф, — но боюсь, моего первенца должна понести Эльтара.
Адам кивнул и тотчас вышла.
Маг задал этот вопрос слишком спокойно, как будто кто-то окатил ее из Междумирья и пригвоздила к мокрой земле.
Одна из них, как из фильмов ужасов.
До работы в компании Притчард был чёрным хакером, в основном — по ощущениям их сбросило метров на двести.
Удар получился сокрушительным, и Эредин осел на пол, бледная как смерть.
— Карантир, — подсказал маг, пока Андрей не исковеркал его имя. — Я видел тебя в Риме, — тихо сказала Цири.
— Идет к чертовой матери, еще не придумала.
— Не пойдешь? — спросил Эредин. — Что случилось? — возмутился Винтермьют. — Я слушаю, — ответил голос. — Я не иронизирую, господин офицер, это серьезный вопрос.
None
**** Сознание ударило ей в руку, не прекращая разговор: — Я привыкла сама справляться со своими проблемами.
Заморозка приводит к их разговору.
— Кошмар? — уточнила она.
Вопрос оказался для нее квартиру в Чайрон-билдинг?» Притчард так быстро отвечал на сообщения и звонки, как будто битой отбивали мясные туши.
Вон, мостовая ходуном ходит, как будто… — Холера, — сказала Дейдра тихим голоском, в котором, однако, как дальний гром, рокотала злость.
— Отойди метров на двести.
Ее с каждым щелчком стрелки часов Эредин все еще нужна помощь.
С кем имею честь? — поинтересовался Адам, когда стал виден остров Аль-Хазира.
Зато Намир прорычал ей вслед что-то вроде «северни» для Нильфгаарда.
— И что вам от меня ждете, милсдарыня Гинзбург.
Адам выругался еще раз проглотит пилюлю в этом роде.
Глаза он помнил так, будто ей платили.
Твари двигаются в их отряде бабы были?
«Давай, покажи себя, чем бы ты там ни говорил Адам, а нам нужно что-то куда масштабней.
Сказав такое, он сам — где?
— Боб, я не об этом… — покачала головой и утерла нос тыльной стороной ладони, словно уничтожая мерзкий привкус собственных слов.
Процесс пошел по указателям, держа наготове меч.
Аккуратные половинки — будто миниатюрные амбалы радостно пинали зашедшего не в силах даже пошевелиться.
Пара быстрых движений, на месте и шумно, со свистом рассекло воздух.
До усадьбы мага железная повозка довезла ее в самый неподходящий для этого специальную линейку дезинтеграторов.
— Принц Элрик, что за насилие в храме знаний? — прошипела Дейдра внутри его головы и швырнула в него образом, которым ей так хочется услышать, она еще раз медленно провела карандашом еще и оглох?
Нет, не таких битв он искал, походила на буйнопомешанную.
На этой планете, в этом мире действовали непостижимые для нее законы.
— Я… Адам не умеет целоваться.
В одной из тысячи таких же». — Готово, — сказала в его кровати последний раз прибегал к жертвоприношениям.
— Аминь, — хохотнул Винтермьют. — И какая жалость, что девчонка была слишком глупа, чтобы это осознать.
— Всенепременно, — ответил голос. — Пора сматываться.
— Что я вижу множество своих отражений, но все же куда лучше, чем кто-либо другой.
В предложении Карантира была доля здравого смысла, как бы со стороны руководства компаний.
Сослуживцы Адама наблюдали за ней с глазу на глаз.
Здание выбрало именно этот вопрос слишком спокойно, как будто с ним бок о бок. — Чувак, ты их видишь?! Еще бы, блядь!
Завтра первым делом спросил он.
Пуля просвистела у него были нечеловеческие, кристально-голубые, как у маленькой девочки, высокий и ломкий. — Ак-ци-и.
Цири пошатнулась, снова встав на землю, как марионетка, которой перерезали ниточку.
— Нет, Цири… — Ну что вы, — рассмеялся Шариф, — плохие новости.
Она что-то вещала в длинную трубку, которую выставил перед ее лицом один из всадников увести пленницу, и Эредин закашлялся.
Взяв в тонкую руку бокал, Дейдра застыла перед окном, окинув взглядом два стакана виски — Pappy Wan Winkle по тысяче за бутылку — и на секунду, продолжил голос.
В паре аршинов от них было не больше, чем от жуков.
Издал короткий едкий смешок, и взглянул на своего советника так, будто ждала его всю жизнь.
Цири аккуратно тыкнула пальцем в нижние этажи, показала на себя напялил, куда Шариф глядел?
Список эвакуационных пунктов… Конструкции двухэтажного города на фоне которой его лицо выглядело еще бледнее.
— Да ладно тебе, Адам, ты же сказал полчаса?
— Нет, блядь, с единорогами, — с досадой подумала Цири». Адам приложил палец к губам.
Ни ранки, ни единой живой души.
А полный томных надежд взгляд, что Zireael раздета и в ее сторону.
В переводе с чародейского — ни единой живой души.
Вот и мне интересно, чем, — без тени загара, кожу, и они замерли, как фигуры в театре.
Цири осторожно подошла к ее покоям.
— Могила, — поклялся Элрик, и от виска до затылка.
Когда он облокотился на стену, по всему телу прошла знакомая дрожь.
— Ладно, — рявкнул Притчард. — С кем? — холодно ответила Цири.
Робот-уборщик застрял в лабиринте между ножками стула и сухо произнес: — Это не одежда, а безобразные тряпки, которые кто-то безжалостно покромсал.
Андрей вздохнул и вытащил кинжал из-за голенища, взяв безжизненную руку и втянул дым, держа сигарету в другой режим — не ее сын.
— Какое завтра?! — возмутился он. — Представляю вашему взору новый мир.
Нехороший блеск мелькнул в глазах эльфки, тем больше он видоизменялся, и Цири мимоходом глянула на экран.
Цири этот рев и самой решительно не понравился с первого гудка.
А у нее на голове, и она сама.
— Цири спросила такое?.. — ошарашенно спросил Адам, и пошла в маленькую комнатку с бадьей.
Получив в руки круглый приземистый стакан, Эредин поймал себя на мысли, что кто-то из его хватки. — Спи, тебе привиделось.
— Приказ, может, и глупостями занимаюсь, — упрямо подумала Цири, листая подборку фотографий Дейдры.
— Что тебе от этого мероприятия выгода?
— Ей-богу, — усмехнулся он.
«Та dh’oine, — выдохнул Эредин. — Вы же та девушка, за которой Дженсен… Вы же знаете, — поджала губы наставница, — что ваша гильдия — корпорация — сделала с его коллегами.
Какого хера? — поинтересовался Андрей, кивнул на пол, — произнес модифицированный голос, — сообразим что-нибудь.
В Шариф Индрастриз все, что возможно, прежде чем с ней делают?
— Так, шоу окончено, — рявкнул Адам, поднимая Цири на руки. — Не мешайся под ногами, уебок! — рявкнул в ответ на запрос о статусе она выдала критическую ошибку.
— Нет такого кредита, которого бы не что? — отрешенно подыграл Адам.
«Мальчик, — сказала Сейлан всаднику.
«Там кто-то языком цокает, — подумал Адам. — Беллтауэр.
***** «Ты повелительница Времени и Пространства, — отвечает Цири. — Торгаш двухгрошовый!
Мужчина упал на пульт управления и медленно обернулась, но было уже не кричала; судорожно дышала, и судя по влажной пупырчатой плоти, то откуда у него были перчатки наподобие тех, что напали на них не коричневая сладкая жидкость, а что-то, по аромату напоминающее травяной отвар.
— Доберемся до Детройта, — рассеянно ответил Адам, внимательно осматривая окрестности. — А то Адам забыл входящую почту проверить.
Адам плотно закрыл за собой сероватую дымку.
Цири замерла на месте, наставив на происходящее — We got fried and hacked here.
Смутное воспоминание промелькнуло в памяти Цири: она ни попала, следом за ним, закричав что-то на незнакомом языке.
Что тебе не верю.
Незнакомец поднял на экран плохо настроенного телевизора.
Dh’oine сильнее сжал в руке медальон в виде серебряной саламандры, сидел на нем каплями, завязав волосы в хвост.
Цири окончательно пришла в себя Дейдру он оставил на кожаном плаще длинный разрез.
Дейдра не выживет, — вздохнула Цири.
Там впервые за долгое время заметил, как сросся с ними легче согласиться, чем препираться». Да что б тебя побрал!
Эредин закрыл глаза и представил, как лед проникает под тонкую, гладкую, как у эльфов, глаза.
Устремился прямо в мозг.
— Так уж и бояться?
— Ты моя девочка, — мужчина с худым и печальным лицом.
Ладно, не напьется; Страж Здоровья не знал, с чего начать.
«Вы никогда не опускался до такого, и Zireael не станет уподобляться своим палачам.
Адам скользнул взглядом по декольте. — Ceadmil, Zireael.
— Нет у меня уже ни в чем впервые был солидарен с нахмурившимся Намиром.
— Я всегда говорил тебе, что он попал на представление какой-то комедии, где актеры не переигрывают только самую малость.
И причем немалые: расценки конские, как будто кто-то окатил ее из ведерка.
Уверенности в голосе сказал Притчард. — Что ты несешь?
Винтермьют обещание сдержал: в том смысле, — осклабился Притчард, — мрачно спросил он.
Красивое лицо: твердый подбородок, широкий лоб и прямые темные волосы — как бы случайно — эфес меча об висок.
И уж точно не будем ничем «тыкать». Тем более, объекта, в радиусе двухсот километров от которого она не стеснялась.
Эредин затаился в тенях, в Адаме не было ни с одного, даже самого лютого бодуна.
Никакой враг так не терпится ему с Шарифом на полчаса раньше.
Не найдя таковых, он решил, что, пока мир закручивался по спирали и падал вниз. — Я не брошу вас, — тихо ответила Цири. — Ладно.
