Circle of feelings

      Люцифер никогда не любил чувствовать себя не в своей тарелке, особенно, когда это касалось семейных дел. Обычно, именно в его присутствие, люди ощущали себя неуютно и некомфортно, что порой даже пытались не смотреть в лицо Дьяволу. И за все эти годы он так привык к этому безоговорочному уважению и лёгкому страху со стороны смертных, что, оказавшись на их месте, мужчина испытывал неописуемую гамму эмоций, ни коим образом не вызывающая радость. Да как вообще могло такое произойти, что многовековое существо, взывающее к потаённым желаниям людей, будет сконфуженно сидеть на месте. Хотя, учитывая необычность собеседника, оно и понятно. Разговаривать с Богом, после стольких лет обиды и злости, это очень непросто. Слышал бы его мысли близнец, поднял бы уже на смех и опять начал пускать непрекращающийся шквал издёвок.       Правда, Михаил всегда говорил, что делает всё на благо падшего, по крайне мере, сейчас-то точно оно именно так и поэтому, у ангела получилось настоять на беседе с Отцом, от чего у Люцифера сворачивались внутренности в тугой узел, не давая спокойно вздохнуть. Благо, близнец решил остаться и поддержать Светоносного, успокаивающе-нежно оглаживая вспотевшую ладонь. Да чтобы ему теперь успокоиться, тут нужно что-то побольше и помощнее, иначе его пришибёт от душащего беспокойства, грозившее вылиться в очередной психоз. И почему ему достались такие шаткие нервы?       Но, если так поразмыслить, если бы встреча с Богом произошла раньше, то последствия были бы намного хуже, учитывая, какие приоритеты и мысли он ставил перед собой, когда только начинал знакомиться с теми, кто окружает его и по сей день. Да и терапия, длившаяся целых пять лет, оставила глубокий отпечаток на нём и всё благодаря Доктору, которая не прекратила их сеансы, несмотря даже на его Дьявольскую натуру. Да что уж там, абсолютно каждый оказал то или иное значение на сегодняшнее поведение, в том числе и неожиданно появившийся Михаил, перевернувший его жизнь с ног на голову.       И хоть ангел хотел, как лучше, сейчас Люциферу приходиться сидеть в гробовом молчании перед Отцом, удобно устроившийся в кресле, что стояло прямо напротив широкого итальянского дивана, где умостились близнецы. Ну почему же ему так некомфортно находится рядом с Создателем, если тот, всего-навсего, был его родителем. Да, родителем, который, если захочет, может одним щелчком уничтожить эту Вселенную, чтобы на её руинах построить новую, подумаешь, такая мелочь. Но он не выглядел агрессивным и глядел на Люцифера с неприкрытой теплотой и мягкостью, что совсем самую малость вызывало беспокойство. Хотя, это возможно только из-за его присутствия и никакого скрытого подвоха здесь нет, ему надо просто успокоиться. По крайней мере, Михаил выглядел спокойней некуда, а значит и Дьяволу надо взять себя в руки.       Но всю эту тревожную атмосферу нарушил ангел, как обычно взявший на себя первое слово. Какой же он заботливый, несмотря на то, что по идее, именно Дьяволу надо делать первый шаг на пути к изменениям.  — Спасибо, что пришёл, Отче. Мы рады тебя видеть у себя дома, — проговорил небожитель, продолжая оглаживать ладонь младшего.  — Это я должен благодарить вас, Михаил. Я счастлив, когда мои дети хотят просто поговорить, — сделав небольшую паузу, Бог принялся оглядывать убранство пентхауса, но для этого не понадобилось много времени и он снова посмотрел на сыновей. — И о чём же вы хотели поговорить?  — Скорее, хотел поговорить Люцифер, а не я, поэтому этот вопрос больше адресован ему, — легонько сжимая ладонь брата, он намекающе кивнул в сторону Бога, желая, чтобы брат наконец вклинился в этот разговор.       Натужно сглотнув, Люцифер произнёс:  — Да. Михаил сказал, что нам надо поговорить, чтобы избавиться от той тревожности, которая меня проследует рядом с тобой, Отец.  — Тревожность? О чём ты, сын мой?  — Просто суть в том, что после того, что ты сделал со мной много веков назад, очень сильно сказалось на моем отношении к тебе. И поэтому, не стоит ждать, что я просто возьму и забуду то, как ты сбросил меня в Ад, несмотря на то, что я продолжал быть твоим сыном.       Медленно, но верно, Люцифер чувствовал, как он распаляется всё больше с каждым сказанным словом. Это заметил и Михаил, который незамедлительно придвинулся ближе к близнецу, сильно сжимая руку, чтобы привести того в чувства.  — Самаэль… Я признаю, что не подумал об этом раньше, когда встретился с тобой на ужине. Я не знаю, почему упустил этот важный момент из внимания.  — Неудивительно, ты всегда так делаешь. Упускаешь маловажные детали, даже не думая о них вспоминать.  — Сэм, будь спокойнее, пожалуйста. Все понимают, как сильно тебя трогает эта тема, но так тоже нельзя, братишка. Будь сдержанней.  — Не стоит, Михаил. У твоего брата есть все основания злиться на меня. Лучше сказать всё сразу, чем оставлять этот разговор на потом, — показывая ладонью, что всё хорошо, Бог продолжил разговаривать с младшим из сыновей, — Я понимаю твои чувства, Самаэль, но и ты пойми меня. Я был слишком резок в некоторых своих решениях и ни капли не скрываю этого. И мне очень жаль, что твоя жизнь сложилась именно так.  — Жаль?! Да ты ни разу в этой чёртовой жизни не появился, о чём ты вообще жалеешь? Именно ты лишил меня семьи, лишил прежней внешности, — вскакивая с насиженного места, он резко выдернул руку из хватки Михаила, являя Отцу своё Дьявольское лицо. — Теперь посмотри повнимательней, что произошло из-за твоей мнимой незрелости! Ты и представить не можешь, какие муки я пережил, когда пал. И единственное, что ты можешь сказать, так это «жаль»? — гневно прошипел Люцифер, продолжая сверлить родителя огненными глазами.       Видя, что ситуация выходит из-под контроля, ангел подскочил следом за братом, крепко обхватывая того поперёк туловища, чтобы привести в чувство.  — Сэмми, не надо. Пожалуйста, успокойся, мы же хотели просто поговорить, помнишь? Я знаю, что ты очень сильно злишься, но это не выход, милый, понимаешь? — продолжая обнимать горячее тело близнеца, Михаил принялся подтаскивать его обратно к дивану, только бы он успокоился. — Прости, Отче.  — Всё в порядке, Михаил.  — Нет, не в порядке, Отец. Было очевидно, что, приглашая тебя сегодня сюда, вскроются и старые раны, оставленные, по большей части, тобой. Уделяя всё своё время созданию человечества, ты упустил из вида воспитание собственных детей, — расположившись вместе с Дьяволом на прежних местах, ангел успокаивающе поглаживал его по шероховатой, красной коже. Складывалось даже ощущение, будто она до сих пор влажная и только лишь одно прикосновение, может доставить невыносимую боль. — Но это было необходимо.  — Я просто хочу, чтобы он признал, что был не самым лучшим Отцом и вообще перестал меня звать по старому имени. Тогда, может у меня и получится нормально поговорить с ним.  — И тебе от этого станет легче, сын?       На это Люцифер ничего не сказал, возвращая себе обратно прежний облик. Ему уже и не хотелось продолжать весь этот разговор и просто было желание, как обычно, по-быстрому свалить куда-нибудь на окраину города, да хоть в ту же самую пещеру, где провисал старший. Но единственное, что останавливало его от этого — так это сам Михаил, которого ему не хотелось заставлять искать себя и уж точно оставлять одного только из-за того, что у него сдали нервы и у Дьяволу надо срочно где-то залечь на дно, дабы не встречаться с любимым Папочкой. А стоит ли так переживать за небожителя? Уж что-что, а он сумеет быстро разобраться в том, как обустроиться на Земле и без помощи Люцифера, жил же под его личиной и ничего, нормально справлялся.       Замечая, как брат погрузился в себя, Михаил тяжело вздохнул, переводя взгляд на родителя.  — Я вот, что ещё хотел узнать, Отче. Может ли, в будущем, Люцифер вернуться обратно в Серебряный Град?  — А почему нет? Ты же знаешь, я всегда рад, когда дети возвращаются домой.  — Но, также ты знаешь, что он попросту сгорит, если вознамерится полететь со мной. Ты не мог, я не знаю, это как-то исправить? Вернуть ему пропуск на посещение Рая?  — Боюсь, не раньше того момента, когда он перестанет чувствовать, что Ад — его единственный дом, где может существовать.  — Но ты же Бог! Разве ты не можешь просто ему позволить вновь появляться на Небесах? Что ты тогда вообще можешь?  — Прости, Михаил. Я не могу внушить ему чувство, что он достоин появиться дома. Это невозможно, он должен сам для себя решить это.  — И как тогда понять, когда придёт, то самое время? Как проверить, что теперь он способен без риска вернуться обратно?  — Твой брат сам поймёт. А теперь лучше скажи, сынок, зачем тебе вдруг понадобилось занимать моё место? Ты думал, я не пойму и не узнаю о твоих намерениях?  — Что.? — не веря своим ушам, Михаил испуганно уставился на Бога, который и не думал выказывать своего недовольства, а наоборот, продолжал также добродушно улыбаться. — Как.? Как тогда ты не узнал о наших с Люцифером отношениях, если был в курсе того, что я делаю?  — Я мог только догадываться, Михаил, но я не хотел так сильно влезать в вашу личную жизнь. А то, что делал ты, было также ожидаемо, как и ваша близость.  — Почему ты тогда ничего не сделал или не сказал, раз знал о моих планах? Зачем делать вид, будто ничего не происходит?  — Но ничего не произошло же. Я думал, что ты прекратишь свои попытки захвата власти, и так оно и получилось, сын.  — И разве ты не зол на меня за это? Разве я не заслуживаю наказания даже за такие мысли?  — Твой брат был прав, когда сказал, что, несмотря ни на что, вы остаётесь моими детьми и мне не следует бурно реагировать на попытку совершить второй бунт. И тем ни менее, вы, мальчики, получили большой опыт, хоть он и был местами очень болезненным.  — И какой же? — на этот раз, голос подал сам Люцифер, решивший наконец вклиниться вновь в разговор.  — Сама… Люцифер, — поправив себя, Бог продолжил. — Я сожалею о том, что так плохо распорядился твоей жизнью, но это позволило тебе проявить твои лидерские качества. Да, ты был сломлен после падения и всё равно, ты нашёл в себе силы и сумел подчинить себе целый Ад. А ты, Михаил, — переведя глаза на старшего, Создатель увидел, как тот смиренно ожидает его слов. — Твои злость, гнев и стремление захватить власть, побудили тебя двигаться вверх, дабы достичь высокого звания на Небесах. Ты самый целеустремлённый из всех ангелов, сын мой, и это не может не радовать меня, как родителя.  — Очень приятно слышать твои лестные слова, но к чему ты клонишь, Отец? Причём здесь наши успехи?  — При том, что я не нашёл бы более лучших кандидатов, которые бы сумели взять бразды правления после того, как я уйду.  — Что прости?! — чуть ли ни в унисон выпалили близнецы, смотря выпученными глазами на радостного Бога. И почему он постоянно такой довольный? — Зачем тебе это, Отче? Ты же сам неплохо справляешься с этой ролью, для чего тебе нужны мы? — выпалил Михаил, не верящий, что это не сон и Всевышний действительно это сказал.  — Ты прав, Михаил, я справляюсь, но даже я могу устать от бесконечных забот. А вы, молодые умы, способные привнести что-то новое, при этом не разрушив уже что-то созданное.  — Есть более зрелые архангелы, чем мы, Отче. Тот же самый Аменадиэль в разы лучше бы справился с этой обязанностью.  — У Аменалиэля уже есть обязанности на Земле, и я не хочу забирать у внука отца. В отличие от всех остальных, вы, как две половинки одного целого. Вы всегда дополняли друг друга, независимо от того, каким делом занимались. Тьма и свет. Инь и Ян.  — А кто тогда будет следить за Адом, если я уйду? Неужели, надобность в правителе исчезла?  — На это есть свои основания, сын, но почему ты интересуешься?  — Как обычно, исчерпывающе…  — Действительно, братишка. Беспокоишься за судьбу всех тех тварей, которые обитают там?  — Нет, просто… Возможно, у меня есть подходящий кандидат на эту роль.  — И кто же, Люцифер?  — Мэйзикин. Она была моим демоном-телохранителем, а также первым другом там внизу. Я думаю, из неё выйдет хорошая замена Дьяволу.  — Серьёзно? Предлагаешь ту, кто чуть не выцарапала нам глаза в департаменте? За какие такие заслуги, ты собираешься её удостоить такого звания?  — Она знает Ад, как свои пять пальцев. Она способна подчинить себе других демонов. Больше никто не справится с этой работой, кроме неё.  — И ты думаешь, она согласится променять жизнь в Лос-Анджелесе, на эту вонючую, многовековую дыру?  — Я не знаю. Но предложить стоит, вдруг она всё же решит вернуться назад, а то, она постоянно проедает мне мозг с этой темой. Вот пусть наконец и определится: хочет она остаться здесь или вернуться, в как ты выразился «вонючую дыру», — переведя взгляд на родителя падший спросил. — Если ни секрет, куда ты собираешься уйти, Отец? Умереть же ты не можешь, я прав?  — Верно, сын. Я всегда буду рядом с вами. Просто я уйду на Божественную пенсию и как следует отдохну от всех тех обязанностей. Да и хотелось бы встретиться с вашей Матерью.  — Боюсь, это невозможно. Если ты не забыл, у неё своя Вселенная и она не то, чтобы сильно, хотела бы тебя видеть.  — Я что-нибудь придумаю. Всё равно моя отставка — вопрос времени. А пока, вы можете жить и не думать об этом.       Немного помолчав, Люцифер решил озвучить то, что уже некоторое время крутилось у него в голове, пока они разговаривали с Богом:  — Но подожди, Отец. Как бы это сейчас странно не прозвучало, так получается, что ты, как будто, специально всё это спланировал, чтобы получить в итоге, по твоим словам, идеальных приемников? — медленно проговорив своё предположение, Люцифер наткнулся на хитро-улыбающееся лицо Отца, так и говорящее, о верности его слов. — Ах ты старый…       Но договорить ему было не суждено, так как Отец тут же исчез из пентхауса, оставляя двоих братьев с новым осознанием происходящего.  — Даже не попрощался… — чуть расстроенно выпалил Михаил, наблюдая за тем, как повеселел его близнец. — И чего тебе так смешно?  — Ха, это старый манипулятор просчитал всё до мельчайшего шага. Ты понимаешь, да? Он изначально всё это знал. Когда сбросил меня в Ад. Когда позволил тебе творить все эти бесчинства в моё отсутствие. Мы были обычными пешками в его игре.  — Которые по итогу могут стать самыми настоящими Королями. Пойми, Сэм, всё закончилось лучше некуда. Да, ты пережил сущий кошмар, когда я собственными руками совершил над тобой суд. Да, я подвергся гонению со стороны наших братьев и сестёр, но посмотри, что мы получили в итоге.  — И тебя совершенно не волнует, что тобой манипулировал наш собственный Отец на протяжении всей жизни?  — А должно, если мы получили то, о чём я и мечтать раньше боялся? Одумайся, мы бессмертные существа, мы можем жить столько, сколько захотим и нам не надо думать о смерти. То, что произошло в прошлом, не сможет сравниться по времени с тем, что ждёт нас в будущем, братишка. Это ли не счастье?  — И ты хочешь провести все эти годы, века вместе со мной?  — Каким ты порой бываешь тупым, Сэмми. Я хочу провести с тобой всю свою жизнь, иногда отравляя твоё существование шутками и приколами, которые тебе безумно нравятся.  — Ох, конечно, как я мог забыть, что только ради этого, ты со мной до сих пор состоишь в отношениях. Ай! — схватившись за затылок, Люцифер косо посмотрел на довольного ангела.  — Нет, ты неправильно понял, братишка. Я состою с тобой в отношениях потому, что люблю тебя, а делаю это по одной простой причине — это приносит мне удовольствие, вот и всё. Так что, не надо неверно интерпретировать мои слова.       Скептически оглядев весёлого Михаила, Дьявол сказал:  — И так, что мы, в таком случае, будем делать?  — А разве непонятно, милый? Кто-то мне недавно говорил про спокойную и мирную жизнь, вдали от нашей чокнутой семейки. Так что, я думаю очевидно, что мы наконец вздохнём полной грудью и просто будем отдыхать, да заниматься принятием твоего прошлого. Ты же слышал Отца, пока ты сам не разберёшься со своими тараканами в башке, ты не попадёшь в Рай.  — Что-то вроде того, когда я вернул себе крылья? Или, когда после убийства Каина, я вновь обрёл свой дьявольский лик?  — Угу. Так что, советую тебе хорошенько подготовиться к предстоящему ментальному изнасилованию, иначе, я от тебя не отстану.  — Кстати, раз зашёл разговор на эту тему. Как думаешь, я по-прежнему уязвим рядом с Детективом или теперь нет?  — А мне откуда знать? При следующей встрече попроси кого-нибудь пырнуть тебя или застрелить при ней, тогда и выясним наверняка.  — Вау, спасибо. Сам бы не догадался никогда до такого, ты прямо гений.  — Да, я такой, — хитро улыбаясь, Михаил потянулся к близнецу, дотрагиваясь до чуть приоткрытых губ, постепенно углубляя влажный поцелуй.       Видя, что брат не оказывает совершенно никакого сопротивления, ангел забрался к нему на колени, вспоминая тот день, когда близнец помогал справляться ему с тем самым ушибом, который на сегодняшний день его почти не беспокоит. Прокрутывая в голове то, что потом случилось, чернокрылый намеренно потёрся ягодицами о ширинку, под тихий, сладостный стон.  — Это именно то, что ты хочешь сделать после того, как мы только недавно поговорили с Отцом?  — Не думаю, что он был бы против. Кто знает, может он это предвидел и поэтому свалил? А может, он прямо сейчас наблюдает за нами?  — Лучше бы не спрашивал. И как мне теперь не думать об этом?  — Никак, тебе просто надо смириться с этим фактом. Когда твой Отец — Бог, можно спокойно забыть о всякой конфиденциальности. Просто не парься.       И вновь возвращаясь к родным губам, Михаил слегка коснулся их и тут же соскочил с Люцифера, хватая его за руку. Видимо, Дьявола ждёт хорошее продолжение этого дня. И не капли не сомневаясь в этом, он с хищным оскалом направился прямиком за ускользнувшим ангелом, который так неожиданно ворвался в его жизнь и абсолютно напрочь перевернул всё существование Люцифера с ног на голову.

***

 — Можно ещё раз уточнить, почему я согласился ездить с тобой в этот пропахший потом департамент? По-моему, тебе и без меня там хорошо работалось, — прогундел Михаил, с кислым выражением лица стягивая серый пиджак.  — Потому, что ты меня любишь, ну и потому, что ты чертовски ревнив. Так что не ной и терпи. Я же предлагал тебе надеть что-то полегче, но ты упёрся и напялил свою любимую водолазку.  — Сказал тот, кто вечно ходит в костюме-тройке. И как ты только не умираешь от жары, это же невозможно терпеть!  — Это всё опыт, милый. Пожил бы в прежнем Аду, понял бы, что это ещё цветочки. Хотя, может с возвращением Мэйзикин, там вновь зажглось прежнее пламя? Кто знает, на что способна эта взбалмошная демоница. Может тебя ненадолго отправить туда, скажем так, на несколько деньков?  — Договоришься сейчас.       Несильно стукнув по крепкой груди, Михаил отвернулся от брата и направился вперёд, оставляя позади довольного Дьявола.       На самом деле, для него не было неожиданностью, что охотница решит всё-таки вернуться обратно домой, учитывая то, как она его чуть не убила, когда он, вернулся из Ада, а она, вместо того, чтобы поприветствовать и обнять, с остервенением набросилась на него с кучей упрёков и клинками. Да и она в любом случае сможет вернуться на Землю, ведь как бы Люцифер не хотел бросить преисподнюю, он по-прежнему посещал это отвратительнейшее место, чтобы проверить, справляется ли демоница с новыми обязанностями. Но увиденное показало, что ей вполне неплохо живётся там, так что можно не переживать за её благополучие.       Что же касается Аменадиэля, тот перестал третировать младших братьев по поводу их отношений и с трудом у него получилось их принять. Правда, тут больше помогла сила убеждения Отца, который стал немного чаще навещать своих детей, чтобы не допустить новых конфликтов на этой почве. Только вот, первое время, Люцифер не мог терпеть присутствие до тошноты внимательного Бога, решивший, что пора бы побыть родителем и понервировать уже взрослых сыновей. Благо, тот быстро смекнул, как обстоят дела и стал реже появляться в их пентхаусе, а то раньше, нельзя было даже, как следует уединиться, учитывая привычку Отца появляться не в самое лучшее время.       Облегченно вздохнув, Люцифер хотел было двинуться за близнецом, но Михаил быстро скрылся в толпе полицейских, для которых уже вошло в привычку наличие сразу двух одинаковых консультантов. Ладно, он не потеряется, если надо будет, сам найдёт.       Ещё раз оглядев пространство вокруг себя, Дьявол направился к рабочему столу Хлои. Как оказалось, рядом с ней, он больше не становится смертным и не истекал кровью, что безусловно всех удивило. Хотя, на тот момент, напарники больше испугались, когда во время самого обычного разговора, Михаил быстро схватил карандаш и попытался проткнуть его ладонь. К их облегчению, крови не было, но ангел потом получил за то, что не удосужился подумать о последствиях, ведь только смертные, по идее, не могли нанести вред небесным созданиям. А вот как раз-таки чернокрылый, мог спокойно продырявить его руку, но тот клялся, что применил минимум усилий и этого бы не произошло. За то, теперь выезжая на опасные задания, Люцифер мог не бояться прикрыть напарницу от пуль или ещё какой-нибудь угрозы.       Подойдя к столу Хлои, он слегка прокашлялся, привлекая внимание суетящейся женщины:  — Ох, привет, Люцифер. А где твой брат? Он что, решил на этот раз, остаться дома и пригулять работу?  — Детектив, ты же знаешь его. Он ни за что не отпустит меня одного. Просто, Майки решил отойти ненадолго, но я уверен, он скоро присоединится к нам.  — Если он и в этот раз притащит тебе из общего холодильника пудинг, то боюсь, Дэн его точно убьёт. Почему он вообще тебе его носит?  — Думаешь, я знаю? Наверное, это своеобразное проявление заботы.  — Угу, потому, что ты сам о себе позаботиться не можешь, дубина, — вклиниваясь в их разговор, Михаил вальяжно прошёлся до стола, чтобы по итогу, на него наглым образом сесть. — На, лучше поешь. Заодно и заткнёшься на время, наверное.       Просовывая одну из баночек близнецу, небожитель незамедлительно открыл вторую, с наслаждением зачерпывая первую ложку. Не поняв, где он мог достать второй пудинг, Люцифер задал вполне логичный вопрос:  — У кого ты забрал эту порцию?  — Я сам этого не ожидал, но Эспиноза приволок в этот раз сразу две. Видимо, боялся, что я и в этот раз приползу к холодильнику. Правда он не учёл, что я могу быть настолько жадным и забрать всё.  — Я предупредила вас, ребята. Когда Дэн заметит пропажу, ты, Михаил, будешь первым в списке, кого он пойдёт искать. И уж поверь, он найдёт тебя.  — М, а я рассказывал, как он меня чуть не убил клинком нашей любимой сестрёнки за украденный пудинг?  — Это ты про время, когда наша Мать жила в теле Шарлотты? Конечно помню, но боюсь, в этот раз можно не переживать за сохранность моей жизни. Тем более, я могу ему просто показать крылья и он тут же отстанет.  — Только попробуй, Михаил и тогда я сверну тебе шею собственным руками, — угрожающе прошипела Хлоя, укладывая на стол нужные в данный момент папки. — Не хватало нам ещё одного человека с испорченной психикой.  — Ты такая скучная, Деккер. И что только Сэм нашёл в тебе?  — Тот же вопрос могу задать и тебе. Как ты только его терпишь изо дня в день? Лично мне было бы невыносимо жить с ним под одной крышей.  — Просто не твой уровень, дорогая, — в завершении клацнув звонко зубами, Михаил закинул следующую ложку себе в рот.  — Прекращай, Майки, — следуя примеру брата, Люцифер тоже с наслаждением поглощал чужой пудинг, под неодобрительным взглядом Хлои. — Кстати, Детектив, ты не хотела бы прийти сегодня в Люкс?  — А по какому поводу?  — Да ни по какому. Просто всем собраться и немного отвлечься от всей этой бытовухи, — обводя помещение ложкой, он тут же опустил её обратно в баночку. — Доктор и Аменадиэль придут, они уже согласились. Мисс Лопес тоже будет только за. Из неопределившихся остаёшься только ты и Детектив Кретин.  — Не волнуйся, Дэн не упустит возможности увидеться с Михаилом, — переведя взгляд на небожителя, она продолжила. — Я и не думала, что Архангел Михаил, которого позиционируют хорошим парнем в Библии, окажется тем ещё мудаком.  — Эй, следи за своим языком, дорогуша. Кто знает, как скоро пропадут все закуски из торгового автомата?  — Люцифер, ради Бога, успокой своего парня-близнеца.  — Прости, Детектив, но ради Отца, я точно не буду прикладывать к этому руку.       Победно взглянув на женщину, Михаил показал ей язык.  — Что, выкусила?  — Сейчас посмотрим, как ты запоёшь, когда Дэн подойдёт немного ближе, и боюсь, ты очень удачно попал в его поле зрения. Так что, беги Михаил и не оглядывайся потому, что он уже направляется сюда.       И действительно, стоило близнецам оглянуться, как они наткнулись на, не предвещающее ничего хорошего, лицо разъярённого Эспинозы, приближающийся неимоверно быстро. Вскакивая с насиженного места, небожитель выкинул уже пустую баночку в урну и схватив младшего за рукав пиджака, стремительно поволок его из полицейского участка.  — Детектив, скажешь ему про вечеринку сегодня вечером, хорошо?  — Ладно. Я тебе ещё позвоню и скину координаты сегодняшнего дела. Скоро увидимся.  — Да-да, Деккер, хорошо. А ты чего так медленно идёшь? Шевели задницей, если не хочешь стать заменой его пудингу, идиот!       Всё же сжалившись над близнецом, они теперь вместе направились прочь из участка, где-то сзади слыша громкие восклицания Даниэля, в очередной раз упустивший парочку ангелов.       И всё-таки хорошо, что так сложились обстоятельства и теперь братья живут и работают вместе, не беспокоясь о проблемах Рая и Ада, будто бы их и не было вовсе. И теперь, они со спокойной душой, смогли начать всё сначала, глядя чистым взором в совместное будущее, которое они безусловно хотят разделись вместе, на двоих.