Сахар со стеклом

      — Всё точно в порядке? — настороженно спросил юнец. — Я им точно понравлюсь? Они не против?       — Да, можешь не сомневаться. Они уже нас ждут и горячо желают с тобой познакомиться, — заверил Андерсон.       Юноша открыл дверь, пропуская вперёд Аделя. Мальчишка зашёл в по-прежнему чистую и опрятную квартиру, на которую смотрел уже с меньшим восторгом, чем в первые разы появления здесь. Уильям шагнул следом и провёл мальца вперёд, аккуратно держа за руку. Ру был немного смущён, но старался держаться уверенно.       Они вышли к гостиной. На диване сидели двое: мужчина и женщина. Прилично одетые, ухоженные и приятные на вид. Они были похожи на идеальных родителей из сериалов про «американскую мечту». Мужчина смотрелся строго и уверенно: тёмно-каштановые волосы уложены назад, лицо с точёными скулами, карие глаза холодные, словно могли в любой момент насмерть заколоть своим льдом. Внешность его буквально демонстрировала, как будет выглядеть Уильям через десяток лет. Однако нрав ему явно не от отца достался. Мама смотрела более мягко. Её голубые глаза казались невероятно добрыми и искренними. Округлое загорелое лицо обрамляли милые русые кудряшки. Она улыбалась, всем видом демонстрируя свою доброжелательность и гостеприимность.       — Мам, пап, это мой парень — Адель, — с порога заявил юноша. — Адель, познакомься, это мои родители.       — Юлиана, — быстро представилась женщина.       — Патрик, — спокойным и ровным тоном произнёс мужчина.       — Здравствуйте, рад познакомиться, — с робостью ответил Ру.       Теперь было ещё более понятно, в кого характером пошёл Уильям. Пожалуй, энергичность матери и её дружелюбная улыбка в сочетании со строгим внешним видом отца создавали невероятную смесь, в которую и влюбился Адель.       — Присаживайтесь, — воскликнула Юлиана. — Мы всё-таки собрались, чтобы поговорить, а не стоять и смотреть друг на друга!       Ру тихо хихикнул, и они с Уильямом сели на другом диванчике, который стоял перпендикулярно родительскому. Женщина и на секунду не переставала говорить. Обсуждала и Уилла, и его рассказы об Аделе, и свой собственный бизнес, пока мужчина холодно молчал, сверля взглядом возлюбленного сына. Его поведение слегка напрягало. Можно было списать на характер, но не настолько, чтобы за час оживлённой беседы не произнести ни слова. Даже Райан при присущих ему молчаливости и спокойствии периодически вникал в разговор и даже шутил. Мужчина же, сидевший напротив, словно и признаков жизни не подавал. А потом и вовсе, взглянув на часы, поднялся и заторопился куда-то. Эта немая сцена ухода сопровождалась полной тишиной. Ру смутился, отведя взгляд. Видимо, он не смог произвести на отца возлюбленного должного впечатления.       — У Патрика сегодня важная встреча, — оправдывала его уход Юлиана. — Он у нас необщительный, совсем не любит разговаривать.       «Если так, то удивительно, что они сошлись», — прокомментировал мальчишка в своей голове и натянуто улыбнулся.       Юлиана тоже вскоре их покинула. Ей нужно было в офис, чтобы подписать бумаги и разобрать с некоторыми проблемами производства на совещании. Уильям и Адель по такому поводу перешли в спальню.       — Ты очень понравился маме, — утвердительно сообщил Андерсон. — Думаю, вы легко подружитесь.       — А папе не очень, — со вздохом заметил малец, присаживаясь на кровать.       Парень фыркнул и дёрнул плечами. В отличие от матери, даже не отрицал, что Патрик не особо хорошо принял партнёра собственного сына.       — Он всё ещё не смирился с тем, что мне нравятся парни, — негромко объяснился Уилл. — Ну, его можно понять. Сложно представить, что его сын не продолжит род. То, что есть сестра его не волнует, он хотел чтобы именно я ему внука принёс. Тут ничего не поделаешь, человек старых взглядов. Верит в какую-то там передачу генов по мужской линии, «наследников»… Словно мы до сих пор в средневековой монархии, чёрт возьми!       Уильям выглядел раздражённо. Такой вид ему совершенно не шёл. Черты его лица внезапно преображались, создавая видимую схожесть с Патриком. Но это не мудрено, всё-таки кровные родственники. Мальчишка поднялся и взял Андерсона за руку, поцеловав во внутреннюю сторону ладони.       — Давай не об этом, — попросил Адель, подводя юношу к кровати и усаживая туда. — Давай о… кроликах.       — Кроликах? — рассмеялся Уилл.       — Ну, да! Чем тебе не тема?       На самом деле, это было первое, что пришло в голову. На тему для разговора тянуло еле-еле, но выбирать не приходилось. Точнее, можно было бы поменять, но направление уже задано, переделывать поздно.       — Что же… Кролики это млекопитающие, — протянул Уильям. — Они живут в норах и обильно там размножаются.       Лимит знаний о кроликах был исчерпан. Адель хихикнул и сел на колени парня, дополняя его короткий рассказ ещё парой фактов. На этом информация закончилась и у мальчишки. Они сидели, глупо улыбались и не знали, как продолжить этот бессмысленный разговор. Ру прижался носом к щеке любимого и шумно выдохнул от безысходности. Андерсон повернул голову и мягко коснулся губ мальчика. Затем ещё раз и ещё… Юнец обнял парня за шею и сам не заметил, как оказался под ним. Уильям нависал сверху, уперевшись руками по обе стороны от тела, пока Адель неловко елозил по постели, стараясь найти наиболее удобное положение.       — Будем играть в кроликов? — иронично усмехнулся Ру, подгибая ножки.       — А ты хочешь?       Адель замялся, неловко поджав губы. Юноша хмыкнул и чмокнул мальчишку в лоб.       — Не в этот раз, малыш.       — Почему? — обиженно протянул юнец.       — Ты боишься.       — Неправда!       — Тогда почему молчишь и краснеешь? — выпалил Уилл. — Прости, но бороться с тобой я не хочу. Начнём, когда ты действительно захочешь, а не будешь мяться и смыкать ноги.       Парень поднял корпус, прекращая нависать над Аделем. Мальчишка поднялся за ним, хотел что-то возразить, но не находил ни единого аргумента в свою пользу. Казалось, момент упущен. А стоило лишь уверенно произнести «да» в ответ на вопрос о желании, и всё было бы в порядке. Но нет, нужно было снова раскраснеться…       Ру шумно выдохнул и взял парня за руку, потянув на себя. Губы снова сомкнулись в очередном поцелуе. Адель настойчиво прильнул к юноше, делал так снова и снова, насколько позволяло постоянно сбивающееся дыхание. Тонкие пальцы осторожно и мягко проходились по шее, заставляя юношу вздрагивать. Уильям расслабился и легко поддался на манипуляции. Он свободно лёг на спину, Ру сел на его бёдра и вновь склонился, целуя в губы. Пожалуй, слишком знакомая сцена… Мальчишка отстранился, коснулся губами шеи, осторожно приподнял толстовку, касаясь рельефного торса. Адель нежно обводил каждую мышцу подушечками пальцев, от чего парень вздрагивал и шумно дышал, поджимая губы. Малец в ответ лишь настырнее целовал его в открытую шею, оставляя влажные следы.       — Адель, щекотно, — горячо выдохнул Андерсон, положив ладони на спину мальчика.       Ру выгнулся и отстранился, поднимаясь. В глазах горели огоньки и плясали чёртики. Отговорить его от этой идеи уже не представлялось возможным. Да никто и не пытался.       Тонкие пальцы спустились ниже, потянулись к ремню, расстёгивая джинсы. Под бельём выступал рельеф члена юноши. Адель поджал губы, слегка смутившись, но наперекор робости провёл по нему кончиками пальцев, подняв взгляд на лицо Уильяма. На этом уверенность закончилась. Ступор. Юнец пытался понять, что ему делать дальше. Точнее, понимал, но не мог себя пересилить. Поймав озадаченный взгляд, парень чуть подтянулся выше, привстав на локтях, и улыбнулся маленькому принцу.       — Мой самостоятельный мальчик как-то сбавил обороты, — усмехнулся Уилл и потянул Ру к себе. — Иди сюда.       Юноша перевернул Аделя на спину и вновь навис над ним, прильнув к губам. Поцелуй за поцелуем, парень пытался вновь расслабить мальчишку и ввести его в нужное русло. Крепкие ладони подняли свитер, прошлись по животу и груди снизу вверх и, отстранившись от личика Ру, Уильям стянул с мальца вещицу. Стоило шерстяному сплетению нитей оказаться на полу, как Андерсон вновь прильнул к мальчишке, поцеловал его в каждый рубец и шрам на бледной коже. Он мягко водил по израненному тельцу руками, касался его губами и языком. То самое странное чувство щекотки, испытанное когда-то в палатке у озера, становилось сильнее, перерастало в возбуждение. Адель извивался, мычал что-то нечленораздельное и всячески выгибался, не в силах лежать спокойно. Уилл воспринимал эту реакцию как призывы к продолжению.       — Сейчас, погоди немного, — прервал процесс юноша, отстранившись.       Андерсон поднялся и отошёл к шкафу. Внутри он, казалось, наполнен лишь одеждой, но стоило залезть вглубь одной из полок, как в руках парня оказался небольшой тюбик и лента презервативов. Адель привстал на локтях и повернулся на бок, наблюдая за парнем. Он искал что-то ещё, хотя набор казался вполне себе полным и завершённым.       — Что ты ищешь? — поинтересовался мальчишка, потягиваясь на кровати.       — Пробку. Боюсь, только пальцами я тебя растянуть не смогу… Да и привыкнешь немного к подобным ощущениям. Надеюсь, ты не против?       — Не против. Тебе виднее, как лучше.       Ру улыбнулся и присел на край кровати, продолжая заинтересованно рассматривать процесс поисков. Через пару мгновений парень достал с одной из полок вытянутую каплеобразную игрушку из какого-то металла. Из широкого основания выходила небольшая ножка, а на её конце находился плоский кружок с белым камушком. Юноша протянул плаг Аделю, малец осматривал и ощупывал новый предмет, изучал его. Словно маленькому ребёнку показали ранее невиданную вещицу. Правда, глупых вопросов не поступало: Ру прекрасно понимал, куда её нужно будет засунуть. Возможно, Уилл специально дал её потрогать, чтобы убрать лишнее волнение. Игрушка была небольшой, поэтому не возникало страхов по поводу того, что она не поместится. Мальчишка был вполне спокоен.       Уильям оставил всё необходимое на тумбочке около кровати, сел рядом с Аделем и самостоятельно закинул его ножки обратно на кровать, аккуратно расстёгивая и спуская джинсы. Губы коснулись обнажившегося колена, от чего малец негромко хихикнул и приподнял стопы, чтобы снять ткань окончательно.       — Такой тонкий, что боюсь сломать… — прошептал Уилл, проводя ладонью по ноге мальчишки.       — Я не настолько слаб, как выгляжу, — ответил гордо Адель и поднялся к юноше, кратко поцеловав его в щёку. — Как мне встать, чтобы тебе было удобно?       — Ложись на живот, дальше я сам.       Ру кивнул и перевернулся, удобно располагаясь и обнимая руками подушку. Юноша снял с себя джинсы, чтобы малец не касался грубоватой ткани нежной кожей, затем осторожно стянул с мальчишки бельё, оставив полностью в неглиже. Адель лишь уткнулся в подушку, ощущая, что в связи с отсутствием одежды становилось прохладнее. Он надеялся, что совсем скоро ему станет теплее. Уильям сел между ножек Ру, около обнажившихся ягодиц, и провёл по одной половинке тёплой ладонью, очерчивая форму. Мальчишка игриво вильнул пятой точкой в ответ и усмехнулся. Хотел показать, что совсем не боится и готов всё терпеливо выстоять. Или хотел, чтобы так показалось юноше. Андерсон деликатно подтянул к себе Аделя, положив его бёдра на свои колени, и склонился, оставив поцелуй на пояснице. Ловкие пальцы разминали тонкую спинку, заставляя юнца вытягиваться и шумно дышать в подушку. Ру выгнулся и промычал, начав двигать бёдрами, в попытке хоть как-то унять подступающее возбуждение. Малец тёрся о колено парня, совсем тихо поскуливая.       — Хватит меня мучить! — пожаловался Адель, нахмурив бровки.       — Это прелюдия называется, — прыснул юноша. — Уже хочешь начать?       — Да. Не могу больше…       Уильям усмехнулся и взял с тумбочки бутылёк со смазкой. Он осторожно оттянул кожу мальчишки и нанёс небольшое количество между ягодиц. Адель вздрогнул и чуть отодвинулся, выгнув спину лишь больше. На этом моменте уверенность исчерпала себя окончательно. Интересно, как малец вообще до этого этапа дошёл?       — Она холодная! — прошипел Ру в своё оправдание.       — Нет, это ты слишком горячий, — издал смешок парень, распределяя лубрикант пальцами. — Потерпи немного, малыш. Сейчас будет легче.       Юнец нетерпеливо фыркнул и вновь уткнулся в подушку. Он искренне пытался подавить весь стыд, расслабиться и не прятать эмоций, однако выходило неловко и глупо. Адель боялся, что Уилл, заметив неуверенность и робость, снова откажет ему. Но это было в первый раз, как тут без смущения? Мальчишка совершенно не знал, что делать, как двигаться и чем помочь партнёру. Уильям и не требовал, но душа Ру желала не лежать брёвнышком, а хоть как-то участвовать в процессе.       Андерсон продолжил аккуратно распределять смазку, осторожно массируя сфинктер. Малец шумно дышал, гнулся активнее подставляя тело под новые ласки. Несмотря на смущение, Аделю нравилось происходящее. Ему хотелось наконец-то почувствовать что-то новое, ощутить то, о чём пока что и не подозревал. Когда фаланга незаметно прошла внутрь до первого сгиба, мальчишка резко сжался, пискнув. Как ему казалось, это было слишком внезапно. Адель зажмурился и зажал в зубах подушку. Он прекрасно понимал, что это неправильно, и ему самому неудобно, но ничего с этим рефлексом поделать не мог. Уилл вздохнул и усмехнулся, прекрасно понимая, что без таких заминок не обошлось бы. Юноша провёл по выгнутой спинке второй ладонью, гладил и успокаивал, пытаясь снова расслабить. Ру прикусил губу, снова промычав, и пальцу всё-таки удалось дойти до основания.       — Поэтому пробка и нужна. Чтобы ты привык, что в тебе что-то находится и постоянно был расслаблен. Иначе и тебе будет больно, и я вытащить не смогу, — объяснял Андерсон, осторожно двигая пальцем по проходу.       Адель тихонечко постанывал в подушку, давя в ней все посторонние звуки. Благо, это удавалось не полностью, и Уиллу удавалось подслушивать реакции на определённые движения, повторяя их раз за разом. Мальчишка таял, ему уже не хватало, он хотел ещё больше ощущений. Чтобы они захлестнули его с головой, не позволяя продохнуть. Но признаваться в этом не хотелось — слишком неловко и стыдно. Благо, Андерсон его читал, как открытую книгу. Мог незамедлительно понять, что нравится возлюбленному, чего он так страстно желает, но замалчивает. Палец осторожно вынули, и стоило юнцу только задуматься о том, чтобы начать возмущаться, как объём увеличился. Уильям добавил лубрикант и ввёл уже два пальца, заставив мальчишку нервно вздрагивать. Он чуть приподнял голову и издал негромкий стон. Мелодичный и чистый, ничем не закрытый. Юноша расплылся в улыбке и, склонившись, поцеловал мальца в точёное плечико. Адель вновь вздрогнул, что-то невнятно промычав и вновь уткнувшись в подушку.       — Мой маленький принц стесняется?       Мальчик вспыхнул, как спичка, стоило его ушей коснуться этому томному шёпоту. Он словно плеснул на них красную краску, чтобы издалека было видно. Уилл это быстро заметил, как и вновь появившееся напряжение. Юноша по-прежнему гладил мальца по самому чувствительному, исключая интимные зоны, месту, Адель гнулся и вновь расслаблял мышцы, позволяя парню свободно двигать рукой. Эти толчки внутри ощущались столь ярко, пьянили не хуже шампанского. Ру скулил, вился, пытался самостоятельно насадить своё тело на пальцы юноши, но никак не мог совладать с собственными ногами, которые постоянно скользили по кровати. Юнец не хотел просто лежать и изнывать под чужими руками, хотел действовать, но ему предоставлялось лишь тихонько стонать в подушку и ждать указаний, на большее он пока что не был способен. Хотя бы в силу неподготовленности и малого опыта.       — Уилл, — протянул жалобно мальчишка, вновь стараясь толкнуться бёдрами навстречу. — Спина затекает… Больно…       — Сейчас, малыш, — отозвался юноша.       Андерсон перевернул партнёра на спину. Это конечно позволяло лечь удобнее и расслабить напрягшиеся мышцы, но поза слишком смущала. Адель был весь на виду с этими расставленными ножками, а возможность случайно поймать взгляд любимого пугала не на шутку. Ру прекрасно знал, что его не осудят, что не будут смеяться за эту нелепую позицию и не скажут ничего против, но было уж слишком некомфортно. Он сгорал от стыда, но не мог не признаться, что жаждал продолжения и не хотел прерываться. Мальчишка сжал кулачки на уголках подушки, на которой лежал, и поднял ножки, демонстративно выпрашивая, чтобы его снова коснулись. Лицо горело алым, но Адель показательно улыбался, стараясь скрыть подрагивающие уголки губ.       — Ты такой красивый, — шёпотом произнёс Уильям.       Юнец не успел ничего ответить. Его губы накрыл поцелуй. Это знакомое действие вызвало больше уверенности. Мальчишка отцепился от подушки, обнял парня за шею, поглаживая пальцами затылок. Это было то, что он умел, чему уже научился, поэтому никаких проблем и стеснения в поцелуях больше не было. Адель прижимался к Уиллу, целовал в ответ, отстранялся, шумно выдыхая, и вновь льнул к губам возлюбленного. В таком темпе он и не заметил, как Андерсон снова проник в него пальцами, как мягко толкался внутри и растягивал проход. Это ощущалось, при том довольно ярко, но поцелуи успокаивали и не давали снова сходить с ума от стыда. Теперь всё проходило намного более гладко. Ру постанывал в губы Уилла, тяжело дышал. Сердце билось так сильно, что готово было вылететь из грудной клетки. Всё шло как нельзя лучше.       Уильям отстранился и вынул пальцы из мальчишку. Адель разочарованно проскулил, начиная елозить по кровати, но вскоре понял, к чему эта остановка. Юноша вновь дотянулся до тумбы и взял оттуда пробку. Он поднял корпус, поймал на себе взгляд Ру и улыбнулся. По-прежнему мило и снисходительно. Привычные жесты успокаивали в новой и непонятной ситуации.       — Попробуем? — негромко предложил парень.       — Да, — ещё тише ответил Адель, сглотнув ком в горле.       Волнительно, даже очень. Это не казалось настолько страшным, когда он держал плаг в руках. Всего лишь игрушка, совсем небольшая и вполне безопасная. Тогда почему сейчас так подрагивали его колени? Почему трепетали ресницы? Юнец выдохнул и прикусил губу, пытаясь максимально расслабить мышцы. Уилл смазал и поднёс металлический кончик к проходу, совсем немного надавил, просто пробуя. Ру пискнул и свёл ножки, пожмурившись.       — Холодный, — пожаловался юнец, снова разводя ноги в прежние положение.       — Хорошо, сейчас…       Парень сжал пробку в тёплых ладонях, пытаясь нагреть руками. Пожалуй, единственный вариант, который можно было предпринять в их случае, хоть и достаточно долгий в исполнении. Уильям прекрасно понимал, что заставлять мальца ждать так долго нельзя.       — Тогда давай я сделаю ещё кое-что… — протянул Андерсон. — Честно говоря, никогда этого не делал, но с тобой хочу попробовать.       — Что же? — полюбопытствовал Адель. — И как ты будешь что-то делать без рук?       — Узнаешь, если согласишься.       Хитро. Однако, действенно. Юнец тихонько хихикнул и кивнул в знак согласия. Интересно же всё-таки…       — Тогда перевернись, — попросил Уильям, улыбнувшись.       Адель шумно выдохнул и послушно лёг на живот, чуть приподняв бёдра. Когда юноша чуть поправил его положение, мальчишка не сопротивлялся, а просто встал, как было нужно. К тому же, это было довольно удобно и даже не сильно смущало, ведь можно было запросто скрыть лицо. Правда, Ру совсем не ожидал, как и чем его коснутся, но был в предвкушении. Интерес и любопытство перекрывали всякую пугливость.       Андерсон склонился и осторожно прикоснулся к мальчишке языком, аккуратно проводя его кончиком между ягодиц юнца. Адель мгновенно отреагировал негромким вскриком. Ноги начали разъезжаться, но парень быстро подхватил Ру, не позволяя ему упасть.       — Всё в порядке? — задал вопрос Уилл, не скрывая своего беспокойства.       — Это… Это слишком странно, — признался малец, поджимая губы. — Разве тебе не противно так…       — Адель, ты не противный, — прервал его раскаяния юноша. — Если тебе не нравится, то я так делать не буду, но если дело только в этих блядских предрассудках, то уткнись в подушку и не думай об этом. Хорошо?       Ру шумно выдохнул и послушно спрятал лицо, пытаясь удержать ноги на месте. Слишком сложное занятие, учитывая, что они стремились постоянно разъехаться в разные стороны. Андерсон вновь прильнул к нему, касался кольцевой мышцы языком и губами. И если с растяжкой проблем совсем не возникало, то в этом юноша явно был новичок. Но несмотря на изначально нулевые навыки, доводить Аделя до изнеможения и стонов удавалось легко и просто. Удивить мальчишку, который в первый раз перед кем-то разделся — довольно простая миссия. Юнец дрожал всем телом, постоянно подтягивая сползающие куда-то ноги, тяжело дышал и выгибался, подставляясь лишь больше. Он глушил каждый звук в выданной ему подушке, но всё равно периодически отрывался от ткани, подстёгивая возлюбленного уже открытыми стонами. Весь этот процесс вызывал невероятное количество стыда, однако удовольствие, от него же получаемое, полностью перебивало неловкость. Это было не настолько и страшно. Всё-таки они ведь только вдвоём. И раз Уилл сам предложил, сам делает такое, то и он не против доставить удовольствие любимому таким необычным образом.       Юноша отстранился и поднёс к внутренней стороне бедра немного нагревшийся в руках плаг. Адель не дёрнулся, только продолжал шумно дышать, пытаясь перевести дух от прошлой ласки, но спросить всё равно надо было:       — Достаточно тёплый?       — Угу, — пробормотал малец, выдохнув.       — Хорошо. Тогда постой так ещё немного.       Ру согласно кивнул. К сфинктеру вновь прислонился металлический кончик, Уильям аккуратно надавил. Игрушка прошла даже не наполовину. Собственно ничего другого ожидать и не стоило. Уилл шумно выдохнул и начал осторожно двигать плаг, наблюдая за реакцией мальчишки. Адель уже привычно ёрзал, пытаясь устоять на месте и удержать ноги в необходимом положении. Стоны, вздохи и скулёж по-прежнему заглушались в подушке. Такая растяжка продолжалась сравнительно недолго, прежде чем пробка смогла полностью войти внутрь. Андерсон плавно положил Аделя на кровать, успокаивающе поглаживая.       — Как ощущения?       Передать одним конкретным словом юнец это не мог. Странно и непонятно. Ощущать внутри хоть какой-то посторонний объект было непривычно, особенно такой тяжёлый. Игрушка не казалась настолько увесистой, когда лежала в руке, зато сейчас её массу словно на три помножили. Ру не мог совладать с собственным телом, что уж говорить о языке?       — Адель? — забеспокоился юноша, когда не получил ответа. — Всё в порядке?       Уильям осторожно поднял мальца и повернул к себе. Ру выглядел вполне нормально, даже не было на его лице смущения, которым можно бы было оправдать молчание. В его глазах читалась скорее усталость, чем страх или робость. Адель уткнулся в плечо парня, пока он придерживал мальца, не прекращая гладить по расслабленной спине.       — Мне приятно, — протянул запоздало юнец. — Не могу описать, слишком сложно… Но это не больно.       — Мне кажется, мы слишком затянули, — вздохнул Андерсон. — Ты устал?       — Да, — сознался Ру, шумно выдыхая. — Прости… Ты прав, я слишком слабый для такого.       — То, что я не смог сохранить твоё желание до конца это моя вина, а не твоя слабость.       — У меня есть желание. Сил уже нет, — поправил слова возлюбленного мальчишка.       — Хорошо-хорошо… Давай вытащу.       Юноша положил мальчишку на спину и осторожно вынул игрушку. Презервативы, оставленные на тумбочке, так и не понадобились. Уильям склонился и поцеловал мальца в лоб. В ответ Адель пожмурился и снова открыл глаза, стоило парню отстраниться. Ру смотрел на возлюбленного и мало что соображал, хлопая ресницами. Казалось, что несмотря на ранний час, он готов прямо сейчас уснуть без зазрения совести. Только что-то явно мешало ему так спокойно отойти ко сну.       — А как же ты? — неловко проговорил Адель.       — Что я?       — Тебе ведь явно всё это удовольствия не принесло… Может я…       — Ты слишком устал, чтобы что-то делать, — прервал его на полуслове парень. — И я получил удовольствие. Мне нравится за тобой наблюдать. Особенно за тем, как ты раскрепощаешься. Приятно, что ты настолько мне доверяешь, что позволяешь такое делать… Спасибо, маленький принц.       Уильям ещё раз поцеловал любимого в лоб. Ру улыбнулся одними уголками губ и резко вздрогнул, поёжившись от ощутимого холода. Он совсем не чувствовался, пока они предпринимали попытки заняться сексом, а теперь неприятной дрожью проходил по всему телу. Ощущения были не из лучших.       Андерсон практически сразу предпринял меры начиная в ускоренном темпе одевать юнца. Пусть мальчишка и горел желанием помочь, а не лежать пластом, но ослабшие руки и ноги слушаться не хотели. Уилл сам управлял телом Аделя, надевая бельё, джинсы и свитер, а потом накрыл одеялом, чтобы он поскорее согрелся. Этот процесс был крайне похож на игру в куклы с переодеванием и укладыванием спать.       — Тебе нужно немного отдохнуть. Поспи минут пятнадцать, — уговаривал Уильям, распределяя светлые волосы на голове.       — А ты куда? — протянул юнец заплетающимся языком.       — Не бойся. Я скоро приду и буду охранять сон моего маленького принца. Засыпай, малыш, — продолжил уговоры парень.       С мальчишкой не пришлось долго возиться. Его усталость играла на руку. Адель довольно быстро уснул, уткнувшись в одеяло. Он тихонько сопел и ровно дышал. Спал спокойно и сладко, как малое дитя. Умилительное создание…       Уильям пару минут сидел рядом и, когда убедился, что Ру крепко уснул, начал неспешно одеваться. Поправил джинсы, натянул на себя толстовку. Нужно было убрать следы их потуг в сексуальные игры. Тюбик с лубрикантом и презервативы Андерсон спрятал в шкафу, где они лежали и раньше. А вот плаг стоило бы помыть, прежде чем класть на место. Парень спрятал игрушку в карман толстовки и вышел из комнаты. Стоило пройти несколько шагов, как послышался кашель. Не болезненный, а нарочитый, призванный, чтобы обратить внимание. Он мог принадлежать только одному человеку в доме. Уилл повернулся и увидел сидевшего в гостиной отца. Взгляд явно ни о чём хорошем не говорил.       — Надеюсь, вы закончили? — в ровном тоне прослеживались нотки агрессии.       — Подслушивать некрасиво, — напомнил Уильям.       Лицо юноши приобрело тот же строгий вид. Сейчас он был крайне похож на отца. Они были практически идентичны, словно смотрели в зеркала. Правда мужчина был скорее раздражён и лишь показательно держался гордо и надменно. Уилл напротив был спокоен. Он не видел в совершённом ими поступке что-то плохое, а к отцу претензий было немало.       — Что ты скажешь в своё оправдание?       — С чего это я обязан оправдываться? — чуть приподняв бровь, поинтересовался Андерсон.       — Это отвратительно. Как ты посмел превратить нашу квартиру в притон, привести этого…       — Не смей его, блять, трогать! — внезапно рявкнул парень.       Пожалуй, это единственное, что могло разозлить юношу: когда кто-то задевал Аделя. Своего принца он был готов охранять верой и правдой, не скупился на ругательства, вполне мог бы и ударить. Правда хоть какое-то уважение к мужчине парень испытывал, потому решиться на последнее вряд ли бы смог. Разве что, в целях обороны. Но не должен же человек настолько низко пасть из-за своей предвзятости, чтобы поднять руку на ребёнка? Неважно, своего или чужого — одинаково омерзительно.       — Следи за языком, Уильям, — понизил тон мужчина.       — Последи за своим, — фыркнул Андерсон. — Как ты вообще смеешь касаться Аделя? Что он тебе сделал?       — Он своей сопливой физиономией завлёк тебя в свои сети и теперь вертит тобой, как пожелает. Разве ты не понимаешь, что это неправильно? — убеждал сына Патрик, начиная выходить на эмоции. — Нравятся смазливые лица? Есть сотни таких же девушек. Нравятся без груди? Так найди себе плоскую. К чему это? Зачем? Чтобы позлить меня?       — Дело не во внешности, — продолжил размеренным и ровным тоном юноша. — Разве ты полюбил маму просто из-за волос или фигуры?       — Это совершенно другое, Уильям…       — Нет, это то же самое. И если ты этого не можешь понять, то мне жаль, ведь твой примитивный разум настолько погряз в предрассудках и стереотипах, что с тобой говорить противно.       Мужчина сорвался. Он подскочил с места, хотел разразиться скандалом с криками, обвинениями в содомии и всех смертных грехах сразу. Собственно, так было и во всех тех случаях, когда задевалась тема ориентации юноши. Тема эта долго замалчивалась, а теперь, когда вылезла наружу, должна была снова породить ещё больше ссор. И они должны были уже разразиться в долгой и громкой ссоре, как парня отвлекли совсем тихие шаги. Он повернулся в сторону коридора, из которого ранее вышел. Там, кое-как волоча ноги, шёл мальчишка, потирая сонные глаза. Кажется, пришёл на голоса, совершенно не понимая, что здесь происходит. Уильям выдохнул, снимая с себя напряжение, чтобы случайно не вылить его на возлюбленного.       — Уилл, я… Ты сказал, что… Я хотел…       — Давай ещё немного поспим? Я с тобой буду, хочешь? — ласково начал парень, подхватывая мальчишку на руки.       Андерсон прижал к себе мальца, Адель уткнулся в его плечо, снова прикрыв глаза. Юноша осторожно покачивал его, как маленького ребёнка, успокаивал и пытался, как можно скорее скрыться в комнате, чтобы Ру не выдалось возможности послушать тирады отца о ненависти к геям, смазливых пидорах, соблазняющих его сына, и прочие прелести гомофобных речей консервативного родителя.       — Я ещё не закончил! — воскликнул Патрик вслед парню.       — А я закончил, — спокойно ответил Уильям, захлопнув за собой дверь.       Андерсон уложил мальца на кровать и лёг рядом, прижав мальчишку к себе. Сердце у парня билось, как заведённое. Дыхание напряжённо скакало. Стресс проявлял себя во всех движениях и действиях. Даже привычные поглаживания по спине были какими-то отрывистыми и нервными. Это было сложно не заметить, особенно находясь так близко, касаясь юноши и глядя на него.       — Тебе плохо? — прошептал Ру, подняв на возлюбленного осознанный, но не лишённый сонной пелены взгляд.       — Нет… Нет, Адель, всё в порядке, — выдохнул парень, пытаясь выглядеть как можно убедительнее.       — Ты мне лжёшь, — ровным тоном упрекнул мальчишка, чуть нахмурив бровки.       Парень поджал губы и закрыл глаза. Он шумно выдохнул и уткнулся в грудь юнца, чувствуя, как его аккуратно обнимают тонкие руки любимого. Уильям никогда не думал, что окажется именно в такой ситуации. Что успокаивать будут его. Обычно эта роль ложилась на плечи самого Андерсона. Это он постоянно качал и усмирял возлюбленного, он расслаблял его в своих объятиях и причитающе шептал слова, которые могли подарить внутренний покой. А теперь эта роль досталась Ру. Адель медленно проходился ладонью по волосам парня, целовал в макушку и тихо нашёптывал: «Ничего страшного. Всё хорошо. Я рядом». Парень тихо дышал, поддаваясь ласкам мальчишки, постепенно расслаблялся. Он больше не чувствовал раздражения, его не напрягало присутствие отца в доме. Уильям забылся. Рядом был Адель, и ему ничего больше не надо было. К чёрту отца, к чёрту этот дом, к чёрту всех и вся, лишь бы рядом лежал его маленький принц, касался его, обнимал и целовал, говорил без умолку. И никого больше не надо было. Лишь бы Адель был рядом до самого конца.       — Спасибо тебе, — прошептал юноша. — Ты самый лучший…       — Нет, это ты… — усмехнулся малец. — Расскажешь, что случилось?       Уилл выдохнул и поджал губы, настраиваясь на сложный и тяжёлый разговор. Это была больная тема, на которую говорить никогда не хотелось. Возможно, держать в себе столько желчи было вредно, но выливать её и на без того измученного своими родителями Аделя никогда не хотелось. Может быть ему действительно станет легче?       — Отец совсем с ума сходит. Я уже не могу. Он давит. Это невыносимо. Я держусь при нём, но… Я не железный, — внезапно раздался всхлип.       — Тише-тише…— успокаивающе зашептал юнец, поглаживая парня по голове. — Всё хорошо. Его нет сейчас. Сейчас рядом я.       Юноша выдохнул, стараясь выровнять дыхание. Он молчал, но Ру и не торопил. Важно было выслушать. И не важно, сколько времени на это потребуется. Лишь бы любимому стало легче.       — Он пытается обвинить тебя. Но это не так. Совсем не так. Ты потрясающий. И никто не смеет говорить о тебе плохо, — чеканил Уильям, делая короткие паузы после каждой фразы, словно ему совсем не хватало дыхания.       — Почему ты слушаешь его? — тихонько спросил юнец. — Ты учил меня, что мнение других неважно. Что мы сами вольны выбирать свою судьбу. Так почему ты сам слушаешь его обвинения, прекрасно понимая, что это бред?       — Я не знаю…       Уильям плотнее прижался к мальчишке, старался дышать как можно медленнее, чтобы не загнать самого себя в истерику. Благо, плавные движения Ру спасали ситуацию.       — Пойдём домой? — шёпотом предложил Адель, в очередной раз поцеловав возлюбленного в макушку.       И они оба прекрасно понимали, что имел ввиду мальчишка. Слово «дом» могло пониматься по-разному. Но сейчас у них были одни мысли на двоих. Они понимали друг друга без дополнительных вопросов.       — Пойдём.       Парень встал, побросал в рюкзак некоторые вещи и, взяв мальца за руку, потянул его к выходу. Юноша совсем не обращал внимание на отца, которого встретил в коридоре, на его вопросы и повышающийся с каждой секундой игнорирования тон. Адель обеспокоенно поглядывал, что на любимого, что на Патрика, однако старался сохранять внешний покой и не показывать этих чувств.       — Куда ты собрался? — крикнул мужчина на самом пороге, когда парочка уже обувалась.       — Домой, — с прежним спокойствием выдал Андерсон.       Уильям вытащил за дверь Аделя, шагнул за ним и резко захлопнул дверь, оборвав возмущения отца на полуслове. Они шли очень быстро, практически бежали. Ру еле успевал за парнем, и через пару пройденных в таком диком темпе улиц всё-таки приостановился, потянув парня за рукав.       — За нами же никто не бежит, не спеши, — взмолился мальчишка.       — Да, прости…       Андерсон не запыхался, но ждал, когда Адель переведёт дыхание. Юнец не отличался спортивной подготовкой, поэтому бег ему давался не так просто, как Уиллу. Сейчас было совсем сложно дышать, словно на грудь кто-то с невероятной силой давил. Пожалуй, стоило куда-то присесть или выпить воды, но такой возможности пока что не предоставлялось.       — Давай я тебя на руках донесу? Дома отдохнёшь, как следует.       — Не тяжело будет? — робко отозвался Ру.       — Легче тебя только перо лебедя, — усмехнулся юноша. — Иди сюда, мой принц.       Уильям поднял мальчишку и пошагал в сторону дома. Адель тихонько лежал на плече юноши, рассматривал немногочисленных прохожих, которые шли мимо. Практически никто не обращал на них внимания. Только парочка пенсионеров и ребёнок, стоявший рядом на светофоре. Малыш спросил у матери о происходящем, а та с лёгкого плеча ответила: «Девочка устала, поэтому мальчик помогает ей. Вырастешь и тоже будешь таким же благородным». Адель усмехнулся и аккуратно поцеловал парня в щёку.       — Ты мой благородный король.       — А ты моя маленькая принцесса, — ответил со смехом Уилл.       Андерсон продолжал нести Ру до самой калитки, несмотря на повторяющиеся раз за разом предложения отпустить, чтобы малец дошёл до дома уже своим ходом. Юноша постоянно отказывал, говорил, что вполне способен держать его на руках, и готов так продержать всю жизнь, стоит только Аделю захотеть. Только юнец не хотел беспомощно болтать ножками. Он считал себя вполне самостоятельным и не нуждался в таком чрезмерном уходе. По крайней мере, мальчишка так думал.       Оказавшись на ногах, Адель наконец-то открыл заграждение, а затем и дверь. Они снова пришли домой, где никто не мог их обвинить или наказать. Где они были предоставлены сами себе и друг другу. Их встречали тишина, спокойствие и ужин, остывающий на плите. Уильям отвёл мальца в столовую, усадил за стол и вызвался самостоятельно наложить и подогреть порции. Ру усмехнулся и согласился, покорно ожидая парня, не сходя с места. Сервировка юноши отличалась простотой. Адель постоянно старался удивить даже расположением еды на тарелке. Андерсон напротив. Ему было неважно, как лежит на блюде перец и как рис полит соусом. Главное, чтобы содержимое чашки оказалось съедобным. А насчёт этого опасений не было никогда, ведь главный повар в доме мог похвастаться недюжинными навыками в своей сфере. Уилл поставил перед мальчишкой разогретый в микроволновке ужин, налил в стакан сока и предложил в качестве столового прибора вилку. Себе он поставил тот же набор. Просто, но невероятно уютно и по-домашнему. За это можно было душу продать.       — Приятного аппетита, — пожелал Уильям.       — Приятного аппетита, — произнёс в ответ Ру.