НЕЖНОЕ СЕРДЦЕ АЛЬФЫ

Юнги открыл глаза и первым, кого он увидел, был широкоплечий, симпатичный, светловолосый парень с большими глазами и пухлыми губами. Он мило улыбнулся и добродушно сказал: — Ну, здравствуй, Мин Юнги. — Привет, а ты кто? — удивился он. — Меня зовут Ким Сокджин, но ты можешь звать меня просто Джин. — Ладно, Джин, а где я? — Ты в нашем доме. — В вашем? Юнги приподнялся на локтях, чтобы получше рассмотреть комнату и тут вдруг понял, что одежда на нем чужая. Ким привстал и заботливо подложил под его спину подушку, чтобы парню было удобно сидеть, а затем вручил ему чашку с какой-то горячей, но вкусно пахнущей жидкостью. Когда он сел на место, Мин заметил сквозь его широкую рубашку слегка округлившийся животик. «Такой молодой, здоровый, а совсем не следит за своим телом», — осуждающе подумал он. — Вот, выпей, — сказал Джин. — Что это? — принюхался Юнги. — Травяной чай, он придаст тебе сил. — Спасибо, но я такое не пью. — Попробуй, думаю, тебе понравится. Парень осторожно сделал пару глотков. Напиток и правда не вызвал в нем отвращение и теплом разлился по всему телу. — А где моя одежда? — спросил он. — Я выкинул ее, — спокойно ответил Джин. — Эмм, зачем? — Она пришла в негодность из-за пятен крови. Не хочешь рассказать, что с тобой случилось? — Не хочу. — А придется, — сказал парень, стоящий в дверях. Он оказался внушительных размеров с мощной грудной клеткой, бугры мышц которой выпирали даже через тонкий свитер. Вид у него был очень мужественный и суровый, а взгляд уверенный, пронзающий до глубины души. Юнги стало не по себе от этого, и он опустил глаза на содержимое кружки. Однако стоило незнакомцу подойти к Джину, как его суровость мгновенно сменилась на милое выражение, и когда он улыбнулся, то на его щеках появились ямочки. Парень положил руку на живот Киму и, чмокнув того в щеку, нежно спросил: — Как ты себя чувствуешь, дорогой? От этих слов Мин поперхнулся чаем и, откашлявшись, удивленно уставился на парочку. — Все хорошо, милый, — ответил Джин. — Тогда спускайся вниз, а я потолкую с нашим гостем. — Хорошо, только пообещай, что не будешь с ним строгим. Просто помни, как мы все здесь оказались. — Я обещаю, не волнуйся. Джин мило улыбнулся и, подмигнув Юнги, вышел из комнаты, прикрыв за собой дверь. — Что ж, давай знакомиться, — сказал здоровенный парень, присаживаясь на место Джина. — Меня зовут Ким Намджун. — Я — Мин Юнги, — неуверенно ответил тот. — Знаю и теперь мне интересно послушать, что с тобой приключилось, раз ты решил свести счеты с жизнью. Предупреждаю сразу, ответ: «Я не хочу об этом говорить» или «Мне больно об этом вспоминать» не устроит, ибо мне предстоит решить вопрос о твоем дальнейшем пребывании здесь. — Простите, а можно прежде, чем я начну свой рассказ, узнать, где это здесь, и кто, собственно, Вы такой? — Можно. Это мой дом, в котором я собрал тех, кто когда-то оказался в подобной ситуации, что и ты. Все они дороги мне, ибо мы — одна семья. Скажу честно, мы не совсем люди, но подробнее смогу рассказать, как только услышу твою историю. Юнги подозрительно посмотрел на Намджуна, но встретив его уверенный и внимательный взгляд, почему-то проникся доверием и рассказал все как на духу. Воспоминания о матери вызвали слезы в его глазах, но он не хотел показывать свою слабость, поэтому всячески пытался скрыть их. Однако парень неожиданно для Мина молча пересел к нему на кровать и крепко обнял. Тот сначала напрягся, но эти объятия вызвали в нем ощущения защищенности, отчего слезы уже неудержимым потоком потекли по его щекам. Ким молчал, поглаживая блондина по спине, пока тот совсем не затих, а затем отстранился от него и спросил: — Хоть немного полегчало? — Да, спасибо, — ответил Юнги, пряча свои глаза. — Вы теперь меня в полицию сдадите? — Нет, к миру людей мы не имеем никакого отношения, ну, кроме, конечно, условий проживания и пропитания. Мы живем по своим понятиям и законам, которые стараемся не нарушать. Я являюсь лидером, поэтому мое решение не обсуждается и выполняется всеми беспрекословно. Однако прежде, чем я что-то решу, обязательно соберу совет и выслушаю мнение каждого. Если ты захочешь вступить в наши ряды и жить по установленным правилам, то могу гарантировать тебе безопасность даже от полиции. — Наверное, Вы — очень влиятельный человек, раз можете позволить себе укрывать убийцу. — Слушай, завязывай мне выкать, по ушам режет. Я хоть и старше тебя, но хёна будет достаточно. — Ладно. Вы, то есть ты вернул меня к жизни и второй раз я уже не совершу этой глупой ошибки. Терять мне уже нечего, да и идти тоже некуда, но все же меня настораживает твоя фраза, что вы не совсем люди. Кто же вы тогда? — Оборотни. — Да ладно, разве они существуют? — Я покажу, только ты не пугайся. На будущее запомни: в нашем доме обращения и драки запрещены, но для тебя сегодня сделаю исключение. — Хорошо, учту. Намджун встал и отошел к самому окну. — Ты готов? — спросил он. — Ага, — ответил Юнги, нервно сглотнув. Ким сгруппировался, сложившись пополам, но в ту же секунду выпрямился, раскинув руки в стороны, а затем издал громкий рык, который оглушил Мина. Тонкий свитер на мощной груди монстра порвался, обнажив огромные бугры мышц и идеальный пресс. Его ноги стали в два раза толще, поэтому штаны на нем затрещали по швам, а сзади показался длинный хвост с золотистой кисточкой. На руках выросли острые когти, а голову покрыла такая же золотистая грива, что и кисточка на хвосте. Лицо изменилось до неузнаваемости, превратившись в львиную морду. Здоровенные клыки напугали парня, но больше всего его поразили желтые дикие глаза, в которые невозможно было пристально смотреть. Намджун сделал шаг вперед, а Юнги слетел с кровати и вжался в самый дальний угол комнаты, от страха зажмурив глаза и закричав. Через несколько секунд он услышал обычный человеческий смех. Приоткрыв один глаз, блондин увидел, как Ким уже в человеческом обличии сложился пополам и покатывался от хохота. Отсмеявшись, он весело посмотрел на Мина, а затем сказал: — Давно мне так весело не было. — Серьезно? — ответил тот, пытаясь успокоить рвущееся наружу сердце. — А мне вот не до смеха! Какого черта? Что это вообще такое было? — Я показал тебе, кем являюсь на самом деле, хотя и сделал это лишь наполовину, — лидер встал и посмотрел на клочья своей одежды. — Блин, свитер жалко, мне он так нравился. Что ж, я поражен твоей выдержкой. Ты не хлопнулся в обморок как Чимин и Тэхён при первой встрече со мной, молодец! Парень протянул руку и с милой улыбкой на лице подошел к блондину, но тот еще сильнее вжался в стену и, выставив раскрытую пятерню перед собой, сказал: — Не-не, не подходи ко мне! — Успокойся, — ответил оборотень. — Я не причиню тебе вреда. Видишь, сейчас я — обычный человек. — Вижу, но ты сказал, что не до конца обратился, почему? — Ну, во-первых, чтобы ты не умер от страха, а во-вторых, мои истинные размеры слишком велики для этой комнаты. — Блин, я в шоке. Нет, это, наверное, сон или я, скорее всего, умер. Погоди, а может, при падении с моста я попал в какой-то параллельный мир, а? — Значит, в параллельные миры ты охотно веришь, а в оборотней — нет? Ладно, пошли знакомиться с остальными, а то они уже нас заждались. — И много вас? — Пока шестеро, но скоро будет седьмой, а если ты останешься с нами, то станет восемь. Намджун открыл дверь и кивнул Юнги в сторону выхода. Парень, с опаской поглядывая на альфу, прокрался по стенке и прошмыгнул в проем. Он очень быстро спустился по лестнице на первый этаж и сразу же оказался в огромной гостиной. Хоть помещение и было большим, но выглядело очень уютным. Возле стен стояли мягкие диванчики с разноцветными подушками, над которыми висели различные картины с пейзажами и натюрмортами. Всю гостиную украшали разнообразные комнатные растения, а посреди стоял большой круглый стол, за которым сидели пять с виду обычных парней. На столе было много еды, фруктов и напитков, а когда Мин неожиданно появился в гостиной, все оторвались от своих тарелок и с интересом уставились на него. — Ну, чего замер? — подтолкнул его Ким. — Эмм, всем привет, — неуверенно сказал тот, подходя ближе. Намджун сел рядом с Джином и тот сразу же положил ему на тарелку что-то вкусное. Накинув на него светлую рубашку, он удивленно спросил: — Опять забыл снять одежду? — Ага, просто давно не обращался в доме и прости, милый, я порвал твой свитер. — Ничего, я свяжу тебе новый. Юнги снова непонимающе залип на эти неформальные отношения между парнями, пока его из этого состояния не вывел темноволосый юноша. — Привет, красавчик! — весело сказал он. — Я — Чон Хосок. Садись рядом со мной. — Ладно, — ответил блондин. Он робко подошел к столу и сел между гаммой и омегой. Пока парень что-то накладывал ему на тарелку, Юнги удивленно смотрел на Пака. Этот рыжеволосый показался ему знакомым, хотя откуда он мог его знать? Парнишка смутился от его пристального взгляда и, слегка покраснев, тихо сказал: — Привет. Я — Пак Чимин. — Привет, а я — Мин Юнги, — ответил тот машинально. — Я знаю. — Откуда? — Ты говорил. — Когда это? — Когда Чонгук вытащил тебя из воды, — ответил за него Хосок и кивнул в сторону парня, сидевшего, напротив. Тот ухмыльнулся и помахал ему в знак приветствия, а парень, что сидел рядом с ним, расплылся в квадратной улыбке и сказал: — Привет, а я — Ким Тэхён. — Привет, — ответил ему Юнги. — Эмм, Чонгук, спасибо за то, что спас меня. — Не за что, — ответил тот. — Это Хосок кинулся за тобой в воду, а я за ним, потому как он плавать не умеет. — Вообще-то умею, но плохо, — возразил гамма. — Так ты нам расскажешь, зачем сиганул с моста? — спросил Тэ и в ожидании подпер рукой подбородок. Мин вопросительно посмотрел на Намджуна, а тот сказал: — Как я тебе уже говорил, все мы здесь — одна большая семья и между нами нет секретов. Если ты хочешь стать одним из нас, то тебе придется еще раз пройти через весь этот кошмар и рассказать им свою историю. Со своей стороны, обещаю, что больше мы никогда не вернемся к этой теме. Парень тяжело вздохнул, понимая, что лидер прав, поэтому повторил свой рассказ. Однако на этот раз ему не было так тяжело и слезы не подступили к глазам, чего не скажешь о Джине с Чимином. Правда, если последний скрывал это, пряча взгляд, то Джин не стесняясь заливался ими, вытирая глаза салфеткой. Хосок, как и Чонгук сидели молча, в напряжении сжав кулаки, а Тэхён, казалось, испытывал неловкость, ковыряя еду вилкой в тарелке. Намджун заботливо налил Джину в стакан сока из графина и тот, сделав пару глотков, сказал: — Бедный мальчик, что же тебе пришлось пережить? Потеря близких — это такая боль, которая пройдет нескоро и раны на сердце сможет залечить только истинная любовь. — Хуже этой боли может быть только людская беспечность и жестокость, — зло бросил Хосок. — Вот здесь ты прав, — поддержал его Чонгук. — Даже месть не сможет залечить эти раны. Что ж, бро, мы готовы принять тебя в нашу стаю, ибо здесь каждый прошел через эту боль. Внезапно Тэ бросил вилку и вскочил из-за стола, но строгий голос Намджуна вернул его на место. — Тэхён! — рыкнул он. — Вернись! Парень неохотно развернулся и сел обратно, усердно пряча глаза. Однако Юнги заметил, что они у него тоже блеснули желтым, а из его сжатых кулаков капельками стекала кровь, потому как острые когти вспороли кожу. Чонгук заботливо кинулся стирать ее салфетками с рук Тэ, а вожак спокойно продолжил: — Что ж, Юнги, ты познакомился с парнями как с людьми, а теперь ты должен узнать, какова их истинная суть. Тэхён у нас пума, Чонгук — пантера, Хосок — волк, как и Джин, а Чимин — кумихо. — Да ладно, — не поверил Мин, посмотрев на паренька. — Ну, если в обычных оборотней я хоть и с трудом, но могу поверить, но кумихо — это же мифическое существо из легенд. — Чим, покажи ему свои хвосты. Пак послушно встал и, отодвинув стул, слегка приспустил штаны, обнажая верхнюю часть упругой круглой попки. Юнги хотел было возмутиться от такой беспардонности, но тут в основании копчика парнишки вдруг появился пушистый, лисий хвост ярко-рыжего цвета, а через несколько секунд на том же месте их было уже три. Блондин завороженно смотрел на это чудо, и рука сама непроизвольно потянулась, чтобы потрогать. Однако Чимин резко дернул ими, и они тут же пропали, а паренек быстро натянул на себя штаны и, покраснев еще сильнее, уткнулся в тарелку. — Юнги, — позвал его старший, выводя из ступора. — А? — откликнулся тот. — Что ты теперь скажешь по поводу мифического существа? — Скажу, что это бред и я точно рехнулся. — Ну, это нормальная реакция, поэтому не переживай, скоро ты ко всему привыкнешь. — Не, подождите, а почему их три? У кумихо ведь девять хвостов. — Чимин еще молодой лис, а хвосты проявляются с возрастом. — А, теперь понятно. Так, стоп! Выходит, чтобы остаться здесь, мне тоже нужно стать оборотнем? — Правильно мыслишь. — И как же это сделать? — Обратить человека в оборотня может любой альфа. — Альфа? — Ах, да, ты же не знаешь нашей иерархии. Все оборотни делятся на альф, бет и омег, правда случаются редкие исключения в виде гамм. Я — абсолютный альфа, потому и вожак. Чонгук и Тэхён — обычные альфы, Джин и Чимин — омеги, а Хосок у нас единственная гамма. — И в чем отличие? — Альфы всегда доминанты. Мы — лидеры, самые сильные и самые быстрые. — Проще говоря, мы всегда сверху, — сказал довольный Гук, на что Хосок недовольно фыркнул. — Однако абсолютный альфа может быть рожден только от двух абсолютных альф и его лидерство неоспоримо признают все, — продолжил Намджун. — Омеги слабее нас, поэтому нуждаются в постоянной защите. — А альфы нуждаются в продолжении рода, — сказал Джин, поглаживая свой живот. — Поэтому омеги нужны альфам. — В смысле? — не понял Юнги. — В прямом, — ответил вожак, кладя руку на живот Кима. — Омеги имеют функцию деторождения. Другими словами, только они способны зачать и родить ребенка. — Так Джин., — Мин не договорил и, офигевший от догадки, открыл рот. — Ты все правильно понял. Джин — моя истинная половинка и да, мы ждем ребенка. — Но как? Он же парень. — В человеческом понимании — да, но в нашем мире все устроено иначе. — Офигеть! — И не говори, но вернемся к гаммам. Они могут стать как альфами, так и омегами. — Как это? — Ну, что-то на подобие гермафродита. — Ага и кстати, сами себя оплодотворить могут, — подтвердил Чонгук, довольно улыбаясь. — Заткнись, — зашипел на него Хосок. — В этом нет ничего постыдного, — сказал Тэхён. — Просто Хо категорически отвергает мысль о том, что может быть омегой, поэтому так жаждет стать альфой. — И что для этого нужно? — спросил озадаченный Юнги. — Переспать с омегой, чтобы тот залетел. — Жесть, а как понять, кем я буду в вашем мире? — Это можно узнать только после обращения, — ответил Намджун. — И кстати, каким ты зверем станешь тоже будет известно после этого, — подмигнул Тэхён. — Блин, предложение, конечно, заманчивое, но мне как-то совсем не хочется быть беременным, да и детей заводить я пока не собираюсь, — ответил блондин. — Это дело случая, — сказал глава семейства. — Возможно, тебе повезет, и ты станешь альфой, ну или бетой на крайняк. — А кто такие беты? — Те же альфы, только намного слабее, но чуть сильнее омег. — Блин, а если я все-таки стану омегой? — Ну, значит, у нас будет шанс с тобой подружиться, — сказал Чонгук и подмигнул Юнги. — Эй, слюни подбери, — возразил ему Хосок. — Я вообще-то первым был. — Ну, не факт, что он выберет тебя, а Юн? — Да о чем вы вообще? — недоумевал тот. — Так, парни, хватит уже смущать его, — пожурил их Джин. — Не обращай на них внимания, Юн-и, просто Тэхён и Чонгук — альфы, но они любят друг друга. Так иногда бывает, и чтобы продолжить свой род, им нужен омега, ну или гамма. — Это что же, любовный треугольник получается? — Точно, ведь твоей истинной половиной может быть кто угодно. — А как вы понимаете, что этот кто-то и есть ваш истинный? — Когда ты станешь оборотнем, начнешь чувствовать особые запахи, которые исходят от каждого из нас, — пояснил Намджун. — Это как индикатор личности, ну или как отпечаток пальца, но однажды ты учуешь запах, который вызовет в твоей душе любовь и умиротворение. Вот его обладатель и будет твоей истинной половиной, ибо даже на расстоянии почувствуешь все, что с ним происходит. Тебя постоянно станет тянуть к нему, и уже никогда не сможешь забыть этот особый запах. — Зашибись, а что, если я, к примеру, стану омегой, и моя вторая половина тоже будет омегой, так нам для продолжения рода надо искать альфу, чтобы он нас обоих оплодотворил, так, что ли? — Такова участь омег, но, чтобы они влюблялись друг в друга, такое происходит крайне редко, один случай на миллион. — А с альфами, значит, такое частенько бывает? — И с альфами тоже редко случается, просто у Чонгука с Тэхёном так совпало. — Сказать, что я в шоке — не сказать ничего. — Я понимаю, простому человеку это сложно осознать, поэтому даю тебе месяц на раздумья, а пока можешь просто жить с нами. Комната у тебя уже есть, одежду мы тебе купим, а за это будешь помогать Джину по дому. Да и еще, чтобы ты понимал, оборотень — это не просто зверь с хищными инстинктами. Это еще и человек с небывалой силой, скоростью и уверенностью в себе. — Это понятно, а что будет если я не соглашусь? Вы прогоните меня? — Прости, Юнги, но тебе еще предстоит узнать о наших законах и один из них гласит, что мы не вмешиваемся в жизнь людей: не мстим им, не влюбляемся и не помогаем. — Но почему же вы тогда помогли мне? — У тебя особая история, поэтому сделали исключение. Есть еще вопросы? — Даже не знаю. — Хорошо, если возникнут, задавай и не стесняйся, а пока Чонгук, Тэхён, уберите со стола. Чимин и ты, Юнги, помойте посуду. — Да не нужно, я сам, — возмутился Джин. — Дорогой, тебе нельзя волноваться и переутомляться, так что иди отдыхай. Хосок, нужно поговорить. Когда Намджун с Джином и Хосоком поднялись на второй этаж, Чонгук с Тэхёном стали собирать посуду со стола и относить ее на кухню. Юнги хотел было им помочь, но Чимин остановил его, робко схватив за руку и покачав головой. Последний заход на кухню у этой парочки закончился оглушительным грохотом и тихими смешками, после чего они вышли, слившиеся друг с другом в страстном поцелуе. Не обращая внимания на обалдевшего Мина и смущенного Пака, альфы попытались подняться по лестнице наверх. Однако пару раз навернувшись на ней, Чон не выдержал и, подняв Кима на руки, быстро скрылся из вида.