Браслет на память

Он смотрел на меня долго. Невыносимо долго. Мне казалось, что секунды превратились в часы. Я не мог поверить, что так быстро и спонтанно ему признался. Но я всё-таки не выдержал. - Антон Андреевич, это правда? – сказал я будто не своим голосом - Конечно правда – с улыбкой на лице ответил он. О Господи, как же я люблю эту улыбку – И больше никогда не называй меня на «вы». После таких откровений это странно звучит. Эта улыбка словно зевота – когда улыбается он, всегда хочется улыбнуться в ответ, и не важно, как ты себя чувствовал до этого. -Арсений, покажи своё запястье, пожалуйста - ласково попросил он. Я положил руку на стол, будто мне сейчас должны мерять давление. Антон оттянул рукав рубашки, и посмотрел на татуировку. – Какая красивая – уже шёпотом сказал он, и прикоснулся к ней лишь кончиками пальцев. Вдруг его взгляд загорелся, и он посмотрел на меня – Мы соулмейты. Мы настоящие соулмейты Арсюш. - Но как ты… - Когда я прикоснулся к татуировке, по моему телу, прямо от кончиков пальцев, прошла волна тепла. Тогда я понял, что это правда. - Я так рад, что… - но я не мог дальше говорить. Слова застревали в горле, а в голове был полный хаос. - Арсений, Боже, ты так переволновался, иди сюда – с этими словами Антон встал из – за стола и подошёл ко мне. Он потянул меня за руку, и прижал к себе. Мне хотелось обнимать его вечно. Мы будто передавали друг другу энергию, от которой нам обоим было хорошо. Я чувствовал себя защищённым от всего мира. Не знаю, сколько мы простояли, но когда я отошёл, мне сразу стало легче. - Арсюш, я очень тебя люблю. Но ты прекрасно понимаешь, что об этом никто не должен знать, иначе меня попросту уволят. - Конечно я всё понимаю. Но как я буду жить дни, мучаясь, ибо не переживу разлуки с тобой даже на миг. – и я театрально приложил руку ко лбу. Антон рассмеялся. Этого я и добивался, ибо его смех – эта пища для моей души - Арс, ну ты и актёр конечно. Но ничего, придумаем что - нибуть.

***

Первая неделя учёбы пролетела будто один день. Арсений всегда оставался после урока искусства, чтобы «помочь Антону убрать класс». Это давало немного времени парням, чтобы побыть наедине. А так, если они пересекались в коридоре или в столовой, то делали вид, что они не замечают друг друга. Сложно было постоянно скрывать свои чувства и никому о них не рассказывать, но осталось дотерпеть до конца учебного года. Арсению будет восемнадцать, он закончит эту академию, и тогда всё будет хорошо.

***

Суббота. Арсений сладко посапывал на своей подушке. Вдруг на его телефон приходит сообщение. Шастунец 9:13 Доброе утро, солнце) Как спалось? Настроение у Попова сразу улучшилось. Он сел на кровать, и начал печатать ответ.

Вы 9:14

Доброе утро) Всё хорошо.

Шастунец 9:14 Не изволите ли вы, сударь, прогуляться со мной по парку, скажем в одиннадцать часов до полудня?

Вы 9:15

Что же мне ответить на такой

изысканный слог? Пожалуй, я соглашусь.

Шастунец 9:15 Ну вот и хорошо) Тогда я жду тебя в назначенное время на заднем дворе школы. Пока)

Вы 9:15

Сгораю от нетерпения)

Арсений с улыбкой на лице отложил телефон. Вот как должно начинаться доброе утро.

***

Погода на улице была тёплая, на небе не было не одной тучки, а лучи солнца пробирались сквозь кроны деревьев. Антон и Арсений гуляли, держась за руки. Арсений постоянно пытался рассмешить Антона, а тот смялся с каждой его шутки. Вот так незаметно прошло уже несколько часов. Но вдруг Арсений серьёзным тоном спросил. - Антон, я так не могу. Мне нравиться как мы гуляем, но кто мы друг для друга? Мы не знакомые, не друзья… И я хотел бы это исправить. – тут он остановился под большим дубом, и посмотрел Антону прямо в глаза. – Ты будешь моим парнем? Антон так же совершенно спокойно сказал. - Я на глупые риторические вопросы не отвечаю. Арсений не успел ничего сказать в ответ, как Шастун притянул его к себе, и накрыл его губы своими. До этого, Арсению не приходилось целоваться с кем либо, но тут тело будто само знало, что делать. Парень прикрыл глаза, и просто наслаждался моментом. А Антон хотел, чтобы этот миг никогда не заканчивался. Когда он отстранился от Арсения, тот сказал. - Я могу это принять за положительный ответ? - Конечно можешь, дурачок – засмеялся Шастун, и потрепал ему волосы. Парням было всё равно, что о них подумают прохожие. Им было плевать на всё. Они были одни в этом мире. Они были счастливы. А счастливые люди часто слепы.