Надежда

      Пустой взгляд ярко-зелёных глаз смотрел прямо в одну точку: на красный кирпич, что был весь измазан в густой саже. Изо рта чуть не соскочил всхлип, и грязные пальцы моментально зажали губы, чтобы ни один звук больше не вырвался наружу. Нужно было молчать, ведь Гришка сказал, что тишина её рано или поздно наградит за это. Её не должны были услышать и найти. Это ведь главные правила пряток?       Полуразрушенное здание привлекло её внимание, когда девочка пыталась скрыться от преследователей, поэтому она там и спряталась. Кажется, именно в этом месте раньше продавали самый лучший хлеб в деревне. Надя бывало наблюдала с любопытством за детьми её возраста, что бегали вокруг своих родителей и просили купить хотя бы кусочек этой сладости. Какая радость вспыхивала на их лицах из-за одной буханки хлеба.       Пронизывающий до костей ветер снова дунул в сторону дома, из-за чего сквозняк стал более сильным. Надя вздрогнула очередной раз, когда почувствовала, как по спине пробежались мурашки. Пальцы сильнее надавили на рот, ногтями оцарапывая искусанные губы. Её веки медленно сомкнулись на пару секунд, чтобы потом снова открыться, при этом ресницы слегка дрогнули.       Она пыталась себя чем-то отвлечь, правда. Глазами искала какой-нибудь предмет, чтобы думать только о нём. Но каждый раз, когда что-то двигалось рядом с ней, Надя старалась даже не дышать. Как сейчас, например. Внутри поселился дискомфорт, когда чувствительный зрительный орган уловил плавное движение сбоку. Девочка замерла, но голова сама повернулась к источнику движения. Это были простые капли воды, что стекали по кирпичной стенке. Снаружи раздался оглушительный звук грома. Подавляя вскрик, Надежда сжалась в комок ещё сильнее.       Ветер усилился, как и сам дождь вместе с ним. Теперь звук постукивания воды о всевозможные предметы стал сильнее. В пустом здание это было отчётливо слышно, особенно каждый удар грома, который эхом отражался от поверхностей стен.       Казалось, что кроме дождя и самой Нади, никого больше не существовало. Куда подевались все люди? Она часто задавала на ночь перед сном этот вопрос Грише, но он лишь пожимал плечами, пока пытался соорудить что-то похожее на кровать из их курток и обломанных веток деревьев. «Мне и тебя хватает, Надька» — отвечал парнишка и смеялся. Очень тихо, насколько только мог в их положении. Это стало маленькой традицией между ними после того, как начались их совместные прятки. Был только Гришка и Надя. Гриша не мог без Нади, а Надя стояла горой за Гришу. Так было с самого начала их знакомства, и ничего не изменилось, кроме самих обстоятельств. Мрачных и пугающих…       В голове всё чаще мелькала заразительная улыбка мальчика.       Дрожащие руки сжали рукава куртки. Оно было ей большим, что позволяло кутаться в него по самую голову. Это Гриша ей отдал, а он был значительно выше её и старше.       Подушечки пальцев запульсировали от новых болевых ощущений. Искусанные и счёсанные практически под корень ногти вызывали частые болевые импульсы. Но даже эти ощущения не приносили столько страданий, как воспоминания.       Что ребёнок вообще мог знать про страдания? Наде ведь только-только исполнилось девять лет. Ещё совсем недавно она веселилась со своими младшими сёстрами-липучками, как она любила их называть. Дина и Маришка были близняшками, очень красивыми девочками. Надежда была старше их на четыре года. Семья у них была полноценной и самое главное — счастливой. Василий Алексеевич — их отец часто присматривал за детьми на улице, пока они не наиграются вдоволь. Он всегда что-то читал, поэтому Елена Юрьевна (мама Нади) в доме выделила целый шкаф для его книг. Надя помнила папу строгим, но добрым, он очень любил подшучивать над мамой. Девочка могла ночами слушать вместо сказок истории их знакомства.       Мама и папа рассказали Наде значение слова «семья» и «любовь». О чём ещё может мечтать ребёнок? Ей просто хотелось оставаться всегда в полноценной семье: с мамой, с папой, с Маришкой и с Диной. Вырасти и всё равно никуда не уходить. Надя не хотела упускать своё счастье. Именно поэтому она часто не понимала взрослых, что любили спросить об излюбленном вопросе для них: «Кем ты хочешь стать в будущем?»       — Я хочу остаться дома и не взрослеть, — отвечала она, из-за чего лица спросивших её людей часто искажались в неуверенной улыбке. Они не верили ей. Надя лишь на это раздувала щёки от обиды и замолкала.       Когда в её жизни появился Гришка, Надя всё равно не изменила своей точки зрения. У каждого должна была быть семья, а она слишком сильно привязалась к мальчику. Именно из-за того, что Гриша жил один, он был несчастлив. Ему тоже нужна была семья! Девочка загорелась новой целью. Но… родители отказали в просьбе Нади. Неужели так сложно было принять в семью ещё одного человека?       Папа плохо ладил с Гришей, они о чём-то разговаривали как-то наедине, но мальчик так и не рассказал о чём. Надя обиделась тогда и на папу, и на Гришу.       Почему-то на него всегда смотрели с каким-то затаённым гневом и отвращением. Все в деревне знали про мальчика по имени Гриша. И эти истории про него, что гуляли среди людей… Надя не слушала. Гришка хоть и был вредным, но защитить Надю мог. Их первая встреча произошла с того, что какие-то бездомные собаки напугали девочку достаточно сильно. Почуяв страх маленького ребёнка, они загнали её в неизвестное место. Гриша тогда отпугнул стаю собак камнями.       Чтобы о нём не говорили люди, Надежда хотела так же защитить его. Они же были семьёй. А в семье должны быть все сильными и не обязательно в физическом плане. Так ей мама говорила.       В тот день всё изменилось… В тот день, когда люди даже не успели покинуть их маленькую деревню, свои дома. Непонятный день взрывов и огня.       Надя прислушалась. Недалеко от дома, где она сейчас находилась, послышались крики. За пределами её более-менее безопасной зоны происходила какая-то бойня. Девочка практически перестала дышать, чтобы не выдать своего местоположения. Гришка сказал, что никто не должен её найти, иначе он очень расстроится и не будет больше с ней играть. Когда Надя спросила, что делать, если он не сможет её найти сам, Гриша лишь улыбнулся в ответ. Это означало бы, что она победила?       Выглядывать в окно не хотелось. Время слишком сильно замедлилось для неё. Наде было страшно, в горле застрял ком, из-за чего глаза начинали слезиться. Она слышала, как возня на улице резко прекратилась всего одним громким выстрелом. Нужно было закрыть уши. Срочно! Гриша всегда делал это за неё, а сам дрожал, как осиновый лист на ветру. Из горла вырвались беззвучные рыдания.       Надя очень хотела домой, к маме и папе, к её сёстрам-липучкам. Она ещё раз хотела их встретить.       В тот страшный день Гришка сказал, что пока они не смогут встретиться с её семьёй. На улице начиналась паника, а Надя всё громче и отчётливее слышала крики и какие-то выстрелы вдалеке. Гриша тоже засуетился и в панике, схватив девочку за руку, побежал в сторону леса. Очередная их безобидная прогулка на этот раз закончилась тем, что мальчик предложил поиграть в прятки. Спрятаться ото всех, чтобы никто их не нашёл. Они вместе долго не смогли скитаться по лесу. Когда еда закончилась, которой с самого начала было мало, дети вернулись в деревню. Только их встретила уже пустота и давящая тишина. Люди куда-то все пропали, а погоревшие дома наводили ужас на детскую психику.       Надя и Гриша продолжили прятаться, только на этот раз в уже пустых домах, там же они находили немного еды и экономили на этом. Сам дом семьи Надежды тоже пустовал (его они посетили одним из первых). Её родители и сёстры… их там не было. Надя чувствовала, что Гришка что-то знал или догадывался, потому что бывало видела его грустные глаза, когда девочка начинала говорить о своей семье.       Было в деревне одно место, куда Гришка ни за что не подпускал Надю, они обходили его стороной. Дорога, что вела к реке, была для них закрыта. Проходя как-то возле неё, они увидели человека, что лежал на земле, не двигаясь. Надежда только успела подумать о том, чтобы помочь, как Гриша закрыл её глаза и повёл совершенно в другое направление. Больше они там не ходили.       Девочка была уже достаточно взрослой (она каждый раз обижалась, когда Гриша называл её маленькой), поэтому понимала, что такое смерть. Те люди же больше не увидят солнца, да? Они навсегда останутся в темноте? Не смогут больше поговорить с родными людьми… никогда не почувствуют их тепло. Сможет ли мир подарить второй шанс неуспокоенной душе после смерти?       Надя слышала, что практически рядом с ней переговаривались двое мужчин. Их голос был относительно спокоен, из-за чего девочка лишь на подсознательном уровне понимала, что это могли быть очень нехорошие люди. Возможно, именно от них она убегала до этого. И она совсем не понимала, о чём они говорили. Все их слова были ей не знакомы.       Перед глазами всплыло лицо Гришки и тот самый роковой момент…       Они бежали, казалось, будто бесконечно, пытались скрыться от людей в военной форме. Но детей всё равно смогли загнать в угол. Забежав в полуразрушенный дом, Гришка очень быстро попытался привлечь внимание к себе слишком сильно напуганной девочки. Мальчик улыбался, его глаза выражали столько любви, что Надя непроизвольно сама начинала улыбаться в ответ. Пару секунд назад она могла лишь думать о том, что находилась в ловушке, но встретившись с глазами Гришки, её мысли заполнились тем, что она была всё это время не одна.       — Надька, — шепча, заговорил он тогда, — Помнишь книгу про героев, что мы как-то читали вместе?       — О чём ты говоришь? — таким же шёпотом ответила она на его вопрос вопросом. Её руки сжали рукава куртки Гриши. Мальчик улыбнулся ещё шире. И под удивлённый взгляд ребёнка, снял с себя верхнюю одежду и накинул на плечи Нади, из-за чего та немного пригнулась под прибавившимся весом.       — Там была история про рыцаря, что пытался защитить свой город от страшного дракона, помнишь? — увидев положительный кивок, он продолжил, — Рыцарь ведь на самом деле хотел защитить только одну девушку, что любил, — немного помедлив, будто прокручивая следующие слова у себя в голове, Гриша всё же спросил, — А давай поиграем?       — Гриша, мне страшно, — Надя всё ещё не понимала, почему они продолжали играть даже сейчас, когда за ними кто-то бегал. Мужские голоса совсем недалеко от их временного убежища стали более отчётливыми.       — Я буду рыцарем и спасу тебя. А ты должна хорошенько спрятаться, хорошо? Без меня на этот раз.       Наде не понравилась эта игра. И как бы она не пыталась возразить или спросить о том, как он её потом найдёт, Гриша лишь отшучивался. Он забавно корчил рожицы на все возражения девочки, но в какой-то момент его лицо приобрело более мягкое выражение.       — Я тебя обязательно найду, малышка…       — Как рыцарь свою любовь? — сморщив носик, девочка нахмурилась.       — Как брат, что потерял свою сестру, — именно это она и хотела услышать от Гриши. Он ведь не часто называл себя её братом, как бы Надя его не просила.       — Мы же семья, да?       — А в семье должен быть герой. Я стану твоим героем, Надька.       На этом их разговор закончился, потому что следующие секунды стали решающими. Гришка попросил девочку закрыть уши и бежать, как можно дальше. Она лишь краем глаза видела, как мальчик всего в два прыжка выбежал из укрытия и направился совершенно в другое направление от неё.       Надя ничего не слышала, она не могла ослушаться просьбы Гриши. И лишь пустая деревня стала свидетелем того, как вооружённые мужчины бежали за мальчишкой. Как бы ловок он не был, взрослые люди всё же догнали его. Приклад автомата одним ударом прямо в затылок повалил Гришку на землю.       Надя выполнила просьбу своего названного брата. Она спряталась, но какой ценой — уже точно не узнает. И, сидя на холодном полу, в её голову постоянно лезли мысли о том, что она не должна была проиграть. Надя не хотела расстраивать Гришу.       Но… Что ещё мог сделать ребёнок, когда деревянная дверь резко вылетела с петель, а в проходе встали двое мужчин, что до этого переговаривались на улице? Верно, она вскочила на ноги и попыталась перелезть через окно. Как бы ей не было страшно, но Гриша говорил, что в такой ситуации нужно было бежать. Разбитое стекло оцарапало и так израненные руки и коленки, из-за чего на глазах выступили слёзы.       — Stehen! (Стоять!) — Громкий голос вслед её удаляющейся спине заставил сердце биться чаще. Что он сказал?       Надя всего раз оглянулась назад, и это стало роковой ошибкой. Спереди она налетела на незамеченного ранее мужчину, который ловко поймал её за руки. Надя вскрикнула, когда тонкие запястья сдавили чуть сильнее. Суровые глаза смотрели на неё без какой-либо жалости, а все попытки вырваться — игнорировали.       — Ein anderes Kind (Ещё один ребёнок), — к девочке и мужчине подбежали те самые люди, что бежали за ней до этого.       Надя их не слушала, всё равно ничего не понимала из их речи. В какой-то момент она попыталась укусить мужчину за держащую её руку. Но он будто ничего не почувствовал, лишь дёрнул девочку в сторону, из-за чего она не смогла ровно удержать на ногах, её повело вслед за движением руки мужчины.       — Beruhige sie schon! (Успокой её уже!) — это последнее, что она услышала, перед тем, как её тело стало слишком лёгким, а голова запульсировала от непонятной боли. Усталость накатила на неё большим комком, из-за чего картинка всего её окружающего поплыла перед глазами. Она уже больше ничего не слышала и не видела. Неизвестный ей язык стал последним на её слуху, прежде чем девочка потеряла сознание.       Она всё же проиграла, да?       Что будет, когда она проснётся? Гришка ведь не найдёт её, да? Но Надя всё равно будет ждать, правда. Даже если с ней что-то случится, она продолжит играть в их игру про рыцаря, что смог спасти свою принцессу. Гришка всегда будет рыцарем для Нади. И неважно сколько времени пройдёт, они встретятся. Гриша ведь пообещал, что найдет её.       В те времена люди только могли жить надеждой. Надежда — это всё, что у них было. Теряя близких, они не стремились к ним, а продолжали жить, чтобы увидеть завтрашний день вместо них. Мужчины уходили из семей, но их ждали. Надежда жила в их сердцах, что у взрослых, что и у детей.       Каждый член семьи был героем по-своему. Неважно, какой поступок он совершил для родных, самое главное тогда было — это просто оставаться рядом. Герой в первую очередь — это же тот, кто всегда рядом, да?       Надежда была героем для всех.       В этой истории Гришка стал надеждой для Нади!