Мальчик на верёвочке

Ветер нещадно выдувает последние остатки мыслей, но ему это сейчас на руку. Достать бы сигареты, но обещал бросить, отчего ломает ещё больше. Тэн глубже зарывается в безразмерное пальто с чужого плеча и долго смотрит в белое небо, по которому несутся обрывками серой ваты облака. - Ты долго там ещё морозиться будешь? Хоть бы дверь закрыл, мне вообще-то дует, - доносится недовольный голос из комнаты. - И я ведь просил не брать мои вещи! - Прости, я так люблю твоё пальто. - Купи себе своё и носи сколько хочешь, - Тэён недовольно оторвался от монитора. - Испачкаешь ещё или порвёшь! - Я только на балконе постоял, где там его рвать? - Я сказал не брать мои вещи, - голос Тэёна был категоричен, в нём начинали звенеть нотки раздражения. Тэн вздохнул и аккуратно повешал пальто обратно в шкаф. - Обедать будешь? - Конечно буду! Ты вообще время видел? Завтракали сто лет назад, а ты ещё про обед спрашиваешь! - Тэён всё не отрывался от монитора, продолжая писать код. - Я просто не очень голоден, вот и спросил, - Тэн понуро поплёлся на кухню и достал остатки вчерашнего ужина. Десять минут и всё разогрето, нарезан салат, налит чай. - Иди есть, - Тэн садится в одиночестве за стол и начинает ковыряться в тарелке, аппетита нет совершенно. - Вчерашний ужин? - недовольно поморщился Тэён, показавшийся на пороге. Тэну хотелось съязвить в ответ про "вчерашнего парня", но благоразумие его удержало. С Тэёном что-то происходило, он был недоволен практически всем, так продолжалось уже почти полгода, Тэн списывал всё на загруженность по работе. Очередной проект отнимал почти всё его время, занимая мысли даже в редкие минуты перерыва. Чем ближе был дедлайн, тем невыносимее становился Тэён. Тэн старался сгладить углы, как мог, но всегда находился повод для недовольства. - Номины звонили, зовут встретиться, - Тэн продолжал вяло ковыряться в тарелке. - Я занят, - отрезал Тэён. - Я бы очень хотел их увидеть. - Я тебя не держу, но мне некогда, должен же кто-то деньги зарабатывать. Тэён лукавил, принимая на себя роль единственного кормильца их маленькой недосемьи. Зарплата Тэна была меньше, чем доходы его партнёра, но этого хватало на небольшие ежедневные траты и редкие покупки покрупнее, он никогда не просил у Тэёна денег, поэтому безосновательные замечания по поводу его нахлебничества больно били в уже и так израненное сердце. Тэн задумался, вспоминая, каким внимательным и заботливым бывал Тэён в периоды его "просветления", как он называл их про себя. Как он мог принести цветов или вкусненького после работы просто так, без повода. Как он гонял его по дому, в попытке поймать и зацеловать чувствительный живот, отчего Тэн хохотал до слёз, сдаваясь на милость своего завоевателя. Как они лежали в обнимку перед телевизором, пока Тэён выводил тонкими пальцами узоры по его податливому телу, и почти никогда не досматривали фильмы. Тэн скучал по тому Тэёну. Из размышлений его вырвал звон посуды, составленной в раковину. - Я дальше работать, - Тэён оставил его наедине с недоеденным обедом, который Тэн выкинул и переключился на мытьё посуды. Вода в кране мерно шумела, унося с собой печаль. Напевая что-то под нос, Тэн начал пританцовывать. На талию легла горячая ладонь, а шею обожгло дыханием. - Обожаю, когда ты мурчишь под нос, - Тэён провёл губами дорожку по шее своего парня и сжал ягодицы Тэна. - Дай посуду хоть домыть, - по телу пробежала дрожь удовольствия. - Мы можем сделать это прямо здесь, - Тэён прижался напряжённым членом к тёплому телу и отключил воду, оставив несмытой пену на руках Тэна. - Но я не готов, - протестующе прошептал он. - Я всё захватил, - на столешницу возле раковины лёг тюбик со смазкой и презерватив. - Ну Тэённи! Давай не здесь? - Я не понял, - в голосе за спиной послышались стальные нотки, - Ты не хочешь меня? Мне тебя что, уговаривать? - Нет, милый, конечно хочу, но... - Тогда и болтать нечего, - перебил его Тэён, спуская к коленям штаны вместе с бельём. Тэн почувствовал, как пальцы, щедро смазанные лубрикантом, по-хозяйски проскальзывают между ягодиц и начинают кружить, постепенно подготавливая его к следующему шагу. Тэн с ума сходит от умелых движений Тэёна, выгибаясь им навстречу. Но не успевает он насладиться этими ощущениями, как Тэён убирает руку и забирает со столешницы презерватив. Несколько мгновений в ожидании и Тэён судорожно входит в него. Больно. Он не готов, но Тэён не чувствует этого, продолжая толкаться в горячую тесноту. - Да, детка, - шипит он сквозь стиснутые зубы и начинает ускоряться. Перед глазами раковина с грязной посудой, мыльные руки скользят по бортику. Не в состоянии как следует упереться, чтобы поймать бешеный ритм Тэёна, Тэн прижимается грудью к столешнице, ощущая, что толчки становятся рваными, скоро всё закончится. Ещё минута и Тэён, протяжно выдохнув, кончает, мазанув влажными губами между лопаток. Тэн ничего не понимает, в горле комок. Больно, но ещё больше - противно. Противно, что им просто воспользовались, но ещё противнее, что он это позволил. - Спасибо, - Тэён вышел, придерживая презерватив, - Я в ванну. Тэн всё стоит с мыльными руками и спущенными штанами, когда слышит, как Тэён вышел из ванны и снова ушёл в комнату работать. Он закрывает глаза, отмирая, отпуская слёзы, что стояли всё это время комом в горле. Беззвучно плача, он домывает посуду. Если сказать Тэёну, что ему не понравилось, тот раскричится, обвиняя Тэна в ущербности, ему-то всё понравилось. Если сказать, что понравилось, самому будет тошно от своей лжи. Поэтому он молчит. Молчит, пока быстро прибирается дома, молчит, пока собирается к друзьям. Лишь перед выходом нарушает тишину: - Я к Номинам, передать привет? - Да, - раздаётся из глубины квартиры, - Много не пей и долго не сиди. Тэн закрывает дверь. Он словно канатоходец, которому не остаётся никакого выбора, кроме как идти вперёд, потому что по сторонам - пропасть, готовая поглотить тебя, если оступишься. Надёжная площадка осталась далеко позади, а когда она покажется впереди - неизвестно.