dragon on my shoulder

Тэхён в уме прикидывает, чем свою крошку можно покормить. Чимин вот свою кормил сразу колбасой, потому что Чонгук есть что-то другое наотрез отказывался. Это потом пошли все эти ристретто, капучино, нисуазы с базиликом, яйца пашот и бог знает ещё какая чепуха. А у Тэхёна же не противнючий ворон в помощниках. У него целый дракон! — Молочко бу?.. дешь… — заикнувшись, спрашивает, широко выкатив глаза. А всё потому, что дракончик его распахнул створки холодильника, и влез внутрь, с удобством устроившись на полке. А во рту у него оказалась длинная нить сосисок, которая с ужасающей скоростью стала исчезать в широкой пасти. — Куда ты! Поперхнёшься же!.. — истерит Тэхён, подскакивая к нему в одно мгновение. Дракон глаза свои жёлтые щурит, рычит, словно пёс дикий. Ещё и царапаться берётся! Тэхён сосиски хватает, тянет на себя, а помощник его, на деле который вредитель, мотается из стороны в сторону, проглот. А потом ка-ак отрыгнёт! — Что-то мне, батенька, не хорошо, — прикладывает лапы к вздувшимуся животу-барабану. Тэхён лицо утирает, скривившись как от зубной боли. Сосиски, повиснувшие в руке, в сторону запускает, а дракончика за шкирку берёт, чтобы к своей груди прижать. — И что вы такие глупые? Что ты, что Чонгук. Но ладно Чонгук, ему на роду написано быть засранцем, охочим до ярких побрякушек, а ты-то, целый дракон! — Жрать захотел, вот и… Тэхён вздыхает, приглаживая чужой аккуратный гребень, который идёт по всему хребту и заканчивается на хвосте шипом. Ладонь слегка колет. — Вот и заработал себе несварение, — заканчивает за дракона, аккуратно выкладывая тушку оного на свою подушку. — Ты же не глупый. — Я голодный. И вообще, ты чего меня не кормишь нормально? Вот папке пожалуюсь, будет потом задница гореть. — А кто у нас папка? — хмыкает Тэхён. — Лучше тебе не знать, — важно отвечает дракон, складывая передние лапки на груди. Коготки: скряб-скряб, а у ведьмы мурашки по спине бегут от неприятного звука. — Угу. — Не веришь? Да я!.. — порывается вскочить юродивый, крылья разметав по сторонам. — Верю, верю. — Вот то-то же. Тэхён закатывает глаза, беря с прикроватной тумбы телефон. Неужели все помощники такие вредные? «Только бы мой дракончик не оказался таким, как ворон Чимина», — думает. «Ну, пожалуйста». — Мясо хочу, — заявляет внезапно дракон, когда Тэхён интенсивно гуглит для него рацион. — У тебя живот болит. — Ну и что? Я растущий организм, мне нужны протеины. Дашь? — Нет. — Кусну. — Тебе сейчас нельзя. — Кусну, говорю. — Да хоть целиком проглоти! — начинает сердиться Тэхён. — Да легко! — с энтузиазмом, отвечает дракон. А потом зевает во весь рот, засветив небольшие клычки. — Только посплю немного, и сразу тебя проглочу. Ты, главное, успей раздеться, чтобы переварилось лучше. — Да конечно! — фырчит Тэхён. — Всё, чего пожелает Его Величество! — Вот и ладненько, вот так сразу бы… — снова зевает дракон, а потом смешно расслабляется, буквально растекаясь по подушке ярким поскуливающим пятном. Тэхён цокает языком, зарываясь пальцами в свои пушистые волосы. Несмотря на чужую вредность в душе его расцветает любовь. Ведь как можно не любить такое сокровище? «Неужели и Чимин Чонгука так же любит?» — задаётся вопросом ведьма. — Тьфу, — фырчит сразу же. — Нетушки.