Ты меня украл что ли?

            У Чонгука были грандиозные планы на субботу: сходить в библиотеку, навестить бабушку, напечь пирожков и просто выспаться наконец-то! Он рассчитал все едва ли не до минут, даже тщательно записал на листочек. Когда ты служишь при дворе и выходной у тебя раз в десять дней, к такому привыкаешь.       С одной стороны Чонгук был многоуважаемым и таинственным зельеваром, стоящим тенью за спиной правителя. По слухам он денно и нощно сидел в сырых замковых подвалах, держал в питомцах неизвестных гадов и варил страшнейшие яды, вгоняющие в ужас простых смертных. Но с другой стороны он с восхода до заката маялся в своей башне, изредка играл с голубями, прилетающими из стоящей рядом голубятни. Еще реже к нему приходил кто-то с поручением шустренько сварганить зелье от простуды. Мда. Вот такой вот и грозный ведьмак.       Жил Чонгук — и жаловался. Хотя, лучше бы не. По крайней мере, в том, что лучше уж сидеть и со скуки мух считать, чем вписывать в свою жизнь неожиданности, он убедился буквально только что.       Всего пару минут назад он валялся на жесткой кровати-скамейке, в сороковой раз перечитывая последний номер «Столичного вестника», который случайно оставил в его коморке почтовый голубь. На шум за окном он среагировал оперативно и именно так, как должны реагировать чахнущие от скуки люди: тут же подскочил, на ходу обувая сапожки, и поспешил к небольшому балкончику башенки.       Опять же, лучше бы не.       Не успел его нос показаться на улице, как солнце загородило огромное крыло темно-красного цвета, а после поперек талии схватили и вытащили на свежий воздух целиком. От такой неожиданности Чонгук даже пикнуть не сообразил, такие чудеса! Пока похититель вертел его в своих когтистых лапах, Чонгук отчаянно пытался понять, что все же таки произошло.       О том, кто его так по-наглому спер, вопросов не возникало. Вряд ли много кто подходит под описание «с большими клыками, крыльями, когтями, весь в чешуе, рычит и периодически огонь пускает». Ярче всего стоял вопрос, собственно, а зачем? Государство, а конкретнее государь, мало потеряет в лице Чонгука. Разве что, простудой будет болеть немного чаще. Даром, что заработает наконец иммунитет и перестанет цеплять любую болячку.       За сими мыслями Чонгук вполне увлекательно коротал время. Внизу королевская армия размахивала своими, с такого расстояния, зубочистками и, видимо, грозилось ими солнцу. Кто-то наконец додумался воспользоваться луком: гордо встал в позу и величественно натянул полумесяц лука. И получил сапогом в лицо. С неба. Чонгук бросил взгляд на свои ноги — действительно, ботинок пропал.       Лететь было недолго, учитывая скорость страшной рептилии, изредка фырчавшей клубами дыма, но далеко, беря во внимание тот факт, что пролетели они два крупных города. Наконец показался горный массив, по представлениям Чонгука раскинувшийся на другом краю страны. Куда-то около самого края и спланировал дракон.       Приземление оказалось не самым приятным, но Чонгук не так часто летал, чтобы давать точную оценку. Дракон перехватил его одной лапкой и засеменил вокруг, в поисках своего дома. Хотя, по очевидным метаниям рептилии, он был неместным. Наконец проползав добрые полчаса и закружив награбленное в лице маленького человечка до мушек перед глазами, он нашел искомую пещеру и ловко нырнул туда.       Чонгука аккуратно, но довольно больно положили — вы видели?! — на кучу золота и всяких блестящих камней. Придерживая свою голову обеими руками, он обернулся, желая посмотреть на дракона и оценить масштаб трагичности ситуации, в которой оказался. Но перед ним стоял кудрявый парень, разглядывая своими огромными глазищами. Сначала Чонгук подумал, что его тоже похитили, но из сумрака постепенно начали вылавливаться незамеченные ранее мелочи: странной формы уши, обтянутые красной кожей, темная чешуя на лице и шее, расширенные кошачьи зрачки. Чонгук не эксперт, но возьмется утверждать: это и есть дракон.       Так они и стояли молча, пялились друг на друга минут десять, пока получеловек не выдал: — Ой.       Оно было такое ненатуральное, наигранное, будто прочитанное с бумажки нестарательным учеником. Чонгук скептические выгнул бровь и не нашел ничего лучше, чем спросить: — Что «ой»?       Дракон молчал. И он не выглядел злым. Смотрел своими круглыми глазищами, не моргая, и ничуть не раскаивался, но никаких неприятностей доставлять не хотел. В общем, не соответствовал клишированным драконам от слова «совсем». Разве что, у него была громадная куча золота, и… — Ты хотел украсть принцессу? — дракон повисел пару секунд, а после вполне себе уверенно кивнул. Чонгук вздохнул. — Мистер дракон, — похититель негромко, но слышно то ли исправил, то ли буркнул: «Тэхен». — я не принцесса.       Где-то здесь «Тэхен» и завис. Его брови почти очаровательно нахмурились, из носа с длинным озадаченным выдохом вырвалась струя дыма. Чонгук хотел выдохнуть также.       Дракон медленно обошел Чонгука, чтобы осмотреть его со всех сторон. Он подергал его мантию, поднял безвольную руку и даже ухватился за прядку длинных темных волос. До того, как ему сделают внеплановую стрижку, Чонгук успел шлепнуть Тэхена по ладони. Он недовольно фыркнул, но рассматривать не перестал. Придя к какому-то выводу, он выдал сразившее Чонгука наповал: — А почему ты не в платье?       Все ошибаются, такое бывает. Тэхен тоже. Именно поэтому украденным оказался Чонгук, а не милая принцесса в розовом платье с рюшами. — Я не в платье, потому что я мужчина, — терпеливо начал объяснять Чонгук. Тэхен издал протяжное «а-а», как будто бы все понял. — Ты ошибся, я всего лишь зельевар на службе у короля. Я не его дочка, не принцесса.       Каждое слово Чонгука, кажется, все больше расстраивало дракона. Его ушки сложились и свисли к плечам, весь он сразу как-то поник и будто уменьшился в размерах. — То есть ты не принцесса? — Чонгук кивнул. — Точно? Ты меня не обманываешь? — с сомнение переспросил Тэхен, а в ответ ему снова кивнули. — А кто тогда принцесса? — отчаянно захныкал дракон, морща носик. — Во дворе бегала принцесса. В розовом платье и с короной на голове. Рюшечки, бантики, белые оборочки — все, как и полагается принцессам, Тэхен! — Погоди, — вмиг посерьезнел дракон. — Это та, которая на бегущем коне стояла и пыталась стрелять из лука в лысого низкого мужичка? Она вообще не похожа. — А я похож? — в попытках защитить свою уязвленную гордость пропищал Чонгук.       Дракон замялся. Видимо, он хотел сказать «да», но чувство такта у животных, — «У животных ли?» — хотел спросить себя Чонгук, — все же присутствовало, поэтому он миленько заелозил ногой по монеткам на земле и медленно, с оправдывающейся интонацией затянул: — Ну, ты был в башне, знаешь, красивый очень, да я и подумал… — Тогда почему ты голубя не спер?! — Ну, я же не такой глупый, чтобы не отличить голубя и человека! — возмутился Тэхен, поставив руки на бока и обиженно выпятив губу.       Чонгук хотел подколоть, мол, с голубем у него и того больше, чем с принцессой: вечно ходит в темном и пашет без продыху. Но он все-таки проглотил эти слова, не желая расстраивать дракона еще больше, а вместо этого выдал миролюбивое: — Ну, раз случилось такое досадное недопонимание, можно я пойду?       Чонгук не успел и шага сделать в сторону выхода из пещеры, как дракон выскочил прямо у него перед носом и немного неловко раскинул руки. Немного смущаясь, опуская покрасневший носик, он пробурчал неуверенно, с вопросительной интонацией: — Нет?       У Чонгука аж глаза на лоб полезли от возмущения. — Как это нет?! — заверещал он. — Ну зачем тебе? — поспешно замямлил Тэхен, успокаивающе придерживая Чонгука за локоть. — Разве там хорошо? Солнце светит, жара невыносимая, а здесь как! Тишина, спокойствие и тенечек… — Какой еще тенечек?! — вырвал свою руку Чонгук. — Мистер дракон!.. — Тэхен, — тихонечко поправил названный. — Мистер Тэхен! — пуще прежнего разбушевался зельевар. — У меня единственный выходной! И где я его провожу?! Простите уж, но этот день я хотел провести отнюдь не в компании крылатой ящерицы.       От его слов Тэхен будто отшатнулся. Он посмотрел на Чонгука таким взглядом, что ему сразу стало стыдно. Вовсе не этого он хотел. Глядя во внезапно намокшие глаза Тэхена, захотелось выть. Разве нельзя войти и в его положение тоже? Он, между прочим, пострадавшая сторона, но чувствуется себя злым дядей, обижающим ребенка. — Эй, — позвал Чонгук, — Не обижайся, эй.       Дракон молчал. Он сел на кучу своих богатств и развернулся к Чонгуку спиной. Тэхен поджал колени, обхватил руками и положили на них голову. Когда ведьмак попытался заглянуть ему в глаза, он лишь спрятал лицо за пушистой челкой и сгорбился еще сильнее. — Я не это хотел сказать. Ты, может, и неплохой. Но у меня планы на сегодня, а завтра на работу, — раздалось тихое, будто понимающее мычание. Чонгук сделал пару шажочков вперед, постепенно продвигаясь в сторону выхода, но перед ним неожиданно развернулось драконье крыло. — Можно я пойду домой? — Нет, — резко отрезал Тэхен. — Почему? — Я тебя украл, — с явной обидой в голосе ответил Тэхен. — Теперь ты будешь здесь. Не говори со мной.       Чонгук сконфуженно помялся. Он переступал с ноги на ногу, молчал, но долго терпеть не смог. — Прости? — выдавил Чонгук из себя, в то время как глаза нарочно скользнули по ровной спине с крепкими, напряженными мышцами под бронзовой кожей. Он сглотнул. — Прости меня, Тэхен, — Чонгук прокашлялся, когда взгляд перетек на острое плечо. — Тэхен-а…       Дракон на секунду замер и перестал дышать. Он задумался, но с сомнением выдал: — Нет. Не говори со мной, — с еще большим сомнением выдавил из себя парень. Это звучало скорее, как «говори со мной», если честно. — Но ты же сам говоришь со мной, — пошел в атаку Чонгук, тут же подсаживаясь на неудобное золото рядом. — Не дуйся. Ошибся, и ошибся, со всеми бывает. Я никому не скажу, что ты вместо принцессы ты украл королевского зельевара. Честное чонгуковское. — Я не ошибся, — упрямо стоял на своем Тэхен. — Я дракон. Я что, принцессу отличить не могу?       Чонгук недоверчиво поджал губы. По его мнению да, не может. Дракон, все это время внимательно глядевший сквозь кудри, встрепенулся. Он выпрямился, сел ровно и приподнял свои большие крылья. Его взгляд стал более хищным и серьезным, осанка выдавала в себе гордое и сильное существо. С осуждением в голосе, как маленькому ребенку, Тэхен сказал: — Мы живем века, чтобы, когда у нас будет сила и сокровища, мы могли привести себе в пещеру принцессу. У меня есть сила и есть сокровища, а ты — моя принцесса. Почему я не могу привести себе принцессу? Мне не двести лет, я большой дракон. — Но… — начал было Чонгук, но его перебили. — Тебе не нравятся мои сокровища? — с сомнением спросил Тэхен. — У тебя очень красивые сокровища, — поспешил заверить ведьмак, видя, как потемнели глаза дракона. — Но я не принцесса. — Думай, как хочешь, — отрезал Тэхен.       Он возвышался над Чонгуком огромной скалой, вокруг него царила та самая благородная аура, которая бывает у великих правителей. Но она, на удивление, не давила. На миг Чонгуку показалось, что перед ним не человек, а снова дракон. И он гордо выпячивает грудь, сворачивает хвост, огораживая Чонгука от всего вокруг, и с трепетом прикрывает крылом. Внезапно, все это было таким нежным и надежным, что он почувствовал себя в полной безопасности. — Я не хочу держать тебя здесь… взаперти, — пророкотал Тэхен, и его голос эхом отразился от высоких сводов пещеры. — Как тебя зовут, принцесса? — Чонгук… — как завороженный ответил парень. Перед ним сидел человек-Тэхен, но вся его натура чувствовала незримое присутствие чего-то огромного, величественного и пугающего. Чего-то, что аккуратно прижимало к себе и довольно рокотало, когда сердце Чонгука сбивалось с нормального ритма. — Я хочу, чтобы ты остался со мной, — серьезно продолжил дракон. — Что мне сделать для тебя, Чонгук? Тебе не нравится моя пещера? Принцессы моих предков жили в башнях. Я не понимаю, что вам, людям, нравится в ваших кирпичных громадах. Но если ты хочешь жить в таком, я могу захватить замок, где ты был раньше для тебя. Ты хочешь больше сокровищ? Драгоценные камни, меха, ткани? Все что угодно, только скажи.       С каждым словом тот самый невидимый «дракон» все ближе подбирался к Чонгуку, сворачивался вокруг него кольцом. Хвостом он неосознанно подгребал самые яркие изумруды и рубины ближе к себе, к Чонгуку. Ему казалось, что на его колени на самом деле легла огромная голова дракона. Рука потянулась вперед, но, вместо шершавой чешуи на морде рептилии, пальцы ощутили нежную кожу чужой щеки. С каждой секундой он наклонялся все сильнее и, уже у самых губ Тэхена, ощущая его горячее дыхание на своих, он выдохнул: — Еще один выходной.       Тэхен внезапно звонко рассмеялся. Он сгреб Чонгука в объятия и прижал к себе, широко улыбаясь. Вся та «драконья» атмосфера за мгновение рассеялась и полностью исчезла. Прижатый щекой к груди Чонгук завозился, пытаясь оттолкнуть от себя Тэхена. Но тот лишь еще сильнее засюсюкался с ним, звонко чмокнув в макушку. — И пирожки. Без пирожков я здесь не останусь, — недовольно пробубнил он, но его губы дрогнули в смущенной, робкой улыбке. — дракон.