На счастье

Маша привычно открыла крышку ноутбука и придвинула ближе чашку горячего чая. Ей грозил вечер наедине со своими мыслями и просмотр случайного фильма о любви. Почему она взяла в прокате именно его? Без понятия. Может, потому что ей хотелось почувствовать хоть толику этого прекрасного чувства, а может это просто ПМС. С такими вещами нельзя безоговорочно верить своим гормонам. Родители улетели отдыхать, справедливо рассудив, что дети уже достаточно взрослые и могут позаботиться о себе и друг о друге. Тем более Женя уже взрослый парень, можно сказать мужчина, – хорошая опека для семнадцатилетней Маши. Но это теория. На практике оказалось немного иначе, как это всегда и бывает. Женя ушел «в загул» и почти не появлялся дома, а если и приходил, то от него разило перегаром. Обычно он заваливался спать, а проспавшись, снова куда-то уходил. И естественно он никогда не интересовался мнением сестры по этому поводу, но нужно отдать ему должное: еды и ухода за собой он тоже не требовал, хотя будучи уже неплохой хозяйкой она могла ему все предоставить. В алкогольном опьянении он спал настолько крепко, что Маша боялась оставлять его одного, потому что тому могло в любой момент стать плохо и он мог, не просыпаясь, задохнуться, если его вдруг начнет мутить. Об этом она узнала от матери. Отец иногда грешил алкоголем, а мать ночами бдела над ним. Так поступала и Мария: только заслышав беспокойный храп, она бросалась в комнату Жени и тихо устраивалась на краю его кровати, просыпаясь от каждого резкого звука. Уходила обычно под утро и, как ни странно, еще ни разу не была замечена. Девушка знала, что происходит с братом: полгода назад он познакомился с компанией стритрейсеров и с тех пор стал сам не свой. Он начал выпрашивать у родителей деньги на машину, но получал отказ, так как те еще не расплатились с кредитом за его учебу в заграничном университете. Несмотря на то, что Женя с отличием закончил престижный ВУЗ, он так и не смог найти хорошо оплачиваемую работу. Первое время денег на развлечения с новой компанией хватало, но через месяц Маша узнала от знакомого о возлюбленной брата. С тех пор жизнь молодого человека пошла под откос: его избранница признавала только рейсеров, успешных рейсеров. И, ясное дело, парень без тачки не мог на что-то рассчитывать. Обо всем этом девушка узнавала от Леши, друга рейсера, однажды выручившего ее в щекотливой ситуации, когда она пыталась шпионить за братом. От нового друга она также узнала, что ради своей пассии брат готов хоть в лепешку расшибиться – такой уж был у него характер, знала еще, что та, для кого Женя из кожи вон лезет, только посмеивается над его усилиями. Потом дела вроде бы пошли в гору, имея немалую склонность к машинам, он быстро вошел в раж, к нему пришел успех, а вместе с ним и друг-спонсор. Он добился того, ради чего во все это ввязался: Алина не только обратила на него внимание, но даже согласилась стать его девушкой. Целый месяц, Маша готова поклясться, Женя просто светился от счастья: успех и любимая женщина – что еще нужно? Но что-то пошло не так. Что-то, о чем Маша ниоткуда не могла дознаться: ее информатор умело избегал этой темы. Однажды девушка попыталась спросить у брата напрямую, но тот был пьян и зол, сказал не лезть. Больше они не разговаривали. На экране старенького ноута разворачивалась чья-то жизнь. Трагичная, надо заметить. Чай давно кончился, а развязка еще и не думала начинаться. Во время какой-то немой сцены зазвонил телефон, и от неожиданности девушка даже подскочила на кресле. На экране высветилась фотография с такими знакомыми и близкими чертами лица, а сверху подпись «Братик». Предчувствуя неладное, девушка ответила: - Жень, это ты? В трубке слышалась чья-то нервная возня и стон. - Женя, все в порядке? – девушка не на шутку начинала волноваться. - Я, кажется, убил его… - хриплый и очень тихий голос в трубке был полон ужаса. – Маш, я не знаю, что мне делать. - Да что, черт возьми, происходит? Где ты? С тобой все в порядке? – картины одна страшнее другой проносились в голове, Маша нервно перебирала варианты, как помочь брату. Связь оборвалась. «Нужно ехать к нему. Я должна помочь, он зовет меня. Ему плохо. Что-то случилось»,- мысли не давали друг другу прохода, а руки сами набирали номер. - Да, - на другом конце послышался уверенный голос, но и в нем проскользнула нотка беспокойства. - Леш, это Маша. У вас сегодня что-нибудь проходит? – она старалась спрашивать как можно непринужденнее, но голос то и дело срывался. - Нет, - в груди что-то оборвалось. – Маша, что-то случилось? Я видел Женю сегодня, если ты позвонила о нем спросить, могу тебя порадовать: он был трезв. Он куда-то ехал со своим дружком. Говорили, что ненадолго. Думаю, уже должен домой ехать. Девушка вскрикнула. Теперь стало понятно, что брат в опасности. Если еще жив. - Леша, забери меня, пожалуйста. Срочно. Я сейчас дома. - Выходи через пять минут. Эти пять долгих минут Маша ничего не могла сделать для брата, которому была нужна, она была в этом уверена. Девушка обхватила руками колени, чтобы не сорваться. Начала считать про себя. Пять минут – это триста секунд: «Один, два, три…» На сто девяносто трёх ее оборвал звонок в дверь. Маша бросилась к двери, на пороге стоял Леша. - Идем, в машине поговорим, - одной рукой он приобнял девушку, другой отобрал у девушки ключ, который в ее руках никак не мог попасть в замочную скважину, и закрыл квартиру. Потом усадил ее на переднее сидение, а сам занял место за рулем. Еще при первой встрече Маша обратила внимание на его машину: очень красивая, навороченная и, скорее всего, очень дорогая. Маша не удивилась, если бы узнала, что он любит эту машину больше девушки, если она у него вообще есть… - Он попал в аварию, - не сводя глаз с дороги, констатировал парень, нельзя отвлекаться, если ты несешься со скоростью больше 150 км/ч. Девушка только кивнула и уставилась в одну точку, руки нервно перебирали ключи – все остальное в спешке осталось дома. Тем временем они приближались к месту аварии, вокруг было много машин и людей и только одна карета скорой. Когда они подъехали, Маша быстро юркнула за дверь и поспешила к знакомой машине, она знала, что брат в тайне иногда брал отцовскую машину и незаметно возвращал ее на место. Девушка выглядывала знакомое лицо, взгляд остановился на кушетке возле неотложки. Сердце ёкнуло. - Доигрались, черт их возьми, - молодой врач злобно сплюнул. – Ладно, одного подлатаем - дня через два будет как новенький, а с трупом проблем не оберешься. Девушка, эй, девушка! С вами все в поря… - окончания Маша не услышала так же, как не почувствовала, что ее подхватили чьи-то сильные руки. Маша очнулась на заднем сиденье знакомой машины, Женя сидел слева от нее. Его левая рука была забинтована, на лице красовалось несколько швов, а пару клоков волос слиплись от крови. Девушка бросилась обнимать его, расцеловала все лицо, непрошенные слезы стекали по ее щекам, а губы шептали: «Живой! Живой!» Брат не пытался остановить ее, только иногда морщился от боли. Когда первый поток чувств иссяк, он поцеловал сестренку в макушку и крепко обнял, а после снова вернулся к созерцанию дорожного полотна пустым взглядом. - Вы ведь вместе живете? – нежности на заднем сиденье прервал немного насмешливый голос Леши. Только сейчас Маша сообразила, что никогда в обществе друга не называла Женю своим братом, а вела себя как брошенная невеста. Женя, кажется, не уловил намека. - Да. И спасибо за помощь. Не знаю, что бы я делал там в одиночку,- на секунду парень отвлекся от нерадостных мыслей. - Машу благодари, если бы не она, я узнал бы об этом только с утра. А ты, скорее всего, не миловался бы сейчас со своим ангелом-хранителем, а сидел в КПЗ. Женя пропустил колкость мимо ушей и только сильнее обнял сестренку, которая, кажется, задремала у него на плече. - Куда мы едем? - Ко мне, я живу за городом. Считай, что я пригласил в гости, а вы согласились, - в голосе парня послышались властные нотки. – Надо обсудить некоторые детали. Как оказалось, Алексей обитал один в большом загородном доме, в котором брату и сестре была выделена гостевая комната. Разговор намечался на утро, а сейчас была ночь с возможностью поспать часок-другой. - Живет в большом доме, а нам только одну комнату на двоих дал, - Женя жаловался сестре, выходя из ванной комнаты, которая примыкала к выделенной им. - Он думает, что мы пара, - Маша понизила голос, но брат все равно услышал, на секунду он задумался. - Так вот, что значили все его колкости по дороге! А я все думал, к чему он клонит… - парень задумчиво посмотрел на сестру. - Ты не злишься на меня? Парень присел на кровать, где сидела его сестренка, и потрепал ее по голове, а потом грустно усмехнулся. - Знаешь, в ту секунду, когда я врезался в машину того придурка, и подумал, что это конец для нас обоих, я вспомнил о тебе. В ту секунду я понял, что мне никто больше не нужен. Я боялся, что из-за своей глупости потеряю тебя, - он бережно коснулся ее щеки, а потом рука плавно перешла на спину. - Я тоже боялась, что потеряла тебя… Губы Жени приблизились на непозволительное расстояние к губам сестры. Но не успел предпринять ничего больше, как почувствовал машины губы на своих. Девушка давно для себя все решила, и это чувствовалось в ее отчаянном поцелуе. Она изо всех сил старалась раздуть маленький огонек в сердце все еще сомневающегося брата, и усилия были вознаграждены: с каждым движением поцелуй становился все более страстным, сильные руки блуждали по спине, прикосновения становились все более уверенными. Обоих все еще терзали страшные мысли о недавних событиях: она боялась, что потеряет его, а к нему с новой силой вернулось чувство вины за аварию. Оба неистово искали утешения друг в друге и находили. Женя взял инициативу на себя, и теперь смотрел на нее сверху, с мокрых после душа волос капала вода, оставляя на лице сестры влажные дорожки. Маша с нежностью смотрела на еще до недавнего времени тайный объект своих воздыханий, может, он еще и сомневался, но девушка знала: брат уже сдался – она чувствовала это. Странно, она уже давно ждала этого дня, но все еще не была к нему готова, ее чувства были в новинку, и она не знала, что с ними делать. Принимая ласки, она старалась отвечать, сделать что-нибудь, чтобы брату было так же приятно, как он делал ей. После душа на парне изначально не было ничего кроме брюк, но девушка не могла точно сказать, когда они оба избавились от одежды, и, расставаясь с последним ее предметом, Маша попыталась отвернуться и спрятать взгляд. Глупо смущаться в такой момент, но девушка не могла ничего с собой поделать. - Доверься мне, - брат нежно повернул лицо девушки, и, словно ждав только этих слов, девушка снова встретилась с ним глазами и значительно расслабилась. Ласки становились все более нежными, губы снова встретились в поцелуе, еще более страстном, чем до этого. Маша почти забылась в урагане эмоций и ощущений, как почувствовала резкую боль, непрошенные слезы подкатили к глазам. Словно извиняясь, брат аккуратно смахнул их и прижал её к себе крепче. Как только боль немного притупилась, девушка дала об этом знать требовательным засосом на шее там, где его невозможно спрятать, в награду себе за терпение. Теперь обоими окончательно овладела страсть и никто не сдерживался, а стоны становились громче и громче, но это уже никого не волновало. Барьер был сломан и то, что никогда не должно было произойти, случилось. А то, что происходило, стало и виной, и успокоением для двух воссоединившихся душ. Теперь они вместе, связаны крепче, чем любые другие. Едины. И настрадавшись за время долгой разлуки, они никак не могли насытиться друг другом. Утром в комнату постучали и, не дожидаясь ответа, вошли. - Эй, голубки, а точнее кролики, подъём! От возгласа хозяина дома проснулся только Женя и, разобравшись в ситуации, в которой они с сестрой оказались, смутился. Леша подкинул что-то в сторону парня, тот поймал и обнаружил ключи от своей квартиры, связку Маши. На ключах висел брелок, ранее принадлежавший ключам от машины бывшего жениного «друга». - На счастье, - многозначительно сказал Леша и удалился, закрыв за собой дверь.