Пламя, что никогда не угаснет

за три года до освобождения Кагуи Ооцуцуки… «Чертов дождь в этой стране хоть когда-нибудь заканчивается?» — раздраженно подумал Редзаки, вытаскивая ногу в толстом ботинке из слякоти на дороге. Он резко остановился, и осмотрелся вокруг. Лило словно из ведра, и дальше четырех метров нормальной видимости не было. Непроницаемые тучи, разрушенные сюрреалистические башни из металла, часть разрушенных, часть гордо возвышалась на сером фоне, создавая самую странную картину из всех ранее виденных. Улочка, по которой шел молодой представитель маленькой страны к востоку от Страны Огня, тоже выглядела не особенно радостно. Молчаливые прохожие в плащах и широких шляпах, шли ни с кем не разговаривая, безмолвно уступая друг другу, закрытые ставни домов, и редкие огоньки открытых домов. Конечно иногда мимо проходили шиноби в зеленых жилетках нового образца, из самых разных деревень, которые ходили маленькими группками, по три-четыре человека, но даже они были не то чтобы сильно спокойны или расслаблены. Редзаки поправил свою капюшон плаща и покрепче схватился за свой непромокаемый портфель. Снова посмотрел узкую улочку по которой он шел. «Так вот она какая» — подумал он, смотря на остатки ржавого флюгера, скрипящего на соседней башне — «Деревня Скрытого Дождя. Да уж, не скажешь что она недавно вступила в Союз Шиноби.» Он передернулся от резкого холода, который пробирал его до костей. «Надо найти какое-нибудь теплое место» — решил он — «Наверняка кто-нибудь из местных посоветует ресторанчик или забегаловку поприветливей.» Редзаки торопливо зашагал дальше, доставая карту деревни из кармана. Он заприметил где можно укрыться от противного дождя: ржавый навес на углу безымянной улочки, прикрывающий дверной вход в одну из молчаливых металлических башен. Стуча подошвами по изношенным ступеням, посол взбежал под заветное укрытие от ливня, расслабленно выдохнул и снял капюшон плаща со своей головы. Коротко остриженные русые волосы, совершенно ничего необычного. Он прислонился к ржавой стене и принялся изучать карту деревни. Спустя пять минут, он с ужасом понял что потерялся. Редзаки выглядывал из-под навеса, чтобы найти хоть какую-нибудь табличку с названием этой улочки, но он так и ничего не нашел. Только голые стены. Тогда он не растерялся, и спокойно убрал карту в карман. Неудивительно что он потерялся. Улицы абсолютно одинаковые, одинаковые повороты и тупички. Так еще этот чертов дождь, из-за которого ничего не видно, только подливает масла в огонь. Посол накинул капюшон обратно, взял свой портфель и вышел из-под навеса чтобы спросить прохожих о том где он находится. Наверняка, несмотря на всю неприветливость и серость этого места, кто-нибудь обязательно поможет. Однако расспросы видимых результатов не дали. Большинство редких местных жителей просто игнорировали чужестранца, а некоторые особо наглые и задиристые в весьма любезной форме давали ему понять что помогать они ему явно не собираются. — Ну и ну. — сказал вслух Редзаки, прислонясь к стене около окна одного из редких малоэтажных домов. — Веселое место — заключил он, смотря в небо. Серость туч, тяжелые холодные капли дождя. Ничего больше. — А то — послышался скрипучий голос. Молодой посланник деревни посмотрел справа от себя. К нему подошел какой-то странный мелкий старикашка, в широкой соломенной шляпе и толстой заплатанной накидке, хотя из-под нее выглядывала вполне приличная одежда. Лица было не разобрать, оно скрывалось за полями его головного убора. — Здравствуйте, дедушка — вежливо поздоровался посол, слегка поклонившись — А вы не знаете случайно где я нахожусь. — Не дедушка я тебе. — пробурчал дед — Знаю ли я? Хороший вопрос. А ты что не знаешь где сам то оказался? Ишь какой рассеянный. Он противно посмеялся над своим замечанием, это четко слышно даже сквозь шум дождя. Редзаки проигнорировал его гаденькое хихиканье. Он неплохо умел вести переговоры с людьми, так что по-прежнему вежливо уточнил: — Понимаете, я в вашей деревне в первый раз. Приехал сюда по рабочим делам. Но, к сожалению, я немного заблудился. Я много кого просил мне объяснить дорогу, но все ваши соотечественники такие недружелюбные. — Конечно. Ходит тут такой деловой, людей донимает. Видали мы вас тут таких, по пальцам не пересчитать. А из какой ты деревни, дружок? Редзаки решил не горячится, и спокойно продолжить диалог. Не деревня, а сплошное недоразумение. — Я не из какой. Я не шиноби, и не торговец. Меня прислали из страны Долин чтобы поговорить с вашим новым правителем. Вы не знаете где он находится? — Знать то я знаю, чегой тут не знать то. А зачем тебе тот странный мужик? Видно так он отозвался о недавно назначенном Пяти Великими Нациями наместнике. Это было одно из главных условий контракта о вступлении в Объединённые Силы Шиноби, или просто Союза Шиноби. Представитель не планировал вводить в курс дела случайного прохожего, так что лишь ограничился кратким ответом. — Есть у меня к нему послание. — сказал он, улыбаясь с явным намерением показать, что он не собирается ничего рассказывать. — Так вы можете показать дорогу до управления? — Аааа, послание у него — понимающе воскликнул дед — Показать то покажу. Только совет тебе один дам: не стоит вот так просто разговаривать с кем попало. Этот квартал по большему сейчас пустеет и тут многие местные ребятки собираются. Много чего тут делают, недоброго. Эта улица еще ладно, но пройдя чуть чуть поглубже на север попал бы ты в беду. Редзаки возражать не стал. Действительно, несмотря на то что война давно закончилась больше чем четыре года назад, деревня Скрытого Дождя, в виду своего экономического кризиса, малой плотности населения и отсутствия контроля со стороны властей после падения Пейна, стала местом очень неспокойным и c довольно высоким уровнем преступности. — Буду очень благодарен, если поможете. — Да чегой тут помогать то. — фыркнул дед — Слушай сюда… И тот вкратце начал объяснять послу как ему пройти до центрального управления, а когда Редзаки извлек из кармана сложенную карту, дело пошло намного быстрее. Выяснилось что тот перепутал повороты еще на входе в деревню и случайно попал в малонаселенный район без названий улиц и инфраструктуры. Заблудился в общем. — Благодарю вас за помощь! — поклонился в знак признательности представитель деревни — Уж очень вы меня выручили! — Не стоит так раскланиваться — охладил его пыл незнакомый дедушка — Вроде ничего же не сделал. — Все равно спасибо. Мне надо идти. Редзаки с шелестом толстой бумаги сложил карту в карман, и поднял с пола свой портфель. — Да иди, кто тут тебя держит. Он уже почти вышел в пелену дождя, а затем повернулся и спросил: — Извините, а каково ваше имя? Я просто так и не представился, так неудобно… — Как то меня и зовут. Тебя тоже как то зовут. — загадочно ответил дед. — Но ведь сейчас это не имеет значения? Ты получил что хотел? — Может вы и правы. — равнодушно пожал плечами посол, выражая что ему не очень то и важно. Он накинул на голову капюшон плаща и уже собирался спуститься по ступеням, как в последний раз в своей жизни услышал голос старика из-за спины. — Черный мечник. Не суди то, чего не понимаешь. — Чего? Ожидаемо, когда он обернулся, то около ржавой заколоченной двери уже ничего и никого не было. «Странный дедуля. Видимо крыша совсем поехала. Ну, в любом случае, не мои проблемы.» — подумал он, спускаясь по ступеням в пелену дождя. Вспышка грома и раскат грома, громко раздавшийся среди металлических башен. Редзаки долго шел по пустынным кварталам деревни Скрытого Дождя. И то что он видел, ничего хорошего ему не внушало. Когда-то самая индустриализованная деревня из всех ему известных, превратилась в ржавую свалку, гниющую и рассыпающуюся в пыль. Людей было мало, кругом разруха и тоска, а еще этот дождь. Его ничего не пугало: он был уверен что все скоро будет по другому, не так как сейчас. Людям нужен новый сильный лидер, особенно сейчас, когда время войн и конфликтов ушло. Нужно чтобы кто-то смог заново поднять из пепла эту деревню. В теории это можно сделать. Но получится ли у него, «странного мужика», как выразился дед, это сделать? Дождь повидал слишком много диктаторов и откровенных психов, помешанных на комплексе бога, чтобы доверять кому-либо. Этим и объясняется высокий уровень преступности: у людей нет страха перед властью, или теми кто ее представляет. Ежемесячно происходят стычки между недавно созданной полицией шиноби и местными криминальными авторитетами. Однако работа идет. Хотя Редзаки казалось, что новый представитель уж слишком цацкается с ними. Нужно действовать более решительно. Но, в любом случае, это его не касается. За этими размышлениями посол шел по уже более менее обжитой улице, с громкими плесками наступая в лужи на дороге. Он держал путь в центр деревни, в здании управления, надеясь найти там теплое убежище, где можно будет спокойно передохнуть. И он случайно оказался около металлической двери, окрашенной в красный, судя по всему, в местный бар. Из-за дождя и капюшона, он не смог увидеть вывеску, уныло скрипящую на ветру. Из-за нее лился желтый цвет электрических ламп, голоса людей и стуки стаканов и пивных кружек. «Пожалуй, чем-нибудь согреться мне не помешает» — заключил он, открывая рукой дверь. И перед ним предстала та еще картина. Небольшое помещение, освещаемое ярким светом новенький ламп, хорошо отделанное и выглядящее опрятно. С десяток деревянных столов (а в такой деревне дерево ценилось больше чем золото), разных форм и размеров, за которыми сидела такая же разная публика, начиная от откровенно подозрительных личностей заканчивая судя по всему местными жителями. Прямо справа от входа, красовалась длинная барная стойка за которой было около десятка высоких барных стульев. За ней работал опрятный мужчина средних лет, коротко остриженный и подтянутый. Редзаки не увидел крючка для плащей около двери, так что просто снял с головы капюшон и прошел внутрь, предварительно вытерев сапоги от грязи. Местные обитатели в разнобой посмотрели на него. За дальним маленьким столиком, у стены, две не слишком приятные девушки в тонких черных плащах смотрели на него мутными глазами, тройка веселых мужиков, с брошенными на спинки стульев бурыми накидками, весело хлестала пиво, громко смеясь, мельком на него взглянули и продолжили веселится, не обратив на него внимания. Два стола целиком и половину еще одного, сомкнутых вместе, заполнила большая компания диковатых бугаёв, в неухоженных грязных плащах. Сидели они кто во что горазд: огромный тип, дикарской наружности, раскачивался на отчаянно скрипящем стуле и громко что-то рассказывал, иногда хлопая огромной ладонью по спине своего соседа, словно забитого и тихого молодого паренька, скромно пьющего из своей кружки. И вот она выпала у него из рук и покатилась по полу, разливая по полу шипящий напиток. Вся компания взорвалась грубым смехом, а парень, с красным лицом принялся доставать свою пролитую порцию. — Ну ты даешь, Гнус — послышался громкий басовитый комментарий одного из них. — Вон, мелкий даже выпивку пролил, когда слушал твою историю. Ну так, а че там дальше то, с той девкой? — А, с Раянной то? — словно опомнившись ответил бугай, который выбил из рук кружку паренька. — Ну так, решили мы с ребятами пойти к боссу, думали обрадуется он находочке… Редзаки с интересом посмотрел на этих буйных ребят, отметил ножны на поясах у некоторых из них, явно не слишком разумных и спокойно прошел к стойке. Из всей этой сомнительной компании, его внимательно осмотрел лишь толстенький человечек в темно-синем капюшоне, сверкнув маленькими черными глазками, а остальные не обратили никакого внимания на новоприбывшего. Он прошел мимо остальных посетителей, но уже не слишком заметных и подозрительных: два дедка в серых плащах, спокойно покуривавших сигаретки за чашкой видимо кофе, четыре тихих молодых людей, в черных длинных плащах, молча что-то пивших — и это все интересное что можно было отметить. Разве что между столиками сновала официантка: зрелая женщина, одетая в простую черную одежду с закатанными рукавами, очень приятная и фигуристая, ловко управляющаяся с двумя подносами, успевая и забрать пустые кружки и стаканы, и поставить новые всем остальным. Было видно что все тут к ней относятся с подобающим уважением, даже компания бугаев, в которой некоторые пытались к ней подкатить, а та с явной ловкостью и яркой улыбкой ставила тех на место. Редзаки с интересом это все оглядевший, подошел к стойке, отодвинул высокий стул и сел за него. Он решил не занимать целый стол, так что стойка с хозяином ему пришлась по душе. Она была пустая за исключением одного странного типа. Высокий, в длинном черном плаще. На голове были черно-рыжие волосы, затянутые в хвост, было видно что узкое лицо очень молодое, но все в шрамах и порезах, выражавшее усталость и равнодушие к происходящему. Но самое странное это цвет глаз — незнакомец даже не взглянул на посла, но тот смог увидеть их яркий золотой цвет, светлый и красивый. Очень необычно. Редзаки понял что примерно лет на пять старше этого странного парня, но такой измученности в его глазах он не видел ни у кого. В целом он напоминал беглого или наемного шиноби, особенно если принимать во внимание его экипировку, в которой он был. Внимательно осмотрев своего соседа слева, посол уселся на стул и внимательно посмотрел на бармена, и того же хозяина судя по всему. Средних лет мужчина, в аккуратной черной жилетке и белой рубашке, быстро протиравший стаканы белым полотенцем и ставивший их за стойку. Черные волосы, зачесанные и приглаженные назад, в которых виднелась седина, приятное лицо и длинные тонкие усы. Бармен производил впечатления человека приятного и аккуратного, что очень разительно контрастировало с его публикой. Послу, много где побывавшему в своей жизни, пришла в голову мысль что подобный человек должен работать на банкетах и кооперативах богатых торговцев, в белых залах, чем в какой-нибудь захолустной забегаловке в богом забытом месте. Бармен уже собирался подойти к своему новому клиенту, но парень в черном плаще поманил хозяина к себе и тот немедленно бросился к нему, быстро ставя не протёртый стакан на стол и ловко выхватывая сзади себя бутылку с самым дорогим вином из всех. Немедленно пополнив стакан своего клиента, бармен вернул стройную бутыль обратно к остальным в обширную коллекцию на полках, и подошел к послу, аккуратно протирая новый стакан, который он достал для своего посетителя. — Чего желаете? — учтиво и вежливо спросил тот, со стуком поставив емкость. Редзаки поразила скорость с которой этот человек делал свою работу: быстро, точно и без лишних движений, так что он даже слегка растерялся. — Дайте мне бокал хорошего красного вина. — спокойно сказал посол. — Рассчитываю на ваш выбор. — Будет сделано. — кивнул хозяин своему клиенту и пошел выполнять заказ. Снова раздалось конское ржание со стороны толпы бугаев и затем звук разбиваемого стекла. Кажется, кто-то разбил свою кружку. Редзаки обернулся, с явным любопытством следя за происходящим. К стойке подошла работница она же официантка, поставила на деревянную столешницу два круглых подноса с пустыми чашками и кружками, и бросилась к месту происшествия с взявшейся непонятно откуда шваброй и совком. — Опять посуду бьете. — осуждающе заметила она, смотря на главного бугая в этой компании — Заплатите за нее. — Не боись — глупо лыбясь ответил тот. — Парниша заплатит за стаканчик, все как полагается. «Интересная эта компания» — подумал Редзаки. — «Это явно местные головорезы, но ведут себя довольно прилично. И хозяин их не выгоняет.» — Скажите, а они вам не мешают? — спросил бармена посол, через плечо указывая на толпу. — Нет — спокойно ответил тот. — Если клиенты исправно платят по счетам за выпивку или свой шум — мне нет до них дела. Он со стуком поставил перед представителем деревни бокал с темной алой жидкостью. — Это мое почти самое лучшее вино. Виноград выращен на главном острове Страны Воды еще до войны и выдерживался в дубовых бочках во дворе тогдашнего даймё. Вы просили что-то хорошего, и у меня как раз осталось пара бутылок. — Благодарю. — почтительно ответил посол. Он пригубил напиток и сделал небольшой глоток. Вещь была действительно неплохая. — Слушайте, а кто вообще такие эти ребята? — тихо спросил Редзаки, слегка наклонившись через стойку. — Решили вопросы задавать? Не слишком ли вы самоуверенны? — Скорей я просто незнаком с местными обычаями. — вздохнул посол — Видите ли, я обычный путешественник, родом из Страны Долин. Страна у меня маленькая, небогатая, и я тоже деньгами не сорюсь. Решил сюда приехать, посмотреть как люди живут. И вот решил с вами поговорить, вы не похожи на преступника или человека, который будет обманывать других. — Ну во-первых простые путешественники не будут носить с собой кожаный портфель, способный блокировать чужую чакру. — подметил бармен, хитро глядя на своего собеседника. — В прочем, это не мое дело. Редзаки не удивился и еще отпил из бокала. Вкусное вино. — А во-вторых, откуда вы знаете что я не какой-нибудь местный мошенник или бандит, грабящий и убивающий наивных дурачков ради своего обогащения? Посол лишь мог только развести руками. — Согласен, гарантий у меня нет. Но, в конце то концов, просто приятно поговорить то можно? — Можно, почему нет. — равнодушно ответил бармен, протирая мытую посуду. — Ну вот я из чистого интереса спрашиваю, что это за банда головорезов? — Ребята из банды Кровавого Барона. Вы же в курсе, что недавно был очень масштабный инцидент в Стране Воды, когда тайная преступная организация Синего Креста, десятилетия скрывавшаяся в тени, решила начать переворот. К счастью, Союз Шиноби отреагировал быстро, он чудом был улажен. — Аааа, я припоминаю. Это еще когда в центре деревни резко выросло огромное древо и поднялась огромная шумиха. Даже мизукаге вроде срочно эвакуировался. — Верно. Так вот, они, как и Акацуки в свое время, имели посредников по всему континенту во всех странах, и были очень влиятельными в преступном мире. Однако после того, как небольшая группа из Союза и Комитета по Безопасности, во главе которой стоял всем известный бывший революционер Учиха Саске, убила всю верхушку, организация пала. И многие другие преступные банды начали очень сильно наглеть. — Синий Крест — протянул Редзаки. — Их ведь называли Новыми Акацуки? — Так их прозвали местные газеты. — спокойно ответил бармен. — Но по факту, они преследовали совсем другие цели, чем оригинальная организация Восход. Насколько я знаю, история очень темная, ведь многое Союз оставил за кулисами. Не хотят чтобы вся информация попала в массы. — Интересно то как — соврал посол. Уж он то был в курсе ЧТО хотели скрыть Великие Нации. — Есть такое дело — кивнул хозяин — Ну вот поэтому всякое отребье, вроде банды Кровавого Барона решило взять инициативу в свои руки. Убивают кто им мешает, грабят все что плохо лежит, похищают женщин и так далее и тому подобное. Вообщем никакие законы им и даром не писаны. — Да уж — не зная что сказать, ответил Редзаки. — Веселая ситуация. И вы продаете выпивку этим людям? — Мне хорошо платят — равнодушно пожал плечами бармен — Хоть я и терпеть их не могу, но все в округе знают что я нейтрален ко всем разборкам и ко всем сторонам. Я их властям не выдаю, но и потакать этим отбросам в их делам не собираюсь. — То есть вы нейтральны? — Верно. Это ни для кого не секрет. Я просто хочу хорошо заработать на всем этом. — Но ведь, может я и плохо вас знаю, но поверьте мне, как человеку который много где побывал, вы бы с легкостью могли бы найти работу при дворе даймё или даже Каге. И оплата там будет явно подостойней чем в этой дыре, извините уж за выражение. — Может и так — задумчиво протянул хозяин, ставя на поднос официантке три кружки пива и принимая две пустые чашки — Но мне тут нравится. Здесь хотя бы не так скучно и однообразно чем в той же Стране Огня, которая под руководством двух последних Каге стала оплотом стабильности и процветания. — Почему же там скучно? Жизнь спокойная и безопасная, платят хорошо, люди не такие угрюмые как здесь. Так и Коноха куда более открытая и дружелюбная к новым жителям, поверьте я как человек который побывал по всему материку знаю о чем говорю. — Именно поэтому там и скучно — резюмировал хозяин — Ничего не происходит. Кстати, а как вас зовут. Мы так до сих пор и не познакомились толком. Молодой посол отпил еще из своего бокала. — Я — Редзаки. — слегка поклонился он. — А каково ваше имя? — Не стоит так формально — улыбнулся бармен — Я — Тэкео. Рад знакомству. — Я тоже. На этой ноте собеседники временно завершили дискуссию. Редзаки принялся допивать свой бокал, а хозяин принялся работать за стойкой, как ему и полагается. Тем временем, явно не с проста веселая и подозрительная компания позади посла начала подниматься со стульев, шумя на весь бар и громко переговариваясь. Посол аккуратно посмотрел назад и принялся наблюдать за ними, не привлекая к себе никакого лишнего внимания. Толпа из примерно пятнадцати головорезов уже была на ногах, и, снося на своем пути все что можно снести, двинулась по направлению к стойке. Они весело кричали и переговаривались, особенно главный и самый громкий из них, по кличке Гнус, как понял из разговора посол. Некоторые из них обнажили клинки. Редзаки это напрягло. Кажется что-то намечалось. Остальные посетители тоже начали поспешно ретироваться: и два дедка, три веселых мужика, пара из двух мутных девиц. Только четверо молодых людей в черных плащах и надетых капюшонах молча сидели на своем месте, не привлекая к себе внимания. Было очень плохое предчувствие. Тем временем толпа подошла к соседу Редзаки, к человеку в черном плаще и усталым видом. Они обступили его полукругом. Толпа была самая разноперстная: и огромные бугаи, и исхудавшие парни с мутными глазами, и даже совсем мелкие ребятки, чуть больше восемнадцати. Некоторые из них были с обнаженными кинжалами и ножами. Редзаки отсел подальше от них, в самый угол стойки чтобы его не задело, в случае чего. Но толпа его по-прежнему игнорировала. Хоть все остальные посетители решили экстренно свинтить, посол же решил остаться: не мог пересилить собственное любопытство. Он был из тех людей, для которых понятие страх и чувство самосохранения меркли перед простым человеческим интересом. Толпа окружила черного одиночку, страдающего над своим стаканом. — Эй, дружище, не угостишь ли по-братски? — громко и задористо начал самый крепкий из них — Гнус. — А то денег то видимо у тебя много: хлещешь самую дорогую выпивку. — На вас отбросов не напасешься. — тихо и с усмешкой ответил незнакомец. — Исчезните. Нет на вас времени. — Гляньте на него, парни. Какой смелый. Совсем ведь не боится. — заржал Гнус вместе со своей бандой. — Слушай сюда, герой. У нашего босса есть к тебе дело. Редзаки чудом мог отчетливо видеть со своего места, через спины бандитов как этот бугай схватил за спиной незнакомца того за темно-рыжие волосы и потянул их к себе, мерзко при этом лыбясь своими желтыми зубами. Послу отчетливо не нравился этот человек: огромный как бык, лысый, с мерзкой рожей так и истощающей злобу и животное желание поиздеваться. Он тоже был весь в шрамах как и незнакомец. — Какого черта тут происходит? — тихо спросил молодой представитель. Бармен, склонившийся над ним чтобы долить тому вина, тихо и быстро ответил: — Скажем так, они немного не понимают на кого напали. Кровавый Барон явно недооценивает своего противника. — О чем вы? — Увидите. — мрачно ответил Тэкео, крутя рукой усы. — Заранее скажу: я не вмешиваюсь потому что симпатии к этим людям не питаю. Да и это не мое дело. Я уже не раз выносил трупы из своего бара. Терплю только потому, что за них хорошо платят. Редзаки поразили его слова, но он ничего не сказал по этому поводу, а лишь продолжил наблюдать за ситуацией. Она как раз продолжала накаляться. Держа за волосы человека в черном плаще, Гнус измывался над тем, болтая его головой из стороны в сторону. Толпа восторженно ликовала, всячески подсвистывая и раззадоривая своего лидера. — Ты пройдешь с нами и ответишь на все интересующие вопросы. Тебе понятно, ушлепок волосатый? Лицо незнакомца оставалось максимально спокойным и равнодушным. Кажется ему было плевать на то что с ним было. — Да с тобой даже самая дешевая шлюха вроде твоей жирной мамаши не пойдет — усмехнулся он, глядя Гнусу в глаза. — Отвянь от меня, чудик, если жизнь дорога. И своему наркобарону тоже можешь это передать. Бандит громко расхохотался, а за ним и вся толпа. — Слышь, он на твою маму базарит. — Да да, такое не прощают… — Врежь ему. Врежь ему. Врежь ему. — начала ликовать толпа и подзадоривать Гнуса. — Как же я могу отказать своим товарищам — хищно дал лыбу тот, явно польщенный таким вниманием. — Скажу тебе честно, мне нравится эта идея. — Дружок — спокойно ответил ему незнакомец — Давай так: либо ты убираешь свои немытые клешни от меня и убираешься обратно в свою подворотню, либо я раскрою башку и тебе, и твоим подсосам. Предупреждаю тебя в третий и последний раз. Тот расхохотался во все горло окончательно и под ликующие крики его толпы со всей дури впечатал лицом в стойку человека в черном плаще. Раздался отвратительный хруст и брызнула кровь. Гнус с явным садистским наслаждением приподнял за волосы голову незнакомца и посмотрел тому в лицо: — Ну как тебе вкус столешницы, дурачок ты обосанный? Его «собеседник» на раскроенном лбу которого текла толстая струя крови, ничего ему не ответил, лишь равнодушно смотрел в стену своими золотыми глазами. Бандита это явно разозлило и он сказал, вытянув свою свободную огромную руку в центр бара: — Стихия Земли: Великая преграда. Толпа расступилась перед огромной ладонью Гнуса и там, куда она была напавлена, с тяжелым грохотом и треском ломающихся досок возникла каменная стена, пораскидав все деревянные столы в стороны. — Вот ведь дрянь — услышал тихий голос бармена Редзаки — Она ведь импортная. Как же жаль что я не смогу присоединится. — Присоединится к чему?! — воскликнул посол — Тут человека сейчас изобьют к чертам собачьим, а вы говорите «не смогу присоединится»? Он уже порывался встать и пойти помочь человеку в плаще, но Тэкео своей тяжелой и сильной ладонью остановил его порыв. — Сидите смирно, а то он и вас убьет. — с мрачным удовлетворением сказал он. — Кто он?! — Черный мечник. — тихо ответил бармен. Гнус, очень недобро улыбаясь и под улюлюканье толпы, бросил свою жертву прямо в эту стену, словно это был не человек, а мешок с овощами. Ему было это очень легко сделать: огромный и мускулистый, так еще и усиленный Стихией Земли. Он явно чувствовал свое доминирование и предвкушал момент как он переломает все кости этому поганцу, знаменитому и известному как Черный Мечник. Не такой уж он и страшный, раз уж себя защитить не может и ходит без своего меча. Тело, пролетев с полудесятка метров, врезалось в эту стену из камня и пробило ее насквозь: с такой силой запустил того в полет Гнус. Поднялась огромная туча из пыли. Бандит с толпой хохотали во все горло и медленно двинулись в сторону тучи. — Ну что, Черный Мечник, пришел твой час расплаты. Дурак же ты, раз себя позволяешь избивать. Гнус активно хрустел костяшками и принял из рук своего сторонника длинную и тонкую катану. — Босс сказал доставить живым, но не целым. — хищно подметил кто-то из толпы. — Точно — поддержал другой — Отрубим ему руки, ребята! — Да — завопила толпа. У Редзаки похолодело от этого крика в душе. Уж очень ему повезло что этой ораве было плевать на свидетелей: они чувствовали свою безнаказанность. — Вы уверены, отбросы? — послышался мелодичный и жуткий голос. Пыль оседала на металлический пол. Перед толпой, среди каменных обломков, стоял черный силуэт. Сгорбленный, высокий, широкораставленные ноги… Пыль все больше оседала. Силуэт сжимал в обеих руках огромный меч, напоминавший скорей небольшую плиту из железа, чем нормальный меч. …плащ спал с плеч. На молодом лице, окровавленном и в шрамах, больше не было равнодушия или того спокойствия. Была лишь одна гримаса. Безумия. Дикого веселья. И желания убивать. Гнус явно стал куда менее смелым, завидев в руках Черного Мечника, его знаменитый Испепелитель, меч ломающий кости и рубящий тела. — От т т т… куда он у тебя? — пролепетал он, судорожно сжимая рукоятку своей катаны. — В полу был? Катана казалась тоненькой и маленькой на фоне громадины Мечника, лезвия которой был длиной чуть ли ни в три четверти роста его владельца. — Дьявол тебе расскажет, помойка. Передавай ему привет. — проревел Черный Мечник, сверкнув золотыми глазами, которые были замутнены безумием. Он сжал меч по-крепче. Гнус дернулся, чтобы отступить. Ему стало страшно от взгляда Мечника. Тот сорвался с места, словно черная комета, подняв облачко пыли. Раздался жуткий и отвратительный звон. Редзаки не мог ничего говорить. Время словно замерло. Незнакомец просто вогнал свой огромный меч прямо в тело гнуса, рубящим ударом справа. Жутким ударом. Гнус не мог выжить. Ему отрубили левую руку по плечо и прорубили тело до позвоночника, стерев в пыль ребра и разделив легкое с сердцем пополам. Заливая все вокруг кровью, огромное тело с торчащим мечом из груди свалилось, предсмертно отхаркивая пену. Гнус дернулся и умер. Это было страшно. По-настоящему страшно. Редзаки был на войне. Но он не видел чтобы люди умирали вот так быстро. От одного удара. Одного удара огромным мечом. Он не боялся крови. Он боялся этого человека. На войне все сражались с Зецу. С белыми Зецу. Они были жестоки, но они — не люди. А человек ли он? Нет. Черный Мечник, с жутким выражением лица и весь в крови, пытался выдернуть застрявший меч из тела своего мертвого врага. Сама картина внимала лишь ужас и страх, животный страх. Толпа замерла. Все были в ужасе. В немом ужасе. Никто не мог сражаться с ним. Он слишком быстр. — Приступим — тихо сказал Мечник, выдернув меч, и перехватив его поудобней. Редзаки встал и выбежал из бара. Он не мог это смотреть. Просто не мог. Ему впервые жизни было так страшно. Звон и фонтан из крови. Мечник перерубил одного из своих врагов. Его верхняя часть туловища отлетела к дальней стене. И снова звон металла. Двое были перерублены ровно по пояс. Еще две лужи крови и части тел, полетевшие в стороны, разбрасывая по помещению внутренности. Кто-то наконец-то смог очнуться из оцепенения. Все с ужасом разбежались кто куда. Давя друг друга и расталкивая, банда Кровавого Барона кричала от отчаяния и взывала о помощи. Им было страшно. Никто не помнил ни про какие-то там техники или какие-то там кунаи. Все побросали бесполезное оружие и бросились к двери. Это был единственный выход. Она не открылась Текэо с мрачным удовлетворением ушел в люк за стойкой. Это было не его дело. Плюс эти отбросы никогда ему не нравились. Черный мечник снова опустил меч и расквасил голову еще одному преступнику, лепещещему о прощении, скорчившись на полу. Еще одни брызги крови и жуткий хруст ломающегося черепа. Масса меча скорей ломала тела чем резала их. Незнакомец бросился к двери где и собрались все выжившие. Снова звон меча и брызги крови, запачкавшие стену и остальных. Безумно улыбаясь тот перерубил сразу троих. — Никто не уйдет. И снова звон. Минус еще двое. И снова и снова и снова и снова. Удар за ударом. И снова удар. Лил дождь. Сильный дождь. Прямо-таки ливень, я бы даже сказал. Я думал что спасусь в моем любимом баре от него, но и тут меня благополучно ждали местные подсосы Барона. Какие же они жалкие. Что-то кричат о мести, ничего не понимая. Я оглядел свой когда-то любимый бар в деревне Скрытого Дождя. Казалось, это было море, кровавое море. И около пятнадцати трупов, разорванных на части моим мечом. Я не испытывал сожаления или совести. Эти люди — для меня никто. Просто никто. Я — чудовище. Лазурные глаза маленькой Ацуко, полные ужаса. Я рукой стер с лица кровь и посмотрел на черную защитную перчатку. Она была в крови. Красной алой крови. Кровь и снова кровь. И снова я весь в крови чужих людей. Так и должно быть. Пути назад нет. Я сжал руку в кулак и повесил меч на ножны за спину. Закрепил оружие на цепях. Меч напитался чужой чакрой. Я чувствовал как он поглощает ее. С него капнула кровь. Я — чудовище. С этой мыслью я бросил на стойку толстый окровавленный мешочек. Тот громко звякнул под тяжестью золотых монет. Прости, Тэкео. Это лишь моя малая плата. Прожигая замок стихией Огня, я ни о чем не думал. Я — Ягура. Ягура Китошики. Черный мечник.