Бревно

Рэй и под дулом пистолета ни за что в своей жизни не будет праздновать день рождения. Новый год? Рождество? Возможно. Потому что его друзья затащат его в гости и обычно он сам не против, потому что Эмма делает, на удивление, вкусные салаты. Однако, это не связано с его днем рождения. Он никогда не упоминает о нём и обычно даже не произносит дату, скрывает её во всех соцсетях. Тем более, этот день наступает через несколько дней после Нового года, поэтому о нём легко забыть. Он и сам часто забывает. Он не желает слушать бесконечные вопросы «почему?» в свою сторону. В этот день его устраивает одиночество. Ни шумной Эммы, ни приклеенного к ней Нормана. Он безусловно любит их. Но не тогда, когда они портят своими взаимоотношениями его "праздник". Хотя он и не прочь провести это время с Норманом, кажется это единственный человек, в компании которого ему бы понравилось провести день рождения. Но он знает, что не может пригласить его в гости, слишком нервничает. И что они будут вместе делать? Молчать? В таких случаях он предпочитает одиночество. Предпочитает включить старый плейлист с фортепиано или чем-нибудь там ещё. Классно, когда ты сам можешь придумать слова, озвучить свои мысли, чувства. Это расслабляет. Как та мелодия, которую он уже до дыр заслушал. Начинается нежно, вдохновляюще, сменяясь грозным, быстрым ритмом и заканчивая жалобно, умоляюще-пискляво. Он проходится по всем своим эмоциям от начала и до конца. Хотя его уже откровенно заебало каждый раз видеть перед собой Нормана. Снова и снова, но он уже привык. Привык к тому, что Норман встречается с Эммой. Привык каждый вечер падать на кровать и зарываться в свои же волосы, позже, прикрывая рот рукой, думать о его голубых глазах, сухих руках, волосах. Привык, что это понятие вроде как называется безответной любовью. «Как же ты меня заебал.» Он задвинет шторы, чтобы не смотреть на уже надоевший снегопад и достанет вчера купленное вино из пакета. Налив немного в стакан, он откинется на спинку стула. С днем рождения, Рэй. И сделает глоток, хватаясь за трещащую голову. Но стук в двери заставляет его им поперхнуться. Какого черта? Он, прищурившись повернулся к источнику звука. Кто-то пришел? Стук в дверь повторился, вынуждая встать из-за стола и подойти. И Рэй покорно встаёт и подходит. К нему никто не мог кроме них прийти. Эмма и Норман, он больше не с кем из окружения не общается. Но зачем им приходить? Он никого из них не звал в гости. — да? — донельзя усталым голосом спрашивает Рэй — это Норман. Ноги подкосились. Они пришли? Почему? Хотя, если бы там была Эмма, стучала и отвечала бы она, в силу своей доминантности. Какого черта только Норман пришел? Его не приглашали. Ну разве что мысленно. Мысленно Рэй ждал его уже давно. Рэй открыл входную дверь и облокотился на её ручку, не впуская гостя в свой дом. Он пристально осмотрел подъезд. И правда, тут только Норман. Буквально освещает помещение своими белыми волосами и привычной белой рубашкой. Как всегда красив. Как всегда заставляет все мысли смешаться и говорить что-то невнятное. Или, например молчать. Разглядывать его и молчать. — ты выглядишь уставшим. — Норман улыбнулся, смотря на замученное лицо Рэя и его привычно растрепанные черные волосы. — ты что пришёл один? — да, тебя это смущает? — смущает, ты обычно приходишь с Эммой. Хотя чаще всего ты вообще не приходишь, вы вместе на своих свиданиях тусуетесь. — ты обижен? Он обижен. Поэтому и не собирается отвечать на этот вопрос: — почему ты пришёл? — проведать именинника Рэй раскрыл глаза в недоумении и нахмурился: — кто сказал, что у меня сегодня день рождения? — твой аккаунт в твиттере. - Норман победоносно улыбнулся, увидев, как Рэй хватается свободной рукой за голову, мысленно крича самому себе "Придурок! Придурок!" - а ещё ты вчера купил вино, редко такое увидишь. — боже.. Вдруг я что-то другое праздную? — что например? Рэй вздохнул и взял в руки телефон, быстро что-то печатая, и, вскоре, начал монотонно читать: — 15 января в Иордании отмечается как день дерева. Территория Иордании на 90 процентов пустынное плато, где тень для отдыха и укрытие от знойного солнца можно найти лишь на аллеях в парках. Кроме того, пальма в Иордании считается символом жизни и почитается как священное дерево. — он какое-то время вглядывался в текст и листал сайт то вверх, то вниз, но, позже, закатив глаза, пробубнил себе под нос — бред какой-то -и убрал телефон. Норман попытался спрятать свой смех, но получалось весьма паршиво: — не бред, а очень важный праздник! Тем более тебе очень подходит хахах Рэй нахмурился: — чем мне этот день вообще подходить может? — ты по характеру то ещё бревно. — эй! — Рэй обиженно отвернулся, но всё равно улыбнулся не заметно, где-то в своих мыслях. Не часто он мог слышать такой вот смех Нормана, вызванный конкретно Рэем, а не кем-то другим. Хотя причина для смеха такая глупая, такая детская. — Эмме рассказывать не смей, она от меня с этим днём дерева никогда не отстанет. — хорошо-хорошо — Норман улыбнулся — так что, попался? У тебя ведь день рождения сегодня? — да, день рождения. — а почему ты мне об этом не сказал? — Норман ещё раз осмотрел кухню Рея, через его плечо — да и не похоже на то, чтобы ты активно его праздновал. — мой день, хочу и не праздную, вот и всё. — Рэй потянул на себя дверь, показывая Норману, что больше не намерен разговаривать — какой ты злой. - Норман поставил ногу между дверью и порогом, наигранно печально облокотившись спиной на стену - Давай вместе отпразднуем? Рэй смутился, но дверь не отпустил. — да, чтобы вы с Эммой опять танцевали и разнесли мне весь дом, а я стыдился, как в прошлый Новый год, конечно. Если ты забыл, я вас больше в гости не приглашаю. — ну брось, было весело! И вообще, ты видишь, чтобы со мной сегодня Эмма приходила? Глазастый белобрысый гад... Неужели понял, что Рэй только в этом всё время и нуждался. Побыть с Норманом наедине. Он отвёл взгляд, осознавая, что Норман опять его поймал в свою ловушку. Рэй приоткрыл дверь: — только если по моим правилам. — да. — никаких танцев. — да. — никаких шуток про то, что я дерево. — да. — сидим и пьём вино. — да. Рэй внимательно осмотрел гостя с головы до ног: — ладно, заходи. Рэй и под дулом пистолета ни за что в своей жизни не будет праздновать день рождения. Но Норман страшнее пистолета.