Я вижу лишь тебя

Эль сидел на диване и смотрел какой-то фильм, хотя понятия не имел ни что там за сюжет, ни как он называется. Включил чтобы хоть как-то скоротать выходной. А ведь мог сейчас гулять с Вайолет. Обнимать ее, целовать. Смотреть как солнце играет в золотисто-алых переливах ее волос и тонуть в нежном взгляде ярких внимательных глаз. Даниэль огорченно вздохнул и уткнулся лицом в ладонь. Они не виделись два дня, а у него ощущение будто прошла целая вечность. Он стал так зависим от ее присутствия, хотя не торопился привязываться. Но стоило лишить себя возможности видеть Вайолет, когда душе захочется, и паника начала нарастать. Его рука постоянно тянулась к телефону, а ноги несли к знакомому порогу. Однако, даже учитывая непрекращающееся нытье под ребрами, он, как прибитый, продолжал сидеть на этом чертовом диване. Даниэль нервно застучал ногой по полу. Все дело в ее дурацком поведении. Сколько еще раз она собирается ходить по таким ужинам? Сколько будет потакать желаниям отца? Может ей нравится, а может это лишь родительское давление... А что с этим делать ему? Не ревновать? Делать вид, что ничего страшного не происходит? В общем - то, если для нее это ничего не значит, зачем ему злиться? Эль шумно выдохнул. Потому что это бред. Он так никогда не сможет. Делить ее с другими? Знать, что какой-то очередной гавнюк облизывает ее своим похотливым взглядом и ничего не делать?! - Гадство, - зло выплюнул Эль и снова уставился в экран телевизора. Вайолет должна принадлежать только ему, и хотя он никогда не был ревнивцем, оказалось, когда дело касается этой рыжей лисы, у него начинается бешенство. Стоит только представить на против нее не себя, хватает только представить на ней чужие руки, и глаза себе вырвать хочется. Или те самые руки... Может считать это просто флиртом? Однако эта мысль заставила его лишь сильнее разозлиться. А что насчет ее родителей? Она зависима от их мнения? Это он привык бесцеремонно отказывать и делать то, что считает верным, а Вайолет, явно, послушная дочь. Даниэль поднялся, прошелся по комнате и понял, что за окном опять льет дождь. Небо было серое, дорога мокрая, а вокруг расстелился туман. Эль прислушался: тяжелые капли неустанно барабанили по стеклу, выстукивая быстрый ритм и приводя мечущиеся мысли в своеобразный порядок. Он нахмурился и покачал головой. Хватит вести себя как ребёнок. Ему нужно не сидеть тут и маяться дурью, а попытаться понравиться ее родителям. Это решит все проблемы. Эль порыскал по квартире в поисках ключей от старенького ауди, пылящегося в гараже, и найдя их на полке в своей спальне, напряженно уставился на находку. Эту машину отец подарил ему еще пять лет назад - тогда он пытался вот так загладить свою вину. Но страх Эля перед вождением, его обида и гордыня не позволили сесть за руль. Однако сейчас все иначе. Нужно попробовать завести "гончую" ведь им с Вайолет необходимо поговорить. Необходимо обсудить все в нормальной, спокойной обстановке, а ее дом явно не подходит для такой беседы. Тащить ее на улицу в дождь он точно не станет, да и на остановку идти не вариант, к тому же, скоро холода, а значит пора перекладывать права в карман поближе и активно заняться оживлением тачки. Эль тяжело вздохнул, сжав ключи в ладони, и спустился в прихожую; накинул толстовку, открыл дверь и остолбенел. - Вайолет? Она стояла перед ним на пороге продрогшая, промокшая до последней нитки, в тонкой кофте и легких брюках. Копна рыжих волос мокрыми волнами лежала по плечам, зубы стучали от холода, а из глаз текли слезы. - О господи. - Нам нужно поговорить. Эль торопливо завел ее в дом и повел прямиком в ванную. - Что случилось? - прикрыв дверь, он включил горячую воду. - Из дома что ли сбежала, - ляпнул просто так, снимая толстовку, но, не услышав ничего в ответ, настороженно повернулся к ней. Она плакала. А ее слезы убивали резче гельятины. - Ладно, сначала нужно тебя согреть, - горячая вода уже набиралась, и Эль, нерешительно замер, растерявшись на мгновение, а затем потянул за края мокрой кофты, чтобы снять. Однако Вайолет не позволила ему. Она вцепилась в него, прижавшись неимоверно крепко и окатив волной холода. Эль оторопело застыл, привыкая к новой температуре, а затем обнял ее в ответ, пытаясь согреть в объятиях. - Вайолет, что... - Я с отцом поругалась. Совесть неприятно зазудела в груди. - Я сказала, что ты дорог мне, сказала, что больше не согласна на все эти знакомства. А он раскричался и заявил, что ты меня не достоин. Сказал, что лучше глаза себе выколет, чем будет наблюдать, как ты делаешь меня несчастной. Эль сжал ее в своих в руках покрепче, вдруг, до смерти напугавшись окончания этого разговора. - Я хотела, чтобы ты понял как много значишь для меня. А вышла как вышло, - тихо всхлипнула Вайолет. Даниэль еле сглотнул страх, который комом застрял в горле, и осторожно взглянул в изумрудные глаза: - Все наладится. Вы помиритесь. - Пожалуйста поверь, ты для меня важнее чужого мнения. Даже если это мнение моего отца. - Ее взгляд был заполнен тревогой. - Последнее время все ни к черту, Эль, - тихо заговорила Вайолет, протяжно вздохув. - С каждым днем ты становишься мне все нужнее, с каждым днем я все сильнее привязываюсь к тебе и все больше боюсь, что однажды, как и раньше, ты просто не взглянешь на меня и пройдешь мимо. А сегодня, когда я поругалась с папой... Я будто по наитию побежала к тебе... И поняла, - она обреченно покачала головой. - Это конец. Назад дороги нет. Толстовка упала на пол. Даниэль, вдруг, осознал, что его руки начали дрожать. Испуг обуял хуже холода, а в голове загрохотал гром. - Я люблю тебя, Эль. Сердце дернулось, будто умерло, а затем начало разгоняться с новой силой. - И тебе решать, что делать с моей любовью. Поэтому прошу, обдумай все хорошенько. - Ее зеленые глаза, полные беспокойства, смотрели на него неотрывно. - Если ты будешь и дальше рядом, боюсь, я уже не смогу уйти, - она грустно улыбнулась. - Наверное, все это сейчас для тебя прозвучало так банально и привычно. Но я должна была сказать. Эль, наконец - то, смог выдохнуть. По венам начало разливалосься живое тепло и радостное спокойствие сменяло разбушевавшийся страх. Он прикрыл глаза, дал себе секунду и нежно улыбнулся: - Орменс, что за вечные кошмары в твоей миленькой головке? И куда это ты собралась уходить? Кто тебе вообще сказал, что я тебя отпущу? Она едва заметно улыбнулась. - Мне жизненно необходимо, чтобы ты и дальше, как делаешь это сейчас, улыбалась при встрече. Чтобы твои глаза и дальше смотрели на меня вот так, с теплом и заботой. Я бесконечно нуждаюсь в тебе, Вайолет, поэтому перестань сомневаться в наших отношениях. Доверься мне. Она всхлипнула, кивнула и спрятала лицо на его груди. Даниэль дал ей время успокоиться в своих объятиях, а затем осторожно взглянул в грустные, но невероятно красивые глаза. - Все наладится, Вайолет. Все будет хорошо. Мы со всем справимся. А пока прими ванну. Тебе нужно согреться. Я принесу сухую одежду, - поцеловал он ее в мокрую макушку и направился на выход, но Ви еще крепче ухватилась за его узкий торс: - Я знаю другой способ согреться, и ты прекрасно с ним справишься без всякой ванны. Взгляд шоколадных очей озарился предчувствием удовольствия. - А ведь иногда я действительно верю, что ты скромная, Вайолет Орменс, - неторопливо провел Даниэль пальцами по ее нежной щеке. Он притянул Ви за бедра к себе и жадно впился во влажные мягкие губы; сжал ее талию, словно ему было мало той близости, что у них есть сейчас, и, приподняв, усадил на тумбу. Проник рукой под бюстгальтер, оголил прекрасную женскую грудь, и будто безумный, припал к ней горячими губами. - Бог мой, Орменс... - с наслаждением облизнул языком розовые ореолы, а Ви откинула голову назад и застонала от нахлынувшего в этот момент чувства эйфории. Его сильные руки потянули ее за ягодицы еще ближе, прижимая к возбужденному члену, и девушка торопливо сняла футболку с Эля, желая вновь ощутить неприлично восхитительную истому, которую он ей дарил. Увидев крепкое подтянутое тело без одежды, Вайолет возбужденно выдохнула и страстно поцеловала Даниэля. С его губ сорвался глухой стон. Он потянул ее за мокрые волосы назад, чуть отстранил от себя, а затем припал к тонкой шее, целуя жадно и трепетно, оставляя следы и доставляя удовольствие. Вайолет спрыгнула с тумбы и принялась расстегивать его брюки. Эль под ее напором стал отступать к стене. Но прижатой к ней оказалась именно Ви. Его губы растянулись в азартной улыбке, взор алых глаз стал терпким, будто красное вино, и Даниэль вновь принялся осыпать ее грудь поцелуями. А Вайолет, ощущая спиной холодную стену, осознала, что стала заложницей собственных чувств. Она все же оказалась на месте тех многочисленных девушек, некогда принадлежавших Таю, она все же прижата к стене, прямо, как и они... Но это лишь видимость. Сейчас, как и в ее мечтах, Эль поглощен ей, жаждет только ее, тянет к себе. Он полон живых искренних чувств и этого достаточно. Она хотела его близости несколько лет, она хотела именно того, что происходит сейчас, а потому не могла остановиться. Так или иначе, ее мечта сбылась. Теперь она готова утонуть. Даниэль потянул ее брюки вниз. - Я мокрая, - пробормотала, ощущая, что те прилипли к ногам. А Эль вдруг коснулся пальцами ее влагалища: - Да, Орменс. Ты уже очень мокрая. - Это прикосновение и его хриплый голос окончательно выбили Вайолет из реальности. Она томно выдохнула и тут же оказалась в сетях хищного поцелуя - Эль прикусил ее нижнюю губу, дико, грубо, немного болезненно, но лишь сильнее возбудил ее этой неожиданно приятной болью. Он торопливо выключил до сих пор льющуюся воду; подхватил девушку на руки и, продолжая неистово целовать, понес в свою комнату. Открыл дверь спальни ногой и уронил Ви на кровать. Снял с нее оставшуюся одежду и разделся сам. - През... Но Эль не дал ей договорить. Грубым резким рывком он проник в ожидающее его нежное лоно, и громкий стон сорвался с девичьих губ. Вайолет изогнулась, принимая любимого так глубоко, как только смогла, и Эль задвигался. Уверенные ритмичные движения заполнили Ви собой, а дикая страсть этого ненасытного инкуба заразила её своим безумием. Вайолет не могла сдерживать голоса; тело сходило с ума от напряжения и нескончаемого наслаждения. Она умоляла Эля позволить ей кончить, а он, будто, не слыша этой мольбы, продолжал резко и бешено вдалбливать ее в кровать, заставляя стонать все громче и двигать бедрами все быстрее. Ее тело горело от его крепких рук, ее кожа стала холодной от пота, и не зная, как справиться с нарастающим сумасшествием, Ви впилась ногтями в широкую спину. - Дикарка, - болезненно выдохнул он, и, будто в наказание ускорил ритм, прижав ее к себе еще крепче. - Эль! Резкий толчок и он замер, позволив ей раствориться в захлестнувшем, будто шторм, оргазме. Широко улыбнулся и, чуть отстранившись, испачкал ее живот, позволив насладиться и себе. Даниэль устало прикрыл глаза, как почувствовал нежное прикосновение теплой ладони к своей щеке. Взглянул на ее улыбающееся лицо. - Мы даже дверь не закрыли. Повернул голову и рассмеялся: - Зато, в этот раз мы на кровати. - Я дома, - крикнул Лоран, не найдя сына на первом этаже. Тот услышал его голос и вышел из своей комнаты. - Ты задержался сегодня, - спустился он к нему, оборачиваясь на дверь собственной спальни. Отец сразу заметил, что Эль ведет себя иначе. Первым, что пришло в голову, было тут же потребовать ответа, спросить, что он натворил, но Лоран и рта не открыл. Нет. Это самое худшее из того, что он может сотворить с собственным ребенком. Недоверие погубит и без того невероятно хрупкие отношения между ними. Он должен верить своему сыну. Должен научиться. Так же как Эль учится заново верить ему. - У меня встреча затянулась. - От тебя несет духами. Лоран застрял посреди гостиной. Он специально не стал скрывать этого. Больше он ничего не будет скрывать. - Я... - нервно прокашлялся под тяжелым взглядом Даниэля. - Просто... Я познакомился с женщиной. Она адвокат. - Ладно. В комнате повисло молчание. - Только не злись. Эль снова обернулся на свою комнату. Он тоже нервничал: - У меня в спальне Вайолет. - Ладно, - теперь Лоран неуверенно подытожил. - Девушку ты впервые домой привел. Вайолет Орменс, полагаю? Даниэль кивнул. - Мне уйти? - Нет. Они снова замолчали. Разговоры даются им нелегко, но даже учитывая, что этот был закончен и можно было разойтись, Эль продолжал стоять на месте. - Может кофе? - мистер Тай кивнул головой в сторону кухни и направился к кофе-машине. - Давай, - пошел Даниэль следом за ним. - Как у вас дела, кстати? Я про Вайолет? Видимо, все серьёзно, - ненавязчиво поинтересовался Лоран. Эль хмуро кивнул и сел за стол. Некоторое время молча наблюдал как отец возится с кофейными зернами, а затем угрюмо произнес: - Она с папой поругалась. И я, скажем так, приложил к этому руку. Лоран наливал кофе, стараясь оставаться совершенно спокойным. Нельзя вопить о глупости совершенных поступков. Уж кому-кому, но точно не ему упрекать в этом сына. К тому же, он впервые пришел с проблемой к нему. Впервые он ждет совета от него, а не от матери или Лукаса. - Бывает, - наконец изрек и сел на против сына, поставив перед ним кружку с только что сваренным кофе. - Я хочу все исправить. - Даниэль уставился в темно-коричневый напиток. - Но не хочу навредить еще больше. - Ну, - задумчиво поглядел на него Лоран. - Орменс хороший человек, просто нетерпеливый, вспыльчивый и импульсивный. Кого-то он мне напоминает, - хмыкнул с улыбкой Тай старший, а Эль саркастично скривился. - Подскажешь, когда он будет дома? Вы же с ним коллеги. - Дай вспомнить, - отпил Лоран кофе, пытаясь припомнить расписание друга. - У него насыщенное утро. А потом встреча до обеда. Затем, он, скорее всего, поедет домой. Если хочешь я предупрежу, когда он соберется. - Буду благодарен, - поднялся Эль. - А кофе? - Оставь. Я завтра выпью холодным. - У меня суд завтра. Я уеду пораньше. Вернусь попозже. - Хорошо, - кивнул Даниэль, направившись в свою комнату. Остановился. - К своей новой знакомой поедешь? Этих интонаций Тай старший разобрать не смог, отчего только сильнее насторожился. Он было уже подумал, что Эль не хочет это обсуждать, только собрался выдохнуть с облегчением, и вот пожалуйста. Лоран со страхом и опаской посмотрел на сына: - Если я завяжу с кем-то роман, ты возненавидишь меня? Эль нахмурился. - Ты давно свободен. Теперь твои чувства не причина для ненависти. Столько лет прошло, - Даниэль вздохнул. - Я не могу требовать от тебя верности маме. Ты живой и тебе хочется человеческого тепла. Захочешь снова отношений - дерзай. Я поддержу, как смогу. - Эти слова дались ему с трудом. - Но для меня мама навсегда останется твоей лучшей женщиной. - Знаешь, Даниэль, - неуверенно произнес Лоран, нервно поглаживая большим пальцем ручку кружки, - она и правда была лучшей. Жаль только, что полюбила такого кретина как я. Иногда, в погоне за призрачным счастьем, мы попросту не понимаем, как нам дороги те, кто рядом. Не видим, что они и есть наше счастье. - Лоран тоскливо улыбнулся. - Я не любил и не берег Элис должным образом, но я всегда буду бесконечно благодарен ей за тебя. - А меня ты любишь, отец? Этот вопрос чуть не скинул Тая старшего со стула. Он вцепился в край стола двумя руками и торопливо кивнул. - Но ведь все вокруг постоянно твердят, что я просто копия мамы. Смотря на меня, ты не видишь ее? Лоран горько улыбнулся: - Постоянно. - Тогда с чего ты решил, что совсем не любил ее? Тай старший нахмурился, он и хотел ответить, но не нашел, что сказать. - Спокойной ночи, отец. - Да, сынок...спокойной. Мистер Орменс приехал домой и, бросив кожаную сумку, на стол стиснул кулаки и громко завопил бесконечное «А». Все ни к черту! И этот судья, и прокурор! И дождь, и холод! Пробки! И Вайолет до сих пор не вернулась домой! Он провел ладонью по лысеющей макушке и заходил из стороны в сторону. - Ты приехал, Билли, - миссис Орменс вернулась из магазина с покупками, и он торопливо забрал у нее тяжёлые пакеты. - Слушанье не задалось? - Даже не спрашивай, - направился мужчина на кухню, как в дверь позвонили. - Я сама, - улыбнулась миссис Орменс. Открыла и охнула. Билл, заметив реакцию своей жены, сделал несколько шагов назад, чтобы увидеть гостя и бросил пакеты прямо на пол. - Ты чего приперся? - рыкнул он на стоящего в пороге Даниэля Тая и быстрым шагом подошел. - Где Вайолет?! Парень от такого приветствия весь выпрямился, посерьезнел, а в глазах затаилось раздражение. - Я спросил тебя, кажется, - неотрывно сверлили они друг друга взглядами, а миссис Орменс растерянно смотрела то на одного, то на другого. - Я хочу извиниться за все, что произошло. Я наговорил Вайолет лишнего по поводу ваших с ней отношений. Это все моя вина. - Грубый голос был полон раскаяния, однако Билл не собирался прощать парня. - Конечно твоя! - возмутился он. - Пока ты не появился, моя девочка никогда не повышала на меня голос! Так что, будь добр, исчезни! - Орменс хотел захлопнуть дверь, но Даниэль не дал ему, придержав ее с той стороны рукой. - Ах ты, гад! - взревел Билл. - Я что сказал?! Убирайся отсюда! Тот заскрипел зубами, но снова заговорил спокойно: - Ладно, но поговорите с Вайолет. - Ты мне еще указывать будешь?! - Орменс в ярости уставился на парня, который оказался на голову его выше и взбеленился больше прежнего. - Иди и приведи мою дочь домой! Немедленно! Даниэль уверенно перешагнул через порог, не желая больше держать дверь рукой: - Послушайте... - Иди отсюда! - зарычал Орменс. - Да беситесь на меня сколько угодно, но я никуда не уйду, пока мы все не обсудим! - Ах ты, мелкий щенок! - атмосфера начала накаляться. - Еще угрожать мне вздумал?! Тебе не место рядом с моей девочкой! Ты ее не заслуживаешь! - А вы свою жену заслуживаете, с таким - то адским характером!? - не стерпел парень; и тут крепкий удар прилетел по его правой скуле. - О боже! - взвизгнула миссис Орменс и кинулась к мужу. - Ты что творишь!? - Ты кого вообще защищаешь?! - гневно зыркнул на нее Билл. - Из-за этого напыщенного кретина наша девочка постоянно плачет! Даниэль повернул голову от удара и выдохнул. Подвигал челюстью, проверяя цела ли, и снова взглянул на стареющего мужчину перед собой. - Да будет так. Я заслужил. Мистер Орменс зло пыхтел, глядя на него. - Но тогда и мне стоит вам врезать. Ведь теперь она плачет из-за вас. Сначала на лице Билла вспыхнул новый приступ ярости, но открыв рот, он, вдруг, смолчал. - Чтоб тебя, - фыркнул и сел на стул, положив одну руку на кухонный стол. - Садись, - рявкнул, указав Элю на стул рядом. Парень занял отведенное ему место. - Она у тебя? - Да. - И что? Сильно плачет? - Билл пытался спрятать тревогу, но у него плохо получалось. - А еще, кажется, простыла. Мистер Орменс беззвучно взвыл и снова потер ладонью свою почти лысую макушку. - Я не хотел так грубо. Просто это выбило меня из колеи, - уставился он на Даниэля. - Она всегда терпела мои капризы, а тут! Ты бы видел, как осмелела! Раскричалась! - всплеснул руками мистер Орменс и снова утих. - Не ожидал я, - горько вздохнул Билл и тоскливо взглянул на парня. - Она меня на тебя променяла. - Простите, - тихо произнес Даниэль. Тот махнул рукой: - Бесишь меня конечно, но стоит признать, что ты не виноват. Выбор-то ее. Тяжело просто. Даниэль не знал, что ответить на это, но внутри разрасталось ликование от чувства, схожего с ощущением победы. - Так ты сын Лорана? - Да. - И что? - подозрительно прищурил Орменс и так не слишком большие глаза. - Правда, что лучший на своем направлении? - Да. - И спортсмен? - Капитан баскетбольной команды университета. Через пару дней как раз будет финальная игра. - Кубок-то возьмете? - Приходите на игру, - улыбнулся Даниэль, - сами все увидите. Тот призадумался и, спустя несколько гнетущих минут, наконец, принял решение. - Ладно. А вы приходите сегодня на ужин. Познакомимся поближе... Да и Вайолет успокоится. Даниэль опасливо нахмурился: - А может вы к нам? Помириться. Мистер Орменс обкатил парня недовольным взглядом, но кивнул. - Твоя взяла, - процедил сквозь зубы. Даниэль поднялся: - Тогда пойду. Спасибо, что выслушали. Миссис Орменс заботливо покачала головой, глядя на красную щеку Эля. А он улыбнулся ей и направился к дверям. - До вечера. - Я провожу, - кинулась она следом за парнем, а Билл только рукой ему махнул, однако проводил долгим задумчивым взглядом. - Может он и ничего. Даниэль вернулся домой с пакетом самой разной еды. Поставил его на стол и удивленно осмотрелся. - Вайолет? - пошел вверх по лестнице в свою комнату. - Милая, - вошел и улыбнулся. Она немного растерянно глядела на него, стоя у дверей. - Прячешься? - Переживала, что это твой отец. Он поцеловал ее в макушку и, взяв за руку, повел вниз - на кухню. - Пошли, я приготовлю нам поесть. - Ты умеешь готовить? - удивилась Вайолет. - Я отлично готовлю, - многообещающе хмыкнул Эль, и снова поцеловал. - Мы с отцом давно только вдвоем. Что-то переменилось в нем или ей показалось, но все то время, что он возился на кухне, Даниэль болтал. Рассказывал о том, как проходят тренировки, о их приключениях с Сэмом, о детстве, о школе. Он отвечал на каждый заданный ею вопрос, и Вайолет, вдруг, поняла, что может спрашивать, о чем угодно. Она наблюдала за ним, сидя за столом, и все яснее понимала какой Даниэль Тай НЕ ТАКОЙ. Не такой, как она думала, не такой, как думают о нем все остальные. Он казался ей бездумным сердцеедом, зацикленном на сексе и девушках, парнем, которому нет ни до чего дела. Этаким золотым мальчиком беззаботно порхающим по жизни. Тогда ее влекло его тело, его улыбка, легкая быстрая поступь и голос, немного грубый и резкий, но такой мужественный. Однако полюбила она не это. Не его внешность побудила ее отстоять перед отцом свое мнение, не это заставило ее защищать Даниэля перед родителями, не это заставило поверить. Нет. В душу запала его нежность, забота и стремление к самостоятельности. То, что, обладая таким телом, и возможностью заполучить любую он день ото дня выбирает ее. И хотя он не сказал, что любит ее в ответ, наверное, это нормально. Ведь по сравнению с ее симпатией, его чувства к ней появились не так давно. - Ты, о чем задумалась? - немного тревожный взгляд шоколадно-алых глаз задержался на ее грустном лице. Вайолет торопливо улыбнулась и покачала головой: - А твой папа знает, что я здесь? - Конечно. И он знает, что ты останешься здесь столько сколько захочешь, - словно говоря что-то совершенно неважное легко отозвался Даниэль, вновь принявшись колдовать над мясом. Вайолет благодарно улыбнулась и подошла к нему. Крепко обняла со спины и вдохнула уже привычный и родной аромат лайма. - Нужно придумать что сказать и вообще, что делать, - тихо произнесла она, уложив голову на широкую спину, а Даниэль осторожно развернулся в ее объятиях и улыбнулся ей. - Все будет хорошо. Я обещаю. Так что не мучай себя. Она кивнула и доверчиво уткнулась носом в его грудь. - Как щеночек, - нежно засмеялся Эль и поцеловал ее в макушку. Она посмотрела на него, и их взгляды встретились. Каждый раз, когда так происходит, по ее телу пробегают приятные мурашки. - Поцелуй меня. Эль утопил свою руку в рыжих волосах и приблизился, как входная дверь открылась и раздался голос Тая старшего. «Я дома». Вайолет всем телом напряглась и тут же хотела отпрянуть, но Даниэль придержал ее рядом с собой за талию. - Привет, пап, - махнул он ему, когда тот появился на кухне. Лоран увидел веселое выражение лица сына, напуганную девушку, вцепившуюся в него, и улыбнулся. - Наконец-то мы с вами познакомимся, мисс Орменс, - протянул он ей руку, и Вайолет торопливо пожала ее, чуть отстранившись от Эля. - Здравствуйте, - пролепетала, - простите за беспокойство. Я... - Не надо, - покачал головой Лоран. - Рядом с вами, маленькая леди, мой сын улыбается, разве это может приносить беспокойство? Вайолет смущенно и виновато улыбнулась, а Лоран взглянул на сына. Шоколадно-алые глаза, в кой-то веке, были полны благодарности. Тай старший счастливо улыбнулся. - Я оставлю вас. Нужно доделать кое-что по работе. - Мы позовем тебя к ужину. Лоран кивнул сыну, вновь одарил отеческой улыбкой его девушку и направился в свою комнату. А Вайолет ошалело обернулась к Даниэлю. - Какой у тебя милый отец! - восхищенно прошептала она. - Сам в шоке, - хмыкнул Даниэль, но вслед ему все же посмотрел с улыбкой. Он и правда старается все исправить. - Так, помни, что это наш последний шанс вернуть дочь домой, - строго наставляла миссис Орменс мужа, стоя на пороге дома Тай. - То есть это только я что ли виноват?! - возмущённо уставился Билл на жену. - Если ты опять вычудишь что-нибудь, я отрежу твой язык и пожарю его тебе на ужин, - сердито процедила миссис Орменс, а Билл болезненно скривился. - Понял я, - пробурчал он и позвонил в звонок. - А вот и вы! - открыл Лоран и, поздоровавшись с гостями, повел их к столу. В доме было тепло и уютно, горел камин, по телевизору показывали комедию, пахло едой, и были слышны веселые голоса. Мистер Орменс, увидел дочь и остановился. Вайолет смеялась, сидя на стуле рядом с Даниэлем Таем. Она так безбоязненно жалась к этому парню, так влюбленно смотрела не него, что отцовское сердце на миг взбунтовалось, а затем опоясалось чувством вины. Кажется, прежде он не видел ее такой радостной. - Привет. Они заметили вошедших гостей. Ви подскочила и застыла за столом. - Отец...Мама. - Ну, - нервно потер лысеющую макушку мистер Орменс и вспомнил про бутылку вина в своей руке, - Мы пришли помириться, - поднял он напиток повыше. - Как тебе идея? С лица дочери сходил испуг, и, вот, губы ее растянулись в знакомой тёплой улыбке. Вайолет подошла к нему и крепко обняла. - Спасибо, пап. Он тебе понравится. - Чмокнула маму в щеку и потащила родителей к столу, к местам напротив их с Даниэлем. - Здравствуйте, - парень тоже поднялся и приветственно протянул руку. Мистер Орменс подозрительно уставился на него, но руку пожал. - Привет, - буркнул он и уселся. - Да ладно, - ласково прильнула к нему жена, - ты ведь сказал, что Даниэль тебе понравился. Билл возмущенно уставился на свою благоверную, а Эль улыбнулся: - Мне дорога ваша дочь, мистер Орменс. Хотя, честно признаться, я не собирался с вами знакомиться еще довольно долго, однако, рад, что все случилось как случилось. Не стану вам обещать, что она не будет плакать из-за меня, не стану обещать, что буду паинькой, но я сделаю все возможное, чтобы даже, учитывая мой дрянной характер, ее упрямство и вашу опеку, Вайолет улыбалась как можно чаще. Каждое слово Эля вызывало в мистере Орменсе крайне противоречивые эмоции. Он и злился, и волновался, и огорчался, и радовался, но, в конце концов, недолго все обдумав, просто кивнул. - Постарайся. Сэм забрал списки гостей, выступающих на предстоящей игре, и направился вперед по коридору, на ходу вскрывая толстый конверт. Шагая к выходу, неторопливо вчитывался в незнакомые и уже знакомые фамилии, как замер. Остановился посреди коридора и нахмурился. Вышел, прикурил, на миг отложив бумаги на стол во дворе, и снова посмотрел на фамилию капитана группы поддержки. Набрал номер друга и, услышав радостный голос Эля на той стороне, выдохнул, ощутив укол совести: - Дружище, просто чтоб ты знал и не удивлялся - капитан команды болельщиц южан Мира Кэмбэл. Знакомое имечко, правда?