Innuendo

— Я ушёл — Приди, пожалуйста, раньше полуночи. Дазай выскочил из дома и, подлетев к калитке частного сектора, в котором с недавнего времени жил, выпархнул на улицу. До его новой школы было рукой подать — всего минут десять ходьбы от дома. Хотелось побродить вокруг школы и разузнать местность, перспектива потеряться в первый день учёбы не радовала. Задумавшись о завтрашнем дне, он даже не заметил, как пришёл к воротам школы. Первое, что услышал Дазай, когда подошёл чуть ближе к заднему двору — приглушенные расстоянием всхлипы и нечленнораздельный лепет, и смех. Несколько смеющихся голосов. Это настораживало. Пройдя на звук, предстала взору довольно неприятная картина. Трое мальчуганов держали в руках потрёпанный синий блокнот, что-то внимательно рассматривая и смеясь от души. А у стенки, сжавшись в клубок, в грязной футболке, с запутанными длинными ярко-рыжими волосами валялся виновник тех самых звуков. Сложить картину происходящего было несложно. Мозгом Дазай понимал, что если вмешается — и сам может отхватить, но чувство справедливости оказалось сильнее. К тому же, у него есть преимущество в виде роста. Да и сил Осаму было не занимать. — Эй, вы что делаете?! — яростно крикнул он, быстрым шагом идя в сторону обидчиков рыжеволосого, с трудом удерживаясь от того, что-бы сорваться на бег. Подростки, выронив блокнот, над чьим содержимым хохотали ещё минуту назад, быстро убежали с места преступления. Теперь Дазай устремился к грязному комочку, шепча проклятия. — Эй, с тобой всё нормально? — подойдя, Осаму тронул юношу за плечо. Тот, довольно быстро для того, кого избили, сел, забито посмотрел на своего спасителя. — Д-да, спасибо…– прошептал пересохшим губами рыжий. — За что они тебя… Ну… — пока шатен думал, как бы выразится помягче, послышался ответ. — Не за что. Они развлекаются — он попытался встать, но его, видимо, изрядно потрепали. Тело дико болело. Видя состояние своего нового знакомого, Дазай под мышки поднял его и, закинув руку себе на плечи, посадил рыжего на ближайшую лавочку. — С-спасибо… — искренне поблагодарил тот. — Ничего. Меня зовут Дазай. Дазай Осаму. — Накахара Чуя, очень приятно познакомиться — на Дазая подняли настолько восторженный взгляд, что, казалось, он был бы уместнее, будь Чуя пятилетней девочкой, а Дазай — желанным кукольным домиком. — Ты учишься в этой школе? — после минутной паузы поинтересовался Дазай. — Да, на первом году старшей школы. — Чуя смущённо улыбнулся и заправил мешающую прядь за ухо. — Серьёзно? — поражённо распахнул глаза шатен. Светлые брови сошлись на переносице, но он промолчал. — Прости, не хотел тебя задеть. Просто ты не выглядишь на шестнадцать. — Я знаю. А ты ведь не из этой школы? Я тебя никогда не видел. — Завтра мой первый день в этой школе — улыбнулся шатен. — О, ясно — он улыбнулся, обнажая ровный ряд белых зубов, будто и не дулся минуту назад. В глазах снова заблестела радость. — А тебе? Сколько тебе лет? — Мы сверстники — так же весело ухмыльнулся Дазай. — Ты ещё не знаешь, на какой параллели будешь? — Нет, мне должны скинуть расписание и всю информацию сегодня вечером. Чуя кивнул, показывая, что собеседник был услышан. Немного помолчав, Дазай обратился к рыжему. — Чуя… Я же могу называть тебя по имени? — Д-да, конечно. — быстро-быстро кивая головой, моргнул Чуя. — Так вот, эти тру́сы листали какой-то блокнот, пока я не пришёл. Я так понимаю, он твой? — Д-да, он… Это… — тараторил Накахара. Он вскочил на ноги, но тут же свалился обратно, болезненно шипя. — Я подам, сиди — бережно, почти ласково коснулся плеча юноши Дазай. — Хорошо, только не смотри в него, пожалуйста! — Ладно. А что там? — одходя к синей книжке, крикнул кареглазый. — Там… Там мои рисунки — несмело промямлил рыжий. — О, так ты рисуешь! Круто. Ответа не последовало. Чуя сидел с задумчивым выражением лица и даже не обратил внимание, когда его альбомчик приземлился с одной стороны, а Дазай с другой, секундой позже. «Он, кажется, чуть ли не первый, кто мало того, что не бьёт и не издевается, так ещё и не достаёт просьбами показать мои чирканья… Где подвох? Зачем он помог мне?» Из раздумий его вывел тот же Дазай, встряхнувший его за плечи. — Эй, ты в порядке? Что у тебя болит? — А? Да, прости, задумался. — Что у тебя болит? — повторил свой вопрос Дазай. Чуя затих, прислушиваясь к телу. Ломило рёбра, от недавних слёз резало глаза, болели ноги, ныла спина. Его жалобы Осаму слушал внимательно, с задумчивым лицом. — Как далеко отсюда ты живёшь? — Две станции метро от ближайшей станции. — Пойдём. Когда рыжий очнулся, его рука покоилась на чужом плече, а его самого поддерживали за талию. По дороге к станции Чуя расходился и смог вполне смело топать. Но Дазай по какой-то только ему ведомой причине всё ещё шёл рядом с ним. Они шагали в напрягающей, неловкой тишине, но так, кажется, считал только Накахара. Дазай же был полностью спокоен и, кажется, полностью ушёл в свои мысли. Из-за того, что в школе был изгоем, общаться с людьми рыжий не умел. Но молчание слишком затянулось –подумалось Чуе, — нужно что-нибудь сказать. Хоть что-нибудь. В голову приходил только один вопрос. — Дазай, а… Возможно, я не имею права спрашивать это, но почему ты переехал? — Во-первых, можешь обращаться ко мне по имени. А переехали мы по банальному, всем известному сценарию — отцу предложили престижную работу с бо́льшей зарплатой. — О, ясно… Говорить с Осаму было на удивление легко и приятно. Отчего то в груди ощущался трепет, разрасталось желание крепко обнять, до хруста костей — и его, и своих собственных. Но эти странные эмоции Чуя списал на чувство благодарности и на то, что Дазай, всё же, единственный его наверное-друг. Возможно, взять номер это всё-же не такая уж и бредовая идея. А что? Они учатся в одной школе с завтрашнего дня, так почему бы не поддерживать связь? — Осаму, давай обменяемся номерами! — выпалил на одном дыхании Чуя и опустил голову, словно говорил о чём-то постыдном. — Хорошо, диктуй — усмехнулся Дазай уже с телефоном в руках.