Курение убивает...

Кухня. Противный запах сигарет. Открытое окно. И двое друзей... — Юр, хватит, а, — от долгого молчания голос звучал хрипло и как-то непривычно. — Ты о чем? — Хватит курить. — Ну уж нет. Если бы Костя не сидел напротив друга и не смотрел ему в лицо, то он бы подумал, что тот обиделся. С такой интонацией говорят маленькие дети, когда им не купили игрушку, о которой они просили. — Ты когда-нибудь задохнешься. Хоть бы окно открыл. Курение убивает, если ты не знал. — Кость, ты же знаешь, мы бессмертны. А если бы не были таковыми, то уж Москвы давно бы не было. С его-то 58 разами. Челябинск вновь затянул. Екатеринбург лишь закатил глаза и поморщился. Он терпеть не мог, когда его друг вёл себя так... по-детски? Ну никого он не хочет слушать. Никто и вспомнить не мог, когда Челябинск впервые попробовал, да и сам Юра не помнил. Да разве уже что-то изменишь? Огонек сигареты уныло потух, a сама она отправилась к остальным в пепельницу. Из-за большого количества всякого мусора – начиная с бумажек, заканчивая крышками от пива – образовалась некая горка, и новый окурок норовил вот-вот выпасть. Рука заядлого курильщика потянулась за новой, но плану не дано было свершиться. Екатеринбург резко поднялся и подошёл почти вплотную к другу. Наклонившись к самому лицу, он процедил сквозь зубы: — Доставай... — К-кого?.. — Юра вжался в стену, которая была позади. Неприятная. Холодная. — Ты сам знаешь. — Эээ, — Юра огляделся вокруг. — Костян, я натурал... Успокойся. Екатеринбург резко отпрянул. — Юр, ты дурак? Я про твои заначки с сигарами говорил, — Он потер переносицу. — Стоп, а ты что подумал? — Аа, заначки... Да так, ни о чем. Забей, в общем. Костя выжидательно смотрел на своего собеседника, слегка вскинув левую бровь вверх и сложив руки на груди. — Чего ты хочешь от меня, Кать? Ты же знаешь, что я опять сорвусь и пойду в первую «Пятерочку» закупаться. Мы же это уже проходили. И не один раз. Екатеринбург посмотрел в окно. — Ты отравляешь атмосферу. — Это не я, а мои люди. Я лишь не мешаю. Челябинск поднялся с табуретки и подошёл к другу. Тот лишь хмыкнул. — На всё-то у тебя есть ответы и отговорки. К тебе в квартиру зайти невозможно. Я чуть не задохнулся. — Это с непривычки, — Юра махнул рукой. — Зато Москва не заявляется. — Уж лучше с хорошим воздухом и Московским, чем с плохой экологией. — Слушай, а твоя экология не слишком ли хромает? Челябинск уже начинал выходить из себя. Все их разговоры оканчивались так. Екатеринбург гордо уходил из квартиры, а Челябинск доставал ещё одну пачку сигарет. И пусть Костя опять будет ругаться. Помирятся, не в первый раз. — Да я ж помочь тебе хочу, дурень, — схватил его за плечи Екатеринбург. — Аня за тебя переживает, я за тебя переживаю. Прекрати, а. Хотя бы ради нас. — Не-а, чувак. Не выйдет. Если хочешь вновь обидеться, то давай по-тихому. Дверь открыта, — Юра убрал руки друга со своих плеч. — Прохладно, не находишь? — Он подошёл к окну, чтобы закрыть. Но... Всё произошло быстро. Екатеринбург грубо отпихнул друга, схватил пачку и выкинул её в окно. — Хей! Ты чë творишь? Они как бы денег стоят, причëм немалых, — он ткнул пальцем в грудь Екатеринбурга. — Думаешь, я всякое дерьмо курить буду? Да и вообще, я на заводе пахал... Но договорить ему не дали. Уралов мягко приподнял подбородок друга вверх. Ох уж эта разница в росте... Они бы могли и дальше смотреть так друг на друга, но Уралов сделал первый шаг. Горький вкус пепла почувствовал он, как только его губы соединились с губами Татищева. Челябинск совсем не ожидал такого поворота событий, но что-то не давало ему отпрянуть, накричать. Ему не хотелось прекращать этот момент. Не хотелось даже задумываться – алкоголь ли так действовал на организм или что-то ещё. Ох, губы Екатеринбурга такие теплые и мягкие... Костя аккуратно прекратил поцелуй, чтобы вдохнуть. — Костя...— неуверенно произнёс Татищев. — Успокоился? Он ещё и смеется! — Или жаждешь продолжения? — Идиот... — Но после минутного молчания Юра добавил: — А я-то думал, что «великий Екатеринбург», — он сделал кавычки пальцами, — целуется получше. — Хаха, это было только начало. Или хочешь повторить? Костя притянул парня к себе и продолжил поцелуй. Его язык скользнул по нижней губе товарища, который уже полностью поддался вперёд. Когда же Челябинск от удивления приоткрыл рот, Екатеринбург времени терять не стал и игриво, почти кончиком языка, дотронулся до неба друга. А у того мурашки побежали по телу. Резко оторвавшись друг от друга, дабы вдохнуть воздух, они посмотрели прямо в глаза. Ах, карие глаза Екатеринбурга стали будто золотыми... — Продолжать? — Уралов игриво изогнул бровь — Только не здесь, ладно?...