Ебаная,запретная любовь

Пятифан ушёл с оставшихся трёх уроков и сейчас быстро шёл через лес к любимому. Когда он пришёл и постучал в дверь, ему никто не открывал. Тогда парень подошёл к окну Тохи и кинул в него снежок. Послышался короткий стук в окно, оставалось только ждать. Через минут 15 парень вывалился, но не через дверь, а через окно в прихожей. — Эй, ты чего творишь, акробат хренов? Рома начал помогать встать парню. — Что с тобой? Тоха усмехнулся. — Кое-кто заметил нас вчера, и это был мой отец... вот я... и получил... немножко. — Что? Немножко? Да они совсем охуели! Ух, я... — парня перебили. — Они правы. — Что? Ты о чём? — Нам нельзя быть вместе, это чуть ли не запрещено. — Но... — Послушай, я не знаю, что делать. Ещё несколько таких побоев — и мне пиздец. Лицо Ромы впало во мрак. — Нуу, ты чего?... Всё будет хорошо, — парень взял лицо кареглазого, притянул к себе и заключил губы в поцелуе. Рома резко отстранился, аккуратно взял парня за руку и куда-то повёл. — Постой... что ты делаешь? — Веду тебя к себе домой. Оказывается, моя мама больше двух недель не пьёт, а я из-за того, что постоянно шляюсь где-то, почти и не заметил. Так что у меня тебе будет безопаснее. — Ром, ты понимаешь, что мои родители ментов могут вызвать? — С такими побоями, как у тебя, не вызовут, а то им же хуже. Может, тебя понести на руках? Тебе, наверное, больно ходить, — обеспокоенно говорил Пятифан. Петров слегка покраснел. — Д. да не нужно! — Хорошо, зайчик, как скажешь, — улыбаясь, сказал Ромашка. — Да пошёл ты, придурок! — Ой, всё... Около полудня парни были уже возле дома темноволосого. — Слушай... — начал неуверенно парень. — Что такое, Ром? — Я хочу маме рассказать о нас... — Ты уверен, что это хорошая идея? — Нет, но я не хочу от неё это скрывать. Да и мне почему-то кажется, что всё будет хорошо. Тоха взял парня за руку. — Ты прав, всё будет хорошо, ведь я рядом, — сказал светловолосый и улыбнулся. Кареглазый тоже улыбнулся, и они вошли в дом. — Маам, я дома! Из кухни послышался мелодичный, женский голос. — Ой, что-то ты рано сегодня. Парни уже разделись и пришли на кухню. — Ооой, так ты не один! Что ж ты сразу не сказал? Женщина засуетилась, начала быстро поправлять розовенький фартук и разливать ещё совсем горячий суп, от которого исходил приятный пар. — Ну и чего вы стоите? Присаживайтесь! Парни послушно сели совсем рядом друг с другом. Втроём они что-то бурно обсуждали, шутили и кушали, но в один момент Рома стал серьёзным и начал: — Я... мы хотим кое-что тебе сказать. Тоха, увидев неуверенность любимого, взял его за руку под столом. — Ну? — Мы с Антоном встречаемся. Повисла неловкая тишина. — Ох. Ну и что я могу вам сказать? Это ваш выбор, а так я рада за вас! — женщина лучезарно заулыбалась. — Не, ну я давно замечала, как вы друг за другом ух... — Ну, маам... — Всё-всё, молчу! — вступил голубоглазый. — Я рад, что вы нормально отреагировали, даже хорошо. Просто мои не очень... хорошо... — Ох, можешь не продолжать, я уже поняла. Может, тогда останешься у нас? — Ну, если вы не против... — Ой, да кто может против? Ты ж такая зайка и готовишь вкусно! — Ну и с тем, и с тем согласен, зайчик, — парень ехидно улыбнулся. — Ну идиот, — пробурчал Петров. Парни доели и поднялись на второй этаж, в комнату Пятифана. Парень закрыл дверь и тут же прижал своего "зайчика" к стене. — Р. Рома, ты че делаешь? — Да ничего особенного, просто хочу кое-кем насладиться. Лицо Тоши залилось краской. Рома поднял две столь нежные ручки над парнем и прижал своей рукой к стене, и примкнул губами к шее. — Н. Нам в школу завтра... а у меня даже вещей никаких нет. — Завтра влезем в дом и заберём. И вообще, тебя именно это сейчас интересует? Потому что меня сейчас интересуешь только ты, такой невинный, — Рома заулыбался. — Да пошёл... Не успел парень договорить, как кареглазый накрыл мягкие, невинные губы своими и слегка сжал его бедро...