Соло пианиста

Поднять голову с подушки удалось с трудом. Про себя она выругалась за то, что не имеет привычку оставлять в комнате у себя бутылочку воды, ибо первое, что организм потребовал была именно - вода!.Вчерашний кутёж отразился на состоянии девушки- косметика, а именно большая ее часть, отпечаталась на подушке. Это вызвало некоторое подозрение, ведь не было еще ни одного раза, чтобы та ложилась спать в боевом раскраске. Остатки туши легли ровным слоем под усталые веки кутилы, создавая образ ничего непонимающей панды. Тошнота подходила к горлу, быстрым шагом Сакура забежала в ванную, неплотно прикрыв за собой дверь. Вчерашние коктейли выходили наружу, заставляя чувство стыда просыпаться. И чем она только думала, когда пила один коктейль за другим. В её мозге всплыла вчерашняя навязчивая мысль «Хочу ничего не помнить завтра». Как гениально. - Итачи скорее всего записал меня уже в алкоголички, - простонала над унитазом Сакура. - Говорила мне Ино поесть, - мысли о еде лучше отставить в сторону. - Могу себе только вообразить, что Иттачи думает обо мне. Напилась. Незабываемую встречу устроила. Пьяная физиономия подруги детства - единственное напоминание о пятничном вечере. - с сожалением произнесла она. Если бы она только помнила сцену возле барной стойки, то явно не была бы настолько убеждена, что пьяная физиономия его «подруги» единственное, что запомнит Итачи. Дверь в ванную комнату скрипнула, бодрый голос Итачи мигом отрезвил девушку. - А вчера тебе было весело. Увеселительные коктейли уже вышли из твоего организма и наступил момент сожаления о содеянном? - Итачи, мне так стыдно. - Сакура сидела на полу своей ванной комнаты, боясь смотреть в черные глаза, обладатель которых, казалось, видел её насквозь. - Я принёс тебе таблетки, не благодари. Твои родители уехали на рынок. Объяснять ничего не придётся. Когда я тебя привёл, они уже спали. - перспектива начинать разговор с того, что алкоголь прошиб напрочь всю память, Сакуре не казалась привлекательной, но ничего не поделаешь. - Итачи, я не помню окончание вечера, или не окончание, - с сомнением добавила, - боюсь даже предполагать, в какой момент вечера моя память меня покинула. - Ну как ты и хотела. Ты выпила самбуку и, - Итачи почему-то пристально смотрел, будто подбирал каждое слово. Будто сомневался, - я понял, что тебе пора. Собственно, всё, - твердость в его голосе всё-таки прозвучала. - Вот вода, выпей. Приводи себя в порядок, таблетки стоят на тумбе, я жду на кухне. - Я тебя обожаю! Ты лучший человек, - Сакура поняла, что очень скучала по нему все эти годы. Хотелось бы ей, чтобы и он также чувствовал. На кухне её ждал кофе и сандвич. Итачи не был из тех людей, кто видя разбитое состояние товарища добавляет еще порцию ненависти к себе, напоминая о поведении в алкогольном опьянении. Он тихо поддерживал и помогал избавиться от головной боли, за что Сакура была невероятно благодарна. Так тепло было в это момент, и так грустно. Так хотелось обнять Итачи, и попросить остаться, побыть рядом, хоть немного. - Вчера было здорово, спасибо, что разбавила мои серые будни,- мужская ладонь изящно легла на кухонный стол,- это было весело! - О, могу себе только представить, - громко засмеялась Харуно, с наслаждением отпивая горячий кофе, - может, тогда повторим? - Я бы с удовольствием,- Итачи задумчиво посмотрел на девушку, он перевел быстрый взгляд на её, слегка опухшие после похмелья, губы,- Сакура, подумай о Токио, если позволишь, хочу всё-таки поднять этот вопрос снова -, тихо промолвил Учиха. - Но как ты себе это представляешь, Итачи? У меня нет никаких соображений как это устроить. Здесь я уверена в завтрашнем дне, тут у меня стабильность и безопасность. А в Токио что? Бросать всё ради призрачной надежды? - Я понимаю, что в Тоямо рядом с родителями ты чувствуешь себя, как рыба в воде, это называется зона комфорта, но я же вижу, что ты желаешь вырваться из своей золотой клетки. Хочешь я...- Итачи прервал звук открывающейся двери. Это были родители Сакуры, которые о чем-то очень весело болтали. - Здравствуй, дочь! А мы вот пораньше вернулись, чтоб вылечить твоё похмелье -, весело пристыдил отец Сакуру, который бодрым шагом с пакетом в руках прошелся по гостиной и направился к холодильнику, от чего у Сакуры закружилась голова. Младшая Харуно метнула молнию в сторону Итачи. - Кизаши! – Мебуки вмешалась, намекая, что не стоит продолжать беседу на заданную тему. - Итачи, когда ты отправляешься в Токио? - Кизаши переключил свое внимание на парня, хлопая своей ладонью по плечу второго. - Сегодня вечером вылет, - немного грустно проговорил молодой человек, опустив взгляд в пол. Повисла тишина. - Ну ты приезжай почаще домой, и к нам в гости заходи. Все будут очень рады тебе. Правда, Сакура? – тепло спросила Харуно старшая. - Да, может даже пойдем вечером в «ПетроФф», - на лице девушки заиграла улыбка, которая не могла оставить равнодушным Итачи. Улыбнувшись в ответ, Учиха стал прощаться со всеми. Сакура вышла провожать Итачи на крыльцо своего дома, расставаться не хотелось, небо затянуло тучами. Итачи молчал, впервые стало уютно в тишине. Каждый думал о своем, Харуно бессознательно сказала в слух: - Впервые за многие годы мне было так хорошо, как раньше. Я рада, что ты приехал, - «останься еще немного» подумала лишь. Ей захотелось увидеть лицо Итачи. Осторожно положила руку на его плечо. Он обернулся. В его глазах горечь от расставания и тяжесть- от мыслей, которых ей не узнать. - Спасибо за вечер, он был удивительным, поверь мне просто, - коснулся руки, - подумай о моих словах, вдруг решишься вырваться - заключив в объятия свою подругу, отстранился, заглянул в зеленые глаза. В груди что-то будто сделало сальто, когда показалось, что тот собирается её поцеловать. Но этого не случилось. - Я напишу тебе координаты одного моего знакомого редактора, на случай, если решишь приехать в N. Одним июньским утром я обнаружил кулон на пороге своего дома, забери его. Он твой, - Учиха взял осторожно ладошку Сакуры и положил маленький кулон, - мне было очень грустно, что ты его мне вернула. Я хочу тебе его вернуть. - Итачи, - обняла, - ты все это время его хранил? - - Да, в самые грустные моменты он меня возвращал к реальности. После прощания, Сакура поднялась к себе в комнату. Пошел дождь, смывая радость нескольких дней. Спустя несколько дней приехал с концертом подающий надежды пианист, Сакура обязана была посетить это мероприятие. Редакция выделила билет в первом ряду. Зал заполнялся людьми, были тут и знакомые, и местные музыканты и администрация их города. В третьем ряду она увидела джазового контрабасиста со своей девушкой, который часто выступал в «ПетроФфе», спустя пару минут к ним подсели пианист и вокалистка этой группы. Зрители рассаживались по своим местам, согласно купленным билетам. Многие псевдоценители пришли выгулять свой новый наряд, а также оценить других псевдоценителей, пришедших выгулять свой новый наряд. Размышления Сакуры прервала внезапная темнота в зале, а за ней последовала тишина. Слышны были перешептывания. Зазвучал минорный аккорд, прожектор осветил середину сцены, черный рояль стоял по центру, красивый профиль пианиста был виден зрителям. Аккорд рассеялся по залу, пианист сделал глубокий вдох, и легко опустил пальцы на клавиши рояля, слушатели замерли в ожидании. Септаккорды сменяли друг друга, Харуно закрыла глаза, концентрируясь на звуках лившихся из инструмента. Музыка касалась каждой струны ее души, каждая нота сыгранная в штрихе стаккато, будто ножом протыкала грудь девушки, легато же действовало, как обезболивающее, сглаживая каждую трещинку в душе. Каждое произведение пробуждало в журналистке новое эмоциональное состояние. Делая пометки в блокноте, Сакура обратила внимание на экран фотоаппарата штатного фотографа, который сидел по правую сторону от нее. Сай листал фото. Фотографировал он не только пианиста, но и посетителей. Вот на одном из снимков розоволосая увидела себя- неплохо, очень даже ничего выглядит со стороны. Продолжая наблюдать за лентой фотографий, она увидела мужчину из музыкального магазина. И, судя по лицам, сидящим возле нее, где-то совсем рядом находился и он. Девушка решила, что будет нелепо, если она вдруг начнет рассматривать всех, кто сидит в первом ряду, поэтому решила заняться тем, ради чего сюда пришла- наслаждаться прекрасной музыкой. Последняя композиция была тема "Нью-Йорк Нью-Йорк", вышел высокий темнокожий саксофонист, объемный звук духового инструмента разлился по всему залу, обволакивая в романтическую атмосферу. Соло фортепиано легко переносили слушателей в мир дождливого Нью-Йорка, вечной суеты и чувственных поцелуев. По окончанию концерта зал стал пустеть, и только горстка слушателей столпилась, чтобы пообщаться с музыкантами и сфотографироваться. Подойдя к толпе со своим коллегой, Сакура увидела Сасори - из музыкального магазина. Пытаясь быть незаметной, она уткнулась в экран своего смартфона, будто увидела очень важное сообщение. Легкое прикосновение к её руке и приветливый голос заставил обратить внимание на себя. - Сакура-сан, добрый вечер, мы с Вами познакомились неделю назад, помните? Майлз Дэвис, джаз, -начал выстраивать цепь воспоминаний. - Добрый вечер, Сасори-сан,-, -с удивленной улыбкой на лице изрекла Сакура. - Как неожиданно, я Вас не заметила. Как Вам концерт? По-моему, удивительный выдался вечер, меня очень убедила игра. - Да, Дэйдара, мой давний друг, я всегда восхищался его подачей и фразировкой. Перенести тебя в нужную для него атмосферу ему удавалось всегда, стоило сыграть всего пару тактов. Хотите могу познакомить Вас?- Взор упал на пластик на груди. - Хотя, судя по вашему бейджику, наверное, именно для этого вы стоите тут. Журналистка? -Да, и прошу однако заметить, что мы пропустили всю очередь. Теперь вы просто обязаны представить меня своему другу. - Сакура оглядела толпу, приблизительно сосчитав время, которое им придётся ждать, затем обернулась к собеседнику. - Что ж, пользуясь случаем, если не возражаете, задам вопрос, почему джаз? - Джаз - глаза Сасори будто зажглись огоньком азарта, на несколько мгновений он задумчиво замолчал, - это как хороший вкус, который приобретается путем просмотренных эстетических стандартов красоты. - То есть, это был тернистый путь через долговременную притирку? - Так вышло, что в моей семье джаз был в почете, - сделал шаг, чтобы приблизиться к отдаляющейся очереди, - и до 10 лет ошибочно полагал, что играть его также легко, как слушать Луи Армстронга, но я едва ли закончил музыкальную школу по классу фортепиано, по разным причинам, где и познакомился с Дейдарой. Несомненно, эта музыка оставила след на всю мою дальнейшую жизнь. - Сасори провел ладонью по своим волосам и бросил уверенный взгляд на Сакуру. - Полюбив джаз, ты понимаешь, что это навсегда. - Это правда, - с пониманием кивнула Сакура, соглашаясь с таким утверждением. Она и сама так думала. - Нам сегодня повезло, что компания из пяти человек так быстро справилась с фотографией и автографами. - пролепетала Сакура, указывая на то, что следующая очередь их. - Сакура-сан, а Вашу историю знакомства с дядей Джазом я бы хотел услышать за бокалом красного вина в любой для Вас удобный вечер. -Сухого, только если, - не ожидая такого предложения решила пошутить, затем скромно добавила, - да, хорошо. Знакомство и интервью с Дейдарой прошли в довольной легкой атмосфере, поэтому по приезду домой Сакура тут же сконструировала весь материал в статью. Вспоминая о встрече с Сасори на концерте, она не могла не отметить, что мужчина даже не дал ей возможности отклонить предложение о встрече, чему она была очень рада. Спустя несколько дней, Сасори позвонил уточнить время и день- остановились на вечере среды. Встреча состоялась в уютном ресторане. В воздухе парил запах дорогих духов и светских бесед. Звуки рояля, как прикосновения любимого питомца, успокаивали и хотелось закрыть глаза, чтобы раствориться в этих ощущениях. Музыканты акцентировали вторую и четвертую долю, создавая атмосферу на которую способен только джаз, и от этого невольно, будто на рефлексе, вот уже сидишь за столом и покачиваешь ногой и щелкаешь пальцами вместе с вокалисткой. Сасори полностью взял на себя ответственность в выборе вина и блюд, которые раскрывали его вкус. Крупные локоны Сакуры свисали на изящные плечи, подчеркиваемые бретельками черного атласного платья, ниже колен. Открытая спина была допустимо оголена для характера первого свидания. Присутствие Сасори Сакуру расслабляло. Его умение слушать покоряло, а то как фокусировалось внимание только на её персоне не могло не льстить. - Моё знакомство с джазом произошло уже в сознательном возрасте. И, по правде говоря, случилось это только из-за того, что мне понравился парень, который играл его. Это было увлечение с первого взгляда, но увы, не джазом. - На лице Сакуры заиграла снисходительная улыбка, та улыбка, которую мы используем, когда прощаем себя за свой юношеский максимализм. - Я стала слушать весь джаз, который мне только попадался под руку, в большей степени это был страх не соответствовать интересам того парня. С парнем не сложилось, а привычка слушать джаз осталась. Вскоре мне стало интересно узнать больше о самой истории зарождения этой сложной и непонятной, как мне тогда казалось, музыки. И тогда уже не только прослушивание, а еще и фильмы о истории возникновения, о стилях и самих музыкантах подкрепляли багаж моих знаний. Через время, сидя в ресторане, или просматривая с друзьями фильмы, я стала узнавать известные джазовые стандарты, баллады и мне понравилась эта просвещенность в этой области. Теперь джаз для меня стал стилем жизни, стилем мышления, если ты понимаешь о чем я.- Девушка вспоминала с таким восторгом и увлечением, что спустя пару секунд заметила, как сократила их социальную дистанцию, перейдя первая на "ты".- Черт, как неловко. Это оговорка. - Твоя оговорка очень натурально сгладила тот барьер, который был возведен высокопарными фразами, учтивостью и переоцененной деликатностью, прошу не бросай в меня салат, после подобного заявления, -лукаво улыбнулся Сасори, очень тонко отметив стандартное поведение всех людей, которые холодной вежливостью пытаются доказать всем вокруг, что не даром в колледже курс этики и эстетики проходили. Его рука потянулась к бокалу, но хотелось бы к руке Сакуры. - Хотя, признаюсь, довольно необычное послевкусие во рту, когда первый раз переходишь эту черту субординации. Это как впервые пробовать вино- чувство новизны преобладают над привычными ощущениями вкусов, а ты не знаешь нравится это тебе или нет. Но это опьяняет. - Если мы говорим сейчас о вине, то скажу, что оно действительно опьяняет. Ты часто посещаешь тот славный музыкальный магазинчик? - Да, довольно часто, это магазин моих родителей, но по большей части всеми организационными вопросами с недавнего времени занимаюсь я. Но мне нравится. Так или иначе это музыкальный мир, в котором у меня так и не получилось себя реализовать, во всяком случае, так как я представлял себе это в 10 лет. - Правда? Здорово! Не подумай, что я пытаюсь льстить, но этот магазин не похож на другие подобные ему. В нем будто есть душа. Своя атмосфера. - В этом заслуга моих родителей прежде всего, они создавали этот магазин, как художник свою первую картину, вкладывая творческую энергию без остатка. Их желание оставить что-то после себя, что-то, что принесет радость людям принесло вот такие плоды. Это было их детище. Первое детище. А уже потом появился я, и вся энергия была уже направлена на меня. Как же хорошо, что всё произошло именно в такой последовательности. Мама с папой не преследовали коммерческие цели, а следовали за мечтой, думаю, поэтому многие так любят "Винил". Людей не проведешь. А особенно ценителей хорошей музыки. - Сакура не могла отвести взгляд от Сасори, с такой теплотой и гордостью он отзывался о своих родителях. -Как ты смотришь на то, чтобы подарить мне танец? Музыка просто прелестная. - Думаю, один танец у меня найдется. Музыка здесь правда невероятная. Легкое прикосновение к оголенной спине Сакуры разбудило мурашек. Они волной пробежались от головы до пят. В уверенных руках Сасори хотелось раствориться и танцевать так весь вечер. Сакура уже не знала, что опьяняло её больше: красное вино или прикосновения Сасори. Он был джентельменом от начала и до конца этого танца, его рука не опустилась ниже указанных границ дозволенного. Посетители ресторана с интересом смотрели на пару. Это внимание Сакуру немного смутило, но танец решила не прерывать. Какая разница, что думают люди вокруг, если так хорошо внутри?