Золото и лунный свет.

На следующий же день в конце пар четвёрку выловил Гарольд. – Вайс, я могу поговорить с тобой наедине? Полукровка сразу же напрягся, но ответил согласием. Рэлей, Микаэлла и Иззи решили подождать. Отойдя в более тихое место на улице, оборотень тихо вздохнул, словно обдумывая с чего начать. – Вайс, я… Я прошу прощения за свой поступок тогда, в школе. Я не должен был забыть, что ты не только полукровка, но и очень хороший друг. Я действительно поступил, как мразь, и я пойму, если ты не захочешь со мной общаться… Но, пожалуйста, прости меня, если сможешь. Беловолосый не издавал не звука. Он видел, что в глазах Гарольда виделось чистое раскаяние, и решил поверить. – Хорошо… Я прощаю тебя, Гар, – услышав знакомое прозвище, шатен засиял от счастья и крепко обнял друга. – Спасибо тебе огромное. Ты не пожалеешь, – он обнял его сильнее. – Я скучал… – И я… – тихо прошептал полукровка, обняв его в ответ, жмуря глаза. *** Теперь компания стала пятеркой. Расписание Гара пересекалось с остальными не так часто, как 415 и 1011, но на обеде неизменно встречался с остальными. Рэлей, Иззи и Микаэлла быстро привыкли к его компании, оборотень внушал доверие одним своим видом. Правда Вайс всё ещё никому не доверял свой секрет ориентации и всё ещё боялся. Но не получится скрывать вечно. Как следует обдумав, беловолосый пришёл к неутешительному выводу, что придётся. Вопросы обязательно будут. Да и надо выяснить, что вампир думает по этому поводу. Если нет, то придётся забыть о своей влюблённости. *** Спустя месяц Вайс-таки рассказал эту нелёгкую информацию о себе и сейчас с волнением смотрел на лица своих друзей. На них читался шок. Первым пришёл в себя Гарольд. – Лично я ни за что не отвернусь от тебя, Вайс. От нервов глаза полукровки стали фиолетовыми, он, не отводя взгляда и почти не дыша, смотрел на вампира. В конце концов Рэлей пришёл в себя и тоже немного улыбнулся. – Это, конечно, очень шокирует… Но не думай, что ты избавишься от меня, – на губах появилась ухмылка. Друзья заключили беловолосого в свои объятия. Вайс был очень удивлён, но и очень рад, что от него не отвернулись дорогие для него люди. Он прижался к ним с счастливым широкой улыбкой, которой у него не было ещё никогда. – Ребята… – Да брось, то, что ты не такой, как остальные, ничего не меняет. Ты ведь очень хороший друг, – Микаэлла обняла его крепче и отстранилась. В конце концов Рэлей чуть теснее прижал его к себе и тихо шепнул в волчье ухо: – Я всегда останусь с тобой, несмотря ни на что, – и также мягко отстранился. По коже Вайса поползли мурашки от его горячего дыхания, а щёки окрасил румянец. После посиделок Вайс и Гарольд направились в сторону общаги, а Рэл с Мико остались вдвоём. – Рэл, мне кажется, это признание было неспроста. Вайс возможно влюбился в тебя и хотел посмотреть, как ты отреагируешь на то, что он нетрадиционной ориентации. – Нет, не говори ерунды. Этого не может быть. Вайс, он… просто мой лучший друг… но… чтобы парень?.. – блондин казался очень растерянным. – Не нужно сразу отталкивать эту мысль потому, что ты не привык к такому. Мой тебе совет – разберись, что ты чувствуешь к нему и тогда уже от этого отталкивайся. – Ладно… Наверное, ты права… – Конечно, я права. Подумай об этом. А в то время полукровка лежал у себя, в то время как его рука уже находилась в джинсах. В ушах звучал тихий, хриплый голос Рэла: «Я всегда останусь с тобой, несмотря ни на что» – эти слова вызывали приятную дрожь по всему телу. С губ срывались нетерпеливые вздохи, движения ускорились. Наконец по телу прошла приятная судорога, а с уст сорвался еле слышный стон. Голова откинулась на подушку. Определённо, нужно признаться, а дальше будь, что будет.