Обмануть смерть.

      Обследование места происшествия заняло очень много времени. Хотя искать было нечего – пожар уничтожил все, что можно и нельзя. И некогда красивая алая дорогая спортивная машина премиум класса сейчас выглядела реквизитом к фильму-катастрофе. Что было недалеко от истины. После погромов и пожаров казалось, весь Питер стал огромной съемочной площадкой, где снимают фильм-катастрофу. Или ужастик. К майору Грому подошел судмедэксперт. - Останков человеческого тела не обнаружено. Игорь кивнул. Хотя подумал – значит, Кириллу удалось спастись. И как можно спастись из этого пекла, этого огненного ада? Машина сгорает полностью за пять, максимум десять минут. Если не успел открыть двери и вылететь наружу – все, тебя будут опознавать по зубным коронкам. «Неужели успел?» - вертелось в голове, мешало думать. Отвлекало от осмотра места происшествия. Хотелось бежать, ехать… хоть лететь, но найти этого белобрысого бестолкового мальчишку. Когда пришлось ехать туда, где от рук Чумного Доктора загорелась красная ламборгини с примечательным номером, Игорю казалось, что на ноги надели пудовые гири. Каждый шаг давался с трудом. Это заметил даже Дима. - Может, не поедешь? – спросил он тихо. Гром в ответ лишь покачал головой. Кирилл умер – и лучше быть морально готовым у тому, что увидишь.       Дима Дубин знал, что Игорь и Кирилл знакомы, что Гром всегда вытаскивает Киру из разных паршивых ситуаций, порой используя служебное положение. Знал и то, что Гречкина отпустили из зала суда, из-за недостатка улик дело было закрыто. А вот маньяк в костюме и маске решил очистить город от таких, как Гречкин. От тех, кто за деньги может творить что угодно. И, надо сказать, Доктору это удалось. Вот только сгоревшего тела в машине нет. Судебная экспертиза – штука точная, и раз специалист говорит, что нет, значит, так оно и есть. «Не тешь себя пустой надеждой, - мысленно говорил себе майор, - даже если тела не было в машине, это не значит, что Гречкин жив».

***

      Домой удалось вернуться лишь через сутки. И первый, кого увидел Игорь, был… разумеется, Кирилл. Он вышел откуда-то из темноты закутка старинной парадной питерского дома. У Игоря с души свалился не просто камень, а огромная глыба. Вроде постамента для Медного Всадника. Гречкин шел, будто не видя ничего и никого, еле передвигал ноги. Руки и лицо в мелких ожогах и порезах. На губе запеклась корка, уже содранная не раз, и сейчас из нее текла сукровица. Все это Игорь Гром заметил, подхватывая мальчишку на руки. Кир был абсолютно без сил. - Я тебя ждал, - еле слышно прошептал он, повисая на майоре. - Я знаю, - ответил тот. Дома он усадил Кирилла на диван, думая, что сделать сперва: обработать раны, искупать, накормить или просто оставить в покое и дать отдохнуть. Выбрал последнее – от еды и ванны Гречкин отказался. - Ты где пропадал? – все же спросил он, смазывая ожоги и ссадины. - Много где. Прятался… Пускай думают, что меня нет. - Да, Кир. Поживешь у меня. Пока на улицу не высовывайся, ладно? - Ага. На большее его не хватило. Игорь уложил мальчишку на диван, укрыл пледом. Подумал, что хорошо б помочь ему вымыться и сменить одежду – эта вся пропахла гарью. Но решил не торопить события. И пошел мыться сам. Дело было сделано, Чумной Доктор пойман. А остальное - подождет.       Так прошло несколько дней. Кирилл казался «замороженным». То ли не отошел от шока до сих пор, то ли события последних дней, в том числе и убийство человека, пускай и по неосторожности, так повлияли на него. Но он все время молчал. Почти не ел – Игорь буквально заставляя его выпить чашку чаю с молоком. И съесть кусочек хлеба из тостера. И мало спал, хотя постоянно лежал. Отвернувшись к стене, и односложно отвечая на вопросы. «Чем опасны желания – так это тем, что они сбываются, но не так, как хотелось бы», - горько подумал Игорь, гладя белобрысые волосы Кирилла. Когда-то, совсем недавно Кир задалбывал его бесконечной болтовней, не самой умной. Приходил в отдел, где его звали «громовским мальчиком» и порой ехидно спрашивали майора, не таскается ли он со своим молодым любовником по ночным клубам. Тогда Гром мечтал, чтобы Кир отстал от него и стал поспокойнее. Сбылась мечта – стал. Вот только какой ценой? - Киря, - осторожно позвал он, - тебе чего-нибудь хочется? - Нет, не надо, - ответил тот. Кир говорил так тихо, что приходилось напрягать слух, чтобы разобрать слова. Гром хотел встряхнуть мальчишку, уговорить его цепляться за жизнь. И уже «разморозиться». Но та часть мозга, которая отвечала за «думай, думай», подсказывала, что еще рано. Еще не зажила разодранная душа.       Дима и Юля пришли в квартиру Грома. Дима притащил привет от Федора Ивановича и пирог, испеченный Еленой. Кирилл на гостей никак не отреагировал. Вяло поздоровался и улегся лицом к стене. И все трое сидели на кухне, чтобы не тревожить Гречкина, порой поглядывая в сторону комнаты. - Может, с врачами посоветоваться? – спросил Дима. - И что? В больницу его, как Разумовского? Еще хуже будет. В комнате работал телевизор. Игорь, думая, что посидят за столом все вчетвером, включил его, да так и не выключил. Передавали новости. Ведущая бесстрастно рассказывала о том, что под маской Чумного Доктора скрывался миллиардер, филантроп и создатель социальной сети «Vmeste», Сергей Разумовский. И вошедший, точнее, вбежавший в комнату Игорь, увидел, что Кирилл забился в угол дивана. В янтарно-зеленых глазах плескалась паника. Кир беспомощно смотрел на экран телевизора, где показывали связанного Сергея Разумовского. - Так это он… Чумной Доктор. Он сошел с ума, так? Наверное, я тоже… как и он. Игорь бросился к Кириллу, попутно выключая телек, прижал его к себе. - Ты в порядке. Все хорошо, малыш. И тогда Кирилл заплакал – тихо, без всхлипываний. Лишь слезы текли из глаз. Он даже не вытирал их рукой, только отворачивался. - Мы пока тут покурим, - в комнату заглянул Дима, - можно? Игорь лишь кивнул, не переставая успокаивать Кирилла. Слезы текли и текли. «Это хорошо, - думал Гром, - это просто отлично. Нарыв вскрылся, скоро очистится. Все наладится». - Это он… я помню, глаза светились таким… огненным, - бормотал Кирилл сквозь слезы. - Больше тебя он не сможет обидеть. Никто не причинит тебе вреда, мой хороший. Я буду с тобой. Кир вскинул мокрые глаза. На ресницах блестели капли. - А... зачем я тебе такой? - Просто потому что ты - это ты. Ты даже смерть ухитрился обмануть. И живи долго-долго. Хорошо? Кирилл прерывисто вздохнул, как выдыхают дети после долгого плача: - Хорошо. Рядом с тобой.