Но я боюсь, что это не сон, и тебя поглотит его тьма.

Таббо услышал громкий скрип открывающейся и закрывающейся входной двери и шаги по деревянному полу. Дверь спальни приоткрылась, и Ранбу стоял в дверном проеме, его пиджак отсутствовал, а его майка была наполовину расстегнута, случайно свисавшая с плеч. На его коже прилипла грязь, а волосы были взъерошены вплетенными в них палками. Болезненные красные ожоги пробежали по обеим его рукам, которые блестели до крови. Таббо вздрогнул, когда увидел их. — Здоровяк, что случилось с твоими руками? Они все испорчены, — возмущенно фыркнул Таббо, хватая Ранбу за руки и поворачивая их, чтобы исследовать ожоги, доходившие до его локтей. Ранбу фыркнул, его взгляд ни разу не оторвался от земли. Клочок меха на конце его хвоста касался земли. Он ничего не сказал, из глубины его горла вырвались тихие трели. — Сядь, я принесу аптечку, а потом ты расскажешь мне, что случилось, — Таббо подтолкнул Ранбу к кровати. Ранбу согласился, садясь на край кровати. Он склонил голову набок и смотрел, как уходит Туббо. Когда Таббо вернулся, Ранбу был в том же самом месте, где он оставил его. Все в том, как он сидел, было неправильным, он сидел прямо, его голова была наклонена к полу, в отличие от того, как Ранбу обычно сутулился, насколько мог, чтобы стать меньше. Даже когда он сидел, он все еще был на добрых несколько дюймов выше головы Таббо. Его хвост, который обычно лениво двигался, когда Ранбу был доволен, был неподвижен. Иногда у него подергивались уши или он наклонял голову в другую сторону. Он позволил Таббо взять свои руки и нанести мазь на сильные ожоги на его коже. — Как это случилось? — спросил Таббо, глядя вверх. Это случилось в то же самое время, когда Ранбу поднял голову. Это было похоже на то, как если бы Таббо взглянул в глаза, щелкнул выключатель. Он увидел светящиеся пурпурные глаза, взмах его хвоста и то, как его уши прижались к голове. Конечно, Таббо привык к тому, каким был Ранбу, как его хвост быстро метался взад и вперед, когда он был расстроен или зол, как его уши дергались при малейшем звуке или прижимались к его голове, когда он был взволнован. Он привык к тому, что Ранбу мог расшатывать челюсть, что он часто делал во время еды, и Таббо это не выглядело странным, как поначалу. Как Ранбу сгибал руки, потирая подушечки пальцев там, где были когти. Таббо привык к тонкости, которую проявлял Ранбу, когда он был зол, к напряжению в его плечах, к легкому расшатыванию челюсти и к взмаху хвоста. Все было нормально. Таббо не привык к этому внешнему виду, низкому рычанию, исходящему от Ранбу, или к тому, как он скалил зубы, как дикий зверь. Он определенно не привык к тому гневу, который был направлен на него. Прежде чем он успел среагировать, его горло сжала когтистая рука, Таббо ударили о стену с такой силой, что ему потребовалась секунда, чтобы избавиться от головокружения в глазах. — Ранбу, что такое? — Туббо почти крикнул напряженным голосом. Ранбу зарычал, частицы слетали с его тела. Хватка сжалась вокруг его горла, его острые когти впились в кожу, заставляя кровь течь по горлу. Таббо вздрогнул, потянув Ранбу за руку, пытаясь заставить его отпустить. — Что ты делаешь? — Таббо вскрикнул, он почувствовал, как жар приливает к его щекам, и задохнулся, дыхание входило и выходило из его легких более короткими порывами. Ранбу не отреагировал, ничего не сказал и не отпустил. Во всяком случае, он держал крепко. Таббо подняли на несколько дюймов над землей, его спина царапалась о твердую стену, и он задавался вопросом, всегда ли Ранбу был таким сильным. — Конечно, был, — подумал Туббо. Он знал это. — Ранбу, мой друг, — попытался Таббо, впиваясь пальцами в сырые ожоги на руках Ранбу, мазь делала его пальцы скользкими. У него даже не было времени перевязать их, как Ранбу набросился. Его голова начинала расплываться. — Отпусти! — Туббо кричал, хрипя, его грудь болезненно сжималась. Ранбу зарычал громче, он наклонился ближе к лицу Таббо, его глаза были пронзительно-фиолетовыми, которых Таббо никогда раньше не видел, его челюсть почти полностью расслабилась. Но, несмотря на свечение позади них, они были стеклянными и бесчувственными. Не зная, что делать, и чувствуя, как бессознательное состояние приближается, он задыхался, его ноги бесполезно раскачивались в воздухе. Он свернулся калачиком и сильно пнул ногой, ударившись копытом Ранбу о живот. Эндермен резко вздрогнул и зарычал, его хватка ослабла, и Таббо упал на пол, отскакивая прочь и ощупывая свое горло, теряя боль. Он всхлипывал, его руки дрожали. Ранбу шагнул к нему, все еще рыча и шипя, его хвост метался взад и вперед. Туббо поднялся на ноги и выбежал из комнаты. Хлопнув за собой дверью. Он все еще мог слышать рычание Ранбу, звук звенящего в его ушах. Он сделал единственное, что он мог придумать в этой ситуации, он побежал на чердак, схватив Майкла на руки, и спрятал их обоих в шкафу для белья возле кухни. Все, что он видел о Ранбу, он никогда не боялся гибрида эндермена. После того, как они знали друг друга и Ранбу совершил несколько странных вещей, Таббо только усмехнулся и похлопал Ранбу по руке, помогая ему выпрямиться. Никогда раньше Таббо не боялся Ранбу, кроме этого момента. Туббо был в ужасе. Майкл бормотал бессвязно, в его тоне были очевидны вопросы, он протянул руку, его маленькие пухлые пальцы коснулись формирующегося синяка на шее Таббо. Туббо только шикнул, прижимая мальчика к груди. Он не мог навредить Ранбу, не больше, чем он уже сделал, впившись руками в ожоги и ударив его ногой в живот. Так что Таббо просто надеялся, чтобы Ранбу не подумал, что он прячется, и просто уйдет или сделает что-то, что не связано с поиском и задушением Таббо. Майкл извивался в его хватке, он не понимал, что происходит. Почему он волновался. Туббо не ответил на его вопросы, а просто держал его там, уткнувшись лицом в волосы на голове. Из коридора доносилось рычание, и Таббо услышал тяжелые шаги. Сапоги Ранбу волочили по деревянному полу. Он остановился у двери в шкаф для белья, и Таббо затаил дыхание. Шаги вернулись. Он услышал, как открылась и закрылась входная дверь. Прошло много времени, прежде чем Туббо вздохнул с облегчением. Но он развернулся и вышел, все еще крепко обнимая Майкла. Майкл торопливо заговорил, похлопывая Таббо по лицу, тревога скривила его черты. — Все в порядке, Майкл, не волнуйся, только что немного поссорился с некоторыми людьми, — Таббо прижался лбом к Майклу, и Майкл игриво потянул Таббо за рог. Таббо опустил Майкла на землю и схватил его за руку. Он проверил переднее окно, он мог видеть следы на снегу, откуда Ранбу приходил и уходил. Он запер дверь и убедился, что остальные окна закрыты, закрыл все жалюзи и потушил свет. Все, кроме освещения в ванной, где Майкл присоединился к нему, перевязав кровоточащие раны на шее и залечив синяк, который постепенно становился темнее. Майкл потрясенно взвизгнул, когда увидел это, и протянул Таббо пакет со льдом, нетерпеливо подталкивая его, пока Таббо не взял его. — Спасибо, Майкл, — сказал Таббо, похлопывая Майкла по голове. Майкл фыркнул и уткнулся лицом в ногу Таббо. Таббо всхлипнул и потер глаза, ледяной пакет прижался к его горлу, заставив его вздрогнуть. Ранбу вернулся почти два часа спустя, солнце начинало садиться, а Таббо лежал на диване под одеялом. Неуверенно читая книгу Майклу, чтобы тот заснул. Его руки не переставали дрожать, и он обернул шею шарфом, чтобы обеспечить какое-то удобство, чтобы ему не приходилось видеть повязки или синяки всякий раз, когда он проходил мимо отражающей поверхности. Туббо чуть не выпрыгнул из кожи, когда услышал покачивание дверной ручки и тихое бормотание. Майкл фыркнул, проснувшись от полусна. Он посмотрел мимо Таббо. Таббо протянул руку, не давая Майклу приблизиться. Сердце Таббо сильно забилось в груди. — Таббо? — позвал Ранбу, когда он, наконец, вставил ключ в замок и сумел отпереть дверь. Туббо забыл, что у него есть ключ. — Таббо? — снова спросил Ранбу, снимая обувь возле двери и снимая пальто. Его рубашка все еще была в грязи, а на лбу появилась тревожная складка. — Почему не горит весь свет? Туббо быстро встал, одеяло упало на пол, он надеялся, что его беспокойство не слишком заметно на его лице. Майкл радостно взвизгнул, но Таббо держал его за спиной, яростно улыбаясь Ранбу. — Просто хотел расслабиться, ты знаешь… — Туббо посмотрел на все лицо, ища хоть какие-то признаки того, что он собирался признать то, что произошло. Немного вины? Все еще гнев или волнение? Он осмотрел руки Ранбу, его когти больше не высовывались, а хвост слегка шевелился. Ранбу не подходил ближе, он оставался у входа в гостиную. Ранбу кивнул и улыбнулся: — Конечно! У меня есть грибы, — небрежно сказал он, подняв пучок грибов, который у него был, как будто это была единственная причина, по которой он ушел. Таббо безмолвно кивнул, Майкл все еще корчился за его спиной, желая поздороваться с другим. — Я могу начать ужинать, если вы хотите продолжить отдых. Я не против, — пожал плечами Ранбу и смахнул грязь со своего воротника. — Если хочешь… — если в голосе Таббо была дрожь, Ранбу не заметил. Он не заметил, как Таббо, казалось, ставил себя между Ранбу и Майклом, как его глаза метались взад и вперед. Ранбу не заметил, как Таббо позволил ему готовить без жалоб. Таббо прошептал Майклу и вернул его на чердак, прижав поцелуй ко лбу, сказав, что он придет за ним, когда будет готов обед. Шепнув себе под нос и сделав еще один глубокий вдох, пробежавшись пальцами по шарфу, он вернулся вниз, робко усевшись на табурет у стойки. — Таббо, почему бы тебе не снять это? Здесь как в сауне, — сказал Ранбу с легким смехом, его хвост метался взад и вперед, пока он помешивал суп. Туббо сел за стойку, он потянулся пальцами к толстому шарфу, обмотанному вокруг шеи. — Здесь даже не так жарко… — медленно произнес Таббо, заставляя смеяться, — я думаю, ты просто драматичен. — Ну, конечно, недостаточно жарко, чтобы носить шарф, — сказал Ранбу, глядя через плечо и приподняв бровь, — у тебя лихорадка? Он сделал шаг к Таббо, протянул руку и прижался ко лбу более низкого мальчика. Туббо отпрянул, оборонительно подняв руки вверх. Он был врезан в стену, когтистая рука сжала его горло, и человек перед ним издал низкое рычание. — Не беспокойся обо мне, большой человек, я в порядке, — быстро сказал Таббо, резко вдыхая. Глаза Ранбу расширились. — Нет, да, конечно, извини, — слабо улыбнулся Ранбу, снова повернувшись к горшку на плите. Туббо сел на край стула, глядя на дверь. Хвост Ранбу качнулся взад и вперед медленнее, чем раньше, затем остановился и остановился, коснувшись кончиком земли. — Я просто собирался выйти на улицу, должен убедиться, что у Глупца все в порядке, — Туббо сжал руки в кулаки, — вот и все. — Ты что-нибудь об этом говорил раньше? — Ранбу медленно покачал головой, — прости, должно быть, я ускользнул из головы, я не должен был начинать ужин так рано. Ты вернешься вовремя? — Я думаю, Томми тоже просил меня прийти и помочь ему с чем-то… — Туббо запнулся сквозь его слова, — я, наверное, не вернусь, но ты можешь приберечь немного для меня, я съем его, когда я вернусь домой. Уши Ранбу опустились — его уши были прижаты к голове — но он кивнул: — Ладно. Я оставлю это в холодильнике. — Спасибо, — Туббо быстро встал, чуть не опрокинув стул рядом с собой, — я должен идти, не хочу заставлять Глупца ждать. Ранбу кивнул, слабо помахав рукой. Он выдавил улыбку, и Туббо заставил одного ответить. Таббо вздрогнул, когда он наполовину выбежал из каюты, стягивая пальто с вешалки и пытаясь застегнуть молнию, прежде чем отправиться в путь. Не зная, куда он идет, просто зная, что это где-то за пределами Сночестера. Ранбу не знал, Ранбу не узнает, он не мог узнать. На мгновение он забыл о Майкле, о том, что мальчик все еще был в своей комнате, пока Ранбу готовил ужин. Его переполняла потребность просто выбраться наружу, потому что он не переставал думать об этом. Он наполовину шел, наполовину бежал по главной дороге, пытаясь уйти как можно дальше. Его подняли на несколько дюймов над землей, рука сжала его горло, когти впились в кожу. Таббо вздрогнул и схватился за руку, державшую его, его просьбы не оставались глухими. Таббо всхлипнул, его уши нервно подергивались, он прятался под деревом возле кратера того, что осталось от Лманберга. Его пальто, в котором больше не было необходимости, заставляло пот катиться по коже. Он снял его и бросил на траву рядом с собой, затянув шарф вокруг шеи. Он провел рукой по колючей шерсти. Он свернулся клубочком, позволяя своей грусти течь свободно. У него болела шея, колотые раны болели. Он выл, не обращая внимания на толпу, которая могла его услышать. Его сердце колотилось в груди, и он чувствовал, насколько быстро оно будет это делать. Низкое первобытное рычание около его лица и ярко-лиловое сияние его глаз. В конце концов, ему придется вернуться, он должен будет убедиться, что Майкл в безопасности. Но в данный момент он не мог пошевелиться. Не мог даже думать о возвращении туда, где Ранбу все еще готовил ужин. Его грудь сжалась от страха, он трясся и дрожал от леденящего ветра, все его тело болело. Он думал, что Ранбу уничтожит его. И в тот момент Туббо был уверен, что сможет.