Отпечатки забытых чувств

Катя кое-как удержала меня, а я сделала вид, что подвернула ногу. Настя конечно сразу все поняла, как и Лаура, которая всем своим видом показывала, что все так и должно было быть. Это ещё больше меня раздражало. -Прошу меня простить, но мне уже пора — заговорила директриса. -Анастасия Юрьевна, а вы не могли бы и меня подвести? — быстро сообразила я. Мне очень нужен этот разговор, ведь она точно знала про Лондон. -Ну хорошо… — замешкалась она, смотря на Лауру, будто ждала её одобрения, но той кажется было все равно. Я кинула последний взгляд на Лукину, а потом на Катю, которая и без слов меня прекрасно понимала. Я вышла из ресторана следом за Настей, и мы сели в машину. -Скажите, вы же знали про это? — сказала я, как только загудел мотор. -К сожалению, да. -И давно? -Сразу после её дня рождения. Тебя тогда не было в школе, мы ругались в моем кабинете. Думаю слышали нас все. Она пришла сразу с заявлением, сказала, чтоб я даже не начинала её отговаривать. Я попыталась, но до неё как всегда не достучаться. -И в эти лондонские планы я конечно же не вхожу. Зачем тогда все это? — с криком спросила я. -Я же верила ей. Верила, что у нас все будет хорошо. Зачем она так со мной? -Я не знаю. Многим её поступкам просто нет объяснения. Ну с другой стороны это Англия. Совершенно другая страна, с другими перспективами. Мечта. -Чья мечта? Той несчастной девушки, которую так отчаянно любит Лаура. -Мертвой девушки, ты же прекрасно знаешь. -Но Лаура продолжает её любить. Мне иногда кажется, что мы живём втроем. Зачем я ей нужна? — у меня начилась истерика. -Поверь, она любит тебя. Я сразу это поняла, все было понятно по её взгляду, её поступкам. Но она чувствует вину перед Анной… -Всё, хватит! Я больше не хочу это слушать. Остановите машину — крикнула я и Анастасия сразу же выполнила мою просьбу. Я вышла. В лицо, мокрое от слез, подул ветер и моментально стало холодно. Я продолжала реветь, сидя на обочине, не понимая, что дальше делать и куда теперь идти. Телефон разрывался от звонков Кати, потом подключился Саша. Я конечно же не поднимала трубку. Немного успокоившись, я поднялась с холодного асфальта и побрела домой. К себе домой. Лаура одной своей фразой, отбила желания видеть её. Да и сейчас вряд ли у нас состоится конструктивный диалог. Когда я зашла в квартиру, время перевалило уже за полночь и мама уже вовсю спала. Кати я написала смс, что все в порядке и я дома. Совсем обессиленная я упала на кровать и провалилась в сон. Проснулась я уже после обеда, с ужасной головной болью, опухшим лицом и кучей звонков и сообщений от Лауры. Мамы, к моему счастью, дома не оказалось. Я быстро приняла душ, отыскала в комнате остатки косметики, привела себя в порядок и отправилась на серьёзный разговор. В сердце затаилась тревога, я не представляла, как Лукина будет сейчас оправдывать, и будет ли вообще. Эта женщина была абсолютно непредсказуемой и я не знала, чего от неё ожидать. Дошла я стремительно быстро, а вот поднималась по лестнице очень и очень долго, но разговора в любом случае не избежать. Лаура быстро открыла дверь. Лицо её было уставшее, и выражало страх. Мы в полной тишине зашли на кухню. -Так и будешь молчать? Ночью пишешь, что хочешь поговорить, а теперь… — начала я. -Ночью было так много мыслей, а теперь я и не знаю что сказать. -Правду, довольно лжи — произнесла я, осознав, что она же мне по сути и не врала, просто не договаривала. -Я должна была тебе сказать это лично, наедине, ещё две недели назад, но я не нашла подходящих слов. Я много раз представляла себе этот разговор, и каждый раз я видела, как разбивала тебе сердце. Я просто не смогла… -Ты разбила его. И не раз. Как легко все-таки просто сбежать, и объясняться ни с кем не надо, да, Лаура Альбертована? — нагло улыбаясь, спрашивала я. -Не надо, прошу тебя… -И в этот раз ты бы тоже просто сбежала? Скажи, я что не заслуживаю правды? -Заслуживаешь. Ты заслуживаешь всего самого лучшего, то чего я не могу тебе дать. -Тебе со мной плохо? — уже сквозь слезы произнесла я. -Я же люблю тебя. Сначала ты тысячу раз отвергаешь меня, с чем я пытаюсь смириться, а потом наконец даёшь какую-то надежду, что все может быть иначе. И я верю тебе, привязываюсь, а потом узнаю, что ты вновь меня бросаешь. Лучше бы ты тогда меня выгнала — выпалила я. -Я ведь и сама поверила, что может быть у нас все получится. Но я, наверное, ошиблась. Прости. -Скажи, я для тебя ничего не значу? Почему ты не зовёшь меня с собой? Ты же знаешь, что я бы за тобой хоть на край света — говорила я, наконец взяв её за руки, такие тёплые, родные. -Потому что, я не могу тебе там ничего предложить. У меня нет ни квартиры, ни денег, мне предложили там только хорошую работу и все. А тебе учится надо, у тебя ещё все впереди — успокаивала она меня, поглаживая мои руки, но услышав это я одернула. -Если все, то я пойду. Надо как никак готовится к экзаменам, нет времени на любовные драмы — сказала я, вытерла остатки слез с щёк. Резко поднялась со стула и направилась в спальню. Пока я собирала свои вещи, захлебываясь новой порцией слез, она все так же продолжала сидеть на кухне. Так даже лучше. Когда все вещи были собраны, в огромный чемодан и маленькую спортивную сумку, я вышла в коридор. Она наконец поднялась, чтоб проводить меня. Я долго смотрела в её бездонные глаза, пытаясь найти в ней хотя бы малейшую надежду. -Иди, не мучай меня — прошептала она и я прикусив губу, открыла дверь и вылетела в подъезд. А там снова истерика. Я пнула этот злосчастный чемодан, и потом уже от ужасной боли в ноге заливалась слезами. Неожиданно, как из-под земли появились Катя с Сашей, и вытащили меня наружу. Я не могла успокоиться всю дорогу, ревя на коленях подруги, пока Саша спокойно вёл машину. Мы приехали в мою квартиру, где нас встретила перепуганная до смерти мама. Катя просила не задавать сейчас вопросы, и что я расскажу сама все, если захочу. А дальше я ничего не помню, все как в тумане. Пришла в себя я спустя два дня, почти ничего не помня, кроме периодически меняющихся лиц вокруг меня. Медленно поднялась с кровати, огляделась и пошла на кухню, от ужасного урчания в животе. Зайдя в кухню, мне в глаза резко ударил солнечный свет. Увидя мою гримасу, мама сразу же задвинула шторы. После чего я села за стол. -Как ты? — обеспокоенно спросила мама. -Я так перепугалась за тебя. Ребята молчат, как партизаны. Саша импульсивно реагировал, даже кричал: «Как она могла, как она могла». -А вот так — безэмоционально сказала я. -Ну кто она? Что она такого сотворила с тобой? -Лаура Альбертовна Лукина — произнесла я, посмотрев на мать. -Не поняла? -Да мам, все это время я жила с женщиной, в два раза старше меня. -И как я по твоему должна на это реагировать? Для меня это нонсенс. Ты же понимаешь, что это не совсем нормально? Она моя ровестница! — не унималась мать. -Я была не против этой твоей любви к женскому полу, но я думала ты строишь отношения со своими ровесницами. А она, как она могла. У меня в голове не укладывается. Ты же совсем ребёнок. -Я всегда знала, что я ненормальная — истерично ответила я. -Я хочу посмотреть этой твари в глаза. Нет! Я до директора вашего пойду, а если надо и полицию подключу. Это же совращение малолетних! -Давно надо понять, что я уже не маленькая девочка и мне уже есть восемнадцать. Ну к тому же что изменится? Она в школе больше не работает. Так что испортишь жизнь ты только мне. Вот стану я знаменитой, актрисой, режиссёром или еще кем-то, неважно, а у меня такой отпечаток в биографии. Ты этого хочешь? Понимаешь, мы расстались! Кинула она меня. Променяла на свой Лондон. Мама ничего не ответила, просто вышла из комнаты, а я так и осталась сидеть и размышлять. Прошло ещё некоторое время. Я сдала экзамены, но довольно плохо и суммы баллов мне вряд ли хватало на престижный вуз. Лауру я больше не видела, сопровождать нас на экзаменах ей категорически запретили. С мамой мы особо не ладили. Она заболела ангиной, то ли это все ледяное мороженое, которым она заедала волнение, то ли банальная инфекция. Я старалась убегать из дома к Кате, чтобы избегать общение с матерью. А потом подошёл день выпускного. Опять все заново: танцы, стихи, так ещё и зачем-то потащили на городскую площадь, в самую жару. Над платьем, макияжем и прочей ерундой я не заморачивалась, так как больше я была зациклена на Лауре. Смотреть на неё было невыносимо. По моему состоянию было видно, что мне плохо, я страдаю от разрыва, а она ничего, как-то держалась. Вечером мы вместе с одноклассниками и родителями уехали отмечать на базу отдыха, на два дня. Мама лежала дома, чему я была рада, хоть так и нельзя говорить. Одной проблемой меньше — не будет драки двух взрослых женщин, из-за одной маленькой девчонки. Катя взяла с собой зачем-то парня, как и многие другие одноклассники своих партнёров. И черт возьми, я так хотела провести этот день с Лаурой, просто невыносимое желание, но та меня все время избегала. К концу вечера я ужасно накидалась и допивала вторую бутылку шампанского одна в беседке. Все уже зашли в дом, а мне ничего не хотелось. Моё сознание давно уже было спутано, и я не отдавала отчёт своим действиям, и написала Лауре: «Я ужасно хочу тебя видеть, приходи в беседку возле пруда». Прошло буквально около десяти минут, а терпение моё было на исходе, но неожиданно в беседку нагрянул Денис. -Чего одна? — спросил он садясь прям на стол, отчего я немножко охринела. -Ты ничего не перепутал? — кое-как произнесла я. -Да че все свои — усмехнулся он. -Одиннадцать лет как никак проучились. Покурим? -Ну это ж не сигареты? -С сюрпризом чуток. -Да нет, я пожалуй дальше продолжу пить. -Вот всегда хотел поговорить с тобой на этот счёт. Ну про ваши отношения с Лауркой. -Нет у нас с ней никаких отношений — соврала я. -Совсем обкурился — добавила я, размышляя кто же ему мог проболтаться. -Да че я слепой что ли, может кто-то и не замечает, а я сразу все просек. А как ты с ресторана сбежала, так это только дурак не заметил. Ну крч… Не знаю че у вас там произошло, но ты классная девка. Пьёшь, куришь, с чувством юмора, красивая, да ещё такая образованная. Как она могла тебя такую потерять? — долго говорил он, пересев ко мне на скамейку, и заглядывая мне то ли в глаза, то ли в самую душу. -Ну значит я не такая уж и хорошая — отвела взгляд я, думая о том, как бы не разреветься. -Ну че ты не плачь, я ж по факту сказал — касаясь моего плеча пробормотал он, а я зачем-то развернулась и поцеловала его. И поцелуй этот был настолько долгим, на меня он действовал, как лекарство. Денис же сказал действительно правду? В этом пьяном угаре и водовороте своих мыслей, я не заметила, как он усадил меня на стол. Начал покрывать поцелуями шею, перемещаясь на грудь. Потом резко толкнул меня, так что мои лопатки встретились с твёрдой поверхностью стола. «Пусть я завтра об этом пожалею, но сейчас мне так хорошо» — думала я, отвернув свою голову вправо, где столкнулась с каменным лицом Лауры, смотрящим за всей этой картиной.