Божественный друг.

      Это могло быть обычное утро самого обычного дня в году, где было всё абсолютно обычным. И никто и понятия не имел, как именно день начался с того, что какому-то мальчику, вдруг, в явно дурную голову, пришла неожиданно идея начать гоняться по местности, вне деревни, в поисках приключений, на и так, уже давно отпоротую жёстким отцовским ремнём, за другие происки, задницу.       И на самом-то деле, это могло и закончиться совершенно по-обычному, надо было только побыстрей вернуться домой, а не гулять между деревьев, разных цветов и дикой живности, вплоть до сверкающих на небе маленьких звёзд. И было бы, совсем неплохо, наблюдать за ними на деревенской поляне вместе с блуждающими туда-сюда коровами и гадать, что может прятаться за красивым блеклым светом, как будто «сырной луны», как любили её обзывать другие дети, но вместо этого маленький мальчик, блуждающий уже как несколько часов между старых и кривых деревьев и уже охрипшим из-за криков голосом звал на помощь. А ведь он мог бы спокойно гладить любимую кошечку дома, слушая её мирное урчание, разлёгшись на мягком кресле за книгой, но вместо этого, дрожа, прятался под низеньким деревцем, лишь бы его не заметили бредущие от дерева к дереву монстры.       Из водоёма неподалёку доносились какие-то булькающие звуки, а бродящий где-то рядом скелет стучал костями. И когда мальчик услышал глухое рычание, а после и гниющий запах зомби, тот уже хотел прощаться с жизнью, но вдруг услышал звук меча, вытащенного из ножен и быстрые шаги в сторону внезапно оживившегося мертвеца. И тут-то мальчик совсем напугался, больше вжимаясь в твёрдую бугристую кору, вспоминая, как по деревне ходили слухи о том, что совсем рядом поселилось племя разбойников, и если попасться им на глаза, то не избежать тебе смерти или, как минимум, побоев. А потому слышать, как разрывается мягкая, мёртвая плоть было до дрожи жутко и неприятно, как будто сразу после этого разбойник раздвинет тонкие, пока молодые ветви и листья, увидев маленького мальчика, дрожащего всем телом и проливающего горькие слёзы из карих глаз с каштановыми волосами, в которых запутались мелкие веточки и листочки.       Дрожа и сжавшись в мелкий комочек, натянув на голову любимый ярко-синим бомбер, мальчик ждал своей участи, слыша, как о полусгнившие кости неприятно скрипит лезвие меча. Продолжалось это совсем недолго, ещё пару ударов и послышался глухой удар тела о мягкую землю, а после минутной паузы шаги неизвестного направились прямиком в сторону дерева, где и сидел малец, и тот уже сто раз попрощался с жизнью, перестав надеяться на спасение.       Но какого же было его удивление, когда за раздвинутыми ветками показало белое, нарисованное… Маска? Минималистичный улыбающийся смайлик небрежно нарисован на белой керамике круглой формы, не закрывая только рот из всего лица. Саму маску обрамляли светлые короткие пушистые волосы, завязанные в небольшой, даже по своему милый и забавный, хвостик на затылке. По телосложению паренёк был примерно одного с кареглазым возраста, возможно старше, хотя было довольно сложно понять это в такую темень. Мальчик разглядывал «лицо» незнакомца с минуту, будто пытаясь найти в чёрных глазах-бусинках живой блеск, а маску раскрасить в яркие цвета, нарисовать там признаки жизни, такие, как шрамы, или милые веснушки, а не только серые трещины.       Паренёк, поняв, что смотрит на предполагаемое лицо слишком долго, опустил взгляд вниз, сразу зацепляясь взглядом за блестящее лезвие длинного меча. Зрачки сузились, брови поднялись домиком, лицо исказилось в испуганной гримасе, а сам мальчик хотел спрятаться, убежать куда глаза глядят, но, попятившись назад, встретил своей спиной лишь неказистую, твёрдую кору дерева.       — Ох! Прости, я не хотел тебе навредить! — Блондин сразу опустил меч на землю и замахал руками в знак того, что он сейчас безоружен и не может навредить. — Видишь! Я опустил меч и теперь уж точно тебя не убью! — Шатен вздрогнул при этих словах, а мечник, видимо, понял, что он сейчас сказал и неуверенно усмехнулся, немного отвернувшись и почесав затылок. Только вот, он не мог вынести слишком длинного молчания, почти сразу встрепенувшись и стянув с плеч небольшой рюкзак. — Хочешь есть? Или пить? У меня тут есть немного… Ты выглядишь уставшим… — Он торопливо вытащил буханку хлеба, несколько свёртков с чем-то внутри и мешочек с водой. — Ещё раз прости, что напугал… Я настолько давно не разговаривал с людьми, что растерялся, да и… Ээмм… — Это он произносил совсем тихо, нервно теребя в руках край зелёной толстовки, правда мальчик видел её же тёмно-жёлтой. — Короче, пожалуйста, съешь, а дальше я могу тебя проводить до… Туда, куда ты идёшь… — Под конец мечник замялся, но всё же неуверенно поднял голову на мальчишку, который недоверчиво оглядывал предложенную еду.       — Мои родители говорили, ничего не брать у незнакомцев. — Видимо, установки родителей сильней даже страха. Как только эти слова слетели с уст кареглаза, тот прикрыл рот руками, а глаза забегали. Правда долго неловкая пауза не продлилась, так как светловолосый внезапно рассмеялся. При чём не как обычные люди, а как-то по своему и очень запоминающееся. Мальчуган сразу сравнил этот звук, вылетавший будто сквозь тиски, с кипящим чайником, что заразительно смешно и прерывисто насвистывал, да так сильно, что шатен даже сам уже не мог сдержался и стал сдержанно хихикать.       Стерев воображаемую слезу вместе со стеснением, светловолосый мальчик горделиво расправил плечи, задрал голову вверх и, набрав в лёгкие воздуха, задорным голосом начал:       — А я уже взрослый! Просто ты — Он ткнул пальцем в нос кареглаза. — Этого понять не сможешь до определённого момента! — Парень сложил руки у себя на груди и шатен увидел гордую улыбку. — Я просто мастер в скрытии своей сущности, знаешь ли! — Блондин опустил голову. С секунду помолчав, он взял в руку свёрток, раскрыв его, и протянул мальчику напротив. — Так есть будешь, нет?       Заурчавший на пол-леса живот сказал всё за мальчишку, а тот, поддавшись соблазну, взял из рук незнакомца, как оказалось, сваренную в мундире картошку, абсолютно наплевав на правила родителей. Хотя, кто запрещает из незнакомца сделать знакомого? Этот светловолосый парнишка вроде как неплохой парень. Странный немного, правда, но это можно и потерпеть.       — А как тебя… — Он с аппетитом почти проглотил кусок немного сладковатого корнеплода. — Зовут?.. — Он продолжил есть, пристально гладя на парня в маске, севшем рядом.       — Можешь называть меня Дримом. — Сказал тот, откусывая душистый хлеб и запив его водой.       — Если что, я мечтать о тебе не собираюсь. — От этого предложения Дрим прыснул, после тихо посмеявшись. — Звучит, как ненастоящее имя… — Парнишка перевёл взгляд в сторону.       — Так оно и есть! Но обо мне мечтать необязательно, я в любой момент могу появиться в твоих снах! * — Нараспев сказал масочник, молча предлагая воду, протянув её, получив в ответ только недовольно фырканье и информативное «дурак» — А самого-то как звать?       Мальчик призадумался, а потом помотал головой, как бы откидывая ненужные мысли.       — Джордж. Просто Джордж. Видишь? Я, в отличии от некоторых, своё настоящее имя говорю, а не какую-то фиговую выдумку. — Дрим усмехнулся, стеснительно почёсывая затылок.       — Просто мне нравится, когда меня так называют. — Белобрысый проследил за тем, как Джордж, уже не обращая внимания на собеседника, хватает хлеб и почти по-зверски кусает его. — Кто там говорил про то, что родители не разрешают? — Издеваясь, усмехнулся Дрим, на что его плечо шутливо ударили локтем.       Так и прошло их знакомство, после чего Дрим провёл Джорджа до деревни и ушёл, не оставив после себя ни единой подсказки где его искать.       И так бы и закончилась эта история, если бы Джордж был бы здравомыслящим хорошим мальчиком, но вместо этого он оказался заядлым авантюристом, так что на следующую ночь он снова, в тайне от родителей, сбежал в лес, где опять бродил пару часов, пока Дрим не нашёл его, после чего накормил и всё же решил подружиться с этим мальцом. А Джордж так и продолжил отсыпаться днём и уходить к другу ночью.       Их дружба, как это ни странно, началась со страшной ноты, но в итоге переросла в многолетнюю крепкую… Дружбу?       Назвать их отношения «дружбой» очень сложно. Уже через пару месяцев они почти спали в обнимку под звёздным небом, когда рассказывали разные истории и сказки; после они обнимались где не попадя; ещё немного погодя ходили под руку по лесу, рассматривая разные растения и живность. Происходило это и в ночь, и когда Джорджу поручали что-то сделать в лесу, но самый запоминающиеся встречи всё равно происходили под сверкающими звёздами. Гуляли они подолгу, как минимум пару часов на встречу точно уходило, слишком уж им было весело. Единственное, что настораживало кареглаза, так это то, что он о Дриме ничего не знал, даже просто лицо не видел, что уж говорить о его жизни или прошлом. Шатен знал только то, что тот увлекается играми: любит создавать для них свои правила и как-то модернизировать уже существующие. После к нему присоединился и Джордж, пытаясь придумать что-то сам под покровом ночи, когда лил дождь или он не мог выйти из дома.       В итоге, через некоторое время, они стали настолько близки, что Джордж хотел даже остаться в этом лесу вместе с другом, отчаянно не хотя даже на минуту заглянуть домой, от чего его отговаривал блондин.       Шли годы, Джордж рос, стал благоразумней и уже не пытался при первой же возможности сбежать к другу, но при этом оставаясь с ним всё таким же близким. Может даже ближе, чем раньше, так как они стали целоваться при встречах и прощаниях.       Ничего такого превратного, всего лишь поцелуи в щёки или в лоб. Обычные прикосновения губ, от которых, тем не менее, сердце Джорджа трепетало. На самом деле, внутри он всегда надеялся, что Дрим промажет и случайно попадёт в губы, но то были только мечты подростка с бурлящими гормонами.       И он мог бы и согласиться, что он в молодости сделал то, что могло бы его убить, но то, к чему это привело, заставляет улыбнуться.       Сейчас, Джордж уходит из отчего дома. А всё почему? Да потому, что он уже совершеннолетний юноша, которого выгнали из дома к «своему любимому другу, раз уж ты даже дома почти не ночуешь». И теперь, с луком и железным мечом наперевес, Джордж думает:       «Что. Мне. Делать.»       Он понятия не имел где находится Дрим, а уж тем более где живёт, да и не был он уверен, что тот согласится его принять к себе даже чтобы просто перекантоваться, ибо выглядит всегда довольно занятым, хоть и беззаботным. Да и неприлично проситься к кому-то домой вот так резко. Надо подвести, поговорить на отвлечённые темы, потом объяснить ситуа…       — Привет! Я слышал, тебя выгнали из дома. Хочешь у меня пожить?       Такое резкое предложение, и появление в принципе, сбило кареглаза с толку и здорово испугало.       — Какого чёрта ты так подкрадываешься?! — Воскликнул Джордж, пытаясь привести сердцебиение в норму.       — Я же просто предложил тебе жильё. Чего тут бояться? — Шатен явно чувствовал на себе насмешливый взгляд блондина, а растянувшаяся, на видной части лица, улыбка только доказывала это.       — А… Не важно… Просто больше так не делай… — Послышался звук вскипающего чайника и Джордж, быстро сорвав у себя под ногами мухомор, кинул его прямо в маску этому наглецу, но тот успешно увернулся. — Идиот…       На это Дрим только больше растянулся в улыбке, подойдя всё ближе и ближе к кареглазу, от чего тот стал пятиться назад, врезаясь в дерево спиной. И тот уже хотел просто обогнуть его, но масочник поставил по обе стороны от головы собеседника руки, преграждая проход и максимально приблизился к поредевшему лицу шатена. Когда же более низкий попытался отвернуться, Дрим взял его лицо в одну руку и приблизил его ещё немного. И вот, когда Джордж уже чуть ли не сгорел от смущения, блондин его отпустил, вновь разразившись в весёлом смехе.       — Да ладно, тебе, помидорка! Коли хочешь ты меня заткнуть, то сделай это как-то оригинально! — Тыкнув в щёку красного уже не от смущения, а от злости, Джорджа, Дрим сел на ствол упавшего дерева, устроившись на нём, как на кровати.       И пока блондин продолжал трындеть о своём, раздражённый шатен, быстро преодолев расстояние между ними, навис над болтуном и замер, будто чего-то ожидал. Подождав пару секунд, когда Дрим всё же обратится к нему с вопросом по поводу его поведения, тот резко подался вперёд, мягко целуя друга.       Когда Джордж отстранился и в правду наступила тишина, только вот у Дрима, видимо произошло короткое замыкание. Он просто замер в одном положении, пытаясь сообразить что произошло.       — Это, конечно, не то, чтобы оригинальный способ, но хотя бы действенный… — Проговорил смущённо кареглазый, переминаясь с ноги на ногу и теребя кору дерева пальцами.       И он уж точно не ожидал, что его потянут на себя уже через секунду после этих слов, крепко держа за подбородок и притягивая ближе за волосы.       Но долго это не продолжилось, так как Дрим отстранился, как ни странно, сам и, подозвав Джорджа с собой, повёл его сквозь чащу леса, на половине пути взяв за руку. При каждом вопросе куда они шли, он только загадочно улыбался, приговаривая, что тот хочет кое-что сказать, но в другом месте.       Шли они не долго, но достаточно, чтобы шатен устал, но оно стоило того. Джордж был просто в шоке от красоты этого места. То была поляна, полная самыми разными цветами. Чистая и яркая, хотя Джордж и не мог видеть её во всей красе.       — Нравится? — Спросил мечтательно Дрим, пока его друг бережно прошёл дальше, чтобы не задеть какой-то цветок.       — Да… Ещё как… — Ответил тот, осторожно взяв в руку один бутон и понюхав его.       Тут он заметил как из-за его спины полился какой-то яркий свет, явно не исходящий от солнца над головой. Резко обернувшись, он вскликнул. Перед ним парило какое-то существо в ярко-зелёных просторных одеяниях с несколькими парами крыльев за спиной. Вместо его головы крутился разбитый в некоторых местах шар, трещины которого образовывали какой-то символ.       Джордж уже хотел закричать громогласное «Какого?!», но существо терпеливо поднесло к шару указательный палец, показывая, чтобы человек был тише.       — Ты меня не узнаёшь? — Спросил голос, так и развеивающийся громогласным эхом между деревьев.       Тот, немного подумав, неуверенно выдал «Д-дрим?» и стал ожидать ответа.       — Да, это я. А теперь скажи: таким ты меня любишь?       Да, возможно, это довольно банальная фраза в каких-то рядовых романах для девушек, где главный герой отчаянно не уверен в чувствах своей пассии, но признание от чёртового бога, который на самом деле твой давний друг, получается каким-то слишком неожиданным… Интересно, почему?       И он всё равно не мог ответить на этот вопрос в такой ситуации. Всё происходит как-то слишком резко.       Вдруг вспыхнул ослепительный свет и существо снова превратилось в обычного, уже такого привычного, Дрима.       — А так? — Спросил насмешливо недавний шестикрыл, смотря на полностью ушедшего в тот мир от страха Джорджа. — Да ладно! Я всё тот же твой любимый Дрим! Ну Бог немного, ну и что? Ничего же запретного не делаю.       — Бог?! — Ещё более шокировано воскликнул человек, падая на землю от удивления.       — Ты был обязан это знать, если хотел пожить у меня, так что мне пришлось. Так бы ты и дальше тихо обожал меня на расстоянии — последнее предложение от произнёс плаксивым голосом, утирая несуществующие слёзы. Джордж обиделся, резко поднимаясь и хватая бога за грудки.       — Ничего подобного. — Серьёзно сказал кареглаз, пронизывая чёрные точки маски строгим взглядом.       — Ещё чего удумал, коротышка. — усмехнулся в очередной раз Дрим, сразу же замолчав, почувствовав на своих губах чужие.       — Это всё ещё эффективно против тебя — победно произнёс Джордж, расстёгивая замок на ремешке от маски, которая тут же упала, показывая немного смущённое лицо, запятнанное веснушками и с блестящими зелёными глазами.       И ведь родители были правы, выгоняя Джорджа к «любимому другу» :)