Медвежонок, обнимающий помидор

Bad Liar — Anna Hamilton

Влажными от пота ладонями держать гитару было нелегко. В груди образовался сгусток напряжения, дыхание стало тяжелее. Глаза судорожно бегали по залу. Ноги подрагивали, почти вибрировали. Со сцены было видно абсолютно всех. Они смотрели прямо на неё. Кто-то выжидающе, кто-то заинтересованно, кто-то безразлично. Непривычная одежда будто связывала незримым канатом, двигаться было неудобно и трудно. Джису сглотнула скопившуюся слюну и, не видя смысла больше ждать, глубоко вздохнула в попытке расслабиться, поставив пальцы на инструмент для нужного аккорда. Почему-то стало ужасно тихо. Тишина давила, не давая успокоится. — Ну что вы как на поминках! Давайте поддержим красотку! — прокричал какой-то парень на всё кафе. Все будто очнулись, послышались поддерживающие аплодисменты, тишина отступила. Джису чувствовала влагу на носу. Маска немного щекотала лицо. Она робкими движениями поправила прикрывавший лоб и глаза пластик и пододвинула микрофон ближе. Опыт пения перед людьми был неоднократным. Только в те моменты рядом всегда был Сокджин. И людей было не так много. И все они были не профессиональными музыкантами, а простыми прохожими, которые проходили мимо лишь мазнув взглядом, а не теми кто пришёл с целью посмотреть на выступление, потягивая напитки в ожидании зрелища. Джису наткнулась взглядом на Чеён, которая улыбалась, сжав кулаки в жесте поддержки. Закусив губу, Джису начала играть. Она обожала эту песню. Её она пела дома в Штилкейте, в парке, перед сном, в душе. Везде. Ей даже иногда казалось, будто эта песня создана для неё. Что только Джису может передать истинный её смысл и только эта песня могла быть красиво исполнена из её уст. Сначала голос был довольно тихим, но ,благодаря предварительной распевке, дальше дело пошло легче и привычная волна успокоения от пения прошлась по телу. Джису прикрыла глаза. «Просто представь, что никого нет в этом мире, кроме тебя и твоей песни. Наслаждайся от всего сердца и не давай каким-то незнакомцам прервать удовольствие» — всплыло лицо и голос Сокджина, благодаря которым рассеивался страх. Собственный голос слышался из колонок, идеально совпадая и гармонично сплетаясь с мелодией гитары. Улыбка появилась на лице, когда Джису снова осмотрела зрителей. Она была уверена — им нравится. По крайней мере, многим. Чеён готова была аплодировать, не дожидаясь конца первого куплета, еле удерживая себя на стуле и что-то говоря Чимину. Лалиса, Чонгук и… конечно же, Тэхён сидели за одним столиком. Их взгляды Джису никак не могла интерпретировать в какую-то эмоцию, поэтому просто не смотрела на них. Тревожность пропала, а скованность сменилась уверенностью. Голос стал громче и чётче. Любимая часть, где нужно взять высокую ноту, вовсе далась без проблем. Джису в последний раз оглядела присутствующих, чтобы запомнить этот момент в мельчайших деталях. Свой первый выход на сцену. После последнего спетого слова и завершающего аккорда сначала слышно было лишь колотящееся сердце и стучащую в висках кровь. Миллисекунда тишины заставила поднять глаза от микрофона на публику. Кафе залилось овациями. Конечно, они не были столь громкими, как для выступавших до этого и, кажется, половина, если не больше, шума исходила от Чеён, которая всё же встала со своего места, яростно хлопая. Но для Джису это было сравнимо с фейерверками и хлопушками конфетти, дарящими испуг и восторг одновременно. Она отошла от микрофона и поклонилась перед залом. Уголки губ не собирались опускаться. Ещё раз быстро поклонившись, от чего волосы слегка коснулись пола, она, продолжая смотреть на зрителей, поплелась к выходу со сцены. — Прекрасное выступление, — Джису обернулась на голос соседки, которая обращалась не к ней, а к остальным в микрофон. — Можно ли нам увидеть лицо обладательницы такого таланта? — Дженни коснулась спины Джису, возвращая ту в центр и продолжая говорить со зрителями. Паника хлестнула по лицу. Страх быть раскрытой заткнул рот своей костлявой рукой. Джису лишь судорожно замотала головой, чем вызывала улыбку на лицах некоторых зрителей. Теперь страх стыда закрался Джису в голову, цепляясь когтями, от чего чувствовалось давление на мозг. — Какая скромница, — засмеялась Дженни. — А имя можно нам услышать? — произнесла она тише и загадочнее, хотя её слышали абсолютно все. — Я… — тихо пробормотала Джису, в попытке спастись взглянув на Чеён. Давление в голове увеличивалось. — Давайте не будем никого смущать, — Пак, успевшая обратно сесть, снова поднялась с места с таким лицом, будто готовилась к бою. Джису заметила, как Дженни закатила глаза. — Мы просто хотим узнать имя загадочной гостьи, возможно, нашей будущей сокурсницы, Розэ, — ответила она, холодно взглянув на блондинку. Безысходность почему-то настолько сковала сознание, что Джису уже готова была трусливо сбежать, воспользовавшись тем, что Дженни отвлеклась. Но это был чересчур отчаянный шаг. Джису выпрямилась и, выхватив микрофон из рук Дженни, произнесла чуть высоким голосом, молясь, чтобы та её не узнала: — Можете звать меня Хлоя. Закончив фразу, она сунула микрофон обратно в руки Дженни и быстрым шагом направилась к выходу, путь куда был прерван любопытной ведущей. Она очень надеялась, что это не выглядело как бегство, хотя, на самом деле, было всё равно, лишь бы уйти, пока ни у кого не нашлось ещё вопросов. За сценой Джису уже перешла на бег, прислушиваясь к глухим аплодисментам обескураженных ребят. Добежав до гримёрной, она вскрикнула от того, что наткнулась на кого-то. — Спокойно, это я, — улыбнулась Чеён, открыв дверь и заходя вместе с Джису. Как только обе оказались в небольшой комнатке, Джису со скоростью света закрыла дверь на замок. Облегченно выдохнув, она стянула с лица маску и вытерла выступившие на лице капли пота ладонью. Из груди вновь вырвался воздух, когда она оказалась стиснутой в объятиях Чеён. — Это было великолепно, онни! — Спасибо, — Джису прижалась к подруге. — Если бы не ты, у меня не было бы возможности выступить, — она отстранилась и взглянула Чеён в лицо, даря ей благодарную улыбку. — С этим не поспоришь, — усмехнулась она, пожимая плечами. — Я правда очень благодарна, — серьёзно сказала Джису, смотря прямо в глаза. — Ты чего? — смутилась Чеён. — Поверь, ты ещё не раз выступишь на этой сцене. — Надеюсь, — грустно вздохнула Джису. Они еще несколько секунд стояли, смотря друг на друга. Но, Джису, вспомнив о маме, которая ждала к ужину, посмотрела в зеркало и протараторила: — Мне нужно быстро привести себя в порядок и идти к маме. Чеён кивнула, собирая вещи Джису, которые лежали на сундуке. — Кстати, а почему Хлоя? — спросила она, подавая одежду, на что Джису лишь неоднозначно улыбнулась. Переодевшись, Джису протянула сложенные джинсовые шорты, топ нежно-жёлтого цвета и маску обратно подруге. — Ещё раз спасибо, Чеён. — Да хватит уже благодарить! — притворно разозлилась она, уперев руки в бока. Джису посмеялась, пытаясь отцепить искусственные пряди волос. Когда ей это удалось, она поспешила собрать волосы в привычный высокий хвост. — Вот и всё, — вздохнула она, — я снова стала собой, — она посмотрела на подругу, которая всё это время с интересом наблюдала. — Онни, — Чеён подошла ближе. — Ты всё ещё считаешь, что Fercreate для тебя закрыта? Джису молча опустила взгляд. — Не знаю, — отрезала она. Чеён сверлила её взглядом. Несколько секунд они молча стояли. Джису не могла взять в толк, что сейчас чувствует. Сердце до сих пор не совсем успокоилось после недавнего выхода на сцену. Аплодисменты ещё не стихли, а картина зала, заполненного зрителями, оставалась перед глазами. — Тебе наверное уже пора? — Да, — заторопилась Джису, хватая с вешалки свою сумку. Она направилась к двери, но остановилась, когда рука уже была на ручке. — А почему ты не выступала? — вдруг спросила она, обернувшись. — «Слишком много выступающих, времени для гостей не хватит» — улыбнувшись, произнесла Чеён таким тоном, что стало ясно: это было процитировано. — Так мне сказала наша идеальная Леди-Джей — Это прозвище Дженни, да? — догадалась Джису. — Как я уже сказала, онни, мне о ней известно больше. И если у тебя появится какой-нибудь секрет… — она запнулась, обдумывая дальнейшую фразу. — Лучше, не делись с ней, если хочешь, чтобы тайна продолжала оставаться тайной. Это мой тебе совет. Джису увидела в глазах подруги обиду и боль, скрытые за полуулыбкой. Она ничего не ответила, открыв дверь. — Давай сначала выйду я, — предложила Чеён так, словно не было только что печальных искр в её глазах. Она перехватила ручку, выглянула за дверь. — Никого нет. Пойдём. Направляясь к выходу из кафе, Джису не могла перестать оборачиваться в сторону сцены, где уже был другой выступающий. Будто совершившая преступление, она оглядывалась и шла на цыпочках, в чём не было абсолютно никакого смысла, ведь музыка заглушала все звуки. — Мне проводить тебя? — спросила Чеён, когда они были на улице. — Нет, не стоит. Возвращайся и повеселись. — Ты уверена? — Да, — Джису обняла подругу крепче, чем обычно. — До завтра? — улыбнулась она, заглядывая в лицо. — До завтра, — попрощалась Чеён. Она оставалась стоять на улице, пока Джису шагала в сторону сквера. Остатки особенного адреналина, который вырабатывается, она была уверена, только у тех, кто совершил ошибку, о которой не жалеет, до сих пор ощущался во всём теле. Небо было окрашено в розовый, в воздухе витал аромат знакомых, но неизвестных цветов, тёплый ветер обдувал лицо. Вцепившись в ремешок сумки и, внезапно для себя, искренне наслаждаясь такой прогулкой, Джису начала вспоминать самое большое событие за последнюю… жизнь. Можно ли считать это приключением? Воспоминания заставили губы растянуться в лёгкой улыбке. Наверное, да.

— Что ты задумала? — в очередной раз поинтересовалась Джису, наблюдая за Чеён, которая рыскала то в большом сундуке, наполненном ободками с ушками, коронами, шляпами, то в шкафу, набитом платьями и костюмами. — Ты ведь хочешь выступить сейчас? — донёсся голос Чеён откуда-то из глубины шкафа. Джису просто опустила взгляд. Она не понимала. Это было одной из самых сложных вещей для неё. Всегда. Понять, чего сама же желает. Легче было просто не думать и ждать. — Нашла! — воскликнула Чеён, радостно что-то вытянув. Её волосы растрепались, торча в разные стороны. — Что это? — подняла бровь Джису. — Маскарадная маска. — Я вижу, что это маскарадная маска. Для чего она? — Надень её. Джису взглянула на неё так, словно та сбежала из психушки. — Что? — Тебя ведь от выступления удерживает лишь то, что Дженни может рассказать всё твоей матери, верно? — разъясняла Чеён. — Допустим, — вкрадчиво бросила Джису, начиная понимать. — Ну вот и выход! — она подняла маску к свету, будто это было магический артефакт, который поможет прокормить всё человечество, не хватало лишь ангельского хора. — Думаешь, — Джису взяла маску, рассматривая чёрное изделие с золотистыми узорами, — если я её надену, Дженни меня не узнает? — дав маске закрыть лицо, она натянула резинку на затылок и вопросительно посмотрела на Чеён. Пак внимательно рассматривала каждый миллиметр, напоминая скульптора, заканчивающего свою работу. — Ещё! — она подбежала к шкафу и достала из нижней полки небольшую стопку одежды. — Нужно выбрать то, что ты обычно не носишь, — перебирая каждую вещь, Чеён выудила топик на тонких лямках цвета сливочного масла, неприемлемо короткие шорты из светлой джинсы и коричневые сандалии. — Вот, надевай! — Я не надену это! — ужаснулась Джису. — Эта одежда едва что-то прикрывает! — Хочешь, чтобы Дженни тут же всё поняла? — Может, это ни к чему, — засомневалась Джису, снова оглядывая наряд, предложенный подругой, — я поговорю с Дженни и попрошу ничего не говорить. Чеён вздохнула. — Онни. Пусть вы и живёте в одном доме, поверь, Дженни я знаю лучше тебя, — произнесла она. — Давай, ты просто наденешь это всего на три минуты, зато не будешь волноваться об этом завтра. Тем более ты так рискуешь с тем, что Дженни видела тебя на дне открытых дверей и знает, что ты работаешь здесь. Джису задумалась, не переставая глядеть на сомнительное одеяние. — Ладно, — сдалась она, хватая чёртовы шорты и топ. Чеён тут же просияла. — Тогда ты переодевайся, а я пойду тихонько запишу тебя, — уже направлялась к двери она. — Ах, да! — она повернулась к Джису и ловким движением стянула резинку с её головы. — Ты что? — изумилась Джису, касаясь уже распущенных волос. — Один штришок, — Чеён подбежала к столику с зеркалом с подсветкой и что-то вытащила из задвижки. Это оказались зелёные пряди волос на заколках. — Вот теперь тебя даже я бы не узнала, — проговорила она, прицепив искусственные волосы выше виска. Последний раз оценивающе взглянув, она повернулась и подняла чёрный чехол, который Джису увидела, едва они успели зайти в эту комнатку. — Твой партнёр на сегодня, — протянула она, сверкая глазами. — А я точно могу… — Не волнуйся, — Чеён вложила предмет в руку. — Удачи, — прошептала она, уже выйдя за дверь. Словно включив автопилот, Джису быстро переоделась и, расчёсывая волосы, распевалась. Руки слегка дрожали. Она старалась не задумываться над тем, что делает, ведь была уверена — если мозг обработает, что сейчас происходит, то она точно не решится. Она посмотрелась в зеркало, продолжая готовить связки так, как однажды показал Сокджин. Она запомнила это навсегда. Привычная тоска по другу накрыла до краёв. Рука с расчёской остановилась. Так хотелось бы, чтобы он был рядом. Сидел среди зрителей, придавая сил и уверенности. Джису закусила губу и, пошарив в сумке, достала заколку в виде стрекозы. Она была оформлена стразами и сияла при тусклом свете светодиодных ламп в гримёрной, красиво переливаясь. «Надевай её только если я тебе буду очень-очень нужен, хорошо?» — одни из последних слов лучшего друга в аэропорту Штилкейта. Джису аккуратно завела две пряди у лица назад и закрепила их стрекозой. — Думаю, теперь я готова, — прошептала она, стоя перед зеркалом и смотря на девушку с гитарой в руках. На ту, которая совсем не была на неё похожа. На девушку, которая идёт делать первый шаг навстречу своей мечте.