Татуировка Дракона

В идеальных отношениях чистая любовь и грязный секс дополняют, а не исключают друг друга.

Брайанна Рид

Pov.Оскар

Сознание было туманным, но отдельные отрывки всё же проявлялись. Его рука, скользнув по моей талии, опустилась на живот и ниже, пока пальцы не легли на резинку от трусов. От равномерного движения и давления его пальцев тело заныло. Меня пронзило желание. Опустив пальцы ниже, он остановил их прямо напротив входа. — Ты такой красивый. — Пошел к черту, — прорычала я, когда его палец наконец-то проник внутрь, прижимая меня к нему. — Скажи это. Произнеси это вслух, и я дам тебе то, что ты хочешь, — второй палец присоединился к первому. Ощущение было таким острым, что я вскрикнул. Я мотнул головой, однако тело вновь меня предало. Его голос звучал так жалобно: хотя слова были дерзкие и повелительные, но тон — умоляющий. Я закрыл глаза и попыталась собраться с мыслями, но это было невозможно. Ощущение его одежды, прижавшейся к моей обнаженной коже, звук его внезапно охрипшего голоса и его пальцы, скользившие во мне, — я был уже почти на краю. Второй рукой он ущипнул сосок. — Скажи, что тебе это нравится. — О боже, да.

Pov.Коул

В ту же секунду у меня из головы вылетело все остальное: где мы, кто мы и что мы чувствуем по отношению друг к другу. Никогда ни к кому я не испытывал такого животного притяжения. Когда мы были вместе, как сейчас, все остальное не имело значения. Мои руки скользнули по его бокам, сжали край кофты и стянули через голову, на секунду разорвав наш поцелуй. Чтобы не остаться в долгу, он сдернула пиджак у меня с плеч и уронил на пол. Большими пальцами я выписывал круги по его коже, медленно подбираясь к застежке джинсов. Когда я расстегнул молнию, джинсы соскользнули на пол, и он скинул их вместе с кроссовками. Я покрыл поцелуями его шею и плечи. — Проклятье! Подняв голову, я увидел его совершенное тело. В своих фантазиях я представлял его раздетым чаще, чем готов признать, но реальность была еще лучше. Неизмеримо лучше. Мой мозг просто разрывался. Больше всего на свете я хотел войти в него, но ясно понимал, что, когда это кончится, я возненавижу нас обоих. Его за то, что превратил меня в слабака, а себя за то, что позволил похоти возобладать над здравым рассудком. Но еще я понимал, что не могу остановиться. Я превратился в торчка, живущего ради следующей дозы. Моя идеально отлаженная жизнь рушилась, а я думал только о том, как нестерпимо хочу трахнуть этого парня. Огладив руками его бока, я провел пальцами по резинке трусов. По телу Оскара пробежала дрожь. Я изо всех сил зажмурился, сминая ткань в кулаке и одновременно приказывая себе остановиться. — Давай же, сорви их… ты ведь этого хочешь, — промурлыкал он мне в ухо, а затем сжал зубы. Через полсекунды ненужная ткань оказалась в другом краю комнаты. Я надел презерватив, выдавил смазку и растянул его. Затем, грубо схватив за бедра, я приподнял парня, сжал другой рукой основание члена и насадил Оскара на себя. Ощущение было таким мощным, что мне пришлось силой удерживать его бедра, чтобы не взорваться в тот же миг. Восстановив контроль, я начал задавать ему быстрый темп. Выгнув спину и запрокинув голову, он подавил стон. Обманчиво невинная манера Оскара прикусывать губу сводила меня с ума. Я снова обнаружил, что гляжу на его тонкую спину. Никогда в жизни не видел ничего более возбуждающего. Он опять потянул меня за волосы и прижался к моим губам. Наши языки заскользили в такт движению бедер. — Обернись, тебе надо это увидеть, — прошептал я. На стене перед кроватью весело длинное зеркало. Я приподнял его и развернул лицом. Оказавшись спиной ко мне, он вновь опустился на мой член. — О боже, — простонал он. Тяжело задышав, он откинул голову мне на плечо. Я не знал, что так поразило его — мой член внутри или отражение в зеркале. Или и то, и другое. Схватив Оскара за волосы, я снова заставил его поднять голову. — Нет, я хочу, чтобы ты смотрел туда, — прорычал я ему в ухо, скрещивая взгляд со взглядом его зеркального двойника. — Я хочу, чтобы ты видел. И хочу, чтобы завтра, когда все у тебя будет ныть, ты вспомнил, кто сделал это с тобой. — Заткнись, — прошипел он, но по дрожи, пробегавшей по его телу, я понял, что каждое мое слово достигает цели. Затем он закинул руки назад и нащупал мою шевелюру. Я прикасался к каждому дюйму его кожи, целуя и покусывая шею и плечи. В зеркале я видел, как вхожу и выхожу из него — и понимал, что никогда не забуду этого, как бы потом ни пытался. Вздохнув, я поднес руку к его члену. — О черт, — прошептал он. — Пожалуйста. — Тебе это нравится? — спросил я, мягко надавливая и описывая пальцем круги. — Да, пожалуйста, еще, да, да. Наши тела к этому времени покрыл тонкий слой пота. Его волосы слегка липли ко лбу. Его взгляд не отрывался от наших отражений. Мы продолжали двигаться, и я ощутил приближение оргазма. Я хотел, чтобы взгляд Оскара в зеркале встретился с моим — но в ту же секунду понял, что так он увидит слишком много. Я не желал, чтобы он с такой очевидностью понял, что со мной творит. Его пальцы еще крепче впились мне в волосы, я понял, что момент разрядки близко, поэтому зажал его рот ладонью и задавил крик, вырвавшийся в момент оргазма. Свои собственные стоны я приглушил о его плечо. Еще несколько движений — и я разрядился внутрь него. Тело Оскара, прижавшееся к моему обмякло, а я привалился к одеялу. Мне надо было встать. Надо было встать и одеться, но я не знал, удержат ли меня трясущиеся ноги. Все надежды на то, что секс станет менее ярким и я справлюсь со своей одержимостью, растаяли, словно дым. Разум медленно возвращался ко мне, а с ним и чувство досады. Я поддался слабости. Сняв Оскара со своих колен, я потянулся к валявшимся на полу боксерам. Я отчетливо слышал каждый его вдох. Он лежал на кровати и сопел. Его глаза были закрыты. Я понимал, что вскоре придётся столкнуться с последствиями моих действий, но думать сейчас ни о чём не хотелось, и я прилёг рядом с ним, прижав горячее тело к себе.

***

Pov.Оскар

В вентиляторе над моей кроватью было восемьдесят три трубки, двадцать девять болтов, пять лопастей и четыре лампочки. Я перекатился на бок. Мышцы в определенных частях тела точно решили поиздеваться надо мной, отчего я проснулся рано утром. Сначала резкая боль в пояснице, потом безумно болела пятая точка. Может, я подрался с кем-то или сильно ушибся и упал? Иначе я не мог представить, отчего у меня так всё болело. Примерно в девять утра накатил рвотный позыв. Минут тридцать я не отходил от туалета. Был выходной день, хоть что-то хорошее. И не очень хорошее было то, что я ничего не помнил со вчерашнего дня. Только то, что мы поехали с Лиамом в клуб, я выпил. Затем ничего. Провал в памяти. Радовало ещё то, что я находился в своей комнате. И был переодет. Только кем? К завтраку я спустился позже всех. Как бы я ни старался выветрить запах алкоголя, идущего от меня, ничего не получалось. Поэтому я просто решил избегать членов семьи целый день. Схожу куда-нибудь погуляю, проветрюсь. Дышать свежим воздухом полезно. Я мысленно хмыкнул. Думая о чём-то своём, я не сразу заметил, что в столовую зашёл Коул. — Доброе утро, — выдавил я из себя. Видимо, мой внешний вид говорил о том, что чувствую я себя не очень, поэтому он поинтересовался: — Как ты себя чувствуешь? — Ужасно, — ответил я. — Не знаешь, что со мной вчера было? — А ты не помнишь? — его бровь поднялась вверх. — Последнее, что я помню — это клуб. Он хмыкнул и как-то нехорошо улыбнулся. — Пусть будет так. Затем он налил себе кофе и присел рядом. — Понимаю, что это будет звучать странно, но я должен тебе сказать. Вчера мы… — Оскар! Коул! — Сантия вбежала в столовую. — Завтра будет вечеринка в доме Кроуфордов. Туда приглашены немногие, но я выпросила три билета на нас. — Три билета на вечеринку сборища богатеньких снобов. Как бы ты не разочаровалась в них, — Коул усмехнулся. — То есть тебе можно такие мероприятия посещать, а мне нет? — она помахала руками. — Завтра. Вечером. Втроём. Возражения не принимаются. Весёлые выходные однако. — Оскар, пойдём сегодня выбирать костюмы, я знаю одно классное место, — предложила Сантия. — Я — с удовольствием. — Тогда доедай и поедем в торговый центр. Коул наблюдал за нашей беседой, но было видно, что мысли его в другом месте. — Коул, поедешь с нами? — спросила она. — Думаю, нет. У меня есть дела. Мы позавтракали и поехали с Сантией в торговый центр. Сначала мы прошлись по повседневной одежде, где я прикупил себе пару джинс, футболок и свитер. Затем мы пошли выбирать костюм на вечер. Такой шикарной и красивой одежды я уже давно не видел. Сантия выбирала между синим и красным шелковым платьем. — Какое мне больше подходит? Что одно, что второе — идеально подчёркивало её идеальную подтянутую фигуру. — Определённо красное. — Прекрасно, теперь твоя очередь. Я остановился на чёрной полупрозрачной рубашке и чёрных обтягивающих штанах. — Веспер, если бы ты не был моим братом, — она многозначительно посмотрела на меня. Я рассмеялся. — Предоставим эту возможность гостям вечера.