cursed

«Спасибо, что спас меня… снова.»

***

      — Нотт, что ты… — Драко нахмурился, чувствуя, как в нем нарастает паника, и его рука немедленно схватила Амелию за ладонь, чтобы остановить девушку от еще одного шага вперед, не позволить ей упасть так беспомощно на пол вслед за Теодором.       — Драко… — Выдохнула она, рассеяно глядя на то, как он держал ее за запястье, но парень не ослаблял хватку. Он не хотел этого делать, и его пальцы лишь крепче держали ее. — Драко, отпусти меня…       Даже если он чувствовал постоянные рывки Амелии, которая пыталась освободиться от хватки, в которой он держал ее, он отвергал это. Малфой не знал была ли это ловушка. Он предполагал любой исход. Допустим, кто-то мог использовать Теодора, чтобы приблизиться к Амелии.       Он расстраивал девушку еще больше, но отказывался прыгать в омут с головой, когда дело касалось ее.       Громко вздохну, Драко прорычал.       — Конечно, нет, я не собираюсь… — Он крепко прижал ее к себе, бросив быстрый взгляд на бесчувственное тело Теодора. — Я не позволю тебе столкнуться с чем-то вроде…       — Что, ради всего святого, здесь происходит? — Нарцисса вылетела из кухни, задыхаясь в тот самый момент, когда ее взгляд опустился на Теодора. Ее кудри рассыпались по плечам, и она резко замерла. — О Боже…       Ее темные глаза задержались на том месте, где лежал Теодор, заметив лужу крови вокруг парня и его одежду, окрашенную в малиновый цвет. В конце концов, она пусто уставилась на сына, который просто кивнул в сторону входной двери, давай знак своей маме закрыть ее.       Она сделала это, быстро уловив его движения.       Брови Амелии нахмурились. Ее пульс не поддавался описанию, в тот момент, когда дыхание стало прерывистым. Скептически посмотрев вверх, она встретилась взглядом с серыми глазами, и ее конечности мгновенно смягчились, позволив ему удержать ее от ухода.       Она понимала, что это не имеет к нему никакого отношения.       Это была она, и тот факт, что он терял ее больше раз, чем они оба могли сосчитать. Она знала, что он напуган, тоже не желая, чтобы что-то случилось с их лучшим другом.       — Все в порядке, Драко. — Ее голос был тонким, умоляющим, когда она провела рукой по его спине, успокаивая парня. — Я здесь, но просто хочу осмотреть его…       — Здесь никого нет. — Нарцисса склонила голову, с грохотом закрыв двери, и отступила. — Он пришел один.       В ту же секунду, как Нарцисса произнесла эти слова, рука Драко соскользнула с ее ладони, заставив ее вены заболеть от потери его прикосновения. Она тоже только что вернула его, и до сих пор не была готова к тому, чтобы он отпустил ее.       Прищурившись, он посмотрел ей в глаза, и ледяной взгляд прожег ее.       — Ты нужна ему. — Пробормотал Драко.       Амелия упала на колени рядом со своим лучшим другом. Ее кости ударились о твердый кафельный пол, но она не ощутила никакой боли. Она не сдвинулась с места. Ни разу она не сделала ни малейшего изменения в выражении своего лица.       Она оставалась бесстрастной. Ее руки слегка потеребили его рубашку.       — Тедди. — Выдохнула она, когда ее голова наклонилась, упираясь в его полуобнаженную грудь.       Амелия прислушалась, позволяя всему своему телу следовать за ней, как и говорил ей Тедди.       Ее пальцы скользили по его коже, задерживая пальцы на шее, чтобы найти бьющийся пульс и почувствовав кровь, струящуюся по венам.       Зажмурив глаза, она сосредоточилась на его дыхании. Он дышал, она чувствовала, как слегка поднималась и опускалась его грудь, пока его легкие наполнялись воздухом, и она отстранилась.       Ее ладони схватили его за челюсти, откидывая голову назад. Она слышала, как будто его дыхание было слишком поверхностным.       Это было не хорошим знаком.       — Что случилось? — Она услышала, как заговорила Нарцисса, ее голос был тихим, чтобы не мешать. — Что она…       — Дай ей делать то, что она делает. — Пробормотал Драко в ответ, скрестив руки на груди и внимательно изучая ее действия. Его глаза устремленные на то, что она делала, ловили каждый неслышимый звук, который она пыталась издать. — Он хорошо ее научил.       Оглядевшись, она покачала головой, и паника, пронзившая ее, отозвалась болью. Она так старалась не позволить этому повлиять на нее. Амелия лишь пыталась делать то, чему научил ее Теодор, в случае если кому-то понадобится помощь.       Она просто не хотела верить, что это был он.       Амелия и Теодор практиковали это много раз, изо дня в день. Она потела, плакала, истекала кровью, учась всему этому, чтобы овладеть силой исцеления вместе с ним.       Но ни разу она не подумала, что сможет справиться без него.       Амелия подвинулась, обхватив руками его бесчувственное тело, пока смотрела в пол. Ее пальцы цеплялись, ощупывая его онемевшее тело.       — Его палочка… — Ее голос сорвался, звуча отчаянно. — Мне нужна его…       — Вот. — Отозвался Драко, подходя к ней и замечая палочку на дальнем краю пола. Она откатилась в сторону, когда Теодор упал. — Что ты хочешь сделать?       Амелия не ответила. Она взяла его палочку между пальцами, зажмурилась и начала напевать, издавая тихие, неслышимые звуки.       Драко узнал их в мгновение ока. Это были те же самые слова, которые Теодор напевал для нее.       Это была самая трудная часть для нее.       Та часть, в которой она не была уверена.       Она уже больше года не практиковала свою собственную магию так, как раньше.       Амелия искала его палочку, потому что не имела понятия, где ее собственная.       Он всегда заставлял ее заниматься этим еще в школе, чтобы научиться тем заклинаниям, которыми она была еще слишком слаба, чтобы управлять.       Это очень помогло ей. Теодор, казалось, всегда знал, что для нее лучше, как помочь ей и заставить ее почувствовать себя частью происходящего, даже когда она сама не была в себе уверена.       Он научил ее миру, и теперь настала ее очередь использовать всю силу и мощь, чтобы помочь ему.       — Нет, Тедди. Я пока не могу этого сделать. Ты знаешь это. — Амелия покачала головой, тупо уставившись на палочку в своей руке, как будто она почти боялась ее. — Ты знаешь, я…       — Амелия. — Теодор шагнул вперед по деревянному полу в ее комнате в Хогвартсе, остановившись в нескольких футах от нее. — Ты даже не попыталась.       — Я не… — Ее пальцы дрожали, а в глазах мелькнуло сомнение. — Я не хочу все испортить.       — Милая… — Он приблизился к ней, положив руки ей на плечи. — Ты в Когтевране не просто так, а это значит, что ты можешь произнести это заклинание.       Она все еще сопротивлялась, борясь с истинными возможностями своего разума. Амелия действительно не верила, что достаточно сильна, чтобы справиться с такой простой магией, как эта.       Это была не ее вина. Она ничего не могла сделать.       Амелия была так глубоко погребена под манипуляциями Адриана, что не верила, что способна на магию, и ничто не могло освободить ее от этого.       — Я знаю, но ничего не могу с этим поделать! — Ее голос затрещал от боли, когда она швырнула палочку через всю комнату. — Я не могу этого сделать. Все, что я слышу, это то, насколько я бесполезна…              Теодор вытаращил глаза, широко распахнув их, когда она отшатнулась, чувствуя, как воздух застрял у нее в горле.       — Амелия… — Тихо пробормотал он, когда она соскользнула по стене, обхватив свои колени руками. — Не говори так.       Она нахмурилась, делая все возможное, чтобы подавить слезы, жгущие ее глаза.       — Почему? Все остальные продолжают это повторять.       Это было больно. Острая боль пронзила его грудь, когда он сел рядом с ней, обнял за плечи и притянул к себе так близко, как только мог.       Теодор прижался губами к ее голове. Ее кожу щекотали густые пряди его волос. Он нашептал какое-то заклинание, прежде чем кончик его палочки осветился резким, ледяным светом.       Его Патронус.       Она видела его раньше, но сейчас он был более ярким. Напряжение, вызванное его магией, заставило воздух вокруг них задрожать, и ее волосы заплясали вместе с ним.       Амелия слегка усмехнулась, склонив голову ему на плечо, когда они смотрели, как свет дельфина кружится вокруг них.       Это было прекрасное животное. Такой же Патронус был у его матери, и она всегда надеялась, что Тедди заполучит его.       Доверие. Верность. Дух дружбы.       Для нее все это был Тедди.       — А теперь… — Пальцы Теодора погладили ее по руке. — Теперь твоя очередь.              — Нет… — Амелия посмотрела на Драко снизу вверх, все еще стоя на коленях. — Зачем ему это делать? Ты не пострадал?       Малфой фыркнул. Он не понимал ее вопроса.       — Что? Нет, сейчас все в порядке…       — Тогда почему? — Ее челюсти сжались. — Кровь не его, и он был… — Она сделала паузу, проглотив сомнения. — Он исцелял кого-то, много.       — С ним все в порядке? — Драко сгорбился рядом с ней, его рука схватила ее за колено, и ее взгляд поднялся, чтобы посмотреть на это.       — Возможно, это из-за того, что он… — Прошептала Амелия. — Это было недавно, и он почти истощил себя, но с ним все будет в порядке.       Амелия больше ничего не сказала. Она помогла Драко, пока тот нес Теодора в его комнату, и оставалась с ним в течение нескольких часов. Ее голова лежала на его груди, чтобы слышать дыхание.       Ей было очень больно, что Тео не смог быть с ней честным, что не дал ей шанса понять, сдерживая ее в неведении. Он мог бы сказать ей. Он мог бы сказать, что задумал, и она бы не стала его осуждать.       Что бы ни случилось, они всегда были честны друг с другом, пока он не перестал.       Он закрылся от нее, и она не знала, что сделать, чтобы помочь ему. Обычно у Тедди были яркие ответы и разумные аргументы. Он всегда заботился о ней, и теперь она не знала, как отплатить ему тем же.       Ее шея выгнулась, на мгновение уставившись на парня. Она очень скучала по нему. Растрепанные кудри на его лбу и ямочки на щеках каждый раз забирали всю ее боль.       Ее пальцы напряглись вокруг его палочки, и она тихо зашептала. Ее кончик озарился прохладным светом, и крошечные птички начали щебетать вокруг.       Амелия улыбнулась про себя.       — Вот так, правильно. — Теодор взял ее руки в свои большие ладони. — Теперь закрой глаза и сосредоточься.       Она кивнула, позволяя ресницам затрепетать, прежде чем почувствовала, как прикосновение Теодора медленно ускользнуло. Ее разум пытался сосредоточиться на этом.       На Теодоре.       Даже если ее палочка, наконец, выпустила тот мягкий, жемчужный свет, которым она так старалась управлять, Тедди всегда будет сиять ярче всего в ее жизни.       — Да! — Крикнул Теодор, заставляя ее сделать шаг назад. — Наконец-то, о боже, Амелия!       Он хлопнул в ладоши, чуть не прыгнув, когда она нерешительно открыла глаза.       Вот оно.       Ее собственный Патронус.       Она так долго жила с Теодором, но здесь проявилась чистота ее силы. Ее собственной силы.       Возможно, она все-таки была достойна этого.       — Они прекрасны… — Прошептала она про себя, изучая шесть маленьких птичек, которые плавно летали вокруг нее.       Теодор подошел к ней, крепко обнял и приподнял от радости. Она сделала это после многих лет попыток. Она сделала это, и он всегда был уверен, что у нее все получится.       Теперь было всего пять птичек, и она почувствовала укол сомнения, когда подумала об этом.       Она наблюдала за птицами, которые кружились вокруг них, заставляя воздух слегка колыхаться.       — Это для тебя, Тедди. — Прошептала она, снова кладя голову ему на грудь. — Я слышала, что ты говорил. — Ее голос перестал быть тревожным, тихо проходя по комнате. — Я слышала все, что ты мне говорил, пока я… спала. — Голова Амелии тяжело лежала на его слегка дышащей груди, когда она обхватила его рукой за тело, придвигаясь ближе. — Я слышала, что ты говорил. Слышала, что говорил Драко, но я хочу, чтобы ты знал, что я с тобой, рядом, Тедди. — Ей было больно знать, что он думал, что он один. Она действительно была занята Малфоем, но никогда не переставала быть с Теодором. Она всегда видела его, всегда замечала, что он делал и как, даже если он сам этого не показывал. — Я люблю тебя за все то, что ты сделал. Я знаю, что говорю это недостаточно часто, но я с тобой, и ты никогда не останешься один. — Она говорила честно. Слеза боли разорвалась в ее груди.       Это всегда были они. Амелия и Тедди, но теперь это был и Драко тоже. Она так и не объяснила, что это может заставить Теодора чувствовать себя не в своей тарелке, что он не так важен, как кто-либо другой, но он был.       Он всегда был дорог ей, и она не могла не злиться на себя за то, что заставила его почувствовать, что это не так.       — Это всегда ты и я, Тедди. — Пробормотала она, уткнувшись лицом ему в грудь.       Он снова был рядом, этот запах меда.       От него всегда пахло медом.       — Ты спас меня, так позволь мне спасти тебя. Позволь мне помочь тебе.       Амелия не могла даже представить, что он задумал, что он делал за ее спиной, чтобы заставить себя быть таким измученным. Она понимала, что исцеление требует от человека многого, чтобы постоянно истощать себя магией, чтобы помочь другому человеку.       Он много говорил об этом. О том, что кому-то нужно учиться и осваивать это столько же, сколько и ему, но он также убедился, что сможет справиться с этим сам. Что он не был хрупкой душой и что он был создан для этого.       Она верила в это. Он действительно был одним из самых сильных людей, которых она знала. Он вернул ее к жизни из ничего.       Он неделями наблюдал и исцелял ее тело, когда почти нечего было спасать, и вот она вернулась.       Амелия была здесь. Она была в порядке из-за него.       — Спасибо. — Прошептала она, приподнимаясь на локтях, чтобы поцеловать его в нос. — Спасибо, что спас меня… снова. — Она улыбнулась, и при мысли об этом на ее лице заиграл проблеск счастья. — И спасибо тебе за спасение Драко. Не знаю, что бы он делал без тебя.       Восхитительно, вот как она это описала бы. Как их отношения расцвели в ее отсутствие, как они нашли убежище друг в друге и как приобрели эту дружбу.       Они действительно заботились друг о друге, и это заставляло Амелию верить, что в конце концов все может обернуться более чем хорошо, даже если ее жизнь была далеко не безобидной.       Сны, которые она видела во время этого отдыха, преследовали ее.       Она попыталась быть спокойной, чтобы не показаться Драко взволнованной из-за этого, но это было так, и она точно знала, что это значит. Амелия часто видела свою мать во сне, разные сценарии одной и той же сцены, снова и снова.       Одна вещь, в частности, привлекла ее внимание, и это был ребенок, которого она увидела. Маленький мальчик, кто-то, кто был так похож на нее. Кто-то, кого она, как ей казалось, узнала, даже если и видела впервые.       Возможно, это просто были игры разума, и правда о том, что она прошла через большее, чем человек должен пройти за всю жизнь. Тем не менее, это казалось таким реальным, таким правдивым, что она не могла объяснить.              Нарцисса присоединилась к Амелии, убеждая ее спуститься вниз и что-нибудь съесть, пока она будет присматривать за Теодором.       Неохотно, Амелия согласилась.       Спускаясь по лестнице, она не могла не оглядываться по сторонам больше, чем в последние дни. Она не хотела быть любопытной, когда ее удерживали в состоянии потери воспоминаний, но это, в ее нынешнем сознании, оказалось ее домом.       За последний год она провела здесь больше времени, чем в своем собственном доме, когда ее отец был еще жив, а теперь… Теперь дом ее детства пустовал.       Пришло время вернуться туда, очистить его от всего и отпустить эту часть своей жизни, но ей было трудно это сделать. Даже если ее отец был чудовищем, он оставил ей все.       Все, что у него было, до последнего кусочка, он оставил ей.       Амелия чувствовала себя ответственной за это, за то, что взяла это на себя и позволила его душе покоиться с миром, даже если это было последнее, что он ей дал.       Она все еще хотела показать Драко, где выросла, где у них с матерью было самое драгоценное время, и где она потеряла все это, когда ее мать решила сфальсифицировать свою смерть и оставить Амелию в этом жестоком мире.       Амелия прислонилась к дверному косяку кухни, наклонив голову, наблюдая, как блондин стоял, склонившись над стойкой. Его пальцы впились в дерево, а голова опустилась.       Драко не слышал, как она вошла, и вздрогнул в тот самый момент, когда она обняла его сзади.       — Привет. — Пробормотала она в ткань его рубашки.       Малфой почувствовал, как по губам пробежала улыбка. Он мог бы привыкнуть к этому.       — Привет. — Пробормотал он в ответ, складывая свои руки на ее. — Он очнулся?       Она покачала головой.       — Пока нет, но думаю, что скоро. — Ее лоб прижался к его спине. — Он сильный, так что справится с этим, но нам нужно присматривать за ним… Он одинок, Драко.       Малфой кивнул, поворачиваясь в ее объятиях. Его спина тяжело навалилась на прилавок.       — Знаю. Я пытался, но это…       Амелия заметила, как это его расстроило. Он изо всех сил старался быть рядом с Теодором, даже когда его собственный мир рушился.       Драко не был любящим человеком. Он не был таким теплым, как они, не был добрым и заботливым. Его воспитывали холодным и справедливым, не позволяющим силе эмоций брать над ним верх. Его учили быть умным, сообразительным и не позволять другим людям использовать его силу.       Теперь он был другим.       Они, Амелия и Теодор, превратили его в кого-то, кому был не все равно, в кого-то, кто слушал, пока они говорили, и пытался понять смысл их слов.       Он пытался.       Он действительно любил, но ему не всегда было легко — умудряться оставаться в контакте со своими чувствами, когда самый серьезный источник постоянно отрывался от него.       — Я знаю, Драко. — Ее руки скользнули по его спине, когда она положила голову ему на грудь. — Я знаю, что ты пытаешься, и я люблю тебя за это. За то, что заботился о нем, когда я не могла.       Что-то дрогнуло внутри, когда он получил подтверждение, к которому не был готов. Никто никогда не благодарил его.       — О да, сам бы он не справился.       — Драко. — Глаза Амелии метнулись к нему, застенчиво улыбаясь его насмешке. — Не подшучивай над ним.       Он только застонал от ее слов, крепче прижимая ее к себе.       — Ладно. — Недовольно пробормотал он. — Не буду.       — Спасибо. — Ее разум боролся с мыслью о том, чтобы снова вернуться в свой собственный дом. Она не знала, разумно ли это в такие времена. — Я хочу спросить тебя кое о чем.       Он откинулся назад, с любопытством глядя на нее.       — О чем? — Его взгляд изучал ее.       — Я бы хотела, чтобы ты… — Она снова заколебалась, закусив нижнюю губу между зубами, и ее глаза зажмурились, прижавшись к его рубашке. — Я хочу домой, в дом моего отца, и я бы хотела, чтобы ты пошел со мной.       Драко замер. Его дыхание на мгновение сбилось.       — Что…       Голова Амелии покачалась, когда она оттолкнулась от него.       — Ты не обязан, это глупо, я знаю. — Выпалила она, намереваясь развернуться. — Прости, забудь, что я спросила…       — Прекрати. — Прорычал Драко, громко вздохнув. — Я не сказал «нет». — Теперь она смотрела на него издалека. — Я не отказался. Я просто не понимаю, почему ты хочешь вернуться туда после всего, что он с тобой сделал. — Челюсти Драко сжались при мысли о том, как ее собственный отец вырезал отметины на ее хрупкой коже. — Если только ради дома, то я могу прислать помощь, чтобы очистить его для тебя.       — Я не… — Амелия успокоилась, ее взгляд замер, когда ее щеки потеряли свой розовый цвет. — Я хочу сделать это сама. Мне хочется забрать кое-что из маминых вещей, а потом мне придется искать другой дом…       — Что? — Рявкнул Драко, оборвав ее фразу. — Что ты сказала?       Амелия сглотнула, стоя посреди кухни, пока его спина все еще опиралась на стойку.       — Что мне нужно искать новый дом.       — И почему ты так говоришь? — Его голос стал нетерпеливым, разочарованным тем, что она говорила. — Почему ты вообще думаешь о том, чтобы купить другой дом?       Застенчивый изгиб появился на ее губах, когда она склонила голову набок. Ее глаза встретились с его.       — Вы с Нарциссой были достаточно добры к нам, но я чувствую, что это…       — Это не вариант.       — Драко.       — Нет.       Его руки вцепились в края дерева. Костяшки его пальцев побледнели от того, как сильно он сжал пальцы. Все, чтобы не выйти из себя.       — Ты живешь здесь.       Амелия ахнула, быстро моргая.       — Я не хочу быть обузой для тебя, и это не проблема, Драко. Я полностью способна…       Голова Драко откинулась назад, когда он выругался себе под нос.       — Ты совсем сошла с ума? — Крикнул он, больше не глядя на нее. — Ты снова потеряла свой гребаный разум?       Он знал, что это было жестоко. Это было действительно подло, но он не мог поверить в то, что он говорила. Что после всего, что она сказала, она предложит им съехать.       Лицо Амелии вытянулось. Ее глаза наполнились слезами от его крика.       — Драко… — Она недоверчиво выдохнула, агония пронзила ее насквозь. — Не говори так.       — Почему? — Вскипел он. — Почему я не должен этого говорить? Я только что вернул тебя, и ради чего? Чтобы ты снова меня бросила? Для чего все это, если ты постоянно…       — Драко! — Амелия прорвалась сквозь его крик, и их глаза встретились. — Не говори так. Я не имела в виду…       — Ты не имела в виду что? Чтобы снова бросить меня? Чтобы тебя, блять, похитили и мучали месяцами? Или, чтобы ты покончила с собой?       Его слова потрясли ее.       Малфой не думал о том, что говорил, в полной ярости от той мысли, чтобы снова остаться без нее. Он не мог себя контролировать.       Он убивал, чтобы найти ее. Он разорвал волшебный мир на части, рискуя всеми дорогими ему жизнями, включая ее, чтобы просто найти ее. Все для того, чтобы она была здесь, с ним, и чтобы никогда больше не расставаться с ней.       — Я только что вернул тебя, сегодня, а ты, блять, хочешь уйти? — Прошипел он, потеряв контроль. — Тогда уходи. Уходи, блять, Амелия. Было бы намного проще, если бы ты просто забрала все свое дерьмо и, блять, ушла.       Ее губы приоткрылись.       Ему нужно было вытащить все это наружу. Он так долго держал это в себе.       — Не говори так… — Амелия задохнулась, и этот тихий стон, сорвавшийся с ее губ, пронзил его насквозь.       Драко вернулся к реальности.       Ее голос сорвался, и он увидел, как она стояла перед ним в своем прекрасном платье, на грани слез, как сильно он обидел ее, сказав то, что сказал.       Это разбило ему сердце. Его зрачки страдали от всех мрачных мыслей, которые он держал в себе.       — Черт возьми, Амелия. — Пробормотал он, отталкиваясь от стола. — Я не это имел в виду.       Она сильно дрожала, когда отступила назад, не желая, чтобы он прикасался к ней.       — Амелия…       — Нет. — Ее нижняя губа задрожала.       — Я не это имел в виду.       Наступила тишина, удушающая тишина охватила их, когда они пусто уставились друг на друга.       — Я не… — Взмолился Драко. Его взгляд был полон агонии. — Я не думал… — Он приблизился к ней, когда она покачала головой. — Мне жаль, Амелия. Я не это имел в виду.       Она знала, что это было правдой.       Она знала, что Драко не стал бы говорить ей такие вещи с презрением. Он никогда не причинил бы ей вреда. Она знала это.       — Я не… — Он вздохнул так громко, что у нее зазвенело в ушах. — Ты не бросишь меня, не снова. Теперь ты живешь здесь. Ты живешь со мной, потому что ты моя.       Амелия отказалась смотреть на него.       — Ты моя, Амелия. Моя, моя и только моя. Никогда не думай о том, чтобы бросить меня. Если ты хочешь другой дом, то мы купим другой дом. Но мы сделаем это вместе. — Он встал рядом с ней. — Теперь есть ты и я, и ты не избавишься от меня, потому что я сделаю все, чтобы вернуть тебя. — Она остановилась. Амелия больше не отступала. — Я люблю тебя, и ты моя. — Она медленно кивнула и снова почувствовала его дыхание на своей коже. Он не колебался, пока позволил своим рукам обхватить ее щеки, откидывая голову назад, чтобы он мог ясно видеть ее. — Я не это имел в виду.       Веки Амелии затрепетали, и она, наконец, оглянулась на него, почувствовав боль, пронзившую его.       — Я знаю. — Прошептала она. — Я это знаю.        Малфой судорожно сглотнул. Его большие пальцы коснулись ее кожи, когда он пристально посмотрел на нее.       — Ты моя, Амелия, и я никогда больше не отпущу тебя.       Она не могла сделать ничего другого, кроме как раствориться в нем. Она слишком сильно скучала по нему.       — Знаю. — Ее голос сорвался. — Прости. Я не планировала оставлять тебя, я просто… — Амелия сморгнула слезы. — Не знаю. Мне очень жаль.       Драко позволил своему носу соприкоснуться с ее. Он соединил их губы, крепко удерживая ее челюсти, пока целовал.       — Нет. — Прошептал он, нежно касаясь ее губ. — Ты меня прости.       Она ободряюще улыбнулась, прежде чем поцеловала его в ответ, положив свои руки на его.       — Извините… — Нарцисса прочистила горло позади них, заставляя Амелию повернуться, дрожа, лицом к леди. Ее щеки пылали румянцем.       — Ради всего святого. Что опять? — Драко пробормотал, раздраженный тем, что у него никогда не было ни минуты покоя с девушкой, стоящей перед ним. — Да, мам?       — Мне не хочется прерывать этот особенный момент, но… — Руки Нарциссы сцепились за спиной. — Но кое-кто хотел бы тебя видеть.