Зелье для волос

Гермиона с силой закусила щеку изнутри, с сомнением глядя на флакон с зельем нежного персикового оттенка в нем. Все ведь должно пойти по плану, верно? Не облысеет же она, в конце концов! На всякий случай нужно перебраться ближе к Больничному крылу... Гермиона сердито взглянула на себя в зеркало, стоящее в Ванной старост. Неужели она сомневается в себе? Она работала над этим зельем больше двух месяцев, ничего не могло пойти не так! Мерлин, она сварила Оборотное на втором курсе, уж с косметическим зельем она точно должна была справиться. Девушка вдохнула поглубже и решительно вылила зелье на руку, медленно растирая его между ладонями. В нос проникли едва уловимые ноты Лунной лилии - ее секретный ингредиент. Она ждала три лунных цикла, пока цветок не вызрел, и она не получила потрясающего качества экстракт. Согласно ее исследованиям свойств этого ингредиента, экстракт Лунной лилии давал неповторимый запах, который заменял любой самый дорогой парфюм. Гермиона провела ладонями по волосам, втирая зелье в кожу мягкими массирующими движениями, распределяя его по всей длине, слегка сжимая и распутывая локоны. Ничего не произошло. Крупные влажные кудри оставались в прежнем виде, и Гермиона недовольно поджала губы. Ладно, она это предвидела. Нужно дать волосам высохнуть естественным путем, а только потом оценивать результат. Девушка быстро переоделась, взяла свою сумку и выскользнула в коридор. До окончания патрулирования оставалось еще полчаса, за это время волосы должны были успеть высохнуть и показать ей эффективность зелья. В случае проблем она может не возвращаться в Башню Гриффиндора, а сразу направиться к мадам Помфри. Ночь конца марта выдалась теплой, так что страха простудиться не было. Гермиона уверенно шагала по коридору, заглядывая в секретные пыльные ниши, которые, впрочем, давно не были секретными, в поисках нарушителей. Она старалась не смотреть на свое отражение в окнах, чтобы не испортить сюрприз самой себе. Через некоторое время она почувствовала, что ее волосы щекочут ей локти. Неужели получилось? Будучи кудрявыми, волосы обычно были не длиннее низа лопаток, и то, что она чувствует их сейчас гораздо ниже, значило лишь одно - волосы стали прямыми. Бинго! Жаль, прямо сейчас она не может запатентовать свою разработку. Осталось придумать, как назвать ее зелье, которое обязательно побьет рекорды продаж геля ПростоБлеск. Она задумалась о разработке чего-то нового, когда Джинни выливала второй литр жуткого липкого геля на ее волосы, помогая ей приготовиться к Святочному Балу. Гель ложился кусками, неприятно оттягивал волосы, и смыть его было практически невозможно. Ее же зелье не оставляло и пленки на волосинках, должно было придавать естественный блеск и смываться за один раз мытья волос. Это будет прорыв. Осталось оценить внешний вид. Гермиона остановилась у окна неподалеку от Большого Зала, с предвкушением повернулась к окну, взмахом палочки превратив его в зеркало, и открыла рот в полнейшем изумлении. Волосы действительно были прямыми, гладкими, лежали волосок к волоску, но были совершенно...белыми. То есть, не как снег, не как лист бумаги, а, скорее, как...черт, как у Малфоя. Или как у Астории Гринграсс. Великолепно. Хорошо, что зелье быстро смывается. Гермиона вернула окну первоначальный вид и достала из сумки блокнот с записями, хмуро вчитываясь в свои исследования. Какой компонент мог так осветлить волосы? По отдельности никакой не мог, разве что в сочетании. Не зря она сомневалась, когда клала в зелье семена мака и цв... Додумать она не успела. Чьи-то крепкие руки обвили ее талию, прижав к чьему-то твердому торсу, чей-то прохладный кончик носа уткнулся в ее шею, а чьи-то теплые мягкие губы проложили дорожку поцелуев от ее уха практически до самой ключицы. Гермиона ошалело смотрела в блокнот, не смея пошевелиться. Она лихорадочно вспоминала приемы самообороны, прикидывала, как быстрее дотянуться до палочки, торчавшей из ее сумки, и каким заклинанием обезвредить маньяка. Тем временем чей-то тихий тягучий голос хрипло прошептал ей прямо в самое ухо: - Ты сегодня особенно прекрасно пахнешь. Почему ты здесь? Мы же договорились встретиться на третьем этаже, чтобы не наткнуться на Грейнджер, она сегодня патрулирует. Гермиона подняла голову и встретилась в отражении в окне взглядом с...Драко Малфоем. Руки, которые секунду назад поглаживали ее живот, тут же исчезли, как и тепло крепкого тела у ее спины. Гермиона сухо сглотнула и повернулась, увидев, как Малфой изумленно таращится на ее волосы, то открывая, то закрывая рот. - Какого драккла...почему...какого хрена ты сделала со своими волосами, Грейнджер?! Блин. Она надеялась, что он не заметит. Ха. Гермиона нервно передернула плечами и с вызовом посмотрела на него. - Это тебя не касается. Пять баллов со Слизерина за хождение по школе после отбоя. Она гордо вздернула подбородок и, несколько более суетливо, чем того требовала ситуация, запихнула свои разработки в сумку и собралась уже уходить, когда в спину прилетело ехидное: - Я так и знал. Гермиона всего мгновение поуговаривала себя проигнорировать мерзавца, но когда это работало, когда дело касалось Драко Малфоя? Поэтому она, стараясь придать лицу максимально снисходительное выражение лица, обернулась и спросила: - Что ты знал? - Что мои усилия не пропадут даром, - он картинно обвел ее голову рукой и пожал плечами. - Уже который год я пытаюсь тебе сказать, что твои волосы как будто пожевали и выплюнули, и я искренне рад, что ты предприняла попытку это исправить. Но знай, что я недоволен. - Как будто меня когда-то интересовало твое мнение, Малфой, - с презрением фыркнула Гермиона, думая, что это отличный способ оставить за собой последнее слово и уйти, но любопытство заставляло остаться. Он ведь наверняка придумал уже сотню гнусных аргументов, верно? Лучше парировать сейчас, а не при всей школе наутро, когда безмозглый хорек растреплет все своим дружкам. - Какое-то время я тоже думал, что тебя оно не интересует, но сейчас ты доказала обратное. Не спорь, - он покровительственно поднял руку, заставив изумленно вздохнувшую Гермиону заткнуться. - В попытке понравиться мне ты не придумала ничего лучше, чем хоть на йоту приблизиться к внешнему виду Астории? Ты ведь знала, что мы встречаемся, не так ли? - Ты совершенно больной, Малфой, - отмерла, наконец, Гермиона, с показанным сочувствием качая головой. - Во-первых, я предпочла бы понравиться одному из соплохвостов Хагрида, чем тебе. Во-вторых, я даже не помню, как выглядит Астория, не говоря уже о том, что я хоть на секунду заинтересовалась твоей личной жизнью. В-третьих... - Какой правильно выстроенный аргументированный ответ, - Малфой издевательски похлопал в ладоши, на два шага приближаясь к ней. Она сжала губы и злобно взглянула на него, когда он подошел совсем близко. - В лучших традициях зубрилы, которая привыкла отвечать строго по тексту. Только вот меня ты не обманешь. Знаешь, Грейнджер, мне тебя даже немного жаль. Дам подсказку - пытаясь скопировать Асторию, ты ничего не добьешься, ведь волосы играют не такую уж важную роль. Знаешь, куда важнее манеры, умение держаться на людях, ухоженность, обаяние, запах... - Не припомню, чтобы ты жаловался на запах, когда целовал мою шею, - внезапно дерзко ухмыльнулась Гермиона, складывая руки на груди, и тут же замерла, пытаясь убедить себя, что она не произнесла этого вслух. Малфой тут же прекратил строить из себя лектора и прищурился, с отвращением глядя на нее. - Мне придется провести в ванной всю ночь, чтобы смыть с себя эти омерзительные воспоминания. Мне придется содрать кожу с губ, чтобы не помнить, как... - Как ты целовал мою шею, - самодовольно закончила Гермиона, решив пойти до конца, и показательно вздохнула. - Как жаль, что ты пропустишь свое свидание, вместо этого стоя в душе и думая обо мне. Малфой в изумлении вытаращился на нее, а она едва сдерживалась, чтобы не рассмеяться при виде его физиономии. Жаль, у нее нет с собой камеры. Вряд ли она еще когда-нибудь сможет удивить Малфоя больше. - Ты, невыносимая идиотка... - О, это становится скучным, - Гермиона хмыкнула и похлопала Малфоя по плечу, заметив, как он отпрянул от прикосновения. - Хорошей тебе ночи. - Если хоть одна живая душа... - Ага, - легкомысленно кинула Гермиона, уже скрываясь за ближайшим поворотом. Она шла практически вприпрыжку, осознавая, что едва ли не впервые заставила Малфоя заткнуться. Одна мысль заставила ее резко остановиться. Почему эта перепалка напоминала какой-то извращенный флирт? *** Драко рассеянно кивал Астории, которая уютно пристроилась у его бока и что-то щебетала, пока он старался незаметно понюхать ее волосы. Черт. Она не пахла вообще ничем. У него было достаточно девушек, но не было ни одного аромата, который бы ассоциировался хоть с кем-то из них. Да, он помнил, как какого-то черта девушки обливались парфюмом, наивно полагая, что ему может понравиться это. Но ни один запах не запомнился, ни один запах не хотелось найти и вдыхать до потери сознания. А чертова Грейнджер пахла прекрасно, и Драко был полон решимости выяснить, что это был за аромат, чтобы найти такой же, искупать в нем Асторию и просто наслаждаться без чувства отвращения. Ладно. Он не чувствовал отвращения. Скорее, это было чувство неправильности происходящего. Тонкий чарующий аромат, который преследовал его даже во снах вот уже больше недели, не должен был ассоциироваться с грязнокровкой Грейнджер. Вообще ничего, кроме занудства, уродливости, гнезда на голове и вечно вздернутой руки, не должно было ассоциироваться с ней. Ей было не место в его голове. Требовался план. Как выяснить, какими духами пользовалась зубрилка? Или это не духи? Может, это то средство, которое сделало ее волосы похожими на его собственные? Нужно узнать. Только как? Просто подойти и спросить было нельзя. Выкрасть у Слизнорта ингредиенты для Оборотного, сварить зелье и превратиться в рыжую или ту полоумную с Когтеврана? Черт, это отвратительно. Не должен какой-то запах брать верх над его чувством собственного достоинства. Драко плёлся за Асторией, которая вела его по коридору в сторону Большого зала, когда увидел Грейнджер, уткнувшуюся в очередную книгу. Она стояла у того самого окна, бормоча себе что-то под нос. Драко мигом напрягся и ощетинился. Грейнджер всегда была его раздражителем, триггером для самых язвительных замечаний, которые он когда-либо отпускал. Мелкая упрямая... - Эй, Грейнджер, - не сдержался он. Гермиона подняла голову и закатила глаза, увидев, кто ее окликнул. - Перья не мешают тебе читать? - Драко, не надо, - прошептала Астория, виновато улыбнувшись Гермионе, и потянула парня за рукав. Но он уже почуял запах крови. - Какие ещё перья? - устало вздохнула Гермиона, захлопывая учебник. Она только-только сосредоточилась на описаниях свойств семян мака, и опять все впустую. - Которые падают с гнезда на твоей голове. Ах да, забыл, что ты называешь это прической, - победно ухмыльнулся Малфой, складывая руки на груди. - Не мешают, - огрызнулась Гермиона. - Астория, не целуй его, отравишься. Бледные поганки жутко ядовитые, а надменные бледные поганки и того ядовитей, умрешь от одного прикосновения. - Вы как дети малые, - устало вздохнула Астория. - Может, пора прекратить эти глупости? - К сожалению, милая, это невозможно, - Драко с притворной грустью развёл руками. - Потому что Грейнджер... - Даже не начинай, - Гермиона невежливо тыкнула в его сторону пальцем и угрожающе прищурилась. - Хоть одно слово слетит с твоих губ, и я расскажу всем твою маленькую грязную тайну. Она отсалютовала Астории, тут же принявшейся выпытывать у Малфоя, что значили эти слова, и поспешила прочь. Она не должна была его провоцировать, не должна была говорить подобное в присутствии его девушки. Астория вообще ни в чем не виновата, разве можно винить человека в плохом вкусе на мужчин? Пусть на красивых мужчин, с крепкими руками, широкими ладонями, с мягкими нежными губами... Остановись. Тебе мало твоих снов? Сны мучали ее с того самого злополучного вечера. Каждую ночь ей снилось, как Малфой обнимает ее сзади, целует ее шею, гладит руками живот, выпирающие косточки, спускается ниже... Гермиона уже два раза за последнюю неделю просыпалась от своего же громкого стона и благодарила Мерлина за то, что у нее, как у старосты факультета, была отдельная комната в Башне. Она убеждала себя, что ее подсознание вовсе не находило Малфоя привлекательным (откуси, адский пёс, ее язык, если она когда-либо произнесёт это вслух), просто он, к ее глубочайшему сожалению и отвращению, стал первым, кто поцеловал ее в шею, кто позволил себе такие объятия. Она, разумеется, уже целовалась, но на этом все. Никаких интимных прикосновений даже не к интимным местам, никаких смелых объятий. Стыдно признаться, но в свои 19 лет Гермиона была лишь слегка опытнее десятилетки. И теперь ее тело, получив хоть капельку больше опыта, страстно желало большего, и Гермионе ничего не оставалось, кроме как смириться с этими позорными снами. Она обязательно найдёт свою половинку и перестанет видеть Малфоя в таких фантазиях ее глупого подсознания. *** Гермиона остервенело потянула щетку, в очередной раз застрявшую в ее волосах, и со стоном сдалась, когда прядь запуталась ещё больше. Она так и не поняла, где ошиблась, поэтому попросила помощи у профессора Слизнорта, который обещал заняться вопросом в ближайшее время. Это было кстати, потому что она планировала блистать на Выпускном балу. Гермиона решила остаться лишь в рубашке и юбке, сменив привычные закрытые туфли на легкие босоножки и сняв плотные чулки. Конец апреля выдался настолько жарким, что среди школьников появились слухи, что причиной такой аномальной жары было что-то волшебное. Выйдя из Башни, она воровато оглянулась и позволила себе закатать рукава и расстегнуть целых три верхних пуговицы на рубашке. В конце концов, ее смогут увидеть только нарушители, которые не обратят внимания на ее неподобающий внешний вид, так как будут заняты улепетыванием от санкций, которые может наложить староста. Она бодро зашагала по темным коридорам, не обратив внимания на то, что портрет захлопнулся не сразу же после ее выхода. Драко бесшумно прокрался в гостиную Гриффиндора, стараясь концентрироваться на Дезиллюминационном заклинании и держаться у стены. Если красно-золотая гостиная была построена по тому же принципу, что и их, то вход в комнату старосты должен был находиться прямо тут. Если придется подниматься по лестнице, ведущую в женскую часть Башни, то его план обречен на провал. Он едва сдержал возглас ликования, когда обнаружил золотистую табличку с именем старосты Гриффиндора на одной из дверей. Дождавшись, когда придурки, сидящие в гостиной, сконцентрируют все свое внимание на волшебных шахматах (ублюдские зануды), Драко толкнул дверь, которая по какой-то причине не была заперта, и проскользнул в комнату. Искомый запах буквально сбил его с ног. Черт. Драко скинул с себя заклинание и позволил себе пару минут глубоких вдохов, чтобы вдоволь насладиться. Это было ни с чем не сравнимо. Больше чертова месяца он, как одержимый, принюхивался ко всем окружающим, иногда получая недоумевающие взгляды или ехидные замечания, и теперь, когда желаемое было почти в руках, он практически испытал оргазм. Но времени на наслаждение было немного, зубрилка вернется меньше, чем через час, и он должен был успеть найти чертовы духи. Малфой огляделся и ехидно хмыкнул. Ну разумеется. У Гриффиндорской принцессы просто обязано было быть все упорядоченно, как в конспектах или во внешнем виде, так и в обстановке в комнате. Странно, что маниакальный перфекционизм не распространялся на ее прическу, но это все лирика. Прикинув, что большинство женских штучек обычно находятся на косметическом столике, в тумбочке или ванной, он решил начать с тумбочки. Индивидуальной ванной у старост не было, так что область для поисков существенно сужалась. Тщательные поиски в тумбочке не дали ничего. Все тот же идеальный порядок, вещи личной гигиены не соседствовали с учебными принадлежностями, в выдвижной части ровным рядом лежали запасные перья. Словом, ничего, что напоминало бы парфюм. Книжный шкаф и письменной стол в основном содержали книги, учебники, свитки пергамента, запасные чернила. В платяном шкафу висели идеально отглаженные комплекты школьной формы и буквально несколько комплектов для повседневной носки. В одном из ящиков он обнаружил шкатулку, которую тут же вытащил. Вдруг там? Он присел за письменный стол, открывая деревянную резную крышку и затаил дыхание. Кажется, он нашел девичью сокровищницу. Внутренний джентльмен кричал ему закрыть что-то настолько личное, как он ранее сделал с ящиком с нижним бельем, но любопытство взяло верх. Что волнует обычно чопорную заучку? - Исправьте меня, если я ошибаюсь, но, кажется, отбой был час назад, - раздался из гостиной так бесящий его нравоучительный тон, и Драко замер в страхе. Черт, черт, черт. Неужели он столько времени провел здесь?! Малфой быстрее молнии метнулся к шкафу, одновременно накладывая на себя Дезиллюминационное заклинание и укладывая шкатулку на место. Времени на то, чтобы закрыть шкаф, не оставалось, и Малфою оставалось только уповать на то, что Грейнджер поверит, что это она сама оставила комнату не в идеальном порядке. Он затаил дыхание и вперился взглядом во входную дверь, которая распахнулась в ту же секунду. Гермиона зашла в комнату и, заперев за собой дверь Коллопортусом, устало выдохнула. Драко поджал губы. Она закрывается только тогда, когда остается в комнате одна? Теперь незаметно скрыться стало сложнее, ведь наложить Алохомору невербально было не сложно, но ему пришлось бы одновременно удерживать Дезиллюминационное, и одно из заклятий могло не сработать. Пришлось бы произносить отпирающее вслух, а это бы явно его выдало. Черт, что делать? Грейнджер тем временем хмуро уставилась на открытый шкаф и, бормоча себе о невозможности сохранения личного пространства на этом факультете, прикрыла дверь, разглядывая себя в большое зеркало, прикрепленное на лицевую сторону дверцы. Она вздохнула и вновь открыла шкаф, выуживая оттуда крохотные кусочки шелковой бордовой ткани и такого же цвета халат, небрежно кидая вещи на кровать. Затем она внезапно одним движением расстегнула юбку, позволяя той упасть к ногам. Драко, который стоял буквально в метре от нее, едва сдержался, чтобы не охнуть от неожиданности. Запах, который усилился, когда Грейнджер вошла в комнату, и так щекотал его нервные окончания, а вид непривычно голых ног лохматой зубрилки и вовсе нанес сокрушительный удар по его самообладанию. Чувства отвращения к ней у него не было давно, но сейчас пропало и чувство неправильности происходящего. Совесть молчала у него где-то с одиннадцатилетнего возраста, так что сейчас он позволил себе искренне наслаждаться открывшейся картиной. Такой неправильной, но чертовски волнующей ситуацией. Гермиона подошла к двери и, сняв Коллопортус, высунула голову в гостиную. - Джинни, душ свободен? - Там Лаванда, - раздалось из гостиной. - Она только зашла, так что прости, но в ближайший час тебе не помыться. - Потрясающе, - пробормотала себе под нос Гермиона, вновь запечатывая дверь. Она развернулась к кровати и стала медленно расстегивать пуговицы рубашки. С каждой расстегнутой пуговицей взору Малфоя открывался вид на простой белоснежный бюстгальтер, на подтянутый живот, на выступающие ребра и тазовые косточки. Грязнокровка Грейнджер неожиданно оказалась крайне привлекательной. Физически. Констатируя это у себя в голове, Драко неожиданно громко выдохнул. Гермиона замерла и резко подняла голову, осматривая кажущимся пустым пространство. Малфой обреченно прикрыл глаза, уже репетируя, как будет объясняться с разъяренной гриффиндоркой. Нос все еще помнил тот ее удар. Грейнджер прищурилась и быстро подошла к кровати, схватив и вскинув палочку. Не медля ни секунды, она громко и четко произнесла: - Гоменум Ревелио! Драко напрягся, чувствуя, как с него сползает Дезиллюминационное, и решительно встретился взглядом с крайне ошарашенной Грейнджер, которая не опускала палочку, направленную на уровень его груди. - Ты...какого хр...твою мать, Малфой, гребаный ты извращенец, - взвизгнула она, одной рукой сводя полы рубашки вместе и стараясь сжаться, чтобы как меньше ее обнаженного тела попадало в его поле зрения. Драко небрежно кинул заглушку на дверь и показательно положил палочку на стол, миролюбиво поднимая руки: - Грейнджер, позволь объяснить... - Ты совершенно больной ублюдок, - с жаром выпалила она, все еще не опуская палочку. - Какого черта ты тут делаешь?! Что тебе нужно?! Ты совсем свихнулся?! Мерлин, да отвернись же ты! Драко послушно повернулся к стене, все еще держа свои руки у нее на виду. Гермиона суетливо натянула на себя халат, крепко его завязав, чувствуя, как тревога сжимает сердце в кулак. Что ему нужно было в ее комнате? Что он искал? Он явно не планировал с ней встретиться, значит, ему нужно было что-то здесь. Вдруг он что-то вынюхивает? Может...может, это связано с Темным Лордом? Вдруг они уничтожили не все крестражи, и у Волдеморта остался запасной план? Дамблдор бы знал, он бы предупредил. А если...если после войны Малфой окончательно двинулся на почве ненависти к грязнокровкам, и теперь пришел...сделать с ней что-то плохое? Она сглотнула подступающие слезы и дрожащим голосом приказала: - Повернись. Драко вновь обернулся и встретился глазами с карим взглядом, в котором откровенно плескался страх. Черт. Пугать ее в его планы точно не входило. Да и он всего-то хотел узнать про духи, только теперь хрена с два она ему поверит. - Эй, - мягко произнес он, медленно опуская руки. - Я клянусь, что не сделаю тебе ничего плохого. Я не для этого здесь. Хочешь, дам Непреложный обет? Клянусь, что не сделаю тебе ничего плохого? Браво, Малфой, из уст человека, который отравлял ее жизнь последние семь лет, звучит очень правдоподобно. Гермиона прищурилась, явно демонстрируя недоверие, и крепче сжала палочку. - Не знаю, что ты задумал, Малфой, но так просто тебе это с рук не сойдёт, - угрожающе выплюнула Грейнджер, медленно продвигаясь в сторону двери. - Я сейчас же...не приближайся! Ему было очень невыгодно, чтобы о его незаконном вторжении кто-то узнал. МакГоннагал будет вопить целый час о возможных последствиях его поступка, будет давить на совесть и мораль, сообщит матери, в Министерство, которое продолжало наблюдать за ним как за одним из обладателей Метки. Его могут выкинуть из школы, дело предадут огласке...В целом, ничего хорошего из этого не выйдет. Возможно, это было не лучшим решением в этой ситуации, но Малфой в два шага пересёк комнату, вырывая из рук Грейнджер палочку и откидывая ее себе за спину. Он планировал силой заставить ее его выслушать, а уж потом позволить ей сделать то, что она захочет. Гермиона практически взвыла от страха, принявшись колотить его везде, куда дотянется. Он вздохнул и поймал обе ее руки, заводя их ей за спину. - Все, тише, успокойся, - пробормотал Малфой, прикрывая глаза от ещё более концентрированного запаха Грейнджер, теперь гневно дышащей куда-то ему в ключицу. - Я все ещё готов дать тебе Непреложный обет о том, что не причиню тебе вреда. Правда, слышишь? А теперь я тебя отпущу, а ты меня выслушаешь, ладно? - Если ты считаешь, что так ты сможешь... - начала приглушённым возмущённым голосом вещать Грейнджер, и он прижал ее к себе, мигом заставив ее заткнуться. Он ухмыльнулся про себя. Неужели на неё действуют те же способы, что и на обычных девчонок? Немного близости, телесного контакта и томного шепота на ушко, и вот вместо разъяренной львицы уже покладистый котёнок. Кстати, о шепоте... - Ладно, Грейнджер? - выдохнул он ей прямо в ухо и услышал, как она сглотнула. Блять. Кажется, он переиграл сам себя. Организм уже стал давать естественную реакцию на близость красивой, умопомрачительно пахнущей девушки, и он отстранился, пока она этого не почувствовала. Ещё возомнит, что он пришёл ее насиловать. Драко взглянул в ее глаза, удовлетворенно отметив, что она была несколько дезориентированной. - Вот так, умница. - Что ты хотел, Малфой? - хрипло спросила она, все ещё чуть наклоняясь вперёд, словно стараясь вновь найти опору в виде его тела. Блять, Грейнджер. Лучше бы тебе снова начать орать, а не томным голосом спрашивать о его желаниях. Драко попятился и присел на край ее кровати, закидывая ногу на ногу. Так он расположит ее к более доверительной беседе и скроет выступающую эрекцию, которая никак не поможет ему с ней договориться. Хотя, учитывая реакцию ее тела на его близость...Так, об этом потом. Грейнджер оставалась на безопасном расстоянии и, судя по исчезающему с лица румянцу, медленно приходила в себя. Она сложила руки на груди и вопросительно приподняла брови. - Я...Мерлин, я понимаю, как это сейчас прозвучит, но меня правда это интересует. Что ты нанесла на волосы тогда? - нужно начать спрашивать с наименее очевидного варианта. Грейнджер злобно нахмурилась и пристально уставилась на него. - Малфой, ты себя слышишь? Ты правда думаешь, что я поверю... - Грейнджер, пожалуйста, - проникновенно заглядывая ей в глаза, произнёс Малфой. - Мне очень нужно знать. - Господи...ладно. Это было мое экспериментальное зелье. Я пыталась разработать аналог ПростоБлеска, чтобы укладывать волосы, потому что гель меня не устраивал. - Ты не могла бы дать мне флакон? - выпалил Малфой и поспешно добавил, поймав ее недоуменный взгляд: - Я заплачу. Сколько? Гермиона пару секунд похлопала глазами и разразилась хохотом, едва ли не сгибаясь пополам. Она тыкала пальцем в его голову и сквозь приступы смеха бормотала: - Я...так и знала...что волосы...не могут быть...такими от природы, - еле закончила она, вытирая слезы от смеха. Малфой молча терпел унижения. Выбора у него не было. - Послушай, Малфой, я бы подарила тебе флакончик, но зелье не работает так, как надо. Не хочу нести ответственность за то, что ты облысеешь или покроешься язвами. - Я напишу отказ от претензий, если нужно, - нетерпеливо протараторил он и вскочил с кровати, протягивая ладонь. - Дай флакон. Пожалуйста. Гермиона вскинула брови и хмыкнула, повернувшись к комоду и принявшись выдвигать ящики. Черт, он был близко. Она всунула ему в ладонь пузырёк и тут же отдернула руку. - Вот, - неловко произнесла она. - Это оно. Профессор Слизнорт обещал помочь, так что... Малфой ее не слушал. Он обязан был проверить, это ли он ищет. Пока Грейнджер была настроена благосклонно, нужно было ловить момент. Он действительно впал в отчаяние, пока месяц обнюхивал однокурсников. Узнал бы отец, что какой-то аромат совершенно свёл Драко с ума, то сбежал бы из Азкабана, чтобы выбить из сына всю дурь. Малфой решительно откупорил зелье и полной грудью вдохнул аромат. Оно пахло отлично, но...совсем не так, как ему было нужно. Он разочарованно вздохнул и вернул пробку на место, протягивая флакон обратно Грейнджер, которая наблюдала за его действиями с каменным лицом. Она молча взяла его и поставила на стол, все так же молча проходя к тумбочке и доставая оттуда прозрачную сумку с принадлежностями для душа. Выудив наполовину пустой флакон геля для душа, она без слов протянула его Малфою. Он принял бутылку и открыл крышку, вновь вдыхая запах. Очень похоже, но опять не то. Не хватало какой-то едва уловимой нотки... - Может, духи? - тихо спросил он, передавая ей гель для душа. - Не пользуюсь, - коротко ответила Гермиона. - Аллергия. - Тогда остаётся один вариант, - Малфой облизнул губы и, не сводя взгляда с замершей девушки, приблизился к ней на два шага. - Если ты позволишь... Не дожидаясь ответа, он мягко отвёл ее волосы в сторону, давая себе лучший доступ к ее шее. Гермиона напряжённо следила за ним, но не отодвинулась ни на сантиметр, молча позволяя. Позволяя, блин. Уговаривая себя, что ее можно понять, ее, девятнадцатилетнюю девушку, которой вот этот самый парень снился уже около месяца в довольно откровенных снах. Этот парень, за которым она неосознанно наблюдала все это время, довольно часто встречая его ответный взгляд. Взгляд, который заставлял мурашки с космической скоростью разбегаться по ее телу. Вот поэтому она позволила. Малфой наклонился к ее шее и приник к ней губами, одновременно прикрыв глаза и полной грудью вдыхая запах. Господи. Ради этого стоило даже умереть. То, что нужно. Наконец-то он нашёл этот запах. Это был ее аромат. Грейнджеровский. И его нельзя было собрать во флакон. Ему бы смириться и, извинившись, уйти, но это было выше его сил. Вместо этого он повторил те движения, которые сделал в первый раз, когда ее целовал. Он пробежал губами от чувствительного места за ухом к самой впадинке между ключицами, где запах был ещё более концентрированным. Гермиона вздохнула и сглотнула. Он носом почувствовал движение ее гортани и тут же вернулся к углу челюсти, слегка прикусив нежную кожу, выбивая ещё один протяжный выдох из ее груди. Он довольно ухмыльнулся, зная, что она кожей чувствует его улыбку. Он носом провёл по ее щеке, прижимаясь к виску, все ещё не задействуя руки. Гермиону трясло мелкой дрожью, которую она старалась сдержать. Господи. В этой ситуации было что-то греховное, что-то, за что ей гореть в аду. Прямо как сейчас, когда она чувствует его губы, зубы, его улыбку и дыхание. Ее впервые кто-то...обнюхивал, и, Мерлин свидетель, это было самым интимным, что с ней когда-либо происходило. И снова с Малфоем. Черт. Малфой не сдержался и запустил руку в мягкие кудрявые волосы, перебирая пальцами пряди и чувствуя нестерпимое желание поцеловать ее. Но нельзя. Этого нельзя было делать. Они и так горели слишком сильно. Слишком вместе, судя по ее ответному робкому прикосновению к груди. - Какая же ты тогда на вкус, Грейнджер, - пробормотал Малфой, прижимаясь лбом к ее лбу и уже было наклонившись к губам, но она тихо выдохнула: - Тебе пора, Малфой. Астория, наверное, заждалась. На Драко словно ушат воды вылили. Он медленно открыл глаза, встречаясь взглядом со все ещё затуманенным взором, и так же неспешно выпутал пальцы из ее кудрей, медленно отодвигаясь от девушки. Инстинкты кричали остановиться и уйти, но чертов аромат, ее приоткрытые губы, манящий влажный взгляд заставляли остаться. Но она не позволила. - Драко. Тебя ждёт Астория. Из гостиной раздался взрыв смеха, и Гермиона покосилась на дверь, нахмурившись. Взяв ту прозрачную сумку со средствами для душа, она, не глядя на Малфоя, тихо сказала: - Накладывай заклинание. Я проведу тебя. Драко подчинился, и Гермиона, взглянув на то место, где он стоял секунду назад, открыла дверь и наигранно громко произнесла: - На вашем месте я бы проверила, как там Лав. Судя по времени, она уже могла и утонуть. Я схожу в Ванную Старост. После одобрительных смешков Гермиона быстро двинулась к выходу из гостиной, придержав портрет. - Закрывай, - послышалось тихо из пустоты. Она кивнула и отпустила портрет, быстрым шагом удаляясь в сторону Ванной Старост. Драко молча смотрел ей вслед, все ещё чувствуя ее запах, ее тепло, и спрашивал себя, какого черта он творил сейчас. *** Первое, что бросилось в глаза Гермионе в Большом зале утром через пару дней после «происшествия» - плачущая Астория. Нет, она не рыдала, картинно заламывая руки и вопрошая Господа, почему он ниспослал ей столько испытаний. Нет. Она просто смотрела в свою тарелку пустым взглядом, изредка смахивая слёзы, бегущие по бледным щекам. Гермиона нахмурилась и скосила взгляд в сторону стола Слизерина, за которым сидело всего пару ранних пташек. Драко среди них не было. Девушка поджала губы, сердясь на саму себя. Ей не было никакого дела до их отношений, до самого Малфоя, ей было плевать. То, что произошло пару дней назад... Что ж, она предпочла назвать это досадным недоразумением. Временным помешательством. Об этом стоило забыть в ту же секунду, когда Малфой вышел из гостиной. Это совершенно ничего не значило. Гермиона села за стол рядом с Джинни и машинально взяла булочку, методично намазывая на неё масло. - Слышала про Малфоя и Гринграсс-младшую? - возбужденно спросила Лаванда, кивая в сторону Когтевранского стола. - Нет, - постаралась безразлично отреагировать Гермиона. - Они расстались, представляешь? Нерушимый союз, заключённый ещё до их рождения, распался. Интересно, почему? Ставлю двадцать сиклей на то, что у Малфоя появилась другая. - Мерлин, восемь утра, когда ты уже успела узнать все последние сплетни, - упрямо не реагировала на новость Гермиона, продолжая готовить себе завтрак. Расстались, значит. Хм. - Кто рано встаёт, тот все сплетни первым узнает, - важно заявила Лав, и Джинни весело хохотнула. - Не верь ей, Гермиона, она встала десять минут назад. Слухи начали ходить вчера после ужина. Ты не слышала, потому что была на собрании у МакГоннагал, а потом сразу легла спать, - пояснила Джинни. - Но я принимаю ставку, Лаванда. Двадцать сиклей на то, что он не может любить никого, кроме себя. Девушки ударили по рукам, и Гермиона поморщилась. Что за идиотское пари. Как вообще можно было ставить на личную жизнь совершенно посторонних людей? Они не знали и толики того, что происходило между ними. Хотя, если бы пришлось участвовать в тотализаторе, она бы поддержала ставку Лаванды. Нет, не из-за того, что произошло тогда между ними. Это вообще ничего не значило. Просто...просто Малфой не отличался избирательностью. Наверное. Черт. Информации явно не доставало для каких-либо выводов. Удивительное совпадение, но она перестала игнорировать факт того, что Малфой - молодой привлекательный парень, после того, как его губы впервые коснулись ее шеи. Если честно, "перестала игнорировать" - это преуменьшение. Она стала очень сильно его замечать. В любом случае, любовь ему доступна, хотя бы к своей семье. Он это ярко продемонстрировал во время войны, так что ставка Джинни бы не сыграла. Тем временем оставшиеся слизеринцы пришли на завтрак и уселись за свой стол. Гермиона бросила быстрый взгляд, за секунду находя платиновую макушку. Малфой не выглядел как человек, который накануне разорвал отношения всей своей жизни. Он оживленно переговаривался с Забини, пока щедро поливал оладьи шоколадным соусом. Бесчувственный мерзавец. Гермиона с сочувствием взглянула на Асторию, которая опустила голову еще ниже, буквально утыкаясь носом в свою овсянку. Вдруг на ее голову упал конверт. Школьная сова, громко ухнув, вылетела через открытое окно. Странно. Для почты было рановато, обычно сов стоило ждать ближе к обеду воскресенья. У конверта не было отличительных знаков, и Гермиона повертела его в руках, на всякий случай проверив его на проклятия или яды. Диагностика ничего не дала. - От кого это? - полюбопытствовала Джинни, заметив, что подруга не спешит открывать письмо. - Я не знаю, - пожала плечами Гермиона и практически против воли взглянула в сторону слизеринского стола. Малфой пристально смотрел на нее и, дождавшись, пока она это заметит, легко покачал головой. И что это значит? Не открывать при всех? Отправитель не он? Впрочем, пошел он к черту. Фраза, которая как мантра звучала в голове уже два дня. Гермиона решительно вскрыла конверт и пробежалась глазами по строчкам. - Это от родителей, - слишком громко и слегка разочарованно объявила Гермиона, и все тут же потеряли к ней интерес. Кроме Джинни. Она хитро улыбнулась и ткнула подругу локтем в бок. - А ты ждала послание от кого-то другого? У кого-то появился тайный воздыхатель? Или не тайный? Ха, тайный воздыхатель. Скорее уж, явный обнюхиватель. Да и не появился он у нее. Один незначительный эпизод не считается. - Что за глупости, Джинни, - неубедительно проворчала Гермиона, еще раз посмотрев на Малфоя, который едва заметно ухмылялся. И что это, черт возьми, значило? Впрочем, плевать. Родители четко обозначили, что ждут ответа как можно скорее, и Гермиона встала, чтобы пойти в совятню и сразу написать им письмо. Спускаясь с Совиной башни, она сразу заметила Малфоя, который стоял у подножия лестницы, небрежно прислонившись к стене и рассматривая сонных учеников, которые сновали по школе небольшими группками. Воскресенье располагало к праздному безделью, так что подобных группок было довольно много. Гермиона застыла, лихорадочно соображая, как себя вести. Пф. С чего она решила, что он ждёт именно ее? Может, решил встретиться с кем-то здесь. Теперь, когда он официально был свободен, многие девушки захотели бы провести с ним выходной, верно? Эта мысль неприятно уколола, и Гермиона рассерженно поджала губы. Вот ещё. Она, кажется, уже решила, что ничего не испытывает к слизеринскому принцу, а все ее уже более откровенные после того вечера сны были не более, чем игрой совершенно глупых гормонов. Ей мог сниться даже Гарри, он ведь тоже привлекательный, а его глаза насыщенно изумрудного цвета уже давно не дают покоя большой части женского населения Хогвартса. Тьфу. Гермиона сглотнула вязкую слюну, чувствуя, как ее затошнило. Думать о Гарри в таком ключе, пусть она и признавала, что глаза у него чудесные, было отвратительно. Как думать о брате. Удивительно, но ни одна мысль о Малфое не вызывала у неё тошноту. Мерлин, она окончательно запуталась. И к тому же сейчас выглядит как идиотка, стоя на середине лестницы и молча уставившись вдаль, пока холодные серые (не менее красивые, чем у Гарри) глаза с любопытством ее рассматривали. Гермиона очнулась и с независимым видом стала спускаться дальше. Поравнявшись с Малфоем, она чинно ему кивнула в знак приветствия, тут же получив веселое фыркание в ответ. Она смерила его взглядом в лучших традициях профессора МакГоннагал и поспешила прочь, размышляя, слишком ли глупо она выглядела. В конце концов, где прописаны правила общения с человеком, который буквально накануне тебя обнюхивал? Подобная инструкция бы сейчас пригодилась. - Почему ты подумала, что письмо от меня? - прилетел в спину громкий вопрос, а стайка младших школьниц неподалёку тут же заткнулась и стала с любопытством наблюдать за сценой. Гермиона обреченно прикрыла глаза и вздохнула. Это можно было предвидеть. Она обернулась к Малфою, который все ещё не менял позу, и, чуть приподняв брови, ровным тоном спросила: - Прости? - Я спросил, почему ты... - Я услышала вопрос, - Гермиона нервно оглянулась и была вынуждена подойти к Малфою ближе, чтобы иметь возможность говорить тише и оставить хоть толику секретности вокруг ее личной жизни. - Я имела в виду, с чего ты решил, что я так подумала? - А ты так не подумала? - ответил вопросом на вопрос Драко, и Гермиона закатила глаза. - Нет. С чего бы тебе писать мне? - Как раз хотел уточнить у тебя. Что бы я написал в том письме? - он оттолкнулся от стены и подошёл ближе, слишком близко, если честно. Гермиона облизнула губы, стараясь смотреть либо в сторону, либо в его глаза. Но ни за что не на шею и ключицы, которые были отчетливо видны в вырезе рубашки. Что за вид в стенах школы?! Такую откровенность пора запретить на законодательном уровне! - Малфой, мы же уже выяснили, что я ничего подобного не думала. И у тебя нет ни единой причины написать мне. Думаю, вопрос себя исчерпал, - Гермиона гордо вздернула подбородок и смело взглянула в его смеющиеся глаза. - Ты кого-то ждал? Я тогда пойду, не буду тебя задерживать. Всего хорошего. - Какой официальный тон, Грейнджер, - поцокал Малфой, качая головой и делая ещё шаг навстречу ей. Гермиона замерла, не решаясь отступать. Но ведь она ничего не проиграет, да? Напротив, выиграет себе немного личного пространства и способности трезво мыслить. Последнего не хватало особенно сильно. Разве можно было ее в этом винить? Любой бы слегка потерялся, если бы перед ним стоял живой герой его снов. И неважно, насколько сильно это не соответствовало действительности. - Мне пора, вообще-то, - пискнула Гермиона, пока он с любопытством рассматривал ее лицо, на котором явно отражался мыслительный процесс. - Если ты что-то хотел... - Хотел, - тут же откликнулся Драко, не дожидаясь окончания предложения. - Поговорить. Отойдём куда-нибудь в менее людное место? Нет. Совершенно и однозначно нет. В прошлый раз, когда они остались наедине, почти случилось непоправимое. Ее рука почти скользнула ему на шею. Она даже дотронулась до его груди, так что от более тесного контакта ее уберёг только образ Астории, с тёплой улыбкой смотрящей на него. Сейчас этот образ совсем бы не помог, и она страшно, страшно боялась совершить глупость. Может, повезёт, и он больше не станет ее нюхать? Господи, звучит жутко. Она кивнула. Что? Кивнула? Да, кажется, так и было. И она правда сейчас покорно следует за Малфоем, который явно ведёт ее в заброшенное крыло на третьем этаже, где некогда обитал Пушок, охранявший Философский камень. Сейчас там точно никого быть не могло. Они зашли за поворот, очутившись в коридоре с причудливыми статуями, и факелы разом вспыхнули, совсем как в прошлый раз. Тогда было так себе приключение, они едва выжили, чего ждать сейчас? Не то чтобы это место было символом ее безопасности. - Итак? - вопросительно протянула она, желая быстрее с этим покончить. Что ему ещё нужно? Отдать поношенные носки? Завернуть в пакет прядь волос? Отдать шампунь? Что ещё запросит этот фетишист? - Я лишь хотел сказать, что мы с Асторией расстались. - О, очень жаль, - соврала она, сочувствующе кивая головой. - Вы были красивой парой. Она могла сделать тебя счастливым. Что там ещё принято говорить? Ах, да. Каким образом это касается меня, Малфой? - Потому что мы расстались из-за тебя. Бум. Вот это новость. Гермиона открыла рот и оскорбленно уставилась на парня, который с жадностью впитывал ее реакцию. - Чудесно, Малфой, - возмущённо воскликнула она. - Каким образом я оказалась вмешана в ваши отношения? И ты ещё смеешь меня обвинять! Не я забралась тайком к тебе в комнату и нюхала тебя! И я не целовала твою шею, и вообще тебя не целовала, если уж на то пошло! - Как раз это я и планировал исправить, - доверительно сообщил ей Драко, и она не успела возразить (по большей части потому, что не хотела, если честно), как его мягкие тёплые губы накрыли ее изумленно приоткрытый рот. Это что, снова сон? Какой долгий. Сначала весь завтрак в деталях, письмо, а теперь совершенно охренительно красивый парень обхватывает ее за талию, проводит языком по нижней губе прежде, чем проникнуть чуть глубже. Но не слишком. Только для того, чтобы мягко коснуться ее кончика языка, который (она клянётся, против ее воли) тут же застенчиво ударил в ответ. Что за вибрация прошла по горлу? Неужели она...застонала? Черт, ну так и есть. Потихоньку, но он услышал. Почему тогда мягко ухмыльнулся, притягивая ее к себе ещё ближе? - Наверное, тебе требуются объяснения, - прервал слишком, слишком! - короткий поцелуй Малфой, наигранно озабоченно нахмурившись. - Было бы неплохо, - пробормотала практически полностью потерявшая связь с реальностью Гермиона. - Потому что это все...ну, странно. - Странно то, что на моей щеке все ещё нет следа твоей руки, - он ласково улыбнулся, погладив ее по щеке, и Гермиона окончательно впала в когнитивный диссонанс. - Я ничего не понимаю, - жалобно сказала она, поднимая на него глаза. - Столько лет вражды, оскорблений, за плечами война, полное неприятие друг друга, а потом ты прокрадываешься в мою комнату, делаешь то, что Драко Малфой при любых обстоятельствах не мог делать, теперь целуешь меня... Если честно, я очень боюсь, что сошла с ума. - Ты выкладываешь все карты на стол так сразу? - Малфой ещё раз улыбнулся, и Гермиона решила позволить ему все объяснить. И потом ещё раз поцеловать. В целом, можно оставить только последний этап. - Хорошо. Все дело в том, что я и сам не знаю, как произошло все это. Знаю, что все началось с вечера, когда я перепутал тебя с Асторией. С тех пор я не мог думать ни о чем, кроме твоего запаха. Звучит бредово, но так и есть. - Но это... - Я не закончил, потерпи немного, Грейнджер, - Малфой явно наслаждался тем, как оттягивает объяснение реальной причины происходящего, и как это раздражает Гермиону. - Я знаю, что ты думаешь. Что это вовсе не причина для таких моих действий. Но ты свела меня с ума. Я обнюхал половину школы, чтобы найти хоть приблизительно такой же аромат, чтобы перестать думать о тебе. Но не нашел. Поэтому стал думать о тебе еще больше. Наблюдать. И мне очень понравилось то, что я увидел. - Малфой, - Гермиона устало вздохнула и серьезно на него посмотрела. - Если быть честной, я не думаю, что то, что ты увидел, является объективным. Просто для тебя было в новинку рассмотреть меня как девушку, а не как приложение к Гарри, не как...грязнокровку, к которой тебе с детства вкладывали отвращение... - Я никогда не воспринимал тебя как приложение к Поттеру, - тут же возразил Драко, но Гермиона покачала головой, заставив его замолчать. - Я пытаюсь тебе сказать, что очарование скоро пройдет, когда мы узнаем друг друга поближе. Я вовсе не гожусь для того, чтобы быть твоей. Я... - Грейнджер, - Малфой напрягся и выпустил ее из кольца своих рук. Мгновенно стало холоднее, и Гермиона едва сдержалась от того, чтобы не кинуться к нему обратно. Просто, чтобы согреться, конечно. - Если все дело в том, что ты просто не хочешь... - Дело совсем не в этом, - Гермиона прикрыла глаза, пытаясь сформулировать мысль правильно. - Я...хочу. То есть, я рассматриваю такую возможность... Вернее, я могу допустить... Черт. Драко, - она открыла глаза и, собравшись с силами, выдала правду. - Я хочу сказать, что ты мне нравишься. В тебе есть черты, которые меня привлекают. Ты...снишься мне иногда. Я боюсь того, что ты разочаруешься. Я же совсем не похожа на девушек из твоего окружения, и я говорю не о внешности. Запал пройдет, тайные отношения наскучат... - Почему ты решила, что я хочу встречаться втайне? - Потому что общество никогда не одобрит нас, - всплеснула руками Гермиона, отчаянно пытаясь не разреветься. - Твои друзья, семья, да и мои друзья будут против. Сильно против, ты же понимаешь. Осталась лишь одна возможность встречаться - так, чтобы об этом никто не знал. Да, флер таинственности будоражит, но на этом долго не протянуть. Я боюсь, что ты зря расстался с Асторией. - Я думал точно так же, до вчерашнего дня, - тихо сказал Драко. - И что случилось вчера? - Я доварил Амортенцию. Она полностью и абсолютно пахнет тобой. Без примесей. Астория знает. После этого мы расстались. - Амортенцию? - глупо переспросила Гермиона, до которой информация стала доходить вдруг очень медленно. - Мне нужно объяснять что-то еще? - явно уязвленный такой откровенностью с его стороны, Драко подошел ближе и заправил ее прядь волос за ухо. - Я знаю, вижу, чувствую, что ты хочешь попробовать. Что тебя останавливает? - Кажется, уже ничего, - вздохнула Гермиона и все же обвила его руками за шею, притягивая к себе и прикасаясь губами к его губам. *** Встречаться они все-таки стали тайно. На этом настояла сама Гермиона, опасаясь слишком бурной реакции общественности (Рона), и предложила повременить с раскрытием их отношений до Выпускного бала. В целом, Драко было без разницы, ведь она уже принадлежала ему, он мог находиться с ней большую часть времени, наслаждаясь ее запахом, ее голосом, ее чертовыми волосами. Она все еще не позволяла ему оставаться на ночь у себя в комнате, аргументируя это тем, что его отсутствие в его постели может вызвать вопросы у его соседей по комнате. Драко ворчал, но соглашался. В конце концов, ему тоже требовалось время, чтобы привыкнуть к мысли, что знаменитая Гермиона Грейнджер - его. Он активно использовал этот аргумент, поджидая ее во время ее дежурства, заставляя ее вопиющим образом игнорировать обязанности старосты где-нибудь в пыльном кабинете, вырывая из ее горла самые восхитительные стоны, которые он когда-либо слышал в своей жизни. Черт. Эти стоны сводили с ума еще и из-за того, что она практически не давала доступ к своему телу. Они перешли на третью ступень под названием "ласки выше пояса", но вниз его не допускали ни пальцами, ни языком, ни тем более членом. Он активно фантазировал о том, как она будет звучать, когда он наконец-то доведет ее до оргазма. Поздним вечером перед своим днем рождения он вновь проник в Башню Гриффиндора, привычно направляясь к комнате его старосты. Романтик, глубоко, как он сам считал, похороненный в нем, внезапно ожил и заявил, что первым, кого он хочет увидеть в свой день рождения, - Грейнджер. Драко никак не мог игнорировать этот голос, поэтому, в очередной раз пробормотав гнусно ухмыляющемуся Блейзу что-то о необходимости прогулок перед сном, направился в такую сладко пахнущую комнату. Он знал, что Грейнджер в очередной раз дежурит, и заранее предупредил ее, что не сможет составить ей компанию, потому что ему срочно нужно помочь другу. К счастью, она не потребовала дальнейших объяснений, так что он со спокойной душой вошел в ее спальню и уселся на кровать, взяв с тумбочки очередную книжку. У него было около получаса. Когда Гермиона вошла в комнату, устало улыбаясь вновь засидевшимся допоздна друзьям, Драко был готов. Он уже наложил Дезиллюминационное, чтобы сделать сюрприз, когда она закроет дверь, но в комнату вслед за Грейнджер ворвалась Уизлетта. Она что-то тараторила про шрамоголового, но он не слушал ее, наблюдая за Грейнджер, которая рассеянно кивала и что-то отвечала, одновременно мучительно медленно расстегивая рубашку. Он сглотнул, когда она кинула белоснежную ткань на кровать, тут же отправив туда и школьную юбку, оставаясь в серых гольфах и белье. Белом. Господи. Как будто нужно было подчеркивать ее невинность. Гермиона подошла к шкафу, выудила оттуда тот самый халат, какой-то бумажный пакет, схватила принадлежности для душа и вышла из комнаты вместе с незатыкающейся рыжей. Драко позволил себе громко выдохнуть. Он всеми силами старался не вести себя как маньяк, но черт, было что-то будоражещее в том, что он скрытно наблюдал за ней, когда она была в одном белье. У него было время на передышку и на планирование того, как он будет сдерживаться, когда у него перед глазами такая картинка. Грейнджер вернулась довольно быстро, распространяя свой уникальный аромат, промакивая влажные волосы полотенцем и вешая его на стул. Но Драко не смотрел на полотенце. С нарастающим возбуждением он смотрел на тонкие черные чулки, которых явно не было, когда она выходила из комнаты. Были гольфы, он точно помнил. Гермиона тем временем подошла к зеркалу на шкафу, возле которого он стоял совершенно ошеломленный, поправила крупные влажные локоны и вдруг дернула за тонкую завязку халата, позволяя ему увидеть... Блять. Шелковая ткань соскользнула с ее плеч, и она с легкой соблазнительной ухмылкой стала рассматривать себя в зеркале. Рассматривать черное бюстье из плотного кружева, с подвязками для чулок, и какие-то невероятно крохотные трусики. Гермиона повернулась спиной к своему отражению, и Драко не удержался и очень громко сглотнул, едва сдерживаясь, чтобы не прикоснуться. Черт, да за такую выдержку ему нужно было дать Орден Мерлина! - Нравится? - хмыкнула Гермиона, проводя руками по груди и животу, чувствуя приятное кружево под ладонями. - Как ты догадалась, что я здесь? - хрипло спросил Малфой, скидывая с себя заклинание. - Увидела смятую постель, а потом почувствовала запах, когда подошла к шкафу, - Гермиона самодовольно усмехнулась. - Ты прокололся, Драко Малфой. И разве не я должна устраивать тебе сюрприз на день рождения? - Ты устроила, - Драко едва сдержался, чтобы плотоядно не облизнуться, пока с жадностью рассматривал умопомрачительную девушку перед ним. - Отвечая на твой первый вопрос. Да, мне охренеть как нравится. Гермиона ещё раз улыбнулась, кидая на себя взгляд в зеркало. Что ж, она мастерски скрывает дикое смущение. Она купила белье буквально неделю назад, когда впервые позволила Драко увидеть ее обнаженную грудь. Может, кому-то это покажется ханжеским, но она не хотела торопиться отдаться человеку, в котором она все ещё не была уверена. Теперь...теперь она чувствовала, что готова позволить зайти ему чуть дальше. Не до конца, не сегодня. Но она постарается его не разочаровать. - Можно трогать, - едва слышно прошептала Гермиона и чуть не сбилась с мысли, когда увидела потемневший взгляд. - Везде. Вообще везде. - Я понял, - кивнул Малфой и тут же провёл по ее груди, задевая пальцами сосок, спускаясь к животу, бёдрам, ягодицам, поглаживая, сминая, наслаждаясь ее участившимся дыханием и отброшенным смущениям, когда она откинула голову, подставляя шею под горячие поцелуи. Драко схватил ее за бедра, прижимая к своей твердости, показывая, насколько ему нравится, насколько она желанна, притягательна для него. Она ойкнула и смущенно хихикнула, притягивая его к себе за шею, накрывая его губы своими, впервые сама врываясь языком в его рот. Блять. - Ты можешь остаться на ночь, - промурлыкала она, расстегивая пуговицы на его рубашке и целуя каждый сантиметр открывающейся кожи. Он сглотнул, когда она накрыла рукой выпирающий бугор на брюках и слегка его сжала. Ночь будет выдающейся. *** - Гермиона? Гермиона, вставай. Ты проспала завтрак и проспишь обед, если не поторопишься, - голос Джинни раздался прямо за дверью. Гермиона и Драко синхронно открыли глаза и резко сели на постели, взглянув друг на друга, а затем на часы. Гермиона простонала и, оставив легкий поцелуй на плече упавшего обратно на подушки Малфоя, вскочила с кровати, накидывая на себя халат. - С днём рождения, Драко, - пропела она, хватая со столика щетку для волос, и в этот момент в дверь снова постучали. - Гермиона, ты уже встала? Можно войти? - снова Джинни. - Эм, нет, подожди, я в полностью разобранном состоянии, поговорим через десять минут? - Гермиона закусила губу в ожидании ответа подруги и с волнением взглянула на Малфоя, который наглым образом решил закрыть глаза и досмотреть свой утренний сон. - Да, конечно, хорошо. Кстати, Малфой, тебя ищет Забини, что ему сказать? - послышался невероятно довольный голос Джинни. Драко тут же распахнул глаза и с недоверием уставился на дверь. Гермиона, буквально физически почувствовав, как кровь отхлынула от лица, в два прыжка достигла двери и рывком затянула хихикающую подругу в комнату. - Джинни, откуда ты знаешь? - прошипела она, с беспокойством поглядывая на дверь, которая как будто могла вот-вот открыться. - Привет, Малфой, - пропела Джинни, с ухмылкой наблюдая, как он пытается одеться, не вылезая из-под одеяла. Он буркнул приветствие в ответ, явно испытывая неудобства с брюками. - С днем рождения. Забини правда тебя ищет, я сказала, что разбужу тебя. Кажется, у них был какой-то сюрприз, который ты испортил, не ночевав в своей постели. - Что? - изумился Малфой, даже перестав пытаться надеть рубашку. Он встал с кровати и, угрожающе нависая над совершенно не устрашившейся Джинни, пристально на неё взглянул. - Что ты сказала Забини? - Мерлин, а Рон знает? А Гарри? - пискнула Гермиона, выдирая зубчики из щетки для волос. - Почему ты сказала подобное Забини? Господи, а... - Ну все, успокойтесь, истерички, - Джинни закатила глаза и с независимым видом уселась на стул. Она сделала вид, что рассматривает свои ногти, и небрежно пожала плечами. - Все знают. Уже давно. Может, чуть меньше месяца. - Но я же...мы же... - растерянно бормотала Гермиона, обмениваясь взглядами с таким же растерянным Драко. - Дерьмовые шифровальщики, - ехидно подытожила Джинни, с насмешкой рассматривая ребят. - Ладно, я бы в жизни не догадалась. Мне Забини рассказал. - Забини?! - изумился Малфой. - Откуда он знает? - Ну, твой друг не лишён наблюдательности и склонен к логическим умозаключениям. А ещё он хорош в шпионаже, - загнула третий палец Джинни и хмыкнула. - На самом деле, для него не составило труда сложить два и два, когда ты исчезал из комнаты и возвращался поздней ночью именно в те дни, когда Гермиона дежурила. Чтобы удостовериться в своих догадках, он лишь однажды проследил за тобой и увидел, как ты наглым образом отвлекаешь Гермиону от обязанностей старосты, а она вовсе не сопротивляется. Можно, я не буду описывать, как он рассказывал о своих наблюдениях за вашими переглядками? А то меня стошнит. - Блейз, предатель, - прошипел Драко, яростно затягивая ремень на брюках. - Почему он сначала не поговорил со мной?! Зачем он вообще тебе все это рассказал? - Он хотел узнать, знаем ли мы о ваших отношениях, чтобы, если мы знаем, обвинить тебя в предательстве и недоверии. Мы не знали, как вы поняли, и сначала даже не поверили, но всего лишь один раз проверили Карту Мародеров. Представьте наше удивление, когда мы увидели, что Гермиона спокойно патрулирует коридоры, а Малфой сидит у нее в комнате. Мы ждали фееричного скандала, когда ты вернешься, но не дождались, и нам стало понятно, что Блейз прав. - Почему ты не сказала мне? - опустив руки, опустошенным голосом спросила Гермиона, чувствуя себя полнейшей идиоткой. - Я честно хотела, - активно закивала Джинни. - Но сначала решила успокоить Гарри и Рона, а потом Блейз предложил устроить небольшой тотализатор... В общем, потом о ваших отношениях как-то узнала почти вся школа, и мы просто наблюдали. Давали вам время насладиться друг другом наедине. И вот сегодня сыграла моя главная ставка, поэтому я решила раскрыть карты. - И на что ты ставила? - напряженно спросил Драко. - На то, что Гермиона позволит тебе переночевать в своей постели в день твоего рождения, - заявила Джинни, лучась от самодовольства, но немного умерила пыл, встречая два разъяренных взгляда. - Эй, ребята? Что это вы так на меня смотрите? Стойте! Слышите, не подходите! Гермиона, убери палочку! Гарри!!! ГАРРИ!!!