у вас любовь или вы чисто трахаетесь?

      между ними всегда была какая-то особенная связь. с самой школы. нет, они не ходили вечно рука об руку, не расставаясь ни на секунду, не были стереотипными лучшими друзьями, которые могут болтать о всякой фигне часами. это не про них.       их взаимоотношения заключалась в другом. они были опорой друг для друга, могли залить светом тьму в душе. томас помогал дамиано не упасть, не оступиться, не давал делать глупости.       давид обожал творить хуйню. это его вторая работа. но раджи придерживает за плечо, хватает за локоть, осторожно толкает коленом. не надо. и брюнет останавливается, как послушный пёсик.       с томасом можно посмеяться и поплакать. он поддержит в трудную минуту, вытрет слезы с щёк, скажет что-то умное, найдёт слова поддержки, заставит поверить в свои силы. раджи волшебный. невероятный. может поэтому к нему так тянет.       брюнет набирает код домофона и отворяет дверь. в подъезде пахнет сыростью и сигаретами. на ступеньке лестницы пристроился чёрный кот. дамиано шагает вверх. черт бы побрал его за собственную компульсивность. с мари, конечно, получилось некрасиво. хотя он всегда уходил быстро. выкуривал сигарету, одевался и удалялся прочь.       в голове плотно засел образ парня со светлыми волосами и вечно сонными глазами. почему? да хуй знает. так вышло. судьба посчитала это необходимостью, включила в жизненный путь давида.       входная дверь их квартиры хлопает, оповещая о приходе дамиано. в общей комнате идёт какой-то сериал по телевизору. видимо, вик и итан решили расслабиться под вечер. эти двое были настоящими маньяками. хлебом не корми, дай глянуть новый сезон какого-нибудь сериальчика от нетфликс или hbo.       - дами, ты? - тёплый женский голос доносится из гостиной.       - я, - тянет давид.       молчание. этого хватило.       брюнет бросает чёрные туфли на полку для обуви и тихонько идёт по коридору. подойдя к нужной двери, толкает её.       перед глазами предстаёт комната в серых тонах и лёгкий беспорядок. на кровати лежал томас под чёрным пледом.       дамиано подошёл к нему и присел рядом.       тонкие черты лица, приоткрытые розовые губы, небольшая щетина и нахмуренные густые брови. раджи прекрасен. просто идеален. он выглядит как настоящий английский принц. невероятно. дамиано не может оторвать взгляд. он любуется.       рука невольно тянется к светлой щеке, гладит её, потом очерчивает контур скулы, подбородка, спускается к шее. блондин что-то бубнит себе под нос, как какой-то угрюмый старичок.       губы давида трогает усмешка. он милый. милее любой длинноногой красавицы. потому что он родной и любимый.       возможно дамиано не настолько гетеросексуален, как он думает. видно, это не просто любопытство, может он и любит. но есть одно "но". он никогда об этом не скажет. ему трудно говорить о своих чувствах. он не умеет делать это правильно. вроде 22-летний лоб, а складывать слова в предложения так и не научился.       нет, он умеет заливать про высокие чувства, любовь до гроба и т.д. но все это не то. это сладкое враньё.       чувства связывают брюнету язык, но он смирился, принял всё как есть и забил. значит так нужно. рука давида продолжает очерчивать контур лица томаса.       один глаз блондина распахнулся и хищно зыркнул на дамиано.       - ты решил лишить меня моего законного 8-часового сна? - раджи приподнимается на локтях, продолжая сверлить взглядом брюнета.       - нет, что ты, томи, я просто любуюсь, - самодовольная усмешка летит в блондина.       - ага, понятно. спасибо за то, что вывел из мира прекрасного морфея, - томас зевает, прикрывая рот тыльной стороной ладони.       - да-да, томи, прости меня, - давид запускает пятерню в густые светлые волосы.       - ага, извинения приняты, а теперь дай мне поспать, сученыш, - но вместо того, чтобы упасть головой в мягкую подушку, он опускается на плечо брюнета, который уже успел заключить его в кольцо своих рук.       - потом поспишь, - тихо шепчет дамиано прямо на ухо.       мурашки пробегает по телу.       - замёрз, мой хороший? щас мы тебя согреем, - давид снимает с себя пиджак и футболку, оголяя прекрасное, забитое татуировками тело.       томас оказывается на плече друга, который активно укутывает его в плед и прижимает ближе к себе. раджи не сопротивляется. а смысл? все равно ему это нравится. руки сами собой обвивают широкую шею.       - спасибо, - произносит томас, щекоча брюнета своим дыханием.       - на здоровьице, милый, - давид чмокает в макушку.       вот в его руках его собственное счастье, его лучик солнца, который отдаёт свое тепло ему. хочется быть ещё ближе, ещё теснее.       так они просидели минут 20. просто молчали, не произнеся и слова. за них все сказали сердца, которые пытались разорвать к чертям грудную клетку.       раджи отстранился и встал с кровати.       - куда? - завыл брюнет.       - покурить, - коротко отозвался томас.       он не любил курить в комнате, это отбирало у этого процесса своеобразный вайб. но иногда он всё-таки позволял себе выкурить одну сигаретку в помещении.       блондин выпускал облачка пара в окно, выходящее на пешеходную улицу. туда сюда сновали люди, спешащие домой с работы. может, чтобы провести время с детьми, а может поговорить с любимым человеком, или же просто посидеть в одиночестве, смотря какой-то нудный фильм про любовь. кто знает?       тёплая ладонь ложится на талию, прижимает к человеку позади. блондин оборачивается, встречаясь взглядом с чарующими глазами дамиано. он смотрит, не отрываясь ни на секунду. будто пытается запомнить каждую клеточку лица томаса, каждую впадинку, родинку, морщинку, абсолютно всё.       он целует. целует жадно, крепко удерживая, словно раджи сейчас сорвётся с места и побежит куда глаза глядят. он проводит рукой по спине, пальцами придерживает шею, зарывается в копну светлых волос. томас красивый, томас чувственный, любимый, невероятный, просто волшебный. не хватит никаких слов, чтобы его описать. этого человека надо увидеть и запомнить, потому что других таких нет ни на одной планете. он особенный.       давид неожиданно разрывает поцелуй.       - сыграй мне.       - что ты хочешь? - томас подходит к стойке со своей гитарой.       - да что первое на ум придёт. раджи хмыкает, и присаживается на кровать.       длинные пальцы зажимают аккорд и комнату наполняет музыка. невероятные звуки сливаются в целостную мелодию, которая завораживает и цепляет.       дамиано узнает эту песню. le parole lontane.       - ты будешь дышать мной словно воздухом, - вступает раджи.       "ты уже мой кислород," - говорит про себя давид.       - в тот день, когда я спрячу тебя во фразах, которые ты не услышишь, ведь твоей ошибкой было любить меня так, будто завтра мир был бы тем же, что и вчера.       их жизнь меняется, вечно бежит куда-то. их судьба приготовила им ещё тысячи неожиданных поворотов, им нужно быть готовыми, они просто обязаны.       - а теперь позволь мне поверить в то, что это реально, потому что во мне нарастает беспокойство, я пью горькие слёзы.       строчка задевает за живое, открывает старые раны на сердце, причиняет невероятную боль.       томас любил его. очень. а он проебал. просрал свой шанс на любовь. его тогда больше волновали красивые женские бедра, но никак не худой высокий блондин с чёлкой на глазах.       - прошу, позволь мне потеряться в морской пучине.       их поездка на море. руки раджи на талии симпатичной рыженькой красотки. она обвила его шею, мило улыбаясь. его губы накрывают её.       давид в ахуе. он выпал. волна ревности накатила и накрыла с головой. полное непонимание. резко захотелось утопиться.       но почему? из-за того, что эта красавица виснет на друге, а не на нём? или же потому что не он на её месте?       - потому что клянусь, я хочу прокричать далёкие слова.       о, да. брюнет хочет орать. хочет донести о своих чувствах, но не может. потому что не умеет, он просрал эту жизнь. смешно. до боли смешно.       - потому что я чувствую, что ты далеко, далеко от меня.       да, томас, ты очень далеко. вроде сидишь рядом, но этого не достаточно, давиду надо ближе, надо больше. ему нужно, чтобы ты сливался с ним каждой частичкой своего гребанного тела, чтобы припадал губами к его, чтобы обнимал так, словно видишь его в последний раз. но вы лишь любовники. вы лишь трахаетесь.       - время сожжет все страницы, на которых речь идёт о тебе.       не раз дамиано думал, что будет после распада группы, что станет с их дружбой? с их связью? виктория сказала, что найдёт себе горячего девочку или мальчика и свалит с ним жить куда-нибудь на море, где они будут каждый день пить текилу санрайз в баре около их милого домика. итан планирует вырастить сына или дочь, который бы продолжил дело отца, стал бы хорошим музыкантом. томас хочет купить себе квартиру в центре милана и жить жизнью обычного холостяка, может устроится в какой-нибудь дешёвый ресторанчик, где будет играть в компании таких же старичков. давид же совсем не знает, что будет с его жизнью без них. они и есть его жизнь, его воздух. они все. и томас в том числе. если бы все было хорошо, он бы тоже переехал с ним в милан, они бы вдвоём пели в этом забавном ресторанчике.       - ты будешь плакать вместе со мной под солнцем, а потом прольётся ливень, чтобы унести прочь, возможно, ненужные слова.       а может слова и правда не нужны? люди же как-то обходились без них? может можно выразить всё без глупых букв?       нет. для давида нельзя. он знает, что взаимностью ему не ответят. у томаса вечные девушки или парни. он быстро перегорает и его чувства испаряются. он не может любить долго. лучше брюнет потерпит, проживёт так, без отношений с раджи. ему хватает простого секса.       музыка остановилась.       - алло, дам, ты живой?       - а? да... да, живой, просто завис, - привычная усмешка.       - ладно, - гитара возвращается на стойку.       - ну же! мне так нравится тебя слушать, томи!       - в другой раз, дами, хорошо?       - ой, блять, ладно, - томасу прилетает лёгкий удар в плечо, - пойду куплю сигареток, тебе надо?       - нет, ещё есть. можешь мои взять, если что, - раджи протягивает почти полную пачку.       - не, я прогуляюсь.       брюнет натягивает на себя футболку и пиджак, потом вылетает из комнаты. нужно подумать. проветрить мозги. он реально попал.       дамиано обувает чёрные кроссовки итана, надеясь, что этот малый никуда не соберётся.       - вик, итан, вам нужны сиги? - кричит давид.       - да, купи пачку nazionale, будь добр, - в ответ просит итан.       - договорились.       дверь квартиры закрылась с негромким хлопком.       снова сырость подъезда.