Смертельная одержимость

***

— Добро пожаловать в участок, офицер Хан. — Можно просто Джисон. Я не особый фанат официозов. — Хорошо, что вы здесь. Возможно, мы наконец закончим резню этого Зайца. Целью Джисона всегда было положить конец печально известному преступнику, который бродит по городу. Прошло два года с тех пор, как тот начал свои преступления, и никому так и не удалось посадить его за решетку или покончить с ним, и жизненной миссией Джисона было сделать это самому. Он всегда стремился к величию, будучи одним из известных офицеров, совершенствовал все дела, ловил преступников тут и там, Джисон никогда не упускал возможности дать интервью прессе о своих достижениях. — Я начал терять веру в наших товарищей. Мол, как такое возможно, чтобы такой человек совершил все эти преступления, а его до сих пор никто не догнал? — Я бы не был так самоуверен на вашем месте. — сказал высокий мужчина с длинными черными волосами, — Все старшие офицеры, которые пытались с ним сражаться, в конце концов ушли в отставку или попросили о переводе на другую должность. Мы устраивали засады, тайные прикрытия, иногда даже до тридцати офицеров уходило на одну миссию, и всё же никому не удалось победить его. Джисон склонил голову набок, оценивая только что заговорившего офицера. Он уверен, что он как минимум на ранг ниже него. — Может быть, вы просто ещё не нашли подходящего офицера, который бы справился с ним. — Тешьте своё эго, офицер. Говорю вам, он опасен. Неназванный мужчина схватил свои папки и пошёл в камеру, оставив Джисона работать с его собственными файлами и планировать, как он будет праздновать победу над Зайцем.

***

— Он очень непредсказуем. Он мог работать с другими людьми или быть один. Иногда грабил, иногда убивал. В других случаях он портил собственность. Всё по-разному. Но у всех случаев есть одна общая деталь — все они незаконны. Говорил Чанбин, новый назначенный партнёр Джисона. Джисон предпочитал работать один, но начальник заставил его работать с кем-то другим, сказав, что задача слишком велика для него даже с учетом его статуса. — Кажется, у него нет постоянного укрытия. Он умный. — Я бы назвал его хитрым. Происшествие на 3- й улице. Всем подразделениям отозваться. — Думаешь, это он? — спросил Джисон с искрами в глазах, когда он почувствовал, как возбуждение проходит по его телу. — Если они собирают все отряды, то, скорее всего, — Чанбин ответил, схватив руль и вылетев со стоянки в сторону нужного места. Джисон почувствовал бабочек в животе. Наконец, он встретится с известным преступником, которого они так долго не могли поймать. Вызов, с которым он так долго хотел столкнуться.

***

— Взятие заложника. Кто-то подделал пожарную сигнализацию, поэтому все покинули помещение, кроме одного. Владелец. Все лифты и системы видеонаблюдения не работают, поэтому мы обыскиваем этажи один за другим, — сообщил один офицер. — Ну, уеби меня! Это 90-этажное здание с множеством офисов. Безумие. — Офицеры придут с крыши на вертолете. К настоящему времени они должны были оккупировать двадцать этажей. — Это всё ещё много, — Джисон посмотрел на возвышающееся здание перед ними. Заяц вызывал сбои во всем здании, и никто его не заметил. Он знает, что он не просто какой-то мелкий преступник. Он действительно на другом уровне. Они вошли в здание, и море людей приветствовало их, вселяя страх в их лица, жужжа как пчёлы, кто-то из них паниковал. Джисон втиснулся в толпу, желая получить больше информации о ситуации, когда услышал шум поблизости. — Что тут происходит? — Джисон заметил, что Хёнджин, неназванный ранее офицер, сердито смотрит на мужчину в костюме перед ним, который, скуля, держится за промежность. — Офицер, я лопну! Разве вы не можете просто сходить со мной в туалетную комнату?! — Сэр, как я уже сказал, мы не можем. Просто подождите. Мы скоро закончим. — Вы говорите это последние тридцать минут! "Эй, эй сейчас", — Джисон решил, что пришло время вмешаться, они начали привлекать внимание других людей, а некоторые были встревожены видом офисного работника, кричащего на полицейского. — Хёнджин, почему бы тебе не позволить ему воспользоваться ближайшей комнатой комфорта? — Я не могу. Это мой пост. Меня сюда назначили. Джисон так сильно хотел ударить Хёнджина, что его определенно не волнует рейтинг здесь, пока он держит свою задачу в секрете. Он вздохнул, но это было внезапно, когда мужчина внезапно всхлипнул перед ними. Затем они наконец поняли, что произошло. Он обмочился. — Хорошо, я ухожу отсюда, — Хёнджин поднял руки перед тем, как уйти, оставив Джисона с незнакомцем, который почти готов заплакать. Джисон проводил его в ближайшую ванную комнату, которую нашёл, шикнув, чтобы он больше не волновался. Как только они вошли, мужчина направился прямиком в кабинку. Джисон посмотрел на себя в зеркало, упёрся языком в щёку, разозлившись, что ему приходится заниматься какой-то ерундой, вместо того, чтобы искать своего врага. Внезапно его рация включилась, и он услышал голос Чанбина с другой линии. — Эй, так… хозяина нашли. Мёртвый. Мы всё ещё ищем Зайца. — Вот дерьмо. Джентльмен вышел из кабинки и подошёл к Джисону, потянувшись к крану, чтобы вымыть руки. — Я действительно сожалею о том, что там произошло, сэр. Я сделаю выговор тому офицеру, когда все закончится. — Ммм, всё в порядке. В любом случае моя работа здесь сделана. — Чт-? Джисон поймал секундную ухмылку мужчины в зеркале, и, прежде чем он успел что-то сделать, незнакомец выхватил пистолет из руки Джисона и обвил его шею, в то время как другая сильная рука держит его талию. — Мы наконец встретились, офицер Хан Джисон. Джисон почувствовал дрожь по спине. Он здесь. Наконец-то он здесь. Наконец он встретил Зайца. Он попытался сбежать, раздирая ногтями руку Минхо, дергая его за рукава, когда хватал ртом воздух, пистолет вжимали в горло. По его лицу начал капать холодный пот, а преступник весело смотрит на него через зеркало с самой жуткой улыбкой, которую Джисон когда-либо видел. На его лице нет даже капли страха. Джисон попытался протянуть руку назад, чтобы ударить его в живот, но Заяц только усилил хватку на его шее. — Давай поиграем как-нибудь ещё раз, я слышал, что ты лучший полицейский в округе. Посмотрим, как долго ты протянешь прежде, чем сломаешься. Джисон почувствовал укус в ухо, и этот жест вызвал у него отвращение. Он извивался изо всех сил, но тщетно, он медленно терял сознание из-за нехватки кислорода. Хватку на шее и теле Джисона медленно ослабевала, но прежде чем он смог восстановить свои силы, получил сильный удар по голове, и мгновенно потерял сознание.

***

— О, о! Он просыпается! Джисон застонал, медленно открывая глаза, привыкая к свету и количеству людей, окружающих его. Первым лицом, которое он смог узнать, был Чанбин, который выглядел очень обеспокоено.. — Чт-… что случилось? — спросил Джисон, держась за голову, которая, казалось, треснула несколько часов назад. — Чувак, ты, блять, встретился с ним! Нам нужно получить эскиз как можно скорее! — Где... где он? Джисон попытался встать, но у него началось головокружение. Чанбину пришлось держать его, чтобы тот не упал лицом в пол. — Он сбежал через вентиляционное отверстие в стене. Говорил же вам, он хитрый. Хотя Джисон не полностью оправился от того, что произошло, он почувствовал гнев, растекающийся по венам. Он был смущен тем, что его нашли на холодном полу в туалете, избитого фортелью, в которую, как он думал, ни за что не попадётся. Он чувствовал, что его репутация запятнана: его эго задето. Ему нужно как можно быстрее вернуться к Зайцу.

***

— Полукруглые глаза, высокий нос, губы не слишком тонкие и не слишком толстые, и они такой формы…, — Джисон продолжил описывать мужчину, которого он видел, убедившись, что художник правильно уловил все детали. С другой стороны был Хёнджин, который также описывал нарушителя закона, потому что он тоже видел его. — Ну, чёрт. Он неплохо выглядит, — прокомментировал Чанбин, получив в ответ взгляд Джисона. — Хотите добавить еще какие-нибудь детали? — Неа. Это всё. Ты понял. У тебя хорошо получилось. Давайте выставим это! Из рассказов Джисона и Хёнджина по итогу вышли похожие скетчи, но они решили за основу взять Джисона. Его начали раздавать в прессу, чтобы он транслировался как можно скорее, повышая шансы поймать Зайца. — Эй, разве это не заставляет вас задаться вопросом, почему спустя столько времени сокрытия своей личности от копов он вдруг раскрылся? Я слышал от предыдущих офицеров, что когда приходит время столкнуться сопротивлением, он обычно надевает маску кролика, поэтому он получил своё прозвище. Джисон уже подумал об этом. Он исключил возможность того, что у преступника не осталось вариантов, потому что это определенно не так. Если бы он планировал спуститься в вентиляционное отверстие, он мог бы легко это сделать, когда люди бросились вниз из-за пожарной сигнализации. И тот факт, что он знал Джисона, был чем-то, что полицейский не мог выбросить из головы. — Эй, просто хочу сообщить, что мы нашли совпадение в нашей базе данных распознавания лиц. Приходите посмотреть. Хёнджин вытащил Джисона из мыслей. Он бросился к компьютеру, на который указывал Хёнджин. Ли Минхо. — Это точно он. — Да, за последние три года у него не было никаких записей о работе. Похоже, у него вообще нет активных подписок, поэтому его будет сложно отследить. — Боже, не будь такой занудой, Хёнджин. Если ты не хочешь его ловить, я поймаю. — рявкнул Джисон, прежде чем направиться к своему кабинету. В данный момент ему не нужен был негатив. После многих лет преследования у них наконец-то есть лицо и имя. Он ухмыльнулся, думая, что если бы у него была Тетрадь Смерти в руках, у него была бы вся необходимая информация, чтобы положить конец их погоне. Ли Минхо, я обязательно увижу тебя снова.

***

— Особняк Паков горит, —объявил Хёнджин. — Вот дерьмо! Серьёзно?! Блин, разве это не дом за 10 миллионов долларов или что-то в этом роде ?! — Чанбин ахнул, отвлекаясь от телефона. Услышав эту новость, Джисон быстро схватил ключи от машины. — Хэй, Джисон. Куда собираешься? — Ночной патруль. Джисон солгал. Если бы он действительно собирался в патруль, он взял бы их собственный мобильный телефон, но у него другие планы, и он не хотел, чтобы другие знали, что у него есть большая догадка, что пожар в доме конгломерата может устроить только Минхо. Его поедала гордость, он хотел преследовать Минхо в одиночку, чтобы заставить его заплатить за унижение, с которым он столкнулся во время инцидента с захватом в заложники. Если он собирается поймать Минхо, то предпочёл бы, чтобы признание было полностью на его стороне. Он прошел мимо горящего особняка, окружённого полицейскими машинами, пресса тоже прибыла, и он мельком увидел семью Пак, дающую интервью новостному каналу. Его не волновало всё это. Он изучил местность ещё до того, как его перевели, и у него возникло ощущение, что в одном месте, которое он запомнил, всего в нескольких километрах от горящего заведения, находился его любимый* преступник. Он продолжал ехать по темной тропе, наконец дойдя до заброшенной и незавершенной стройки. Он припарковал свою машину рядом с ней и, сделав шаг вперёд, уже вытащил пистолет из кобуры. Он тихо вошёл, оглядываясь по сторонам на наличие подозрительных движений. Джисон понял, что, возможно, идти одному было действительно глупой идеей, но он зашёл слишком далеко, чтобы отступать. — ЭЙ, ОФИЦЕР! НАВЕРХУ! Тело Джисона невольно подпрыгнуло, когда он услышал крик, а подняв голову обнаружил Минхо на крыше недостроенного здания. Это была конструкция среднего размера, но все равно оставалась занозой в заднице, когда Джисону приходилось бежать по лестнице, всё время сообщая Чанбину по рации о своем местонахождении. В конце концов, он решил, что ему всё ещё нужна помощь, если что-то пойдет не так. Минхо стоял на металлических прутьях, которые так и не достроили. Джисон колебался, он боялся высоты. Он попытался прицелиться в Минхо, который просто посмеялся над ним, прыгая через решетку, как будто он не погибнет, если поскользнется. — Давай, Джисон! Будет не скучно, если ты останешься там! — Минхо поддразнил, и этого было достаточно, чтобы Джисон потерял весь свой рационализм, пока поднимался по лестнице, прежде чем пробраться через красные металлические прутья. Когда он, наконец, добрался до вершины, его снова охватил страх, он почувствовал, как шесты качаются от сильного ветра, и прыжки Минхо на них не помогали. Джисон попытался сохранить равновесие, подняв руки вверх и направив пистолет на Минхо. — Блять, да! Давай. Дай мне свой лучший выстрел, Джисон! — Минхо закрыл глаза и развел руками, словно приветствуя пули, которые выпустит коп. Джисон стиснул зубы, раздражаясь каждым движением этого ублюдка. Он нажимает на курок, но Минхо одновременно подпрыгивает, заставляя тело Джисона качнуться и потерять прицел, пуля пролетела слишком далеко от Минхо. — Что ж, досадно, — жуткая улыбка Минхо исчезла, сменившись самым серьёзным лицом, которое Джисон когда-либо видел. Джисон снова отчаянно взвёл курок, его трясущиеся руки только усугубили ситуацию. Минхо засунул руки в карманы и пошёл прямо на Джисона, его черные волосы и черная кожаная куртка развевались на ветру, и когда Джисону наконец удалось заблокировать пистолет, Минхо схватил его за запястье и поднял оружие ко лбу. Джисон заметил, что у него на руке маленькие наколки, что можно было бы посчитать милым, если бы не его криминальная история. — Стреляй. Джисон сильно дрожал. Он выругался себе под нос, потому что его пальцы не могли должным образом сжаться на спусковом крючке. Высота ужасно на него влияла, но в Минхо было что-то такое, что вызывает в нём не меньший страх. Он не боялся смерти, он даже просил об этом, и когда Джисон не смог ему её дать, Минхо вдавил пистолет сильнее в кожу, его жуткая чеширская улыбка вернулась, заставив Джисона дрожать, его разум был не в состоянии функционировать. Он был уверен, что Минхо может быть настоящим порождением дьявола, а то и самим дьяволом. — ЧЕРТ, ЗАСТРЕЛИ МЕНЯ!! Джисон закрыл глаза, когда собрал все свои силы и наконец смог нажать на курок. Но на этот раз его встретили не громким хлопком, а довольно истерическим смехом. Он открыл глаза и увидел лицо Минхо всего в нескольких дюймах от него, насмешливо потрясшего в руке магазином пистолета. — Ты правда думаешь, что сможешь убить меня так просто, Джисон? Ты не изучил меня? Всё, что я делал до того, как ты пришёл сюда? Разве ты не одержим мной? Джисон не знал, что сказать, он не знал, что делать, и он не знал, что думать. Он ругал себя за то, что не просто толкнул, чтобы тот раздробил себе череп, и со всем этим было бы покончено к тому времени, как сюда прибудет подкрепление. Но в глазах Минхо было какое-то притяжение, которое заставляет его думать иначе или не думать вообще. — Ты слишком тихий. Жизнь Джисона промелькнула перед его глазами, когда Минхо толкнул его, и тот, потеряв равновесие и размахивая руками, молился, чтобы смог удержать равновесие ногами. Он не ожидал, что Минхо схватит его за руку, не утягивая за собой, а просто удерживая от падения, когда его ноги висели на краю прута, а другая рука онемела от испуга. — Чего я не понимаю, так это того, что ты всё же решил преследовать меня, несмотря на то, что знаешь каждое преступление, которое я совершил. Разве ты не понимаешь, Джисон? Разве ты не видишь закономерность? И люди думают, что я плохой парень. — Потому что ты больной ублюдок! — Я расстроен, — Минхо начал отпускать Джисона палец за пальцем, ужас отразился на лице Джисона, когда он понял, что происходит. — Давай встретимся ещё раз, когда у тебя будет ясный ум, и мы продолжим этот спектакль, — Минхо в последний раз ухмыльнулся, прежде чем полностью отпустить руку Джисона. Джисон почувствовал, как мир замедляется, когда он начал падать. А потом его встретила тьма… снова. — Господи боже, что с тобой случилось на этот раз?! Джисон проснулся в груде ящиков, которые смягчили удар падения. Так что я ещё не умер. Он понял, что потерял сознание ещё до того, как упал на землю. Неужели Минхо действительно не собирался его убивать? Он упомянул, что они встретятся снова, и Джисон не знал, как к этому относиться. Думал, что он просто ещё одна лёгкая жертва, как и все остальные его прошлые дела. Оказывается, он никогда не будет готов ни к чему, что вытворяет этот мужчина.

***

— Так ты всё еще не собираешься рассказать мне, как ты оказался на той стройке, где каким-то образом встретил Минхо и чуть не убил тебя? — Чанбин приподнял бровь, потягивая кофе, его тело склонилось над стеной, разделяющей его их с Джисоном рабочие места. — Я сказал тебе, что хотел проверить, как обстоят дела с пожаром. И случайно наткнулся на это место и... ну... хотел посмотреть, есть ли там бомжи или несовершеннолетние. — Ха, я не знал, что ты ужасный лжец. Чанбин наконец оставил этот разговор и ушёл, чтобы поговорить с другими дежурными офицерами. Джисон продолжил то, что делал. На его компьютере открыто множество вкладок, на столе лежат стопки газет и файлов, он хотел проследить всё и увидеть, что он пропустил. «Разве ты не видишь закономерность?» Закономерность. Джисон всегда думал, что Минхо таинственно перемещается, совершает разные преступления, вовлекает разных людей, поэтому Джисон, должно быть, пропустил большую часть своего расследования, чтобы можно было сказать, что тут есть закономерность. У Джисона спад. Он ничего не мог найти. Конечно, он повторяет некоторые преступления, но он не мог понять, время, место или что-то ещё, что могло бы быть подсказкой к следующему движению Минхо. — Эй, вы видели, как люди радовались несчастью Пака прошлой ночью? — спросил Хёнджин, явно не Джисону, а офицерам около себя. Джисон не из тех, кто подслушивает, но ему было любопытно, о чём идет разговор. — Ага-ага. Чёрт, люди такие странные. Как они могли это сделать? — Ну, ты же знаешь, что эту семью постоянно окружают какие-то конфликты. — Но это никогда не было доказано! — Чанбин возразил. Джисон быстро вышел из разговора, вернув своё внимание к файлам перед собой. Он снова сосредоточился на жертвах. Не к тому, как они стали жертвами, а скорее к спрятанным за ними историями. Семья Пак, проблема с переутомлением сотрудников, причина, по которой их благосостояние росло быстрыми темпами. Были поданы жалобы, но фактических дел возбуждено не было. Директор, которого убили в прошлый раз, обвиняется в сексуальных домогательствах. Дела закрыты по неизвестным причинам. Другой потерпевший, генеральный директор Сон, предстал перед судом, несмотря на веские доказательства, ему было вынесено оправдательное решение. Затронуты вопросы, связанные с защитой полиции. Джисон продолжал исследовать всех жертв, всех, что мог найти, и не был огорчён. Это были люди, которые, как говорили, тоже совершали преступления, но никогда не отвечали за это, либо потому, что они очень влиятельны, либо потому, что они могли иметь связь с полицией. Чем больше Джисон копался в файлах, тем больше он начинал понимать действия Минхо, и это не было для него хорошим знаком. Он сделал глубокий вдох и выключил компьютер, прежде чем встать и размять конечности. Он офицер полиции, имеющий представления морали. Никаких записей о взяточничестве, предоставлении защиты и т. д. Минхо — преступник, и его работа — наказать их. Вот и всё. Или это то, о чём он хочет думать. — Чан-хён, привет! Что привело тебя сюда? — громкое приветствие Чанбина привлекло внимание Джисона. Он приветствовал другого офицера, явно не с их участка, гораздо выше его ростом, с хорошим телом. — Просто заглянул. Я скучал по вам, ребята! — Ох ох! Джисон! Подойди сюда! Хён, кстати, этот человек занял твою должность. Этот офицер зависим от Зайца. Джисон нерешительно подошёл к нему, когда мужчина внимательно посмотрел на него. Он протянул руку, и Чан пожал её с улыбкой, от которой его глаза исчезли. — Приятно познакомиться. Я Джисон. — О, я знаю вас, офицер Хан. Я Чан. Вы действительно добились огромного прогресса в этом деле. — Да! — Чанбин прервал его, затем наклонился к Чану и прошептал немного громче, чтобы Джисон всё ещё мог его слышать. — Он действительно встретил его вчера вечером и чуть не убил! — Эй, Чанбин, харош. Чан… хён. Если вы не против, не могли бы вы поговорить со мной об этом деле? Я хотел бы узнать больше о том, как вы занимались им раньше. — Эмм, да, конечно. Я согласен. Может, после смены? — Отлично. Возможно, это первая встреча Джисона с Чаном, но нет никаких сомнений в том, что тому есть что рассказать младшему офицеру, и Джисон должен это услышать.

***

— Спасибо, что приняли мое приглашение, хён. — Да, без проблем. Так что ты хотел узнать? — Буду прям, — Джисон положил руки на стол, разделяя его и Чана, — расскажи мне о Минхо. Чан медленно кивнул, прежде чем уставиться на кофе перед собой, постукивая по стаканчику пальцами. Вокруг них воцарилась тишина, пока Чан не решил заговорить. — Просто держись от него подальше, Джисон. Есть причина, по которой мы все бросили это дело. Он не просто какая-то дешёвая погоня. Лучше остановись, пока еще можешь. —Хм. Это всё? — Это факт, что ты обратился ко мне по поводу него, я знаю это чувство, Джисон, и я тебя предупреждаю. Пока не стало слишком поздно, просто оставь его в покое. — Ты часть полиции, хён. Он преступник. И у тебя хватит наглости говорить мне это? При всем уважении, это действительно обидно слышать от кого-то более высокого ранга, чем я. Чан только пожал плечами, допив напиток, прежде чем серьезно ответить Джисону. — Я не собираюсь заставлять тебя верить мне, если ты не хочешь. Просто знай, что тебя предупредили.

***

Джисон лежал в постели, глядя в потолок бог знает сколько времени, думая о предупреждении, которое сделал ему Чан. Он всё ещё не мог поверить, что у кого-то, кто работает в вооруженных силах дольше, чем он сам, хватило смелости сказать это. В конце концов, все они преступники, которых нужно посадить в тюрьму или убить, если потребуется. Минхо — крепкий орешек, это точно, но Джисон был полон решимости достичь своей цели, несмотря на последствия. Неожиданный телефонный звонок отвлёк его от размышлений. Неизвестный номер звонит ему посреди ночи. Он не думал дважды, принимая звонок. — О, хорошо! Ты не спишь. Приходи встретить меня в 7 часов у особняка Анов. Мне всё равно, приведёшь ты с собой друзей или нет. Я буду ждать тебя, офицер Хан. Прежде чем Джисон смог ответить, Минхо завершил разговор. Джисон сел в машину, на этот раз ни разу задумавшись о том, чтобы вызвать подкрепление. Ему нужно положить конец своему замешательству, Ли Минхо. Он должен. Он остановился перед домом и быстро вбежал внутрь. Ворота и входная дверь были оставлены незапертыми, и помимо тихой атмосферы в доме, Джисон мог слышать громкие визги и крики, доносящиеся со двора. Он побежал навстречу звуку и увидел обнажённого мужчину в центре бассейна с проволокой, обмотанной вокруг всего его тела. Это был один из конгрессменов, причастных к убийству нескольких фермеров. Крики исходили не от него, вместо этого они исходили от большого монитора, подключенного к динамику, воспроизводившего видео, где он мучил фермеров, бил их киркой до состояния, в котором уже невозможно было узнать. Джисона чуть не вырвало из-за этого ужасного видео, конгрессмен отшучивался, а фермеры умоляли сохранить им жизнь. Это был акт требования земли, которая по праву принадлежала бедным душам. Внезапно знакомые руки обвились вокруг его тела сзади, стало видно маленькие татуировки на них, и лицо Минхо выглянуло из-за его плеча. Его хихиканье, которое Джисон ни за что бы не перепутал с кем-то другим, зазвучало в его ухо. — Как ты думаешь, он заслуживает того, чтобы жить? Я всё ещё плохой парень, когда всего лишь отдаю по заслугам тем, кто их не получил? Давай, Джисон. Ответь мне. Глаза Джисона метались от плачущего человека посреди бассейна, рот которого был заклеен, а конечности связаны, к видео, где тот же человек маниакально смеётся, убивая других людей, передавая кирку другому политику, который, Джисон знает, станет следующей жертвой Минхо. Слёзы начали катиться по лицу Джисона, его разум затуманили сомнения, когда он попытался взвесить ситуацию, в которой оказался. Он мог бы легко положить конец жизни Минхо прямо сейчас, но эти кадры будут преследовать его навсегда. Он презирал то, как конгрессмен смеялся и издевался над своими жертвами, прежде чем вскрыть им головы. У Минхо есть свои грехи, как и у этого человека. — Возьми. Минхо подкинул в руке пульт и протянул его Джисону. — Давай, Джисон. Выбор за тобой. Дрожащими руками Джисон взял его, и Минхо отстранился, сделав несколько шагов назад, чтобы сесть на стул позади него, размахивая пистолетом, который он взял у Джисона. Его кошачья ухмылка дразнила Джисона, как и всегда. — Почему ты сомневаешься, Джисон? Ты мог бы просто выбросить пульт и позволить ему жить. Джисон знает, что у него есть такая возможность, но стоящая на повторе запись только усугубляет ситуацию. Его сердце болит из-за непростительных поступков, которые совершил пойманный в ловушку человек, даже не отзываясь на мольбы своей жертвы. Джисон ломался, его мозг отказывался работать правильно. Он хотел сбежать, но его тело не желало ему в этом как-то способствовать. Он в последний раз взглянул на Минхо, который крутил пистолет вокруг пальцев, постукивая ногой, ожидая, пока Джисон сделает движение. Щелчок. Джисон выбросил пульт после того, как нажал на него. Он закрыл глаза, пряча лицо в ладонях и закричал. Минхо встал со своего места и завыл, выстрелив из пистолета в воздух, прежде чем обнять Джисона, который продолжал плакать. — Блять, да! Умри, ублюдок!! Да, потряси задницей! — скандировал Минхо, наблюдая, как мужчину бьёт током в бассейне. Минхо убрал руки Джисона от лица, его прекрасные глаза были залиты слезами. Минхо поцеловал Джисона в лоб, одарив его самой нежной улыбкой, на какую был способен. — Я знал, что ты придешь. Минхо вернул пистолет Джисону, прежде чем засунуть руки в карманы. — Так скажи мне, офицер. Ты останешься, или я встречусь с другим полицейским на следующей неделе? — Минхо послал воздушный поцелуй перед тем, как уйти, оставив Джисона с мёртвым телом. Он мог бы застрелить его, если бы захотел, он мог бы спасти политика, если бы выбрал другой вариант, но Джисон не прислушался ни к одному из предупреждений. Теперь он зашёл слишком далеко. Втянутый в мир Минхо.

***

Когда наступило утро и люди узнали об убийстве, это вызвало настоящий шум. Джисон взял с собой пульт и той ночью разбил его на мелкие кусочки, не желая, чтобы его отпечатки пальцев были обнаружены на месте преступления. Наряду с этим пользователи сети нашли видео, и большинство из них поддержали Зайца за убийство конгрессмена. Если бы они только знали. Джисон решил последовать совету Чана. Он уже испачкал руки. Он никогда не смирится. Его одержимость поймать Минхо и сделать из него ещё один трофей заставила Джисона испортить свою хорошую репутацию, и он боялся, что Минхо использует это против него. Он задавался вопросом, сделали ли все предыдущие офицеры то же самое для Минхо. Они тоже зашли слишком далеко? Или они остановили себя до того, как дошло до такой ситуации? Джисон схватился за свой запрос о переводе, когда на станции подняли шум. — Все, мы собираемся сегодня вечером на слежку. Четыре политика, которые, кажется, были причастны к резне фермеров, пропали без вести, и мы получили анонимную информацию о том, что это сделал Ли Минхо. Они также сообщили нам точное местонахождение его убежища. Мы закончим это сегодня вечером, — заключил шеф. Сердцебиение Джисона снова участилось. Возможно ли, что анонимную наводку дал Минхо? Очень вероятно, но почему? Этот человек не боится смерти, но он не из тех, кто её призывает, особенно если он планирует казнить четырех человек. — Шеф, думаю, я отсижусь с этим, — Джисон заговорил, подходя к своему руководителю. — Удивительно. Разве ты не хотел его поймать? — Мне не здоровится, я могу оказаться обузой, если пойду с вами. — Понятно. Отдохни, дитя. Не волнуйся, мы этим займёмся. Джисон кивнул в знак признательности. Но глубоко внутри он знал, что это не так.

***

Минхо сел посреди комнаты. Он ухмыльнулся, услышав приближающиеся шаги. Вскоре огни стали настигать его, и четыре жертвы собирались свести концы с концами позади него. Все связаны в устройстве, которое повесит их всех одним нажатием кнопки. Полицейские разбежались перед ним, сохраняя безопасное расстояние между ними. Минхо подошёл к политикам, улыбаясь, и помахал пультом, чтобы полиция могла увидеть, что он собирается делать. — Эй, офицеры! Вау! Сегодня вечеринка! — Приготовиться! Как только команда была озвучена, все пистолеты были нацелены на него, а все красные точки огоньков направлены в его голову. Минхо скривил удивленное лицо, прикрыв руками рот, издевательское выражение для человека, чьи мозги вот-вот взорвут. — О да, пожалуйста! Стреляйте в меня, офицеры! Блять, да! Пустите дождь из пуль! — Минхо пару раз обернулся, прежде чем повернуться к полиции. — Но убедитесь, что вы готовы столкнуться с новостью о том, что не можете спасти этих людей позади меня. Внезапно атмосфера стала мрачной, полиция не решалась стрелять. Боковым зрением Минхо увидел, что один офицер подтолкнул другого, который, согласно исследованиям Минхо, он был снайпером. Он усмехнулся, отступая на несколько шагов, прячась за решетку устройства. — Выходи оттуда, заяц! Если ты не хочешь, чтобы все испортилось, просто сдайся! Минхо истерически рассмеялся, его смех был единственным звуком, который слышен в комнате, не считая приглушенных всхлипов его жертв. Минхо медленно показался, направляясь к полиции с поднятыми руками, пульт был зажат между его пальцами. — Я бы не стал беспокоиться обо мне, офицеры. Когда его губы скривились в улыбке, в комнату было брошено множество баллонов со слезоточивым газом, ослепивших офицеров белым дымом, вскоре заполнившим всю комнату. Минхо хмыкнул, покидая этот хаос, конечно, не забыв нажать кнопку, чтобы связанные ублюдки подохли, извиваясь в веревках. Минхо просиял, открыв секретный проход и увидев знакомое лицо, приветствующее его. — Я знал, что вы одумаетесь, офицер Хан.

***

— Почему ты делаешь это? — Почему нет? Они снова оказались на заброшке, борясь с сильным ветром, который пытается скинуть их тела с металлических прутьев. На этот раз Джисон сидел на краю, сохраняя таким образом очень устойчивое положение. — Ты наказываешь людей, как будто ты Бог. — О! Я не считаю тебя религиозным человеком, Джисон. Разве он не должен быть счастлив, что я делаю ему некоторые поблажки? — Я не религиозен, но не думаю, что это так работает. — Хех, — Минхо протянул руки перед тем, как пойти навстречу Джисону, — это идеология, созданная людьми. Копы тоже не боги, так как они могут решать, кто плохой, а кто нет? Джисон промолчал, глядя вдаль, всё ещё пытаясь понять, что он только что сделал и что его ждет впереди. — Если ваш Бог действительно существует, то не должен ли он быть благодарным за то, что я использую силу, которую он дал мне, чтобы бороться с сильными и отдавать справедливость бессильным? — Это не... — То, что я работаю не так, как вы, не означает, что мой метод неправильный. Они убивают, я убиваю. Они оскорбляют, я оскорбляю. Это справедливость. Вы сажаете их за решетку, а им сходит с рук залог на освобождение, вы думаете, что это справедливо? — Нет. Минхо усмехнулся, протягивая руку Джисону, чтобы он его схватил. — Это единственный ответ, который тебе нужен, Джисон! Итак... ты пойдешь со мной?

***

Джисон не знал, что изменилось, когда он встретил Минхо, но одно можно сказать наверняка: он находится на точке невозврата. То, что начиналось как просто прикрытие для Минхо, перетекло в информатора из полиции, и после этого всё стало намного хуже. Преступления участились, и их встречи стали постоянными. Как мотылёк, он всё ближе и ближе подходил к свету, или, скорее, к тьме в глазах Минхо. Джисон теряет понимание того, что в норме считается моральным и аморальным. Он не может оставаться в стороне, и становится только хуже. Он не знал, как дошло до того, что им пришлось разрешить сексуальное напряжение между ними, о существовании которого Джисон даже не подозревал. То, как он прислонился к стене, его конечности обвились вокруг тела Минхо, когда преступник вбивался в него, и всё, что Джисон мог сделать, это простонать его имя. Человек, которого он так ненавидел, на которого поклялся своей жизнью, что заставит его заплатить, а теперь использует его для собственного исступления. Джисону хотелось плакать, он хотел ударить себя за неверный выбор, который он сделал, но экстаза, который дал ему Минхо, было более чем достаточно, чтобы заглушить все эти мысли. Джисон плакал во время их оргазмов, ему приходилось держаться за Минхо, когда тот опускал его, потому что колени ослабли от стольких толчков. Минхо поцеловал его грубо, достаточно, чтобы оставить синяки на губах, но Джисон не жаловался. Ему нравилась близость. Он жаждал большего. — Ты трахаешься лучше, чем предыдущий офицер, Чан. Джисон почувствовал укол ревности в груди. Они зашли так далеко. Джисон ударил Минхо в грудь, перед тем, поцеловать его гораздо сильнее, заливая кровью нижнюю губу Минхо, когда сильно укусил её, но даже Минхо не вздрогнул. Вместо этого он усмехнулся, слизывая кровь. — Чан ушел, я — нет. — Ммм, я знаю, Джисон. Я знаю. Такие ночи на этом не закончились. Поскольку Джисон медленно адаптируется к безумному мышлению Минхо, он теперь не знает границ. С тех пор, как Минхо упомянул Чана, именно Джисон всегда инициировал хороший секс после каждого преступления, совершаемого Минхо, иногда с ним, иногда без. — Блядь! Трахни меня ещё, пожалуйста! — закричал Джисон, когда Минхо нагнул его, вонзая внутрь свой твёрдый член, пока Джисон продолжал умолять. Он был в отчаянии. Чтобы заставить Минхо поверить, что он принадлежит ему, получить одобрение Минхо. Чтобы доставить удовольствие Минхо. Чтобы угодить Минхо. Его разум мог закоротить после того инцидента с бассейном, но Джисон был слишком счастлив, чтобы волноваться об этом. Он вздрогнул, когда почувствовал, как сперма Минхо наполняет его и стекает по бёдрам, когда Минхо вышел. Это было всё, что он хотел. — Ты выглядишь чертовски испорченным, Джисон. Он попытался встать, чтобы видеть лицо Минхо. — Ты можешь испортить меня больше.

***

— Ёбаный свет! Полиция настолько хуже меня. Все эти имена?! — Это все, что я смог найти в файлах шефа. Минхо просканировал через компьютер, как шеф полиции лежал в центре комнаты, купаясь в собственной луже крови. Джисон помог Минхо получить имена всех преступников, находящихся под его защитой, чтобы им никогда не пришлось столкнуться с последствиями. По крайней мере, закона. Потому что Минхо был полон решимости заставить их платить другим способом, который они заслуживали большего. А с Джисоном рядом, они неостановимы. — Хммм, ты всё ещё будешь рядом со мной на полпути к этому списку, Джисон? — поддразнил Минхо, приподняв лицо Джисона рукой. — Верь мне. Я увижу это до конца, и, может быть, тогда у меня будет достаточно сил, чтобы самому покончить с тобой. — Ооо, — хмыкнул Минхо, — ты не можешь. Никто не может. Звуковой сигнал сообщил им, что файлы перенесены на флешку, которую они принесли, и Минхо схватил её, первым вышел из комнаты и позвал Джисона выйти с ним, прежде чем кто-то их поймает. Джисон хотел доказать, что Минхо ошибался. Но, возможно, он был прав.