Тёмное дитя

— Мой дорогой ребенок! — обугленные руки тянутся к девчушке, а голос переходит на шепот. Изуродованное тело, сидящее на камне все крепче и крепче прижимало её, повторяя одну фразу раз за разом. Все это было похоже на кошмар; везде темнота, виднеются лишь силуэты. Маленькая девочка не могла пошевелиться, парализованная страхом, лишь вслушивалась в убаюкивающий голос. — Мой любимый ребенок! — повторяло про себя существо, а объятия переходящие в удушье, не давали дышать. Слышны были отчаянные вдохи; картина нарисованная всеми оттенками черного продолжалась пару минут, а для девчушки она была длинною в жизнь. — Моё сокровище! — объятия расслабились; поворачивая к себе, существо легонько поцеловало в лоб свою драгоценность. Именно в этот момент она перестала дышать, а тело стало пластичным как у куклы. Последним, что увидел ребенок, это теплую улыбку на лице матери, богини смерти — Идзанаги. Кромешная темнота. Ночь. Миуюки легонько передвигающаяся по комнате, в надежде отыскать стакан воды и не задеть своего нового сожителя. В воздухе было слышно тяжелое дыхание, а всему виной сон, который преследует её не первый год. Прошло уже две недели с выписки. А изменений в её жизни ровно никаких — все та же школа, тренировки и люди. Только вот после первого дня пробуждения, она больше никого не видела. Возникло ощущение, что все её избегают. Каждый день превратился в обычную рутину: дом, тренировки, перекур и дом. За исключением одного — чёрный котик окончательно остался жить с Миуюки, что немного скрашивало её одиночество. Со временем, она поняла, что не таит сожалений после инцидента. Всё прошло так, как и должно быть. Сложившаяся ситуация, конечно её расстраивала, но она была рада, что все живы. А это значит, что Миуюки может дальше наслаждаться беззаботной и ничем не примечательной жизнью; хотя с каждым днем, все больше сомневалась так ли это. Дойдя до места тренировок, учитель, самым неловким образом, подбежал к ней и передал, что директор ожидает её. Решив не медлить, по пути к кабинету, Миуюки словила себя на мысли, что наконец за долгий период рада идти на встречу к этому чопорному человеку. Шаг перешел в припрыжку, а с уст проскальзывала приятная мелодия. Аккуратно постучав в дверь и зайдя в зал, девушка увидела привычную картину: Яга сидящий на обычном месте и мастерующий очередную куклу. Самый естественный вид отдал теплым ощущением где-то внутри Миуюки, что сказалось на её лице. — Здравствуйте, Вы меня звали? — пропела девушка. — Да, присаживайся, — отложив свои приборы, указал на место напротив. После выполнения приказа и неопределенной паузы, директор продолжил, — Как ты себя чувствуешь? — В целом, отлично! — выкрикнув, прикрыла рот ладонью, чтобы утихомирить свои эмоции. — Это очень хорошо… — громко выдохнул, — Я позвал для того, чтобы оповестить что в ближайшем будущем заданий у тебя не будет. Ты должна… — Со мной все уже в порядке! Я могу приступить к работе, — не дослушав, Миуюки перебила мужчину. Глаза Яги опустились и продолжив шепотом, — Ты должна больше отдыхать и не перетруждаться. — Но я тоже не могу все время сидеть в четырех стенах, — сказав это, девушка сложила руки на груди и нахмурила брови. Посмотрев на своего собеседника, Яга замолкнул; его мозолистая рука медленно начала тянуться к девушке. Наконец добравшись до её руки, произнес, — Сейчас в нашем приоритете твоё здоровье. Ей ничего не оставалось, как согласиться. Покорно склонив голову, отметила, что никогда еще не видела директора таким уставшим и встревоженным. Миуюки решила не продолжать перепалку и согласиться, понимая, что рано или поздно ей разрешат выйти из этого заточения. Дальше все продолжалось как в астрале, всё та же рутина; выйдя из кабинета, она направилась на место тренировок; а далее отправилась к себе домой и сделав ужин для себя и Уголька, принялась готовиться к следующему дню. Все время пролетало незаметно и пресно. Очередной поход на перекур перестал быть чем-то особенным и так желанным; отправившись в сторону беседки, девушка громко вздохнула, — Как же скучно… Присев на ступеньки, Миуюки достала сигарету и покрутила её несколько раз в руках. После выписки, девушка почти бросила курить, правда из-за слишком большого количества свободного времени, вредная привычка не смогла её покинуть. Зажигая сигарету и сделав первый вдох, девушка поморщилась; едкий дым прошелся до самых бронх, обжигая все вокруг и оставляя не приятное послевкусие. Наблюдая за тлеющей сигаретой, Миуюки цокнула. — Так вот где ты прячешься… — кто-то прошептал её на ухо, попутно закрывая массивными руками глаза девушки. Замешательство парализовало её на мгновение; резко обернувшись, она потеряла дар речи. — Ну что, соскучилась? — провопил Годжо с яркой улыбкой на лице. Их отделяли лишь сантиметры, от чего у девушки проявился румянец; придя в себя, Миуюки заметила стоящего Гето и Иэйри позади рослого парня. — Нас ждет очень занимательный и долгий разговор, — произнес Гето, попутно облокачиваясь о беседку. Выдохнув, девушка начала свой рассказ: об истории её клана, смертях и безвыходном положении в котором оказалась из-за Совета. Все слушали внимательно и даже Годжо не прерывал её долгий монолог, отметив про себя, что когда девушка волнуется, то сдирает себе кожу вокруг ногтей; это происходит вроде как на автомате, потому к середине её рассказа, у неё уже не было даже ногтя на мизинце, хотя на лице ни один мускул не дрогнул. Придя к логическому завершению её истории, она замолкла в ожидании вопросов. — Так ты тоже сильнейшая! Ха! — радостно крикнул Сатору и хлопнув в ладоши, ехидно улыбнулся. — Как ты смогла подчинить себе такого сильного демона? — откликнулся Гето, массируя виски. — Ну-ну, завидовать некрасиво Сугуру-чан! — присев рядом с Миуюки, Годжо вальяжно раскинул ноги. — После того, как я покинула мир Ёми, он сам за мной увязался… Я всё чаще начала видеть его в своей тени, а временами и вовсе не скрывал своего присутствия, — Миуюки поникла, — Не знаю почему именно я, но одно могу сказать точно: я-это единственное чего он так желает. Девушка замолкла, перебирая свои пальцы в ожидании вердикта. Её волнение было связано с самым тошным секретом, который она думала унесет с собой в могилу, но ситуация приняла неожиданный поворот. — Ладно, тогда почему ты не хочешь поведать всему миру о своих способностях? — отозвалась Сёко, выкуривая третью сигарету, — Смотри какой Годжо радостный сидит. Девушка кивнула в сторону Сатору, а тот лишь высунул язык в знак протеста. Миуюки не сдержав смешок, наконец подняла глаза, — А что же в этом прекрасного? — улыбаясь продолжила, — Огромная сила — это огромная ответственность. Не думаю, что горю желанием быть еще одним пёсиком на привязи у верхушки магов. Наступило молчание и все искоса посмотрели на было веселого Годжо, который никак не поменялся в лице. Все всё понимали, именно по этому ничего не сказали; повисла тишина. — Тем более, формально, я ничего не скрываю. Никто не интересуется, а я ничего и не рассказываю, — прервала молчание Миуюки. — Это факт, если бы ты не хотела привлекать внимание, ты бы могла просто не спасать Иэйри, — от слов Гето, Миуюки содрогнулась; слово «просто» еще больше добило её. — А с нами на заданиях, ничего кроме орудия и не надо было, — продолжил парень. Спокойный тон Сугуру, ещё больше напугал девушку. Заметив это, Сёко тихонько подошла к подруге и мягко потрепала волосы, что в малой степени успокоило её. — Если ты не хочешь, мы ничего не будем рассказывать. Можешь быть спокойна, — выйдя из транса, отозвался Годжо. Миуюки одобрительно кивнула и поблагодарила всех, решив удалиться, чтобы переосмыслить всё произошедшее. Встав на ватных ногах, она лучезарно улыбнулась и продолжила путь. Все мысли шли кругом, но доля спокойствия и умиротворения одолевала её душу. Осознание конца всей этой неразберихи — утешало её. Отойдя на приличное расстояние от беседки, Миуюки резко обернулась, почувствовав чью-то энергию. — Стой, Миуюки… — взяв за руку, Годжо остановил её. Обеспокоенная девушка приходила в некотором трансе и подняв бровь, ожидала продолжения, не убирая свою руку. Их прикосновение было очень приятным, отчего вовсе ей не хотелось отпускать его. На лице Сатору красовались разные эмоции; после продолжительной паузы, он лишь улыбнулся и отпустил руку, — Ладно, как-нибудь потом. Годжо развернулся и так же резко ушел, как и появился; оставив девушку стоять в полном одиночестве и недоумении. — Что? — прошептала на конец Миуюки.