Преднамеренное, добровольное

Немного мяты. Много алкоголя. Немного табака. Капля крови. Истерики. Много слез. Много лжи. Закат. Обрыв. И смерть. Глупый страх. Громкие крики. И фортепиано. В один день произошло нечто ужасное. Ничего не смогло бы это остановить. Не попрощавшись, мы должны были расстаться навсегда. И сейчас я бы сказал, что это правильно, потому что ложь прощать нельзя, как бы ни было больно, нужно идти дальше. В тот момент я не знал, что мне делать, поэтому пошел самым простым путем — самоубийство. Суицид — преднамеренное, добровольное лишение себя жизни. Многие решают так свои проблемы, за год насчитывается примерно 800 тысяч людей, почти миллион… Так много, почему они это делают? Потому что не могут больше противостоять людям, их жестокости. Это пугает. Пугает то, что люди такие монстры и пугает то, что я сам человек. А они всё не могут понять и успокоиться, всё также проявляют агрессию, непонимание и глупость. Сильные разрушают слабых, это уже состоявшийся закон. Зачем они это делают, я не понимаю. Они ведь тоже люди, может быть им когда-то причинили слишком много боли, и они решили отомстить, но ведь так нельзя. Никто не видел правителя этим миром. Здесь, в этом мире довольно странные правила: если ты сказал своему близкому человеку ложь, то все. Это конец. Тебя заберут, а ты даже не успеешь понять, что произошло. Лжеца посадят в комнату, которая находится в каком-то непонятном месте, про которое никто не знает. Никто не знает, даже где оно находится. А человек, которому солгали останется жить один, точнее выживать. Это слишком жестоко. Вы остаётесь страдать совершенно одни. *** Я солгал. Солгал. Как я мог? Ложь… Для чего же нужна ложь. Во многих случаях люди лгут для того, чтобы спастись самим или спасти любимых людей. Для своей выгоды, или же потому, что так привыкли, не было другого выхода. Зачем? Чтобы спасти любовь, социальный статус, отношения. Мало кто может ответить, почему он сказал неправду. И я в том числе. Я солгал, обманул, я совершил ошибку. Меня зовут Пак Чимин, и это я тот человек, который был изолирован ото всех, в неизвестном никому месте. Я сделал больно людям, которых люблю. Мне стыдно. Признаю, я сказал, что не хочу жить, что не хочу больше никого видеть, что лучше бы остался один, и я остался. Остался один… Это была самая большая ложь в моей жизни. Никогда я ещё не ошибался так сильно, как в тот раз, в тот злополучный вечер. Когда мне так сильно нужна была помощь со стороны семьи, со стороны близкого для меня человека, я нуждался в ней, в поддержке. Мне было это жизненно необходимо. Я ломался изнутри. Кажется, я даже слышал треск внутри себя. Больно, больно осознавать, что ты никогда больше не сможешь их увидеть. Увидеть эти прекрасные глаза, в которых читалась вселенная. Не увидишь, то, как плавно он передвигает своими хрупкими, но сильными пальцами по чёрно-белым клавишам фортепиано. Никогда. Не увидишь то, как прекрасна его искренняя улыбка. То, как неряшливо лежат его черные волосы, сильно контрастирующие с белой кожей. То, как красиво свисает майка с его прекрасного худого тела. Никогда тебе этого вновь не видеть. Нет, никогда. Ни за что. Это не по правилам. У этого мира свой закон. Закон на то, как нужно править человеческими чувствами, эмоциями и даже мыслями, в независимости насколько тебе будет больно, зато все будет сделано точно по правилам. Без единого сбоя. Солгал, остался один. До конца жизни. Как бы вам не хотелось, как бы вы не умоляли, нет. Никто, отсюда не выходил. Никогда. *** Я лежал на кровати, меня опять мучили воспоминания, воспоминания о нем, о его улыбке, от которой каждый раз замирало сердце. Я думал о тех днях, что мы проводили вместе. Как же я скучал по той суете, которая была по утрам, потому что оба уже опаздывали на работу. Как сильно скучал по тем бессонным ночам, которые мы проводили за разговорами, тогда мы говорили обо всем. Мы говорили о проблемах, сопровождавших нас каждый день. Как же я хотел вновь почувствовать аромат его одеколона. Мм…мята, как я обожаю этот запах, не понимаю почему, но именно мята — мое любимое пахучее растение. Запах мяты сводил и сводит меня с ума, от него у меня кружилась голова, также как и от человека, который являлся носителем этого прекрасно ледяного аромата. … Я так и умру в своих воспоминаниях, потому что только в то время я был счастлив, и я сам испортил, лишил себя счастливых моментов с моим любимым человеком. *** Я находился в светлой комнате, повсюду белые и плотные шторы. Помимо спальни здесь была еще ванная, что определенно радовало. В помещении стоят две кровати, интересно, зачем вторая, если я тут один. Не думаю, что кто-то здесь окажется, ведь нас сюда отправляют, чтобы мы были одни, одни всю жизнь… Меня никто не посещает, даже еду приносят, когда я сплю или через специальное окно. Такое ощущение, что это тюрьма, а может быть так и есть? Может нас сюда поместили, как в исправительную колонию? Возможно, потому что я уверен, за нами следят. И сбежать невозможно. А посадили нас сюда пожизненно, ведь мы совершили самый глупый, самый ужасный поступок, мы поддались Лжи… Когда я еще не был здесь, я слышал от знакомых, что им лгал кто-то из близких, и те исчезали. А это значит, что отсюда не выбраться, но я должен вернуться к нему, извиниться, исправиться, надо узнать или придумать способ, чтобы как можно скорее покинуть это место. Я знаю, ему сейчас тоже плохо, невыносимо больно, и что он бы хотел оказаться рядом со мной, так же, как и я рядом с ним, но как это сделать? Этот вопрос остается без ответа. Раз никто до меня еще не смог сбежать из этого плена, то я должен был стать первым ради него, ради Юнги… Так зовут моего самого близкого человека, который оказался мне ближе, чем моя семья, тот кто знает меня лучше, чем я сам. Тот, кто так трепетно целовал меня каждый раз, когда появлялась возможность. И тот, кто неустанно говорил, как сильно любит меня, а в ответ ему я отвечал, что я сильнее. Но видимо я был не прав, и все-таки он любил меня больше, потому что я позволил себе совершить шаг, от которого в итоге страдаем мы оба. *** И вот опять, мне нечем заняться, я вновь возвращаюсь к самоуничтожению. Опять после всего этого я чувствую, как у меня начинается истерика. Лежа на чистом, белом полу, сворачиваюсь калачиком, из и так красных от слез глаз, они появляются снова. В истерике меня начинает трясти, я пытаюсь сдерживать слезы, но их слишком много, у меня не получается, я проигрываю этому жестокому миру, я не могу выдерживать это, я не могу находиться один, нет, у меня не выйдет прожить так до конца, я либо порежу вены, либо сойду с ума. Хотя я не уверен, не сошел ли уже, может уже поздно переживать и бороться против всех и самое главное против правил этого мира. Может стоит просто сдаться? Наверно да, наверно в данной ситуации это будет правильным решением. Или все-таки нет, и я смогу что-нибудь придумать, чтобы спастись от безумно болезненной и мучительной смерти… надо думать, а это так сложно получается, меня никогда не покидают воспоминания, они просто не выходят из моей головы, они так и продолжают крутиться в моей памяти, все больше и больше делая мне больно, и все сильнее истощая мое морально-психологическое состояние. *** Из моих уст вырывается крик, истошный крик, режущий такую громкую тишину. Я не могу сдерживаться, это слишком сложно… Как? Я не понимаю, как мне вернуться обратно, вернуться к Юнги, он страдает, я чувствую, у нас какая-то связь. С помощью которой я могу чувствовать, что происходит с ним, а он в свою очередь может чувствовать, что происходит со мной. Я всегда чувствую головную боль, и боль в сердце…а иногда бывает даже в районе запястья. Нет, нет, не хочу даже представлять этого, как мой человек, которого я оберегал на протяжении многих лет, калечит себя. Нет, я должен это прекратить как можно скорее. Нужно собраться с мыслями. Нужно подумать и определиться, нужно что-то предпринять, так больше не может продолжаться, нет. Я должен, должен, как мантру повторял я, все еще лежа на холодном полу и прижимая к себе колени. Я смогу, что-нибудь придумать. Я сбегу отсюда, и спасу себя и Юнги. Да, это было определенно единственным, правильным решением, принятым мной здесь, за все то время, что я здесь уже пробыл. Кстати, сколько я здесь, неделю? две? или может уже прошел месяц, а может уже и не один. Здесь нет ни единых часов, нет календаря. Нет ничего, с помощью чего бы можно было посчитать, сколько ты уже здесь. И это тоже было невыносимо, если так подумать, то здесь все невыносимо и этот ужасно белый цвет, кажется, светящийся в темноте, тоже раздражал. Меня раздражало все. Я сам себя раздражал, своей глупостью, трусостью. *** Нужно действовать. Сегодня, сейчас. Как раз, когда я уже спокойно лежал на полу, открылось окно, через которое передают необходимые вещи. Я как можно быстрее встал и побежал туда. Мне принесли еду, но есть я не хотел. Я лишь схватился за рукава одежды человека, который мне это передавал. — Скажите, скажите мне, я могу покинуть это место, у меня есть шанс? — пока я это говорил, человек смотрел на меня через маску, скрывающую его глаза. — Помогите мне, мне очень нужно обратно, нужнее чем всем другим. Для меня это очень важно. — я в свою очередь пытался смотреть на него как-бы сквозь маску и заглянуть прямо в глаза. Но это было невозможно. Этот человек просто выхватил свои руки из моих слабо сжатых ладоней. Быстрым движением он закрыл окно, и по еле слышному топоту было понятно, что он бежал, зачем? Доложить начальству про меня как можно быстрее? Зачем? Мне так никто и не ответил, это было ожидаемо. Но я все же надеялся, что мне вдруг повезет и я получу ответ, который мне так необходим. Но нет, этого не произошло. И вот опять, моя бедная психика, я рвал и метал. Я больше не мог и не хотел сдерживаться, да и смысла особого не было. По комнате стали летать перья из подушек. Я кидал все, что попадало мне под руки. Я швырял вещи, я рушил свою комнату, также как разрушил свою жизнь. Из моих глаз опять потекли слезы, я рыдал от безысходности. Почему? Я выкрикивал эти слова вновь и вновь, я хотел докричаться хоть до кого-нибудь. Но мои крики никто не услышит, никто не обратит на меня внимания. Никто. *** От изнеможения я лег и сразу уснул, даже не стал ничего убирать, просто уснул. Решил, что стоит дать передышку своей нервной системе, и отдохнуть от своих мыслей. Но и во сне они не покидали меня, мне снился он, а точнее мне снился один из дней, что мы по обыкновению проводили вместе. В тот день мы гуляли по парку, разговаривали, смеялись, наслаждались друг другом. Я помню его звонкий и такой искренний смех, от которого каждый раз я влюблялся все сильнее. Я все так отчетливо помню. Такое ощущение, что все, что происходит со мной сейчас, то, где я нахожусь, то, чем я занимаюсь и от чего страдаю, что это происходит не наяву, что это всего лишь чья-то глупая и жестокая игра. Мне хочется верить, что сейчас я просто сплю в объятьях моего самого любимого и самого желанного человека, вдыхая запах мяты, смешанный с запахом табака. Он курит и меня научил. Его голос со временем становился немного грубее, но в сочетании со звуком гитары, это было очень даже гармонично. То, как приятно каждый раз пробегали мурашки по всему телу, от того, как он с хрипотцой в голосе повторяет мое имя и как бережно говорит, что никогда не оставит меня, и правильно, ведь в итоге это я оставил его. Мне противно от самого себя. Почему я так сказал? У меня что, не было другого выхода? Почему, когда я принимал решения так сказать, я совсем забыл о правилах? Почему? *** Юнги В то же время **** Нет, нет, нет, я не хочу верить в происходящее, этого не могло произойти со мной, зачем он мне соврал, что ему нужно было скрывать. Зачем ему это было нужно? От безысходности я начал пить спиртное, пить очень много, боль стала мне лучшей подругой. Мое сердце разрывалось на самые мелкие кусочки, что даже если постараться, то не соберешь, никогда, так мне казалось… В моменты, когда мне было совсем ужасно, я резал вены, неглубоко, только чтобы ощутить физическую боль, ненадолго заменяющую душевную. Мне было невыносимо от осознания того, что мне солгали, что мне солгал самый близкий человек, как он мог? Что такого произошло, что он соврал мне? Я не знаю, не знаю, что мне делать дальше, как пережить это? Как справиться с этим, просто не знаю… Я часто прихожу в место, любимое, нам двоим, в котором мы признавались в своих чувствах, в котором мы ссорились и в котором мы прятались, когда нам было сложно, здесь мы показывали все чувства не скрывая, и без лжи…. Но видимо в один момент он ошибся, он совершил самую большую ошибку. Он должен вернуться, он должен мне все объяснить, я не хочу винить его, я сразу прощу. Я не могу без него. Стоя в том месте, на краю обрыва, нависшего над морем, я кричу что есть силы. — Я не могу без тебя, не могу, слышишь? Не могу, — по моим щекам скатываются слёзы, обжигая холодную от мороза кожу, такие горячие. В горле начинает появляться боль, приятно, очень приятно, я настолько свыкся с болью, что она стала мне приятна. Чертов мазохист. Ненормальный. *** Чимин В то же время **** Я все еще спал, мне снился прекрасный сон, причиняющий мне такую сладкую боль. Один печальный сон, сменялся другим таким же. Вдруг очередной сон прервался, я увидел, как он, Юнги, он стоял на обрыве, на том самом, он кричал. Он кричал, что не может без меня. Я тоже, тоже не могу без тебя, хотелось мне кричать в ответ. Но вряд ли он услышит меня. А он все кричал, кричал до потери голоса. А мое сердце разрывалось, я понял, понял то, что могу видеть, что с ним происходит только во снах. А может ли он видеть меня? Как это узнать? Верно, никак, я же не могу спросить его, я просто не знаю как… Я видел это так отчетливо и реально, что мне казалось это правдой. Я вижу его, я вижу, как ему больно, он говорит, что он не винит меня. Но я вижу, что это не так, он не может понять меня. А сможет ли когда-нибудь? Все оборвалось, оборвалось мое видение. Всё, темнота. Чёрный экран. Как же так, почему это произошло, это было в первый раз. Первый раз, когда мне было позволено увидеть его, наблюдать его страдания. Первый. *** Проснулся я в холодном поту, мне стало страшно, от того, каким он стал, а ведь сотворил это с ним я, и только я. Больше никто. Я точно знаю, что здесь следят за нашими снами. Это значит то, что они позволили мне увидеть его, только с их позволения это произошло. Странно, это очень странно. Мне опять стало плохо, вновь истерический приступ. Такое ощущение, что все тело прошибает током. Боль. Невыносимая боль. *** Юнги **** Мне стало становиться скучно, мне не хватает его. Этого неряшливого мальчика. Мне он нужен. Необходим. Я бежал по трассе. Ночь. Спустя некоторое время, увидел какое-то маленькое светящееся здание. Оно было заперто. Внутри стояло фортепиано, инструмент, на котором я не играл с тех пор, как исчез Пак. Только ему я играл на нем, то, как он смотрел на меня в эти моменты, навсегда останется в моей памяти. Его взгляд был таким нежным и заботливым. Его глаза горели любовью и желанием жить. У меня появилось желание вновь сыграть, представить как будто он снова смотрит на меня. Я взял с земли камень и швырнул его в стеклянную дверь. Она разбилась, я открыл дверь. Стали слышны звуки сигнализации. Но мне было все равно. Открыв крышку от инструмента, на меня нахлынули воспоминания. Я просто играл, наслаждаясь моментами прошлого, прикрыл глаза. В голове я стал прокручивать все те моменты, когда я играл для него, только для него. Как вдруг, перед моими глазами стала картина, которая мне не нравилась. Совсем не нравилась. Я увидел, как Чимин лежал на полу в истерике, он кричал, ему больно. Из моих глаз потекли слезы. Слезы обиды и страха, но я все продолжал играть, я не мог остановиться, я боялся. Я волновался, что если я остановлюсь, то, я больше не увижу его. В тот момент мне было очень страшно. Но я раздумывал дольше чем следует, моё видение прекратилось. Опять темнота. Всё. Я резко перестал играть. Я услышал, как кто-то насвистывал мелодию, нашу с ним мелодию. Я бежал, бежал за звуком. Он вновь вывел меня на трассу. Темно, ни единого звука, даже ветра нет. Только я и эта мелодия. До боли знакомая мелодия так и режет уши. Я не могу ничего понять, кто это делает, зачем… Спустя некоторое время я вернулся к тому зданию и увидел, как фортепиано, на котором я играл, то, за которым я первый раз, за полтора месяца увидел его, оно горит. Сияет ярким пламенем. Это было специально, кто-то поманил меня мелодией и поджег его. Неужели это те люди, которые следят за Чимином. Только не это. Они могут сделать ему ещё больнее. Нет. Не хочу…. *** Почему жизнь в этом мире так невыносима? Почему так хочется умереть.? Зачем? Так не должно быть. Почему в этом мире так жестоко расправляются с людьми. Мы не заслужили к себе такого отношения. Почему совершая что-то неправильное, человека сразу лишают возможности на нормальную жизнь. Почему не дают шанса исправиться, почему сразу кидают в утиль? Это так необходимо? Не верю, не верю, что нельзя ничего изменить. Я уверен, что у меня есть единомышленники, которые также как и я страдают, и умирают каждый день, от того, что не способны что-либо изменить. Что есть еще люди, не видящие просвета в таком темном туннеле. Которым жизнь, как и мне кажется адом. Зачем мне такая жизнь, в которой я сгораю заживо каждый божий день. Без единого шанса на спасение. Я не хочу так жить. Просто пропадает всякое желание. Раньше рядом со мной был человек, ради которого я терпел все злые шутки со стороны несправедливой судьбы, определяющей мою и его участь. Я так ее ненавижу, за то, что она лишила меня возможности любить, верить, жить… Никто в этом мире уже давно не просит какого-то великого счастья или радости, только прожить долгую жизнь рядом с родными и любимым человеком. Но и это не всегда сбывается. Все надежды рушатся в один миг, когда ты просыпаешься, думая, что сейчас откроешь глаза, а перед тобой человек, жизнь которого стала дороже своей. Но этого не происходит, ты больше не увидишь его. Тебе просто не дадут возможности. И он и ты будете страдать поодиночке, на протяжении всей жизни, только если вдруг один из двоих не решит освободить себя от горькой на вкус и жутко пугающей жизни, в которой любое воспоминание, мысль о другом, будет убивать, медленно и решительно, не останавливаясь ни на шаг. Нет, такой жизни я не хочу, не хочу страдать. Не хочу жить. Хочу только одного, сделать это, ощутить в последний раз всю эту боль. Страдания, пронизывающие меня насквозь каждый раз, когда я думаю о нем. Я проживу еще один бессмысленный день, думая о нем, делая все то, чем мы занимались, когда были вдвоем. Я буду гулять по городу, глотая свои слезы. Да, я понял, чего я хочу. Пусть это будет моим единственным желанием. *** То видение дало мне понять, что сколько бы мы не бились, уже ничего не изменить. Что все останется так, как есть сейчас. Мы будем страдать вечно. А я так не хочу. Я решил, что мне так будет проще. А Чимин… Я думаю, что он меня поймет, что это не жизнь, и расстаться с ней будет проще. Для этого лишь нужно сделать шаг, шаг в пустоту, и все, вся боль, все страдания пройдут, как будто их и не было. Именно для этого они разрешили мне увидеть его, чтобы я понял, что стараться что-то исправить, смысла нет. Все равно не поможет. И я это понял, но было уже поздно, нам двоим уже было настолько плохо и невыносимо друг от друга, нам просто хотелось отпустить все, и начать жить заново. Что, собственно, я и собирался сделать…. Мысль, что через некоторое время мне будет легче, меня несказанно радовала. Но что же в итоге будет с Чимином? Надеюсь, он тоже не станет себя сильно мучать и сделает что-нибудь, что тоже убьет его. Чтобы он наконец освободился от своих тяжелых раздумий. А если не сможет он сам, то, чтобы это сделали люди, которые следят за ним. *** Освободись и лети. Избавься от всего, сделав всего один шаг вперед, это легко, одно движение и ты свободен от своих мыслей, раздумий, которые тебя не оставляют ни на минуту. Ведь это так больно — хотеть чего-то, чего у тебя не может быть. Сделай все, чего ты так давно хотел. *** Я ходил по улицам города, в этот день, я хотел посетить все те места, в которых мы чувствовали себя счастливыми. В каждом из них, но я уже не испытывал ту радость и любовь, я приходил туда с разбитым сердцем. Когда люди видели меня, они отходили подальше. Но один приблизился ко мне и произнес слова, смысл которых я не смог понять. -Возьми свое разбитое сердце и преврати его в искусство, — это было странно. Эти слова отпечатались у меня в памяти. Я продолжил свой путь. Слова того человека не давали мне покоя, я не мог его понять. Этот день, казалось, был очень длинным, я посетил столько разных мест. В которых мне было ужасно больно, но я терпел, осознавая, что страдать оставалось недолго. Всего несколько часов и я уйду из этого мира. Смогу покинуть его навсегда. Я был рад. Пока я ходил, я представлял, какой будет моя смерть, мучительной и долгой, или жизнь пощадит меня и отпустит быстро. Это действительно заинтересовало меня. В моей библиотеке было много прочитанных книг, в которых описывали смерть. Но это другое, что испытывает человек, готовящийся к своей смерти заранее. Выбирающий себе место с красивым пейзажем, чтобы последние, что было перед глазами — красивый закат, в котором перемешиваются различные теплые оттенки, так приятно греющие душу. Но меня уже ничего не согреет, мое сердце заледенело, я не чувствую ничего. Абсолютная пустота. Это так странно, когда ты понимаешь, что осталось совсем немного и ты этому рад. Приятные и одновременно пугающие ощущения. Весна, 9 марта, это мой день рождения, он станет и днем моей смерти. Казалось бы, такой счастливый день, его все так ждут. Ожидают получить много поздравлений и подарков. Я тоже когда-то был таким, в предыдущие дни рождения, я больше всего ждал подарка именно от него, для меня это было очень важно. Не имело значения, что было в этой подарочной коробке, важным было лишь то, что это было от него. А в этом году, все по-другому. Его нет рядом, и я уже не жду от кого-то поздравлений, я жду только вечера. Заката, чтобы вместе с солнцем отправиться в путь. Только у нас есть различие, оно вернется завтра утром, а я нет. Я ухожу навсегда. Я не вернусь. Больше я не буду мучать этот город своим внешним видом, больше меня никто не увидит. *** И вот настал долгожданный вечер, я шел к нашему с ним месту. Там обрыв, как раз, то, что мне так нужно. Я долго думал, где же мне это сделать и решил, что нужно закончить все там, где и началось. Мне нравилось проводить там свое свободное время, смотреть на то, как закатывается за линию горизонта солнце, я часто приходил сюда один, чтобы подумать, разобраться, побыть наедине с самим собой. Я любил его, но и проводить время одному мне тоже нравилось. Так приятно, когда ты сидишь на краю обрыва и борешься с ужасными мыслями, но потом вспоминаешь, что он ждет и волнуется за тебя. Быстро встаешь на ноги и изо всех сил бежишь к нему. И сейчас я все так же сижу и смотрю в даль. Но меня уже никто не ждет, никто не рвет на голове волосы, переживая, почему меня еще нет дома. Я остался сам по себе, в мире лжи, безразличия и боли. Вот я уже стою на краю обрыва и смотрю вниз, как красиво выглядят волны, бьющиеся о скалу, обдумываю все, что произошло за последние семь лет. Да, я был счастлив на протяжении целых семи лет. Я был так счастлив, мне казалось, что со мной такого никогда не произойдет, но я вновь ошибался. *** Я в последний раз взглянул на небо, окрашенное яркими красками заката. Так красиво, ему бы понравилось. Но он не со мной. Он оставил меня, а сейчас я покину его. Все также смотря на небо и прикрывая глаза, я произнес свои последние слова: — Я ненавижу тебя любить, это слишком больно, невыносимо… Сказав эти слова, я шагнул в пропасть, с закрытыми глазами, но как только оторвался ногами от земли, я их открыл, прекрасный вид. На моем лице появляется улыбка, я рад. Я смог, у меня получилось. Это оказалось легче, чем я думал. И тут в голову вновь забираются слова незнакомца: «…преврати его в искусство…”- глупо, видимо он никогда не чувствовал этой невыносимости жизни, забавные слова, а особенно смешон тот факт, что появились они в моей голове, только тогда, когда все уже сделано. Но я не жалею о своем решении покончить жизнь самоубийством, это было самое простое и лучшее решение. Вот и все, я чувствую, как моя спина ударяется о воду. А ведь я не умею плавать. Все окончено, спасибо ему, что дал понять, что такое любить и страдать по-настоящему. Я желаю ему, легкой жизни, а если не так, тогда пусть его смерть будет быстрой и без мучений. Я провалился под воду, мне перестает хватать воздуха. Я начинаю задыхаться. Я отключился. Я сам освободил себя от жизни. Я доволен этим. Все, я поставил точку в конце своей истории. Однажды, вся ваша жизнь вспышкой промчится перед глазами. И прежде, чем это произойдет, позаботьтесь o том, чтобы эта вспышка заставила вас улыбнуться, a не сожалеть еще больше. *** Чимин *** Мою комнату вновь заполняли крики. В моих глазах потемнело и я упал в обморок. Очнулся я, все также лежа на полу. Не хочу верить в то, что только что видел своими глазами. По своему обыкновению, я лежал на кровати, вдруг мою голову пронзила ужасная боль. Я понял, у меня началось видение, я обрадовался, что вновь смогу увидеть его. Что может быть пойму, зачем мне позволяют видеть, с ним что происходит. Но моя радость не продлилась долго. Передо мной стала одна из самых ужасных картин. Юнги стоял на краю обрыва, нависшего над морем. Он смотрел вниз и улыбался, его улыбка меня пугала. Эта ухмылка была похожа на ту, которые обычно бывают у людей с психическими отклонениями. Тут он посмотрел на небо, по нему было видно, что ему нравится пейзаж. Прикрывая глаза, он произнес такие колкие слова: — Я ненавижу тебя любить, это слишком больно, невыносимо… Он спокоен и смотрит прямо в глаза смерти. Он не кричит и не паникует, a просто ждёт следующего мгновения. То, за которым последует спокойствие. Больше не будет боли. После этих слов он шагнул вперед, он сделал шаг в темноту. Мое сердце начало разрываться, но этим людям было мало. Я видел все, как он ударился об воду, как ему перестало хватать воздуха. И то, как он медленно уходил из жизни. Я видела все своими глазами. Нет, нет, не хочу верить, что это правда, что все что я видел было на самом деле. Как только все закончилось, я вскочил и стал метаться по комнате, я кричал. Мне очень больно. Этого не могло произойти наяву. Я уверен, что это решение было принято необдуманно. Я потерял единственную надежду на выход отсюда. Мне больше незачем было рваться наружу. Раз так, то я тоже хотел расстаться с жизнью. Надеялся, что хотя бы на это я имею право. Я никогда не смогу смириться с тем, что все произошло из-за того, что я побоялся рассказать ему о том, что я болен. *** События тех злополучных дней Чимин *** Меня уже давно беспокоили мои вечно увеличенные, лимфатические узлы. Сегодня я пошел к врачу, провериться. Мне страшно, это не похоже на обычную простуду. Вот я пришел, мне сказали пойти сдать общий анализ крови. Я прошел в кабинет, там у меня взяли кровь, спросил фамилию, дату рождения. Мне сказали, что результат анализа должен быть завтра. Все как обычно, я вернулся домой, и стал ждать Юнги. Я решил, что не буду пока говорить ему о том, что ходил в больницу. *** На следующее утро *** Он ушел раньше, чем я. Я позвонил на свою работу и сказал, что меня не будет сегодня. Собравшись, я пошел в сторону больницы. Как только я прошел к рецепции, ко мне подошла девушка миловидной внешности. Она сказала, чтобы я прошел в кабинет врача. Меня это смутило, обычно результаты можно забрать у медсестры. Я зашел в кабинет, выполненный в светлых тонах. Врач посмотрел на меня и сказал: — Пак Чимин? — Да, я.- мой голос немного задрожал. Он посмотрел на меня из-под очков и начал говорить слова, с которыми я проваливался в темный мир неясности и страха. — У вас серьезная болезнь, — он начал тянуть, потом взглянул на меня еще раз и продолжил, — лейкоз. Я почувствовал, как у меня из-под ног уходит земля, и я падаю на пол. Очнулся я быстро. — Как вы? — спросил меня все тот же человек, который и сказал мне о том, что у меня рак крови. — Наверно вам ничего не известно об этой болезни, кроме того, что это заболевание крови. Я вам объясню. Лейкоз часто начинается как обычная простуда, правда, с необычными симптомами: слабость, температура, увеличенные лимфатические узлы и точечные кровоизлияния на коже. — Что из этого у вас было? Я пришел немного в себя и начал отвечать: — У меня давно были воспалены лимфатические узлы, и может быть пару раз были кровоизлияния на коже. — У вас сейчас предпоследняя стадия, рецидив. — Это можно вылечить? — я смотрел на него с надеждой в глазах. — Да, это возможно, но не всем помогает. Вылечиться могут лишь 20-30% заболевших, при этом требуется серьезное вмешательство, в том числе пересадка костного мозга и химиотерапия. — Подумайте над этим хорошо. Хоть это сложно вылечить и вероятность выздоровления невелика, но все же стоит попробовать. — Да, хорошо, завтра я скажу вам, свое решение. Через несколько минут я уже был на улице и обдумывал все, что только что услышал в кабинете. Я рыдал, почему жизнь поступает так несправедливо к нам? Немного собравшись с мыслями, я поехал к нашему месту, чтобы принять решение. Когда я приехал, уже был вечер, солнце закатывалось за горизонт. Я сразу подумал о Юнги, он так любит смотреть на закат. И вот, сидя на краю обрыва и свесив ноги, я думаю, пытаюсь принять правильное решение. Почему так сложно жить? Почему, когда все хорошо, обязательно должно произойти то, что полностью перевернет жизнь? Я правда не понимаю этого. Почему все устроенно так жестоко? Почему человек всегда о чем-то страдает? Почему каждый человек так несчастен? Я решил, что не буду лечиться, мне этого не хочется. Я не хочу, чтобы Юнги переживал за меня, чтобы убивался и винил себя, если я вдруг умру. Нет, лучше я уйду тихо. Только нужно расстаться с ним. Надеюсь, ты меня простишь… Я решил, что ждать до завтра нет смысла и позвонил врачу. — Здравствуйте, — прозвучало как-то резко. — Здравствуй, Чимин, ты уже решил? — Да, я не буду лечиться. — Мой голос немного задрожал, а из глаз снова потекли слезы. — Почему? — он говорил удивленным, но все еще очень серьезным голосом. — У этого есть причины. — произнес я и шумно выдохнул. — Вы уверенны? Может вы подумаете еще до завтра, обсудите с родными? — он явно хотел, чтобы я передумал и согласился на операцию. — Нет, это окончательное решение. — мои слова звучали сухо и безжизненно, я не хотел посвящать врача в подробности. -Я вас понял. *** Вечер *** Пришел Юнги, я уже давно был дома. Но я не сидел просто так, я глотал алкоголь, который приятно обжигал горло. Как только я услышал щелчок замка, я встал с пола и пошел в прихожую. Он такой красивый, в своем черном костюме, он выглядит еще лучше. Это так прекрасно, когда ты видишь, как твой любимый человек снимает куртку, аккуратно вешает ее на крючок. Потом поворачивается к тебе и целуя говорит, как сильно он соскучился за день. Но мне приходится разрушить эту атмосферу. Я отталкиваю его и немного крича говорю ему: — Отойди, я больше не хочу тебя видеть, я больше не люблю тебя, я не хочу жить, исчезни, — в конце я перешел на крик. В его глазах я увидел непонимание и странную боль, в уголках глаз начали появляться слезы. Мне стало больно, я врал ему, я не хотел этого. Но у меня нет другого выхода, я не хочу, чтобы он переживал за меня, не хочу, чтобы винил себя в моей смерти. Я желаю, чтобы он не винил себя в нашем расставании, и чтобы я умер как можно быстрее. — Зачем ты так говоришь? Я же знаю, что это не так, что случилось? — он не кричал, наоборот, он говорил почти беззвучно. От этого становилось еще ужасней. Я понимал, что он не сможет меня так просто отпустить. Он слишком сильно любит меня. Мне тоже очень сложно говорит ему такие убивающие слова. Но так будет лучше для нас двоих. Я развернулся и пошел в сторону спальни, он прошел за мной. Зайдя в комнату, я рухнул на кровать. Он лег рядом, обнял меня со спины и уткнулся лицом меж лопаток. Я чувствовал, как его потряхивало, он плакал. Вскоре я уснул, чувствуя, как он пытался прижать меня еще ближе к себе. Его все также трясло, он не мог успокоиться. *** Когда я просыпался, я думал, что нужно как можно скорее собрать вещи и уйти, чтобы не причинять ему еще больше боли. Но как только я открыл глаза, я не увидел его спящего, я не был в нашей с ним квартире. Я был в незнакомом мне месте, я был совершенно один. Я сразу все понял, понял, что, когда сказал, что не люблю его больше и хочу, чтобы он исчез из моей жизни. В тот момент я не думал об этом. Я совсем забыл о том, что нужно соблюдать правила, созданные, чтобы люди не лгали и жили счастливыми, но получается, наоборот. В итоге, на протяжении всей жизни, человек остается один, страдает, мучается, вечно находится в раздумьях. *** Я не мог поверить, что из-за моей трусости, глупости. Я боялся за него, боялся, что он будет винить себя, но что получилось в итоге? Он не знает, что произошло на самом деле, он будет страдать. Я лишил его жизни, он умер, и я хочу. Я тоже желаю покинуть этот мир. Судя по тому, что я болею, мне осталось не долго, но просто так сидеть и ждать я тоже не могу. У меня нет даже малейшего желания задерживаться здесь хоть на минуту. Я пошел в ванную комнату, и спустя некоторое время, нашел лезвие. Набрал в ванну воды и залез в нее прямо в одежде. Вода немного обжигала, спустя какое-то время, я привык к такой температуре. Приставив лезвие к венам на запястьях, провел слегка надавливая. Из моих глаз потекли слезы. Я точно не представлял конец своей никчемной жизни так. Сидя в ванной и медленно вскрывая вены. У меня нет выхода, сейчас или никогда. Я точно не смогу жить без него. Когда он был жив, я имел мотивацию, чтобы пытаться сбежать отсюда. У меня была хотя бы надежда на это. А сейчас что, ничего. У меня нет никого и ничего. Соответственно у меня нет смысла жить. Мне не нужен кто-то другой, только он. В конце начинаешь думать о начале. Почему-то именно эти слова из фильма запомнились мне. В голову лезут моменты начала наших отношений, то какими мы были счастливыми, и то, какими мы стали, совершенно разные люди. И вот, я делаю очередной порез, с рук тонкой струйкой начинает течь кровь, приятно. Едва слышно, почти шепотом я говорю: -Я привык любить тебя, это так приятно, до боли, невыносимой боли…