Дни солнечной весны никак не отпускают душу

      Дни солнечной весны никак не отпускают душу юного духа, покачивающего ногой в отдалении от всех. Грохот разрывающихся снарядов, треск автоматной стрельбы и крики погибающих не беспокоили его чрезмерное спокойствие. Деревня, в которой обосновался Инлун, была в удобном отдалении от самых больших раковых опухолей этой местности, в которых то и дело что-то взрывали, бомбили и вывозили.       Работать на благо людей, не это ли дар, данный небесами? Так может считать кто угодно, но не Инлун. Его помощь — нечто летучее, неуловимое, но ужасно важное. Весна оказалась ужасно засушливой. Люди никак не могли угодить юному духу, хотя даже и не знали, что именно от него зависит их дальнейшее выживание. Деревня, которой отказано в эвакуации уже никуда не денется. Импортировать продукты никто не будет, так что же делать? Лишь Инлун мог предоставить им спасение — чистейшую воду, которой те могли сдабривать землю. Но жители деревни не могли и предположить, что одна их ошибка в отношении юноши и вся их деревня будет унесена мощным потоком бурлящей, шипящей и до одури холодной воды       Ночь стояла тихая. Лишь Инлун слышал подступающие, неторопливые стройные шаги, что неумолимо двигались в сторону деревни. Собака яростно залаяла, но быстро была заткнута малокалиберной пулей. Раздался хлопок ружья, отчего жильцы соседних домов повскакивали со своих коек, уже подбегая к окнам, чтобы увидеть, что происходит. Поняв в чем дело, все попрятались под кровати и скамьи. Кто-то рискнул попытаться сбежать, но быстро был застрелен. Еще теплое тело с глухим ударом шлепнулось об землю, хлынула кровь на сухую землю, удобряя ее. Послышались голоса военных, говорящие о том, чтобы все выходили из домов и добровольно сдавались в плен, иначе будут убиты. Инлун первый неторопливо вышел из дома, подходя ближе. Его быстро повесили на мушку, ведь какой идиот будет добровольно сдаваться в плен вот так просто?       — Хах, вонь от вас, господин, как от вспоротой клячи — огрызнулся Инлун, глядя на рыжеволосого юношу, что, казалось, помладше его будет. От него буквально разило запахом духа, магической энергией. Раздался голос — Мы знакомы? — Инлун лишь усмехнулся, в то время как его пихнули в сторону, чтобы не мешался. — Не то что бы знакомы. Я-то тебя хорошо помню, а вот ты — навряд ли — послышался очередной смешок.