С любовью, твоя тень

      Как говорится, ты знаешь меня, а я знаю тебя, но мы до сих пор не знакомы. Я всегда наблюдал за тобой, я всегда был рядом, даже когда ты забывала. Даже когда хотела, чтобы я исчез. И ведь знаешь? Порой, я тоже хотел бы исчезнуть, но меня и так не существует. Я — твое подобие, живущее лишь благодаря свету. *** Я видел тебя маленькой, я видел, как ты кричишь, и кричал вместе с тобой, пусть у меня и нет голоса. Ты медленно росла, и вокруг тебя всегда были люди. Я не всегда мог их разглядеть, но ты улыбалась, стоило кому-то появиться в поле твоего зрения. Яркая, такая солнечная улыбка, я бы тоже улыбался, просто смотря на неё. Но у меня нет лица. Мое лицо — это ты. Ты — все мои эмоции, которые я не ощущаю. Я наблюдал, как ты гуляешь во дворе нашего старого дома. Я хотел играть там с тобой, поднимать, когда ты споткнёшься, отряхивая твои грязные колготки от грязи и вытирать слёзы с твоего лица. Я хотел быть там. И я был. Был, когда мы шли к недавно отремонтированной школе, и ты, сжимая в руках лиловый букет, стояла в толпе, таких же людей. Тогда было солнечно, я мог хорошо тебя видеть: ты не разу не подняла глаза, смотря на наверняка горячий от Солнца асфальт. А я впервые разглядел твои голубые сонные глаза: ты всегда смотрела вперёд, а я некогда слишком низко пал, будучи обречённым наблюдать чужую жизнь, и не иметь возможности даже поднять голову, чтобы посмотреть тебе в глаза. Школа, я не любил это место — оно слишком светлое. Эти лампы горят слишком ярко, и я просто сгораю, оставляя тебя одну. *** Однажды, шёл дождь, в окно пробивался белый блеклый свет. Уроки уже закончились, но ты не уходила. Тогда я и увидел тебя за школьной партой, в темной форме, которая так подходила твоим пшеничным волосам. Они спадали на стол, когда ты опускала голову, изредка пытаясь что то написать. Вокруг было тихо, лишь за дверью иногда слышались женское щебетание. Я не мог осмотреть помещение, и видел лишь белый потолок с длинными лампами. И тебя. Всю мою…нет, всю нашу жизнь я вижу лишь тебя, не имея возможности отвернуться или закрыть глаза. Я обязан наблюдать. Наблюдать за девочкой, которая одна идёт под дождём. Пусть я и не мог видеть тебя в тот момент, но я понимаю это, когда ты заходишь в коридор своей квартиры. Да, вы уже давно переехали, но ты так и не привыкла, правда? *** Капли стекают на пол, уже образуя лужу, но ты этого не видишь, вглядываясь в зеркало. Время идёт, но ты не отрываешь взгляда, даже когда по твоему лицу медленно стекают слёзы. Они смешиваются с дождём, и их никто не увидит. Никогда не видели. Проходишь по квартире, здороваясь со своей сестрой. Но получаешь лишь отвлечённый кивок, когда та даже не отводит взгляда от игры, увлеченная процессом. Я вновь исчезаю, чтобы после появиться от света свечи. Ты лежишь прикрыв глаза, и я могу услышать тихую музыку, которая пробивается через твои наушники. Под неё ты и засыпаешь, даже не потушив свечу. *** Очередная скомканная бумажка летит на пол. Я уже долгое время вижу только твою спину и часы, которые показывают три часа ночи. Рисунки все никак не получаются, и ты громко ругаясь и вытирая глаза, отбрасываешь карандаш в глубь комнаты, разворачиваясь, чтобы ещё раз взглянуть на небольшую оранжевую бумажку. Про себя повторяя это «Мы возвращаем вам вашу работу. Спасибо за участие!». И каждый раз оно режет хуже ножа, я могу видеть это на твоём лице. Я могу видеть перебинтованную тонкую руку, вновь испачканную краской и то, как порванная бумажка плавно летит на пол, а ты замираешь, уставившись на свои оголённые колени. И когда наконец поднимаешь голову, без единой эмоции на лице, то я понимаю, что ты решила. Тебе говорили это все, но ты никого не слушала, слепо доверяясь себе и, может… удаче? И сейчас, когда мольберт оказывается в сыром подвале, а краски с кистями глубоко на антресолях, ты понимаешь, что они были правы. *** Последний год средней школы. Ты медленно, стараясь не упасть, шагаешь по дороге, покрытой слоем льда. Ночью, ты снова не спала, долго думая и изредка проверяя телефон, хватаясь за него каждый раз когда приходило уведомление. Но это просто реклама. Я смотрел в твои голубые глаза, налитые золотом от сияния свечи, пытаясь понять твои мысли, пока ты наслаждалась тишиной давно пустующей квартиры. Когда все уехали здесь стало проще дышать, пусть у меня и нет легких, но я чувствую это, когда ты редко улыбаешься в пустоту. И даже сейчас, когда ты стоишь перед дверями школы, готовясь вновь оказаться среди людей. А я готовлюсь вновь исчезнуть. *** Все твои дни это сплошная тишина, которую ты упёрто не называешь одиночеством, но мы оба всё понимаем. Понимаем, когда на часах четыре утра, а на столе лежит учебник итальянского, который тебе больше не нужен. Он остался в подвале, вместе с мольбертом и стопкой разноцветных неудач и провалов. Звонит будильник, объявляя, что настало время для математики, и я вижу, как ты щурищься, в полутьме вглядываясь в пример, взятый из университетской программы, пока школьная рабочая тетрадь валяется под столом, решенная ещё на осенних каникулах. Так проходит вся, расписанная по часам, неделя. На улице теплеет, а на тебя становиться больно смотреть. Лампы в школе больше не горят, и я могу быть с тобой весь день, наблюдая как ты сидишь в коридоре, незаметно вытаскивая успокоительное из рюкзака. Я вижу, как получая очередную пятёрку, ты больше не в показываешь ни одной эмоции, продолжая кивать учителям, словно в подтверждение, что внимательно слушаешь. Уже конец дня. Ты сидишь на истории, возможно даже прослушав тему, а я вижу, как твоя рука держится за кофту на груди. Ты делаешь так все чаще. Но этого никто не замечает. И никогда не заметят. *** Начало лета. Ты возвращаешься домой, где всегда опущены шторы, и практически падаешь на диван, откидывая назад голову и расслабленно улыбаясь. Я смотрю, как ты достаешь телефон, повторяя это же действие вместе с тобой, и мы вместе слушаем долгие гудки, пока на том конце не раздается женский голос: «Молодец» единственное, что ты слышишь после своей речи. Улыбка исчезает с твоего лица, возвращая привычное безразличие. И я понимаю, что ты была рада не сдаче экзаменов на отлично. Ты понимала это изначально: дело не в оценках, а реакции окружающих. Ведь важно только их мнение, да? Ты откидываешь телефон, и не снимая своё чёрное платье, достаёшь шампанское, так и проходя мимо шкафчика со стаканами. *** Ты лежишь на кровати уже который день, почти не вставая. Все учебники заброшенны на дальние полки, разряженный телефон лежит у подушки, а ты даже не собираешься его заряжать. И мы оба знаем почему. Так и проходит лето. Отведенные тебе три месяца я наблюдал блеклую копию тебя, которая больше не живёт по расписанию, потеряв ко всему интерес. Я всегда здесь, ведь закрытые занавески не пропускают, в освещённую свечами комнату, свет. Я не могу видеть тебя такую, а ты просто больше не хочешь ничего видеть. *** Первое сентября — первый год старшей школы. Утро начинается с ливня, и я вижу как ты, кутаясь в тонкий плед, плетешься в ванную. Через несколько минут выбигая оттуда, даже забывая собрать рюкзак. Мы быстро оказываемся у школы, но ты топчешься у входа, не решаясь войти, пока из здания не выходят женщины, странно поглядывающие на тебя. Ты этого не видишь, но все равно опускаешь взгляд, заходя внутрь. Позже я увидел тебя только один раз. В забитом людьми классе, где каждый говорил что-то о своём. Вновь, я видел только твою спину и опущенную голову, пока ты говорила с сидящим рядом парнем. Но потом включился свет. *** Прошел месяц, за который ты так ни с кем и не познакомилась. Это привычная для нас ситуация, и мы это знаем. Но тогда почему ты опять плачешь ночью, вытирая кровь о свою домашнюю футболку? Эти пятна уже не отстирать. *** Я ведь всегда был с тобой. Ты этого не замечала, даже оставаясь со мной на едине в темной комнате. И сейчас. Сейчас пока ты стоишь на черном табурете, сжимая в руках верёвку, я остаюсь с тобой. Даже шаг вперёд мы делаем вместе. Но в тишине квартиры затихает только твой хрип, пока я, цепляясь за петлю, не могу издать и звука. Ты никогда меня не замечала, но я всегда смотрю. Смотрю в твои потухшие голубые глаза на бледном лице, подвешенном в метре от пола. С любовью, твоя тень.