О важном

Взгляд Олега был устремлён в спину Марине. Та стояла возле кухонного гарнитура и сгружала тарелки в раковину. Марина молчала, хотя на языке раз за разом появлялись колкие фразы, которые следовало бы донести до мужа. Однако понимала, что после стольких операций, которые провела за день, не возникает никакого желания продолжать словесную перепалку. — Марин, — проговорил он через пару минут, не выдержав напряженного молчания. Та не ответила, делая вид, что больше всего на свете её сейчас волнует наведение порядка на кухне. — Марин, — снова повторил Олег, затем поднялся и медленно направился к ней. Когда его пальцы коснулись лопатки, она развернулась и посмотрела ему в глаза. — Что, Брагин, ну что? — поинтересовалась она, сделав глубокий вдох, — мы с тобой это уже обсудили. Хочешь снова ехать к чёрту на рога, где обязательно что-то случится, а мне потом названивать? Езжай! — последнее слово было произнесено уже с неким раздражением, которое до этого она пыталась сдержать. Олег тяжело вздохнул, затем устроил ладони на её талии, утыкаясь носом в её висок, вдыхая запах духов, шампуня, и личный запах Марины, присущий исключительно ей. Марина замолчала, смотря перед собой. В любой другой раз она бы сдалась, но сейчас хотелось выстоять. Потому что устала. Она вывернулась из его рук, затем включила воду в кране, снова оказавшись к супругу спиной. Олег посмотрел на неё, затем протянул руку, чтобы коснуться её, но затем убрал её, так и не решившись. Марина, решив больше не разговаривать сегодня с мужем, с грохотом закрыла створку, затем направилась в комнату. На душе было тяжело. Марина устроилась рядом с детской кроваткой, затем поправила Кате одеяло и посмотрела на неё. Губы тронула лёгкая улыбка — даже сейчас, после тяжелого дня, после очередной стычки с Олегом, после желания лечь спать и ничего не делать, она ощущала, как тепло разливается по телу. Олег остановился в дверях спальни, затем практически бесшумно вдохнул и прикрыл глаза, упираясь лбом в деревянный косяк. Уже когда он ехал домой, то прекрасно понимал, что такой разговор Марине не понравился. Проблема была в том, что он уже согласился. И сейчас отказываться было как-то… — Не шуми, — отозвалась Марина, обернувшись через плечо. Затем снова посмотрела на свою дочь, хотя та не спала, а в её маленьких глазах читался интерес ко всему происходящему. В руках сжимала погремушку. Олег осторожно подошёл, затем взял стул, стоящий неподалёку, поставил рядом. — Никак не могу понять, как она успевает так быстро расти, — проговорил он через пару минут, затем посмотрел на Марину. Та выдохнула, а в голове снова появились слова из серии «Если ты так и дальше продолжишь…» Олег уловил её настроение, затем придвинулся ближе и вновь обнял её, уложив голову на плечо и обняв её двумя руками. — Не гони меня… — проговорил он очень тихо — ему самому надоели частые стычки, ругани, благо, до громких и сильных скандалов пока не доходило. Как они вдвоём смогли до этого дойти? Куда всё подевалось? Ведь и Марина и Олег прекрасно понимали, что то, что они встретились, сошлись, поженились, уже прошли слишком много, не было ошибкой. И даже не задумывались в эту сторону. Однако в последнее время всё было слишком тяжело. Марина посмотрела на него. Смотрела долго, примерно минуту, затем сделала глубокий вдох. — Тебя разве можно прогнать, Брагин? — устало произнесла она, затем пожала плечами и снова посмотрела на дочь, но руки Олега с себя не убрала. Тот мягко улыбнулся, затем вновь коснулся носом её виска. — Сама понимаешь, что теперь никуда не денешься, Пирочинская. Ну чего ты завелась-то… — А почему у тебя всё всегда так? — Марина посмотрела в его глаза, — почему никто другой не может поехать за тебя? Неужели во всём отделении нет человека, который не может это сделать?! А у тебя семья, Брагин! — его фамилию прочитала по слогам, — у тебя дочь, у тебя жена, в конце концов! — отчеканила, затем вновь захотела отвернуться. Олег не позволил ей этого сделать. Он притянул Марину к себе, касаясь губами её лба на этот раз. — Маленькая моя, ну что ты… ну со мной ничего не случится… это просто учения, ничего больше. Ну что, что там может произойти? Марин… — её имя он в такие моменты говорил как-то по-особенному, и она это прекрасно понимала и чувствовала. — Ты можешь хотя бы пообещать, что не станешь никуда лезть? — произнесла та, прикрыв глаза, утыкаясь подбородком в его плечо. Олег запустил пальцы в её волосы, прижав Марину к себе настолько, насколько мог. Затем закрыл глаза, а в голове всплыл тот самый момент… когда он первый и последний раз был на её месте. После её операции. После того, как он понял, что в любой момент может потерять её… и это подтолкнуло к действиям. Марина молчала, ожидая его ответ, хотя в этом не было нужды — итак наперёд всё знала. Слишком давно знала этого человека. Но ведь… — Хорошо, — произнёс Олег, затем отстранился, чтобы посмотреть в её глаза, — хорошо, — голос был тихим, он и сам не был уверен в том, насколько правдиво это звучит. Марина посмотрела на него, затем сжала губы, раздумывая над ответом, как вдруг… — Мама, — раздалось нечёткое откуда-то со стороны кроватки. Олег внимательно посмотрел на Марину — так долго ждал её ответ, поэтому показалось, что это прозвучало именно от неё. Она же, не веря своим ушам, снова посмотрела на кроватку. Затем осторожно наклонилась, опуская ладонь на живот Кати, а губы сложились в искреннюю улыбку. — Да? — проговорила она, понятия не имея о том, как себя вести в этой ситуации. Катя же, продолжая сжимать в своих маленьких ладошках игрушку, снова повторила нечёткое, но вполне узнаваемое: — Мама. Олег внезапно почувствовал ощущение камня, упавшего с души. Он точно также, как и Марина, наклонился над кроваткой. Та посмотрела на него, а глаза засветились счастьем. — Доченька, — Олег поднялся, затем вынул её из кроватки, — скажи ещё раз, да? Марина тоже поднялась, затем подошла ближе. В секунду все их недопонимания оказались где-то позади. Катя лишь улыбалась, затем коснулась своим маленьким пальчиком губ. — Брагин… — прошептала Марина, чувствуя, что сейчас произошло что-то очень важное, — Брагин, — вцепилась пальцами в его плечо, — она… Тот ничего не ответил, продолжая удерживать дочь на руках, затем легонько коснулся губами лба Марины.