Миллионы переживаний

В итоге Дилюк перенёс уснувшего на стуле Альбедо на второй диван и задумался чем скоротать время, пока эти двое мирно сопят после изматывающей ночи. Демон, бушевавший внутри три месяца, сейчас его не особо тревожил, поэтому почему бы и не дать им отдохнуть? Красноволосый вспомнил о беспорядке в кабинете Кэйи и решил сделать ему малость приятно, тем более, тот так старается ради него... ну и себя, конечно... Не важно! Главное — выжить, пусть и ради него. Дилюк надел рубашку, затушил лампу и выглянул из-за двери лаборатории, оглянулся — нельзя, чтобы кто-то вроде Джинн или Лизы увидел его подозрительно расхаживающим по ордену с самого утра не являясь его частью — библиотекарь точно устроит опрос, на котором он не сможет соврать под этим взглядом, требующим безукоризненного подчинения, она словно смотрит прямо внутрь его души. — Братик Дилюк! — радостно подбежала взрывоопасная малышка увидев красную макушку выглядывающую из-за двери. У Дилюка тут же невольно возникло чувство будто все его планы снова провалились. Под озадаченное удивление Дилюка, Кли неожиданно сжала в руке штанину красноволосого и посмотрела на девушку, пришедшую вместе с ней. — Сестрёнка Луиза, смотри, это — братик Дилюк! Представляешь, они с Кэйей настоящие братья! А ещё у них дома оооочень много виноградного сока! ООО! А ещё он молодец как Кли — у него есть огромный меч и такая же красненькая стекляшка как у меня! — С гордостью заявила девочка. — Спасибо, Кли, но мы уже знакомы, — "девушка" улыбнулась, но было видно, что ей неприятно находиться рядом с Рагнвиндром. — Ого! Братик Дилюк, а где Кэйа? — Он спит, давай не будем мешать? — Дилюк кинул взгляд на Кэйю, лежащего за всё ещё открытой дверью лаборатории. — Братик Кэйа такой соня! Ну ничего, Кли его разбудит и мы все пойдём играть в прятки! Джинн мне обещала! — Кли пробежала мимо ещё более нахмурившегося Дилюка. Несомненно, обычно рефлексы красноволосого сработали бы и он откинул бы злостного нарушителя обратно, но сейчас противником покоя была маленькая девочка, из-за чего нужно было держать свои руки и грубую хватку при себе. Кли уже подбежала к Кэйе, залезла на него и начала мять его смуглые щёки приговаривая "страшным" голосом: "Братик Кэйа, вставай!... Вставай или мы сейчас уйдем гулять без тебя и будем кидаться моими сокровищами!" Кэйа жмурился немного ворочался, но малышку не спихнул. Да и вряд ли смог бы, ведь в этом неугомонном тельце точно найдутся силы чтобы противостоять спящему рыцарю. Дилюк больше не мог на это смотреть. Он не умел общаться с детьми и вообще плохо их переносил, поэтому, уже не таким твёрдым голосом как обычно, нехотя обратился к Луизе. — Можешь убрать её? Кэйа сегодня не выспался, — не без неловкости попросил он. — Он же "только твой", чего это ты просишь помощи с этим у других людей? Дилюк замялся и не знал что ответить. Она, несомненно, много общалась с Кэйей и научилась некоторому ведению разговора у него. — Не хмурься! — Луиза ткнула пальцем на переносицу Дилюка. Тот остолбенел. — Будешь много хмуриться — на твоё и без того непривлекательное лицо ещё и морщины полезут! — она прошла дальше и, сняв Кли со спящего капитана, начала её ругать за непослушание. Дилюк, конечно, не обиделся на слова про лицо, ведь невольно знал, что в городе даже существует клуб его фанаток, но было по детски обидно, что именно она сделала ему замечание. — Кли, не надо мешать Кэйе спать, он сегодня ночью лёг очень поздно, поэтому если проснется, будет сонным и хмурым как мастер Дилюк, — Луиза нахмурилась и нодсятавила указательные пальцы к бровям, пародируя Дилюка. — Ха-ха-ха, — в лаборатории слышится звонкий детский смех, — Братик Братик Дилюк, — малышка бодбежала к виноделу и показала хмурую мордочку с пальцами у бровей. Дилюк просто не мог не улыбнуться при виде этой сценки. Да, возможно немного грустно, что люди видят его таким, но ничего не поделаешь — эмоции были давно закрыты в темном чулане, а заветный ключ был только у одного невыносимого рыцаря. Но даже так, брови расслабились, а вечно опущеннае или просто расслабленные уголки губ немного поднялись — на его лице появилась мягкая еле заметная улыбка. Заметив это, Кли обрадовалась и тоже улыбнулась, а Луиза невольно покраснела — всё-таки наверное самый хмурый и самый красивый мужчина Мондштадта только что показал своё непривычное выражение лица. В другом конце комнаты появилось движение. Кэйа проснулся, сел и, сонно зевнув, потянулся. Только после этого он попытался открыть свои глаза, болящие от рвущегося из-за двери света и, видимо, слёз. Кэйа посмотрел вниз и увидел свои ноги, прикрытые пледом с гербом Ордо Фавониус. Потом посмотрел по сторонам и увидел силуэты около двери. Он неверящие потёр глаза и увидел, как на руке одного из них зажглось алое пламя. Кэйа прищурил всё ещё сонные глаза и увидел как к нему приближается Дилюк. В душе ещё остались уже смутные воспоминания из отвратительно реалистичного сна, а по щеке стекла слеза. Дилюк снова непнимающе смотрел на него: красноволосый не понимал, как в одном взгляде могут быть и счастливая радость и горькое отчаяние. — Дилюк, — практически прошептал хриплым после сна голосом Кэйа. Красноволосый несомненно хотел обнять, поцеловать и наконец-то забрать своего любимого из этого места, полного самых разных воспоминаний. Хотел сказать, что рядом, что до безумия любит его, но тут вспомнил о Луизе, которая уже подбежала к рыцарю с надеждой на ответную радость встрече. Дилюк с досадой прикусил губу — в последние полгода он совершенно не может держать себя в руках рядом с этим невозможным человеком. — Кэйа, а что ты тут делаешь? Джинн вчера сказала, что отпускает тебя в отпуск как минимум на две недели! — зажгла лампу и с восторгом начала девушка, — Не хочешь сходить на пикник? А послушать как я теперь буду петь в хоре? Я тренировалась целых два месяца! Придёшь? Пожалуйста, — упрашивала она, пока Кэйа приходил в себя. После пробуждения синеволосый смотрел только на Дилюка, смотрел на его растеряный вид, на глаза, полные смятение. Лишь только через некоторое время он полностью осознал то, что в лаборатории сейчас не они одни. Кли тоже подбежала и начала твердить что-то про прятки, но Кэйа не обращал внимания на этих двоих, постоянно про что-то болтающих — он не мог оторвать взгляд от лица Дилюка, окрашенного непривычными эмоциями. Моральное состояние капитана и так оставляло желать лучшего, а тут ещё эти печальные эмоции на любимом лице. — Дилюк, пошли, пожалуйста ко мне, — Кэйа прервал шум одной лишь фразой. Все трое удивлённо посмотрели на него. — Кли не хочет к тебе в кабинет — там скучно и туда нельзя брать сокровища, — обиженно сказала малышка. — Кли, мне нужно поговорить с Дилюком. Наедине, — Кэйа сказал это как можно более серьёзным тоном. Он знал, что если так говорить, то девочка поубавит свой пыл и, хоть и немного расстроится, но непременно послушается его. — Хорошо.. Но обещай, что завтра мы обязательно поиграем! — Конечно, — с тёплой улыбкой согласился синеволосый. Кэйа убрал с себя плед, встал и посмотрел на Дилюка до сих пор сидящего рядом с диваном. — Дилюк? Всё нормально? — Нет... Кэйа, ты вообще замечаешь хоть что нибудь вокруг? Думаешь о чувствах других? — Что? — Какой же ты эгоист... — Ди.. — Кэйа не успел договорить, как Дилюк встал и вышел из лаборатории, напоследок не забыв хлопнуть дверью так, что по стене пошла трещина, а картина висящая на ней просто упала. Что он снова сделал не так? Почему всё всегда приходит к ссоре с самым дорогим ему человеком? Мир будто потерял краски. Он посмотрел вниз, потом на диван на котором сидела Луиза, тоже опустившая взгляд. Из её глаз сейчас лились бы слёзы, если бы она их сразу же не вытирала. Кэйа вспомнил как сам сидел в таверне и рассказывал кучу историй, немного даже веря, что безразлично протирающий бокалы бармен его не слушает. Вот только сейчас Луизе горяздо больнее, ведь Кэйа и правда не слышал ни одного её слова, да и к тому же ещё и с самого пробуждения смотрел и словно дышал одним Дилюком. И последний снова оказался прав. Он чёртов эгоист! Синеволосый подошёл к столу. На нём лежали всякие непонятные заметки, но всё же он нашёл стопку с чистыми листами и, достав один, накарякал освобождение от работы на один день. — Кли, можешь сходить поиграть сегодня с Эмбер или Хоффманом? Скажи, чтобы они подписали это и отдали магистру, — сказал Кэйа подавая свёрнутую бумажку, — Эмбер? О, точно! Спасибо, я отдам его ей! — крикнув это, Кли сразу убежала к своей новой няне на весь день. — Братик Дилюк?! А почему ты тут стоишь? — громко спросила она, выбежав и аккуратно закрыв дверь. В ответ ничего не послышалось, — Ты играешь в шпионов?! Я с тобой! Старший шпион Ордо Фавониус, та, кого не заметит даже Джинн... А, точно, вот бумажка, которую Кэйа мне даёт чтобы я с кем-то поиграла! Ты должен что-то там сделать и отдать её Джинн. Давай пойдём к тебе в гости? Там есть карандаши или краски? Я научу тебя рисовать братика Кэйю! Братик Альбедо не умеет это делать, он рисует какой то кружочек с лицом и повязкой, но даже без его длииинных волос! А ты знаешь, что у него под повязкой? Я знаю.. У него там глаз! А повязку отдал его дедушка — прославленный старый пират! А почему у тебя нет повязки? Вы же с Кэйей братья, у тебя должна быть повязка! В этот раз ответ был, хоть и тихий. — Потому что у нашего деда была только одна, — спокойно, но довольно таки громко сказал Дилюк. Подумать только! Дилюк Рагнвиндр поддержал его детскую ложь! — Давай ты лучше пойдёшь с этой бумажкой к какому-нибудь рыцарю? У меня появились срочные дела... — красноволосый никогда не умел хорошо врать, а тут, перед ребёнком, его видно хватала за это совесть. — Только если братик Дилюк улыбнётся! — подумав ответила Кли. — Что? Зачем? — Ну пожалуйстаа.. За дверью послышался громкий вздох.. И тишина, которую вскоре прервали деткие восторги и смех. Даже при всём своём красноречии Кэйа не смог бы выразить словами то, на сколько сильно он хотел вырваться из этой комнаты и посмотреть на это зрелище — всё таки не каждый день можно увидеть хмурого на первый взгляд Дилюка с болтливой и неугомонной Кли! Но всё же сейчас он может только тихонечко усмехаться в тыльную сторону ладони, а как только послышались удаляющиеся шажки маленьких ножек, он повернулся к уже немного успокоившейся Луизе. — Прости.. — с печалью сказал он, — Я не знаю как мне загладить свою вину перед тобой...если хочешь, можешь меня ударить или ещё что похуже, — Кэйа грусно усмехнулся, в воспоминаниях всплыла их с Дилюком самая страшная ссора, —Что угодно... Прошу, прости, — и куда девались красивые слова, тактичность очаровательного капитана в такие моменты? Он сам не знал... Знал только что сильно подавлен от воспоминаний, от переполняющего его сейчас чувства сожаления, страха. — Прости... Луиза встала и подошла. Кэйа напрягся всем телом, готовый принять удар, но вместо тупой боли он почувствовал теплые объятья. — Ничего.. Я тебя понимаю. Ты тоже добивался его, наверное это и было одной из причин моей любви, мне так хотелось утешить тебя, позаботиться, что я стал незаметно влюбляться, — Луиза перешла на мужской род, — Прости, что доставила столько проблем, что нагружала тебя непосильной ношей, за это недопонимание между тобой и.. — вместо имени послышался всхлип, — прости... — Перестань! — взъелся Кэйа, он не мог терпеть слёзы хоть и немного, но близкого человека, человека, который принял его и дарил свою любовь. — Прости... Можешь кое-что сделать для меня? Тут дверь распахнулась и в комнату снова влетел разъярённый Дилюк. И что он увидел? ЕГО возлюбленного, обнимающегося с какой-то недо-девушкой. — Говори, а я скажу, сможет он или нет, — грозно сказал он. Красноволосого невероятно бесила абсурдно сложившаяся ситуация. Он дал ей фору — шанс выговориться — а она решила завалить Кэйю просьбами и желаниями?! Ну уж нет! Ни за что! Мало ли что попросит, а Кэйа... Он всегда был непредсказуем, кто знает, согласится ли он? — Дилюк, — неожиданно радостно сказал Кэйа и попытался отстраниться, но девушка лишь прижала его крепче. — Скажи моё имя... — тихо произнесла она. — Что? — синеволосый встал столбом и посмотрел на Дилюка, тот, немного посомневавшись, неохотно согласился, — Луиза. — Не так! Так же как его, — она указала на винодела. — Эээ.. Дилюк? — вопросительным тоном сказал Кэйа, не понимая чего она хочет. —... — Ладно, ладно, шучу. Луиза, — с нежной улыбкой сказал он. В голосе слышались тепло и какая-то сладость. Этот раз намного отличался от всех тех, когда капитан произносил её имя просто так, из-за чего она снова обняла его, уже не пытаясь сдерживать слёзы. "Подумать только, и это раньше было рыцарем Фавония? Смех да и только!" — хотел возмутиться Дилюк, но не стал. — Всё, хватит, разводить слёзы, пошли отсюда. — проворчал он, — Альбедо не спал всю ночь, давайте не будем мешать. — Хватит командовать! Я так долго ждал этого момента, а ты как всегда всё испортил! — Луиза подошла вплотную к Дилюку и с яростью начала читать уже словно заученные жалобы на свою несчастную долговременную любовь, которой он не оставил и шанса. Кэйа же просто стоял и с уповающей улыбкой смотрел на злость и жадность, пылающую в алых глазах. — Да замолчи ты уже! — словно чайник с наконец-то закипевшей водой, взорвался Дилюк, — Знаешь что? У тебя с самого начала не было ни единого шанса хоть на какой-то далёкий уголок в его сердце! Я занял его полностью и ни за что не уступлю это место! — Дилюк и сам бы никогда не подумал, что будет говорить такие вещи чужому человеку, как никогда далёкому от его души, но сейчас ему хотелось выбросить на эту "девушку" всё, что он о ней думает, а Кэйа, незаметно для самого себя, зарделся как наверное никогда — Я люблю его! Он любит меня и, в отличие от тебя, я добился своего, так что перестань к нему приставать! Невозможно было отрицать, что эта сцена была похожа на спор двух девиц, сцепившихся из-за одинаковых нарядов на балу. Кэйа еле удержался чтобы не упасть и не начать кататься по полу со смеху. Он подошёл к этим двоим и театрально усмехнулся. — Ха-ха, ребят, не нужно из-за меня сориться! — на самом деле он не мог отрицать того, что ему нравится сложившаяся ситуация, что сквозило сквозь сказанные слова. — Прости, конечно, но.. — сказав эти слова без толики сожаления, она схватила воротник Дилюка и, притянув к себе поцеловала того в губы. Примерно на секунду оба мужчины застыли, а по её прохождении Кэйю и Дилюка наполнила ярость. Синеволосый схватил девушку за волосы и оттащил от лица возлюбленного. Не сказать, что та удивилась. Дилюк с нечитаемым выражением лица вытер влажные губы, но сразу же как он убрал руку и хотел уже было вспылить, Кэйа закрыл его рот своим. Он облизывал и прикусывал нижнюю губу, обжигал своим горячим языком полость рта и возбуждал невероятную страсть в сердце. Дыхание сбилось, рядом стояла Луиза и смотрела в пол, но они, ненадолго оторвавшись, снова втянулись в поцелуй, от которого нельзя отказаться, но не на долго — девушка начала постукивать капитану по плечу, пытаясь перенести внимание на себя и что-то сказать. Что тот практически сразу и делает. Он повернулся к Луизе, стоя между ней и Дилюком, и смотрел требуя объяснений. — Это всего лишь маленькая месть, — надувшись сказала она, — Он отобрал тебя как раз тогда, когда появился хоть маленький шанс... — У тебя его не было! — встрял Дилюк. — Был! Я думала, что после того случая ты дал мне его...но оказалось, что ты даже целуешь его более страстно чем занимался со мной этим... — печально посмотрела она на Кэйю. В Дилюка снова пробрался росток ревности. Он понимал, что сейчас Кэйа полностью принадлежит ему, но было крайне неприятно слышать о такой связи между ним... и ей. — Ты поссорилась с братом, поэтому я просто пытался утешить тебя, потому что знал что ты чувствуешь! — тут же сказал синеволосый. Утешить? Так? А что, если Кэйа и с ним был не из-за большой любви, а чтобы он просто жил? Ведь их отношения такого рода начались после недуга, который тот успешно прекратил своим вниманием и поцелуями, но любовь... Что если Кэйа просто притворялся? Он хороший актёр, и Дилюк знал об этом не по наслышке. — Ну и ладно... — сказала Луиза, делая вид, что ей всё равно, — Свидимся сегодня в таверне а пока, успокой своего огонёчка, — и вышла. — Чего? — непонимающе повернулся Кэйа и посмотрел на Дилюка. Тот вполне спокойно на вид смотрел куда-то в пустоту. — Пошли в твой кабинет? — он хотел задать этот вопрос вполне обычным и расслабленым голосом, но тот хоть и немного, но заметно подрагивал. — Дилюк?.. Красноволосый не дожидаясь вышел из лаборатории и направился в сторону кабинета Кэйи. Тот проследовал за ним. Зайдя в кабинет, Дилюк встал у окна и серьёзным тоном задал вопрос: — Ты со мной правда.. — впервые он так боялся, впервые он чувствовал себя так неуверенно и не договорил вопрос, правдивый ответ на который хотел узнать больше всего на свете, — Почему и когда ты меня... полюбил? — Что? — Ты слышал.. — Ну...— увидев настрой возлюбленного, Кэйа начал рассказывать. — Это было в детстве, когда я, сбежав от отца прогуляться у обрыва, увидел тебя, нежно гладившего рыжего котёнка у домика Эльзера. Ты счастливо улыбался и звонко смеялся и я невольно засмотрелся, но через некоторое время у меня заболел глаз, и взгляд им начал терять домики рабочих винокурни. Я их просто не видел. Вместо "Рассвета" был зелёный луг с разными цветами. Я со слезами побежал к отцу, спотыкаясь о каждый камешек, но он не в силах что-либо сделать или без желания этим заниматься, просто перевязал мне глаз бинтами. Сначала это доставляло большие неудобства, но вскоре я привык. Я каждый день сбегал из лагеря, чтобы увидеть тебя, твою радость, услышать твой смех и голос.. — Кэйа рассказывал это с хоть и печальной, но невероятно тёплой улыбкой, — А перед сном каждый раз вспоминал как твои волосы развивались на ветру алыми, словно огненными, всполохами. Мне так хотелось прикоснуться к ним, они казались такими мягкими и тёплыми. Незаметно для меня самого, ты занял все мои мысли. Пару раз у меня даже появилось чувство, что если я спрыгну с обрыва, то взлечу и приземлюсь прямо к тебе в руки, однако, к счастью, сделать этот шаг мне не дал отец. Он видел, как я каждый день заворажённо смотрю на тебя. Наверное именно так он и решил оставить меня у винокурни в тот день, когда я встретил мастера Крепуса. — Понятно... Кэйа подошёл сзади и, обняв Дилюка, положил свою голову ему на плечо. — Ха-ха, знаешь, я был так рад встретив тебя тогда... Даже не смотря на то, что меня бросил собственный отец... — Каким он был? — Он казался мне величественным и сильным... Сначала, пока мы еще не сбежали из владений ордена бездны, — после последнего слова сердце дилюка забилось в бешеном темпе, —Ты...хочешь я расскажу тебе кто на самом деле его участники и почему они идут против Селестии? — Что? — Каэнриах. Слышал о нём? — Страна без Архонта... Ты сказал, что это твоя родина, так это правда? — Да, она была уничтожена половину века назад Архонтами. Выжившие жители, поглощенные жаждой мести, потерей дома и настроем всё поменять, стали магами Бездны, а погибших воскресили и они стали всем известными хиличурлами.. — в его голосе читались сожаление, грусть и глубокая ненависть. На Дилюке была одна лишь рубашка и он чувствовал влагу под лицом Кэйи, но не смотря на это, голос синеволосого, в отличие от тела, не дрожал,— Отец был королём, он видел во что превратились жители, понимал, что если ничего не поменяется, то он станет таким же. Он решил сбежать и забрать меня с собой. Один из путников, которого мы встретили, узнал нас. Он захотел убить меня и отца, сказав, что королевская кровь порождает самых ужасных существ, мы с трудом сбежали, но отец был ранен, из-за чего мы и остановились недалеко от винокурни. — Это ужасно... — Да... Но я был так счастлив с вами... Так счастлив рядом с тобой... Ты даже не представляешь насколько... — Прости... — тихо сказал Дилюк, поняв, что он не имел права думать о том, что любовь этого человека, невозможно искреннего с ним, была обманом, — Прости, — снова повторил он. Этого было мало, но что он мог поделать? Всё уже произошло и ничего не поменять. — За что? — За всё. Дилюк отстранился, чтобы повернуться и, сняв глазную повязку, увидеть два разных глаза. Но ожидания немного не совпали с реальностью. Кэйа смотрел на него двумя удивленными синими глазами. — Что за... — лишь вырвалось из капитана. Он видел. Видел стены ордена, видел многописленные дома за окном, видел алое пламя в глазах Дилюка. Дилюк в то время испытывал смешанные чувства. С одной стороны, он не мог видеть тот золотой глаз, так украшающий любимое лицо, глаз, о котором знал только он, но с другой стороны, Кэйа и так был чертовски красив и теперь выглядел так правильно, будто и не ходил с начала их знакомства с повязкой. — Ты видишь меня? —.. Да... Дилюк расслабленно улыбнулся и затянул Кэйю в тягучий поцелуй. Успокоившись оба сели на диван: Дилюк сидел, а Кэйа лежал на его коленях, хоть тот сначала и сопротивлялся. Они разговаривали о каких-то неважных вещах, будто просто хотяли слушать друг друга. В кабинете был огромнейший беспорядок, но даже Дилюк — заядлый чистоплюй — не торопился его разгребать, он просто сидел и смотрел в глаза Кэйи и перебирал его суховатые волосы. — Я рассказал тебе о своей детской влюблённости, а ты? — любопытно спросил Кэйа. — Я не хочу, — твердо сказал Дилюк. Он ясно понимал, что это слишком смущающая тема и не важно было, что история эта уложится в всего пару предложений. — Я хочу знать, что во мне такого, что заставило тебя отказать красавице Джинн, — хитро сказал Кэйа, Прищурив глаза. — О чём это ты? Кэйа вздохнул и, сев рядом, посмотрел в глаза Дилюка, чего тот активно пытался избежать. — Ты серьёзно думал, что если я зашёл только после её признания в любви, то я ничего не видел и не понял? — с усмешкой спросил Кэйа. — Почему ты ничего не сказал?! — Дилюк, успокойся. Ты слишком эмоциональный в последнее время. — Думаешь из-за кого? — Даже не знаю, — протянул синеволосый, — А не сказал я почтому что ты был красный как помидор и сразу же отказал ей. Я слышал, что милашка Джинн сразу же вернулась домой и до конца дня не выходила из комнаты, — с наигранной печалью сказал он. — Оу... — Ну давай, рассказывай.. — Аргх... — Дилюк ещё раз посмотрел на умоляющее лицо Кэйи, — Ладно... — Спасибо, Дилюк, — Кэйа улыбнулся и коротко поцеловал винодела в правую щеку. — Только не надо смеяться, — он заметно покраснел, — Ещё до того как пришёл к нам, ты снился мне.. Пару раз.. А когда я увидел тебя, то так обрадовался и сразу начал пытаться с тобой поладить, что было довольно-таки просто. Я часто приходил к тебе спать, мы бегали в виноградных лозах, даже один раз потерялись в лесу, — уголки светлых губ покрасневшего Дилюка медленно поднялись вверх, а слова сами начали вылетать из уст, — Ты заявился к нам в дом с ободранными коленками и царапинами, ещё и с повязкой. Отец сказал, что нашёл тебя одного и что пока ты будешь жить с нами, сказал чтобы я защищал тебя всеми силами. Да, сначала я ощущал это как долг и новую ответственность, и делал это ради похвалы отца, и даже когда ты впервые упал, запнувшись о лозы, я боялся, что разочарую отца. Но в 14 лет, в наш первый поход на зачистку лагеря хиличурлов, когда ты сломал руку, я чувствовал себя ужасно из-за того, что волновался за тебя. Думал о том, что если ты не поправишься, то не сможешь исполнить свою мечту и не сможешь ходить со мной в походы. Я уже начал планировать, как буду спать с тобой каждый день, не смотря на то, что до винокурни было как минимум два часа пути или что надо будет попросить отца купить, арендовать или даже построить дом в Мондштадте или хотя бы рядом, чтобы каждый свободный час я проводил с тобой. Но из-за этих переживаний я даже не заметил как быстро зажила кость твоей руки. В тот момент я радовался наверное даже сильнее чем когда стал рыцарем. Это не могло остаться незамеченным как и то, что я стал засматриваться на твои глаза и губы. Однажды, когда мы в очередной раз спали вместе, точнее ты спал, а я снова засмотрелся на твоё лицо, я, словно под гипнозом, приблизился и почти поцеловал тебя.. Это стало решающим моментом. Моё сердце билось сильнее, а лицо горело когда ты приближался. Каждую ночь я заворажённо смотрел на иногда чуть подрагивающие ресницы, и губы. В тайне держал и целовал твои руки пока ты спал. А если кто-то по типу Луи приближался к тебе, то реаностно отстаивал твоё личное пространство, хоть и сам грубо его нарушал. Однажды отец пригласил меня на беседу. Он спросил почему я ударил одного из рыцарей, который приставал к тебе. Я признался ему в своих чувствах, боялся, что он расстроится или даже разозлится, но он лишь нежно улыбнулся и успокоил меня, посоветовал рассказать тебе, но через месяц мне исполнилось восемнадцать и я вас потерял. — Дилюк...какой же ты.. — Идиот? Я должен был сразу рассказать тебе обо всём... Может быть мы не разошлись бы тогда... Дилюк поднял взгляд на Кэйю и увидел невероятное зрелище. Кэйа, весь красный от стыда и смущения, сидел напротив него и бегал глазами по комнате, прикрывая свою счастливую, как никогда, улыбку рукой. Рагнвиндр усмехнулся. — Как же ты прекрасен, — сказал он. — Замолчи! — Я и сам не ожидал, что так разговорюсь... — Замолчи.. — снова проныл Кэйа. — Но оказалось, что об этом не сказать так быстро как хотелось. — Заткнись, придурок.. — тихо сказал Альберих, пряча своё лицо в диванную подушку. Дилюк без труда убрал его дрожащие руки и, посмотрев ему в глаза, поцеловал смуглую кожу лба. Кэйа решил отомстить и набросился на того. Дилюк лежал на Диване, а Кэйа свисал сверху. О, Архонты! Как же он скучал по этим чувствам! Капитан начал расстегивать рубашку Дилюка, а когда закончил, решил насладиться перкрасным видом. Грудь была перебинтована. Однако Кэйю смутила очень немаловажная вешь. Чёрного дракона не было абсолютно нигде. Кожа была белоснежной как и раньше.