среди звёзд...

      Ночь. Небо над Тейватом после сегодняшнего дождя украшено россыпью звёзд. И смотря на эту картину, переливающуюся в лунном блеске, невольно погружаешься в мысли. И размышления эти терзают душу, а новые события к тому же путают всё сильнее. Невысокая девушка устало прикрывает глаза, растворяясь в этом полуночном блеске, а прохладный ветерок нежно треплет короткие медовые волосы. Итэр. Этот дорогой ей человек, её брат, которого она так долго искала и переживала за него, снова исчез после долгожданной встречи. Вестник Бездны обратился к нему как… к Принцу? Почему? Чем дольше Люмин находилась в этом мире и искала брата, тем больше загадок находила.       Звёзды. Сколько же их на небе, наблюдающем за миром с начала сотворения? Вот сейчас падает одна из бесчисленных звёздочек. Во многих мирах говорится, что в такие моменты можно загадать желание. В Тейвате в том числе. Своё Люмин загадала. Может, это всего лишь обман, и желаниям, вопреки судьбе не суждено сбыться? Неважно. Пока Солнце и Луна освещают тернистый путь, может произойти что-то и лучше желаний смертных.       Открыв глаза и присмотревшись, можно увидеть Селестию. Одна из загадок, которую ещё предстоит разгадать девушке. Но найдёт ли она в себе силы? Безусловно. Среди звёздочек есть и свои мирки. Звездинки соединяются в созвездия. И у каждого оно своё. И где-то там, своими яркими осколками, затаившись в бесконечности, выжидают предначертанную ими судьбу своих владельцев. Лишь звёздам известно, что будет дальше.

Сейчас снова можно увидеть падающую звезду.       Из потока мыслей вывел сонный голос феи. Подруга путешественницы потянулась и потёрла глазки. — Люмин, может, пойдём отдыхать? Денёк тяжелый выдался! Паймон устала и очень-очень хочет спать! Этот день и правда был тяжелым. Поиск шахтёров с Чжун Ли обернулся сражением с запечатанным Лордом вишапов. Этот бой был одним из самых опасных в её жизни. А после Люмин пыталась узнать информацию, касающуюся поисков брата. Вот только попытки узнать что-то о Каэнри’ах ничем не увенчались. «Я не могу сказать, извини. Ты дорогая мне подруга, но это часть моего контракта.»       И девушка не обиделась вовсе. Контракт есть контракт, верно? Однако, позже мужчина добавил ещё кое-что: «и я не советую тебе дальше углубляться в эту тему»

***

      Просыпаться под открытым небом, ловя первые лучики на лице, наверное, приносит свою атмосферу, и всё же тёплая постель в отеле кажется комфортнее. Хотя роса, блестящая как осколки кристалла, смотрится мило. — Ах, Паймон так хорошо поспала! Люмин, сходим за вкусняшками в Ли Юэ? Идти совсем недалеко, хорошо что мы остановились в горах Тяньхэн! Может, и задания новые найдём. — Хорошо, я и сама не против перекусить.       Город контрактов просыпался рано. Торговцы уже трудились и принимали покупателей. В «Народном выборе» спутники взяли по соку и бутерброду. Обошлось это со скидкой, благодаря неплохой репутации в Ли Юэ. Еда оказалась вкусной, хоть и не такой роскошной, как в «Лазурном павильоне». — Ну, вот! Паймон подкрепилась и теперь мы можем идти сражаться!       Феечка всегда была оптимистичной и порой легкомысленной, но печаль подруги заметила. — Люмин? Ты из-за братика грустишь? Мы его найдём, обещаю-обещаю! Паймон будет с тобой всегда рядом! — Спасибо, Паймон. Да, я и не знаю, что думать об этой ситуации. И Дайнслейфа не найти теперь. Но Итэр сказал, что мы встретимся с ним. Значит, так и будет. Осталось только ждать. Жаль, что Чжун Ли не сможет рассказать то, что нам бы скорее всего помогло. — Ох… Но ты ведь говорила, что не расстроилась! — Говорила, но… — Доброе утро, Люмин и Паймон, — послышался голос мужчины, которого Люмин упомянула только что. Интересно, слышал ли он? — Привет, Чжун Ли! — улыбнулась фея. — И тебе доброе утро, — искренне подняла уголки губ девушка, невзирая на давящую мгновение назад грусть, — тоже пришёл позавтракать? — Нет. Увидел вас издалека и решил подойти поздороваться. Хм, кстати, как твоё плечо, Люмин?       Девушке стало приятно, что этим поинтересовались. Вчера в бою с Аждахой она получила ранение, пусть и небольшое. С ответом девушка растерялась. — Я… да всё хорошо. Пустяки. Царапина. — Понятно, надеюсь, это правда. В таком случае, я предлагаю прогуляться. — Отличная идея! Паймон согласна! Люмин, идём! Мы же идём, да?       Блондинка в последнее время отмечала для себя, что в её мыслях стал мелькать Чжун Ли. А когда происходила встреча с ним, то и вовсе по телу проходило странное чувство. Всё бы ничего, если бы так же не было заметно внимание и с его стороны. — Почему бы и нет… — Хорошо. Как насчёт гор Аоцзан? — получив согласный кивок, мужчина продолжил: — тогда идём.

***

      В горах Путешественнице нравилось. Здесь непрерывно ноющая боль, которую ты никому не показываешь, будто проходит. Отсюда виднеются красоты Ли Юэ. Девушка приняла протянутую ладонь Чжун Ли, который помог ей залезть на вершину. Даже через его перчатки, она почувствовала какие тёплые у него руки. Вся дорога почти шла без разговоров, но стоило достичь вершины, как раздался бархатный голос: — Красивый вид отсюда, правда? — Согласна! Паймон нравится! — Действительно красиво. Я сюда часто прихожу, и знаешь, в нелёгкие моменты весь негатив проходит. — Даже так? Что же, могу понять. Сейчас мне тоже хорошо в приятной компании. — А тебя что-то тревожит? — девушка поворачивает голову в сторону мужчины, отрывая взгляд от природы. — Я этого не говорил. А что беспокоит тебя, Люмин? И не говори, что всё в порядке, — Моракс, почувствовав взгляд на себе, неторопливо поворачивает голову тоже, встречаясь с янтарными глазами.       Её глаза… в них нет мёртвого блеска, нет людской алчности, нет затаённой злобы на этот мир. Её глаза живые, в них целая вселенная. Люмин никогда не сдаётся. Мало кто может представить при первой встречи, что эта хрупкая девчонка сражалась с Двалином, Аждахой, Архонтом Вихрей и не погибла.       Люмин не простая смертная. Люмин — это пшеничные волосы и звёзды. Это девушка, готовая помочь слабым.        И сейчас она улыбнулась. — И всё же я скажу, что всё хорошо, — Путешественница поправляет растрёпанные ветром передние пряди, и заметив, что Чжун Ли проследил за этим движением, молилась всем Богам, чтобы её щёки не залил румянец. — Слушай, если это из-за того, что я не могу…       Но его речь прерывают. — Всё в порядке, правда. Я понимаю, что ты не можешь говорить об этом. Да и к тому же, так моё приключение будет интереснее. — Что же… хорошо. — Чжун Ли… Зато, сейчас я хочу кое-что рассказать. — Говори. — Я, ну, — не зная как начать, девушка начала сминать платье, — я почти с самого начала догадывалась, что ты Моракс.       На секунду на лице мужчины промелькнуло удивление. — Интересно. Расскажешь, почему? — Я не знаю как, это сложно объяснить. Я это по-большей части чувствовала, а не видела. И всё же… твоя манера речи, твои познания, и твои глаза.       Чжун Ли был снова удивлён. — Мои глаза? Можно подробнее? «Ну хватит меня смущать!» — пронеслось вихрем в голове блондинки. — Не могу. Такое невозможно объяснить. — Мне знакомо это ощущение. Действительно, глаза — зеркало души, не подвластное объяснению.       В небе пролетел орёл. — Хотя Тарталья мне недавно сказал, что если засмотреться в мои глаза, то можно увидеть своё созвездие…       Моракс ненадолго замолчал, и развернувшись всем телом к Люмин, посмотрел в янтарный блеск так, словно сейчас и искал в них созвездие.       Паймон растерявшиеся наблюдает. — Мои слова были бы ложью, если бы я сказал тебе, что не понимаю его поводов.       Люмин начала краснеть, но не растерялась. — Понимать — значит разделять?       Казалось, девушка пожалела о своём вопросе. И сейчас она слышит стук своего сердца, слышит звон в ушах. С трудом пытается привести дыхание в норму. Между ними — застывшее время. — Я предлагаю встретиться завтра вечером, чтобы во всём разобраться, Люмин.       И её сердце пропускает удар. — Хорошо. — А?! О чём вы говорите? Паймон не понимает!       Ответом была тишина, смущённое лицо девушки, смотрящей на землю, и загадочная улыбка Моракса.       К окончанию прогулки, Чжун Ли снова произнёс: «не узнавай ничего о Каэнри’ах. Ты сможешь и без него найти брата.»

***

      К удивлению, время назначенной встречи подошло быстро. Чем ближе был «Народный выбор», тем сильнее у девушки покалывали пальцы. — Паймон всё ещё не понимает! У вас что, свидание?! — Пока рано это так называть. Но я что-то переживаю… — Кто-то влюбился в того, кто был Мораксом? — хитро посмотрела Паймон на подругу. — Консерва, перестань!       Чжун Ли уже был на месте. — Добрый вечер. Что хотите заказать? Я угощаю, — произнёс мужчина.       Фея широко распахнула глаза. — Ты угощаешь? Не верю! Ты снова забыл кошелёк! — какого было удивление Паймон, глазки которой озарились маниакальным блеском, когда в его руках она увидела его, — Паймон хочет рыбацкий бутерброд и яблочный сок с мятой! — Хорошо. А ты, Люмин? Только всё, кроме алкоголя. — Я и не хотела алкоголь. Мне такой же заказ. И спасибо за угощения.       Эта встреча была затеяна для разговора, однако, его всё никак не следовало. Паймон сладко зевнула. — Паймон устала… — Я так же снял вам номер в отеле. — Спасибо, но не стоило. — Стоило. К тому же, мы ещё не поговорили, Люмин.

***

      Гостиничный номер оказался довольно красив. Такие удобства девушка уже давно не использовала. Сегодня вместо сна в беседке или в пещере, возле которой клубился дым костра, ожидал сон в постели. Тусклый свет рассеяно освещал комнату, а устремив взгляд в окно, можно было заметить растущую Луну. Феечка, пожелав спокойной ночи, легла на диванчик, находившийся в соседней от спальни комнате, почти сразу погрузившись в сон.       А Чжун Ли и Люмин ещё предстоит разговор. Никто не знал, как его правильно начать. — Люмин. Чтобы там не было, знай, что ты дорога мне. И ты прекрасный человек. Твои поступки и глаза говорят за себя, — Моракс вздыхает, и берет в свои ладони кисть девушки, — за более чем шесть тысяч лет, ты одна из тех, кто заинтересовал меня. Я говорю правду. Твоя душа дарит тепло. Ты способна найти способ преодолеть любую преграду. Тебе не нужно быть Архонтом или Адептом, чтобы люди в тебя верили. За это ты и дорога мне, Люмин. Ты особенная для меня, и чувства мои к тебе, куда более обширны, чем я могу выразить словами.       Мечница замерла. Она не могла поверить, что интересный ей мужчина, некогда известный как Моракс, говорит это ей. Смертной, прибывшей из другого мира. По позвоночнику прошлись мурашки, а щёки залил румянец. — Чжун Ли, я… — Можно поцеловать тебя?       А эти слова заставили бешено бьющееся сердце замереть. Не потому что слишком неожиданно, а потому что этот поцелуй у неё первый. И подобные чувства тоже впервые. Сейчас, или никогда. Люмин, гроза всех монстров, и всегда способна усмирить страх. Поцелуй кажется пустяком, когда впереди ждут ещё самые трудные битвы. Ответа девушки не последовало. Вместо этого она сжимает его руку сильнее, а свободную кладёт на плечо. Тишина. Взгляд, в которых они видят души друг друга.       Люмин встаёт на цыпочки, и мягко, так невинно, едва касается чужих губ. Впервые. Ощущает широкую ладонь на своей талии, и губы мужчины, которые стали целовать настойчивей и по-настоящему. Сначала блондинка отвечала неумело, но потом и сама не поняла, когда она начала целовать его так страстно.       Приятное ощущение наполняет тело, когда её подхватывают на руки, словно пушинку, продолжая целовать. Звёзды падают в небе.        Эхом в голове отражается «ты готова к большему, Люмин?»       И поцелуй её означал согласие.       Мужчина аккуратно кладёт её на кровать, не торопясь переходить к главному, нежно проводит ладонью по щеке девушки. — Ты прекрасна. — Я люблю тебя, — он первый, кому она говорит такие слова как предмету воздыхания.       В этот раз Люмин целует его увереннее. Когда с неё стали медленно стягивать одежду, Люмин не переживала о той боли, которая может быть в первый раз. Ведь она доверяет этому человеку и любит его. И всё же, сказать стоит. — Чжун Ли, у меня это впервые. — Доверься мне, Люмин. Всё будет хорошо.       И она верит.       Мимолётная боль сменилась приятным наслаждением. Эта ночь сблизила их, и будет она не единственная, ведь чувства их искренне. И они счастливы, ведь встречаются уже некоторое время. Счастье — птица. Любовь — туманит разум. А судьба — то, что не исправить. Спустя два месяца. — Люмин, то, что мы узнали от Кэйи, просто невозможно! И это ведь не вся информация! Паймон в шоке! — Зато теперь мы знаем, что делать. Я тоже всё ещё не могу в это поверить. — Но как ты узнала, что Кэйа из Каэнри’ах? — У Дайнслейфа такие же глаза. Я думаю, Кэйа ничего не рассказал, если бы мы тоже не поделились информацией. — Ох, и ты сейчас всё расскажешь Чжун Ли? Мы же как раз идём к нему. Паймон всё ещё не может принять то, что вы вместе! — Да, расскажу, — улыбнулась девушка.       Встреча была назначена в каменном лесу Гу’юнь.

***

— Чжун Ли, привет! — сказала Паймон.        Люмин лишь улыбнулась и помахала рукой. — Здравствуйте, — он приобнимает её нежно, но по телу почему-то разливается липкое, нехорошее предчувствие. Она так же нежно обнимает в ответ. — Дорогой, я узнала достаточно много о Каэнри’ах от своего знакомого, — и его сердце пропускает удар, а все окружающее становится чёрно-белым, отзываясь в ушах звоном, — но я не понимаю, почему ты не хотел, чтобы я узнала это? Это ведь даже не только мне и многим поможет. Ты ведь понимаешь, о чём я говорю. Я узнала не всю информацию. Но сопоставив все события, у меня появились догадки, что я важная фигура в этом, и… — А ты всегда была догадлива, Люмин. — Так почему ты не хотел, чтобы я искала информацию?       Мужчина отстраняется от объятий и отходит на несколько шагов назад. — Прости меня. Знай, что ты действительна дорога мне и я тебя люблю, — в его руке расположилось копьё. — Э-э-э, Паймон не понимает, что происходит! — Чжун Ли? — Мне жаль, что так вышло. Я ведь предупреждал тебя. С кое-кем, ещё очень задолго до нашего знакомства, я заключил контракт. В случае которого, мне придётся убить тебя, если ты слишком много узнаешь. Мне правда жаль, — его слегка дрожащие руки сжимают оружие сильнее, но голос звучит почти монотонно, — я не хочу тебя убивать, но…       Люмин не хотела верить. Это всё походило на шутку. Всё это — неправда. — Но контракт есть контракт, да?! Ты шутишь, да? Не смешно! — в уголках янтарных глазах скопляются слёзы. — Да, не смешно, Чжун Ли! — возмутилась Паймон, надеясь, что это всё же шутка. — Нападай, Люмин.       Путешественница его ценная звёздочка, но все звёздочки рано или поздно падают, оставляя пыль. И сейчас она не сражается даже и в половину силы. Ей движут чувства, а не разум. — Люмин. Родная моя. Сражайся. По контракту я не могу убить себя или поддаться тебе. — Ребята, остановитесь! — всегда позитивная фея, рыдала, смотря на бой. — Ты… ты даже сейчас будешь исполнять контракт? С кем ты заключил его? — Не могу сказать. — И всё-таки, ты всё ещё Моракс, а не Чжун Ли, — она тихо всхлипывает, — да будет по твоему. Мне ещё брата искать.       Солнце сверкнуло на лезвии её меча, горячий ветер бил в лицо. Сейчас Солнце, а ночью будут звёзды и Луна.       И звуки прощального боя разносятся в пространстве. И бриз Облачного моря плескает. Вокруг них — стальная смерть. Вокруг них невозможная любовь. В их руках жизни друг друга.        Кровью метки оставляют друг на друге, стекающие капли алой жидкости переплетаются на коже созвездиями: Властелина Камня — на её груди, Звёздной Путницы — на его боку.       Осколки разрушенных мечт взрываются в её теле.       Внутри Моракса — осколки её.       И она проиграла, не решившись нанести решающий удар.       Проиграла, как Аждаха когда-то, у которого осталась любовь к народу. Погибла, потому что любила Чжун Ли. Судьбы не существует — это лишь стечение случайных обстоятельств. Мы сами вершим её.       И поняла она это только сейчас. И в ту ночь, загадывая желание, желала она совсе не встречи с братом.       Поцелуй выходит смазанным, прощальным. Замерев, прижимает хрупкое тело к себе. Крепко. Их кровь, сливаясь, становится единой. Последним вздохом, последними силами проводит она рукой по его волосам.

Закрывает потускневшие глаза, уже не успев услышать тихое «люблю».

Где-то среди звёзд, летящими кометами, мигает истиной его боль.