Невзначай

Следующие пять дней прошли почти так же. Оказалось, что Семен заболел и лежит на больничном. Радости Антона не было предела. Бяша и Рома бегали курить на переменах, а когда приходили, то сразу подходили к Антону и «забирали» его к себе на последние ряды, куда заботливо поставили стул рядом с собой. Единственное, что изменилось - это то, что Антон теперь шел домой не один, а с новыми… друзьями? Он не знал как их называть, ведь понимал, что не мог всего лишь за неделю подружиться с главарем шайки и его другом. Да и ведь они недавно только называли его всеми оскорблениями, которые только существовали: четырехглазый, мудила, лох, ботан, очкарик, чмо… Когда настали выходные, парни звали Антона вместе погулять по лесу. Повезло, что они жили недалеко друг от друга. Можно даже сказать близко. Антон узнал о Роме столько всего нового всего лишь немного больше чем за неделю: что в младших классах он был ударником, что раньше у него была собака по кличке Машка, что он уже давно копит деньги на спортивный велосипед, что он любит растворимый напиток «Yupi» со вкусом апельсина и до сих пор собирает фантики от жевательных резинок «Turbo». Теперь Рома казался парню не каким-то гопником, а обычным парнем, со своими увлечениями, который радовался мелочам, по типу халявно доставшейся жвачки или отмены последнего урока. Рому все еще грызла изнутри совесть, и он пытался загладить свою вину, принося однокласснику подгоны: фантики от жвачки, кубики для бульона «Галина Бланка», которые крал из кухни. Антон не коллекционировал фантики, но брал их, ведь они были от любимого человека. А от кубиков для бульона отказывался, ибо не понимал пристрастие парня к нему. А Рома лишь молча съедал его сам, а если быть точнее, то облизывал по дороге. Это вызывало улыбку у парня, а Бяша уже привык к этой странной привычке друга, хоть и иногда подкалывал его по этому поводу. Антон уже привык к компании Ромы, и перестал смущаться, когда видел его, хоть и не пропали дурацкие бабочки в животе, когда тот случайно прикасался к нему. Вторник. Парни сидели на Камчатке и разговаривали о чем-то. Рома достал из кармана нож-бабочку и снова начал ее крутить так, будто он делал это с пеленок. Антон и до этого его видел, но в этот раз решился спросить: -Ром, а можно подержать? -Кого? — удивленно спросил Пятифан, и протянул парню в руки, когда Антон кивнул в сторону ножа-бабочки. -Холодный… — еле слышно сказал парень, что вызвало у Ромы улыбку. Тут открывается дверь класса и заходит тучный прыщавый парень… Семен. Он шел таким шагом, явно пытаясь показывать, что он важнее всех, сидевших в кабинете, но тут он остановился, увидев на своем месте Антона. -Это что за хуйня? — явно озадаченным голосом спросил парень. Ему повезло, что в классе не было учителя, ибо ему бы так влетело за мат. Семен быстро дошел до задних рядов и смотрел то на Бяшу, то на Рому. Антон начал вставать со стула, но Рома остановил его рукой, заставляя обратно сесть. Бяша молча смотрел на Рому. -Повторюсь, что за хуйня? — спросил Семен и скривил лицо. -А что не так? — ответил Рома со спокойным выражением лица. -Почему этот мудила на моем месте? -Потому что это теперь его место. Садись рядом. -Нихуя себе я поболел. Это настолько далеко наш уговор зашел? -К-какой уговор… — тихо спросил Антон. -Закрой пасть. Нет никакого уговора, — уже с явным раздражением ответил Пятифан. -Да, Сёма! Мы из-за тебя чморили нормального пацана, на! — поддержал Бяша. -Если тебя что-то не устраивает, то вали отсюда на хуй, — продолжил Рома. Антон посмотрел на парня, и на душе у него стало тепло, будто кто-то залил туда мёд и он медленно растекался по внутренностям. -Н-нет… Всё н-нормально — начал растерянно и напуганно оправдываться прыщавый одноклассник. Тут он заметил, что на них обернулся весь класс и громко крикнул: -На что уставились?! — услышав это все отвернулись. Семён недовольно сел рядом с Антоном, но тут прозвенел звонок, и парень встал со стула, и отправился за свою парту. Урок прошел тихо. Непривычно тихо, ведь почти всегда уроку мешала шайка: они громко разговаривали, звонко смеялись, а иногда по кабинету летали бумажные самолетики, хоть они и были уже в девятом классе. Антон подумал об этом, и у него в голове прозвучал голос Бяши: «Я в душе ребенок, на!». Это фраза, которую он говорил на недавней прогулке. Семен пытался говорить с друзьями, но Рома отвечал ему сухими короткими фразами, а Бяша следовал примеру Пятифана. Рома явно был зол на него. Перемена. А это что значит? «Время курить!» — одновременно подумал мозг парней. Даже Антона, настолько он привык к вредной привычке друзей. Все трое быстро собрались и побежали во двор. Было тихо, даже слишком. Были слышны только звуки зажигалки, а после едва различимые звуки горения сигареты, когда парни затягивались. Тишину разрушил Семен: -Пацаны, что происходит? Было тихо. Семен уже думал, что ему не ответят, но тут услышал голос главаря: -Нахуй ты начал чморить Антона?! — огрызнулся Рома. Бяша кивнул, смотря на Семена, который уже казался ему мерзким. -Так… Он… Он же чмо обычное, — пытался оправдаться парень. -Еще раз так скажешь про него — в челюсть получишь, — Пятифан поднял взгляд на него. -Ромка прав, на! Антон нормальный пацан! — поддержал Бяша, размахивая сигаретой в руке. -Я хуею с в… — тихо начал Семен, но перестал, когда увидел гневный взгляд Пятифана. Парни докурили в напряженной обстановке и вернулись в кабинет. Антон собирался не подходить к ним, но Рома махнул рукой в свою сторону, и тот пошагал на Камчатку. На этот раз Бяша начал что-то рассказывать, прерываясь на гогот. Рома смеялся, Семен тоже смеялся, пытаясь сделать вид, что разговора во дворе не было. Он боялся, что объектом унижений станет он, как в прошлой школе… Антон чувствовал себя неловко, ведь рядом с ним сидела груда жира, которую он так ненавидел. Но он не отводил глаз от звериной улыбки парня, которая ему уже стала такой родной, и немного успокаивался. -Тоха, ты чё молчишь? — вдруг спросил Рома и посмотрел на него. Семён попытался спрятать кислую гримасу, когда услышал это. -Я… Д-да, я слушаю Бяшу… — неуверенно произнес парень. Рома посмотрел на одноклассника, который сидел в напряженной позе, сжав плечи к шее. Он сразу понял, что дело в Семёне, что вновь разозлило его. Он попытался успокоить себя и перевел взгляд на Бяшу, и кивнул, чтобы тот продолжил свою историю. Уроки проходили так же тихо, как и первый. А на переменах во дворе парни все же решили поддерживать разговор с Семеном, ибо их напрягала тишина, хоть уже и не очень-то хотелось говорить с этой… свиньей. Прошел последний урок. Антон стоял в раздевалке, почти одетый, и уже собирался пойти домой один, но он вновь услышал голос Бяши и Ромы, подходящих сзади. -Ты идешь, не? — спросил Рома. -А Семен?.. — тихо спросил Антон. -Да он вообще в другой стороне живет, на! -Он уже ушел домой, злой как собака — произнес Рома и улыбнулся, оголяя острые клыки. -Как свинья ты хотел сказать! — сказал Бяша и вновь загоготал. У Антона это вызвало улыбку. Парни шли домой снова под классные истории от Ромы. Казалось, они у него никогда не закончатся. «Хотел бы я такую насыщенную жизнь» — подумал Антон. Он вновь чувствовал себя уверенно, ведь рядом не сидело тучное существо, которое он так ненавидел. Назвать его человеком у Антона не поворачивался язык. Да и животных оскорблять тоже не хотелось. Из мыслей его вывел комок снега, прилетевший прямо в шею, которую было видно из-под куртки. -БЛЯТЬ! — автоматически вырвалось из горла парня. Рома и Бяша начали смеяться, а Антон расстегнул куртку и начал рукой отмахивать от шеи, уже тающий комок снега. Но тут в его грудь прилетел еще один снежок, который размазался по белой рубашке. Он поднял злой взгляд и увидел Рому, зверино улыбающегося. -Ах ты так?! — крикнул парень, наклонился, тоже взял снежок и кинул в одноклассника. Но Пятифан увернулся и засмеялся. Бяша воспользовался моментом и кинул в него снежок, но просчитался и он попал прямо в лицо Ромы. Капли воды от тающего снега прокатились по лицу, открывая вид на брови, сдвинутые к переносице. «Мне пиздец» — пронеслось в голове Бяши. Рома сразу же подбежал к нему, и со всей силы толкнул в сугроб. Всего мгновение, и Бяша уже весь в снегу лежал в сугробе и матерился. Антон громко засмеялся с глупости этой картины. -Блять, Рома, я случайно, на! Подними меня! — закричал парень. -Сам. Думать будешь, прежде чем кидать, — произнес Пятифан и оскалился. Антон застегнул куртку, подошел к сугробу и протянул руку другу. Тот схватился, встал и начал отряхивать с себя снег, тихо говоря: -Меня мать убьет… — услышав это Рома засмеялся, но тут же поймал комок снега в грудь. -Это за Бяшу, — произнес Антон, и кинул второй снежок. Началась война снежками, будто бы не на жизнь, а на смерть. Бяша тоже вступил в неё, но уже пытался метиться точнее, чтобы снова не оказаться в сугробе. В Рому было попасть сложно, он уворачивался от снежков, будто бы был в каком нибудь триллере, и это были не снежки, а пули. В Антона же было попасть легко, ибо он давно не играл в подобное, да и в детстве не особо любил выходить из дома зимой. Бяша тоже был тем еще изворотливым чёртом. Прошло много времени, парни уже были изрядно уставшие, так что Рома поднял руку и сказал запыхавшимся голосом: -Всё… Всё… Антон и Рома попрощались с Бяшей, и теперь шли домой вдвоем. -Классно поиграли, — сказал Антон, а Рома лишь улыбнулся. Дальше парни шли в тишине, будто пытаясь отойти от недавней игры. Парни подошли к улице Ромы, и он уже начал прощаться, но его остановил голос Антона: -Подожди… -Что? -Я… я хотел спасибо сказать. -За что? — удивился Пятифан и посмотрел на одноклассника округлыми глазами. -За то, что поменял мнение обо мне… Да и за то, что извинился… -Бля, Тоха, это не ты должен мне спасибо говорить, а я извиняться. Причём долго, — услышав это Антону снова сделалось тепло на душе, и захотелось обнять парня… Он с минуту думал об этом, но вдруг решил: «Будь что будет.» Он неловко обнял Пятифана. Парень опешил, и уже хотел оттолкнуть его, но на удивление для себя, обнял его в ответ. У Антона в животе вновь запрыгали бабочки, и он смущенно положил голову на плечо парня. Роме стало от этого неловко, и он тоже засмущался, но не хотелось терять источник тепла, и он все так же стоял, обняв одноклассника. Он был такой тёплый… Такой добрый… Такой… невинный. Рома отогнал прочь эти мысли из головы и убрал руки от друга. Антон убрал тоже. -Ладно, давай без этих нежностей… — тихо сказал Рома и опустил голову вниз, пытаясь не выдать смущение. Повезло, что была зима, и если что румянец можно было списать на холод. -Пока, Рома… — ответил парень и невольно улыбнулся. Рома увидел эту улыбку, и сразу же отвернулся, ибо засмущался сильнее. Уже со спины послышался его голос: -Пока, Тоха… Рома шел домой и у него в голове была всего лишь одна фраза: «Что за хрень?!». Он тихо повторял это, пока не дошел до своего дома. Переступив порог дома, он упал на кровать и закрыл глаза. Не хотелось думать ни о чем, но мысли об Антоне, об его внезапных объятьях, о его невинной улыбке, о волосах цвета пшеницы сами залезали в голову и сводили с ума… Антон шел домой, весь светясь от счастья, и не мог скрыть улыбку. Он трогал себя за щеки, которые неистово горели и улыбался сильнее. Наконец, он дошел до дома и его встретила мама, стоявшая у порога и смотревшая на часы. -Антон? Ты где был так долго? Ты чего это довольный такой? — строго на него посмотрела женщина. -Я в снежки играл с друзьями… -В снежки? А я вся изволновалась, думала случилось с тобой что… А он в снежки играл! — лицо мамы стало еще строже, но Антона это не волновало. В голове были лишь недавние события…