"- И что же такого в твоих старческих песнях?"

      Тихий голос парня, идеально точно попадал в ноты музыки. Солнце жгло глаза, и красива отражалось в окнах комнаты, в которую слегка падал свет из штор и настольной лампы. Мальчик лёжа на кровати, держал книгу, " — Скорее всего классику»: Предположил Ваня. Начинал читать Даня когда хочет: несмотря на время, он надевал наушники и забываясь подпевая, пока брат «ушел» по его мнению на прогулку новой девушкой. Даня аккуратно привстал на логтях чтоб поправить рыжие волосы, убирая короткую прядь за ухо. Пока Ваня, незаметно из-за полупрекрытой двери ловил каждое его движение, и смотрел как тот мило жмурица от солнца, ложась головой на подушки. Опять, бессовестно забывая что кровать не его. В его наушниках играла старая песня, которая была ещё в старых сссрских фильмах. " — И что же такого в твоих старческих песнях? , — Закатывая глаза решил узнать он, отбирая наушник. — Тебе не понять! , — Только отговаривался рыжий. Жалобно отбирал наушник.» Сейчас то он понял что, глаза рыжего, которые слышат мелодию и сверкают, безвкусный голос певицы невозможно забыть, и не хотеть не услышать снова. Пел он прекрасно. Голос тонкий."Звонкий, не похожий на юношеский, манящий, прекрасный»: констатировал факт парень сидящий на лестнице. В тайне от своего недобрата, слушая его пение.Прекрасное пение. Забывая обо всём, он клал голову на холодную стену.Вслушиваясь в музыку и пытаясь услышать больше звуков. Учищается дыхание, — Я хочу лишь танцевать, — Тихо пропел строку песни Ваня.